Переписка-3.
Никита Янев
Форма: Эссе
Жанр: Антиутопия Объём: 7575 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Живые люди ходят парами,
А из земли растут растения, А над травой летают ястребы, И это тоже человек. Светло у воздуха отнятые Над молчаливыми постройками Светают девочки и мальчики, И это тоже человек. Тогда мир полон светлой радости, Очарования и горести, Глаза в глаза глядят колодцами, И это тоже человек. Звезда висит на ветке дерева, И словно бледная сомнамбула, Летит по небу солнце круглое, И это тоже человек. Стекло воды лежит отмытое, Лицо читает книгу времени, Всё перепуталось, смешалося, И это тоже человек. 1989. 1. В дао про корни слов. Смыслы и есть корни слов. Но у смыслов тоже есть корни. В дао они – семена, дети. И не только в дао, у досократиков. Поступки? Система воспитанья? Что имеется в виду? Ведь этим словам 3000 лет в обе стороны. Если угодно. На языке квантовой физики и психоаналитики, система дефиниций, система предпочтений. Я писал в «Дневнике Вени Атикина» 20 лет назад, между я и я все уместились. Сталкерова Мартышка потому двигает стаканы взглядом, что у неё нет пола, её пол – все вещи, девственная плева, сплошная линия горизонта, прабабушка Валя, а смеяться не умеет. Вы сразу узнаёте, на что нас купили. 30 лет жить всегда. Забвение. Без целого. С этой штукой нельзя на раз расквитаться. Здесь все, и Европа, и Америка, и Россия. А вам было важно как роженице, родам и акушеру, найти такую оболочку я для не я, чтобы даже пню в лесу стало ясно, что не я – тоже я. Поступок. Конечно, поступок. Но, знаете, поступок, которому 30 лет, это уже – быть космонавтом. Которые наяву видят свои мысли, особенно наши, которые по 3 года в космосе, как в запое, как дядя Вася, сантехник. Шаламов 20 лет на Колыме выжил, потому что потом 30 лет описывал. Я не мистифицирую. Это поступок. Как пустота не я вместилась в поступок я, и стала. Кем же она стала? Растяжкой между я и не я? Русской литературой? Реальностью? Ясновидением? Вообще-то, калекой. Шаламовым после всего, в психушке для престарелых наматывающем полотенце на шею, чтобы зэки не украли на зоне. С этим надо считаться, а не плющить друг друга дядечкой, что все продали себя подороже за комфортное забвенье, потому что поступок и есть то целое, которое собирает всех вместе, как родина, всех - я, не я, забвение, целое. Я, наверное, не совершил в жизни такой поступок, а совершал, описывал его 20 лет, поэтому я так запал на вас, как переписка и разница полов, увидел себя, только сильней. Это хорошо, это больше дружбы, любви, веры, это Бог. Сеанс ясновидения, если угодно. 2. Тарковских, по крайней мере, четверо. Скажем, Триер – ученик Тарковского «Ностальгии» и «Жертвоприношения». Триер, которого тоже аж 4 штуки. Триер неохристианский «Идиотов», «Танцующей в темноте», «Рассекая волны». И Триер триерский «Догвиля», что мир – провокация, провокация чего – не сказано, провокация провокации, провокация ничего. И Триер «Антихриста» и «Меланхолии» - экклезиаста, излёта человеческого духа. У Тарковского в «Сталкере», вершине, на наш взгляд, человек – генезис Бога. У Триера в «Догвиле», вершине на наш взгляд, человека надо перечеркнуть. 3. Женщина говорит, Богородица, Путина прогони. Мужчина слышит, Господи, спаси Россию от Путина. Нормальная такая помеха. Обычно совсем другая помеха. Как у Бащлачёва. «Хотел в Алма-Ату, приехал в Воркуту, хотелось Беломор, в продаже только Ту… А если встать пойти? За это мне грозит от года до пяти». Давно такого не было. Стоишь на воздухе, и воздух держит. Вообще-то было, не будь неблагодарным, в детстве, в юности, в зрелости. Просто в старости начинается такая некоторая умеренность. «Может быть нет, может быть да, на нашем месте в небе должна быть звезда. Ты чувствуешь сквозняк от того, что это место свободно». Когда доберёшься до такой умеренности, вся грудь в соплях, вся жопа в шрамах. Стоишь и смотришь, как обдолбанный, как вода в ручье. Как мимо все с земли на небо лезут, как трава сквозь воздух, и устало смекаешь, они чё придурки? Это же смерть! А разве ты готов к только смерденью? Разве ты выложил на ютубе и в тарренте душу, как девочки в церкви? Так что новые придут ущербно и загрузят твою душу с таррента и ютуба. Как население лечится, глядя на девочек. Что оно не подставилось. И сразу скашивает белки, как злая собака, на тройной виски без льда. И она там быстро пробежит по жилам, загруженная душа, в виде 33 романов о свойствах страсти, и всё починит, на фиг, как тройной виски без льда. Спаситель когда говорил про город золотой в центре метагалактики, что он мог бы быть – вы, имел в виду поступок максимально потщиться. Конечно, это страшные лоховство и ботаника, про Леви-Стросса, Мандельштама и Канта на суду, где дядьки и тётьки всё просчитали, и себя не любят, и даже себе не признаются в этом до самой смерти. А потом бабахнет, как колокол в череп. Как зэки, вломится в двери город золотой. Что будем брать в голограмму, братишка. А дать нечего. Что ж вы не потщились на суду, дядьки и тётьки, максимально потщиться кроме смерденья смерти? Вот так и я, стою на воздухе, воздух держит. И я начинаю нервно чесаться, где ручка с чернилами? Я не привык просто так пропускать время. И я начинаю смекать так примерно, а чё, может не торопиться, раз воздух держит? Разжечь костёрчик, плыть на острове внутрь тумана, может там обнажёнку и спасательные работы встретишь. И вдруг смекаю, что это уже не я смекаю. Девочки вышли с зоны, загрузили мои 33 романа, как душу в жилы, стоят и плачут за стойкой, подзывают бармена, рассчитываются за 33 стакана, выходят на улицу и чувствуют, что воздух держит. И глотают сопли, прощают дядек и тётек, которые всё просчитали, и которых нету, потому что раз всё только смерденье и голограмма, то вот, пожалейте нас за то, что мы как та старушка из анекдота, «ну, не шмогла я, не шмогла». 4. А потом, вы понимаете, всё уже было. Что-то подобное я встречал в воспоминаньях Надежды Яковлевны Мандельштам и «После бала» Толстого, в русском апокалипсисе и русском ренессансе. Я уже не говорю про евангельские событья или сложность ДНК, наши человеческие страсти – плевок со слюнями. Но всё же, экклезиастический коммунизм после всего - после апокалиптического коммунизма в мозгах, и ренессансного коммунизма всех уговорить – круче. Он что-то там мудрует у себя без времени в городе золотом, а мы тут пердячим как единственная правда. Он смотрит, а чё – ничё, кабинка, и вмещается, как меч в ножны. Мы стоим на воздухе и смотрим как город золотой в нас входит, как 33 романа в неофита, и сжимаем и разжимаем ладони, как обнажёнка. 5. Там просто надо уже думать, что будет после этого, потому что нынешнее состояние общества, и даже воздуха, космоса – это состояние чистки, тотального психоза, что всё – только эта минутка, и больше ничего не будет, и надо урвать себе кайф подороже. Это состояние гипноза, это состояние расплаты за те 100000007 поколений, что здесь вроде бы не был, но всё знаешь про это. Пафос 19 века – был пафос рационализма, ирония цивилизации над моралью готтентотов, добро это когда наши зажарили и съели – из соседнего племени, зло это когда нашего зажарили и съели - из соседнего племени. А потом настал 20 век, весь насквозь готтентотский, Гитлер, Сталин, Хиросима, 100000007 закланных в жертву. Поэтому я говорю, что нам уже нужно думать про дальше, про 100000007 рожениц с мокрой кудрявой головкой из лона. Поэтому я так запал на девочек. Постапокалиптика – не потому что 21 декабря 2012 года всё подзорвётся, это было бы даже лучше, как смерть во сне, тырк, и всё. А потому что после психоза наступает жертва – 100000007 закланных в жертву, 100000007 рожениц с мокрой кудрявой головкой из лона, 100000007 лет до нашей эры. А мы с нашими разборками, а ты кто такой, а ты кто такой, профукаем победу. Девочки выйдут с зоны, а кто их встретит и приветит, чтобы не отчаялись и не ожесточились, что все друг друга стреляют, как беспризорных собак на мыло. И тут, конечно, днём с огнём, социальный строитель, который уже давно просекает, что на постапокалиптике - острова, как экопоселенье, - глобальная катастрофа, как всех против всех преступленье, - голограмма, как новая реальность, пока все друг в друга плевались на шоу. Сентябрь 2012. © Никита Янев, 2012 Дата публикации: 15.10.2012 12:13:00 Просмотров: 2149 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |