Смертельная игра
Елена Щеглова
Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры) Объём: 9843 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
- Мотор! Огромный груз, скрипя и лязгая, несется прямо на нее, а она… Боже, она просто стоит и смотрит на его приближение, а потом вдруг оборачивается к режиссеру и кричит сквозь грохот: - А если эта штука меня раздавит, вы это покажете? Трудно передать выражение наших лиц, но уже через мгновение кто-то несется к ней и резким движением сталкивает с барьера, на котором она стояла. …Груз, скрежеща, пролетел мимо, остановившись у стены павильона. Режиссер снял бейсболку, трясущейся рукой вытер пот со лба и вдруг накинулся на нее: - Что ты делаешь, черт подери? Тебе что, жить надоело? - Что вы так нервничаете? Ваше шоу называется «Смертельная игра». Здесь предполагается опасность… - Здесь предполагается, - перебил он, - что у героя есть достаточно времени, чтобы отпрыгнуть. А стоять и ждать, когда тебя раздавит – это, пожалуйста, в какое-нибудь другое шоу, для сумасшедших. Эй, позовите Лину. Пусть она ищет замену. Придется переснимать все с самого начала. И режиссер, чертыхаясь и размахивая бейсболкой, пошел куда-то в глубину съемочной площадки. Все стали расходиться, и только я почему-то остался и все смотрел, смотрел, как она стоит и улыбается, а потом медленно отряхивается и идет переодеваться. - Эй, зачем ты это сделала? – окликнул я ее уже на улице. Она обернулась. Смеющиеся черные глаза, остренький носик… Привлекательная, хоть и странная. - Хотела дать еще один шанс. - Кому? - Смерти. Я спрыгнул с деревянного крыльца павильона. - Это что, какая-то игра? - Ну да, можно и так сказать. А ты, собственно, кто? - Я здесь работаю. Грузчиком. - А-а… - Нас на сегодня распустили. Можно мне пойти с тобой? Она кивнула, и мы ушли, чтобы никогда больше сюда не вернуться. Мы гуляли по набережной и долго разговаривали. Она рассказала мне свою жизнь, и я потихоньку начинал понимать ее игру, хотя и не разделял удовольствия, которое она испытывала. - Разве с тобой такого не было? Ты идешь, и вдруг рядом – визг тормозов. А ведь машина могла и не успеть остановиться, и тогда все – конец. Но смерть проиграла. Сейчас проиграла. - Да, но ты ее провоцируешь. По-моему, это похоже на самоубийство. - Ну нет. Самоубийство – это совсем другое. Ты хочешь умереть, и что-то для этого делаешь. Вина за смерть лежит на тебе. А я всего лишь даю смерти шанс, я за ней наблюдаю. - И много таких шансов у тебя было? - Бывали. Но сейчас я уже сознательно ищу их. Я без этого не могу. - Разве ты не боишься умереть? - Нет, чего тут бояться? - А жизнь тебе не дорога? Она вдруг остановилась и серьезно посмотрела на меня. - Мне тут скучно. Ужасно скучно, - повторила она, подумав. Я это и так уже понял. Только надо же выдумать такое развлечение! Мы бродили, и я даже не заметил, как пролетел день. Только под вечер я обнаружил, что даже не знаю, как ее зовут. - Яна. А тебя? - Сергей. - А, Серый… Что-то дрогнуло во мне, когда она назвала меня так. Как будто кто-то уже так ко мне обращался, вот только кто и когда?.. В этот вечер я остался у нее, и утром мы тоже не смогли расстаться. Она нравилась мне все больше и больше, и я стал понимать, что мы познакомились не зря, и не случайно я пошел за ней тогда, после съемок. Было очень приятно сидеть в кафе, гулять по бульварам, слушать ее размышления о жизни, такие странные и опасные. - Но почему ты не видишь в жизни смысла? Человек ведь рождается не для того, чтобы умереть? - Не знаю. Для меня жизнь - это ожидание. - Но можно попробовать что-нибудь сделать во время этого ожидания. - Например? - Стать чуточку лучше… Она остановилась и посмотрела на меня с удивлением. - А ты не так прост, как кажешься. Ты давно собирался мне это сказать, да, Серый? (Непонятно, что происходило со мной, когда я слышал это прозвище. Странные ощущения). - Ты считаешь, что я ошибаюсь, ведь так? – не отставала она. - Думаю, если бы ты за это время успела сделать несколько добрых дел, жизнь твоя не была бы такой уж бессмысленной. Яна задумалась. Я хотел было продолжить, но она приложила палец к губам, и мы долго шли в полной тишине, размышляя каждый о своем. Сначала я пытался угадать, что творится в ее голове, но потом вдруг переключился на себя. Я вспоминал, что было до того, как я оказался на съемках шоу, кем я работал, где жил, - и ничего не приходило мне в голову. Меня начинало одолевать беспокойство, но в то же время существовала одна вещь, в которой я был уверен. Я твердо знал, что должен быть с Яной, никуда не отпускать ее, словно от этого зависела ее судьба. И тогда я решил не волноваться, а просто слушать свое сердце. Мы провели вместе еще несколько дней. За этим разговором последовали другие, и каким-то образом мы поменялись ролями: теперь уже я говорил, а она слушала. Я пытался убедить ее изменить свой взгляд на жизнь, перестать тратить время на бессмысленные игры со смертью и начать делать что-то полезное для своей души. Она как губка впитывала мои слова, и я понял, что ее нетрудно убедить. Как будто она уже знала все это, и ей нужен был только какой-то толчок, чтобы по-новому взглянуть на саму себя. Кроме того, в ее глазах появилось уважение ко мне, которое постепенно сменилось другим выражением – более нежным и внимательным… …И вот мы стоим на крыше какого-то дома и смотрим на Москву, на звезды, на весь мир с высоты девятого этажа. Мы держимся за руки и молчим, потому что наступил уже тот момент, когда нам стало хорошо и молчать вдвоем. - Мне нужно кое-что сказать тебе, Серый, - вдруг поворачивается она ко мне. – Ты даже не можешь себе представить, как изменилась моя жизнь с тех пор, как мы встретились. Сначала я думала – это из-за того, о чем мы с тобой беседовали. Но потом поняла, что это не так, вернее, не совсем так. Смысл моему существованию придал… ты. Ты можешь мне не поверить, я и сама себе поначалу не верила. Но чем больше я прислушивалась к себе, тем больше убеждалась, что я… люблю тебя. - Да, я люблю тебя!.. – повторила она и протянула руки, чтобы обнять меня. Наверно, я должен был обнять ее в ответ, а, скорее всего, и поцеловать. Но я этого не сделал. Я вдруг понял, что выполнил все, что должен был, и чувства, которые я к ней испытывал, были совершенно иного рода. Я испугался, что она не поймет этого, но она только убрала руки и сказала: - Ты можешь чувствовать все, что хочешь, может быть, даже совсем ничего. Я просто хотела, чтобы ты знал. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а затем она улыбнулась. - Странно, я раньше никогда такого не испытывала. Мне кажется, что даже если что-нибудь случится, - даже если мир рухнет, и мы исчезнем,- моя любовь к тебе все равно будет жить. Как будто она существует сама по себе, и ей не страшны никакие преграды. Ты мне веришь, Серый? Веришь, что такая любовь существует? Я кивнул. И тут раздался взрыв. Пол ушел у нас из-под ног, мы полетели вниз и погибли, как потом выяснилось, в результате первого из серии подобных терактов в Москве. Девятиэтажного дома больше не было, и теперь мы стояли в белоснежной комнате без углов и границ между стенами, потолком и полом. У Яны был испуганный вид, но я ждал спокойно, потому что знал, что первым появится ОН. - Х-ха!.. – так может смеяться только Тот, у которого нет имени, хотя люди придумали ему их великое множество. - Ну вот и все, игра закончена. Я так долго ждал этого момента, но мне постоянно мешали… - шипел Он, - Только не надо начинать все сначала. На это раз душонка точно моя. Опять этот хохот, от которого леденеют даже стены комнаты. Но нам нечего бояться. - Ты снова опоздал. Она призналась мне, и ее чувства настоящие. - Ха, настоящие!.. Ты хочешь сказать, что получил настоящие чувства за пару недель? Бред!.. - Серый прав. Эта девочка моя. Так вот отчего так сжималось мое сердце. Это было мое настоящее имя. А уста, что произнесли его, вызывали трепет и восторг, потому что это, как всегда незаметно, вошла Любовь. - Ну нет, на этот раз у вас ничего не выйдет, - снова заговорил Тот, без имени. – Не надо убеждать меня, что она успела сказать что-то до взрыва. Мои ребята получили четкие инструкции. - Она успела многое сказать, хотя это и не важно. Важно то, чтО она успела почувствовать, а это была настоящая любовь, истинная любовь. Ты можешь убираться восвояси. Злобный рык сотряс комнату, но возражений быть не могло, - она действительно успела. - Ты прекрасно все выполнил, Серый. Можешь возвращаться назад, у тебя уже есть новое задание. А ты, девочка, пойдешь со мной, - улыбнулась Любовь. - Я хочу попрощаться с Серым. …Редко души разговаривают здесь. Может быть, поэтому мне вдвойне приятно слышать их благодарный голос. Надеюсь, теперь ты понимаешь, милая, что не надо торопить смерть, ведь можно не успеть сделать самого главного – того, что потом спасет тебя. Сколько еще на этом свете таких как ты? Сколько раз еще мне придется спускаться в мир, чтобы пытаться достучаться до тех, которые не слышат голоса с небес? Странная роль в этой трудной, но такой притягательной игре!.. Но я готов играть ее бесконечно, снова и снова расставляя декорации для нового шоу, опасного и завораживающего, непонятного, но захватывающего, смертельного шоу под названием «жизнь». Вот и опять я чувствую легкий холодок и волнение, как у человека, готового сорваться в бездонную пропасть, повинуясь магнетическому слову своего режиссера. Прощай, милая! - Мотор, Серый! Мотор!!. © Елена Щеглова, 2008 Дата публикации: 23.03.2008 20:57:48 Просмотров: 2773 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииДенис Требушников [2008-04-04 11:48:33]
Bravissimo! Absolutissimo!
Вспоминается поэт XII века - Элинан из Фруамона и его "Триумф Смерти" ("Стихи о смерти", в русском переводе): "Забывший страх, для Смерти слаще, Среди других, он прочих чаще Скрывается во Смертной пасти". Ответить |