Гуамбошарамбо
Борис Иоселевич
Форма: Пьеса
Жанр: Эротическая проза Объём: 11247 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
ГУАМБОШАРАМБО / пустячок в одном действии / ДЕЙСТВУЮТ: Врач-гинеколог от всех болезней. Пациентка. Мужчина-переводчик, потом женщина-иностранка. Женщина-иностранка, потом мужчина-переводчик. Кабинет врача. Обстановка бесцветная, стерильная. Кроме внешнего входа, виден второй, внутренний, в операционную. Оттуда выходят врач и пациентка. ВРАЧ /выпроваживая пациентку /. А жаль, была бы прекрасная малышка. Этакая суперфлю. ПАЦИЕНТКА. Суперфлю? Это... ВРАЧ. Нечто такое же волшебное, как её несостоявшаяся мама. Она бы тоже приходила ко мне. Сначала с вами, потом одна. ПАЦИЕНТКА. Ах, доктор, дети нынче обходятся дороже врачей. ВРАЧ. До свидания, милая. Не без удовольствия снова встречусь с вами. Пациентка уходит. В дверь просовывается голова мужчины. Из-за его плеча выглядывает женщина. МУЖЧИНА. Здравствуйте, доктор. Видите ли... ВРАЧ. Не слепой. Надо полагать, вы супруг этой дамы. Поздравляю с роскошным выбором, но при осмотре ваше присутствие не обязательно. МУЖЧИНА. Я не муж... ВРАЧ. Тем хуже. МУЖЧИНА. Но без меня... ВРАЧ / пытается вытолкать его за дверь /. Без вас... Без вас... МУЖЧИНА. У вас ничего не получится. ВРАЧ. У меня? Хо-хо-хо! Только что получилось. /Продолжает выталкивать /. МУЖЧИНА / отбиваясь /. Эта дама иностранка. ВРАЧ / от удивления отпускает мужчину /. Вот даже как! / кланяется даме /. Женщин у меня навалом, но иностранные ни разу... /снова кланяется /. Для меня это большая честь, мадам. Кто бы мог подумать, такая реклама! / снова кланяется /. Я сгораю от научного нетерпения / мужчине /. Чего она на меня уставилась? МУЖЧИНА. О чём я и толкую, доктор! Она иностранка и ни бельмеса не сечёт не по-своему. ВРАЧ / подозрительно глядит на мужчину /. Но вы, надеюсь... МУЖЧИНА. Пока нет. ВРАЧ. А кто? МУЖЧИНА. Переводчик. ВРАЧ. Что вы переводите, если она всё время молчит. Может, немая? МУЖЧИНА. Исключено, доктор. Те, кто имел с ней дело, уверяют, что её надо разговорить, а потом делай с ней всё, что захочешь. Но у нас такая служба, доктор, что приходится переводить и молчание. ВРАЧ. Тогда переведите, о чём она молчит в данную конкретную минуту. МУЖЧИНА. Она молчит об аборте. ВРАЧ /задумчиво /. Значит, кто-то всё-таки её разговорил... Но что ей мешает сделать у себя на родине? Кто мне ответит, если она молчит? МУЖЧИНА. Отвечу я. Она боится разоблачения. Тонкая женская психика. ВРАЧ. Все женские тонкости мне знакомы, можете не сомневаться. Сначала думают, что делают хорошо, а после догадываются, что получилось ещё хуже. Кстати, откуда она такая эмансипированная? МУЖЧИНА. Из Гуамбошарамбо. ВРАЧ. Это страна или полуостров? МУЖЧИНА. Материк. ВРАЧ. Наверно потому, что мужчины всё время матерятся. Их можно понять: не успевают оглянуться, а уже надо делать аборт. МУЖЧИНА. Там едят анчоусы. ВРАЧ. Мне доводилось слышать, правда, краем чужого уха, будто анчоусы возбуждают, но кого именно, мужчин или женщин, дослушать не удалось. А в Бразилию от них попасть можно? МУЖЧИНА. У них всё можно, но никому не нужно. Им хватает своего. Зачем искать где-то, когда дома без дела лежит. Кроме того, у них виртуальные расхождения. Бразилия находится сбоку, а в Гуамбошарамбо ходят наискосок. ВРАЧ. Вот и шла бы на абортаж у себя дома. Может у них дерьмовые врачи? МУЖЧИНА. Дерьма хватает. А есть ли среди них врачи, сказать не берусь. Кроме того, правительство запретило аборты, ибо замыслило увеличить население с последующей перепродажей на другие континенты и