Просто Маша
Ирина Курамшина
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 10526 знаков с пробелами Раздел: "И мои, и не мои истории" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Машка долго препиралась с братом. Валька упёрся, и не соглашался идти в магазин за хлебом. Она и уговаривала его, и просила, даже пообещала заложить брата, как только он опять приведет в дом девчонок в отсутствие родителей. Все бесполезно – Валька только улыбался, уткнувшись в монитор, монотонно барабаня по клавиатуре. Машка знала, что когда брат общается с друзьями в виртуальном мире, к нему не подходи. Но, дело принципа. Она уже ходила сегодня по поручениям матери, теперь очередь за братом. - Так и знай, заложу тебя предкам! – Громко крикнула Машка уже в дверях и даже показала брату язык. Как будто он мог видеть. «Вот гад! Все я да я. Хорошо, что теперь он не может меня обмануть с уборкой квартиры да мытьем посуды, а то раньше, то и дело дурил». - Машка с такой злостью размахивала хозяйственной сумкой, что чуть не задела соседку, которая еле-еле успела увернуться, первой войдя в лифт. - Машунь, ты чего такая сердитая? Сейчас лопнешь от злости. Посмотри на себя в зеркало – щеки надуты, глаза сверкают. Валька что ли обидел? - А кто ж еще? Думает, что мне в кайф бегать целый день, как золушке. Я, между прочим, тоже хотела в чате посидеть. - Маленьким девочкам вредно просиживать у компьютера! – Назидательно произнесла соседка. - Кто маленький?! Я?! Да мне уже десять лет исполнилось. Я читаю с четырех лет. И в школу пошла с пяти. А Валька ко мне всё, как к малолетке, относится. Он раньше знаете, что вытворял? Нарисует график уборки квартиры и, только мои три дня закончатся, он снова график переделывает. Один день уберётся, а потом почему-то опять моя очередь. Я маме жаловалась, а она график посмотрит и говорит: «Все правильно, сегодня именно твоя очередь». Я ж не знала сначала, что Валька мухлюет и этот график меняет. Он думал, что я маленькая и ничего не понимаю. А я, как считать и читать научилась, сразу вывела его на чистую воду. Теперь мы просто на календаре кружочками обводим дни: я – синим, Валька – красным. Теперь ему меня не обмануть. Ладно, тёть Тань, я побежала, а то магазин закроется. Девочка неслась по Чистопрудному бульвару в сторону булочной, ничего не замечая вокруг. Однако белеющее в кустах пятно она сумела разглядеть. Любопытство, как всегда, пересилило, Машка остановилась и осторожно раздвинула колючие ветки шиповника. Под кустом лежал мужчина: голова запрокинута куда-то вглубь кустов, лица не видно, зато на самом виду распахнутые полы пиджака, оголившие белоснежную рубашку, которая и привлекла Машкино внимание. «Пьяный, наверно, - брезгливо подумала девочка и хотела уже бежать дальше по своим делам, но тут заметила, что из внутреннего кармана пиджака мужчины торчит толстая пачка денег, перетянутая резинкой, она нагнулась поближе, что бы рассмотреть, - ни фига себе, это ж целое состояние, сколько тут долларов! Тысячи, наверно». - Эй, дядя! Дядя, проснитесь! Ограбят ведь вас. – Машка начала трясти мужчину за рукав, но он не издавал ни звука, и рука в рукаве была какая-то неживая, словно деревянная. И тут до ее сознания дошло: с чего бы прилично одетому мужчине, а то, что одежда и ботинки дорогие, Машка определила сразу (отцова школа), валяться пьяному в кустах? Да еще с толстой пачкой денег. Такие обычно с охраной ходят, а поблизости - ни души. Будучи не робкого десятка, девочка отважилась и, вытянув шею, заглянула туда, вглубь кустов, где покоилась голова лежащего. «Ну, вот. А у дядьки-то дырка во лбу. Интересно, а почему крови почти нет? В кино около трупа всегда лужа громадная. А тут ничего не видно. Странно». Машка достала мобильный телефон, который совсем недавно получила на день рождения от отца и стала искать в памяти аппарата номер милиции. Отец постарался нашпиговать дочкин телефон номерами всевозможных служб, на всякий случай. Редко бывая дома, постоянно находясь в загранкомандировках, он волновался за свою младшенькую и, как мог, оберегал. «Спасибо, папа. Как раз такой случай и наступил», - мысленно поблагодарила отца благодарная дочь. - Милиция? Приезжайте срочно на Чистопрудный бульвар. Здесь, в кустах недалеко от булочной, дяденька с прострелянной головой лежит. Кто я?.. Просто Маша... Нет, не маленькая!.. Мне почти одиннадцать лет... Я вас на дороге подожду и покажу, где он лежит... Ага... Жду... Выбравшись из кустов на тротуар, девочка вспомнила про булочную, и опрометью кинулась за хлебом. Но «жертва любопытства» зря торопилась – когда она, запыхавшись, вернулась назад, милиции не было. Еще минут двадцать она мерила шагами расстояние между местом преступления и бульваром. Стражи правопорядка, явно, не торопились. Машка злилась: «Они думают, что мне делать нечего? До ночи что ли мне тут торчать?» Она достала телефон. - Милиция?.. Это снова Маша... Как какая?.. С Чистопрудного бульвара... Я же вам звонила, про дяденьку в кустах рассказывала... Но почему-то никто не едет... А мне домой надо... Да не вру я, не вру... Что я, дырок во лбу не видела?.. Как где?.. В кино! – Машка сделала отбой и по инерции продолжила вслух. – Правильно папа говорит, милиция у нас тупоголовая. И зачем они только плакаты по всему городу развесили, если все равно не хотят реагировать на звонки сознательных свидетелей? Воспроизведя вслух слова отца, Машка, сама того не подозревая, остановилась перед столбом с плакатом, надпись на котором гласила «Твой звонок по 02 свяжет руки террористам». На этот раз милиция среагировала молниеносно. Не прошло и трех-четырех минут, как со стороны метро показался милицейский уазик, остановившийся безошибочно рядом с нужными кустами. - Ну, ты и есть Просто Маша? – Первым делом спросил смешливый и добродушный милиционер, который, словно колобок из одноименной сказки, буквально выкатился из машины. Он был так толст, что милицейская машина после освобождения от «колобка» даже как-то вздохнула, скрипнув, мотнулась из стороны в сторону и стала несколько выше. - А что? Здесь на улице куча девочек стоит? – Парировала школьница. - Да ладно, ладно. Ты не обижайся на нас. Знаешь, сколько всяких ложных вызовов за день бывает. Так что прости и показывай свою жертву, Просто Маша. – Милиционер начал хохотать, сотрясаясь всем телом, а вернее огромным животом. А Машка и не думала обижаться. Ей так понравился этот толстячок, что она с радостью повела его и остальных милиционеров к злополучному месту. Вот только смех толстяка немного покоробил слух. Было в нем что-то неестественное, отталкивающее. - Ну, ты молодец, Просто Маша, такая у тебя выдержка, скажу! И гражданская сознательность у тебя не по годам высокая. - Толстяк сразу стал серьезным, ему хватило и беглого взгляда, чтобы понять, что в кустах труп. – Не каждый взрослый сумеет сориентироваться, наткнувшись на такое. А ты – Просто Героиня! - Евгений Константинович, тут валюты у жертвы полные карманы. – Очень тихо, но Машка сумела расслышать, обратился к толстяку один из оперативников. – Надо бы девчонку домой отправить. Милиционеры не знали, что любимым Машкиным досугом был просмотр отечественных кинофильмов-боевиков. А самый любимый герой Лёха из «Агента национальной безопасности» давно был примером для подражания. Именно Лёха стал причиной небоязни, именно Лёха нашептывал сейчас, что уходить в такой ответственный момент, когда еще не пересчитаны деньги из тугой пачки на резинке, просто преступление. Именно поэтому Машка совершенно по-взрослому заявила: - Я – свидетель. Вы должны записать мои показания. И толстяк по имени Евгений Константинович, и остальные оперативники опешили. Ведь ни для кого не секрет, что найденные на месте преступления деньги и ценности очень часто попадают в руки милиционеров. То же самое врачами скорой помощи, которые оказывают первую помощь пострадавшим. И не секрет также, что первые делятся со вторыми. И для Машки это тоже не было секретом. Потому она и уперлась. - Шла бы ты девочка домой, - начал ласково толстяк, - сделала свое дело, - молодец, мы даже в твою школу письмо-благодарность можем послать, а сейчас иди, иди… - Нет! Пока показания не запишете, я никуда не уйду. - Да это не Просто Маша, это Просто Ужас! Это какой-то кошмар на мою голову, - начал ворчать толстяк, доставая из машины портфель, теперь уже недружелюбно поглядывая на девочку, пять минут назад которой восхищался. - Идите, работайте, - цикнул он на коллег, - а с тобой придется потрудиться отдельно, Просто ты наша Маша. С этими словами он достал из портфеля необходимые бумаги, ручку и устроился на подножке уазика, отчего тот глухо ухнул «филином». Машка добросовестно изложила все подробности сегодняшнего вечера, начиная от ссоры с братом до своего второго звонка в милицию. Толстяк быстро писал, почти не задавая вопросов. Но когда он протянул девочке мелким бисерным почерком исписанные листы, она пришла в полное недоумение: про деньги, которыми, как оказалось при осмотре, убитый был буквально напичкан, не было написано ни единого слова. Машка во время своего повествования все время поглядывала в сторону кустов и видела, как из карманов жертвы вынимали все новые и новые пачки денег, которые затем складывали в полиэтиленовый мешок. Толстяк занервничал. Ему совершенно не понравилось выражение Машкиного лица. - Что-то не так, Просто Маша? – В его голосе уже давно не было добродушия, а от улыбчивости осталось лишь одно воспоминание. - Конечно, не так! - Девочка раскраснелась, разнервничалась, почти кричала. - Прошу внести в протокол обнаруженную валюту. У трупа. Толстяк присвистнул. Почесал затылок и подозвал одного из оперативников. Они отошли в сторону и зашептались. При этом толстяк яростно жестикулировал. Второй же, наоборот, разводил руки в стороны, то и дело пожимая плечами. Потом они успокоились и вернулись к Машке. Толстяк молча начал заполнять по-новому протокол допроса свидетеля, а его коллега сходил за полиэтиленовым мешком с деньгами и стал их пересчитывать. В протокол внесли все до единого доллара. Днвочка ликовала. Она долго перечитывала листочки, не обращая внимания на злящихся милиционеров, и только когда убедилась, что в протоколе всё верно записано, с чувством исполненного долга поставила свою подпись. Впервые в своей жизни. Агент Лёха мог гордиться своей последовательницей. Машка шла по бульвару с гордо поднятой головой, предвкушая, как будет удивляться Валька, как заохает мать, как гыкнет отец, когда она расскажет им об этом своем приключении. И не видела, как толстяк смачно сплюнул себе под ноги, глядя вслед удалявшемуся свидетелю. И не слышала, как кто-то из оперативников мрачно прокомментировал: «Такие бабки и такой облом! Просто Сволочь!» © Ирина Курамшина, 2008 Дата публикации: 14.03.2008 22:50:01 Просмотров: 3859 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
Отзывы незарегистрированных читателейлюдмила [2015-05-17 18:33:47]
|