Стихи первой половины 2022 года
Татьяна Игнатьева
Форма: Цикл стихов
Жанр: Философская лирика Объём: 165 строк Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Январь, январь… тягучий шёпот тьмы, Объятья снежные легки, но холодны. Морозный полог бархатных небес Стекает утром вычурно-лиловым. Вчерашний снег впечатал птичий вес По шебутным щебечущим столовым. А улицы нещадно замело, И по домам попряталось тепло. *** Горячее дыханье в зеркала. И мимолётный холст стяжает славы. А кто-то мрачный ждёт у переправы. Но ты рисуешь… Мел или зола Не подойдут для эдакой забавы. Остынет запотевшее стекло. Оттуда глянет твой портрет готовый. Как-будто время сбросило оковы, И в вечность зазеркалья увлекло. Но ты рисуешь по живому снова. Рисуй, пока дыханье под рукой Становится причудливой картиной, И тот у переправы не отринул Своих часов замысловатый бой, И зеркало в оправе ждёт старинной. Пусть эта прихоть в несколько минут И есть вся жизнь, так что ж... Кто ведал главным, Наверное, сочтёт это забавным. Но ты живёшь, пока рисуешь тут На зеркале. И бьют часы исправно… *** Летит заря вечерняя пожаром По Летнему, над Марсовым, к Дворцовой. На площадей ладони ценным даром Гранатом рассыпается пунцовым. Межзвёздная немая анфилада Так холодом сквозит февральской ночью, Что каменному Ангелу прохлада Рвёт душу в посеребренные клочья. По кончику крыла стекают блики Предчувствием оттаявшего завтра. Но прячет до поры его улики Переполненье снежного ландшафта. Нева молчит под прессом льдистой корки. Под Троицким, к седым устоям ближе, Дырявые бесхозные опорки Лиловая волна усердно лижет. И тает, тает лунная дорога По окнам серо-каменных колодцев. И кажется, что вот ещё немного, И ночь в стальное утро окунётся. *** вход Уктус. Лыжник слетает по склону меж елей. Под синью небес расстилается каменный пояс, и мнится – вот оно счастье – лететь окрылённою птицей. Но тихо глаза закрываешь. И лёгким раскатом вдруг ветер приносит обрывками - пенье, молитвы? Смутной тревогою многоголосье вьётся меж скал по спирали всё дальше и дальше. Тайный Перун посылает невидящим знаки, но тщетно. И больно, что взор упускает возможность видеть и чувствовать предков подмогу живую. Мимо всех трактов на свете, по липкому снегу, долгой дорогой плутая бредёт человече. Выход и вход в его сердце стучится снегами. Только следами рисует он жизни картину. Наполовину… *** крик совы Не раскрывая больше книг, читаю в лицах. Ночной совы печальный крик в окно стучится. В слезах сугробы у канав – зимы прощанье. В обнимку день и ночь – поправ отмежеванье. А я читаю по руке. И сна остатки несут кораблик по реке в моей тетрадке, где буква к букве лепит ряд бессвязных строчек, где грусть и радость невпопад не ждут отсрочек. Где роль солдата мне возмочь и полководца. Где крик совы пугает ночь – и та сдаётся. *** Когда замрёт над городом луна Во след лесным цветам и ветрам зыбким, Под ночи ускользающей улыбкой По стенам затанцует тишина Оттенками бесчисленных затей, Тенями непроявленных страстей. Но блики не даются в руки мне Танцующего мира на стене. И лишь во снах следы его плутают. И с каждым разом в звёздную волну Всё дальше прячет небо тишину От будничного ада и от рая. Лишь стены чертят острые углы. И я среди пустынной лунной мглы. *** А память, память выстраданной болью, Комочком малым где-то глубоко. Небесным трактом тает молоко, На землю проливается любовью. Молочных рек, кисельных берегов Мне детская сулит картина мира, Где малогабаритная квартира Была святой обителью богов. И добрых сильных рук тепло и ласка, И каждый миг, как маленькая сказка, Где веку равен час, секунде – год. Но вот промчалась вихрем поднебесным Былая жизнь – и лишь тоской безвестной Комочек вечной памяти живёт. *** Мир окуная в солнечную пыль, Вдруг вспоминаешь, что она нетленна, Что это кровь сияющей вселенной, Где сказкой стала призрачная быль. Ни неба, ни земли в которой нет, Ни смерти нет, ни жизни — всё едино. И песни золотая середина Звучит, как нескончаемый куплет. А рукописи если не сгорают — Ключом послужат ада или рая. Пусть даже пламя выберет меня, Я вынесу заветные страницы. И сказочной бессмертной Феникс-птицей Восстану вновь из вечного огня. *** Сгрудились плотной массой облака. Они сегодня набежали споро. И ангелы без всякого укора Орудуют, взбивая их слегка. То вылепят смешным гиппопотамом, То загремят по ним, как по там-тамам. Тайга так чутко ловит каждый звук, Прокатывая эхом по прожилкам Лесных дорожек, старым лесопилкам, Которым отозваться недосуг. Окутываясь майскими цветами, Земля напьётся свежего дождя, Оттаянными снежными щитами Заплещет, пару вдохов погодя. И побегут кипучие ручьи По рощам, где ликуют соловьи. *** «Ветреная осень Петергофа, Как всегда, прекрасна и нова!» Марина Чекина Ветреная осень Петергофа, Еле-еле теплится заря. Театрально-пафосной голгофой Рдеет сердцевина октября. Если мир желает перемены, Новью размалёванной маня – Арлекин слетает с авансцены Ярким продолжением огня. Осень гастролирует по паркам, Собирая лиственный аншлаг. Ели щеголяют в платьях марких, Не снимая мороси армяк. Пепельное облачное море, Ералаш дождливой кутерьмы. Топит в лужах ветреное горе Едкий натр предчувствия зимы. Радость увяданья без утаек Греется у звёздного костра. Осень Петергофа облетает, Фанфаронят льдистые ветра. Астрами отцветшая пора…. © Татьяна Игнатьева, 2022 Дата публикации: 30.06.2022 17:13:26 Просмотров: 849 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииЕвгений Пейсахович [2024-02-02 07:45:50]
Потребности в эскапизме Ваша поэзия отвечает в полной мере. Хороший седатив. Много лучше многого из того, что охотно выбрасывают на помойку интернета. Время - смена сезонов. Пространство - то, что в непосредственной близости (только Азъ и только Ижица, между ними только то, что внутри них).
Чтобы снять вопросы, надо их просто не ставить. Комплименты делать небезопасно - кто его знает, какое пространство окажется с Вами рядом, не выяснится ли, что смена сезонов критична для возможности "роль солдата... возмочь", и какой будет вынужденная реакция автора на реальность. Честно, сказать, слегка мешают т.н. стихизмы ("по рощам, где ликуют соловьи"). "Взор", верьте слову, плохо совмещается с Уктусом (район грубый, опасный, обреченный) - примерно так же, как Перун с "синью небес" (тоже, кстати, стихизм, потраченный молью). Я бы даже имя мог назвать престарелого певчего из церковного хора мальчиков, который вполне способен, будучи привычно пьян, завывать песни так, что и на трамплине обрывки пьяного пения можно услышать. Мог бы, но не стану. Он вне Азъ, вне Ижицы и не между ними. В остальном спасибо. Ответить Юлия Чиж [2024-02-20 13:12:30]
приветствую, Евгений. вы давно на Уктусе был?) да и весь облик города какой-то другой. когда покидаю квартиру по внезапно образовавшимся делам где-то в "таме" мира), то не узнаю знакомые улицы.
автору моё почтение. обязательно внимательно прочту тексты. Татьяна Игнатьева [2024-02-20 14:22:11]
Спасибо за прочтение, за неравнодушный отклик.
Просто рада, что заглянули, думала, что здесь вообще не читают)) Евгений Пейсахович [2024-02-23 09:22:30]
Юлия! Я там давно не был и быть не собираюсь. Последний раз, кажется, в те ещё времена, когда открытие щебеночного завода, которого геолокацию не помню, где-то в области, праздновали приглашением жалких ошмётков, на которых читалоcь название "Boney M". Как раз в кафушке почти под самым трамплином они открывали рот под фонограмму.
Новая застройка сильно напоминает открытие рта под фонограмму. Жизни она не исключает, но и не предполагает. Поэтизм "взор" всё едино не вяжется ни с временем, ни с пейзажем, а существует только между "Я", бывшим в начале, и "Я", оказавшимся в конце алфавита. Юлия Чиж [2024-02-24 05:23:02]
Категорично. Не раздражайся. Новые постройки разные. Те человейники, что похожи на термитники, мне самой не нравятся. Но есть очень милые дома, с индивидуальностью. И даже поэтичные встречаются.
Татьяна, здесь читают. И читают внимательно. |