конгломераты. Иные способы получения доходов им неизвестны. ВРАЧ. Как я погляжу, не все там подряд дураки. МУЖЧИНА. Со стороны, может, так и покажется, но изнутри всё видится наоборот. ВРАЧ. Правильней сказать «на аборт». Тогда пусть изнутри им кажется то, что со стороны видится на аборт. Кстати, когда у них последний раз проводились демократические выборы? МУЖЧИНА. Последний раз? Никогда. А когда предпоследний, не знаю. ВРАЧ. Они, что же, приходят к власти сами по себе? МУЖЧИНА. Иногда сами, а иногда по себе. ВРАЧ. С точки зрения тех, кто сам по себе, вполне разумное решение. Как называется их страна? МУЖЧИНА. Гуамбошарамбо. ВРАЧ. Теперь вспомнил, но забыл, какая часть света? МУЖЧИНА. Материк. ВРАЧ. Но хоть матерятся прилично? МУЖЧИНА. Похоже на то, поскольку не переводимо. ВРАЧ. Понимаю, в чём, собственно, сложность. Когда хочет, то не может, когда может, нет желания. Придётся взять себя в руки, а вздумает материться, притворюсь, что без переводчика ни бельмеса. /Оценивает взглядом мужчину /. Хотя и с переводчиком тоже. Но, поскольку вы уже здесь, раздевайтесь. /Тот в ужасе / Чего уставились на меня? Или тоже без перевода ни бум-бум? МУЖЧИНА. Я... Я... Я... ВРАЧ. Не я же... МУЖЧИНА. Зачем? ВРАЧ. Таким нехитрым способом дадим ей понять, чего от неё требуется. МУЖЧИНА. У них в Гуамбошарамбо так не принято. ВРАЧ. Пусть примут. МУЖЧИНА. Что примут? ВРАЧ. То, что не принято. МУЖЧИНА. А что не принято? ВРАЧ. Я вам толкую не про то, что, а про то, где. МУЖЧИНА. Но и про то где, может быть не про то что. ВРАЧ. В Гуамбошарамбо. Там в присутствии нас женщины раздеваются? МУЖЧИНА. Сколько угодно и даже с удовольствием. ВРАЧ. Тогда пусть приступает... Гуамбошарамбо. МУЖЧИНА. Доктор, вам прекрасно даются иностранные языки. Я заучивал это словечко две недели. ВРАЧ. Когда дают, беру. В молодости я мог провести с женщиной целую ночь, а сейчас на каждую не более получаса. Иначе заболтает и уйдёт не расплатившись. МУЖЧИНА. И мы с дамой тоже так думаем. ВРАЧ. Откуда вам известно её мнение на этот счёт? МУЖЧИНА. Мы обменялись с ней молчанием. ВРАЧ. О чём же она молчит? МУЖЧИНА. Она молчит о том, что ей нужна гарантия на случай, если... ВРАЧ. Если то, что она думает, гарантии ей не понадобятся. Да и вообще, какие могут быть гарантии, особенно иностранцам? Чем можем, тем поможем. А если можем не всё, то не оттого, что не можем, а потому, что лучше хорошо не сделать, чем плохо отказать. МУЖЧИНА. Гуамбошарамбо. ВРАЧ. Именно. И если вам покажется, что у нас свои законы, то будете правы. Они не самые лучшие, а потому мы охотно раздаём их другим. О чём ещё она молчит? МУЖЧИНА. О том, что её муж в Гуамбошарамбо, заплатит столько денег, сколько попросите, но лучше проявить скромность, чтобы не остаться без ничего. ВРАЧ. Без чего ничего? МУЖЧИНА. Без всего ничего. ВРАЧ. Стало быть, если ей вздумается / показывает на пальцах, что может вздуматься женщине /, я ничего не получу? МУЖЧИНА. Получите. Ещё как получите! ВРАЧ. Это угроза? МУЖЧИНА. Пока что нет. ВРАЧ. Хорошенькое дело, получать вместо денег угрозы. Разве умертвить пациента не требует умственных, моральных и физических усилий? От женщины, особенно иностранки, можно ждать любых сюрпризов. Я по своим, не иностранкам, проверил. Приходит, вроде всё, как у всех, а там... МУЖЧИНА. Что там? ВРАЧ. Не спрашивать надо, а платить. МУЖЧИНА. Но правила на Гуамбошарамбо не позволяют женщине... ВРАЧ. Если ей не позволено, ещё не значит, что она не позволит. Во всяком случае, у нас всё происходит именно так, поскольку у каждой страны свои гуамбошарамбо. Не говоря о том, что материмся не хуже. А потому льготы, на которые намекает, пусть примет обратно. Ничего льготного мы не предоставляем. Даже смерть должна оплачиваться, как продолжение жизни в неосознанном состоянии. МУЖЧИНА. Постарайтесь, чтобы от вас ушла живой, а какой вернётся к мужу, пусть беспокоится тот, кому это интересно. ВРАЧ. Согласен, врач не должен страдать оттого, что пациентку постигла неудача. Деньги при ней? МУЖЧИНА. А как же, всё её при ней. И много. ВРАЧ. Много, это сколько? / мужчина шепчет ему на ушко /. А вы с искрой. МУЖЧИНА. Есть, малость. ВРАЧ. А они конвертируются? МУЖЧИНА. А как же, в конверте. Всё, как положено. ВРАЧ. А сколько положено? МУЖЧИНА. Мы договоримся. Мне десять процентов после вычета налогов. ВРАЧ. Тогда пускай раздевается. Десять процентов много. Или вы согласитесь быть не причём, или я придумаю дополнительные услуги. О чём она молчит? МУЖЧИНА. Она хотела бы сначала увидеть вас в деле. ВРАЧ. Эти папуасы до такой степени оборзели, что переходят даже непроходимые границы. Я пока не Миклухо-Маклай, возиться с нею не стану. Я тороплюсь. Время, которое у нее есть, это деньги, которые я не получил. МУЖЧИНА. Гуамбошарамбо. ВРАЧ. Не исключено. Возможно, она хочет увидеть у вас то, что я увижу у нее. Я правильно перевёл ее молчание? / пристально глядит на мужчину /. Садитесь в кресло. МУЖЧИНА. В какое? ВРАЧ. Других, кроме гинекологического, у меня нет. Пройдите в операционную. МУЖЧИНА / в панике /. Не пойду... Не надо... Я согласен рожать! ВРАЧ. Ну и денёк выдался! Кто не может, хочет, а кто может, не хочет. Мужчина кричит и жестикулирует. ВРАЧ. Вы кто, переводчик? Тогда молчите. А то иностранка подумает, что беременны вы, а не она. / Заталкивает мужчину в операционную /. МУЖЧИНА. Откуда вам известно, что она подумает, если молчит. ВРАЧ. Такая у меня профессия, чтобы понимать молчание женщины. Женщина с любопытством наблюдает за ними. По её лицу, сначала испуганному, потом настороженному, и, наконец, восторженному, видно, что происходящее чрезвычайно её занимает. Особенно в те минуты, когда доносятся стоны и пыл борьбы. Появляется врач, вытирая вспотевший лоб. А вслед за ним — мужчина, точнее, то немногое, что от него осталось. А уж если быть совсем точным, женщина, лишь отдалённо напоминающая недавнего переводчика. Врач галантным жестом приглашает в операционную иностранку. Теперь уже бывший мужчина, с чисто женским азартом, переходящим в экстаз, предаются наблюдению. Когда же вместо иностранки, в сопровождении врача появляется мужчина, лишь отдалённо её напоминающий, бывший переводчик устремляется к нему, восторженно пожимая руку. Однако их попытку обменяться поцелуями врач пресёк. ВРАЧ. Не отвлекайтесь, вы ещё не расплатились. ОБА. «Удивительно! Неповторимо! Доктор, вы гений»! Врач смущён, но недоволен. ВРАЧ. Не отвлекайтесь. ПЕРЕВОДЧИК /бывшая иностранка /. Браво, доктор, вы перевернули мою жизнь вверх дном. ВРАЧ. Валаамова ослица заговорила! Теперь, когда мы можем общаться напрямую, должен предупредить, что люблю лесть, особенно оплаченную. Все остальное, мелочь. ИНОСТРАНКА /теперь переводчик /. Вы правы, мелочь, но очень, очень, очень приятная. / Отводит врача в сторону /. Скажете, доктор, вы не могли бы этой шлюхе /кивает на бывшего переводчика / сделать аборт? Муж у неё страшно ревнивый. Узнает, убьёт. ВРАЧ / потрясённый / Гуамбошарамбо! ИНОСТРАНКА / теперь переводчик /. Прямо в яблочко! КОНЕЦ Борис Иоселевич © Борис Иоселевич, 2016 Дата публикации: 17.10.2016 05:59:21 Просмотров: 1666 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |