Право На Мир
Анастасия Зотова
Форма: Роман
Жанр: Фэнтэзи Объём: 771795 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Право на мир. Глава 1. Все жители Хейбора стояли на главной площади города. Возле памятника королевы-воительницы Фаэнель, уцепившись за мраморную ногу огромной лошади воительницы, полустоял - полувисел изящный, как и все его соплеменники, эльф. -Тишина!!! – крикнул он, чуть не упав в толпу. Тишина воцарилась на площади. Такая тишина могла быть только у эльфов – легкая, призрачная, слегка подернутая рассеянной дымкой разговоров. -Что произошло? – поинтересовалась я у стоявшего рядом со мной Фреймора. Фрей – невысокий, но красивый, с наивными черными глазами и темными, немного кудрявыми волосами эльф, мой жених – чуть не с обожанием посмотрел на меня. -Не знаю. Во всяком случае, этот эльф приехал из столицы. Я нахмурилась. -Наверное, он хочет сообщить нам что-то очень-очень важное. -Даже не представляю… Но Фреймор не договорил. -Жанет, твое белое платье выглядит ужасно, а украшения из хрусталя смотрятся отвратительно! -Опять твоя сестренка Полета? – шепнул мне Фреймор. Полета подошла к нам и встала между мной и Фреймором. -Как дела? – спросила она в пустоту. -Замечательно! – ответила я. Фрей промолчал. Полета обиженно надула губки. Я знала, что она ждет ответа только от моего жениха. Она обожала Фреймора, я была в этом уверена. Однако я не знала, что мне делать с этой тайной. По-хорошему, если бы я не любила Фреймора, надо было бы расторгнуть помолвку и помочь Полете очаровать Фрея; если бы я любила его, надо было бы найти сестренке другого жениха. Проблема была лишь в том, что я не знала, люблю я Фрея или нет. И от этого я страшно мучилась. Надо было разобраться в себе, но у меня отчего-то никогда не находилось на это времени. Полета немного постояла рядом с нами, изредка кидая грустные-прегрустные взгляды на Фрея (тот упорно ничего не замечал), затем гордо удалилась. -Завидует она тебе, - вздохнул Фреймор. -И есть чему, - очаровательно улыбнулась я. – Мой жених – говорю без ложной скромности – один из самых красивых, успешных… -Богатый, сын советника короля, - рассмеялся Фреймор. – Ты младше нее – и вот какой у тебя жених замечательный… -Не настолько уж и младше… - смутилась я. – Да и у Полеты есть пара эльфов на примете, - добавила я совсем уж тихо. -Не настолько уж и младше? – усмехнулся Фреймор. – Тебе шестнадцать, а ей… дай-ка сосчитаю… не меньше восьмидесяти… -Семьдесят два, - буркнула я. - А что, всего на тридцать лет младше тебя… -Тишина! – опять раздался крик приехавшего посла. Он покрепче схватился за мраморную ногу лошади. Ах, нет… его длинные пальцы скользнули по гладкому мрамору, и он, вскрикнув, полетел с высокого пьедестала вниз. Толпа моментально расступилась, и эльф, изящно развернувшись в воздухе, приземлился на ноги. Но перед моими глазами стояла другая картина… «С огромной стены-скалы летит тело, кажущееся маленькой точкой… Ударяется о выступы стены, и исковерканным падает на землю…» Я тряхнула головой. Видение пропало. С трудом уняла дрожь в коленях. Тем временем эльф, приехавший из столицы, снова забрался на пьедестал, потом запрыгнул и на лошадь воительницы. Все сразу как-то притихли. -Король Белиндейна, Эйдонара, Сейпарана, Дэйна – Лэйрании и ее областей, больших и малых лесов, больших и малых водопадов, больших и малых озер, больших и малых рек, больших и малых полей…(дальше шло перечисление многочисленных титулов короля, которые, как мне кажется, не помнит никто), властью, данной ему богиней Альбейн, объявляет набор во Вторую Великую Экспедицию – существ, которые желают быть одними из первых на Фаэрии исследователями, воинами, поселенцами… Мы приглашаем в экспедицию всех – независимо от пола, возраста и расы. Желающих просьба приходить завтра в ратушу после рассвета. -Завтра… в ратушу… после рассвета… - повторила я. Фреймор удивленно посмотрел на меня. -Неужели ты хочешь поехать? -А почему бы и нет? -А тебя возьмут? -«…независимо от пола, возраста и расы…» - процитировала я. И подумала об Алеане. Он уехал на Фаэрию. Во время Первой Великой Экспедиции. Мой лучший друг. Мой единственный друг, следовало бы сказать. Он – и другие – основали на Фаэрии королевство Малый Белиндейн. Но потом – нападение вэйт и… Никаких вестей. И никто не вернулся… Возможно, Алеан там. Возможно, живой. И, может, я его найду… Мои мысли прервал громкий визг. Я оглянулась и увидела странную сцену: эльф из Фаэнели, спрыгнувший с лошади, окруженный советом друидов Хейбора, собирался, похоже, удалиться… Но его остановил мужчина непонятной расы: -Хорошую весть ты принес, посол Фаэнельский… А не провозгласишь ли ты, остались ли на этом свете избранные, уехавшие в Первую экспедицию, или покинули они нас навеки? Не ждет ли такая же судьба храбрейших и в этот раз? - мужчина говорил важно, напыщенно. (Так обычно говорят существа близких к эльфам рас, пытаясь сойти за эльфов. Глупцы… Эльфы никогда не говорят пышно…) Когда мужчина замолк, раздался визг. Кричала оркша. -Демон, демон! – вопила она, тыкая пальцем в мужчину. – Демон! Уберите его!!! Немедленно, иначе он нас всех убьет! Неожиданно появившиеся словно из-под земли лучники увели и демона, и оркшу. Посол из Фаэнели пожал плечами. Старики-друиды окружили его и повели куда-то. -Интересно, откуда в Лэйрании демон? – вслух подумал Фреймор. – Ведь расы, порочащие лицо Земли, не допускаются на Лэйранию, в великое государство эльфов… -В наши дни ничему не следует удивляться, - откликнулась я. Мне были не интересны отвлеченные рассуждения Фреймора. Мои мысли были заняты только экспедицией. И немного – Алеаном. -Я, пожалуй, не удивлюсь, даже если увижу вампира, разгуливающего под руку с троллем по крепостной стене… -Интересно, а кто будет проводить запись? – перебила я его. -Жанет, ты все-таки хочешь записаться в экспедицию? -Разумеется! Я никогда не отказываюсь от того, чего хочу! -Но, Жанет, это плохая идея… -Это хорошая идея! -Плохая! -Молчи, - властно приказала я. Фреймор замолчал и отвернулся. Наверное, обиделся… -Фрей… Послушай, Фрей, извини меня… Я не хотела тебя обидеть… -Я не обиделся… Честно говоря, удивился… В твоем голосе такая… такая сила… Как у нашего Короля! Как у всех Королей… Тебе... тебе только принцессой быть! – воскликнул Фрей восхищенно, но сразу после этих слов коснулся переносицы средним пальцем правой руки, будто прося извинения за свои крамольные слова у Найра, божественного рыцаря, сына великой Альбейн, который начал род Королей Лэйрании. -Действительно! Представь – принцесса Жанетта Элистон… Вернее, Жанетта Грэчел… - я улыбнулась про себя. Извинения у Найра, разумеется, не попросила. Потому что в МОИХ словах не было ничего крамольного. Фрей взглянул на меня. -Так ты завтра после рассвета пойдешь в ратушу? -Разумеется. Я так решила. -А как же твои родители? -Они меня отпустят. Я уверена. -Тогда… Жанет, я поеду с тобой. -Спасибо, Фрей… - я облегченно вздохнула. Я знала, что Фрей это скажет. Во всяком случае, надеялась. Я очень хотела попасть на Фаэрию, но боялась ехать туда одна… Полета бы со мной не поехала, разумеется. А хороших друзей в Хейборе у меня не было. Кроме Фрея, который недавно приехал из Фаэнели, встретил меня и… остался. Он хотел увезти меня в Фаэнель. Я, признаться, тоже этого хотела… Но сначала нужно было обручиться. А я не хотела связывать себя с ним навечно, потому что я не знала – люблю я Фрея или нет. -Ладно, - на лице Фрея расцвела улыбка. – Кстати, я тебе хотел сказать… Сегодня будет бал. -Сегодня? Бал? – обрадовалась я. – Но почему я не знала? -Ты узнала бы об этом первая, если бы… если бы о бале объявили заранее. Кстати, ты узнала о бале одна из первых… -Одна из… первых? – мои глаза округлились. – Бал, о котором не объявляли? Фреймор помолчал немного, потом сказал: -Бал будет через час. -Что? – я тихо охнула. -И объявят о нем тоже через час. -А почему не … - у меня просто не было слов. -Бал устроен в честь посла из Фаэнели. Устроить его друиды решили буквально минут 15-20 назад, а не объявили – чтоб народ не волновать. Я оглядела свое белое платье и недовольно сказала: -Полетта утверждает, что мне совсем не идет это платье… Мне надо переодеться! -Ты великолепно выглядишь… - пытался остановить меня Фреймор. – Подожди… Не говори никому… -Не буду, я только переоденусь… - я чмокнула Фреймора в щеку и побежала домой. Вскоре я была уже на родной улице. Вбежав в дом, я открыла шкаф и выгребла на кровать ворох платьев. «Я, пожалуй, надену это…» - подумала я, взглянув на красивое розовое платье с декольте и приталенной юбкой, украшенное у подола бахромой. Это платье было одно из самых новых и любимых. Его мне подарил Фреймор. Нужно сменить прическу! Я достала большую щетку и распрямила вьющиеся волосы. Затем переоделась и побежала на площадь. Уже смеркалось. По следу от солнца я определила, что совсем скоро будет бал. -Жанет! – у края площади стоял Фреймор, немного бледный. – Бал сейчас начнется. Я боялся, ты опоздаешь. К тому же твоя сестренка Полета замучила меня разговорами… Его голос потонул в звуке фанфар, и чей-то громкий-прегромкий восторженный крик возвестил: -Бал! Многие начали удивленно переглядываться. Девушки оправляли платья, мужчины приглаживали волосы. Фреймор протянул мне руку. Я улыбнулась и подала ему свою. Селена очнулась. У нее страшно болела голова и кошмарно ныли ноги. Видения только что покинули ее. Она видела короля из Дарка, его советника. Приказ начинать войну. Она видела влюбленных: девушку - эльфийку и певца – хейва. Она видела драконов, поднимающих восстание. Она видела кентавров на совете. Все это – либо уже произошло, либо произойдет… А может, и не произойдет. Селена невольно застонала. Она помнила голос. Голос сказал, что скоро, очень скоро девушка найдет друзей. Настоящих друзей, тех самых, о которых она мечтала и которых так ей не хватало. Но Селена не чувствовала себя счастливой. Каждый раз после разговора с духами случалось что-нибудь ужасное. В первый раз – тогда ей исполнилось десять лет – погибли ее родители. Сейчас, уже взрослая, двадцатидвухлетняя девушка вновь ждала беды. На протяжении двенадцати лет ее правления страна повидала многое: были и засухи, и наводнения, и войны. А сама Селена каждый день своего рождения встречала ТАК. Страшная усталость наваливалась на нее каждый раз после разговоров с духами. Такая усталость, будто девушка в одиночку усмирила сотню драконов. А начинались ее видения обычно припадками… Селена вновь застонала и с трудом приподняла голову, чтобы осмотреться. Ей было интересно, где она находится. Видения не выбирали время и место, они приходили… Они просто приходили. Когда считали нужным духи. Селена огляделась и поняла, что сидит на кресле, в тронном зале, вытянув длинные ноги перед камином, в котором еще что-то тлело. Почему она в тронном зале? Может, видения застали ее во время совета? И все министры стали свидетелями ее припадков? Она не помнила. Ее голова была будто налита свинцом, мысли путались. Но она уже привыкла. Один день в году - в свой день рождения – она становилась хейвом без прошлого, она не помнила почти ничего. Она знала, что потом память к ней вернется, но… это было трудно. Невыносимо трудно. Нет. Она не собирала совет. Она пришла в тронный зал, чтобы скрыться от своего одиночества. Или обрести его. Она – королева Брайта. Ее окружали мошенники и лицемеры. И советники – бездушные, эгоистичные, меркантильные… Усталость вновь навалилась на Селену. Духи говорили с ней. Им нужна была энергия, чтобы ненадолго вернуться в мир живых. И они питались ее энергией. И потому Селене было так плохо… «Мне нужно прилечь…» - подумала девушка. Она встала, опираясь на кресло, открыла дверь и поковыляла к своей спальне. «Кровать… Дойти до кровати, лечь, забыться…» Сегодня она отоспится, а завтра она снова станет нормальным хейвом. Хотя… Нет, нормальным хейвом ей не стать никогда. Она ведь королева! Она доковыляла до кровати, легла и закрылась подушками. Неожиданно дверь распахнулась. -Королева! Пожар в городе! – послышался испуганный голос слуги. Нет. Она не вскочит, не схватит ведра и не побежит впереди всех заливать огонь водой. Только не сегодня. -Тушите…- устало обронила девушка. -Но деньги… -Возьмите из казны, сколько потребуется! – зло крикнула Селена и вновь закрылась подушкой, давая слуге понять, что разговор окончен. Деньги! Как она ненавидела эти маленькие железные монетки! На них - портрет ее отца. Ее отец и жадность – несовместимые вещи… Ее отец – пример высшей доброты, ума, щедрости… Но – увы! – только для нее. Для остальных же ее отец был всего лишь король. Более того – мертвый король. А она – королева Брайта. Не усталая девушка, которая не может даже заснуть, а королева, не желающая помогать подданным тушить пожар. Жаль, что никто ее не понимает… «Не надо думать. Надо спать!» - приказала себе Селена. Закрыла глаза и незаметно – даже для себя самой – уснула. Сначала она спала спокойно. Но потом пульс участился, и девушка начала задыхаться. К ней опять пришли видения. -Почему ты не хочешь поехать со мной в Хейбор на праздник умирающего солнца? – спросила Дара у своего отца. Светловолосый, с проседью на висках, с серыми полинялыми глазами, невысокий и худощавый, Альфер обернулся и спешно ответил: -Извини, Дара. Я сегодня очень занят. Дара знала, что отец обманывает. Он всегда ее обманывал. И никогда никуда не водил ее. -Ты врешь! – заявила Дара. – Ты просто не хочешь. -Ты права, я не хочу туда ехать. Но сегодня я и правда очень занят. Извини, крошка. -А ты меня одну отпустишь? – без особой надежды в голосе спросила Дара. Альфер отрицательно покачал головой и исчез в облаке дыма. Дара не удивилась. Она знала, что ее отец был магом, при чем великим магом. Но она не знала, что он был одним из Трех Великих братьев… Впрочем, Дара много чего не знала. Даже о себе. Она не знала, что Альфер – ее отец – с помощью магии затормозил развитие Дары. Длинноволосой сероглазой Даре было больше двадцати пяти лет, но разумом она походила скорее на десятилетнего ребенка, выглядела же лет на семнадцать. Альфер хотел уберечь свое дитя от жестокого мира. Наверное, он переусердствовал. Но никто не мог сказать ему об этом… Потому что Альфер почти ни с кем не общался. Немногие знали, что у Альфера есть дочь. Хотя, чего уж… Немногие знали, что Альфер был жив… Дара подошла к огромному стеклянному шару, висевшему в воздухе. -Что делает отец? – спросила она у шара. «Он подготавливает мир для тебя… принцесса Дара…» Сначала Даре нравилось, когда шар называл ее принцессой. Но это быстро надоело. -А что делать мне? – недовольно спросила она. «Отец дал тебе задание… Приготовь его…» Дара сердито отвернулась от шара и подошла к столу. На столе лежала огромная книга – «Землеописание» – собранные воедино многовековые труды ученых, магов и философов Файрании. Каждый день отец давал ей задание – прочитать определенное количество страниц из книги. Даре не очень нравилось читать скучные тексты, но больше делать все равно было нечего… Дара взяла книгу и села на пол. Открыла книгу на середине – эти страницы она знала чуть не наизусть. Она обожала описание Праздника Умирающего Солнца. Она так хотела поехать на праздник, увидеть все своими глазами. Но… отец не отвез ее. И все, что ей оставалось – это читать труд Алены Элистон, эльфийки, жившей в Хейборе и каждый год (вот счастье-то!) наблюдавшей Смерть солнца. «Закат солнца лучше всего наблюдать в Хейборе. С холмов открывается удивительный вид на горизонт… и на небо… Это поистине удивительное зрелище. Огромный огненный шар наклоняется, и, будто ягода из ложки, падает. На секунду остановившись, солнце продолжает свой быстрый путь вниз, ненадолго еще раз останавливается над самым краем горизонта. Затем оно начинает медленно опускаться, окрашивая в яркие тона небо, землю и лица, многочисленные лица, с восторгом наблюдающие восхитительный закат. Все вокруг становится желтым, алым, оранжевым и сиреневым. Скрывшись за горизонтом наполовину, солнце неожиданно останавливается и начинает светить нестерпимо ярко и заходит всю оставшуюся ночь. В начале ночи эльфы в ярких костюмах и масках высыпают на улицу и танцуют ночь напролет. Солнце, звезды, луна… Огонь факелов и вода в море… Все, все празднично блестит… Когда праздник заканчивается, всегда желаешь, чтобы год пролетел быстрее, и…» Глаза Дары были в слезах. Она ужасно, ужасно хотела попасть на праздник, увидеть Умирающее Солнце… Увидеть эльфов! Увидеть хоть кого-нибудь! Ей порой было очень одиноко. Они с отцом жили в замке, посреди пустыни. Дара никогда не видела ни эльфов, ни хейвов, ни джиннов… Никого, кроме отца. Не видела моря, травы… Даже солнце было только одно, хотя Дара точно знала, что их должно быть четыре. «Принцесса Дара, вам пора приниматься за чтение…» Дара занесла руку на шар. Ей сильно-сильно захотелось разбить противную говорящую машину. Но она не посмела – боялась отца. Вместо этого она послушно открыла книгу на нужной странице и начала читать вслух:. -Сначала не было ничего. Потом из ничего появился луч света. Он рос, рос и взорвался. Тогда началась эра хаоса. Именно тогда появилось все. Но все было в хаосе. И когда столкнулись в хаосе Сила и Вечность, появился Бог. Ему было одиноко и скучно. И тогда он дал вещам имена, он расставил все на свои места, он прекратил хаос, и сотворил мир, и наполнил его аунами. Ауны были похожи на хейвов, но обладали огромной силой. Они были полубогами. Один из аунов, Мерфоил, был очень красив. Бог любил его. Бог наделил его силой, почти равной его собственной силе. Однажды Мерфоил собирал ягоды для Бога. И он подумал: «Ауны сильны. Почему они подчиняются Богу? Мы можем покорить Бога!» И тогда он наделил всех аунов способностью общаться мыслями. Бог увидел это. Но он решил, что это благо для его народа. И он давал Мерфоилу все больше и больше силы. Он полностью доверял Мерфоилу. А Мерфоил принес в народ аунов Злую мысль. Они были одержимы невиданной ранее страстью покорять. И больше всего был одержим Мерфоил. Но он выжидал. Ауны врывались друг другу в мозг, опустошая его. Сильные покоряли слабых. И когда, наконец, осталось четыре ауна – победителя. Они были друзьями Мерфоила. Мерфоил сделал их своими последователями. И перед ним стоял покорный народ аунов. Но Бог раскрыл коварные замыслы Мерфоила. Он превратил аунов в камни. Друзья Мерфоила принялись умолять бога не превращать в камни и их. Тогда Бог превратил их в солнца. Над нашей планетой до сих пор светят четыре солнца. Мерфоил также принялся умолять Бога не убивать его. Несмотря на проступок Мерфоила, Бог все еще любил его. Он превратил Мерфоила в коня. Снова стал скучать Ьог. Тогда он создал наш мир. Сначала он изгнал Мерфоила в подземные пещеры, а затем сотворил родоначальников различных рас. Он создал прекрасную Альбейн и работящего Дейна. Он нарек Альбейн эльфийкой, а Дейна – хоббитом. Он создал много рас, чьими родоначальниками были драконесса Химера, демоница Элиос, русалка Грэйл, единорог Лиин, пегас Райн, грифоница Леона, кентавр Макс и хейв Сарн. Но бог покинул этот мир, испугавшись неблагодарности существ, населявших его. Он боялся, что существа объединяться против него, и внес в этот мир страшное проклятье: «Пусть вечно будут войны между существами, пусть никогда не будет на земле этой мира!» -Дейв, я не могу жить без песен! – черноволосый кареглазый Бэл нахмурил красивый лоб. – Я буду петь, даже если мне придется петь в кабаке! -Бэл, я все понимаю. Я отпускаю тебя. А куда ты поедешь? – поинтересовался Дейвлин. -Еще не знаю. Наверное, поближе к эльфам. Возможно, в Амаден… - Бэл пожал плечами. – Ты знаешь, я люблю свободу. К тому же гадалка предсказала мне, что близ эльфийского тракта я найду свою судьбу… Впрочем, неважно. Прощай, Дейв! -Прощай, друг! – Дейв крепко пожал Бэлу руку. – Лени поможет тебе собраться. Кстати, я его сегодня не видел… -Если встречу, пришлю его к тебе! – Бэл вышел. Дейв долго еще сидел молча, уставившись в одну точку. Его лучший друг, Бэл Канто, певец, сегодня уезжал. Оставлял Дейва одного. Дейв понимал, что не имеет права останавливать Бэла. Бэл всю жизнь хотел петь. И не Дейву рушить мечты Бэла. Дейв услышал цокот копыт лошади. Сначала стук копыт о камень был громким, но постепенно стих. «Это уехал Бэл. Он не взял ничего, уехал налегке. Хотел бы я быть таким, как он… Уехать навстречу рассвету - с той, кого люблю…» - и Дейв погрузился в мечты. Скрипнула дверь. -Лени, это ты? – Дейв вскочил, машинально положив руку на рукоять меча. -Это я, о величайший Дейвлин, - услышал он за спиной старческий голос. -Ты, Грайлин? – обернувшись, произнес юноша и удовлетворенно вздохнул: - Угадал. Старик в фиолетовой мантии и причудливом головном уборе, чем-то напоминавшем Дейву парусную лодку, засеменил к окну, спрятав презрительную злую насмешку. Благо, у него была длинная густая борода. -Надеюсь, я не разбудил вас? – елейным голоском произнес старик. -Нет, - ответил юноша. – Я не спал. Я думал. -Вероятно, о девушках? Дейв покраснел. Да, он думал о той, что была самой прекрасной. Но самой недоступной. Он быстро отбросил эти мысли и принужденно рассмеялся: -Конечно, нет. Я размышлял о делах. Дейв набросил ярко-алую мантию на свое сильное тело, облаченное в легкую шелковую одежду. -Кстати, куда делся Лени? Я не видел его со вчерашнего дня! -Он... – старик задумался, представляя себе тело юного Лэнса, личного слуги короля Дейва, висящее на столбе пыток. (Только так можно было узнать что-либо о жизни короля, Дейв не доверял никому, кроме Лени). – Лэнс уехал в деревню, к матери. И увез с собой изрядное количество золота. На самом деле лишь часть этого упомянутого золота была отправлена его матери вместе с запиской, которая гласила: «Мама, я женился и больше не вернусь домой. Посылаю тебе часть жалования. Бесконечно люблю – Лени...» Остальную часть золота старик присвоил себе, точнее – отослал своему брату. Альферу деньги были сейчас нужнее. После смерти Александры Альфер… Впрочем, сейчас не время об этом вспоминать. И королю про деньги знать не обязательно. Как не обязательно знать ему и про Альфера. У каждого свои тайны. Даже у короля… -О величайший из всех Даркнесских королей, я хочу сообщить вам, что ваш авторитет подорван. -В чем дело? -Вспомните… У вашего отца было двенадцать жен. -Тринадцать, - машинально поправил Дейв, тряхнув длинными русыми волосами. -Да – да. В первый раз он женился в 18 лет, а… -А последний раз в 60. И что? Похоже, что ты медленно подводишь меня к теме, которую мы обсуждали уже сотни раз. Я не хочу жениться! -Но я нашел вам прекрасную невесту, - старик протянул Дейву листок. -Чтобы выйти за меня замуж, девушки подают заявку на участие в конкурсе невест? – усмехнулся Дейвлин, и его серо-карие студенистые глаза насмешливо сверкнули. – Шэриан Розетта? О, Грайлин, похоже, что я ее знаю. Она же Ширли Роз, она же Шаркун Розану, она же графиня Шарлота Розалина де Тремор. -Но я считаю ее прекрасной кандидаткой… -Это не повод каждый день подсовывать мне листочек с ее различными именами после титула «королева» в надежде, что однажды мое терпение лопнет и я подпишусь на этом листке! -Но я считаю ее прекрасной кандидаткой, - упрямо заявил старик. -А я – нет! Я считаю ее безмозглой и не очень симпатичной девицей! Я ее не люблю! «Да. Не любит, потому, что мечтает о другой. Только мечтает. И самое время разбить его мечту!» -О, король Дейвлин, сын Дакара, сына Дигвайза из рода Деркора, вспомните пословицу Дарка, которая гласит: «Не биться, так жениться…» -Но я пока не собираюсь жениться, а тем более – затевать войну. -Почему? Война будет очень выгодна с экономической точки зрения. -Тысячи лет длилась война между королевствами Брайт и Дарк. Нашему народу нужен отдых. -Народ Дарка рвется в бой! -Я сказал – нет! -Неужели вы щадите брайтов? -Возможно. «Да. Самое время разбить мечты этого юнца, который вместо того, чтобы править, распускает слюни и смешивает сопли с сахаром!» -Вы щадите врагов, стараясь походить на справедливых воителей из легенд, не так ли? -Да. Я заметил, что во всех легендах короли Брайта – добрые и справедливые, а короли Дарка – злые, беспощадные и жестокие. -Значит, легенды врут. -Почему? Например, королева Селена… «О, Великий Бог! Спаси нас от любви!» -Королева Селена направила свои войска на Дарк позавчера. -Что? – Дейв побледнел. Через несколько секунд он заговорил, и его голос звучал гораздо жестче: - Уж не заслуга ли это твоего брата? -Вы… -Да, я знаю, что вы с братом не общаетесь, с тех пор, как он перешел на сторону врагов. Но вполне возможно, что это он заставил королеву начать войну. -Альфер умер. -Неужели? Я слышал, умерла его жена, Александра… -Альфер умер, - повторил старик. Дейв промолчал, затем тихо сказал: -Война… Что же мне делать? -Не хотите ли вы обратиться к своему народу? Он уже ожидает вас под окнами… - произнес старик. Юный король поправил на себе мантию и подошел к балкону. -Вы не наденете корону? -Нет, мне в ней не удобно. Она слишком тяжела. Дейвлин вышел на балкон. На дворцовой площади собралась толпа, принявшаяся рукоплескать при появлении Дейва. -Я хочу сказать только одно слово: война! – крикнул король. -Война! – подхватила толпа. -Война! – шепнул старик мальчишке посыльному. – Так ему и передай: я выполнил свою миссию. Война! Глава 2. -Фрей, не отговаривай меня! – я шла по улице. Белый подол платья развевался по ветру. -Но Алена была против… И Бьорк тоже. -Мать и отец разрешили мне! Ты же знаешь, бесполезно меня отговаривать! -Жанет, послушай! – Фреймор попытался схватить меня за руку. Я вырвалась и вбежала в здание ратуши. Над одной из арок красивыми золотыми буквами было написано: «Прием во Вторую Великую Экспедицию». Я прошла по коридору и… уткнулась в большую тумбу. Возле тумбы стоял старик-куратор. То, что он куратор ратуши, я узнала по его одежде. Ботфорты, черные брюки и красные блузы носили только кураторы. По золотым нитям, украшающим одежду, можно было догадаться, что он – очень важная персона. -Собираетесь во Вторую Великую Экспедицию? – хитро улыбнулся он. Знакомая улыбка. Знакомое лицо. -Да, - я опустила глаза. Не дозволь Альбейн – и он меня узнает. Узнает и догадается о моей тайне. А я не для того хранила ее больше двух лет, чтобы о ней проведал этот хитрый старик. -Тогда назовите ваше имя. Имя? О, нет! Только бы он не вспомнил! -Жанет Элистон, - стараясь подавить волнение, ответила я. -Жанет? Да еще и Элистон? – старик прищурился, пытаясь меня разглядеть. Я прикрыла лицо косынкой. – Несколько лет назад я встречал одну Жанет. И фамилия у нее была Элистон. Она… -Вы хейв? – перебила я его, меняя тему. Старик попытался прикрыть остатками волос свои недостаточно острые для эльфа уши. -Я – полукровка. Наполовину – хейв. У старика тоже была тайна, которую он не хотел открывать. -Наполовину – эльф? -Ну… Вроде того. Я еще раз оглядела куратора. Несомненно, в нем было что-то эльфийское, но явно не на половину. -Нет, мне кажется, что вы не барри. Барри - это полукровка, один родитель которого - эльф. - Я – наполовину джинн… - вредным голосом сказал старик. - Но король знал это, когда взял меня к себе куратором! -Я ничего не имею против джиннов. -А я – имею. И предпочитаю не вспоминать о… -О своей матери? Или об отце? Старик замолчал, вписывая мои данные в заявление на участие в экспедиции. А я задумалась о джиннах. Джинны – барри. Они – дети эльфов и демонов. Они не такие изящные, как эльфы, но вполне красивые. И умеют летать, как демоны. Не понимаю, почему не любят джиннов? Демоны порочат землю, я согласна. Но джинны-то не виноваты, что они джинны… -Я написал заявление с просьбой включить вас в экспедицию, - прервал старик мои размышления. -Спасибо. -Стойте! – это вбежал Фреймор. – Меня тоже запишите! Фреймор Пальмертон. -Фрей? – старик удивленно сощурился. – Ты едешь в экспедицию? -Да… - Фреймор, похоже, не узнал старика. – Сопровождаю Жанет. -Замечательно. Вас наверняка примут – тебя, Фреймор, и твою Жанет. Через неделю приезжайте во дворец короля, на окончательное оглашение списков. -А много народу записывается? – поинтересовался Фреймор. -Вовсе нет. Из Хейбора – пока вы одни… Я вышла из ратуши, оставив Фрея и старика-куратора разговаривать. Почему я решила поехать в эту экспедицию? Чего мне не хватает? Отца? Матери? Но ведь Алена и Бьорк стали мне отцом и матерью! Сестер? Фаэру и Лиоанну заменила Полета… Любви? Вместо Алеана у меня есть Фрей… И все же чего-то мне не хватает. Надеюсь, я найду это что-то на Фаэрии. Если попаду туда. Где-то в дебрях Дикого Карлама, на огромной поляне – «Поляна советов», как называли ее народы степи - собралось около 50 кентавров. Они шумели, спорили, пытались драться и лягаться. Нет ничего смешнее дерущегося кентавра. Кентавры, как вы знаете, это полулюди (с головы до пояса) полукони (тело лошади). Очень часто дерущиеся кентавры не могут сообразить, нужно ли бить противника рукой, или удобнее лягнуть его копытом, и пытаются одновременно сделать и то, и другое. Такой эксперимент всегда заканчивается падением обеих противников… Послышался шум. На поляну выбежала горстка варваров – низкорослых, коренастых людей в львиных шкурах со спутанными волосами. -Тавр! - закричал один из варваров. – Смотри! Вот все, что осталось от племени Кабаньего Клыка! Кентавры удивленно переглянулись. -Кто это? – спросил молодой рыжий кентавр. -Это Омарио, предводитель варваров, - ответил кто-то. -А почему их так мало? Из-за… драконов? Тишина на секунду воцарилась на поляне. Но только на секунду. В следующую секунду отовсюду слышался шепот. -Драконы! -Драконы! -Снова драконы! -Они хотят уничтожить нас! Омарио оглядел кентавров. Подошел к молодому, рыжему: -Ты не боишься драконов? -Нет! -А они (указал на остальных кентавров) – боятся! -Они – трусы! – визгливо крикнул рыжий. -Балбес! – Омарио треснул кентавра по крупу. – Драконов надо бояться… Но не панически бояться, а всего лишь… Омарио был варваром, и не умел хорошо выражать свои мысли. Он часто перекладывал эту задачу – выражать его, Омарио, мысли – на плечи других. -Тавр! – заорал он. – Объясни им! Один из кентавров – серый, в яблоках, довольно крупный, вышел на середину поляны. -Братья! – крикнул он зычным голосом... – Драконы опять напали на наши земли… -Надо бежать… - послышался чей-то шепот. -Надо сражаться! – воскликнул молодой рыжий кентавр. Омарио поморщился. Не будь он столь низкорослым, он вмазал бы рыжему юнцу по лбу. -Жеребенок прав, - сказал серый. – Надо сражаться. -Тавр! – удивленный Омарио подскочил метра на два от земли. – Это безумство, ты сошел с ума! -Раньше – это было безумство! Теперь – нет! Синий Колдун поможет нам! -С чего ты взял? -Он обещал помочь. Он сказал, что ненавидит драконов. Он подарил мне волшебное оружие… Гору оружия… Мы такого никогда не видели! Оно очень грозное, оно поможет нам разгромить драконов! В толпе кентавром послышался довольный гул. Даже варвары стали менее мрачными. Это произошло потому, что, во-первых, жители Дикого Карлама любили оружие. Они сразу становились веселее, когда им предлагали посмотреть новый лук, или щит, или меч… Во-вторых, они уважали Колдуна. Они верили в мощь Колдуна, верили в мощь его оружия и верили, что победят драконов. Тем временем в землях Рестфильда началось другое собрание. Стая драконов сидела на одном из утесов Золотых гор. Огромный черный дракон вспорхнул с утеса и завис в воздухе. Его крылья напоминали огромные темные полумесяцы. Его губы были сжаты, глаза горели, когти и рога серебрились на солнце. -Драконы! – закричал он, и его зубы сверкнули. – Нас теснят со всех сторон! Кентавры разрушают наши гнезда! Эльфы приплывают из-за моря и похищают наших детей! А недавно я узнал, что из королевства Дарк к Золотым Горам идет армия! Пора положить этому конец! -Это невозможно, - прошамкал старый, весь как будто ссохшийся, серовато-бурый дракон. У него даже рога от старости обломались, и отвалились шипы с хвоста. -Это было невозможно! Но нам предложил свою помощь Синий Колдун. Он сказал, что ненавидит кентавров, ненавидит эльфов и терпеть не может хейвов из Дарка! Он наделили меня и мой отряд магической мощью, и сегодня мы разбили варваров! Он сказал, что и вас наделит божественной силой и бессмертием. Тогда мы разобьем кентавров. Отобьем Золотые горы. Уничтожим эльфов и освободим наших детей! -Ура! – крикнул маленький золотой дракончик, примостившийся у ног большого старого. -Ура!!! – подхватили драконы. Их крик был так громок, что разносился на мили вокруг. Бэл вздрогнул. «Какой-то странный шум…» - подумал он. – «Нет, показалось…» Прошла неделя с тех пор, как Бэл Канто приехал в Амаден. Это был маленький эльфийский город, располагавшийся на эльфийском тракте вблизи Золотых гор. Бэл думал, что своим прекрасным голосом очарует всех и каждого и пробьет себе дорогу в большой мир. Но не тут то было! Он долго обивал пороги всех трактиров и баров в городе. Все признавали, что голос у Бэла замечательный, но никто не соглашался разрешить ему петь. Бэл уж решил, что ему суждено умереть с голода – деньги, полученные при продаже лошади, на которой он приехал в Амаден, почти закончились. Но тут, кажется, удача улыбнулась ему. Или просто решила над ним посмеяться. Кое-кто все же предоставил Бэлу возможность петь. Только этот «кое-кто» был полуглухой, безумный, плешивый, брызгающий слюной старик, хозяин весьма злачного местечка на окраине города… -Канто, твой выход! – заорала Фоцвара. Фоцвара служила официанткой у противного старика. Бэлу казалось, что он нравился Фоцваре, но он был не уверен. По лицу Фоцвары никогда не угадаешь, что ей нравиться, а что нет. Хотя не такое уж гадкое у нее было лицо. Она вообще была симпатичной девушкой… Насколько может быть симпатичной крупная мускулистая дылда. Бэлу она совсем не нравилась. Он предпочитал с ней не заговаривать. -Канто! Иди сюда! – вновь заорала Фоцвара. Бэл вышел. Первое, что он увидел – стол, стоявший посреди зала. За столом – никого. Небритые хейвы, волосатые тролли и вонючие орки теснились по углам. -Вставай на стол, - приказала Фоцвара. – Залезешь – можешь начинать петь. Бэл вскарабкался на стол. Раздались жидкие аплодисменты. Хлопал лишь один – относительно хорошо одетый светловолосый хейв с тонкими усами. Остальные косились на певца с недоумением, кто-то даже со злобой. А кто-то и не поднимал пьяную физиономию… Бэл закрыл глаза и запел. Он пел свою лучшую песню – о любви. Он представлял себе, как протрезвеют пьяницы, как нищие почувствуют себя счастливее, как забьются сердца у разбойников. На самом же деле, только у одного существа в трактире сердце забилось быстрее. Это была Фоцвара. Она вслушивалась в голос Бэла и ей казалось, что она летит… Она представляла себе, как Бэл обнимает ее, и ей хотелось умереть… Ради Бэла, ради его карих глаз и черных волос, ради его прекрасного голоса. Пьяницы и драчуны, не выдерживая слезливых песен Бэла, уходили. Но ни сам Бэл, ни Фоцвара не замечали, что трактир потихоньку пустел. Замечал это только старик-хозяин трактира. «Идиот… » - думал старик о Бэле. – «Спел бы что-нибудь веселое. А-то только сопли распускает. Немудрено, что все уходят!» Наконец, когда один из троллей выполз из трактира, громко хлопнув дверью, старик не выдержал. Он подскочил к Бэлы и спихнул несчастного со стола (к всеобщему удовольствию). -Вон! Вон отсюда, ты мне всех распугаешь! – заорал он, брызгая слюнями. - Фоцвара, пошла за стойку! Я уже сказал – вон! Бэл вытер с брюк слюни старика и вышел – под всеобщий свист и улюлюканье. Он стоял у дверей трактира и смотрел на луну. На звезды. Хлопнула дверь – Бэл обернулся и увидел, что тонкоусый хейв тоже вышел. -Прекрасная ночь, сударь! – обратился он к Бэлу. -Не для меня… -С чего вы взяли? Из-за того, что вас выгнали из…отсюда? Бэл промолчал. -Я бы вам сказал – это еще хорошо, что вас выгнали. Я бы вам не советовал сюда вообще заходить. Бэл снова не ответил. -Вы, кажется, певец? Послушайте, у меня есть небольшой трактир. В центре города. Там обедает не какой-либо ширпотреб, а хейвы высокого пошиба. Вы не хотели бы спеть у меня? Бэл посмотрел на своего собеседника. -Согласен… - он не поверил. Ему предложили петь! -Замечательно! Тогда приходите завтра, в три часа в бар «Эльфийская принцесса». Хейв развернулся и пошел прочь. А Бэл стоял, смотрел в небо и думал. «Еще давно, в Даркнейре, гадалка предсказала мне встречу с эльфийской принцессой. Наверное, это ОНО!» Бэл тряхнул головой и пошел домой. Его «домом» в городе была грязная комнатка на чердаке какого-то здания. «Ничего. Недолго осталось жить в этой клетушке…» - думал Бэл, укладываясь спать. – «Гадалка обещала мне счастье после встречи с «эльфийской принцессой». Скоро я стану богатым и знаменитым, и куплю себе дом… Большой и красивый… возле дома будет стоять сцена, и я буду петь…». Бэл уснул. Ночью ему снилась эльфийская принцесса. Но не трактир, а настоящая эльфийка, со светлыми волосами и большими ушами… Альфер появился в башне. Там, на полу, в обнимку с книгой, сидела Дара. -Папа! Ты вернулся! Альфер снял синюю мантию и колпак, и положил на воздух. Его одежда окуталась облаком дыма и исчезла. -Да, милая. Я пришел. -Я так долго ждала! -Ты дождалась меня, принцесса. Теперь пора ложиться спать! Альфер взмахнул рукой и в башне, откуда ни возьмись, появилась кровать. Дара послушно залезла под одеяло, книгу положила рядом. -Ты ничего не расскажешь мне на ночь? -Что тебе рассказать, милая? -Расскажи, где ты был! Альфер промолчал. Он не хотел, чтобы Дара знала о его делах. А обмануть ее он не мог. Он легко лгал глупым кентаврам и драконам, но солгать дочери у него не получалось. -Ты читала книгу? – спросил он вместо ответа. Дара нахмурилась. Она поняла, почему отец сменил тему. -Да. Папа… А откуда взялись джинны? -Что? – Альфер не ожидал от дочери такого вопроса. – Ты знаешь, кто такие джинны? -Я видела картинку в книге. Но там написано, что Бог создал только эльфов, хоббитов, драконов, демонов, русалок, единорогов, пегасов, грифонов, кентавров и хейвов. А откуда взялись джинны? Альфер присел на постель дочери. -Кроме тех рас, которые создал Бог, существуют еще и промежуточные расы. Например, джинн – это дитя эльфа и демона. А вампир – дитя демона и хейва. Дух – дитя вампира и эльфа. Орк – дитя тролля и хейва. Также промежуточными расами являются ящеры. Тролли – дети грифонов и хейвов. Вэйты – бессмертные потомки хейвов и троглодитов. А сами троглодиты – дети орков и демонов… Тут Альфер заметил, что его дочь спит. А прикрыл ее одеялом поплотнее, вынул из рук книгу, щелкнул пальцами и испарился. Через секунду он очутился на другом конце пустыни. Альфер вдохнул сухой горячий воздух и двинулся вперед. Вскоре он подошел к пещере. -Мы давно ждем тебя… - послышались голоса из пещеры. Хор голосов. «Странно…» - подумал Альфер. – «Никогда не знал, что ажвары могут говорить хором… Это не ажвары! Это какая-то ловушка!» Это было последнее, что он подумал. Кто-то как будто пронзил ему мозг иглой. Глава 3. «Нордвуд. Мороз. Покрытые снегом земли. Орки – зеленые, чешуйчатые, вымазанные с ног до головы жиром – стоят на поляне, хлопая друг друга по плечам. -Мы подчиним мир! Нам поможет Синий Колдун! За сотни километров от Нордвуда, в теплом Джинлэнде, джинны с серой кожей порхают и поют: -Мы подчиним мир! Синий Колдун поможет нам! Полуостров Ри-Тэйр – болотистые, низинные земли. Чешуйчатые синие вэйты, похожие на больших ящериц, собрались у горячего костра. -Мы захватим земли эльфов. Синий Колдун поможет нам… - шипят они. Остров Тариламбевен. Огромные, неповоротливые тролли ходят средь голых камней, пытаясь найти хотя бы травинку, чтобы утолить голод. -Ничего... – ворчат они. – Скоро мы захватим плодородные земли на юге… так сказал Синий Колдун. Он обещал помочь нам… А вот и сам Синий Колдун – неказистый хейв в синей мантии – лежит на песке. Над ним склонилась лошадь. Зубы лошади оскалены, будто она хочет загрызть хейва. Хейв кричит…» -Жанет! Жанет, проснись… Мы почти приехали! -Фрей? – я с трудом открыла глаза. Я чувствовала себя так, будто перекопала поле пшеницы. Болели ноги, руки, спина и – больше всего – голова. -Жанет… Ты вдруг начала кричать… Прямо во сне. Я решил разбудить тебя. Что случилось? -Мне снилось какая-то чушь. Про лошадь, которая хочет хейва загрызть… -Что за ерунда? Лошади едят траву… -Я знаю. Фрей, где мы? -Мы уже возле Фаэнели. Скоро приедем. -Мы в карете? Зачем мы едем в Фаэнель? Фрей вздохнул. -Ты захотела поехать – записываться во Вторую Великую Экспедицию! Из-за этого мы пропустили Праздник Заходящего Солнца! -Праздник Заходящего Солнца бывает каждый год, а Вторая Великая Экспедиция – лишь раз в жизни! Я замолчала. -Я признаться, забыла, что мы куда-то едем… Думала – сейчас проснусь, выйду гулять… Алена будет печь пироги, а Бьорк – петь… -Меня всегда удивляло, почему ты не называешь Алену матерью, а Бьорка – отцом? -Неважно… Карета остановилась. Фрей открыл дверцу и подал мне руку. -Жанет… Я сошла, огляделась. Мы были на площади перед дворцом. -Это дворец, - Фрей указал на высокое зеленовато-розовато-голубое здание с посеребренными шпилями. -Я знаю! Пошли внутрь. -Ты знаешь, где вход? Я остановилась. -Нет, конечно. Я ведь никогда тут не была. А ты знаешь? -Конечно, да… Я тут часто бываю. Я провожу тебя. Фрей взял меня под руку и повел вперед, по знакомой мне с детства аллее. Каждое дерево, каждый розовый куст навевали на меня воспоминания о матери, об отце и о сестрах. Я не сразу поняла, что Фрей что-то мне рассказывает. -… в этом саду часто гуляли принцессы Лиоанна, Фаэрина и Евлалия. До тех пор, пока они не поехали в крепость Кейле Кервен… -А я слышала, в крепость поехали только Евлалия и принц Толеран. -Да? Странно… Впрочем, мы уже пришли. Я и Фрей поднялись по мраморной лестнице и вошли в большой красивый зал. -Куда теперь? – спросила я. На этот раз я действительно не знала, куда идти. -Направо. Мы прошлись по коридору и вошли в маленькую комнату, большую часть которой занимал огромный стол. За столом сидел уже знакомый нам старик. Я не удивилась тому, что он приехал раньше нас. Король и его придворные ездят на лошадях особой породы. Эти лошади – потомки кентавров и обычных лошадей. Они скачут так быстро, что старик мог объехать всю Лэйранию и вернуться в Фаэнель до того, как приехали мы с Фреем... Старик за столом поднял голову. -Хотите узнать, приняты ли вы в Экспедицию? -Да, - откликнулся Фрей. -Туда всех пока приняли. Вас, Фреймор, тоже. На меня старик и внимания не обратил. -А меня… Меня приняли? -Жанетта? Жанетта Элистон? Насчет вас я пока не знаю. Король думает… -Король? – Фрей недоверчиво изогнул бровь. -Жанетта, я вас должен кое-куда проводить. -Я пойду с вами! – тут же воскликнул Фрей. -Я бы вам, Фреймор, посоветовал остаться здесь, дождаться решения короля по поводу Жанет. -Я пойду с Жанет! -Ваша воля, - старик взял меня за руку, открыл невидимую издалека дверь и повел меня куда-то. Фреймор уныло плелся сзади. -Вы ведь Ева? – прошептал старик мне на ухо. Я едва заметно кивнула. -Я вас узнал. Сразу. Тогда вас не удивит подарок Короля. Старик распахнул передо мной очередную дверь. -Пантера! – я бросилась к золотой драконессе. Неожиданно увидела снежно-белую лошадь. – Стрелка! К нам подошел Фреймор. -Жанет, откуда ты знаешь, как их зовут? -Она вольна звать их, как угодно, - выручил меня старик. -С чего это вдруг Королю дарить Жанетте ездовую драконессу и прекрасную лошадь? – поинтересовался Фрей. -Если мисс Жанетта поедет в экспедицию, ей понадобятся и драконесса, и лошадь. А если не поедет – это станет утешением. -Меня интересует все-таки, поеду я куда-нибудь или нет? – спросила я. -Сейчас я узнаю это у Короля, - старик вышел. Я обняла Стрелку, потрепала ее по холке. Тут я заметила, что Пантера подзывает меня к себе. -Фрей! Смотри, какая лошадка! – воскликнула я и, пока Фрей разглядывал Стрелку, я успела перекинуться с Пантерой парой слов. -Как давно мы не виделись! – сказала Пантера одними губами. -Да уж! – прошептала я. – Как ты живешь? -Хорошо! Никого не вожу, ем нормально. Общаюсь с другими. Я думала, ты про меня забыла… -Друзей не забывают… Помнишь как… -Жанет! Не подходи к драконессе, это опасно. -Жанет? – Пантера нахмурила лоб. – Кто это, и почему он зовет тебя Жанет? -Это мой жених. Он зовет меня Жанет, потому что я теперь инкогнито… -Вечное инкогнито… - Пантера понимающе кивнула. – Тебе не надоело скрываться? -Надоело. Еще как надоело… Но ничего не поделаешь… -Ты решила в экспедицию отправиться? Мне рассказали. Из-за Алеана? -Да. Надеюсь его найти. -Думаешь, тебя примут? -Дело дошло до Короля. Вряд ли он меня отпустит… -Жанет! Уйдем отсюда! – Фрей схватил меня за руку и повел к двери. – Я опасаюсь, как бы эта драконесса… Он вывел меня по коридору в комнату, где находился огромный стол. Спустя несколько секунд туда вошел старик-куратор с необычайно грустным лицом. -Сожалею, Жанетта. Вас не принимают. Король запретил… Я закрыла лицо руками, выбежала из дворца. Лильян летел, как тень, наперерез ветру. Он летел вперед, к темной скале. К щелям, к черным впадинам, поросшим темным мхом. К холодным и мокрым камням. Он летел, подобно дыму, подобно лучу света, подобно лунному блику. Он был духом, и лететь ему было вовсе не трудно. -Кто здесь…? - раздалось шипение. И он понял, что прилетел. -Свои… - прошипел он в ответ. И заметил слабый отблеск на скале. Он понял, что лететь следует туда. Секунда – и вот он уже там, в сердце скалы, среди толпы, состоящей из красногубых клыкастых вампиров, едва заметных, похожих на дым от костра, духов и демонов, внешне ничем ни отличающихся от хейвов. Он был последним, кто должен был придти, главным действующим лицом того спектакля, который должен будет произойти вечером на острове Синематра. -Ну, и где этот Лильян? – услышал он рядом. -Я здесь! – он взлетел почти к потолку пещеры, чтобы его видели все. – Я здесь. -Ты – Лильян? -Да! Это я! – зашипел он так громко, как только мог. -Ты разговаривал с Синим Колдуном? -Да. Он обещал нам свободу. -Остров Синематра веками служил тюрьмой для отверженных рас. Многие обещали нам свободу. Почему ты решил, что кто-то сможет нас освободить? -Синий Колдун силен. Он усыпил наших стражей. -Он усыпил стражей? – группа вампиров моментально метнулась к выходу. -Не так быстро! – Лильян преградил им путь своим бесплотным телом. Ему нужно было еще кое-что сказать. -Что тебе надо? – глаза вампиров загорелись злобой. -Мне нужна клятва! Поклянитесь, что перебив стражников, вы не покинете пределов острова, не причините вреда хейвам! -Вот еще! Мы столько лет терпели от них унижения! Мы должны отомстить! Они истребляли нас… -Они истребляли нас, потому что боялись! Они боялись нас, потому, что считали нас дикими тварями. Если сейчас вы нападете на невинных хейвов, вы докажете то, что вы – твари! Глаза вампиров потухли. -Он прав, - сказал кто-то. – Мы освободимся. Но не нападем. Этим мы докажем свое право жить рядом с хейвами. -Мы освободимся…! Ты, – кто-то обратился к Лильяну, – ты ведь не отговариваешь нас освободиться? Глаза Лильяна сверкнули, лицо исказилось. -Я обещал вам свободу! Летим…! Небеса потемнели. Группы духов, словно черные тучи, окутывали скалы. Они летели к крепостям. Внизу, под ними, дружными рядами шагали вампиры и демоны. А Лильян был уже у гарнизонов. Воины спали, как и обещал Синий Колдун. Лильян провел призрачной рукой возле лица одного из воинов. Солдат бесшумно рассыпался – умер, даже не просыпаясь. Лильян же почувствовал себя сильнее… -Спят? – раздалось рядом шипение. -Еще спят. Скоро умрут. Как тени, мелькали тут и там духи, забирая силу у хейвов. Вампиры острыми зубами впивались в шеи жертв, выпивая кровь до единой капли. Демоны ходили вокруг дерущихся. Они колдовали, и хейвы просто исчезали, будто их и не было. Все происходило в абсолютной тишине. Казалось, что никто посторонний не знал о происходящем. Однако… На скале стоял хейв. Он был облачен в синюю мантию. Рядом с ним находились толстые, неуклюжие фигуры, закутанные в серые ткани. -Они не станут нападать. Однако им не испортить наш план. Они не нападут на других – другие нападут на них. И хейв, и неуклюжие фигуры исчезли в облаке пара. Моросил мелкий дождь. Комья земли падали на деревянную крышку гроба. Нала сжала зубы и отошла. «Больше ничто не связывает меня с городом. Я уйду в лес…» В этот хмурый, дождливый день у Налы случилось горе. Умер ее любимый, добрый, самый лучший в мире отец. Он был уже стар. Очень стар. Нала знала, что когда-нибудь он умрет. Но она была не готова. Нала вышла за ворота кладбища, села на лошадь и медленно поехала к воротам. Жители города отворачивались, завидев Налу. Но она не обращала внимания. Она уже привыкла… к тому же она ничего не видела. Слезы застилали глаза. «Я уйду в лес. И никогда не вернусь в город!» Налу в городе не любили. Как не любили орков, демонов или духов. Нала не была ни оркшей, не демоницей. Напротив, она была весьма милой худощавой девушкой, со светлыми пшеничными короткими волосами, некоторые прядки которых были заплетены в косички, с серыми живыми проницательными глазами... и разбитым сердцем. Тот случай, что разбил сердце Налы, сделал ее изгоем. А было так: Нала влюбилась. Юноша, ее избранник, был прекрасен. Когда он ехал на коне – можно было писать картину. Когда он танцевал – им не переставали восхищаться. Когда он говорил задушевные, меланхоличные речи, можно было умереть от тоски. «Какие чувства!» - говорили о нем. Никто не знал, что речи, которые он произносил, сочиняла ему сестра. Нала танцевала только с ним. Ездила на охоту только с ним. Гуляла по улицам города только с ним. Тогда она еще была прелестным подростком, носила платье и старательно отращивала волосы. И ее тоже полюбили. Но не прекрасный юноша, а зрелый мужчина. Зрелый, хитрый и коварный. Он пытался добиться руки Налы. А когда Нала отказала, начал распускать слух о том, что Нала якобы согласилась стать его женой, а потом изменила ему с каким-то молодцем. Он рассчитал, что после таких слухов никто не возьмет Налу в жены и она выйдет за него. Мужчина тот был не только хитрый и коварный, но и весьма влиятельный. Его уважали, его словам верили. И с тех пор на Налу смотрели косо. А ее возлюбленный просто перестал с ней общаться. Нала и ее отец (мать Налы умерла во время родов) переехали на окраину. Нала остригла волосы, одела охотничий костюм и часами пропадала в лесу. Она в совершенстве овладела искусством обращения с оружием. И однажды она выследила хейва, разрушившего ее счастье. И прирезала, как поросенка. Он молил ее о пощаде. Но она не пощадила. Преступление не раскрыли. Но все в городе и так знали, что убийца – Нала. Ее обходили стороной, от нее шарахались, ее грозились сжечь на костре или повесить. Тогда отец Налы выстроил избушку в лесу. И они уехали из города. Только иногда Нала заходила в лавку, чтобы купить отцу табак и чай. Но она ненавидела город. И любила лес. Отец же ее не мог жить без города – без тесных улочек, без шумных площадей, без фонтанов. Но сегодня ее отец умер. И больше ничего не связывало ее с городом. «Я уйду в лес. Стану охотиться. И никогда не вернусь сюда!» Опушка была уже близко. Нала стегнула лошадь и поскакала под сень деревьев. Глава 4. Я грустно брела по улице. От моих шагов в воздух поднималась пыль, забивалась в легкие и заставляла меня кашлять. Такое ощущение, будто здесь только что прошла рота лучников… Я обернулась и увидела Пантеру. -Я тебя не заметила. -Я такая маленькая и неприметная? – усмехнулась драконесса. -Нет. Наступило молчание. -Ну что? – наконец спросила Пантера. -Ничего… Никуда я не еду… -Я знаю. -А как ты здесь очутилась? -Я полетела искать тебя, как только меня выпустили из той комнаты. Ты, видно, очень огорчилась? Я вздохнула и отвернулась. Золотая драконесса нахмурилась. Пантера очень не любила, когда я грустила. Она была не просто ездовым драконом – она была другом. -Теперь ты будешь целыми днями ходить скучная и грустная, смотреть только себе под ноги и ни с кем не разговаривать. -Да. -Хмурая и угрюмая? -Да. Я прислонилась к сильному и красивому золотистому крылу. -Почему я? Почему именно я? Почему? Почему? Пантера мне не ответила. Я обернулась и увидела, что моя драконесса разговаривает с каким-то синевато-фиолетовым драконом. Дракон заметил меня. -Ты кто? – недовольно спросил он. -А ты кто? -Я первый спросил! -А я – эльф! -Жанет, это Тритон. Трит, это Жанета. -Тритон? Он больше на крокодила похож. Рогатого крокодила. -Ты что! Он красавец! -Да ну… - я хмуро улыбнулась и прислонилась к Пантере. Та обняла меня крылом. -Это твоя наездница? – тихо спросил Тритон. -Нет! Это – моя ПОДРУГА! -Подруга? Нет, она скорее твоя хозяйка. А ты, Панти, рабыня. -Замолчи… -Я их ненавижу! -Я знаю. Я тоже ненавидела. До тех пор, пока не встретила Еву… Ее – Пантера указала на меня. – Она стала моей подругой. И если с ней по вашей вине что-нибудь случиться – я тебя в клочья разорву, Трит. -Хорошо. С эльфами ничего не случится, но с драконами… Нам нужна свобода! -Зачем? -Мы не ездовые животные! Мы не кони, мы разумные! Надо заявить об этом всем! -Я счастлива и так. Я помогаю эльфам, они – мне. Это не рабство, Трит, это – дружба. И я никуда не побегу. -Но мы можем быть свободными, как драконы Рестфилда! -Я не хочу! Мне это не надо! -Драконы – не глупцы! -А эльфы – не глухие, - вмешалась я. - Вы при мне обсуждаете восстание! Это ли не глупость? -Так пойди и доложи охране! -Не надо… - Пантера взглянула на меня. -Не собираюсь. Знаешь, почему? Потому, что восстания не будет. Никто не захочет бежать от хорошей жизни неизвестно куда. Понимаешь это, глупый дракон? -Это они – глупцы! Те, кто не хотят свободы! -А кто хочет? -Я хочу! – прорычал Тритон. -Кто твой… как ты выражаешься, хозяин? -Зачем тебе? -Бежать не обязательно. Оглянись вокруг: что держит драконов на Лэйрании? Здесь нет ни клеток, ни стен. Вы можете улететь куда угодно. Другой вопрос, сколько вы проживете на свободе. Но если ты так хочешь свободы, лишь попрощайся с наездником. Я уверена, он тебя отпустит. -Нет. Мой хозяин - Лорд Шейл. Если так любишь драконов, попробуй с ним договориться, чтобы меня и моего брата отпустили. Тритон взмахнул огромными крыльями и взмыл ввысь. -Лорд Шейл? Хейв? Что ж, разговаривать с хейвами иногда трудно. Но я попытаюсь. Чтобы доказать этому Тритону – драконы не рабы. И, доказать, может быть, себе самой, что я тоже не рабыня… Хотя не могу сделать то, что хочу… -Знаешь, на кого ты сейчас похожа? – спросила Пантера. -На кого? – равнодушно поинтересовалась я. -На принцессу Авалон. На сказочную принцессу, которая защищает обиженных и путешествует в поисках своего сказочного королевства. -Она никогда его не найдет, - без особого интереса откликнулась я. – И я, похоже, никогда не найду, потому что меня не выпускают из Лэйрании. Чем я счастливее драконов? Оставив опешившую Пантеру переминаться с ноги на ногу посреди улицы, я отошла, прижалась к стене и закрыла глаза. Вернее, почти закрыла. Я видела, как сине-фиолетовый дракон, парящий в небе, стрелой упал вниз, но перед самой землей распахнул крылья и мягко опустился на землю. У Пантеры этот трюк выходит куда лучше. -Она всегда такая хмурая? – Тритон кивнул на меня. -Нет, только тогда, когда дураков встречает, - довольно ядовито заметила Пантера. -Неужели это из-за меня? -Не совсем… - смягчилась Пантера. – Дело в том, что… -Жани! – в конце улицы раздался ликующий голос. Ко мне подбежал Фреймор с каким-то листком бумаги в руке. – Радуйся, Жани! -Чему? – я чувствовала себя такой несчастной, что хоть бы небо обвались – а мне ничего. Фрей сунул мне в руку лист бумаги. Бумага была особая, плотная. На такой бумаге пишут государственные указы. -Угадай, что это? -Не представляю… А что это? -Это имена тех эльфов, которые вошли в экспедицию. -Моего имени там наверняка нет. -Оно там. -Меня же не допустили… -Сначала не допустили… Но потом я спросил – почему? Совет друидов тоже заинтересовался. Это слишком потянуло на ущемление прав девушек. И тебя допустили. -Ура! Я еду на Фаэрию! -Счастливая… - протянул Тритон. – Она едет туда, куда ей вздумается. А я прикован к замку Шейла. -Я и тебя сделаю счастливым! Я поговорю с твоим наездником, он отпустит тебя! Отвези меня к нему! Лети! – я вскочила на Тритона. Тритон слегка рыкнул – скорее для порядка, чем от неудовольствия, взмахнул синими крыльями и взмыл в небо. Летели мы недолго. Скоро показался серый каменный замок, окруженный широкой стеной. Тритон приземлился во двор замка. -Трит, лорд Шейл страшно зол, он тебя повсюду… - к нам подбежал маленький лазурного цвета дракончик, который запнулся, как только увидел меня. Я слезла с Тритона, отряхнула платье. -Где лорд Шейл? Я поговорю с ним! -Что эта эльфийка здесь делает? -Она хочет поговорить с Лордом, попросить, чтобы нас отпустили. -Сомневаюсь, что ей это удастся, меланхолично вздохнул дракончик. -Пусть попытается. Лазурит, отведи ее к Лорду. Маленький дракончик посмотрел на меня. -Пойдем, эльфийка, - сказал он. -Подожди… - я еле поспевала за драконом, хотя это был лишь детеныш. – Ты не рад, что я приехала сюда просить за вас? Ты не хочешь, чтобы вас с братом отпустили? -Хотеть-то я хочу! – вздохнул дракончик. – Только тебе, эльф, не удастся уговорить лорда. -Почему ты так уверен? -Ты встречалась с лордом? -Ну… Да. Пару раз. -Эх! Я знаю его довольно долго и достаточно хорошо. У тебя ничего не получиться. Напрасно потеряешь время… А вот и лорд! – дракончик показал рукой на фигурку, которая быстрым шагом приближалась к нам. Через несколько минут рядом был хейв – существо, похожее на эльфа, но с маленькими круглыми ушами, немного ниже, менее симпатичный и смертный. Лорд Шейл взглянул мимоходом на меня и уставился на Лазурита – маленького дракончика, моего проводника: -Лазурит, что за… -Лорд Шейл, я пришла поговорить с вами, - прервала я его. На не очень красивом лице лорда расплылась улыбка, которое лицо не украсила, а, наоборот, только испортила. -Да, леди? -Дело в том, что ваши драконы не очень довольны тем, как они у вас живут, и они хотят стать свободными. -И при чем тут я? Не думаете ли вы, что я их отпущу? -Если вы помните, лорд Шейл, эльфы заключали с драконами следующий договор: драконы помогают эльфам, эльфы - драконам. Если драконам вздумается улететь, они вольны это сделать. Вы просто обязаны отпустить их. -Эльфы заключали! – лорд Шейл взмахнул руками. – Эльфы то, эльфы сё! Я не эльф, и не обязан выполнять дурацкие эльфийские прихоти! -Вы не эльф. Но вы живете на нашей территории и обязаны выполнять наши законы. -А кто вы такая, чтобы мне приказывать? Вы – король? Ах, простите, не узнал: вы же принц Толеран, не так ли? Лорд Шейл расхохотался над собственной шуткой. Я подняла руку до уровня лица хейва и показала золотое с черной эмалью кольцо, которое красовалось на безымянном пальце моей руки. Лорд Шейл мгновенно перестал смеяться. -Вы …? – он сглотнул. -Да. Младшая. -Конечно. Конечно, я отпущу драконов. Конечно. -Сейчас! – приказала я. -Да-да, сейчас. Лети, лети, Лазурит, лети куда хочешь. Я тебя отпускаю. И брата твоего, Тритона, тоже отпускаю. Летите… Лазурит взмахнул маленькими крыльями и полетел к брату. Я пошла за ним. -Трит, у нее получилось! Лорд отпустил нас! Я подошла к Тритону: -Куда вы собираетесь лететь? -На Фаэрию, наверное… - дракон пожал плечами. -Вы не долетите. Но я предлагаю вам сесть на корабль, идущий до Фаэрии. -На корабль? – переспросил подлетевший Лазурит. -Да. Вы знаете, организована Вторая Великая Экспедиция. Экспедиция будет состоять из двух кораблей. На малом паруснике поедут эльфы, а на большом – лошади и драконы. -Ты предлагаешь нам поплыть на большом корабле до Фаэрии? -Да. -Я заранее согласен! – воскликнул Лазурит. -Я тоже согласен, - кивнул Тритон. -Отлично. Вы попадете на Фаэрию. Только теперь, Тритон, пожалуйста, отвези меня обратно. Дракон присел, я вскочила на его спину. Мы взмыли в воздух и полетели. Рядом несся ликующий Лазурит. «Как же я счастлива! Я поеду на Фаэрию. И я сделала счастливыми пару драконов. Жизнь прекрасна!» Дара сидела ни полу и рыдала. Ее отец снова ушел и не попрощался. В последнее время он совсем не обращал на нее внимания! С тех пор, как однажды он пришел посреди ночи, с глубокими черными синяками под глазами, Альфер ни разу не поздоровался с дочерью, не разу ей ничего не рассказал, ни разу не дал задания. Ей было очень, очень-очень обидно. «Принцесса Дара, принимайтесь за чтение…» Хрустальный шар теперь заменял ей отца. Шар напоминал о том, что нужно поесть, лечь спать, прочитать «Землеописание…» Несмотря на то, что шар был очень добр, Дара возненавидела его. Она бы разбила шар с преогромным удовольствием, но теперь она боялась отца еще больше, чем раньше. Дара не могла уничтожить шар, и даже не могла этому шару прекословить. Она вздохнула, подняла книгу и погрузилась в чтение. «Обычно на балах хейвы танцуют старинный танец – рил. Он состоит из резких прыжков, периодически сменяющихся спокойными, плавными движениями. Он совсем не похож на эльфийские танцы, которые в большинстве своем медленные, величественные и изящные, можно даже сказать аккуратные (будто кружишься по залу, где рассыпано битое стекло). Танцы эти лиричны, грустны, иногда трагизм сквозит в каждой позе. Такие танцуют на эльфийских балах под элегии Нейро Даналона, создавшего саги о прекрасной принцесс Авалон. Зачастую и на эльфийских балах танцуют хейвские танцы, иногда в эльфийские танцы приносят хейвские мотивы, например эльфы любят притопывать каблуками на манер хейвов, повинуясь веселому мотиву задорной мелодии…» Дара оторвалась от книги и погрузилась в размышление. Она вспоминала о том, как отец рассказывал ей о Файрании. «-Папа, расскажи об эльфах… -Эльфийское королевство называется Лэйрания. Оно занимает целый материк. Там теплый климат, почти нет гор. Только равнины, поросшие мягкой травой и леса с вековыми деревьями. С севера страна эльфов омывается Северными, холодными водами, с юга – теплыми Южными. Лэйрания разделена на четыре части: на севере – Сейпаран, там живут грифоны, старинные друзья эльфов. Центральная часть называется Белиндейн, там живут сами эльфы. Малая восточная часть Дейн, с огромными озерами и красивыми пристанями, принадлежит хоббитам. Западная часть – Эйдонар – усыпана водопадами. Там живут эйданские кони – единороги и пегасы. -А зачем эльфам кони? У них же есть прекрасные лошади, смесь кентавров и мустангов. Смех. -Дара, это эльфийские легенды. На самом деле эти хваленые эльфийские лошади – потерявшие крылья пегасы и безрогие единороги. -А как же дети кентавров и лошадей? Это сказки? -Скрестить кентавра с лошадью невозможно. Это то же самое, что женить эльфа на обезьяне. -Но ведь кентавр – это лошадь с грудью хейва! -Да. А эльф – это безволосая обезьяна… Тогда они смеялись вместе. -Папа, расскажи про Фаэрию. -О! Фаэрия – это прекрасный край. На нем живут многие народы! На севере расположен Нордвуд, или морозное королевство орков. Рядом с Нордвудом есть королевство рабов, там живут все несвободные существа, сбежавшие от хозяев. Бухта русалок отделяет Нордвуд от Джинлэнда – страны, где живут джинны. -А в бухте русалок живут русалки? -Не знаю. Никогда ни одной не видел. Но полагаю, что живут. Говорят, что русалки – это вэйты, навсегда ушедшие под воду. Я верю. Русалки, как и вэйты, только женского пола. Как и вэйты, бессмертны. -Папа, расскажи еще о Фаэрии! -В центре Фаэрии находятся два враждующих королевства – Дарк и Брайт. На юге – Дикий Карлам, там живут кентавры и варвары. Возле Карлама – земли Рестфилд, обитель свободных драконов. Тех, которые не подчинились хейвам и эльфам. Рестфилд отделен от Фаэрии Золотыми горами. -А почему горы называются Золотыми? -Кто-то говорит, это оттого, что там закопаны сокровища. Кто-то утверждает, что когда на горы садятся драконы и их чешую золотит солнце, горы становятся и вправду будто Золотыми. -А что еще есть на Фаэрии? -Возле Джинлэнда находится Ри-Тэйр – земли вэйт и троглодитов. Когда-то обширные, плодородные земли на востоке Фаэри целиком принадлежали ящерам. Но потом пришли эльфы – так называемая Великая Экспедиция. Они оттеснили вэйт и троглодитов в низины, на болота. -Расскажи про то, как эльфы поселились на Фаэрии! -Как-то раз принцу Толерану взбрело в голову покорить Фаэрию. Он основал экспедицию, которую назвал Первой Великой… -Но ведь Великой можно назвать экспедицию после окончания…? -Да. Так делают хейвы. Но ведь эльфы не могли поверить, что их экспедиция будет не великой. И окрестили ее Великой. Они прогнали ящеров с их земель и воссоздали на Фаэрии свое королевство, которое нарекли малым Белиндейном. -И с тех пор началась война эльфов и вэйт? -Да. Потом в эту войну встряли еще и орки… -А это что за острова вокруг Фаэрии…? -Южный – остров Синематра. Там веками жили духи, вампиры и демоны, под стражей. Хейвы опасались темных существ и заточили их на острове. На севере – остров Тариламбевен (фу, язык сломаешь!) с жителями-троллями – громадными, шерстистыми, но относительно безобидными. Рядом – каменистый остров Злобных драконов. -Почему драконы, которые живут там, называются злобными? -Никто не знает. Говорят, что на их характер повлияла близость страшных северных земель Смерти… -А почему земли Смерти имеют такое странное название? -Ни одно живое существо не смеет приблизиться к ним. Это – безжизненные пустыни с зеленым воздухом. Солнца там светят беспощадно и губят все живое. А страшный зеленый воздух… Всякий, кто вдохнет его, умирает в страшных муках… -А в какой пустыне живем мы? -Мы живем на землях Ажваров, на юге нашего мира. -Ажвары? Я их никогда не видела. Какие они из себя? -Они похожи на бегемотов с лицами хейвов. Они страшны, но не надо бояться. Они друзья нам. Они помогут мне свершить мою миссию – переделать мир для тебя, и останутся жить в этом мире лишь сильнейшие расы…» Дара очнулась и снова подумала об ажварах. Она иногда замечала неповоротливые фигуры из окон башни. Ажвары! Друзья! Вот из-за кого отец ее окинул, вот с кем он проводит все время! Вот на кого он променял ее! И Дара вновь горько зарыдала. -Готовьтесь! Они близко! Молодой синий дракон сидел на одной из вершин Золотых гор, обозревая окрестность. Его крылья и рога серебрились на солнце. Скоро он увидел большую группу хейвов, которые двигались к горам. -Вот они! – он оглянулся на десяток своих собратьев, сидевших за горой. – Они подъедут! И мы разгромим их! Мы не позволим хейвам захватить нашу свободу! Между тем хейвы приближались. Можно было даже разглядеть черты их лица. Впереди колонны ехали толстый рыжеволосый воин и худой темноволосый. -Что-то больно тихо… - боязливо прошептал толстяк. -Тихо – вот и радуйся! -Не к добру эта тишина. Ох не к добру… - толстяк неожиданно прервался, как-то странно захрипел, в горле у него что-то забулькало, он упал с лошади. Его худой товарищ обернулся и лицом к лицу столкнулся с большой рогатой рожей. -Драконы! – заорал он и замолк. Навсегда. Драконы налетели, как шквал, как вихрь, как цунами. Они кромсали железо, поднимали лошадей и всадников в воздух и сбрасывали, кусались и царапались. И каждый считал своим долгом поставить небольшой крестик на левой щеке убитого воина. Это была Отметина дракона. Старые, опытные воины ставили Отметину не задумываясь, в процессе драки, молодые изо всех сил старались не забыть отметить павшего противника. Он – молодой синий – стоял и смотрел, как его драконы убивают хейвов… Через полчаса все было кончено. -Мы победили! – заорал он, как сумасшедший. Драконы подхватили его клич. Внезапно он увидел у своих ног еще красного дракона, смертельно бледного. -Это было не армия… - пробормотал красный. – Это был торговый караван. В Дикий Карлам из королевства Дарк. Синий Колдун обманул нас. Синий заревел. Драконы примолкли. -Уходим! – заревел Синий. – Колдун обманул нас! Уходим! Он расправил могучие крылья и полетел. Одна мысль была у него в голове: «Сказать вождю, что Колдун – предатель!» И он мчался быстрее ветра. Глава 5. Меня провели в зал, где расположились участники Второй Великой Экспедиции. Я, похоже, была единственной девушкой из двенадцати эльфов. С Фреем я была уже знакома, с остальными же быстро познакомилась. Капитаном был Фаэтон – все звали его Фаэт – невысокий светловолосый эльф. Его ноги были слегка кривоваты – так бывает, если эльф долго ездит на лошади. Впрочем, это его совершенно не портило. Он был весьма симпатичным – по-моему, даже самым симпатичным. Его помощником служил Коралкин, или Кларк – с густыми каштановыми волосами, которые слегка вились. Глаза – неопределенного цвета, не смогла разглядеть. Другом Кларка был хоббит, которого звали Мэвин. Не очень красивый, но достаточно умный, и, похоже, был озлоблен на весь мир. Его шутки были едкими, всегда попадали в цель. Я не понимала, почему никто не прекратит его «нападки» на эльфов, но потом поняла. Никто его не уважал, над ним просто смеялись. В экспедиции был также эльф, обладающий магическими способностями. Его звали Даниэль, он был непомерно высок, волосы его были очень коротки, глаза – ярко-зеленые. Также был гном, чьего имени я не запомнила. Он постоянно носил с собой тяжелую стальную фляжку с каким-то отвратительным напитком, которым почему-то всех постоянно угощал и частенько прикладывался к фляжке сам. Сначала я подумала, что он не умеет говорить – он не сказал мне ни слова, но потом, когда он наглотался зелья из своей фляжки и начал петь, я поняла – умеет. Одним из самых веселых членов экипажа был Эальдор – весьма симпатичный высокий темноволосый кудрявый эльф. Он носил на голове черный стальной ободок. Из-за этого ободка я, честно говоря, сначала приняла Эальдора за девушку. Эальдор обладал прекрасным чувством юмора, но не едкого, как у Мэвина, хотя и весьма тонкого. Над его шутками смеялись все, и никто на него никогда не обижался. Ромэль был самым загадочным. У него были длинные каштановые волосы, он был высок и в его левом ухе поблескивала серьга. За все время беседы он сказал мне два или три слова, и хотя слова были самые обычные, они казались наполненными глубоким смыслом. Виктор был единственным хейвом. Он не отличался высоким ростом или особой красотой. Зато он постоянно отпускал сальные шуточки, от которых я краснела, и почти не выпускал изо рта трубку. Кроме них были еще Бьюлен и Лимиль – два брата, оба одинаково стройные, грациозные, светловолосые… и оба немного странные. Бьюлен никогда ничему не верил, каждое слово подвергал сомнению. Лимиль верил всему. Бьюлен и Лимиль постоянно ссорились, дрались, толкались и щипались. Я удивилась, когда узнала, что они намного старше меня – они вели себя как маленькие дети. Вот с такими существами мне предстояло плыть в Великую Экспедицию. Бэл проснулся. Ночью ему снова снилась эльфийка. Уже много дней, много ночей прошло с того времени, как тонкоусый хейв пригласил его петь в бар «Эльфийская принцесса». В первый раз, когда Бэл пришел туда, он был непомерно счастлив. Он пел! Пел не где-то на окраине, в грязном трактире и неопрятного старика, а в чистом и уютном баре. Но шло время, и радость Бэла угасала. Все оказалось не так здорово, как он предполагал. Он пел, раскрывал перед хейвами свою душу, а они жевали хлеб, запивали его вином и громко смеялись, перебивая красивый голос. А тонкоусый хозяин бара постоянно требовал от Бэла новых песен. Дни Бэла были забиты трудом. С утра он писал песни и подбирал к ним музыку, потом шел в «Эльфийскую принцессу» петь, возвращаясь домой (жил он все на том же чердаке) поздно вечером, вновь писал песни. И все равно Бэл ни за что не променял бы эту новую, полную трудностей жизнь на жизнь во дворце, у Дейва. Ведь пение давало ему силы. И еще он видел во сне ее – прекрасную эльфийку! Бэл вспомнил про эльфийку, вскочил с постели, зажег свечу, сел за стол, схватил бумагу и перо и начал писать: «Мы знаем друг друга из снов, мы видим друг друга во сне… Обрывки загадочных слов нам ветер приносит извне… Я встречаюсь с тобой во сне – в чудесную сказку перелетаю, Будущее видно мне, и что будет со мной, я знаю… Гадалка судьбу указала – твой взгляд на меня устремлен С любовью – и я погружаюсь за непониманием в сон… Мы знаем друг друга из снов, встречая друг друга во сне… Обрывки загадочных слов – твое обращенье ко мне… Узнаем друг друга тотчас, коль встретимся мы наяву… Найти я тебя не могу, страдая, рыдая, зову… Быть может, найдешь ты меня – ты ищешь, я знаю из снов, Хоть мир и огромен, существ миллионы - но верю, поможет любовь…» Свечка потухла. Красивая невысокая брюнетка медленно шла по каменистой местности к колодцу, с трудом волоча за собой огромное деревянное ведро. Она подошла к глубокой яме, бортики которой были выложены неровными булыжниками, и заглянула внутрь. В воде отражалось изможденное бледное лицо с яркими черными глазами, обрамленное темными прямыми блестящими волосами, худые плечи с явственно выступающими ключицами и тонкие руки. Одежда ее была бедна и поношена, но хранила признаки былой роскоши. Платье голубо-синего цвета, посеревшее от времени, но все еще красивое, было перевязано шнурком на талии и ниспадало складками до середины икры. Обута девушка была в прочные кожаные сандалии. -Лиа! – услышала она, обернулась и увидела другую девушку, высокую, стройную, с рыжими кудряшками, выглядывающими из-под повязанного на голову платка, бежавшую от виднеющейся на холме деревни к колодцу. – Лиа! Рыжеволосая девушка подбежала к брюнетке: -Лиа, почему ты меня не подождала! Я бы помогла тебе донести ведро! Брюнетка вздохнула и покосилась на колодец. -Ненавижу их! – тихо, но отчетливо произнесла она. – Слышишь, Фаэра, ненавижу! Фаэра схватила тяжелое ведро, подтащила к яме и зачерпнула воды. -Тебе не следует так говорить! Жители деревни добры к нам. -Добры? Они заставляют нас работать! Нас, наследниц трона Белиндейна, - Лиа вытянула вперед руку, и на безымянном пальце сверкнуло невидимое до этого колечко – золотое, тонкое, украшенное кое-где черной эмалью и с бриллиантом посередине. Фаэра тоже вытянула руку, на ее пальце блеснуло такое же колечко. Она полюбовалась игрой бриллианта на солнце, потом подоткнула свое оранжевое платье так, чтобы удобнее было нести ведро и покачала головой: -И все-таки ты не права. Если бы они не приютили нас, мы бы погибли. -Лучше умереть, чем жить так! – угрюмо заметила Лиа. -Лучше умереть? – вспылила Фаэра. – Ты знаешь, как погибла Ева? Знаешь! Ты хотела бы умереть так же? Ты хотела бы, чтобы троглодиты намотали твои мозги себе на палицы? -Нас в худшем случае растерзали бы драконы, - сказала Лиа, пытаясь сохранить былую строгость. Потом ее верхняя губа задрожала, из глаз медленно вытекли две большие слезы, и упали на землю к ее ногам. Фаэра обернулась – в ее глазах тоже стояли слезы. -Как я хотела бы, чтобы Ева была жива… Как ты думаешь, это возможно? -Я знаю, в Белиндейне думают, мы погибли. А мы думаем, что погибла Ева. Может, Ева жива… -Может, она нас ищет… - тихо сказала Фаэра, но по выражению ее лица было видно, что она не верит в то, что говорит. -Может быть, - кивнула Лиа и кончиком пальца смахнула слезы с ресниц. Она подошла к Фаэре и взялась за ручку ведра. -Подожди, - Фаэра хотела поправить сползший на лоб платок. Она развязала узел, рыжие волосы рассыпались по плечам. Из-под кудрей явно видны были острые кончики ушей. -Я завяжу… - Лиа помогла Фаэре подвязать платок. – Теперь понесли. Девушки с трудом подняли ведро и понесли его к деревне. Глава 6. Я выглянула в окно. Сначала я пыталась найти второй корабль нашей экспедиции: там плыли Пантера – моя любимая золотая драконесса, Стрелка – белая лошадь особой эльфийской породы, несколько грифонов, хоббитов и гномов, а также Тритон и Лазурит, покинувшие лорда Шейла. Но потом я вспомнила, что тот корабль отплыл на день раньше, и уже где-то далеко. А может, уже и доплыл… Я задумалась и погрузилась в созерцание пейзажа. Сизое небо. Стальные волны. Не люблю море – когда оно темное и мрачное. Кажется, оно хочет слиться с небом и раздавить мятежников, плывущих по его просторам. Хотя глупости все это. -Жанет? – в мою каюту заглянул Эальдор. – Ты еще не проснулась? Что-то ты сегодня поздно! -Слишком темно. День с ночью перепутала! – пошутила я. - Сейчас выйду. Голова Эальдора скрылась в проеме двери. Я встала с постели и распахнула гардероб. Что бы сегодня надеть? Розовое платье с бахромой? Слишком беспечно оно выглядит – для сегодняшнего хмурого дня. Желтое? Глуповато, к тому же в нем я выгляжу слишком молодой. Серо-серебристое – слишком мрачное. Наконец я остановила свой выбор на салатовом, с декольте. Изнутри оно было прошито мехом, но об этом мало кто знал. На нем не было кружева, огромных камней и прочих милых украшений. Единственное, что мне в нем не нравилось – это длинная юбка. Но я ведь не собираюсь бегать с кем-либо наперегонки, верно? А корабль – около двадцати шагов от начала до конца. Я быстро оделась и вышла на палубу. Столиков с едой я не увидела, из чего сделала вывод, что завтракают внутри корабля. Облокотившись на поручни, я смотрела в темные волны. Что-то, как мне показалось, мелькнуло возле борта корабля. Что-то, смутно похожее на вэйту. -Жанет! Немедленно накинь плащ, ты замерзнешь… – Фреймор подлетел ко мне почти неожиданно. Я глянула за борт. Никого нет под водой. Коричневый меховой плащ очутился у меня на плечах. Я тотчас вернула его Фреймору. -Я уже не маленькая эльфа, а взрослая эльфийка! И няня на корабле мне не нужна! Я обогнула то, что команда называла «рубкой». А вот и столики с едой! Я подошла к одному из них, взяла какой-то неизвестный фрукт и отошла к борту. Опять какая-то тень! Несомненно, в толще воды кто-то есть! Ростом с хоббита… Наверное, какая-то рыба… Краем уха я услышала интересный разговор: -…с ума сошла! Очень холодно! – Фрей. -И что ты хочешь ОТ МЕНЯ? Она – твоя девушка, верно? – это ответил Фаэт, тот самый симпатичный капитан. -В том то и дело! Я не могу ничего поделать! А у тебя большой опыт общения с девушками… Фаэт хлопнул Фрея по плечу: -Хорошо, дружище! – подмигнул. – Она симпатичная, береги ее. -От кого? От тебя, что ли? -Да хотя бы и от меня… - Фаэт тряхнул головой и подошел ко мне. Первое время он также молча, как и я, смотрел в воду. У меня был шанс рассмотреть его поближе. Светлые волосы, достаточно короткие, сантиметров около трех, теребил ветер. Фаэт был в светлой кожаной куртке, доходившей ему примерно до пояса, сапогах из кожи черного дракона, легких морских брюках. Сзади развевался серый плащ. Через пару минут на меня грустно смотрели глубокие, серо-зеленые глаза. «Интересно, сколько ему лет?», - вдруг подумала я. – «В его глазах отражается мудрость веков, но он так по-юношески беспечен. В нем несомненно есть что-то очень привлекательное…» Внезапно Фаэт заговорил: -Представляешь, милая, мы идем так медленно, всего около шести узлов… И это он мне? Я же ничего не понимаю в этих узлах, каютах, рубках! -Плывем… медленно? – переспросила я. -Да. Очень медленно! А это – плохо, верно? Я кивнула. -А знаешь почему? Команда пялится на твои голые плечи и не может работать, - это было сказано с такой потрясающе грустной интонацией, что я не могла не рассмеяться. Фаэт рассмеялся вслед за мной и накинул мне на плечи свой плащ… Корабль тряхнуло так, что я схватилась за Фаэта, чтобы удержатся на ногах. К нам – вернее, к капитану – подбежал Коралкин. -Брешь… Взрыв… - бормотал он. Фаэт посерел. -Прости, русалочка, мы потом поговорим, - сказал он и побежал в трюм. Коралкин побежал было за ним, но корабль снова сотряс взрыв. Кларк схватился за поручни. Вокруг бегали с огромной скоростью эльфы, мимо пробежал Фрей, глянул на меня и тоже кинулся в трюм. -Что произошло? – спросила я у Кларка. -Кто-то продырявил корабль и заложил внутрь примитивное зарядное устройство… Бах! Новый взрыв! -Похоже, даже несколько! Фаэт должен посмотреть, можно ли спасти корабль, или… -Или – что? -Покинуть корабль! – Фрей, Фаэт и еще несколько эльфов почти вылетели из трюма. Кларк, Даниель, Эальдор и другие попрыгали за борт. Фрей хотел помочь мне перелезть через поручни. -Стоп! – возмутилась я. – Я не буду прыгать в ледяную воду! -Придется, Жани...! – пытался увещевать меня Фрей. Фаэт, недолго думая, перекинул меня через борт, и схватив Фрея за руку, последовал за мной. Последний, самый сильный взрыв разнес корабль в щепки. Я бултыхалась в воде, меня поддерживал Фрей. Рядом плыл Фаэт. -Прощай, корабль, - тихо сказал он. По его лицу текли слезы… Неожиданно я заметила вдалеке несколько вэйт. -Вэйты! – закричала я. – Вот кто взорвал корабль! Орис вскарабкалась на корабль и быстро шмыгнула под спасательную лодку. Мимо нее ходили эльфы – прекрасные, беззаботные, ничего не подозревающие, но вэйта не чувствовала жалости. Не чувствовала страха. Не чувствовала ничего – только ненависть. «Я убью их. И отомщу. За свой народ. За свое племя. За себя!» Было раннее, холодное утро, поэтому на палубе находилось немного эльфов. Орис заметила, что трюм открыт, быстро, незаметно проползла мимо полуспящего эльфа с длинными каштановыми волосами, и шмыгнула в трюм. О нет, шаги! Орис ощутила, как страх медленно подползает к горлу. Она запрыгнула в какую-то каюту и отдышалась. Кто-то прошел мимо каюты. Орис обернулась… и ее сердце сжалось в маленький комочек. На кровати, у окна лежала красивая худощавая эльфийка … с открытыми глазами! Орис запаниковала, но вспомнила, что слышала от старой, мудрой вэйты Олины, будто эльфы спят, не закрывая глаз. Тогда Орис не поверила, но сейчас… Она подошла к кровати и помахала рукой возле лица эльфийки. Та не шевельнулась. «Она спит… Можно убить ее прямо во сне – она даже ничего не поймет…» - тут в душе вэйты шевельнулась жалость к эльфийке. Она была так молода, так свежа, так невинна… Орис тряхнула хвостом. «Интересно, сколько убитых ящеров на счету у этой мирно спящей красавицы?» Орис вынула нож, но тут… шаги. Несомненно, кто-то шел в каюту. Орис шмыгнула под кровать. -Жанет? – в каюту заглянул какой-то эльф. – Ты еще не проснулась? Что-то ты сегодня поздно! -Очень темно. День с ночью перепутала! Сейчас выйду, - ответила эльфийка. Голова эльфа скрылась в проеме двери. Эльфийка встала с постели, тихо напевая, оделась и вышла из каюты. Мелькнул подол ее платья, по цвету схожий с чешуйчатой кожей Орис. «Ладно, - подумала вэйта. – Ты умрешь потом. Тебя убьет огонь или море…» Ухмыльнувшись, Орис раскрыла висящий у нее на талии мешочек, вынула маленькое устройство, похожее на пуговицу и приклеила его к стене. Скоро такие устройства были в каждой каюте. Орис забралась на палубу. Эльфы гуляли, пели, играла красивая музыка. А вэйты – ее племя – ютились в жалких пещерах и теряли силы от голода. Орис вновь захлестнула ненависть. Как бы она хотела остаться до взрыва, чтобы увидеть смертельно бледные, задыхавшиеся от ужаса лица этих эльфов. Но, несмотря на то, что она бессмертна, она могла бы получить серьезные раны. И, к тому же, она еще не до конца выполнила свое задание. Дождавшись, пока эльфы отвернуться, Орис прыгнула в воду и подплыла к правому борту корабля. Там ее уже ожидали остальные. «Мы начали беспокоиться!» «Я не подвела вас. Я просто не имела права вас подвести!» «Мы это знали…» Далт, подруга Орис, приняла у одной из вэйт копье – большое, с толстым наконечником – и протаранила корабль. «Теперь поплыли отсюда…» «Домой. Мы вернули долг эльфам…» «Нет. На остров Драконов…» «Слишком многие нам задолжали!» Далт бросила копье, Орис отвязала от талии пустой мешочек, и группа вэйт поплыла от корабля. Проплыв около километра, они всплыли на поверхность. Взрывы уже произошли. Щепки корабля разметало по глади воды. Рядом барахтались немногие спасшиеся эльфы. «Это все сделала я!» - с гордостью подумала Орис. Холод. Ветер кружит снег, наметает огромные сугробы. Деревья покрыты инеем. Горы, облепленные льдом, стоят как молчаливые истуканы, спрятав вершины в облаках. Это Нордвуд, королевство орков. Высокие существа в теплых шубах стоят среди деревьев. Лица их намазаны медвежьим жиром – чтобы не было слишком холодно. Они не обращают ни малейшего внимания на снег, они уже привыкли. Это – орки. Млекопитающие со шкурами ящеров и сердцами демонов – так описывают их другие народы. Видно, что орки кого-то ждут. -Идет, идет! – слышится откуда-то издалека. По тропинке среди деревьев продвигается невысокая фигурка. Это шаман орков. Орки - стражи отходят от деревьев и идут за шаманом, опустив головы. Наконец процессия подходит к гигантскому ущелью. Это место испокон веков служило оркам для встреч. И сегодня шаман собрал самых храбрых и сильных орков, чтобы сообщить нечто важное. -Друзья, - произнес он заунывным, слегка гнусавым голосом. – Сегодня духи послали мне видение. Принцесса эльфов едет в малый Белиндейн. -Она хочет проникнуть в Нордвуд? -Глупец! Проход в Нордвуд закрыт скалами. И никто не знает, что подземный ход ведет в руины Твайла, крепости в королевстве Брайт. Никто этого не знает, кроме нас. Если бы эльфы знали нашу тайну, они проникли бы сюда и разорили бы Нордвуд. -Я слышал, что эльфы всеми силами пытаются узнать путь в Нордвуд, - подал голос хриплый орк со шрамом на лице. – Они вылавливают наших братьев по всей Фаэри, пытают их, убивают! -Надо прекратить это! – послышались крики. – Надо показать эльфам нашу силу! Надо заставить отказаться их от мыслей захватить Нордвуд! -Для этого я и собрал вас здесь… - продолжил гнусавый шаман. – Принцесса эльфов едет в малый Белиндейн. Захватите ее – и мы сможем диктовать королю эльфов условия. -Да! Так и надо сделать! – воздух дрожал от возгласов одобрения. -Кто возьмет на себя эту важную миссию? Орки притихли. Шаман оглядел собравшихся. Повисло молчание. -Я пойду! – послышался звонкий голос. -Лека? К оврагу подошла молодая оркша с темными волосами и злыми глазами. -Я найду принцессу. Я заставлю короля отпустить всех пленников тюрем Белиндейна, заставлю его прекратить охоту на орков! -Но, Лека, как ты можешь пойти? Ты – женщина! Оркша усмехнулась, обнажив клыки. -У меня свои счеты с эльфами. Моего отца затоптали лошади на охоте. Мой муж томиться в плену. Дайте мне отряд, и я захвачу принцессу. И ваши близкие выйдут из тюрем, ваши близкие не умрут более от рук эльфов! -Но подумай, что будет, если ты попадешься эльфам! Они сильные телепаты, они проникнут в твои мысли и узнают проход в Нордвуд. -Я тоже сильная телепатка! Еще посильнее эльфов. И я не попадусь! Шаман кивнул. -Хорошо, Лека. Мы даем тебе отряд Змеев. Ты со своими воинами выйдешь из Нордвуда – ты знаешь путь – и подойдешь к руинам Твайла. Возле Старого фонтана есть портал, ведущий в Белиндейн. Лагерь принцессы будет у побережья. Найди ее и захвати. -Благословляем! – нестройный хор хриплых голосов завершил речь шамана. Лека быстро склонила голову и исчезла во тьме. Огромное поле отделяло Дикий Карлам от земель Рестфилда. Именно на этом поле хмурым утром встретились два воинства: кентавров в союзе с варварами и драконов. Тавр и Омарио – они управляли войсками степных жителей – невесело оглядывались. -Многовато драконов… - произнес Тавр. -Тесновато поле… И отступать будет сложно! – добавил Омарио. – Если нам придется бежать, драконы с воздуха перебьют нас всех! -Никто не собирается бежать! – откликнулся Тавр. – Синий Колдун поможет нам! Тем временем лагерь драконов был оживлен и празднично весел. -Смотрите! Смотрите, как их мало! Мы перебьем их в два счета! -Тем более, что нам помогает Синий Колдун! -Они не нападают! Они боятся! И драконы, счастливые и абсолютно неготовые к сражению, радовались предстоящей битве и победе. А в это время на противоположной стороне поля Омарио решил, что промедление для варваров подобно смерти. И скомандовал нападение. Варвары с дубинами, кентавры с мечами налетели на драконов. Драконов было больше, они, разумеется, были куда сильнее кентавров и варваров, но они были не готовы к столь неожиданному нападению. Опешив, драконы почти не сопротивлялись ударам противника. В первые минуты сражения погибло много драконов. Одна сторона поля оказалось почти залита голубой драконьей кровью. Но потом ящеры очнулись, собрались в стаю и яростно набросились на варваров. Теперь уже степные жители гибли тучами, и красная кровь обагрила землю. Тавр видел, что его войско умирает. Он раздумывал над тем, скомандовать ли отступление. Он прекрасно понимал всю невыгодность бегства по открытому пространству, но он видел, что если не увести воинов, его народ просто перестанет существовать. Посоветоваться ему было не с кем – Омарио давно был мертв. Наконец Тавр очнулся. -За Синего Колдуна! – заорал он и кинулся в бой. – Синий Колдун помогает нам! Этот крик сразу же подхватили варвары. Драконы услышали громкий вопль. -Синий Колдун помогает нам! – завыли они в ответ. И тогда Тавр понял. Понял, что Колдун предал их, что Колдун не поможет. Понял, что надо отступать. -Бежим! – крикнул он. Огромное войско степных жителей развернулось и побежало. Они бежали по полю, и взлетевшие драконы с легкостью добивали бегущих с воздуха. Впереди всех летел черный вожак драконов и пронзительно свистел. Он верил, что Колдун помогает им. И не понимал, зачем странные варвары кричали, что Колдун помогает им. И черный дракон изо всех своих драконьих сил радовался победе. Неожиданно что-то царапнуло его по ноге. Он обернулся и увидел молодого синего дракона, которого посылал разгромить армию хейвов на северо-западе Золотых гор. -Синий Колдун – предатель… - прохрипел зеленый. – Он сказал, что к Золотым горам движется войско. Это было не войско, это был караван, торговый караван. Теперь хейвы, чтобы отомстить за купцов, нападут на нас и уничтожат! -Синий Колдун – предатель… - не укладывалось в голове у черного вождя. И тут он понял, почему варвары пустились в бой с именем Колдуна на устах. – Отступаем! – заревел он. – Колдун – предатель! Он помогает варварам, и он хочет, чтобы хейвы убили нас! Отступаем! Никто не обратил внимания. -Отступаем! - крикнул молодой синий дракон. – Хейвы хотят захватить наш дом! Защитим наши пещеры! Отступаем! Драконье войско услышало этот крик, развернулось и полетело к Золотым горам. Впереди всех – синий. Черный вождь опустился на землю, залитую красно-голубой кровью. Вдалеке он увидел бегущих жителей степи. А рядом с собой – маленького золотого дракончика с перерезанным горлом и молодого рыжего кентавра с вечно застывшей на лице улыбкой… Возле дракона материализовалось облако дыма, которое превратилось с Альфера. Он был одет в синюю мантию и колпак. Глаза его тускло светились. -Дракон… - произнес он безжизненным голосом. – Ты должен был добить кентавров. Почему ты не сделал этого? -Ты должен был помочь нам, Синий Колдун! – прорычал дракон. - Однако ты обманул нас! Теперь хейвы уничтожат наше племя! -Нет, - все так же безжизненно отвечал Альфер. – Не уничтожат, если вы сильнее. Та раса, которая сильнее, должна выжить, а та, что слабее – умереть. Кентавры должны были умереть. Тут Альфер издал негромкий протяжный крик и упал на землю. Глаза его налились светом. -Не убивай никого, - прохрипел он. – Не убивай… И спаси мою дочь… Лицо Альфера исказилось. Дракон наклонился поближе и услышал: -Дьявол Мерфоил – это не сказки… Тело Альфера превратилось в дым и исчезло. Черный дракон расправил крылья, попытался взлететь… и упал замертво. Глава 7. Вода. Холод. Кажется, становится светлее. Да, точно, светлее. Неужели я уже умерла? Голоса… -Остров! -Впереди земля! -Жанет, держись, там недалеко остров! Нет, я жива… Медленно открыла опухшие от соленой воды глаза. И действительно увидела землю… Фаэт, отфыркиваясь от воды, вынырнул и в три взмаха был уже на берегу. Я же устало бултыхала ногами, руками вцепившись в кусок мачты. Сзади меня подталкивал Фреймор. Да… При такой скорости мы и за час не доплывем… -Если вы бросите этот никому не нужный кусок дерева, доплывете втрое быстрее, - крикнул Фаэт. -Идиот! Жанет не умеет плавать! – выругался Фрей. Усталость с меня как рукой сняло. -Я? Не умею?– я чуть не захлебнулась от злости. – Да я…! Немедленно отпустив деревяшку, я ринулась к берегу. Ноги тотчас же запутались в юбке. Неумело болтая руками, спутала волосы, мокрые косы залепили мне глаза. Я почувствовала, что ухожу под воду… Позади что-то кричал Фреймор. Уж он-то точно не умеет плавать и не спасет меня! Слабый всплеск… «Тону», - совершенно спокойно подумала я. – «Под тяжестью собственного тела. Раньше я думала, что легка, как пушинка, а тут – высокого, тяжелого Даниэля вода держит, а меня нет… Фу, о чем я думаю, я же умираю!» Как на глупых картинах об утопленниках, я протянула руки вверх, к мерцавшему за толщей воды солнцу. Я глубоко. Метров на пять под водой. Скоро на дне буду. Значит, тут не так и глубоко. Может, и доплыву… Чьи-то сильные руки подхватили меня, вытащили на воздух, потянули куда-то… Несут. Поморщившись, открыла глаза. Фаэт? Но… -Как…? Откуда? – выдохнула я, и из горла пошла вода. Откашлялась я уже на берегу. Фаэт вынес меня из моря, поставил на песок, мягко придерживая рукой. Меня шатало. -Ты была почти у края острова. Начни ты тонуть чуть раньше, я бы тебя не вытащил, - Фаэт улыбнулся. Ха, да я и трех метров не проплыла. -Ты бы сама могла доплыть. Да только у тебя волосы наверняка глаза залепили, - он откинул с моего лица мокрые светлые пряди. – И, признаться честно, костюм немного для плавания неудачный… Я быстро начала натягивать съехавшее декольте на положенное ему место. Заметив, что я покраснела, Фаэт добавил: -Я имел в виду юбку. Слишком длинная, ногами наверняка неудобно было двигать. Студеный ветер подул с моря. Я поежилась и попыталась натянуть плащ, который мне ранее дал Фаэт, на плечи. Но плащ был также мокрый, меня пробрала дрожь. -Пойду, попробую разжечь костер. А то ВСЕ замерзли. Он двинулся вглубь острова, отдавая по пути приказы типа «Дэн, попробуй вытащить из воды останки корабля!» или «Эаль, поищи топлива!». Я не могла не полюбоваться Фаэтом. Для капитана страшное горе – потерять корабль, еще более страшное горе – потерять друзей-моряков, а он смеется сквозь слезы, шутит и спасает нас… И как легко он обошел мое «умение плавать»! Я ведь и правда не умею… Ко мне подскочил Фрей. -Ох! Да ты с ума сошла! Когда ты эту деревяшку отпустила, я чуть не умер со страха… Хотя ты не так уж плохо и плыла… Я кисло улыбнулась и отошла. Глупые слова, глупый комплимент. Плаваю я – как гномья кольчуга, а то и хуже… И – что за глупость – чуть не умер со страха! Я тоже чуть не умерла, только от более веских причин. А если уж так за меня волновался, нырнул бы и спас… Как Фаэт. Грайлин – советник короля, Дейва – стоял в тронном зале и примерял корону. Внезапно он услышал шаги. Подумав, что это идет Дейв, Грайлин повесил корону на крючок и подошел к двери. Дверь распахнулась, и вошел изможденный хейв с тусклыми глазами. -Альфер! Братишка! - Грайлин расставил руки и попытался обнять брата. Альфер отстранился. -Войска Дейва нападут на королевство Брайт? – спросил он глухо. -Да… - немного опешив, ответил Грайлин. – Да, Дейв нападет на королеву Селену в срок. -Отлично. -А как ты живешь? Как Дара? Альфер приподнял бровь: -Я… живу? Да, я живу хорошо. А Дара… Кто такая Дара? -Дара – твоя дочь. Ты же любил ее больше жизни! Тебе совсем запудрили мозги твои ажвары, твои безумные планы вывести сильнейшую расу на земле… -Ты знаешь об этом? – спросил Альфер, сдвинув брови. -Конечно, знаю. Я ведь твой брат. И я с самого начала помогал тебе. Но больше не буду, потому что ты сходишь с ума. Ты забыл о Даре… -Он знает… - не обращая на Грайлина никакого внимания, сказал Альфер. – Мне придется его убить. И не успел Грайлин и пикнуть, как уже лежал мертвый на полу, и в груди его был кинжал – длинный, острый, пропитанный смертельным ядом. Альфер не спеша развернулся и подошел к окну. -Он уже выполнил свою миссию. Колдун переместился к воротам замка, сел огромного серого коня с умными злыми глазами и ускакал. На следующий день в тронном зале нашли труп Грайлина. Мертвец глупо улыбался. С самого своего рождения Генор знал, что он не такой, как все. Если бы он жил в одном из королевств на Фаэрии, его признали бы обычным хейвом. Но он жил в пустыне, на ядовитых землях, где не было ничего живого. Только то, что он был необычен, позволяло ему выжить. Генор никогда ничего не ел. Он мог не спать неделями. И что еще более важно – он мог по своему желанию превращаться в огромного сильного чешуйчатого ящера с крыльями. Его мать и отец называли такое воплощение «дракон». Мать и отец Генора были последними представителями расы драконов-магов – необыкновенно сильных магов, которые по своему желанию могли принимать образ дракона. Они пытались жить на Фаэрии как хейвы, но магов в королевствах хейвов, как оказалось, не жалуют. Тогда они переселились на земли Рестфилд, к драконам. Но драконы, будучи проницательными существами, быстро поняли, что парочка новеньких – другие, чужие. Мать и отца Генора прогнали из общины. Тогда они поселились на ядовитых землях, землях Смерти, где никто не жил. Их сила позволяла им жить. Они воспитали сына, обучили его всему, что знали сами. Драконы-маги сильны, но не бессмертны. Родители Генора умерли, когда он был совсем еще молодым. И он жил один в огромной пустыне. Но однажды с ним произошло что-то странное. Он – в образе ящера – летел по пустыне, и вдруг… перенесся в лес. Генор не знал, что от земель Смерти к Фаэрии ведет портал. Вряд ли он даже знал, что такое портал. Он понял только, что попал на неизведанную ранее землю. И понял, что ему было намного холоднее, чем в пустыне. Генор вырвал из земли несколько деревьев, поджег их с помощью магии и сел у костра. Прогреть огромную драконью тушу огонь не мог. Тогда Генор превратился в хейва. На него как-то сразу навалилась усталость и он уснул. Если бы он знал, где находится, не за что бы ни уснул. Он был в дремучем лесу, на территории королевства Дарк, вблизи от Карена, города, полного разбойников и охотников на драконов. Глава 8. Я сидела у костра, закутанная в уже высохшие плащи – Фрея и Фаэта. Мое насквозь промокшее платье только слегка подсохло – на мне. Я не захотела его снимать, ни за что. Рядом со мной стоял гном и держал в руке флягу. -Жанет, - уговаривал он меня, - эта жидкость очень хорошо согревает! Он говорил мне это на протяжении двадцати минут. -Жане-ет, - снова затянул гном. Я еле удержалась, чтобы не схватиться за голову. Тут подошел Фаэт. -А он дело говорит, - и, наклонившись ко мне, добавил: - Лучше – выпей, быстрее отстанет! Я тихо хихикнула и приняла фляжку из рук гнома. Сделала мелкий глоток. Не так уж и противно. Уцелевшие после кораблекрушения сидели возле костра и негромко переговаривались. Нас было девять. Во время кораблекрушения пропали двое – Лимиль и Мэвин. О пропаже Мэвина не пожалел, по-моему, никто, кроме, может быть, Коралкина. Но Бьюлен, брат Лимиля, долго ходил по берегу, звал его, кричал что-то, потом сел вдалеке от всех и от костра, и заплакал. Потом пошел куда-то. Фаэт пытался его остановить, но Бьюлен вырвался и убежал. И никто из нас его больше не видел. Я передала фляжку гному. Тот явно с наслаждением сделал преогромный глоток, посмотрел вдаль… поперхнулся и закашлялся. -Драконы! – он ткнул пальцем на маленькие черные точки на небе. - Мы на Острове Драконов! Эльфы вскочили. -Быстро! – скомандовал Фрей. – Затоптали костер, собрали вещи, перемещаемся в пещеры. -Они найдут нас и там. Только здесь у нас есть тепло и костер. Скрываться в пещере – глупо! – воскликнул Фаэт. - Они перебьют нас только быстрее! Фрей хотел было что-то возразить, но его голос потонул в гуле голосов. Я решила его поддержать… по-своему. -Он прав! – воскликнула я громко. – В пещеру нам, конечно, идти необязательно, но благоразумней будет найти местечко поукромнее. Там нас не сразу обнаружат и… – я поежилась, - будет не такой сильный ветер. Эльфы поддержали мое предложение. Через пару часов мы сидели в удобной ложбинке, окруженной скалами. Было тепло – гораздо теплее, чем на берегу. Я улыбнулась. Не так уж все и плохо. -Потянули… Еще немного… В королевстве рабов строили осадные машины. Бежавшие из эльфийских, хейвских тюрем драконы, тролли, джинны, орки, хейвы пытались устроить Великое восстание. Чтобы освободить всех рабов. Всех-всех-всех! И не только. Они – все эти беженцы, оборванные, голодающие - хотели восстановить мир на всей Файрании. Ведь они – все представители разных рас – никогда не ссорились, никогда не дрались. Их удивляли бесконечные конфликты на материке. Они – сбежавшие из тюрем – больше всего на свете ценили свободу и мир. И решили установить свободу и мир на всей Файрании. И для этого заключили союз с Синим Колдуном. А он – Колдун – обещал всячески помогать голодным и обездоленным. Помочь освободить родственников, друзей, помочь побороть голод в королевстве. Его голос звучал при этом сухо и безжизненно, но ему все равно верили. Потому что эти несчастные должны были во что-то верить. Синий Колдун посоветовал им сначала напасть на королевство Брайт, что было поблизости, освободить рабов там, затем набрать большую армию и повсеместно сделать рабов независимыми. И подарил им чертежи осадных машин. Теперь жители королевства рабов существовали мыслью о войне с королевством Брайт. И строили машины. Нала вновь села на лошадь и отправилась в лес – на охоту. В последнее время впавшие щеки девушки вновь разрумянились, улыбка изредка стала появляться на губах. Нала уже больше недели жила в лесу, не встречаясь с другими хейвами. Она охотилась, ловила рыбу, вечером читала книги, доставшиеся ей от отца. Часто гуляла по лесу. Она любила лес: любила шорох деревьев, любила аромат цветов, любила журчание ручья, любила пение птиц… Любила добрых седых охотников, встречавшихся ей. Эти охотники были единственными хейвами, с которыми Нала общалась. Они рассказывали ей истории из своей жизни, угощали вкусным печеным хлебом. Она показывала им тайные тропинки, места, где всегда много дичи, обходные пути через болота. Единственной неприятностью Налы была ее одежда – старый, истрепавшийся охотничий костюм. Он выглядел ужасно бедно, но Нала утешала себя тем, что ей не перед кем наряжаться. Несмотря на эту маленькую неприятность, нала была счастлива в лесу. Гораздо счастливее, чем в лицемерном подлом городе. Глава 9. Отряд драконов появился совершенно неожиданно. Эльфы моментально образовали круг вокруг костра, меня и гнома. Я даже вскочить не успела, а гном валялся на песке, и ему уже было глубоко все равно, что происходит вокруг него. Я обошла костер и уселась поближе к нему. Вдвоем не так страшно, пусть даже этот второй – в доску пьяный гном. -Стрелять умеешь? – обернувшись ко мне, спросил Эальдор. -Лишнего лука все равно нет, - жестко сказал Фаэт. И правда, несколько эльфов стояли с кинжалами. Как они будут сражаться с летающими драконами – даже не представляю. Фрей кинул мне малюсенькую серебристую дощечку. -Раскладной щит? Думаешь, драконы будут в нас стрелять? – я не стала раскрывать щит. Драконы не нападали. Они парили над нами на небольшой высоте. Фаэт уже отдал приказ – не нападать первыми. Сказал при чем, глядя на меня. Мне то что – я нападать не стану ни первой, ни последней. Я всего лишь в страхе сидела у потухающего костра и пыталась распихать гнома. Неожиданно послышалось хлопанье сотен крыльев. Стало темно – драконы заслонили солнце. Неожиданно на меня вылилась целая бочка ледяной воды. Я тихо выругалась. Драконы пытались затушить костер, но так как мы с гномом сидели (лежали) у костра, нам тоже досталось. Гном даже проснулся, попытался вскочить, но я остановила его. -На нас напали драконы. Они летают, с топором ты их не одолеешь, так что уж лучше лежи. Гном опять завалился на бок и захрапел. Мне бы так! Мне было мокро и холодно. Эльфы тихо переговаривались. -Это считается как нападение? – негромко спросил Коралкин. -Не знаю, - ответил ему Даниэль, пытаясь магией разжечь костер. -Не стрелять! – гаркнул Фаэт. – Если сейчас они на нас нападут по-настоящему, от нас и следа не останется. Над нами раздался крик. Боевой клич дракона. Дракон пикировал вниз. Прямо на меня. -Сузить круг! – закричал Фаэт. -Нет, не надо! – заорал Фрей. – Они не будут нападать, они ждут, чтобы мы сжали круг! Но Фреймора, к сожалению, никто не слушал. Эльфы прижались друг к другу. И в этот момент сверху упала сеть – огромная, прочная, липкая. Я тут же запуталась в сети, волосах, юбке и двух плащах. Складной щит упал и немедленно раскрылся, ударив мне самой по ноге. Я закричала и упала на кого-то. Этот кто-то тоже закричал, попытался вскочить из-под меня, и мы запутались вдвоем. Все пытались освободиться от сети, в результате еще больше липли к ней. В конце концов мы превратились в склеенный со всех сторон клубок, где уже почти никто не мог пошевелить ни ногой, ни рукой. Несколько эльфов – те, что были с кинжалами, и те, что были сверху – попытались кинжалами разрезать сеть, но кинжалы у них были немедленно отобраны подлетевшими драконами. Один дракон ухитрился даже просунуть лапу в сеть и забрать у гнома топор. -К драконьей чешуе сеть не липнет, - сделал вывод Ромэль. Это высказывание, как и все его слова, было исполнено глубокого смысла, но то, что он сказал, было и так очевидно. Драконы еще немного покружили вокруг нас, потом, убедившись, что все кинжалы отобраны, все луки – переломаны, оружия у нас больше нет, подняли сеть и полетели куда-то. Я почти ничего не видела – волосы опять спутались и залепили глаза, но я догадалась, что мы летим к скалам. Вскоре стало темнее. -Где мы? – спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь. -В пещере, - ответил кто-то снизу. Мы плюхнулись на пол. -А теперь – мы клетке, - послышался голос сверху. Снизу раздавалось только слабое оханье. -У кого-нибудь есть оружие? Или что-нибудь острое? – голос Фаэта. Молчание. -Что будем делать с сетью? Молчание. -Я где-то слышала, что паучьи сети исчезают через несколько часов… - неуверенно сказала я. – Только вот эти сети, скорее всего, не паучьи… -И к тому же я не уверен, что согласен провести в таком состоянии несколько часов, - Эальдор. -У тебя есть другие предложения? – Кларк. -Может, я смогу ее поджечь? – Даниэль. -Не смей! – все остальные. -Наколдовать что-нибудь острое сможешь? – голос Фрея. -Не думаю. Я не могу создавать материальные вещи, - Даниэль. -Может, я смогу что-нибудь сделать… если с меня слезет гном, - сказала я. -Ты, Жанет? – в голосе Фаэта звучало удивление, тем не менее кто-то спихнул с меня тяжелого гнома. Я всегда ношу с собой маленький серебряный кинжал – подарок отца. Пока он нужен был мне только для того, чтобы полировать ногти, но сейчас, думаю, без него не обойтись. Из внутреннего кармана у подола юбки непросто было извлечь кинжал. Сделав это, я начала резать сеть. Через полчаса я уже была свободна. Хотя вся липкая от сети, но свободна! Еще через час все эльфы были свободны и отдирали с одежды клочки паутины. Я убрала кинжал. Ко мне подошел Фаэт. -Я не знал, что у тебя есть кинжал. -Представь, ты многого обо мне не знаешь. Даниэль с интересом разглядывал сеть: -Никогда раньше не видел ничего подобного! -А она горит? – с надеждой спросила я. -Вероятно, - Даниэль прошептал что-то, и сеть, свернутая в комок, загорелась. Все расселись возле импровизированного костра. -А еду ты наколдовать не можешь? -Я же уже объяснял, что не могу создавать материальные вещи, только проекции. -Хочешь сказать, что этот костер – проекция? -Нет. Огонь – проекция, - Даниэль махнул рукой. -А ты можешь наколдовать расческу? – спросила я, не поняв ничего из объяснений Дэна. -Просто так, расческу – нет. Но я могу превратить что-либо в расческу, изменив структуру кристаллической решетки… - Даниэль взял небольшую веточку, обмотал клочком паутины, прошептал что-то и… отдал мне деревянный гребень. -Здорово, - только и смогла выдохнуть я. Расчесала волосы, отдала гребень Дэну. -Оставь себе, - улыбнулся тот. -Он не станет обратно… веточкой? -Нет. Удивленная, я положила гребень в карман. Услышала голос гнома. -А еду из веточки сделать можешь? -Могу. Но еда будет со вкусом веток, - вздохнул Даниэль. Делать было нечего, и я решила осмотреть клетку. Небольшая, сделана из дерева. Пол – глиняный. Пустая – не считая нас, уже потухающего костра и плащей. (Еще до этого Ромэль и Виктор сложили все плащи в углу, получилось некое подобие постели). -Смотрите! – крикнула я. -Что такое? -Там, в противоположном углу пещеры! Там – вэйты! Аслан летел на север, к границе острова Джинленд. Аслан был красивым джинном, с сизовато-серой кожей, темными губами, белыми глазами и светлыми волосами. Хотя существует поверье, что все джинны – дети эльфов и демонов, это не так. И если ты – джинн, ты это знаешь. Аслан хорошо помнил, что его родители были джиннами. Мать когда-то рассказывала, что ее мать – бабка Аслана – была эльфийкой… Но Аслан мало верил. К тому же он очень плохо помнил мать. У джиннов существует традиция: как только ребенку исполниться 20 лет, родители оставляют его. Возможно, это жестоко – не все дети выживают. Но джинны бессмертны, и без такой немного жестокой традиции они заполонили бы весь мир. «Может, и хорошо было бы…» - подумал Аслан. Сейчас народ джиннов был очень мал, и когда пришло время войны – жестокой, кровопролитной войны с хейвами – джиннам приходилось заручаться поддержкой других народов. «Зачем воевать?» - не понимал Аслан. Он знал, что хейвы и эльфы относились к джиннам с предрассудками – ведь по поверью, джинны наполовину демоны. Эльфы и хейвы считали, что джинны – холодные, злые существа. (Это подтверждал тот факт, что джинны бросают своих детей). Еще Аслан знал, что джиннам не нравилось, совсем не нравилось такое отношение. Они хотели завоевать уважение. И вот однажды пришел Колдун. Синий Колдун, великий маг, который известен всем народам от северного Нордвуда до теплой южной Синематры. Колдун обещал помочь в войне с хейвами. И вожди народа джиннов решили воевать. Как уже сказано, народ джиннов был очень мал, чтобы в одиночку бороться с хейвами. И Аслана послали заключить союз с вэйтами и троллями для победы над хейвами. Аслан знал, что многие расы терпеть не могут хейвов. Не могут терпеть не потому, что хейвы чем-то провинились, не оттого, что хейвы злы. Причиной ненависти была зависть. Тролли, например, жили на камнях, на пустынном острове Тариламбевен. Они не разводили скот, не пахали землю – им не позволяли природные условия. К счастью для троллей, остров был полон дичи. Тролли охотились и таким образом добывали себе пропитание. Но в последнее время то ли дичь стала умнее, то ли животные потихоньку вымирали, но охотиться троллям становилось все сложнее и сложнее. И тролли завидовали хейвам, которые проживали на огромных плодороднейших землях. У вэйт была похожая ситуация. Вэйты (в народе вэйт, как известно, только особи женского пола) обитали на болотах. Вернее, сначала они жили на равнинах, но потом пришли эльфы, и вэйты, побоявшись жить в соседстве с эльфами, ушли на болото. Они замерзали в сырых пещерах и умирали от голода. На болотах они встретились с троглодитами (скользкими ящерами). Вэйты и троглодиты заключили союз, и теперь мечтали прогнать эльфов с Фаэрии. «Вэйтам и троглодитам наплевать на хейвов, - так рассуждал Аслан. – Но если мы, джинны, пообещаем вэйтам помощь в борьбе против эльфов, они с радостью помогут нам разбить хейвов…» Помощь вэйт в войне была очень кстати. Вэйты были бессмертны – ни нож, ни яд, ни когти грифона, ни огонь не могут умертвить вэйт. Есть только один способ убить вэйту. Но этот способ знают очень немногие - только некоторые эльфы и сами вэйты, разумеется. Аслан остановился. Он долетел до границы Джинлэнда. Справа от него неприветливо торчали голые серые скалы острова Тариламбевен, отделенные серой гладью Пролива Бурь. Слева простирались болотистые земли Ри-Тэйр – государства вэйт. Аслан не знал, куда лететь сначала. «С троллями мы объединены общей целью – разгромить хейвов… Но вэйты – более ценные союзники… Куда же мне лететь?» Аслан еще немного подумал и свернул влево. Генор проснулся и почувствовал, что что-то неладно. Было темно – костер, разведенный накануне, давно потух. Он был в облике хейва, но все равно отлично видел в темноте. Он заметил, что в кустах кто-то шевелиться, и зрение подсказало ему, что шевелятся такие же, как он. Хейвы. Генор встал. Он был без одежды, но согревшись у костра и хорошенько выспавшись, почти не чувствовал холода. Он подошел к кустам и совсем отчетливо увидел группу хейвов, в одежде, стоящих к нему спиной. Высокий хейв в железной рубашке что-то громко говорил. Генор прислушался. -Это наверняка шпион королевы Селены, из Брайта! Мы захватим его и приведем к Дейвлину… - высокий хейв обернулся и нос к носу столкнулся с Генором, зашатался и отступил на два или три шага назад. Потом он сообразил, что Генор не собирается нападать, и подошел вплотную. -Что ты здесь делаешь? Кто разрешил тебе нарушать священную и неприкосновенную границу королевства Дарк? Генор рассмеялся, услышав напыщенные слова. -Ты смеешь издеваться над священностью нашего государства? – состроив гневное лицо, продолжал хейв. – Как ты смеешь…? -Кто ты? – прервал высокомерного хейва Генор. -Я начальник королевской стражи… - начал хейв и осекся, услышав смешки за спиной. – Мне не подобает называть свое имя и звание по желанию чужеземца! Пусть чужеземец назовет себя! -Меня зовут Генор, - усмехнувшись, сказал дракон-маг. -Откуда ты прибыл? Ты шпион королевы Селены? – высокий хейв выхватил меч и надвинулся на Генора. Генор не испугался. Он знал, что одним движением мизинца может сломать меч, и передавить хейву позвоночник, и вообще уничтожить всю группу хейвов. Генору стало зябко. Он видел, что все остальные хейвы одеты, и заметил, что им не холодно. Сам Генор в теплой пустыне никогда не испытывал нужду в одежде и одежды вообще никогда не видел. Но родители рассказывали ему, что хейвы носят брюки и кольчуги. -Вы дадите мне одежды? – спросил он. -Отвечай на вопросы, чужеземец! – воскликнул высокий хейв. -Почему вы зовете меня чужеземцем? Я сказал вам свое имя! -Не прекословь мне, чужеземец! Скажи, откуда ты прибыл! Сзади послышался шепот: -Может и правда одеть его? -Бедняга, ему же зверски холодно! Высокий хейв нахмурил брови, обернулся. Шепот прекратился. -Отвечай, ты прибыл из королевства Брайт? -Нет. Я прибыл из пустыни. -На Фаэрии нет пустыни! Ты лжешь! -Я прибыл из пустыни, - спокойно и уверенно повторил Генор. Снова раздался шепот: -Он заболел, похоже… Может, следует его одеть? -Ты пойдешь с нами! – заявил хейв и попытался схватить Генора. Генор отбросил сильного высокого хейва как пушинку. Послышались возгласы удивления, недоумения. Хейв, сидя на земле, скомандовал: -Взять чужеземца! Два воина, считавших себя наиболее сильными, побежали к Генору. Через секунду они уже лежали друг на друге возле начальника. Лицо высокого хейва побледнело от злости: -Взять его, взять! На этот раз пять хейвов кинулись к Генору, и все они оказались на земле, в грязи. -Взять, взять, взять! – не унимался высокий хейв. Генор спокойно стоял, скрестив руки на груди, и ждал. Но никто не торопился нападать на него. Все оценили силу Генора. Начальник отряда, бледный, с нахмуренным лбом, смотрел на Генора. -Он сильный… Неплохой бы солдат вышел, - сказал кто-то тихо. Лицо высокого хейва просветлело, лоб разгладился. -Мы не желаем тебе зла. Мы только хотим, чтобы ты пошел с нами. Мы дадим тебе одежду и кров. Мы поможем тебе, мы станем друзьями. Генор улыбнулся, подошел к хейву, подал ему руку. «Что ж, я буду следить за этим Генором. Если он шпион королевы Селены, я разоблачу его и получу награду. Если же нет – я приведу в армию отличного, сильного солдата, и опять же получу награду…» Хейв довольно улыбнулся и провел Генора в лагерь. Там его накормили – он впервые ел, и при этом лицо его выражало такое удовольствие, что многие хейвы удивились. Ему дали одежду и отогрели у костра. После этого хейвы свернули лагерь и отправились в ближайший город – Карен. Из этого города, с крепостной стены, за несколько часов до этого заметили костер Генора, и отправили группу воинов узнать, чей это костер. И теперь туда вели Генора – не то в качестве пленника, не то в качестве гостя, не то в качестве нового воина, защитника города. Глава 10. Прошло часов пять. Костер давно потух. Было холодно и сильно хотелось есть. -Даниэль, - прошептала я. – Попробуй сделать еду. Хотя бы со вкусом грязи… -Я бы рад, но сил у меня уже не хватит. Последние силы я потратил на костер. Раздался голос Фреймора. -Гляньте! К нам идет дракон! Огромный, черный! Дракон подошел к клетке. Он ел что-то ароматное, у меня аж желудок свело от голода. Дракон смотрел на сидящих в грязной клетке эльфов. -Что ж, добро пожаловать на Драконий Остров, - сказал он на эльфийском. И последний кусок ароматной еды исчез в огромной драконьей пасти. - Вы нарушили границу, и вы понесете наказание. -Но мы потерпели кораблекрушение! – воскликнул Фреймор. Он взял на себя разговор с драконом. -Все равно, - равнодушно ответил дракон. – Вы умрете. -Среди нас есть девушка. Пощади хотя бы ее. -Умрут все. -Ах ты, ящерица крылатая, крокодил рогатый… - начал Фреймор. И весьма зря начал. Глаза дракона налились кровью. Он распахнул дверцы клетки, вытащил отчаянно сопротивляющегося Фрея. Одной рукой (лапой?) дракон захлопнул клетку с такой силой, что вся пещера задрожала, другой взял Фрея за горло и поднял над полом. -Мы – не крокодилы и не ящерицы, - тихо, но отчетливо произнес дракон. – Мы – драконы. И мы отстаиваем свои права. У нас есть право на жизнь, право на свободу, право на мир, наконец! -Поверь, - я встала с пола, - он, - указала на Фрея, - не виноват, что с вами все воюют. Фрей шлепнулся об пол. -Твое лицо мне знакомо, - произнес дракон. -Мне твое тоже…- усмехнулась я. -Жанет, что ты делаешь? Отойди от двери! - прохрипел Фрей. Услышав мое имя, дракон сразу потерял ко мне всякий интерес и продолжил разговор с Фреймором. -Вы, эльфы, нарушаете наше право на свободу. Ездовые драконы! – огромная черная лапа прижала Фреймора к полу. – Почему бы вам ни ездить на ком-нибудь другом! Лошадей себе выдумали! -Мы также ездим на грифонах. Но ни драконы, ни грифоны нам не лошади, а друзья… Из пальца дракона медленно высунулся пятисантиметровый коготь и пронзил правый бок Фрея. Губы Фрея побледнели, но он не издал ни звука. -Будешь много болтать, я выпущу все когти. Так что я посоветовал бы тебе молчать и слушать! Нас, драконов, убивают, угнетают, и мы объявили, что запрещаем кому-либо соваться на этот остров. Но не проходит и месяца, как сюда заявляются эльфы, - Фрей опять повис в воздухе, корчась от боли, - и убивают нас. Фреймор хотел что-то сказать. Но он совсем не хотел, чтобы его растерзал дракон. Тогда я подошла к дверце клетки так близко, что при желании могла бы протиснутся сквозь прутья. -Послушай, Рестлид, отпусти его. Нечего вымещать на нем свою злобу. Я знаю, это вэйты убили ваших детей. Иначе вы не держали бы их в клетке. Они и наши враги, они взорвали наш корабль. И если они убили кого-то – мы тут не при чем, и не надо мстить НАМ! Дракон опустил Фреймора на пол. -Теперь я узнал тебя. Евлалия Грэчел? -Да. Отпусти его. Дракон открыл дверцу клетки. -Выходите. Все! – и издал звук, немного похожий на свист. На зов сразу прилетело несколько драконов. -Выходите! Немедленно! – дракон посмотрел на меня, зрачки его глаз сузились: - Проклятая эльфийская тварь! Эльфы, помедлив, вышли. Я отошла в угол, собрала плащи. -Может, ее убить? – спросила молодая зеленая драконесса. -Не смей! – гаркнул черный дракон. – Она слишком ценная пленница. -А ты стал популярным, Рестлид? Похвально, - я сунул ворох плащей в лапы драконессы. Черное лицо дракона посерело. -Нечего злиться. Ты ведь меня все равно не убьешь! -Я не убью тебя, но я запросто расправлюсь с твоими друзьями, принцесса Евлалия! Я притихла. Эльфы недоуменно смотрели то на меня, то на Рестлида. -Принцесса Ева? – недоверчиво переспросил Фаэт. -Позже расскажу. Что с нами будет? – обратилась я к Рестлиду. -Сейчас увидишь. Взяли их и понесли! – приказал он драконам. Те подхватили нас. Сам Рестлид нес Фрея и гнома. Я видела, что Фрей хотел что-то сказать, но не мог. Мы летели так быстро, что стоило открыть рот, как воздух сдавливал горло. Мы долго летели над скалами, но пещер я не видела. Тут неожиданно зеленая драконесса, которая несла меня, разжала когти, и я полетела вниз – в яму. Оказавшись на дне, немедленно отползла к стенке. Сверху начали падать эльфы, и наконец, упали плащи. Я вытащила из общей кучи полубесчувственного Фреймора и попыталась вернуть его в наш мир. Эльфы, охая и вздыхая, расползлись по окружности ямы, которая напоминала широкий колодец с абсолютно гладкими стенками. Даже гном совершенно неожиданно пришел в движение и отполз в укромное местечко, где продолжил спать. А остальные подошли ко мне. Тем временем Фрей очнулся: -Жанет, почему тот дракон назвал тебя Евлалией? Да еще и принцессой? Я улыбнулась. -Потому, что меня зовут Евлалия. И я принцесса. Я протянула руку, и на безымянном пальце сверкнуло золотое кольцо, покрытое тонкими полосками черной эмали и с бриллиантом посередине: -Узнаете? -Это кольцо наследника Белиндейна… - кивнул Ромэль. – Так ты и вправду принцесса? -Но это невозможно, - воскликнул Даниэль. – Принц Толеран и его три дочери погибли. -Мой отец, Фаэрина и Лиоанна действительно погибли. А я, как видите, жива. -Но как? -Сейчас я все расскажу. Я с отцом – мне было тогда около тринадцати лет – поехали в крепость Кёйле Корвин. Мы провели там неделю. О нашем прибытии узнали вэйты и троглодиты. Он напали… Я закрыла глаза и вспомнила все… «У ворот крепости стоял гарнизон. Во главе с прекрасным эльфом. Его красота ослепляла. «Ящеры не посмотрят на мою красоту». Воин сжал лук. Вэйты, троглодиты, орки подходили все ближе и ближе. Воин закрыл глаза, чтобы попрощаться с ветром, солнцем, небом. Он ведь погибнет. Там, в крепости, его дочь. Она тоже погибнет. Как и ее сестры. И все они встретятся в другом мире – в мире, где нет войн. Где нет троглодитов и орков… -Они убьют наших детей. Наших жен. Наших родных. Но раз мы все равно умрем – постараемся прихватить как можно больше ящеров с собой! Свистит ветер. Нет, это свистят стрелы. И слышаться вопли троглодитов. Я стояла на стене и смотрела вниз. Войско ящеров смяло гарнизон – мой отец наверняка уже погиб. Ящеры шли по городу. А передо мной, перед моими глазами стояло мертвое лицо отца. «Кто из нас больше виновен в этой войне?» - пришло мне в голову. -Для нас это – освободительная война! – кричат ящеры, убивая жителей города. Они смотрят на стену, видят меня. Ползут наверх. Все понятно. Они хотят захватить меня. И повлиять на политику короля. Нет! Я лучше умру. Надо сделать только шаг. Один шаг. Навстречу ветру… И вот ящеры удивленно смотрят на летящее с крепостной сены тело…» -… Ящеры решили, что я мертва. Я была на пороге смерти, без сознания от сильнейшей боли. Позже я узнала, что, падая, сломала себе обе ноги, руку, восемь ребер, ключицу, не считая мелких переломов. Ящеры ушли, оставив на месте крепости развалины… и меня. Я вздохнула и продолжила: -Не знаю, сколько я провела в таком состоянии. В Кёйле Корвин приехал гарнизон из Фаэнели. Они заметили у меня слабый пульс и отвезли в Фаэнель. Главный врач сказал, что у меня нет шансов. Тогда король – мой дед – призвал Триада, чтобы спасти меня. -Триада? – переспросил Кларк. -Правители расы великих магов. Они прибыли с южных земель… – ответил Даниэль. – Но никто не знает, какой расы они на самом деле… -Альфер, Синий Колдун - лучший из лучших – его магическое могущество было столь сильным, что даже при жизни он был легендой. Он был прекрасным воином. Его никто не мог победить. -Что с ним стало? -Он… он сгинул. Говорят, вернулся в южные земли. -Я слышал, его женой была прекрасная девушка из племени хейвов, Александра. Когда она умерла, он сошел с ума, - добавил Ромэль. -Второй маг – прекрасный, несравненный воин, был убит в магической схватке после того, как Триада распалась, - продолжила я. – Третий могущественный маг жив до сих пор. Он корыстный старик, готовый на все ради денег. Ради денег он меня и спас. Грайлин, советник Дейвлина, короля Дарка. Может, слышали? Эльфы отрицательно покачали головами. -Как он смог залечить столько переломов? – удивился Даниэль. -Магия, - пожала плечами я. – Пара часов – и все кости срослись, я вновь была здорова. -Но почему никто об этом не знал? -Наверное, дед не хотел потерять последнего наследника… последнюю внучку. Тогда меня спрятали. Я стала Жанеттой Элистон. Мои родители – Элистоны – знали, кого укрывают, а названая сестра Полета искренне верила, что мы сестры. Вот так я и поселилась в Хейборе. А в столице у меня был близкий друг… очень близкий. Его звали Алеан, и он отправился в Первую Великую Экспедицию. Я обещала ему, что поеду во Вторую. Обязательно. Потом я встретила Фреймора. Влюбилась. Но… все равно отправилась во Вторую Великую Экспедицию. Хочу еще раз повидать Алеана. Если он жив. Король хотел мне помешать – запретил ехать. Но Фреймор помог мне. И вот – я здесь. Фреймор хлопнул себя по лбу: -Так вот откуда взялась лошадь редкой породы… И драконесса… -И вот почему Король не хотел меня отпускать. Да. Я принцесса. Стрелка – моя лошадь, Пантера – моя драконесса. Несколько минут все молчали. -А откуда ты знаешь этого дракона? – спросил Даниэль. -Рестлида? Долгая история. Это случилось, когда пропали Лиа и Фаэра – мои сестры, тоже принцессы. Они уехали на конную прогулку и не вернулись. Дед узнал, что они забрали в гавани корабль и поплыли куда-то. Обломки корабля нашли возле этого острова. Мы с отцом поехали сюда и попросили позволения обыскать остров. Но Рестлид – здешний вождь – не позволил. Оказалось, у него была своя драма. У него пропала дочь, и он считает, что ее украли эльфы. Он думает, что теперь она чья-нибудь ездовая драконесса. И он не разрешил обыскать остров. -Почему? -Эльфы заставили страдать его, теперь он заставляет страдать эльфов… - я пожала плечами. – Своя логика. Прошло еще несколько минут. Ромэль хмуро усмехнулся. -Все три принцессы попали на остров Драконов… -Типун тебе на язык, - махнул рукой Фаэт, и обратился ко мне. – Жанет… то есть Ева…расскажи еще что-нибудь о себе, о своей жизни. -Что вам рассказать? -Ну… Например, я слышал о короле. Слышал о принце Толеране. Но ни о королеве, ни о принцессе не слышал. -Я принцесса. Фаэра и Лиа тоже принцессы. -Да я не о том. Кто была ваша мать ? Кто была твоя бабушка? Эльфы переглядывались. -Фаэт, ты слишком долго был в море? Кто не знает о похождениях принца Толерана! -О его влюбчивости ходят легенды… Фаэт непонимающе посмотрел на меня. Я покраснела: -На самом деле это у нас наследственное. Мой дед – Король – за свою жизнь был влюблен очень много раз… Мой отец унаследовал это. У меня, Фаэрины и Лиоанны разные матери. Но мы ни разу матерей наших не видели. Я только знаю, что моя мать и мать Лии – эльфийки, а мать Фаэрины – хейванка с Фаэрии. Фаэрину, кстати, и назвали в честь Фаэрии. -Почему вы не видели матерей? Я так и не понял! Я покраснела еще больше. -Сначала Толеран, мой отец, повстречался с матерью Лии. Почти сразу после рождения Лии отец разлюбил ее, и Лию отправили во дворец. Ее воспитывал дед. А отец поехал на Фаэрию. И там он повстречался с матерью Фаэрины. После того, как родилась Фаэрина, отец поссорился с хейванкой, и увез Фаэрину на Лэйранию. Где встретил мою мать… Родилась я, и мою мать отец тоже оставил. -И больше детей у него не было? -Нет… Наверное. Хотя вполне возможно, что где-нибудь в Лэйрании или на Фаэрии у меня есть братья и сестры. -Значит, ты самая младшая из наследниц. -Мне сейчас 16 лет. Если бы Лиа и Фаэра были живы, то Лии было бы 18, а Фаэре – 17… Я всхлипнула. -А ты унаследовала влюбчивость своего отца? Много у тебя было женихов? – вдруг спросил Фаэт. Я задумалась. Потом посмотрела на лицо Фреймора. Его глаза стали большими-большими, он испытующе смотрел на меня и ждал ответа. -Только один Фрей. Я не унаследовала такой дикой влюбчивости. Это – прерогатива мужчин. Фрей, как мне показалось, облегченно вздохнул. Потом снова наморщил лоб. -Жанет… Ева… Ты ведь теперь принцесса. Как нам к тебе относиться? -Фрей, что за глупый вопрос? - я махнула рукой. – Я и раньше была принцессой. Я осталось абсолютно такой же. Только поменяла имя. Зовите меня, пожалуйста, Евой. Мне надоело, что меня называют «Жанет». Дурацкое имя, и совершенно не мое. Разговор был окончен. -Интересно, нас не покормят? – спросил Ромэль, обращаясь неизвестно к кому. -Видимо, нет, - откликнулся Даниэль. – Придется зажарить гнома. Мы взглянули в сторону мирно спавшего и не подозревавшего о наших коварных планах коренастого человечка. -Может, позвать этих… Драконов? – предложил Коралкин. Раздалось хлопанье крыльев, и большой фиолетовый дракон влетел в яму. -Вождь Рестлид хочет вас видеть! – он схватил меня, Фреймора и Фаэта и снова понес куда-то. Лека – молодая оркша – стояла у развалин древнего Твайла. -Где фонтан? – спросила она у орка, чье лицо было покрыто шрамами. -Какой фонтан? -Здесь должен быть фонтан. Шаман сказал мне. -Зачем нам какая-то древняя дырища с водой? Лека не ответила. Она скривила губы и отвернулась. -Доблестный отряд Змеев! – обратилась она к оркам, которые носились между завалами и остатками стен, прорубали тропы в зарослях лиан, разжигали костры и всячески обустраивали лагерь, и которые начали оборачиваться на сильный красивый голос Леки. – Доблестный отряд Змеев! Вы знаете, мы вышли из Нордвуда с единственной целью – захватить эльфийскую принцессу, которая плывет на Фаэрию. Чтобы захватить ее, нам нужно попасть в Белиндейн, миновав стражей на границе. Это можно сделать с помощью волшебного древнего Фонтана. Найдите Фонтан! Толпа загудела. Раздались отдельные вопросы, выкрики. -Найдите Фонтан! – гаркнула Лека. Орки по двое, по трое с неохотой отходили от костров. Лека вздохнула (тихо, чтоб никто не видел) и отошла. С тех пор, как начался поход, она никому не говорила о том, что им придется использовать портал для того, чтобы попасть в Белиндейн. Она опасалась, что кто-нибудь спросит о том, как именно использовать портал, а она не сможет ответить. Несколько минут Лека размышляла, поймет она или нет, как пользоваться порталом. Если поймет (в чем Лека сильно сомневалась), то воины начнут уважать ее, как храброго и мудрого начальника, даже несмотря на то, что она женщина. Если же ей не удастся сообразить, она навсегда потеряет себя в глазах воинов отряда Змей. Неожиданно Лека поймала себя на том, что идет вперед. Куда именно она идет, она не знала. Она осторожно раздвигала руками лианы, раз или два спугнула змей. Держась за стены, миновала несколько трещин в земле, ям и расщелин. Срубив кинжалом заросли плюща, она прошла вперед, сквозь длинную наполовину рассыпавшуюся арку и остановилось. Перед ее глазами предстал Фонтан. То, что это тот самый, волшебный фонтан, Лека поняла сразу. Обычный фонтан среди руин должен быть полуразвалившимся, заросшим мхом, с гнилой застоявшейся водой, обычный фонтан в разрушенном городе не мог работать. Обычный фонтан не мог так блестеть, вода в обычном фонтане не могла так серебриться от тусклого света солнца. -Фонтан… - прошептала Лека. Она осмотрелась и поняла, что возле фонтана она одна. Пока остальные орки не нашли Фонтан, у нее было время, чтобы разобраться, как работает портал. Сначала Лека решила, что нужно прыгнуть в прохладную, немного святящуюся воду. Но не успела она подойти к фонтану и окунуться, как перед фонтаном возникла серебристая стена, и с другой стороны этой стены Лека совершенно отчетливо увидела темно-зеленую сочную траву, высокие деревья, далекие холмы и голубое полотно реки. Она подошла к странной стене, приложила руку. Рука без труда прошла сквозь стену. Лека пошевелила пальцами и ощутила легкий ветерок, почувствовала, как ее ладонь щекочут листья… Лека поняла: для того, чтобы попасть в Белиндейн, нужно просто пройти сквозь прозрачную стену. Сзади раздались шаги, Лека обернулась и увидела своих воинов орков. -Я нашла Фонтан! – сказала она громко. – Позовите остальных! Когда все воины отряда Змей были в сборе возле Фонтана (от некоторых еще пахло костром, малая часть доедала мясо), Лека воскликнула: -Вот он! Вот этот Фонтан! Скоро, совсем скоро мы окажемся в Белиндейне! -Лека, ты знаешь, как пользоваться порталом? – спросил старый орк со шрамами на лице. «А вот и вопрос, которого я так боялась!» - подумала Лека, а вслух сказала: - Конечно, знаю! Нужно только пройти сквозь прозрачную стену! Полчище орков ринулось к Фонтану. Лека остановила их властным жестом руки. -Проходите по пятеро. Не шумите. Помните, эльфы близко! Через полчаса весь отряд орков был уже в Белиндейне. Они расположились лагерем у берега реки, в незаметной бухте. Лека сидела у костра и курила трубку, когда к ней подошли несколько воинов. -Вот мы и в Белиндейне. Нам необходимо найти принцессу. Как мы будем ее отыскивать? -Проще простого! – Лека отбросила трубку, подошла к воинам. – Принцесса прибудет на корабле. Ясно, что она войдет в эльфийскую гавань. В Малом Белиндейне лишь одна гавань, мы легко ее найдем. Мы будем идти по течению реки, и достигнем берега моря. Потом мы направимся на юг. Когда мы доберемся до эльфийской гавани, мы устроим там лагерь и будем ожидать корабль принцессы. Когда принцесса приплывет, мы нападем на нее и на нее свиту. Эльфы не будут ожидать нападения, мы разобьем их и захватим принцессу! Воины были впечатлены речью Леки. Они немного потоптались на месте, затем один из них сказал: -Знаешь, Лека, мы сомневались в том, что ты будешь хорошим воином. Но мы ошиблись. Ты чудесный воин! Лека отвернулась, чтобы скрыть довольную усмешку. В этот момент она была абсолютно уверена в том, что ее планы сбудутся, что она захватит эльфийскую принцессу и заставит короля изменить политику в отношении орков… Когда наступил новый день, Дара думала, что ее жизнь не может быть хуже. Оказалось, может. Слезы на глазах Дары не просыхали несколько дней. Она совершенно забросила чтение, несмотря на настойчивые просьбы хрустального шара; она не играла, не рисовала. Она сидела, на полу, сжимала пальцами кусок платья и мяла его. Она думала об отце, и слезы сами катились из глаз. Ее отец, Альфер, почти совсем не возвращался домой. А когда возвращался, то обращал на Дару не больше внимания, чем на серые камни, лежащие на полу. Дара не могла понять, почему отец так изменился. Раньше он любил ее до безумия, проводил с ней почти все время, говорил, что готов ради нее уничтожить мир. А теперь… Куда пропала эта любовь? Куда пропали чувства, которые отец питал к ней? Куда пропали хоть какие чувства ее отца? Дара видела, что Альфер ходил по башне с тусклыми глазами, ничего не ел, не спал и не разговаривал. Дара думала над переменой, произошедшей с ее отцом, но не могла понять, что послужило причиной к этой перемене. Она думала, плакала, снова думала и снова плакала… «Принцесса Дара, принимайтесь за чтение…» - это опять шар, по старой привычке, пытался расшевелить Дару. Дара знала, что шар – всего лишь машина, которая делает только то, что ей приказано… Но она страшно разозлилась, схватила с пола камень и запустила в шар. Яркая вспышка сета на миг ослепила Дару. Раздался звон битого стекла и стон. Дара открыла глаза и увидела молодую белокурую женщину, которая лежала на полу. Женщина задыхалась. Дара подбежала к ней, заглянула в бледное лицо и узнала родные черты. Это была Александра, жена Альфера, мать Дары. -Мама! – воскликнула Дара и прижалась к груди женщины. Женщина открыла глаза. -Дара… Дочка, милая… Скажи, где Альфер? -Папа ушел. Мама, мама, я думала, что ты умерла! Но ты жива, и мы будем вместе, мы будем счастливы… Губы Александры скривились в безрадостной улыбке. -Я скоро умру… Слушай меня, Дара… Возможно, тебе предстоит спасти этот мир… Дара, твой отец – чудовище! – заметив попытку Дары отвернуться, Александра схватила дочь за руку. – Это правда, Дара! Он… Александра закашлялась, потом продолжила: -Он хочет вывести расу идеальных существ. Он задумал перессорить все народы Файрании, погрузить наш мир в войны и узнать, какая раса сильнее… -Как – узнать? -Какая раса выживет, та и сильнее. Потом - с помощью магии – он наделит эту расу силой и подчинит себе. -Но… но зачем? -Он хотел переделать мир для тебя! Сначала… Но потом его подчинили ажвары… Ты ведь знаешь, твой отец сам ажвар, он один из троицы великих магов. Он был сильным и добрым. Но потом его разум стал уменьшаться… Другие подчиняли его разум, мысли себе. Ты ведь заметила, что он изменился? -Да. Мама, скажи, почему? Кто подчинил себе отца? -Дьявол… - Александра захрипела и упала на бок. – Беги… беги отсюда, найди королеву Селену или короля Дейва… Или эльфийского принца Толерана… Предупреди их! Беги… Глаза Александры закрылись. Она не шевелилась. -Мама… - уз глаз Дары хлынули слезы. Внезапно ей показалось, что она слышит стук шагов. «Отец!» - Дара вскочила, побежала к лестнице. Она никогда не видела лестницу, но знала, что из башни есть выход. Она вошла в темную-претемную комнату, ногой нащупала ступени и быстро – насколько это можно было в темноте – побежала вниз. Она дошла до конца лестницы и выбежала через крошечную дверь. Она стояла в пустыне. Она знала, что пустыня заканчивается у моря. «Я пойду к морю! Я спасу мир… И отца!» Глава 11. Когда мы, наконец, прилетели в грязную пещеру, прошло уже достаточно времени. Дракон разжал когти. Я, Фаэт и Фрей шлепнулись на землю. На нас сверху упали Кларк, Ромэль и Даниэль, потом Виктор, Эальдор и проснувшийся (и даже немного протрезвевший) гном. Я с трудом выползла из-под кучи тел, поползла вперед. Вляпалась в какую-то грязь. Встала, осмотрела свое платье. Посеревшее после соленой воды, со свалявшейся меховой подкладкой, которая теперь стала всем видна благодаря дыркам, с живописной бахромой вместо подола юбки и со свежими пятнами грязи, платье представляло собой весьма жалкое зрелище. Туфли я потеряла еще в море. Я поняла, что как эльфийская принцесса, я теперь выгляжу весьма непредставительно. Оглядев других, я поняла, что все выглядят примерно так же, как и я: грязные, в потертой одежде, неопрятные… Что ж, в плену не дождешься роскоши эльфийских дворцов. Придется потерпеть. Эльфы, которых я оглядывала, уже встали и отряхивались, стараясь не влезть в грязь, разбросанную по всей пещере. (Мне в голову на миг пришла мысль, что это драконий помет. Мысль эта совершенно не грела душу, поскольку я в ту самую грязь вляпалась). Я заметила, что один только Фреймор лежит на земле и тихо стонет. Сначала я не поняла, почему. И тут же память услужливо дала ответ на этот вопрос. Я вспомнила, как во время первой нашей беседы Рестлид распахнул дверцы клетки, где мы все сидели, вытащил Фрея, взял Фрея за горло и поднял над полом, потом шлепнул об пол, прижал к полу. Потом, в ответ на какую-то фразу Фрея, из пальца дракона медленно высунулся пятисантиметровый коготь и пронзил правый бок Фрея. Фрея ранили! Я подбежала к Фреймору, присела на колени. -Фрей, тебе помочь? – я посмотрела на правый бок рея и заметила запекшуюся кровь. – Встать сможешь? -Если ты меня поднимешь… – бледные губы Фрея дрогнули. -Я помогу, - сзади подошел Фаэт, взял Фреймора за левую руку и помог встать. Я помочь все равно не могла, и пыталась хотя бы не мешать. Когда Фрей более-менее твердо стоял на ногах, я отряхнула его, помогла подойти к стене. Обернулась и увидела Рестлида. Я вспомнила, что из-за Рестлида Фрей был ранен, и мне захотелось убить этого наглого дракона. Рестлид посмотрел в мои злые глаза и заговорил. Я слушала его и не слышала. Однако я заметила, что Рестлид говорил спокойнее, тише, даже ласковее. -… вы не виноваты в смерти дракона. Вэйты – ваши враги, мы знаем это. И мы не будем вам мстить… -Вы не можете нам мстить, мы ни в чем не виноваты, - злобно прервала я дракона. Рестлид продолжал, как если бы я ничего не сказала: -Но мы должны отомстить вэйтам… Мы хотим убить их. -Вэйты бессмертны, - вновь прервала я. -Их возможно убить. И вы, эльфы, знаете, как. -Ничего мы не знаем, а если бы знали, не сказали бы тебе, гнусная ящерица! Рестлид оскалился. -Не зарывайся, принцесса. Ты тут не в самом лучшем положении, поверь. -Может быть. Но я абсолютно уверена, что ты меня не убьешь! -Тебя я не убью, ты права. Но тут вас, эльфов, еще много. Например, этот, – Рестлид указал на Фрея, - тебе, судя по всему, дорог… -Его ты тоже не убьешь. Фреймор – сын советника короля. Рестлид расплылся в улыбке, обнажив белые клыки. Затем одной лапой отодвинул меня от Фрея. -Какое счастье, что мне не придется разговаривать с этой взбалмошной девчонкой. Давай поговорим с тобой, как мужчина с мужчиной. Фрей отрывистым движением глотнул воздух. -У меня есть предложение, - продолжал дракон. – Я понимаю, что вы, эльфы, знаете, как убить вэйт. Скажи мне, как это сделать, и я отпущу вас. -Отпустишь? – переспросил Фрей, прищурившись. -Да. У нас есть корабль. Если вы скажете, мы дадим вам корабль и отпустим на все четыре стороны. -А если нет? – спросил Фрей. -Если нет, то вместо вэйт умрете вы. Фрей закрыл глаза и задумался. Предложение дракона было полностью справедливо. Во-первых, не мы убили дракона, и не мы должны отвечать за его смерть. Во-вторых, вэйты и наши враги, они взорвали корабль, они хотели нас убить… Ответ на предложение дракона казался очевидным. Раскрыть тайну вэйт – чего, казалось бы, проще? Однако я, например, чувствовала, что мне что-то мешает это сделать. Раскрыть чужую тайну и обречь существ на смерть – это жутко, и никто не вправе так поступать… -Ну? – спросил дракон, смотря в упор на Фреймора. Фрей открыл глаза и взглянул на меня. «Помоги мне!» - говорил его взгляд. -Не говори! – воскликнула я. – Если ты скажешь, ты поступишь подло. Ты купишь нам жизнь – но какой ценой! Рестлид повернулся ко мне, и я говорила, глядя в черные глаза дракона. -Мы не боимся пыток, не боимся смерти. Мы ничего тебе не скажем. -Если ты задумаешь нас убить, - тихо, будто с трудом начал Фрей, - мы умрем. Мы все пожили уже достаточно. Кроме Жанеты… то есть принцессы Евы. Но ее ты все равно не убьешь! -Итак, твой ответ… -Нет. Я не скажу. Дракон отвернулся. Он снова издал какой-то звук – не то крик, не то свист. На этот сигнал откуда не возьмись, появился красный невысокий дракончик. -Проводи их, - приказал Рестлид. Красный дракон, не говоря ни слова, схватил меня, Фрея и остальных за шкирки, сделал несколько шагов, затем ногой открыл дверь и бросил нас на каменный пол. Я, к счастью, упала наверх кучи эльфов, а не то не избежать бы очередных синяков. -Мог бы и поаккуратнее! – громко сказала я. – Не мешки с мукой несешь! -Не знаю, с чем вы мешки… - пробурчал дракон, собираясь уходить. Я остановила его: -Подожди, красномордый! Нам еда полагается? -Вы пленники, обреченные на смерть. Зачем вам еда? -Среди нас есть женщины и раненые, не обреченные на смерть! – возмутился Фаэт. – Но они умрут без пищи и воды! -Если на свете станет несколькими эльфами меньше – ничего страшного не произойдет! – дракон смачно сплюнул на пол. -Почему ты нас так ненавидишь? – спросил Коралкин, наивно глядя на дракона. – Ведь конкретно мы тебе ничего плохого не сделали! -Безволосые обезьяны, - усмехнулся дракон. – Все эльфы достойны смерти. Каждый эльф, которого я встречу, получит хвостом по красивой роже, - и он вытянул длинный хвост, увенчанный шипами. Я прервала Эальдора, который хотел возразить что-то (судя по его лицу, довольно едкое): -Послушай, я не пленник, обреченный на смерть, я эльфийская принцесса. Мне, по крайней мере, полагается какой-нибудь паек, чтоб я не сдохла от голода? -Принцессе? – дракон почесал в затылке. – Принцессе – может быть… Остальным – нет. Дракон захлопнул дверь. Стало совершенно темно. Новая тюрьма, где мы находились, представляла собой крошечную комнатушку, лишенную окон, с одной дверью. Мы сидели на каменном холодном полу, кое-где поросшем мхом. Где-то в комнате был ручеек - я его не видела, но слышала шум воды. Не успела я привыкнуть к полутьме, как дверь вдруг отворилась, мягкий свет залил помещение (мне удалось увидеть ручеек с водой) и тот самый красный дракон, который приволок нас сюда, поставил у входа миску с чем-то странным. -Вот и корм вам. Кушайте, лысые мартышки, - почти ласково произнес он. Наверное, ему показалось очень удачным сравнение эльфов с обезьянами. На этот раз я не заметила хитрого выражения на лице Эальдора и не успела остановить эльфа. -Спасибо, рогатый крокодил, - откликнулся Эаль. Добродушное выражение лица дракона сменилось злым, глаза полыхнули огнем. Он влетел в нашу клетушку, сбил Эальдора с ног и прижал его лапой к полу. Точно так же несколько часов назад поступил Рестлид – вождь - с Фреймором. Эальдор судорожно забился под лапами дракона. -Это я крокодил? – прошипел дракон. – Тогда ты – крокодилий завтрак! -А ты дверь открытой оставил… – я поняла, что вмешаться в процесс съедения Эальдора – мой долг. – Если не хочешь, чтоб мы все убежали, тебе лучше ее закрыть. Дракон слез с полубесчувственного Эальдора, хмуро осмотрел нас и, ничего не ответив, вышел и закрыл дверь. Снова стало темно. -Теперь в отряде двое раненых, - заметила я. – Больше ни у кого нет желания пошутить над драконом? Никто мне не ответил. Я на ощупь подползла к двери (по пути, разумеется, попала в ручеек с весьма холодной водой) и нашла миску с едой. -Кто-нибудь есть будет? Ползите сюда! Послышались слабые шорохи, шуршание, ругань (не только я влезла в ручей!), и вскоре я видела возле себя восемь пар слегка светящихся глаз. -Вот еда! – я поставила миску с едой на пол. -А тут хватит на всех? -Может быть, по маленькому кусочку, но каждому достанется! Кстати, что это? Я окунула руку в миску, зачерпнула какую-то теплую кашицу. -Хм, по вкусу похоже не грибы. Или на грибы со слизью… -Скорее, это протертые грибы. Странное кушанье. -Неужели вы не поняли, что сказал дракон? – послышался слабый, но уверенный голос Эальдора. – Это не еда, а корм. Субстанция, которую потребляют для поддержания функции жизни. Она вовсе не должна быть вкусной. -Ешь то, что дают, пока дают! – откликнулась я и погрузила руку в грибную кашу. Многие известные хейвы не помнят, как стали знаменитыми. Но Бэл Канто мог точно назвать месяц, день и даже час, когда ему впервые предложили спеть на сцене. А случилось это так… Бэл, как обычно, после бессонной ночи, потраченной на сочинение песен, с большими синяками под глазами, непричесанный, неумытый, пришел в бар «Эльфийская принцесса», где он обычно пел. Он уже возненавидел этот бар. Иногда, когда он пел от всей души, он слышал смех. Он знал, что посетители бара часто смеются над ним и тыкают пальцами, показывая друг другу, будто какую-то диковинку. Тонкоусый хейв – хозяин бара – холодно и презрительно посмотрел на Бэла: так обычно смотрят на постаревших собак или сбивших копыта лошадей. Бэл знал, что он уже надоел хозяину «Эльфийской принцессы», и его не прогоняют лишь оттого, что никто больше не будет так душевно петь за такую низкую плату. А может, еще и потому, что Бэл был чем-то похож на эльфа. Так или иначе, тогда хозяин бара холодно осмотрел Бэла и предложил ему расчесаться и умыться, потому что сегодня в баре будет обедать важная персона. Бэл вышел, привел себя в порядок, а когда вернулся, то увидел, что вам хозяин торопливо покрывает стол чистой белой скатертью. Бэл почти никогда не видел, чтобы хозяин работал, еще реже он видел в баре чистые скатерти, поэтому он сделал вывод, что хейв, для которого готовят стол, действительно очень важная персона. Тут хозяин прикрикнул на Бэла, обозвав бездельником, и Бэл начал петь. Как и раньше, он пел с удовольствием. Как и раньше, пока он пел, он забывал обо всех проблемах. Он мог петь одни и те же песни бесконечно, подряд. Тогда он запел одну из своих лучших песен, которую он посвятил девушке из снов: -Я встречу тебя – и сердце оттает, Но тяжесть лежит неподъемным грузом, Даже если тебя не станет, Призрак твой в моем разуме будет… Я ухожу в свой сон с надеждой, Но в мир обратно перелетая, Я понимаю, все будет, как прежде… Но я себя не понимаю… Эти глаза запомню навечно, Волосы ярким блеском сияют… Сейчас – ухожу, но еще вернусь я, В твою реальность перелетая… Он пел, когда вдруг почувствовал, что кто-то дотронулся до его плеча. Бэл замолчал, открыл глаза и увидел толстого хейва с улыбкой на лице. Хейв протянул Бэлу руку: -Привет, паренек! -Здравствуйте, - неуверенно произнес Бэл. -Ты неплохо поешь, - продолжил хейв, похлопав Бэла по плечу. – Ты здесь давно? -Около двух недель… -А я голову ломал – как я такой талант раньше не заметил! Слушай, сынок, ведь ты и правда талантище. Знаешь об этом? Бэл растерялся и ничего не ответил. -Уверен, что знаешь, - продолжал хейв. – Так вот, не хочешь ли ты спеть на сцене? У Бэла перехватило дыхание, а на лице появилась идиотская улыбка. -По лицу вижу, что хочешь. Давай-ка сядем, переговорим об этом. -Не могу, - Бэл погрустнел. – Я ведь должен петь здесь и сейчас. -Пустяки, я с хозяином этой помойки быстро договорюсь. Да с ним даже и договариваться не надо, он за мной бегает и так, виляя хвостом! – хейв хохотнул и подошел к столу, покрытому чистой белой скатертью. Бэл сел рядом. Весь разговор Бэл просидел, как во сне. Толстый хейв, который представился как Доминик, что-то добродушно говорил, прерывая речь раскатами хохота. Бэл уловил лишь немного: «дам тебе дом… завтра выйдешь на сцену… все будут в восторге… неподдельные чувства, которые заставляют плакать…» Вокруг столика незнакомого хейва суетился хозяин, подкладывая толстяку кушаний и подливая вина, изредка злыми глазами поглядывая на Бэла. Наконец, когда толстый Доминик замолк, увлеченный сочной куриной ножкой, хозяин «Эльфийской принцессы» поманил Бэла. Бэл хотел встать, но толстый хейв, отбросив куриную ногу, схватил певца за руку. -Мне нужно переговорить с ним, - кланяясь, произнес хозяин бара. -Ну уж нет! Я раскопал этакий бриллиант в навозе, теперь у меня его никто не отберет. Он здесь больше не будет работать. Пойдем, сынок! – Доминик встал, бросил на стол тяжелый кошелек и повел Бэла к выходу. У Бэла внутри что-то сжималось и разжималось. Он волновался так, как не волновался никогда. «Это – мой путь к славе! Мой путь к счастью! Я уверен!» Аслан летел через пролив Джиннов к земле Ри-Тэйр, таинственной земле вэйт. Еще за сотни метров на него пахнуло сыростью и гнилым болотом. Когда же он влетел под деревья, запах стал просто нестерпимым. Единственным желанием Аслана было развернуться и улететь. Но он не мог вернуться, не выполнив миссии. Тут Аслан по неосторожности задел какую-то ветку, и сверху на него упала большая сеть. Аслан был ловким джинном, но он понял, что не выпутается из сети без посторонней помощи. -Что за глупые шутки? – крикнул он. Никто не отозвался, но Аслан знал, что вэйты стоят где-то рядом и слушают, что он скажет. -Вэйты, я знаю, что вы здесь. Отпустите меня. Я посол из Джинлэнда. Огромные зеленовато-синие ящерицы вышли из кустов. -Он не эльф, - произнесла одна. – Отпустите. Какая-то вэйта подошла к сети и перерезала ее ножом. Аслан завис в воздухе. Скинув с себя остатки сети, он подлетел к вэйтам: -Я посол из Джинлэнда, - повторил он. – Мой народ хочет предложить народу вэйт союз в борьбе против хейвов. -Мы враждуем с эльфами, а не с хейвами! – прошипела одна из вэйт. – Зачем нам такой союз? Вэйты зашушукались. -Вы поможете нам, мы поможем вам! – объявил Аслан и пояснил. – Мы заключаем союз с вами и побеждаем хейвов. Затем мы объявляем войну эльфам. -Вы, джинны, самоуверенны… - начала старая вэйта, стоявшая поодаль. -Точно ли вы знаете, что вэйты и джинны вместе победят хейвов? – прервала ее другая, помоложе, с более блестящей чешуей и с венком из веток на голове. -Да, - ответил Аслан. – Мы нападем на королевство Брайт. Если в это же время королевство Дарк объявит войну Брайту, это сыграет нам на руку. А если восставшие рабы нападут на хейвов, то Брайт обречен. Но все же на всякий случай мы планируем заключить союз еще и с троллями. Аслан закончил. Вэйты ничего не говорили. -Так каков же будет ваш ответ? -Не доведет это до добра, - прошипела старая вэйта, которая до этого назвала джиннов самоуверенными. -Помолчи, Олина! – вновь прервала ее молодая, с венком на голове, и обратилась к Аслану. – Да, джинн, мы согласны. Я соберу войско через три дня. -Прекрасно, - Аслан склонил голову. – Я успею слетать на остров Тариламбевен и заключить договор с троллями. Я приведу их сюда. -А армия джиннов? – поинтересовалась старая вэйта, чье имя было Олина. -Армия джиннов прибудет на землю Ри-Тэйр в течение суток. -Вы знали, что мы заключим с вами союз? – нахмурилась молодая вэйта. -Джинны – телепаты. К тому же, не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что вы не откажетесь нам помочь! – Аслан усмехнулся. Вэйта усмехнулась в ответ. -Да. Хейвы не могут нас убить. Против нас могут сражаться только эльфы. Но вы обещали нам помочь. Мы победим эльфов с вашей помощью. -Это будет взаимовыгодный союз. Вэйта склонила голову: -Я жду вашей армии. И собираю свою. А еще я жду троллей из Тариламбевена. -Я полечу туда сейчас и доставлю их, - Аслан взлетел и направился на север. Глава 12. -Снова грибная каша, - простонала я, увидев на пороге клетушки знакомую миску. – Уже третий день – грибная каша, грибная каша и еще раз грибная каша! -Ты должна поесть, Ева, - обратился ко мне Фаэт. – Ты не ела уже два дня. -Полтора. У меня больше нет сил есть эту грибную кашу. -Нет сил, говоришь? Тем более ты должна поесть – чтобы к тебе вернулись силы! -Покорми лучше Фреймора. Ему силы нужны больше, чем мне. Трое суток уже мы сидели в темной грязной клетке. В течение этих суток четыре раза в день у двери появлялась маленькая тарелка с протертыми грибами. Сначала мы набрасывались на еду, но на исходе второго дня меня начало от этих грибов мутить. Кашу ели с трудом, нехотя. По очереди кормили Фрея. Рана его загноилась. Я отрывала куски от платья, простирывала их в ручье и пыталась промыть Фрею рану – насколько это было возможно в темноте и духоте. Однако произошло кое-что приятное. За эти три дня ребята выучили наконец-таки мое настоящее имя. Дверь отворилась, и яркий свет больно ударил по глазам. -Вставайте! – знакомый нам красный дракон, с которым мы чуть ли не подружились за три дня, заглянул в нашу клетку. – Вставайте, эльфики. Вождь Рестлид желает вас видеть! Я попыталась встать, но у меня моментально подкосились ноги, от голода свело живот, и я плюхнулась на землю. Кто-то сильный схватил меня за руку и рывком поднял на ноги. На несколько секунд у меня потемнело в глазах. Когда зрение вернулось ко мне, то увидела Фаэта, который стоял рядом, скрестив руки на груди, и насмешливо смотрел на меня. Даже в плену, в грязной одежде Фаэт сумел сохранить свойственное ему изящество и благородство: -Тебе следовало поесть. Ты же с ног валишься. Тебя вести придется! -Я сама дойду. Помоги идти Фреймору – его то уж точно вести придется! -Ему помогут Ромэль и Эальдор. А я поведу тебя. -Выходите, выходите быстрей! – поторопил нас красный дракон. Фаэт схватил меня за руку и вывел из комнаты. Шатаясь и щурясь от яркого света, я пошла за ним. Почти прямо у дверей нашей тюрьмы, около входа в пещеру стоял дракон. Это был Рестлид. Он любовался закатом. Я взглянула на вечернее небо. Наверху небосвод был синий-синий, внизу, у горизонта – темно-голубой. Посередине неба шла розовая полоса с размытыми сиреневыми краями. С каждой секундой края становились все больше и больше, различия между розовым, сиреневым и синим стирались, и постепенно все небо стало одинаково серым. Дракон обернулся к нам: -Я задаю вам тот же вопрос, который задавал в прошлый раз. Скажите, как уничтожить вэйт, и я отпущу вас, - и он взглянул на Фрея. Фрей долгим грустным взглядом посмотрел на меня. Я примерно представляла, что он видит. Исхудалую, сонную эльфийку в грязном и оборванном платье. Неутешительное зрелище. -Я соглашусь, - начал Фреймор. Дракон довольно усмехнулся, но Фреймор продолжал: - Я соглашусь, если вы позволите нам обыскать остров. Я знаю, на этом острове могут быть сестры принцессы Евы… -Они здесь, - перебил Фреймора дракон. – Мы найдем и приведем сюда. Тогда ты скажешь нам, как убить вэйт. Мы дадим вам корабль, и вы уплывете. И никогда больше не приблизитесь к нашему острову. Фреймор снова посмотрел на меня. Я молчала. -Согласен, - сказал Фреймор. Раздался странный шипящий звук, и темная струя слюны, вырвавшись из пасти красного дракона, опустилась на землю рядом с ногами Фреймора. -Признаться честно, я начал уважать эльфов за эти три дня, - сказал красный дракон. – Но теперь я изменил свое мнение. Я вас презираю. И он отвернулся. В деревне текла обычная жизнь. Женщины пололи гряды со скудной растительностью, чтобы не дать сорнякам забрать последнюю воду из каменистой земли. Вода нужна была хилым овощам. Мужчины же кололи на дрова упавшие и принесенные из тощей рощицы деревья (в деревне не рубили деревья, боялись привлечь внимание драконов), мальчики собирали щепки. Девушки стирали в холодном ручье одежду. Две девушки сидели поодаль и негромко переговаривались. -Лиа, успокойся. Нам досталась точно такая же гора одежды, как и другим, - успокаивала свою сестру рыжая изящная девушка с острыми, похожими на маленький кинжал, ушами и яркими зелеными глазами. -Вот именно! Абсолютно одинаковые горы. Только нас с тобой – двое, а остальных – двадцать! -Лиа, поверь, они не желают нам зла. -Конечно, не желают. Кто кроме нас станет выгребать стойла и полоскать белье за стариками? Скажи, что это не так, Фаэра! Скажи! -Тише, Лиа. Нас услышат. -Мне наплевать! – красивая девушка тонкой рукой откинула черные волосы со лба. – Мне уже на все наплевать! Одна из женщин, половших грядки, подняла бледное лицо, собираясь что-то сказать девушкам. Но взгляд ее упал на небо, и из груди раздался горестный крик. -Драконы! Все жители деревни мгновенно подняли головы и увидели парящих в небе прекрасных крылатых ящеров с яркой красивой чешуей. Мужчины и юноши вскочили, побросали работу и побежали в избу, где лежало оружие. Девушки схватили недостиранную одежду и с визгом побежали прочь. Лиа медленно поднялась, отряхнула пыль с юбки платья и пошла в избу. Фаэрина кинулась за ней. -Лиа, куда ты? -Я тоже буду сражаться! Я дочь эльфийского принца, мне подобает взять в руки меч, а не прятаться в курятнике! -Тогда я с тобой! -Ты с ума сошла? Ты же не умеешь даже кинжал правильно держать! -Я умею ровно столько же, сколько и ты! Не забывай, мы обучались искусству сражения вместе! -Куда вы? – путь девушками преградил высокий мускулистый хейв с топором в руке. -Мы тоже будет сражаться! -С драконами? – хейв расхохотался густым басом. – Девушки будут сражаться с драконами? -А почему бы и нет? – злым голосом ответила Лиа. -Пусть сражаются. Выдай им по луку и колчан со стрелами, - вмешался длинный рыжий парень. -Луков у нас не шибко, - раздался голос из избы. – Не уверен, что девки такие хорошие стрелки. -Они – эльфийки, у них это в крови, - хохотнул высокий хейв, указав на острые уши, торчащие из-под прически. -Эльфийки? – лицо длинного еще больше вытянулось. – Я знал, что в деревне есть эльфийки. Это из-за них прилетели драконы! -Что за глупости! – возмутилась Лиа. - Мы живем тут уже два года, а драконы не прилетали. -Они выжидали. Я знаю, во всем виноваты эльфы! -А ну, заткнись, - прикрикнул высокий хейв на тощего и обратился к Лиоанне и Фаэрине: - Берите луки и выходите! Лиа и Фаэра натянули на плечи по колчану. Лиоанна взяла деревянный лук, Фаэрина – костяной. Когда они вышли, драконы уже сидели на земле и, похоже, не собирались нападать. -Здесь должны быть Лиоанна Грэчел и Фаэрина Грэчел, эльфийки, наследницы престола Белиндейна, - сказал один из драконов, красивый желтый, с красным отливом. -Я знал, это все из-за них! – завопил тощий хейв, тыкая пальцем в Фаэрину. Толпа расступилась. -Я Лиоанна Грэчел, а это моя сестра, Фаэрина. В чем дело? Зачем вы прилетели сюда, зачем нарушили покой деревни? -На то есть причина, принцесса, - усмехнулся дракон. Огромный зеленый дракон отпихнул желтого и подошел к эльфийками: -Но эту причину вы узнаете позже. Он схватил эльфиек и взмыл в небо. Остальные драконы последовали за ним. -Я же говорил – это все эльфы виноваты! – прогнусавил тощий хейв. – Мы еще дешево отделались! В деревне вновь занялись привычными делами и через некоторое время совершенно позабыли об эльфийках. Глава 13. Я стояла у входа в пещеру и пытливо вглядывалась в темное небо. Вскоре эльфийский зоркий глаз заметил несколько серебристых точек, стремительно приближавшихся. Вскоре даже глаз хейва мог различить дракона. А еще через некоторое время драконы влетели под свод пещеры. Один из них, крупный зеленый самец, бросил у моих ног какие-то кули. Кули зашевелились, один из них – с рыжей копной волос на голове – тихо застонал. -Фаэрина? – я бросилась к рыжеволосой девушке. – Это ты? Фаэрина приподнялась и вгляделась в мое лицо. -Ева? -Фаэра, сестренка! Как же я тебя люблю! Как же я по тебе скучала! – я кинулась не шею Фаэре. -Ева, милая! Неужели я вижу тебя! Я уже не надеялась тебя встретить! -Ева? – второй кулек подполз ко мне, и я узнала черные глаза Лиоанны. -Лиа? Сестренка! – я отпустила Фаэру и бросилась к Лиоанне. Мы втроем сидели на полу, обнимаясь и изредка шепча: «Сестренка… люблю… скучала…» -Ева, до нас дошли слухи, будто ты упала со стены. Мы думали, ты умерла. Это было неправдой… -Я прыгнула со стены и едва не погибла. А что с вами случилось? Мы все думали, что мы утонули! -Нет, мы потерпели кораблекрушение, но нас вынесло сюда. Мы жили в деревне, ужасной… Но нечего об этом говорить! Скажи, Ева, как ты здесь очутилась? - Вэйты взорвали наш корабль. Нас прибило к острову. Нас подобрали драконы. Они сказали, что отпустят нас, если мы расскажем, как убить вэйт. -Вэйты и драконам успели насолить? -Да. Сначала мы не хотели говорить… -И правильно. Это ниже достоинства эльфа! – перебила Лиоанна. -Но потом Фрей согласился. Мы умираем без еды, воды, света. Драконы сказали, что дадут нам корабль. И найдут вас. Фаэра и Лиа переглянулись. -А кто такой Фрей? -Фреймор, мой жених. Он сын советника дедушки. -Твой жених? И он обрек вэйт на смерть? -Еще не обрек. Но он спас нам всем жизни. Всем членам экипажа. -Какого экипажа? Куда ты плыла? -Проводилась Вторая Великая Экспедиция. -Уже Вторая? Но как ты…? И зачем…? -Долго рассказывать. Да это и неважно. Лучше расскажите, как вы жили! -Деревня была очень бедная, нас заставляли работать… Мы с сестрами сидели, обнявшись, на полу и тихо рассказывали друг другу о своей жизни. -Фреймор, сын советника короля! – прогремел голос Рестлида. – Как убить вэйт? Рассказывай! Фреймор, бледный, держащийся за стену пещеры, обреченно посмотрел на меня. -Он не должен говорить! – сказала Лиа. -Он обещал. Фреймор поглядел на дракона, опустил руку в карман, покопался там и достал несколько небольших коричневых шариков. Дракон нанизал на коготь пару шариков, поднес в носу и понюхал. -Что это? – недоверчиво спросил он. -Это – плоды дерево Грэчел, единственное, что может убить вэйт. -Они ядовиты? -Для вэйт. Для нас – нет. Я всегда ношу с собой несколько. -И как их использовать? -Как угодно. Может положить в пищу вэйтам. Можете просто положить в клетку и подождать, пока запах плодов пропитает воздух. -Надеюсь, ты не обманываешь! – дракон схватил остальные плоды. -Надеюсь, ты нас не обманул! -Ах да. Корабль, - Рестлид махнул красному дракону. – Проводи их к кораблю. Красный неохотно встал, поманил нас за собой. Около получаса мы шли по каменистой земле. Фаэт и Эальдор помогали идти Фреймору, который все еще не мог нормально передвигаться сам. Мы с сестрами шли рядом и болтали. Мы радовались свободе и тому, что скоро уплывем с поганого острова! Как я уже сказала, прошло полчаса, когда мы подошли к берегу моря. -Вот корабль! – красный махнул рукой на старый, весь в трещинах, маленький деревянный кораблик. – В волнах мы нашли два сундука, погрузили их на корабль. -Он не затонет? -Не знаю. Садитесь и уплывайте. И никогда не возвращайтесь! – гаркнул дракон. -Есть опасность не доплыть до берега, - заметил Ромэль. -Но есть возможность доплыть, - откликнулся Коралкин. – К тому же, другого выхода у нас все равно нет. Фаэра бросила беглый, будто оценивающий взгляд на Коралкина. -Симпатичный мальчик! -Он уже пятьдесят лет, как вырос из того возраста, когда называют мальчиками, - ответила я, взбираясь на корабль. Эльфы забегали по наполовину гнилой палубе корабля, налаживая паруса. Наконец, корабль начал медленно отдаляться от земли. Мы стояли на корме и смотрели на остров, с которого плыли навсегда. Я зевнула. -Страшно спать хочу. Я эти три дня почти не спала. -Давайте пойдем в каюты. Мне тоже спать охота, - кивнула Фаэрина. Мы хотели было спуститься вниз, как вдруг услышали голоса. -…ты дурак! – возвестил голос гнома. Похоже было, что он только что закончил длинную речь (перед этим, возможно, хорошо хлебнув из фляги). Наступила тишина. Прозвучал голос Виктора. -Гном – болван, но он прав. Ты поступил подло, Фреймор. -Подло? Что еще мог я сделать? Я спас твою шкуру, хейв! -И я тебе за это очень благодарен. Но это не уменьшает подлости твоего поступка. -Вик прав, - это был Даниэль. – Раскрыть драконам тайну смерти вэйт – это почти что преступление. Мы тебя больше не уважаем. -Ты нам больше не главный! – послышались голоса. – Мы тебя не уважаем! Я пошла на звук голоса. Выйдя на другую сторону палубы, я увидела такую картину: прижавшись к мачте, стоял бледный Фрей и потрескавшимися губами пытался что-то возразить эльфам, которые стояли вокруг него и возвещали, что больше его не уважают. Я стремительно подошла к Фреймору и грубо прервала эльфов: -Заткнитесь, идиоты! Он вам жизнь спас! -Но… - попытался возразить Ромэль. -Никаких «но»! Скажите – кто из вас поступил бы по-другому? Скажите, кто позволил бы умереть своим друзьям в темноте, тесноте и грязи, когда плата за жизнь – несколько вэйт, наших врагов? Эльфы молчали. -Скажите, вам надоело жить? Мне – нет! Может, Фрей поступил не совсем правильно, но из двух путей его выбор был лучше! И я уважаю Фрея за силу воли, за то, что он сделал нечто, противное его природе и его душе! Я развернулась, собираясь уходить. -Если бы выбор лежал на ваших плечах, вы бы поступили точно так же. Я уверена. Я отошла на несколько шагов, обернулась. -И – Эальдор, перевяжи Фреймору рану. Мне не ответили. Я спустилась вниз – в каюты. Хотя, скорее всего, это был трюм. В одной их комнат, через щель в стене, я увидела сестер. Они сидели у открытых ящиков. -Что это? – спросила Лиа, увидев, что я вошла. -Это? – я пригляделась. – Это моя одежда. А в другом ящике – одежда Фреймора. О, слава Альбейн, будет, во что переодеться! -Может, сказать остальным, что здесь чистые костюмы? -Сами догадаются, - я вынула из ящика серое шерстяное платье, легла на него, как на матрас. И мгновенно уснула. -Как ты думаешь, что они с нами сделают? – спросила молодая вэйта Орис у своей подруги Далт. -Боюсь, что ничего, - ответила Далт со смехом. – Они, глупые драконы, не знают, как нас убить. -Вот именно, - вставила Орис. Орис, Далт и их подруги вэйты несколько дней сидели к клетке драконов. После того, как Орис взорвала корабль эльфов, вэйты приплыли на остров Драконов. Они нашли дракона – крупного черного. Вэйты слышали, что вожак драконов – крупный и черный. Они убили его. Но это оказался не вожак. Вожак остался в живых и организовал охоту на вэйт. Драконы поймали вэйт. Но отмстить не смогли – ведь вэйты практически бессмертны! -Драконы – тупицы! – продолжила Далт. Она знала, что за дверью их стоит дракон, который вслушивается в каждое слово вэйт. Большой такой, ярко-алый дракон. Далт нравилось его злить. -Вполне возможно, драконы выместят свою злобу на эльфах, которые сидят в соседней камере, - хихикнула Орис. – Тогда не придется ломать тупую башку над тем, как убить врагов. За дверью послышалось недовольное рычание. Дверь распахнулась, и вошел дракон – тот самый, ярко-алый, что дежурил за дверью. -Все думаешь, как нас убить? – спросила его Далт. – Хочешь, идейку подкину? Можешь нас не кормить – вдруг умрем с голода? Вэйты захихикали шипящим смехом. Все – и дракон в том числе – знали, что вэйты не нуждаются в пище. -У меня есть идея получше! – дракон рассыпал по полу гроздь ароматных ягод, и захлопнул дверь. Стало темно, как и прежде – в камере не было окон. Но вэйты прекрасно видели в темноте. Далт и Орис переглянулись и все поняли. -Что это? – спросила одна из вэйт, еще совсем дитя (по меркам бессмертных). -Это наша смерть, - тихо ответила Орис. -Смерть? Какая глупость, ведь вэйты бессмертны! Далт, со слегка побледневшей чешуей, повернулась к маленькой вэйте и взглянула на нее горящими глазами. -Это плоды с эльфийского дерева. Дерева Грэчел. Они и только они могут нас убить. Яд пропитает воздух, и мы все умрем. Вэйты вопросительно посмотрели на Орис. -Далт говорит правду. Не знаю, где драконы достали плоды с дерева эльфов. Да это и не важно. Только не пугайтесь. Если вы будете дышать ровно, то умрете без мучений. Глаза вэйт потухли. Орис легла на пол. Рядом уселась Далт. -И мы даже не будем бороться? -Какой смысл? Борясь, мы умрем быстрее. А я еще хочу подумать. Кстати, Далт: я люблю тебя! -Я тебя тоже, Орис. Орис лежала и думала. В чем был смысл ее жизни? Убивать эльфов. Она убивала, а теперь ее саму убивают. Смерть, смерть… Но ведь жизнь – это не смерть! Жизнь – это жизнь… и красные круги перед глазами. И желтые круги. И снова красные. И - чернота. Вождь драконов Рестлид заглянул в камеру. -Фу, чем так противно пахнет? -Это запах эльфийских плодов, - ответил ярко-алый дракон. -Нет, это запах полуразложившихся вэйт. Уберите эту гадость отсюда. Выбросьте в море. Скормите рыбам. Только быстро, а то меня сейчас стошнит! Аслан уже почти прилетел к главному лагерю троллей. На острове Тариламбевен не было городов. Да они там были и не нужны. Зачем города хейвам? Чтобы оборонятся от врагов. Зачем города эльфам? Чтобы обороняться от врагов. А зачем города троллям? Какой самоубийца нападет на троллей? Да, тролли сильны. Они считаются самыми сильными существами в мире. Только тролли сами этого не понимают, поэтому никогда ни на кого не нападали. И поэтому они живут впроголодь на каменистом острове, где и травинки-то лишней не найдешь. Аслан был уверен, что тролли согласятся напасть на хейвов, чтобы отвоевать плодородные почвы. И вот он уже подлетел к шатру. Около шатра на низком табурете сидел толстый тролль и поедал мясистую ногу какого-то животного. Вокруг него столпились тролли поменьше, которые жадными глазами наблюдали за мясом, которое стремительно исчезало во рту большого тролля. Аслан догадался, что большой тролль – правитель троллей. Он подлетел поближе к этому троллю. -Я посол из Джинлэнда, - сказал Аслан. Тролль продолжал обед, как ни в чем не бывало. -А я ем, - заявил он через минуту. У Аслана язык чесался ответить, что он прекрасно это видит. Но джинн сдержался, и вместо этого заметил: -Вы и ваши подданный едите недостаточно, как я заметил. В то время как хейвы проживают на плодородных землях и наслаждаются. Тролль взглянул на Аслана. -Ты сыпешь мне песок на раны. Ты разве можешь чем-то помочь моему народу? Все тролли с надеждой уставились на Аслана. -Могу. Я посол из Джинлэнда, - повторил Аслан. – Мой народ хочет предложить народу троллей союз в борьбе против хейвов. Тролли громко загалдели. -Надо соглашаться! Соглашаться надо! – слышались голоса. -Точно ли вы знаете, что мы вместе победим хейвов? – прервал голоса рык большого тролля. -Да, - ответил Аслан. – Во-первых, мы уже заключили союз с вэйтами. Во-вторых, если мы нападем на королевство Брайт в это же время, как королевство Дарк объявит войну Брайту, и восставшие рабы нападут на королевство, то Брайт обречен. -И мы захватим плодородные земли? – уточнил тролль. -Да, - нетерпеливо пояснил Аслан. - Так каков же будет ваш ответ? -Мы согласны. Когда собирать войско? -Чем скорее, тем лучше, - ответил Аслан. – Вэйты соберутся завтра. А армия джиннов уже на болотах. -Мы собираем отряд на болотах? -Да, мы ударим с земли Ри-Тэйр. -Прекрасно, - тролль усмехнулся. – Мы выступаем немедленно. Все лагерем. Аслан тихо присвистнул. Он успел оценить, что в лагере не меньше ста троллей. Сто троллей, даже отощавших – это несметная сила! «Успех нам обеспечен», - подумал он. Глава 14. -Лови! Темноволосый смуглый хейв поймал канат, брошенный Виктором с корабля. Плыли мы до Фаэрии несколько дней. Рана Фреймора за это время почти зажила, остался только небольшой красный шрам. В первый же день плавания мы вымылись морской водой, из которой соль выпарили на солнце, оделись в чистую одежду – мою и Фреймора, и почувствовали себя Эльфами с большой буквы. (Хотя гному костюмы Фрея были немного велики, но это его ничуть не смущало.) В чистоте путешествие прошло довольно сносно. Слава Альбейн, не было ни бури, ни шторма, и нам удалось доплыть до берега. За время экспедиции мои сестренки – Лиоанна и Фаэрина – познакомились со всеми членами экипажа и полностью влились в дружный коллектив. Мы вдоволь наговорились и рассказали друг другу абсолютно все, что произошло с тех пор как, мы расстались. Первым делом после того, как мы высадились, я написала деду письмо, в котором сообщила: во-первых, то что я рассказала эльфам о своем происхождении – упомянула, что это было необходимо (но об острове Драконов – ни слова; еще разволнуется!); во-вторых, порадовала его тем, что Лиоанна и Фаэрина живы. Отправив письмо, я поинтересовалась у гномов, которые пригнали на пристань лошадей, на случай «если господа эльфы захотят покататься», ни случилось ли чего с моей лошадью – Стрелкой, и с драконессой – Пантерой. Оказалось, их вместе с караваном направили в Амаден – город на эльфийском тракте, куда мы в конце путешествия должны были прибыть. Я порадовалась, что с ними все хорошо. Мы с сестрами стояли у пристани и любовались зелеными деревьями, которые полосой стояли у моря. И, пока парни разгружали корабль, мы решили пойти и поискать какую-нибудь красивую поляну, где можно посидеть и о чем-нибудь поговорить. Слава Альбейн, у молодых эльфиек всегда найдется, о чем поболтать… Мы сошли с пристани, мимо хейвов, которые сновали туда-сюда, катая бочки с других кораблей. И направились к лесу. -Лиа, Ева, Фаэра, куда вы идете? О мальчиках болтать? – спросил пробегавший мимо Эальдор. -Да. Тебя будем обсуждать, - кивнула Лиа. Мы прошли немного в сторону леса, пока не обнаружили прекрасную поляну, поросшую мягкой сочной травой. -Начнем болтать о мальчиках? - хитро спросила Фаэра. – Ну, и кто первый? Лиа посмотрела на меня. -Скажите, как вам мой Фрей? – спросила я, когда мы уселись на траву. -Какой-то он странный… -Почему? – не поняла я. -Помнишь, ты рассказывала, как ты разговаривала с Пантерой. А Фрей любовался Стрелкой. Как он мог не заметить, что ты разговариваешь с драконом? Неужели он был настолько сильно увлечен лошадью? -Просто мы с Панти тихо говорили, - вступилась я за Фрея. -Конечно… Как будто я Пантеру не видела и не знаю силу ее голоса! -Честно говоря, мне он тоже не очень понравился, - откликнулась Лиоанна. – Какой-то глуповатый, и, я заметила, его не очень-то любят остальные члены экспедиции. -Похоже, из-за той истории с вэйтами на острове драконов, - Фаэрина нахмурилась. – Странно, что всем это кажется… как сказать… позорным. Ведь любой бы так поступил, верно? -Верно, это правильный поступок… Да-да, правильный, только какой-то… уж очень подлый. Я не знаю, как объяснить… -Ева, прекрати! Если бы не ты, твоего Фреймора вообще выкинули бы за борт остальные члены экипажа! -Я его поступок не одобряю, хотя… умирать кому ж захочется, тем более, в когтях дракона… Но не могла же я его не поддержать! -А ты его любишь? – спросила вдруг Лиоанна. -Да…Нет… Не знаю… - я вдруг почувствовала, что совсем запуталась в своих чувствах. - Фаэри, Лиа, что мне делать? Я не знаю, люблю его или нет… -Если сомневаешься, это вряд ли любовь… - резонно заметила Фаэра. -Больше, честно говоря, похоже на нет, - усмехнулась Лиоанна. – Ты порой такие взгляды бросаешь на Фаэта… А он, кстати говоря, весьма ничего. -Да, он симпатичный и из всей команды… Не знаю, как сказать… самый мудрый, что ли… Он кажется взрослее всех остальных. -Он на самом деле старше всех остальных! -Да нет, я имею в виду не возраст, а уклад его мыслей...! Ладно, давайте поговорим о чем-нибудь другом? -Ну уж нет! Тебе Фаэт нравится, при чем достаточно сильно нравится, не отрицай! -Вы меня раскусили! Сестренки, а вы как думаете, я ему… нравлюсь? -Ну… Могу сказать точно, что к тебе он относится гораздо лучше чем ко мне. Когда ты говоришь, он тебя внимательно слушает, а когда я говорю – зачастую нет, - Фаэрина вздохнула. – Но он мне все равно не нравится. -А кто нравится тебе? – спросила я. -Она без ума от Коралкина, - сообщила Лиоанна. -Тебе нравится Кларк? Вот этого я уж точно не пойму. Он высокий, сильный, как дракон, ударь его – не шелохнется. Но мне кажется, что он и глуп, как дракон. Единственные слова, которые я от него слышала – это угу, ага и все прочее вроде того. Ах да, еще он назвал свое имя, когда мы знакомились! -А я разговаривала с ним, он мне объяснял устройство корабля! По-моему, он очень даже умный. А твой Фаэт – капитан с мозгами грифона – даже не знал про бомбы вэйт, про течения и про остров с драконами… -Ах, Фаэт уже мой, значит? Не так уж сильно он мне и нравится! К тому же, он мог не знать течения и острова, что вдалеке от Лэйрании – они еще плохо изучены… Но тем не менее он спас жизни команды… почти всей! И меня спас несколько раз! И Фрею помог! А про бомбы вэйт как он мог знать? Никто никому не говорил про них, все, кто встречался с этими бомбами, погибали! -Значит, он тебе не нравится, но ты его защищаешь, – усмехнулась Лиоанна. -А тебе кто нравится? – перевела я тему. -Эальдор, - Лиоанна нахмурилась. -Не говори чепухи, ты с ним даже не говорила ни разу! Зато ты часто смотришь на … Даниэля! -Черноволосый и зеленоглазый увалень… - произнесла Лиоанна. Она пыталась придать своему голосу грубые нотки, но вышло у нее почти нежно. Невдалеке послышался гул. Мы вскочили на ноги. -Там вся команда! На них напали. Там кричат! -Там не кричат, а смеются! – Фаэра напрягла слух. Я убрала маленький серебряный нож обратно, в карман корсета. -Давайте посмотрим, что там происходит. Мы подошли к бухте. Там, вокруг костра, сидели наши друзья… и около двадцати, наверное, хейванок. Хейванки были одеты в низко опущенные и коротенькие, выше колен, брюки, и блузки без рукавов. Они смеялись и пили ту обжигающе горячую гадость, которую всем предлагал гном, и которую принесли другие гномы нашим эльфам. Несколько из них даже курили. «Какой кошмар!»- подумала я. -Может, это мужчины? – шепотом спросила Фаэра. – В мужской одежде, курят и пьют эту… Фу… -Нет… - так же тихо ответила Лиа. – Я уверена, это женщины. Я читала, что они у хейвов почти все такие… И они нравятся хейвским мужчинам! Эльфы, похоже, тоже не были против непрерывно смеющихся хейванок. А те смеялись все больше и больше. Потом две или три хейванки пытались танцевать. Эльфы к ним присоединились, и даже Фрей. Фаэт танцевал аж с тремя! Мое сердце горело от обиды и негодования. Я посмотрела на Лию, увидела злые глаза. -Хейванок себе нашли, да? Кучи грифоньего дерьма! – прошипела она. – Ну, мы себе тоже сейчас хейвов найдем!! Мы, обойдя поляну, пробрались на пристань, оседлали лошадей, предложенных нам гномами для прогулки по побережью, и поскакали к лесу. Эльфы заметили нас. Несколько из них попытались нас остановить. -Там опасно. Не смейте уезжать! – закричал Фрей, бросив свою хейванку. Он побежал к нам. Но обида застилала разум, мы хлестнула лошадей и, царапая руки, лица, одежду, поскакали в чащу. Группа вэйт опасливо вышла из-под сени деревьев. -Эй, тут никого нет! Можете выходить! Большое войско – около 500 вэйт, вооруженных пиками и деревянными дубинами, вышло из леса. Следом за ними вылетело примерно столько же джиннов. А немного позже – чуть больше полутораста троллей – усталых, но тем не менее грозных. -Что мы будем делать? – спросила вэйта с венком из трав у Аслана. – Куда мы пойдем? -Мы планировали расположиться лагерем на границе Ри-Тэйр и королевства Брайт. Наши лазутчики приблизятся к столице и будут следить. И как только король Дейвлин объявит королеве Селене войну, нападем и мы. Вэйта согласно кивнула головой: -Разбить лагерь! Селена ехала по дороге и размышляла. Несколько раз за последние недели ее мучили видения. При чем, если раньше видения были вроде разговоров с духами, то сейчас ей снилось что-то непонятное. Вернее, Селена понимала, что ей снилось. Но признаться в этом не решалась даже самой себе. А снилось вот что: как будто она и король Дейв поженились, и вместе правили объединенным королевством хейвов. И ей было так хорошо и спокойно с Дейвом… Селена тряхнула короткими волосами. Нет, не время думать о глупых снах. Не время – когда с юга страны докладывают, что войска из королевства Дарк собираются напасть на ее владения. Когда на севере собираются группы вэйт, джиннов и троллей, тоже готовых в любой момент готовых напасть на королевство Брайт. И когда орки шныряют по землям королевства. Слава великому Сарну, нападают орки лишь на эльфов. Одной проблемой меньше. Тем не менее, Селене предстояло решить немало проблем. Но она не могла не думать о Дейве. Она не знала, что и Дейв тоже думает о ней. Несмотря на то, что он объявил войну королевству Брайтов, несмотря даже на то, что должен был ненавидеть королеву врагов. Но он любил Селену. Он понимал это. Зачем он пошел на войну? Почему не объявил вечный мир? Вот этого Дэйв как раз не понимал. Группа троглодитов неслышно пробиралась по густой степи к морю. -Повтори еще раз, зачем мы туда идем? -Поступил слух, будто принцесса эльфов высадилась в гавани. Мы захватим ее. -Зачем? -Глупец! Если мы захватим принцессу. Мы сможем диктовать королю свои условия, ведь принцесса – единственная наследница. -Хорошо. Он выпустит всех троглодитов из-за решетки. -И не станет больше притеснять наш народ на Фаэрии. -Мы захватим принцессу. Любой ценой. -Нужно будет отвлечь ее свиту. -Но как? -Знаешь Сулему? -Нет. Кто это? -Чернокожая девчонка. Она не только эльфов от принцессы, но и коня от кобылы отвлечет. -Заметано. Найдем ее. Она ведь поможет нам? -За деньги она хоть черту поможет! Глава 15. Мы подъехали к деревне, спешились и вошли в трактир. -О! – вырвалось у меня. Хейвы – все пьяные, дурно пахнущие, грязные – увидев нас, прекратили разговоры. Мы сели за столик, Лиоанна попросила у хозяина трактира немного воды. Хозяин крикнул что-то на непонятном языке своему помощнику. -Зачем мы уехали? – почти жалобно спросила я. – Тут сыро, холодно, дурно пахнет… -Затем что… - начала Лиоанна. И я поняла ее без слов. Обида на всех – и на Фаэта в первую очередь – нахлынула волной. О Фрейморе я даже не думала. -Найти поклонников среди хейвов – плохая идея. Хейвы – отвратительны. -Но не могли же мы стерпеть то, что наши эльфы, бросив нас, развлекаются с девкам хейвов! -Они не обручены с вами, - резонно заметила Фаэра, чей гнев поутих. -Фрей – обручен со мной! А другие могли бы выбрать для игрищ более подходящее место! Мы приумолкли. Но за разговором мы не заметили, как от общей массы отделилось несколько, наверное, около пяти, хейвов. Они окружили наш столик. -Здравствуйте, эльфы, как вас зовут? -Можно с вами познакомиться? -Откуда вы? -Кто вы? (Ах да! Забыла упомянуть: меня и сестер, как принцесс, обучали языку хейвов, поэтому мы понимали, что хейвы говорят.) Приветствия сыпались со всех сторон, мы не знали, как избавится от назойливых хейвов. К счастью, хозяин трактира принес нам по кружке воды. Я хлебнула и … тьфу!!! Это не вода, а то… та гадость, которую нам навязывал гном… Да, она самая, только еще гаже… Рядом отплевывались сестры. Хейвы громко засмеялись режущим слух смехом. -Уйдем? – предложила я. Сестры кивнули. Мы попытались покинуть трактир. Но хейвы по-прежнему стояли вокруг нашего столика. Один из них выкрикнул что-то непонятное и схватил меня за руку. Серебряный кинжал немедленно появился у меня из-за спины. Другой рукой хейв попытался схватить рукоять кинжала. Хлоп! Легкое нажатие незаметной кнопки, крик, кровь хейва - кинжал был двусторонним. Я со всей силы наступила на ногу другому хейву, заметила, что рядом Фаэри ударила другого хейва по щеке, Лиа расцарапала кому-то шею. Мы выбежали из трактира, вскочили на лошадей, поскакали в лес. Хейвы преследовали нас еще минут двадцать, потом отстали. Тогда мы поняли, что заблудились. Вот и наступил то день, когда Бэл Канто должен был петь на сцене. Рано-рано утром он проснулся в своем собственном доме, который подарил ему добрый толстяк Доминик. Проснулся, перебрал желтые листы с песнями, выбрал то, что будет петь этим вечером. И весь день ходил по дому, не в силах сидеть спокойно, но не зная, что делать. Ближе к вечеру пришел Доминик. -Ну, паренек, сегодня твой дебют! Держи кое-что интересненькое, - и он протянул Бэлу ремень из драконьей кожи, пару перчаток (как у рыцарей, только не кожаных, а из шелка) и красивый браслет. – Вот паренек, надень это! Бэл округлил глаза. -Я именно об этом мечтал! Как вы узнали? -Я, парень, телепат. Бэл изогнул одну бровь. -Читать мысли умею. Неважно. Что петь-то будешь? Песни о девочке из снов? – толстяк Доминик хохотнул. – Нет, ты не думай. Я не издеваюсь. Мне наоборот твои песни очень нравятся. Душевные такие, хорошие. Ладно, собирайся… -А где я буду петь? – спросил Бэл. -Смотри. Перед домом. Бэл выглянул в окно и увидел деревянный помост. Возле помоста стояли группами девушки и о чем-то переговаривались. -Пора, - Бэл натянул перчатки, ремень, нацепил металлический браслет. -Парень, колечко твое не очень идет к браслету и перчаткам. Может, снимешь? -Ни за что, - сказал Бэл, как отрезал, взглянув на красивое золотое кольцо с темным камнем. – Это талисман, и вам, мистер телепат, можно было бы это знать. -От отца, которого ты не видел никогда. Он эльфом был. Я прав? Бэл ничего не ответил и вышел. Он шел по улице, и никто его не узнавал, потому что не знали еще в народе этого милого тоненького мальчика с большими карими глазами и божественным голосом. Но когда он забрался на сцену, все взгляды обратились на него. Бэл почувствовал, как лоб его покрывается холодным липким потом, а в животе летают бабочки. Бэл почувствовал, что должен этим хейвам, собравшимся здесь, что-то сказать. -Здравствуйте, - начал он. – Привет, хейвы. Меня зовут Бэл Канто. Я сейчас буду петь. Ну, вы наверное знаете, раз здесь собрались. Песни мои… -Не надо рекламировать песни. Они услышат и сами все поймут, - раздался откуда-то шепот толстяка. И Бэл понял – Доминик прав. Бэл запел: -Я встречу тебя – и сердце оттает, Но тяжесть лежит неподъемным грузом, Даже если тебя не станет, Призрак твой в моем разуме будет… Я ухожу в свой сон с надеждой, Но в мир обратно перелетая, Я понимаю, все будет, как прежде… Но я себя не понимаю… Бэл замолчал. Зрители – в основном молодые девушки – стояли и смотрели на него. У некоторых были слезы в глазах. Стояла тишина. И тут зал взорвался. -Бэл! Бэл! Пой! – кричали все. Бэл оглядел всех и снова запел. Еще одну свою песню, которую давно посвятил своему другу Дейву. И снова бурные эмоции о стороны толпы, которая увеличилась. И Бэл опять запел. Много Бэл пел в тот вечер. Едва ли не до утра. Толпа не хотела расходиться. «Пой, Бэл! Бэл Канто!» - кричали они. Только когда Бэл чуть не упал с помоста от усталости, хейвы поняли, что ему нужно передохнуть. -Бэл Канто! Мы придем сюда завтра, и будем тебя ждать! Бэл чувствовал себя абсолютно измотанным, когда поднимался по лестнице. Никак не реагировал на шутки толстяка вроде «Как разбушевались – надо будет тебе выделить телохранителей!» или «Видел, сколько девок в толпе тебя со слезами на глазах слушали? Может, какая из них тебе снилась?». Ложась в постель, Бэл подумал: «И все-таки я стал знаменитым!» Прошло, может, около недели с тех пор, как Генор поселился в Корене. Ему выдали униформу, и он каждый вечер обходил Карен по крепостной стене. Ему велели так делать, и сообщать, если он заметит что-либо неладное. Генор ходил по стене каждый день, хотя не очень понимал, зачем это кому-то надо. Однажды он, как обычно, обходил «владения», как вдруг увидел, что какая-то тень забирается по стене. -Стой! – воскликнул он. Тень продолжила ползти. Тогда Генор подошел, схватил тень за шиворот – при ближайшем рассмотрении это оказался высокий мускулистый хейв с кривым глазом. Хейв выхватил кинжал. Генор выхватил острую железную штуку и смял ее одной рукой. -Уходи отсюда, - и Генор выбросил незнакомца со стены вниз, после чего продолжил обход. -Подожди, - кто-то подошел к Генору. Это был низкий хейв в красном одеянии, которого остальные хейвы называли «начальник». – Солдат, я видел, как ты расправился с этим… который снизу приполз. Я часто за тобой наблюдал. Ты наделен необыкновенной силой. -Это плохо? – спросил Генор. Низенький человечек хлопнул его по плечу. -Это замечательно, дружок! Я должен доложить о тебе, как о прекрасном воине. Назови свое имя и номер бляхи. -Меня зовут Генор, а мой номер – 12. -Отлично, - низенький хейв потер руки и ушел. А Генор продолжил обход. Он не думал, что после разговора с «начальником» что-либо измениться. Однако вскоре его отправили в Амаден – большой город на эльфийском тракте. Нала шла на охоту. Она осторожно раздвигала колючие ветки елей и сдвигала их за собой. Неожиданно она нос к носу столкнулась с тремя эльфийками. Они были прекрасны – как и все эльфы. Одна из них, в лошадь которой уткнулась Нала, казалась моложе остальных. Хотя, по эльфам не определишь их возраст – она вполне могла быть и старше. У нее были наивные голубые глаза. Впрочем, все ее лицо выглядело по-детски наивным, и это ее сильно молодило. Золотистые волосы обрамляли ее личико, спускались вниз и облегали ее стан легкой волной. Она была одета в легкое белое платье с открытыми плечами. Платье было украшено разнообразными оборочками, бантиками, драгоценными камнями, что говорило о беззаботности его хозяйки. Нала сделала вывод, что девушка и вправду моложе своих подруг. Та, что постарше, ехала за своей беспечной подружкой. Ее голову украшал хвост из огненно-рыжих волос, доходивших до талии. Своими карими глазами она внимательно разглядывала Налу. А Нала, в свою очередь, разглядывала ее платье. Эльфийка была облачена в ниспадающий тяжелыми складками наряд. Он золотился на солнце, был достаточно легким и прочным для путешествия по лесу. Не то, что кокетливое платьице первой эльфийки. Рыжая девушка негромко сказала что-то, и из-за дерева выехала их третья подруга. У нее были черные, тяжелые, прямые, блестящие, будто влажные волосы, спускавшиеся немного ниже лопаток – коротковатые для волос эльфийки. Очевидно для того, чтобы не мешались. Нала сама когда-то отращивала длинные волосы, но тогда при охоте они цеплялись бы за все на свете. Поэтому Нала давно обрезала их охотничьим ножом. Нала взглянула в черные глаза девушки и мысленно похвалила ее за удачную стрижку для прогулки по лесу. Но ее костюм определенно не так подходил для этой цели. Темно-синее приталенное платье было перевязано шнурком на поясе. Вниз оно падало, как падает водопад со скалы. Рассмотрев платья как следует, Нала чуть не умерла от зависти. Сама она была одета в темно-зеленый потертый охотничий костюм. Девушки были чем-то похожи. На них лежал одинаковый отпечаток. Даже отбросив длинные волосы, роскошные платья и эльфийские черты, можно было увидеть что-то единое в этих девушках. «Надо отвести их куда-нибудь, чтобы они отдохнули», - мелькнуло в голове у Налы. Она еще раз оглядела девушек, и теперь ей в глаза бросились некоторые мелкие детали – те, которые она не заметила раньше. Эльфийки были странно худы, под глазами виднелись тщательно замаскированные темные синяки. Кожа от холода слегка покраснела и вспухла. От усталости девушки едва не падали с лошадей. -Идите за мной, - сказала Нала. Она попыталась взяться за поводья лошадей, и мимоходом заметила, что лошади не эльфийские, а хейвские. Эльфийка со светлыми волосами наклонилась к Нале. -Же во ли на, - негромко сказала она. Нала открыла рот. -Я не понимаю. Тогда брюнетка клацнула зубами и провела рукой вдоль талии (там, где у хейвов располагается живот). Нала поняла, что эльфийка хочет есть. Она махнула рукой в сторону своей хижины и попыталась изобразить рукой огонь, сказав при этом несколько раз: «Огонь! Жилище! Тепло!». Она не была уверена, что эльфийки ее поняли. Но они не сопротивлялись, когда она повела их лошадей. Вскоре четыре девушки были у домика Налы. Нала помогла девушкам слезть с лошадей, провела их в дом. Девушки уселись на шкуры. Нала развела костер, подогрела мясо. -Угощайтесь, - она поставила миску с теплым мясом и кувшин с водой перед девушками. Блондинка улыбнулась, ткнула себя пальцем в грудь. -Ева. -Лиа, - сказала брюнетка, повторив тот же жест. -Фаэра, - промолвила рыжая. -Вас так зовут? – растерялась Нала. Девушки не отвечали. Тогда Нала ткнула пальцем себе в грудь и назвала свое имя. -На-ала? - Протянула блондинка. – Танке, Нала. -Танке, танке, - повторили девушки. -Да, да. Угощайтесь, - повторила Нала. – Вы меня понимаете? Блондинка переглянулась с брюнеткой. -Да, мы знаем хейвский. -Тогда почему вы не сказали это сразу? -А вдруг ты враг? -Тогда почему сказали сейчас? -Потому что ты не враг, - улыбнулась рыжая девушка. -Логично. Как вы оказались в лесу? -Мы отбились от экспедиции, заблудились, замерзли и проголодались. -Ты нашла нас, отогрела и кормишь. Мы теперь друзья. -Ах да! Угощайтесь! – в третий раз повторила Нала. Девушки принялись за мясо. От тепла их лица разрумянились. Они сидели, улыбаясь, поглядывали то друг на друга, то на Налу. Нала на пару минут вышла – покормить лошадей, а когда вернулась, девушки уже спали, развалившись на шкурах. «Такие милые и беззащитные», - подумала Нала. Она обрадовалась встрече с эльфийками. Не так одиноко ей будет – с подругами. Генор жил теперь в Амадене. Нельзя сказать, что его жизнь была очень плохой. Нельзя, однако, сказать, что жить он стал лучше, приехав в Амаден. Напротив. В Карене он постоянно был на свежем воздухе. Иногда ему приходилось, правда, стоять часами под лучами солнца, под проливным дождем и сильным ветром, но это не было проблемой для дракона – мага. Здесь он часами сидел в темной узкой и душной комнатушке, читал какие-то бумаги, переписывал некоторые из них, считал что-то… Ему не было плохо. Ему было просто скучно. И иногда душно. Днем он работал. Но ночью его душе и телу открывался полный простор. Он обращался в дракона и летал. Он поднимался высоко-высоко, так высоко, что, казалось, он может протянуть лапу и потрогать Луну. Он парил над облаками, обозревая Амаден и его окрестности. Он дышал свежим и чистым воздухом, и наслаждался свободой. Но ночь заканчивалась, и ему вновь приходилось возвращаться в свою каморку. Снова читать, писать и считать. Дара плутала по пустыне больше суток. Он пыталась найти путь к морю. Она думала, что как только выберется из башни, как увидит голубое сияние воды. Но увы… Дара хотела есть и пить, но ей некому было помочь. Изредка она видела в пустыне фигуры в серых балахонах. Тогда она бросалась прочь, потому что понимала – это были ажвары, и они ей не помогут. Дара знала, что пустыня со всех сторон омывается океаном, и если она будет идти прямо, то выйдет к воде. А когда она выйдет, она переберется на Фаэрию или Лэйранию (Дара не задумывалась, каким образом), найдет короля Дейва, королеву Селену или принца Толерана и расскажет, что разум ее отца – волшебника Альфера – кто-то захватил. Но кто подчинил разум ее отца? Дара перебирала в памяти всю их жизнь с отцом. Сначала они жили втроем: Дара, Альфер и Александра, мать Дары. Потом отец ушел куда-то (это был первый раз, когда он пропал надолго), а через пару суток вернулся с прекрасным серым конем. На вопрос Александры, где он взял такого красавца, Альфер отшутился: «из-под земли достал». Конь был красивый, умный, но как будто злобный. Он не подпускал к себе ни Дару, ни Александру – только Альфера. А еще с этих пор Альфер стал часто пропадать. Потом умерла Александра. Дара помнила, ей сказали, будто мать умерла. Но теперь она поняла – это не так. Альфер и Дара поселились в пустыне, в башне. И с этого времени в башне появился хрустальный шар. Альфер сказал, что этот шар заменит Даре мать. Жестокая шутка. А потом Альфер стал пропадать все чаще и чаще, стал проводить с Дарой все меньше и меньше времени… А потом с ним вдруг произошла резкая перемена. Потом Дара разбила шар… Шар оказался матерью… и мать сказала, что разум Альфера поработили. Дара перебирала воспоминания, пока шла. Тщательно вспоминала самые мелкие детали. Искала какую-нибудь зацепку, по которой можно будет понять, кто поработил Альфера. Ей казалось, что разгадка проста. Ей казалось, что-то подобное о порабощении разума она уже где-то читала. «Я достал коня из-под земли…» Внезапно она поняла. Поняла, ужаснулась, и изо всех сил побежала вперед. Там, как ей показалось, блеснула синева воды. Глава 16. Мы сидели на мягких шкурах и разбирали цветные шерстяные нити, которые Нала купила на рынке, чтобы зашить свой костюм. Нала к тому времени уже сравнительно неплохо знала эльфийский. Она оказалась способной ученицей, поэтому ей удалось выучить сложный язык эльфов в рекордно короткие сроки. Происходило это так: Нала показывала на предмет (или называла его по-хейвски), а я или Лиа или Фаэра говорили, как это будет по-эльфийски. Часто Нала говорила что-нибудь по-хейвски, и спрашивала: «А как это сказать по-эльфийски?». Мы отвечали, а она запоминала. Итак, мы сидели и негромко переговаривались. -Хорошо, если вам тут нравиться, - сказала Нала. – А как это будет по-эльфийски? -Лен, ас лес мер геламен хат, - ответила Лиа. -Лен, ас лес мер геламен хат, - повторила Нала. -Да, нам тут нравиться. Воздух чистый, зелень свежая, птички поют… Внезапно послышался топот и крики. Дверь затряслась. -Сидите тихо! – сказала Нала, вскочив и вытащив нож. – А как, кстати, это будет по-эльфийски? Мы не успели ответить, как за дверью знакомый голос произнес: -Откройте, именем короля Белиндейна. -Здесь не Белиндейн, - с акцентом, но по-эльфийски ответила Нала. -Хорошо! – дверь задрожала, через пару секунд рухнула. В домик ворвались Ромэль, Фаэт, Фрей, Виктор. -Ева, Лиа, Фаэра! Бегите, я задержу ее, - Фрей кинулся к Нале. -Стой, Фреймор. Не трогай ее! Это Нала – наша подруга. Мы заблудились в лесу, а она нас нашла и отогрела. -Спасибо, леди, - Фаэт поклонился. – Извините за выбитую дверь. Я пришлю кого-нибудь, вам ее починят. А вы, девушки, поднимайтесь. Вы едете с нами. -С чего это вдруг вы заинтересовались нами? – спросила Лиа, и ее глаза зло сверкнули. – Вы же уже нашли себе прекрасных девушек! -Они, после того, как вы сбежали, девчонок бросили и принялись вас разыскивать, - заявил Ромэль. – Фаэт больше всех суетился, орал на всех и только и знал, что отпихивался от хейванок, которые были от него без ума. Фаэт покраснел: -Не обижайтесь на нас. Мы ведь так… -Сдуру, - подсказал Виктор, который был не слишком симпатичный, поэтому в него никто не был влюблен и никто не обижался. Фаэрина улыбнулась. -Хорошо, мы поедем с вами. Но чтобы больше… -Да уж понятно, - пробормотал Фреймор, покраснев гуще Фаэта. -Если обиделись, значит, любите! – сказал Эальдор, после чего покраснели уже мы. -Если вы нас слушаетесь, значит, любите! – отшутилась Фаэра. Фаэт взял меня и Лиоанну за руки: -Поехали. До свиданья, леди, - это было обращено к Нале. Я заметила, что Нала смотрит на Фаэта, не отрывая взгляд. Он ей наверняка понравился. Конечно – как он может не понравиться. Он красивый, умный, галантный, деликатный, еще раз красивый… Самый красивый из всех, кого я знаю! -Подождите, - сказала вдруг Лиоанна. – Нала, ты не хочешь поехать с нами в Амаден? Нала ненавидела город. Она хотела было отказаться, но взглянула на Фаэта и поняла: если она останется здесь, она не сможет жить, как прежде; ей будет не хватать этого милого светловолосого эльфа, которого она полюбила с первого взгляда и без памяти. -Да. Я поеду с вами. Мы улыбнулись. Нала сбегала в пристройку, вывела лошадей. Мы оседлали скакунов и поехали в лагерь. Чтобы, собравшись там, продолжить длинное путешествие, целью которого был город на эльфийском тракте Амаден. С тех пор, как Пантера снова встретилась с Евой – принцессой Белиндейна, своей хозяйкой и подругой – ее жизнь, казалось, начала налаживаться. Но, увы, это только казалось. Ева решила плыть на Фаэрию, и прихватила с собой Пантеру. Мало того, что увесистую драконессу посадили в маленький трюм рядом с лошадью Стрелкой и не разрешали полетать, мало того, что она тряслась полторы недели на море, мало того, что ее кормили всего четыре раза в день - на корабле ее считали животным, и с ней никто не разговаривал. Пантере пришлось общаться с лошадью. (Слава Альбейн, лошадь была умная: она все понимала, только сказать не могла). Когда корабль, на котором плыла Пантера, причалил к земле, оказалось, что Ева еще не приплыла. Вот тут-то случилась еще одна неприятность: Пантеру разлучили со Стрелкой. Драконессу отправили в Амаден, а Стрелку оставили у пристани. Те три дня, пока собирался караван в Амаден, Пантера ждала, чтобы приплыл корабль с Евой. Но Ева так и не приехала. И Пантеру отвезли в город. В Амадене Пантере жилось невесело. Ее поселили в тесном маленьком загоне, из которого выпускали только ночью. Ей запрещали летать днем, под предлогом, что она распугает местных жителей. Однажды, под вечер, когда Пантера вырвалась из тесноты и духоты и приготовилась взлететь, ей показалось, что она видит тень дракона на небе. Она взмахнула крыльями и взмыла ввысь. Ей не показалось! Перед ней действительно летел дракон. -Эй! – окликнула она его. Дракон обернулся и замедлили полет Пантера догнала его: - Привет! -Привет, - удивленно ответил дракон. – Ты кто? -Я – дракон, так же как и ты. Меня зовут Пантера. А тебя как? -Меня зовут Генор, - ответил дракон, продолжая пялиться на Пантеру, как будто никогда в жизни не видел дракона. -Я приехала с наездницей. Моя наездница – эльфийская принцесса, - похвалилась Пантера. – А ты как здесь очутился? -Я работаю там… внизу, - Генор махнул лапой. -В гарнизоне? – не поняла Пантера. – Странно, я ни разу не видела там ни одного дракона. А что ты там делаешь? -Считаю налоги, переписываю письма, рассылаю уведомления о долгах… Глаза Пантеры округлились. -Ты работаешь в канцелярии? -Да, двуногие вроде так это называют. Золотая драконесса расхохоталась. -Дракон! В канцелярии! Ой, не могу! Рассмешил! -Что в этом смешного? – спросил Генор. -Ты в своем уме? Дракон в канцелярии… - Пантера опять залилась смехом. – Ты шутник! Самое главное, ты говоришь это с таким серьезным видом! Так откуда же ты? -Я работаю в канцелярии, - повторил Генор. -Уже не смешно. Ладно, я не буду допытываться, если не хочешь говорить. Мне пора. Еще увидимся! – Пантера махнула крылом и начала снижаться. -Ты обиделась на меня? – крикнул Генор вниз, но не увидел больше драконессы, а услышал только тихое «До встречи!». Глава 17. Мы скакали на лошадях, подставляя щеки теплому неяркому солнцу и радуясь жизни. Справа от тракта была небольшая рощица, слева – огромная равнина. А высоко над нашими головами простиралось голубое небо с легкими колечками белых облаков. Я сидела на чужой лошади (Стрелка была уже, наверное, в Амадене) закрыв глаза и впитывая в себя запахи цветущих растений. Ко мне подъехал Эальдор. -Ева, давай прокатимся наперегонки, - предложил он. -Я согласна, - я хлестнула лошадь и понеслась вперед. Дорога петляла и уходила в лес. Я скакала по лесу по узенькой тропинке, чуть не влезая ногами в кусты. Немного позже, правда, тропинка стала шире. Сзади послышалось цоканье копыт лошади и веселый смех Эальдора. Смех слышался все ближе и ближе. Вскоре Эальдор обогнал меня. -Нечестно! – закричала я ему вслед. – У твоей лошади ноги более длинные! Эальдор рассмеялся и развернул лошадь ко мне лицом. Я увидела его красивые веселые глаза. Вдруг я заметила, что что-то темное метнулось от куста и прыгнуло на лошадь Эальдора. -Берегись, Эаль! – крикнула я. Но было поздно. Существо – а это оказалась черноволосая смуглая девушка с секирами в руках – столкнула Эальдора с лошади и спрыгнула сама. (Лошадь, воспользовавшись моментом, убежала). Девушка поудобнее схватила секиры и кинулась на поднявшегося уже Эальдора. -Ева, беги! – заорал Эаль, пытаясь увернуться от секир и не делая ни малейшей попытки вытащить меч. Нападавшая была девушкой, и честь не позволяла Эальдору ответить ей. Мне же не позволяло помочь Эальдору отсутствие оружия – маленький кинжал не в счет. -Помогите! Помогите кто-нибудь! – закричала я. -Ева, где ты? – послышался далекий голос Фреймора. – Где ты и что с тобой? -На Эальдора напали! Помогите! В этот момент Эальдор ногой выбил секиру из рук девушки. Девушка, грозно зарычав, кинулась на эльфа, выставив вперед правую ногу, целясь Эальдору в живот. Эаль схватил летящую в него ногу, девушка упала. Эльф выпустил ее, она тотчас поднялась и снова прыгнула на Эальдора. Эаль перехватил ее за талию и поднял, держа ее руки. Тогда девушка начала пинать его ногами. Не успел Эальдор выпустить руки девушки, чтобы сдержать пинающие его ноги, как она схватила его ободок (с которым Эальдор не расставался). Хитро извернувшись, девушка вырвалась от Эальдора и побежала в чащу, ловко схватив с земли свои секиры. Эальдор хотел кинуться за ней. Тут на поляну выехали Фаэт и Нала. -Эаль, - закричал Фаэт, - что произошло? Почему ты такой лохматый и где твоя лошадь? -Какая-то черномазая напала на меня и стянула ободок! Я сейчас! -Стой! – вдруг крикнула Нала. – Эльф, быстро иди сюда! Фаэт недоверчиво посмотрел на Налу. Эальдор остановился. -Что случилось? – спросил он. -Эльф, подойди сюда. Не ходи за ней! -Но она украла мой ободок! -Эаль, - я сочла нужным вмешаться, - послушай Налу. Эальдор подошел к нам. -Что случилось? – недовольно спросил он. – Почему я не мог вернуть мой ободок? -Тише, - Нала прижала указательный палец к губам. – Нам лучше выбраться из леса. Это ловушка. Они скоро нападут. -Кто нападет? – переспросил Фаэт. Недалеко послышался крик. -Это Фаэрина! – поняла я. -Они уже напали! – воскликнула Нала.- Нам нужно выбираться! -А как же они? Они погибнут! – возразил Фаэт, который так и не понял, кто на нас напал. Впрочем, я тоже мало что поняла. Однако встряла в разговор: -Нам нужно помочь им! -Тогда мы тоже погибнем, - спокойно сказала Нала. Снова послышался крик и свист. -Это Виктор! Он просит о помощи! Кто же там, в конце концов? -Троглодиты. -Что же ты сразу не сказала? Я бил троглодитов на двух материках и в море! – Фаэт помчался назад. За ним кинулись и мы с Налой. Где-то далеко за нами пешком бежал Эальдор. Я высочила из леса… и уткнулась в спину Лиоанны. -Лиа, что произошло? -Смотри сама, - Лиа отодвинулась. Я увидела около двух сотен троглодитов – ужасных созданий, похожих на перекормленных ящериц – которые надвигались на нас, сжимая в руках толстые палицы. -…Амазонка – всего лишь приманка. Она должна была заманить вас в ловушку. Но вы не поддались, и они напали. Из леса вышел Эальдор. Тихо ахнул и попятился обратно. -Эаль, спасай принцесс и девушку – хейванку! – крикнул Фаэт, доставая меч. -Меня не надо спасать! Я тоже буду драться, - воскликнула Нала, вынимая из сапога длинный нож. Фаэт с уважением посмотрел на нее. -Тогда и мы не останемся в стороне, - заявили чуть ли не хором Лиа и Фаэра. Виктор кинул им луки. -Мы умеем, - кивнула Фаэра, заметив, как я посмотрела на них. -Тогда я тоже хочу сражаться! -Нет, - прикрикнула на меня Лиа. – Сиди лучше, ты еще маленькая. -У тебя нет меча, а лука я тебе не дам! – Фаэт размахнулся и снес голову одному троглодиту. – Их и так не хватает! Гном поднял топор и раздробил голову еще одному. -Оставьте мне немного, - крикнул Эальдор, попытавшись достать меч. Но меча не было. – Проклятая амазонка! -Эаль, ты останешься с Евой! Эальдор схватил мою лошадь за уздечку. -Пойдем, Ева. Мы остались не при деле. Мы отъехали немного и наблюдали за происходящим издали. Фаэт, Кларк, Ромэль и Виктор сражались с троглодитами на мечах. Гном поднимал топор и опускал его на головы своих противников. Лиа, Фаэра и Нала сидя на лошадях, стреляли из луков. Я считала убитых врагов. Фреймор, стоя со шпагой в вытянутой руке и делая красивые жесты запястьем, уже сразил не меньше четырех троглодитов. Вот еще один упал, сраженный мечом Фаэта. Коралкин взмахнул рукой – и троглодит превратился в две половинки троглодита. Виктор быстро-быстро махал мечом и шинковал окружавших его троглодитов, как повара шинкуют мясо в столовой. Ромэль, взяв в руки два меча, управлялся с ними так ловко, что я невольно залюбовалась. Атаку Ромэля можно было сравнить с красивым танцем, несущим смерть. Клинки в его руках мелькали, и вот один… другой… третий троглодиты валялись на траву с распоротыми животами. Троглодиты нападали на каждого эльфа по трое – по четверо. Тех, кого не успевали убить парни – тех застреливали мои сестры и Нала. Меня когда-то учили, что чем больше противников, тем легче сражаться. Противники теснят друг друга и, таким образом, помогают тебе. Троглодиты, наверное, не знали этой простой истины. Может, именно поэтому не прошло и десяти минут, как войско троглодитов уменьшилось вдвое. Троглодиты поняли это. Задние их ряды перестали сражаться и побежали. Середина троглодитов – те, которые не сражались, а в основном мешали – тоже кинулись прочь. Была бы я сейчас сражающимся троглодитом – я бы усилила напор. Я видела, что эльфы уже устали. А когда те, что мешали дерущимся, ушли, троглодиты оказались в выгодном положении. Но они этого не поняли. Оставшиеся троглодиты тоже начали покидать поляну боя. Убегавших настигали стрелы моих сестер. Немногие выжившие троглодиты – а их было около пятидесяти – скрылись в лесу. Ромэль, вытерев клинки о траву, убрал мечи и вскочил на лошадь. -Мы расправились с ними, - сказал он. – Пора ехать дальше? -Секундочку, а как поеду я? – спросил Эальдор. -А ты пешком побежишь за нами, - усмехнулся Виктор. Фаэт сурово взглянул на шутника: -У Коралкина сильная лошадь. Садись с ним, она повезет вас двоих. -Я не собираюсь ехать на лошади с кем-то, точно куль с мешком! – возмутился Эальдор. -Он предпочитает пешком, - кивнул Виктор. -Не переживай, Эаль, - вмешался Ромэль. – Как только у нас появиться возможность приобрести лошадь, Кларк тебя спихнет. -А лошадь мне за это «спасибо» скажет, - пробормотал Коралкин. Эальдор, недовольно ворча, вскарабкался на лошадь, и мы продолжили путь. Снова наступала ночь. Пантера расправила крылья и взлетела. Уже наверху она заметила, что ее новый знакомый летает вокруг города. -Привет, Генор! – окликнула она его. -А, вот ты где. Я ждал тебя. Несколько минут они летали молча. -Все-таки расскажи, как ты оказался в этом городе! – попросила Пантера. -Я работаю в канцелярии. -Шутка, повторенная несколько раз, становиться глупостью! – важно изрекла Пантера. -Это не шутка! – сказал Генор. – Почему ты мне не веришь? -Потому, что драконы не могут работать в канцелярии. Ты работаешь на счетах крыльями? Пишешь письма когтями? -В канцелярии работают хейвы – двуногие и бескрылые. -Вот именно! Но ты же не умеешь превращаться в хейва! – воскликнула Пантера. -А ты, что, не умеешь? – спросил Генор. -Ты опять шутишь? -Давай опустимся на землю. Я покажу. Пантера спланировала вниз. Рядом опустился Генор. -Смотри! Пантера увидела, что ее новый знакомый стремительно уменьшается в размерах. Его чешуя превращалась в дым, когти исчезали, крылья сложились и приросли к спине, рога превратились в волосы. Перед Пантерой стоял маленький обнаженный хейв. -Генор, это ты? – испуганно спросила Пантера. -Да, - спокойно ответил хейв голосом Генора. -Превратись, пожалуйста, обратно! Хейв начал расти. Из лопаток появились крылья, быстро выросли рога, а волосы превратились в пыль. Ногти превратились в когти, нежная кожа обросла чешуей. И вновь возле Пантеры стоял Генор - дракон. Пантера прислонилась к дереву и вытерла пот со лба. -Кто ты? - спросила она. – Ты хейв, дракон, или демон? -Я не знаю. Я с родителями жил в пустыне. Они не говорили, кто я. А потом они умерли. -Мне когда-то рассказывали про расу могучих драконов-магов. Но мне сказали, что все они сгинули. Может, ты – дракон-маг? -Кто я? Повтори еще раз, – попросил Генор, наморщив лоб. -Это не имеет значения. Как ты хоть попал-то сюда? -Я летел по пустыне… Потом что-то произошло, и я оказался в лесу. -Портал… - тихо сказала Пантера. -Пор…кто? -Неважно. Продолжай, пожалуйста. -Я оказался в лесу. На меня наткнулись двуногие, отвели в город, дали одежду и попросили никого не пускать на стену. Однажды я увидел, что на стену лез двуногий с острой металлической полоской. Я скинул его со стены. Пантера присвистнула: -Жестоко… -Это видел маленький толстый хейв. Его все называли «начальник» и страшно боялись. Не знаю, почему – этого коротышку я мог уложить одним мизинцем… Он предложил мне переехать сюда. Я согласился. -И ты живешь здесь в облике хейва, а ночью летаешь? -Именно. -Вот здорово! А ты колдовать умеешь? -Колдовать? -Костер разжечь пальцами? Еду сотворить из воздуха? Прочесть мысли? -Да, умею. Ты сейчас думаешь, как бы хорошо сейчас оказаться дома? Пантера покраснела. -Ты меня боишься? -Да. Ты очень сильный, и вдруг… -Я никому не причинял зла! -Ага, особенно тому хейву, которого ты скинул со стены! Генор замолчал. -Мы ведь еще встретимся? -Ты – маг, и тебе предсказывать будущее… -Что делать? – не понял Генор. -Неважно, - в третий раз отмахнулась Пантера. – Встретимся завтра ночью. А сейчас, пожалуйста, перенеси меня домой! Секунда – и она оказалась в загоне, где жила. Там она легла на пол, и, не в силах спать, начала думать. Серьезно думать. Глава 18. Не учтя предыдущего урока, я снова пустилась ехать наперегонки. Нала – моя соперница – быстро унеслась, и я скакала вперед, пытаясь нагнать ее. Услышала шепот за спиной, обернулась. И увидела, что Фаэт, Лиа и Фаэра едут вместе, разговаривая и похихикивая. Я приостановила лошадь, чтобы послушать, о чем так жарко Лиоанна и Фаэрина болтают с Фаэтом. -Это Ева невлюбчивая? – расхохоталась Фаэрина. – Ева? -Да, она сказала, что Фрей ее первый жених. Лиа прыснула: -Нет. Первым был Алекс – белокурый эльф-садовник. Но потом они крупно поссорились и больше даже не разговаривали. Следующим был Элоир – красивый темноволосый кудрявый хоббит. Но когда он, наконец, сделал нашей Еве предложение, сердце ее уже принадлежало другому. -Да, - подхватила Фаэрина, - высокому загорелому Кену. -А этот кто был? Тролль? -Нет, лишь хейв. Они были знакомы всего две недели, но чуть не поженились. -И поженились бы, если бы он не уехал. -Потом она полюбила вампира. Его звали Эстед, если не ошибаюсь. -Она чуть было не дала ему себя укусить. -Она хотела стать вампиром. Но ее остановило то, что вампиры не меняются. -Она решила немного подрасти. Сказала, что станет вампиром, когда ее внешность ее полностью устроит. -Только прошло три месяца, и она передумала становиться вампиром. А потом она встретила Димиля. Он был послом Эльфийского государства в Дейн – земли хоббитов. -Ева услышала его красочный рассказ о том, как ему приходится каждый раз нагибаться, чтобы пролезть в норы хоббитов. Долго смеялась. -Потом они каждый вечер гуляли по берегу озера. Он делал ей комплименты, говорил ласковые слова. -Но ему пришлось уехать. Он обещал Еве, что будет приезжать. Но как только он уехал, ее сердце остыло. Она не отвечала на его письма, и вскоре письма перестали приходить. -Говорят, он так расстроился, что уехал в Первую Великую экспедицию. -А, кстати про Экспедицию. Мы забыли про Алеана, который тоже уехал. -Кто такой этот Алеан? -О! Это самая большая любовь Евы. Они были знакомы с детства. Он был старше ее лишь на тридцать лет. Сначала он был другом нашего отца. -А потом стал другом Евы. -Они всегда были вместе, всегда! Да, во дворце они считались лучшими друзьями. Только когда Алеана отправили в экспедицию, оба они поняли, что это была любовь. Но – увы! – поделать уже ничего не могли… -Это весь список женихов Евы? -Куда там! Были еще Михаэль, Станислав… Я не стала слушать, как сестры, перебивая друг друга, называют всех, в кого я была влюблена или кто был влюблен в меня. Я поскакала вперед – и так уже от Налы отстала. Обиделась ли я на сестер? Ничуть! Фаэт мне сильно нравился, и если он узнает, что я многим нравлюсь, возможно, мной заинтересуется! Надеюсь, так и будет! Долго, долго Дара бежала до тех пор, пока увидела море. Дара посмотрела в синеву воды, которая сливалась с синевою неба где-то вдали. Берега не было видно. Дара, не долго думая, бросилась в воду и поплыла. Терять ей было нечего – вернуться домой она не могла, а умереть от голода ничуть не лучше, чем утонуть. Ей повезло. Она увидела какое-то серое дымчатое существо, которое летело над морем. -Эй! Эй! – закричала Дара. – Стойте! Помогите! Существо остановилось и опустилось к Даре. -Кто ты? -Меня зовут Дара. Я хейв. Мне срочно надо найти королеву Селену, короля Дейва или эльфийского принца Толерака. -Толерана, - поправило существо. – Его ты не найдешь, он уже умер. А до королевств хейвов отсюда далеко… -Мне срочно нужно поговорить с королем или королевой! – заявила Дара, болтаясь в воде. – Помогите! -А откуда ты взялась? -Я сбежала из пустыни. -Из земель Ажваров? И ты надеялась доплыть до земли? -Помогите мне! -Хорошо. Я довезу тебя до острова Синематры. Потом переправлю на Лэйранию. Существо бесплотными руками вытащило Дару из воды и полетело вперед. Через пару часов Дара увидела землю. И ужаснулась тому, сколько бы ей пришлось плыть, не встреть она существо. -А вы кто? Как вас зовут? – робко спросила она. -Меня зовут Лильян, - ответило существо, проигнорировав первый вопрос девушки. Когда они прилетели на землю, Дара увидела костер, вокруг которого сидели несколько таких же существ, как Лильян, и пара длинноволосых брюнетов в плащах с белыми лицами и алыми губами. -О! Лильян привез нам ужин! - рассмеялся темноволосый юноша. -Я несъедобная… - робко возразила Дара и взглянула на Лильяна. -А нас и не нужно твое тело. Я хотел выпить твою кровь, - прошипел брюнет, и, оскалив зубы, подошел к Даре. -А ну, не тронь ребенка! - гаркнул Лильян, оттолкнув парня. -А тебе-то что? – второй парень в плаще привстал. – Лил, отдай нам девку! -Не тронь – я уже сказал! Она сбежала из земель Ажваров. Она говорит, ей срочно надо видеть Селену или Дейвлина. Говорит – это важно. -Очень важно, - подтвердила Дара. -И что ты собираешься делать? -Я переправлю ее на Лэйранию – вот что! Эстед, дай ребенку плащ. Она мокрая и замерзла. Брюнет неохотно стянул с себя плащ. -Откуда ты ее выловил? -Из моря. Она хотела переплыть Южные воды. -Что? – одно из полупрозрачных существ, чуть не задохнувшись от удивления. – Она хотела переплыть Южные воды? -Вот именно. Значит, ей действительно необходимо повидать короля или королеву! -Лильян, ты, наверное, прав. Как и всегда, в общем. Мы поможем тебе доставить ее. -Не сейчас. У вас есть еда? -Немного мяса. -Покормите ее и дайте погреться у костра! – сказал Лильян своим друзьям. – Садись, ребенок, тебя никто не тронет. Дара села у костра и вспомнила, где она видела изображения существ, рядом с которыми она сидела. Им был посвящен целый раздел: «Отверженные расы на острове Синематра». Она сидела рядом с духами и вампирами. Глава 19. Мы проехали не более двух часов, когда лошадь Коралкина, которая везла двух седоков, начала хромать. Фаэт приказал разбить лагерь. К счастью для нас, Ромэль, ушедший собирать хворост, обнаружил небольшое селение вблизи от того места, где мы остановились. Поэтому нам не пришлось ставить шатры и жечь костры. Мы остановились в деревне. Первым делом Эальдор пошел в трактир и приобрел себе лошадь. Потом долго ходил и хвалился, что его конь – «не для прогулок, а настоящий рабочий», и что этот конь «может скакать без устали несколько часов». Потом Эальдор купил у какой-то женщины ободок. Ободок был явно девичий, с красивым узором из цветов, но Эальдора это совсем не смущало. Он принялся хвалиться и ободком, чем вызвал скептическую улыбку у Ромэля. Я, Фаэрина и Лиоанна решили пойти прогуляться, чтобы не слушать хвастливые бредни Эальдора. Мы шли по степи, нехотя переговариваясь, собирая цветы и изредка смеясь. -Ева, мы рассказали Фаэту обо всех твоих женихах. Ты, надеюсь, не против? -Вовсе нет! Может, он поймет, что у него серьезная конкуренция! – ответила я со смехом и присела к кусту, чтобы сорвать очаровательный фиолетовый цветок. Тут в кусте что-то зашевелилось. Я отпрыгнула, ожидая увидеть черноволосую девушку, которая забрала у Эальдора ободок. Но из куста выползла старая облезлая вэйта. Она протерла кулаком глаза и уставилась на нас. -Эльфы… - прошептала он, как мне показалось, с ненавистью. Лиа и Фаэра схватились за мечи, которых у них не было. Я нащупывала в кармане платья кинжал. -Хочешь нас убить? – спросила Лиа дрожащим голосом. Голос дрожал не от страха, а от злобы и от безысходности. Я все еще пыталась найти в кармане кинжал. -Нет, я ни с кем не воюю. Ни эльфы, ни хейвы мне не враги. Все народы должны жить в мире, - сказала вэйта. -Никогда бы не подумала, что вэйта может так думать! – покачала головой Фаэра, пытаясь оторвать у дерева увесистый сук. -Может быть, я единственная вэйта, которая так думает, - ящерица вздохнула. – За это убеждение меня выгнали из племени… Девочка, перестань рыться в кармане, кинжал у тебя за корсетом! Я открыла рот от изумления. -Я могу вас убить этим кинжалом. -Попробуй, если хочешь. Но ты этого не сделаешь, потому что не сможешь убить существо, которое не нападает на тебя. -А ты не нападешь? -Зачем? – искренне спросила вэйта. Очень искренне она это спросила, и если раньше я была уверена, что она заговаривает нам зубы, чтобы убить, то теперь начала сильно в этом сомневаться. -Ты разве не ненавидишь эльфов? – поинтересовалась Лиа. -Мне некого ненавидеть. Я всего лишь старая вэйта – даже по меркам вэйт. Но никто никогда не делал мне зла. Все существа мира – мои друзья. -И даже эльфы? – переспросила Фаэра. -Вы не верите… - вэйта сняла с шеи украшение, протянула мне. – Держи, и поверь, что ящерица тоже может быть другом. -Что это? - спросила я, повертев в руках маленький острый предмет. -Это мой коготь. Я слышала, в Белиндейне это модное украшение. Многие эльфы носят поддельные когти вэйт. Я не стала уточнять, что большая часть носит настоящие когти, снятые с убитых вэйт. -Это – настоящий коготь вэйты. И я дарю его в знак дружбы. Кстати, мое имя – Олина. Я посмотрела на Лию и Фаэру. Фаэра перестала пытаться отодрать от дерева ветку. Лиа стояла с широко открытыми глазами. -Мне пора идти, - продолжила вэйта. – Скоро тут будет эльф с серьгой в ухе. Он не такой сговорчивый, как вы. Вэйта встала, побежала в траву и скрылась из виду. Через пару секунд на поляну вышел Ромэль. -Что вы тут делаете? Марш в лагерь! Тут могут быть троглодиты! Мы поплелись в лагерь. Я пошла в домик к умельцу Кларку. -Кларк, ты не мог бы прикрепить к этой вещице застежку? -Что это? – Кларк взял коготь вэйты и покрутил. -Это коготь вэйты. -Где взяла? – нахмурился Кларк. -Неважно. -А все-таки? -Я ответила – мы с вэйтой подружились, она подарила в знак… -Согласия и любви? -Не смешно, Кларк. -Ладно, я не против, чтобы ты с ящерами дружила – серьезно ответил Кларк. - Они – тоже существа. -Спасибо, Коралкин, что понял. Скажи, ты сможешь сделать из этого когтя брошь? -Брошь – вряд ли. Я смогу сделать медальон. -Я и на медальон согласна! Через полчаса медальон был готов. Я пошла разыскивать сестер. Я нашла их – они разговаривали с Фаэтом. -Скажите ей, - предложил он и отошел. -Что вы хотите мне сообщить? -Я, Лиоанна и Фаэт немного пообщались и решили, что тебе надо учиться сражаться, – сказала Фаэра. -А сами вы учиться не хотите? -Нас обучали искусству сражения, когда мы жили во дворце. А тебя обучить не успели. -А зачем мне это вообще надо? -Как это зачем? А если на тебя нападут? -Я никогда не гуляю одна. Либо с вами, либо с эльфами. Меня есть кому защитить. -Не всегда. Например, только что мы встретились с вэйтой. Что бы было, если бы вэйта захотела нас убить, и накинулась бы на тебя? Мы не успели бы тебя защитить! – сказала Лиоанна. -И вспомни троглодитов, - вмешалась Фаэрина. – Ты не помогала нам, потому что не умеешь стрелять. -А когда на Эальдора напала девушка? Ты хотела Эальдору помочь! И не смогла. -Не смогла, потому что не было оружия! Лиоанна закатила глаза. -Но я согласна, - быстро проговорила я. - Только здесь я все равно учиться не смогу – учителей нет. -Нет, ты не отвертишься. Мы уже обо всем договорились с Фаэтом. -Меня будет обучать Фаэт? Если бы вы сказали сразу, я бы согласилась! – сказала я, потом уже поняв, что Фаэт стоит рядом и слышал то, что я сказала. -Нет, Фаэт не будет тебя учить. Он нашел тебе учителей. По странной случайности, здесь оказались именно те существа, что обучали искусству сражения его и Фреймора. -Кто они? -Гном по имени Горип и хейв Даден. Их шатер располагается на краю деревни, у леса. Они будут ждать тебя через полчаса. Я стояла с открытым ртом. -Иди, собирайся, сестренка! Тавр стоял на холме. -Никого нет. Никого нет. Все чисто, - повторял он. Кентавры паслись на поляне, а Тавр следил за тем, чтобы на горизонте не было драконов. Хотя драконы никогда не появлялись, но… Береженого Сарн бережет. Тут Тавр кого-то заметил. -Тихо, ребят. Кто-то на горизонте. Кентавры навострились. -Кто-то на лошади… На серой лошади. И в мантии. Ребята, это же Синий Колдун! -Тот самый, который нас подставил? -Он самый. Отомстим ему? -А-а-а! – заорали кентавры и поскакали к Колдуну. Тавр обогнал их всех и бежал впереди. Колдун не уезжал. Он сидел на лошади и смотрел на приближающихся к нему кентавров. -А-а-а! – крикнул Тавр, встал на дыбы и спихнул Колдуна с лошади. Лошадь быстро ретировалась. Тавр встал передними копытами на грудь Колдуну. -У кого есть что-нибудь острое? – спросил он, удерживая Колдуна прижатым к земле. Тавр чувствовал, что Колдун не сопротивлялся. Вообще не сопротивлялся. Один из кентавров – темный, с серой подпалиной на боку - протянул Тавру меч. Тавр вонзил меч в то место, где, по его расчетам, у Колдуна должно было находиться сердце. Тело хейва дернулось. -Что теперь? -Теперь нужно сделать так, чтобы он не ожил. Ни в коем случае не ожил. -И как это сделать? -Мы разрежем тело на куски и бросим в море! – Тавр поудобнее перехватил меч и принялся за работу. Минут через десять то, что некогда называлось Синим Колдуном, превратилось в кровавую мясную кашу. Тавр снял с себя плащ, завязал куски и перевязал. Он оттер меч о траву и отдал его темному кентавру. -Теперь поскакали к морю! Глава 20. «Тренировка! Какая глупость! Зачем мне учиться драться? Я и так могу постоять за себя!» - думала я, собираясь в зал, знакомится с учителями сражения. Белая туника с кружевами, жемчужная диадема в волосах, легкие атласные туфли. Я произведу впечатление на гнома и хейва! Подойдя к залу, я увидела их. Гнома и хейва. И несколько хейванок – в БРЮКАХ! О, светлая Альбейн! Надо переодеться, а то меня заставят носить мужскую одежду! Я быстрым шагом вернулась домой. Что же мне надеть? Без кружев, драгоценностей, и покороче? Порывшись немного в шкафу, я обнаружила короткую амазонку розовато-бежевого цвета с бретелью через плечо. Я быстро примерила платье. Если немного блестящих камушков отпороть – вот тут, на плече - не будет украшений; завязать потуже шуровку на талии – и платье поднимется выше колен. Я оделась, слегка подкрасила губы… Чуточку цветочной воды на запястья… Достала нож, отпорола камни… Хейванки были в сапогах – долой туфли! Натянула бежевые сапоги до бедер. Стала выше из-за каблуков сантиметров на семь. О, нет! К такому костюму не идут мои кудряшки! Распустила волосы, расчесала мягкой щеткой, поспешила обратно. У ворот зала меня встретил гном. -Евлалия? Я кивнула. -Ты опоздала на два часа. На Золотых горах снова собралась огромная толпа драконов. Их крылья блестели на солнце, и горы действительно казались покрытыми золотом. После смерти черного дракона вожаком стала огромная синяя самка, его жена, Тиара. Это она позвала всех драконов. -Я собрала вас, чтобы объявить: Колдун сообщил, что на острове Синематра готовиться восстание. Я приказала проверить. Вчера он, прибывший недавно с большой земли Тритон, - Тиара указала на синего дракона (это был Тритон), - летал туда… -И что же? -Восстание уже было! – взревел Тритон. -Но как это касается нас? -Колдун сказал, что после восстания войско демонов нападет на нас, - ответила Тиара. -Но почему мы должны ему верить? Из-за него мы вместо войска хейвов разгромил торговый караван, - возразил кто-то. - И наше счастье, что хейвы не напали на нас. -Они не напали до сих пор, не нападут и сейчас. Хейвы заняты войной друг с другом. А мы должны защититься от нечистой силы с острова Синематра! -Тиара, что ты предлагаешь? – спросил старый дракон, настолько старый, что рога его поломались, шипов на хвосте не было, и даже непонятно было, какого он цвета. -Я считаю, мы должны первыми напасть на Синематру. -Зачем? -Они не ожидают нападения, я уверена. Мы – драконы, сильнейшие существа в этом мире! К тому же, если мы разгромим восставших демонов и вампиров, хейвы будут должны нам! И точно не напдут на нас! -Я согласен, в словах Тиары есть смысл, - кивнул старый дракон. – Но разумно ли оставлять наши горы без охраны? Не знаю. Я считаю, нужно провести голосование. Кто хочет напасть на восставших демонов? Почти все драконы подняли руки и захлопали крыльями. Малая часть тех, кто оказался против, немного смутились. -Мы нападем на остров Синематра: принято единогласно! – объявила Тиара. – А тех, кто оказались против, я оставлю защищать горы, - добавила она. – Оставлять наш дом без охраны будет действительно неразумно. -Когда вы вылетаете? – спросил старый дракон. -Сейчас же! – Тиара захлопала крыльями и взмыла в воздух. За ней – Тритон. -Нет, Тритон! Ты останешься здесь, и будешь защищать горы. Эти горы – теперь и твой дом! Тритон опустился на камни и потупил взор пред грозной, но справедливой Тиарой. -Эй, вы, ящерицы крылатые! Взлетайте, взлетайте скорей! Нас ждет битва! Я чую вкус крови! После призыва Тиары другие драконы начали медленно, словно нехотя, подниматься. Воздух наполнился оглушительным хлопаньем крыльев. -На юг! – Тиара махнула крылом, и огромная стая тяжело потянулась вперед. Драконы медленно скрывались за горизонтом. Оставшиеся наблюдали за улетающими, приложив крыло к глазам. -И все же, это неразумно… - повторил старый серо-бурый дракон и глубоко вздохнул. Тритон отвернулся и фыркнул. Я опоздала на тренировку. Из-за этого гном еще добрых полчаса не хотел со мной разговаривать. Смягчился он только тогда, когда я, сделав печальные глаза и губки бантиком, грустно-прегрустно попросила прощения за опоздание. -Меня зовут Горип. Запомни. Пойдем, я познакомлю тебя с Даденном. Я последовала за Горипом, и вскоре увидела хейва, который ногами лупил столб. Это и был Даден. Даден и Горип вместе представляли собой странную парочку. Горип был невысокий, коренастый, с длинными рыжими волосами, которые он заплетал в косы. Даден оказался высоким, темноволосым и мускулистым хейвом. Даден учил обращению с мечом и стрельбе из лука. Горип преподавал рукопашный бой и езду на лошади. (Было смешно наблюдать, как низенький гном пытается показать мне, как правильно забираться на лошадь.) А еще в самом начале, сразу после знакомства, оба пытались заставить меня переодеться в брючный костюм. Но я категорически отказалась (все 27 раз, которые они мне предлагали) и заявила, что НИ ЗА ЧТО не надену мужские штаны. Дадену и Горипу пришлось смириться. Странная вещь: раньше я считала, что стоит мне взять меч, как рука сама начнет сражаться, а стоит мне взять лук, как он сам начнет стрелять. Но когда Даден начал показывать мне, как правильно меч держать, я поняла, что никогда в жизни не догадалась бы взять меч именно так. Стрельба из лука мне сначала не удавалась вообще: стрела улетала метра на полтора максимум. Когда же речь дошла до рукопашной битвы, я, во-первых, пожалела, что не согласилась надеть брюки, во-вторых, поняла, что тут я не умею совсем ничего. Да, мне еще многому предстоит научиться! Дара выскочила из лодки и оправила юбку. -Спасибо! – крикнула она сидевшему в лодке Лильяну, чуть заметному в утреннем тумане, который шел от моря. -Прощай, ребенок! Желаю тебе найти короля или королеву! Лодка медленно отчалила, почти невидно и неслышно поплыла. Можно было лишь обратить внимание на легкий плеск волн и борта и на красноватое мерцание, которое шло от глаз темноволосого вампира. Дара медленно пошла вперед. За время путешествия в лодке в сидячем положении у нее здорово отекли ноги, и теперь ей казалось, что ступни ее колют иголками. Ее самым большим желанием было сесть на лошадь и поскакать. К сожалению, лошади у нее не было. К тому же – очередная неприятность, которую Дара еще даже не осознала – она не знала, куда идти. Она брела вперед, прочь от моря. Она была уверена, что скоро придет в королевство Дарк (которое было ближе к южному берегу, чем королевство Брайт), найдет короля и сообщит ему важную вещь: ее отец, Альфер, Колдун, решил устроить Великую войну! Дара бы не обвиняла отца – она бы рассказала, что разум Альфера поработил дьявол. Она бы попросила короля освободить отца. Королю это удастся – недаром ведь он король! Внезапно девушка увидела вдалеке тени, смутно напоминающие лошадей. Ей в голову моментально пришла мысль, что поймай она лошадь, она добралась бы до короля куда быстрее. Она кинулась к теням. Нет! Это были не лошади, это были всадники. Дара отчетливо видела лошадиные крупы и туловища хейвов на них. -Эй! Эй! – закричала Дара. Всадники поехали к ней. Чем ближе они подъезжали к Даре, тем шире Дара открывала глаза. Она видела тело лошади, она отчетливо видела верхнюю часть туловища хейва, но она не видела ног хейва, и – она была абсолютно уверена – она не видела головы лошади! -Кто здесь? – раздался мужской голос, и из полутьмы к Даре вышел высокий серый в яблоках конь…или хейв. Верхняя часть существа была хейвская, а нижняя – лошадиная. За ним виднелись еще несколько таких же существ. Дара отшатнулась: -Кто ты? – спросила она. -Я – кентавр, мое имя – Тавр, - довольно доброжелательно ответило существо. – А ты, похоже, детеныш хейва. Как твое имя? -Дара. Меня зовут Дара, - ответила девушка. – Простите, я испугалась. Я никогда не видела кентавров. Я пришла из южных пустынь. Я должна поговорить с королем Дейвом как можно быстрее. Кентавр внимательно выслушал, только на последней фразе усмехнулся. -Короля не так то просто повидать! -Меня он выслушает! Я вплавь преодолела Южные воды, чтобы доложить ему важные вести о Колдуне! – про Южные воды Дара упомянула, вспомнив, какое впечатление упоминание о них произвело на духов и вампиров. Но кентавр остался абсолютно равнодушен к Южным водам, зато он заметно оживился, когда услышал про Колдуна. -О Колдуне? О Синем Колдуне? -Не знаю, - растерялась Дара. – Его зовут Альфер, он маг - ажвар. Да, он носит синюю мантию. -Его называют здесь Синим Колдуном, девочка. Какие вести есть у тебя о нем? – глаза кентавра горели интересом. -Это я скажу только королю Дейву или королеве Селене! -Если ты расскажешь мне, я помогу тебе добраться до короля или королевы! Дара задумалась. -Хорошо. Дело в том, что разум Колдуна кто-то поработил. Он хочет развязать великую войну… Кентавр несколько раз кивнул и пробормотал. -Сказал драконам… Сказал нам… Развязал войну… Все сходиться… - кентавр помолчал, и добавил: - Это неважно, деточка. Колдун мертв. -Я не верю! – воскликнула Дара. – Его не могли убить. -Я сам это видел. Он мертв. Тебе нет необходимости разговаривать с королями. -Я не верю в то, что он мертв! Отвезите меня к королю или королеве, вы обещали! Кентавр подумал немного. -Да, я обещал. Я отвезу тебя. Он опустил руки вниз, поднял Дару и посадил на свой круп. -А почему вы сверху хейв, а снизу лошадь? – спросила Дара. -Потому, что я кентавр. -А кентавр – это ребенок лошади и хейва? – спросила Дара. Альфер говорил ей когда-то, что кентавры и лошади – разные существа. Но она не поверила, и решила теперь уточнить это у самого кентавра. Кентавр расхохотался. -Какая глупость! – проговорил он сквозь смех. -А кентавры женятся на лошадях? – еще раз уточнила Дара. Кентавр чуть не задохнулся от смеха. -Скрестить кентавра и лошадь – то же, что поженить эльфа на обезьяне! «То же самое мне, помнится, отец говорил!» - подумала Дара про себя, и громко фыркнула: -Но ведь кентавр и лошадь похожи! -Эльф и обезьяна тоже похожи! Эльфы – это лысые обезьяны… -Хейвы тоже похожи на лысых обезьян, - возразила Дара. – Я хейв. Получается, я лысая обезьяна? -Получается, что так. Но ты не волнуйся. Мы не эльфы, на внешность не смотрим… -А долго скакать до королевства Дарк? – спросила Дара, которая внезапно почувствовала себя усталой. -Долго. Ты можешь вздремнуть, - участливо посоветовал кентавр. Дара не преминула воспользоваться его советом. Глава 21. Прошло трое суток. Даден и Горип с грехом пополам выучили меня искусству сражения. Вернее, выучили они хорошо – так хорошо, насколько это можно было за три дня. Сегодня у меня болели ноги (от бега и взмахов), ныли руки (ведь за трое суток я почти не выпускала меч из рук), а глаза почти ничего не видели (целиться в мелкие мишени из лука – не шутка). Зато мне удалось изучить то, что проходят месяцами, за три дня. И я знала, что сегодня мне вручат недавно выкованный меч. -Ева, просыпайся! – услышала я над ухом голос Фаэта. -Я не сплю, - я открыла уставшие глаза. -Скоро начнется церемония. Ты не хочешь подготовиться? -Нет, - я не врала. За то время, пока я училась сражаться, мое отношение к нарядам совершенно изменилось. Я поняла, что если заплетать волосы в косы, не красить глаза и губы и по восемь раз не переодевать платья, можно сэкономить достаточно времени и поспать чуть дольше. -Ева, твои муки закончились. Встань, одень красивое платье, возьми меч. И будь горда собой! – Фаэт наклонился, как будто хотел поцеловать меня, потом подумал немного, отстранился и вышел. «Фаэт прав!» - подумала я, сожалея немного, что он меня не поцеловал, и почти не думая о том, как на наш поцелуй мог отреагировать Фрей, если бы узнал. Я через силу поднялась, открыла сундук. Немного порывшись, я нашла красивое платье: оно было длинное, с открытыми плечами. Кое-где из белой ткани были вырезаны куски, и на их месте красовалась сеть разных цветов. Я переоделась и вышла. Фаэт ждал меня. -Ева, они приготовили помост рядом с шатром Дадена и Горипа. Я тебя провожу, а то ты шатаешься от усталости. Фаэт провел меня к шатру, и я действительно увидела помост. Рядом стояли мои сестры, эльфы из экспедиции и почему-то жители деревни. -Лиа, что это за глупости? Что происходит? Зачем столько народу? -Фреймор решил устроить тебе настоящую церемонию вручения меча. -Для вас с Фаэриной тоже проводили такую церемонию? -Да. Но там присутствовали только наши друзья и родственники. Но тебя там не было. Я не помню, почему… -Ева! – это Фреймор кричал с помоста. – Подойди сюда. Я подошла. Эальдор подал Фреймору что-то длинное, завернутое в плотную ткань. -Вот твой меч! – Фреймор снял ткань, и я увидела прекрасный длинный меч из светлой стали. Рукоять меча обвивала ящерица с глазками из темных камней и шипами на спине. Фреймор протянул мне меч. Я взялась за рукоятку, и почувствовала, что этот меч намного легче учебных. Фрей обнял меня и поцеловал в щеку. Я, признаться, подумала, что лучше бы меня поцеловал Фаэт. Но мои мысли перенеслись на прекрасный, легкий, блестящий под солнцем меч, которым я, правда, не планировала пользоваться, ибо не люблю оружие. -У меня для тебя есть сюрприз, - сказал Фрей. Он щелкнул пальцами и Виктор вывел на поляну… мою любимую лошадь Стрелку. -Стрелка! – я кинулась к лошади, чмокнула ее в загривок. Стрелка посмотрела на меня умными глазами, и на ее морде появилось нечто вроде улыбки. Я тоже улыбнулась. -Девочка, просыпайся… - послышался над ухом Дары ласковый, немного хрипловатый голос. Дара вскочила… и чуть не упала с лошади. Вернее, с кентавра. Того самого, серого в яблоках, на котором она ехала. Кентавр перехватил Дару. -Смотри! – он указал на темно-серый город, который казался еще темнее в надвигающихся сумерках. – Это столица королевства Дарк, Даркнейр. Посередине города стоит дворец. Там живет король Дейвлин. Попробуй пробиться к нему. Желаю удачи. -Спасибо, что помогли добраться до города! – поблагодарила Дара. -Не за что! – кентавр махнул хвостом и поскакал прочь от города. Его друзья и соплеменники, которые следовали за ним до города, поехали за ним и теперь. Дара зашагала в город. Хрустнула ветка. -Тише! – шепнула Кларк. – Кто-нибудь услышит! Фаэра нервно хихикнула: -Мы же не делаем ничего плохого! -Да. Всего лишь смылись с церемонии вручения оружия твоей сестре, во-первых, и принцессе Белиндейна, во-вторых. Если Фреймор узнает, что я не стоял и не пялился на твою сестру, как ненормальный, он мне горло перережет. -Это Фрей-то? Да он и мухи не обидит! В конце концов, попросишь защиты у Фаэта. -Фаэт тоже в восторге от твоей сестренки. Он мне сам голову оторвет, если узнает, что я смылся. Фаэра снова хихикнула. -Тебе наверняка от Евы достанется. -Мне? От Евы? Ты что! Во-первых, она младше, и уважает меня… Кларк улыбнулся. -…Во-вторых, она поймет, ради чего я ушла, - сказав это, Фаэра покраснела. Повисло немного неловкое молчание. -Смотри, - Коралкин указал на просветы между деревьями. – Там должен быть ручей! Пойдем туда! -Это не ручей. Это же река целая! Эльфы подошли к воде и сели на траву возле реки. Фаэрина сняла туфли и опустила ноги в прозрачную воду. -Холодная! – по спине Фаэры поползли мурашки. -И, кажется, здесь глубоко! Осторожно, не упади! -Я за землю крепко держусь. -Может, все же вынешь ноги из воды? Сама говоришь, что холодно. К тому же не дай Альбейн, течение сильное. Фаэра поставила ноги на траву и отряхнула с них капельки воды. -Жаль, полотенца нет… -Тихо! – перебил ее Кларк и поднял палец. – Тут кто-то есть, мне кажется! Бульк! Коралкин только и успел увидеть темные, загорелые ноги, обутые в ярко-желтые мягкие сапожки. Фаэрина, которую эти ноги толкнули, плюхнулась в реку и погрузилась воду с головой. Коралкин чуть было не полетел вслед за ней, но схватился за ветку. Развернувшись сидя, он своими ногами подсек чернокожую темноволосую девушку. Девушка упала. Коралкин и незнакомка вскочили почти одновременно. Кларк опередил девушку на долю секунды, но эта самая доля секунды спасла жизнь и ему, и Фаэре (которая бултыхалась в холодной воде, уносимая течением). Когда девушка вытащила из ножен острое лезвие, Кларк уже занес ногу в сапоге для удара. Лезвие улетело в реку, девушка с криком схватилась за руку. Коралкин вытащил свой меч. Нет, он не стал бы, конечно, нападать на незнакомку. Он надеялся, что девушка испугается и убежит. На его счастье, так и произошло. -Кларк! Коралкин обернулся и увидел Фаэру, которая до этого цеплялась за ряску у берега. Ряска оторвалась, и девушку начало относить течением. Кларк, долго не раздумывая, кинулся в реку. Ледяная вода обожгла его, будто бы он упал в огонь. Он видел Фаэру, которая изо всех сил сопротивлялась течению. Кларк подплыл к ней, схватил за руку и направился к берегу. Плыть, загребая одной рукой, было трудновато, но Кларк всю жизнь слыл сильным эльфом. Ему удалось вытянуть на берег Фаэру, забраться на траву самому. Он тяжело дышал. Рядом откашлялась Фаэра. -Больше никогда не пойдем гулять к воде, хорошо? Глава 22. После того, как мне вручили меч (я, кстати, почти сразу же повязала на рукоять маленький, но пышный и красивый белый бант), мы снова (в который уже раз?) оседлали лошадей и двинулись в путь – к Амадену. Я ехала на своей любимой Стрелке. Я радостно улыбалась предстоящему дню. Моя лошадь – со мной, а на левом бедре висит с белых ножнах светлый меч, с которым я даже умею обращаться! Путь наш пролегал по дороге вдоль леса. Я ехала в гордом одиночестве впереди всей колонны. Немного позади меня скакали Нала, Лиа и Фаэра – они разговаривали и смеялись. За ними следовали Фреймор и Фаэт – они о чем-то тихо, но яростно спорили. После ехали эльфы, которые перешучивались между собой. От их веселой компании отделился Эальдор и подъехал ко мне. -Привет, Ева! Тебе не скучно? -Нет. А ты хочешь предложить мне еще один раз прокатиться наперегонки? Не боишься потерять еще один ободок и еще одну лошадь? -А ты боишься, что снова проиграешь? -Нет. Теперь со мной моя Стрелка. Мы с ней обгоним кого угодно. Хочешь попробовать посоревноваться в скорости? -Мне не хочется лишиться этого ободка, - улыбнулся Эальдор. – Он особенный! -Да. Он делает тебя похожим на девушку. Ты странный, Эальдор. -Я странный? Я никогда не ожидал услышать подобное от эльфийки, которая повесила бант на рукоять меча! -Попрошу обойтись без комментариев на тему того, как я украшаю оружие! Эальдор засмеялся. Я тоже. К нам подъехал Фреймор. -Ева, тебе не холодно? – спросил он. -Нет, - ответила я. -По-моему, дует очень пронизывающий ветер. Может, тебе дать плащ? -Нет, спасибо. Мне хорошо и без плаща. -А ты не устала скакать на лошади? Хочешь, мы устроим привал? -Нет. Я не устала. И есть не хочу. Жажда меня не мучает, и я выспалась, - ответила я. Эальдор тихо захихикал и отъехал от нас. Однако Фреймор не понял явного намека в свой адрес. -Как ты думаешь, троглодиты все еще бродят где-то здесь? -Не знаю. -Я думаю, что да. Поэтому тебе следует держаться поближе к отряду. Вдруг они нападут. -Хорошо, я учту. -Если они нападут – кричи. -Зачем? Отряд едет сразу за мной. К тому же, - я указала на меч, - я смогу за себя постоять! -Мне все-таки кажется, что ты устала. Ребята, привал! – скомандовал Фреймор. -Фрей, я же сказала, что не устала! -Ты притворяешься. Но я же вижу… Эльфы нехотя стали слезать с лошадей. Виктор начал разжигать костер. Ромэль ушел за хворостом (его любимое занятие). Гном копался в мешке со съестным и пытался отыскать что-нибудь побольше и повкуснее. Девочки – Лиа, Фаэра и Нала – пошли искать ручей. -Фрей, - крикнул Виктор, - у тебя есть кремень? Я потерял один! -Подожди, секунду, Ева! – Фрей слез с лошади и пошел к Виктору. Сейчас он вернется и начнет снова приставать ко мне дурацкими вопросами: «Тебе не холодно? Ты не хочешь есть? Я же вижу, что хочешь! Открой ротик…» Как мне это надоело! Я ударила Стрелку рукой по крупу и поскакала в лес. Я проехала минут пятнадцать, и обнаружила красивую поляну. Я слезла с лошади и села на поваленное дерево – отдохнуть. Я знала, что Фреймор поймет, что я убежала – опять. Только теперь без сестер. Начнет меня искать. Будет волноваться. «Вот и пусть Фрей помучается…» - мстительно подумала я. Вдруг Стрелка начала прыгать вокруг меня, будто хотела мне что-то сказать. Она то грозно фыркала, то галопом скакала вокруг нашей маленькой полянки, то крадучись приближалась ко мне, то беспорядочно бегала. -Враги? – не поняла я. – Где? Стрелка еще раз обежала вокруг поляны. -Нас окружили? – воскликнула я, схватившись за подаренный меч, но было уже поздно. Вокруг поляны, даже не думая скрываться, стояли троглодиты. Эти отвратительные создания темно-зеленого цвета, с огромной головой, большую часть которой занимала акулья пасть, держали в руках утыканные гвоздями палицы. Обычно троглодиты наматывают кишки побежденных врагов на эти самые палицы. Да, троглодиты способны любому внушить омерзение. Не только мне - эльфийке, воспитанной в роскоши. Кольцо троглодитов медленно сжималось. Их мокрая змеиная кожа, которая была прочнее любой брони, мертво блестела на солнце. Стрелка тревожно заржала. Я быстро размышляла: «Фреймор должен был уже заметить мое отсутствие и начать искать меня. Надо задержать троглодитов до появления отряда. Единственный способ это сделать – вступить в бой. Они не такие тупые, чтобы не догадаться, что где-то здесь мой отряд. Может, закричать, дать знать отряду, где я? Нет, ни за что. Особенно после того, как я сбежала». Я лихорадочно сглотнула и достала меч из ножен. На церемонии он показался мне легким, но сейчас рука дрожала под его тяжестью. «Окружена. Троглодитами. Опять!» Я подняла меч вверх. Запястье заныло, но на этот раз я не собиралась сдаваться. Я закрыла глаза. -Сейчас посмотрим, чему меня научили Даден и Горип, - с этими словами я бросилась в бой, применив запомнившуюся тактику. Откуда я знала это ката – танец смерти? Я не помнила. Говорят, что у эльфов прекрасная память, но сейчас она дала брешь. Я кружилась по поляне в течение минуты. Нескольких врагов я поразила, я это чувствовала. Но вокруг было не меньше полусотни троглодитов. Наконец я так устала, что уже больше не могла сражаться. Спина, ноги и руки ныли. Но ничего, если отряд не прибудет сейчас же, то я уже через секунду ничего не буду чувствовать. Я воткнула меч в землю и рухнула на колени – ноги отказывались меня держать. Я обнажила шею, но глаза не открыла. Не хочу видеть, как меня убьют. Я вспоминала уроки Дадена и Горипа: «Когда палица прорывает шейные позвонки, она ломает кости. Если шейные позвонки не сломаны, хейва ждет медленная смерть. Если наложить повязку на рану, раненый умирает от удушья. Если повязку не накладывать, он умирает от потери крови...» Троглодиты медлили. Они не убивали меня. Я подождала некоторое время, но удара все не было. Тогда я открыла глаза. Поляна была усеяна трупами троглодитов. Сегодня Генор пораньше освободился от своей скучной работы. Еще засветло он вылетел из окон своего дома в драконьем обличье. И он уже полчаса летал кругами над Амаденом и искал Пантеру. Но тщетно. «Так я и думал», - подумал он. – «Она узнала, что я маг, и больше не хочет со мной общаться!» Генор развернулся и полетел на восток, прочь от города. Он летел, видя под собой реки, похожие на синие нитки, видел темно-зеленые полотна лесов и желтые степи. Он опустился пониже, чтобы полюбоваться видом, открывавшимся сверху. Но – что это…? Он увидел маленькую светлую фигурку, окруженную темными телами. Генор опустился еще пониже. «Какое-то невысокое существо с длинными волосами цвета соломы и белом балахоне… Кто бы это мог быть?» - подумал Генор. Внезапно его осенило: «Это девушка!» Маленькая серебряная полоска блеснула в руке у девушки. Генор догадался, что это меч. Страшные темные существа сужали круг. Девушка подняла меч вверх и кинулась в атаку. Она кружилась по поляне, махая мечом направо и налево, но не поражая ни одного существа. Благодаря беспорядочным движениям ей удавалось уворачиваться от атак этих существ. «Э-э-э, так она движется с закрытыми глазами!» - сообразил Генор. Он опустился немного пониже. Тут он увидел, что одно существо занесло над девушкой палицу, готовясь раздробить воительнице голову. Девушка этого не видела. В этот момент она поразила первое существо, которое было настолько тупо, чтобы кинуться под меч. Еще одна секунда – и девушка погибла бы. Но Генор не наблюдал больше. Он кинулся вниз и когтями перерезал горло существу, и, незаметно даже для себя самого, поставил крестик на левой щеке. Существо, оказавшееся вблизи низкорослым и покрытым зеленой чешуей, упало. Девушка кинулась куда-то вправо, при чем выглядело это так, будто ее занесло под тяжестью меча. И снова кинулась к ней пара чешуйчатых существ, пытающихся убить ее. И снова Генор опередил их, перерезав острыми когтями горла существ. И снова он машинально поставил кресты кровью на левых щеках существ… Так продолжалось до тех пор, пока на поляне не осталось ни одного живого троглодита. А девушка с закрытыми глазами все еще продолжала метаться по поляне. Генор обратил внимание на ее необычно острые уши. «Это не хейв…» - подумал он, и вспомнил, что слышал от кого-то в городе выражение «остроухие мерзавцы». Генор понял, что спас эльфа. Он взлетел немного повыше и увидел отряд длинноволосых существ на лошадях, которые скакали к поляне, изо всех сил погоняя лошадей. А в это время эльфийка под ним воткнула меч в землю и уселась рядом. «Что ж, я спас ее. И не оставил следов…» - Генор полетел на восток, обратно к Амадену: - «Хватит на сегодня и одного спасенного эльфа…» Глава 23. Я сидела и тщательно вытирала окровавленный меч о траву. Раздался топот копыт, и на поляну влетели эльфы. Эальдор, оглядев поляну и трупы троглодитов, присвистнул. Фаэт, увидев меня, подбежал ко мне и разразился длинной непонятной фразой, где почему-то была упомянута моя мать. -Что здесь произошло? – спросил он потом. -Я сражалась с троглодитами. Коралкин ходил по поляне и осматривал трупы. -Смотрите, как странно. У каждого из них Ева поставила мечом крестик на левой щеке. -Как тебе это удалось? – спросил Ромэль. Он, похоже, не интересовался ни моим исчезновением, ни тем, что я нашлась, ни тем, что я убила в одиночку кучу троглодитов. Его больше беспокоили крестики. -Не знаю, - пожала плечами я. – Наверное, это издержки тактики. -Не припомню, чтобы меня Даден и Горип учили ставить крестики на лице побежденных существ, - пробормотал Фаэт. -Может, они изучили что-то новое и передали мне. А может, это просто ритуальные татуировки, и они сами себе эти крестики нарезали. -Нет, надрезы сделаны эльфийским мечом. -Ева, - обратился ко мне Виктор. – Ты убегаешь уже во второй раз за несколько дней. Это напоминает нездоровую тенденцию… -У тебя всё напоминает нездоровую тенденцию, - прервал его Фаэт. – Ева, садись на лошадь. Поехали обратно! Я села на лошадь и поскакала вперед. Меня нагнали Фрей и Фаэт. Фрей пристроился слева, а Фаэт – справа. Они не отъезжали от меня ни на шаг. Я ехала быстрее – они ехали быстрее. Я замедляла шаг лошади, и они останавливались. -Можете от меня уже отъехать! – взмолилась я. - Я не убегу! -Кто тебя знает! – пробурчал Фрей. Тавр неторопливо скакал по траве. Под копытами хрустели мелкие камешки. Невдалеке за ним следовали другие кентавры. -Странная девочка, - сказал один из них. – Говорили ей, что Колдун мертв. Повторяли по десять раз – умер, умер. А она как заладила, что должна поговорить с королем или королевой, так и не отстала. Пришлось отвезти ее в Даркнейр. Тавр хмыкнул и хотел возразить, что к королю маленького наглого детеныша хейвов все равно не пустят, как вдруг внезапно какая-то страшная сила заставила его упасть на траву. -Колдун, Колдун! – закричал кто-то. – Он снес Тавра! -Тавр, - несколько голов склонились над кентавром. – Это Колдун! Он напал! Как помочь тебе? Тавр почувствовал, что он не может шевелиться. -Никак… - прохрипел он. – Не надо… Бегите… Послышался топот копыт. -Проследите, чтобы ребенок дошел до короля… - хрипел Тавр, но рядом уже никого не было. Тень упала на Тавра. Над телом Тавра склонилась голова хейва. И серая голова коня. «Тот же самый конь…» - подумал Тавр. -Вот мы с тобой и снова встретились, вождь кентавров, - проговорил Колдун, глядя своими пустыми глазами в глаза Тавру. – В прошлый раз ты пытался убить меня. Сегодня моя очередь. -Как ты выжил? – спросил Тавр. -Никто не знает, есть ли в пучине морской русалки… - Колдун странно засмеялся. – Я теперь знаю. Они спасли меня. Они отыскали в воде куски моего тела и соединили их. Они оживили меня. Их холодные сердца радостно забились, когда я обещал им владычество на море. Они весело облизывали острые зубы, когда я обещал им теплую кровь хейвов, которая польется в океан рекой! -Ты дьявол! – воскликнул Тавр. И почувствовал, что больше не может дышать. Колдун около двух минут наблюдал за предсмертными конвульсиями кентавра. Наконец Тавр затих. Колдун глянул в остекленевшие глаза кентавра. -Ты угадал, Тавр, - произнес Колдун чужим голосом и глухо засмеялся. Глава 24. К вечеру мы доехали до прекрасной долины. Становилось темно, и мы решили разбить там лагерь. Эльфы остались. Нала же сообщила, что нисколько не устала, и поскакала дальше. Наверное, ей хотелось поскорее добраться до Амадена. Пока мальчики ставили шатры, сестры успели прочесть мне по три лекции каждая на тему «Как плохо убегать в неизвестном направлении». -Тебя могли убить! -Но так не убили же! -Не понимаю, как ты могла так поступить! Мы все волновались! Ты плюнула к нам в душу! – это подошел Фреймор. -Фрей, это из-за тебя. -Что? – эльф оторопел, его уши взметнулись вверх. -Ты слишком сильно обо мне заботишься. Мне хотелось доказать, что я уже самостоятельный эльф. Не надо советовать мне, куда поставить ногу! Я не хочу, чтобы контролировали каждый мой шаг! – я развернулась и пошла в шатер. -Хорошо, Ева. Хорошо, - согласился Фрей. – Куда ты? -Переодеться к ужину! – бросила я через плечо. «Он невыносим!» Для ужина я выбрала голубое платье. На груди оно было нежно-голубым, как утреннее небо, вниз шло синими волнами, а у подола приобретало оттенок морской волны. К платью я подобрала синие туфли, усыпанные блестками. Ужинали молча. Только иногда Лиа, Фаэра или Фреймор бросали на меня полный невысказанных слов взгляд. Посреди ужина Фаэт хлопнул себя по лбу и выбежал из шатра. Фаэт и Эальдор начали заговорщически перемигиваться и переглядываться. После ужина Фаэт достал трубку, закурил и сказал: -Как-то скучновато… Парни, сыграем в картишки? Гном подскочил: -В картишки! Это завсегда… И непонятно откуда в руках гнома появилась старая потрепанная колода. Он с ухмылкой положил ее на стол. Виктор фыркнул: -Наверняка крапленая… -Ты подозреваешь меня в краплении карт, безмозглый сын хейва? – воскликнул гном, схватившись за меч. -Тихо! – Фаэт стукнул ладонью по столу. – Я ручаюсь, что эти карты не крапленые. Разбивайтесь по парам. -Я с Ромэлем! – быстро сказал Виктор. Ромэль бросил на Виктора презрительный взгляд, но не отказался от такой пары. -Я с гномом! – сказал Эальдор, подошел к гному и тихо спросил: - Колода крапленая? Гном хитро улыбнулся, но ничего не ответил. -А можно нам тоже попробовать? – робко перебила я. -Конечно, Евуся… У меня глаза на лоб полезли. Фаэт почти никогда не называл меня по имени, а тут вдруг так ласково – Евуся… Я посмотрела на Лию и Фаэру. Фаэра стояла с немного вытаращенными глазами. Лиа в ответ на мой взгляд слегка пожала плечами. А Фаэт в это время заканчивал объяснять правила: -…играют парами. Чья пара соберет нужное количество карт, тот и выиграет. Фаэра бросила робкий взгляд на Коралкина, Кларк улыбнулся ей в ответ. Лиа вцепилась в руку Фаэры: -Я играю с Фаэриной! Глаза Кларка потухли, и он стукнул по плечу Даниэля (у которого чуть трубка из рук не выпала): -Тогда я с Дэном! -А я с Евой! – улыбнулся Фаэт. «Ура!» - подумала я. – «Я буду играть в паре с Фаэтом!» При этом я не подумала, что даже не знаю, как играть. Мы уселись за стол – каждый со своей парой. Гном раздал карты. -У нас есть парные дамы и короли, - зашептал Фаэт мне на ухо. – Постарайся выменять десятку и валета… Сбрасывай девятку и тройку. Я абсолютно не понимала, что я делаю. Я вынула из наших с Фаэтом карт девятку и тройку и положила ее на стол. -Что там? – спросил Эальдор. -Четверка и десятка, - ответил Фаэт. -Меняем на валета и девятку, - Коралкин кивнул Даниэлю. -Хорошо, - согласился Фаэт и взял карты. Там были не валет и девятка, а десятка и пятерка. Я окончательно запуталась. Делала я только то, что говорил Фаэт. Все эльфы достали трубки и задымили. -Эаль, ты разве куришь? – спросила я у Эальдора. -Конечно. Ты не знала? -Дай-ка хлебнуть, - обратился Коралкин к гному, доставая у низкорослого гнома флягу из-под пазухи. Гном попытался вернуть флягу, но получил ее только после того, как Кларк сделал из нее весьма внушительный глоток. Чем дольше глотал Кларк, тем больше вытягивалось лицо у гнома. Кларк оттер губы. -Теперь я снова готов играть. Кто разменяет шестерку? -Я разменяю! На семерку! – сказала Фаэра. -Согласен! Коралкин взял карту, повертел ее и сказал: -Это не семерка! -А кто сказал, что это обязательно должна быть семерка? -Ты сказала. Пойдем, выйдем… - Коралкин поднялся, подошел к Фаэре и взял ее на руки. Фаэра слегка вскрикнула. Коралкин развернулся и понес мою сестру из шатра. Все вскочили. -Будем отбивать нашу сестру? – спросила я у Лиоанны. -Нет. Будем смотреть и смеяться. Мы видели, что выйдя из шатра, Кларк споткнулся обо что-то, уронил Фаэрину и сам упал. Эльфы, стоявшие у входа в шатер, начали смеяться, как сумасшедшие. Подойдя поближе, я увидела, что на земле (спиной к земле) лежит Кларк. На нем (тоже спиной к земле) лежит Фаэра. При чем лежат они почему-то крест-накрест. Я и Лиоанна помогли Фаэре подняться. -Никогда больше не буду разменивать карты у Кларка! – сказала Фаэра под всеобщий взрыв смеха. -Пойдем дальше играть? Когда все уселись, Коралкин сказал: -Кто-нибудь разменяет у меня эту… - он покрутил в руках карту, данную Фаэриной, - эту семерку? Виктор хмыкнул, а Фаэт снова что-то зашептал мне на ухо. -Смотри на карты… - говорил Фаэт. Но я смотрела не на карты, я в его глаза. – Ладно, я сам… Он вынул три карты из стопки, положил на стол. -Постой-ка, - перебил Эальдор, - сейчас ход Евы. -Но мы же играем в паре! Она может передать свой ход мне, - холодно возразил Фаэт. -А сама она пойти не может? Интеллект не позволяет? -Не ехидничай, - обратилась я к Эальдору. – Не то ехидной станешь! -Перестану ехидничать, когда ты перестанешь любоваться глазами Фаэта, - сказал Эаль, выменивая у Фаэта карту. Я покраснела. Фаэт взял карту глянул на нее и улыбнулся: -Поиздеваемся мы над тобой, Эальдор. Я и Ева выиграли. Фаэт открыл карты. Эльфы удивленно их разглядывали. Сомнения не было. Мы выиграли. Вернее, Фаэт выиграл. Я ведь ничего не делала. А Фаэт умный и здорово играет! Кларк встал: -Что-то у меня после пойла гнома голова малость кружиться… Пойду подышу свежим воздухом… - и с этими словами он вышел из шатра. Игра продолжилась. Эльфы курили трубки, пили из кружек, со стуком ставя их на импровизированный стол. Я стала даже немного разбираться в игре. Нужно было собрать определенную комбинацию, выменивая карты у других игроков. Для того, чтобы выменять карту, нужно было положить ее на стол рубашкой вверх и назвать ее. При чем назвать можно было неправильно. Но врать нужно было в каком-то определенном порядке, которого я не поняла. Сама соль игры была в том, чтобы догадаться, какая карта на самом деле лежит перед тобой. Игра была в самом разгаре, когда вдруг вошел Коралкин – бледный, как утренняя луна. -А я ведь предупреждал: не пей мою наливку, - притворно вздохнул гном. Эльфы фыркнули. Коралкин не обратил внимания. -Фреймор получил весть с почтовым голубем! – сказал он. - На караван купцов у Золотых гор напали драконы. – А при чем тут мы? – спросил гном. – Нет, не путай нас. Ты бледен не из-за драконов, а из-за моей наливки! Снова послышалось фырканье. -Знаете ли вы, - продолжил Кларк, - какой прием, какую тактику использовали драконы в борьбе с хейвами? -Неужели эльфийский «танец смерти»? – спросил Фаэт. – Как это они его узнали? - Фаэт ухмыльнулся, при этом от него повеяло смешанным запахом табака и спирта. -Такой же прием использовала Ева в битве с троглодитами… У меня в горле пересохло. Фаэт скосил глаза на меня и спросил непонятно у кого. -Где, Мерфоил побери, она могла его выучить? Я хотела ответить, что все, что я знаю, я знаю от Дадена и Горипа. Но Ромэль перебил меня: -Нигде. Этот прием знают только драконы – с рожденья. Меня сразу насторожили кресты на левой щеке. Это отметина дракона. Все замолчали, только Эальдор пьяно хихикал. -Так эта эльфийка – дракон? – спросил гном. -Дурак! – громко сказала Лиоанна. – Просто Ева, когда была маленькая, целые дни проводила со своей драконессой, Пантерой. Она могла научиться у Пантеры. -Это ничего не объясняет! У драконов эта тактика в крови, они подсознательно всасывают ее с материнским молоком, - угрюмо возразил Ромэль. -Ева и Пантера были вместе чуть не с младенчества: пили одно молоко, спали на одной кровати… -Это ничего не объясняет, - повторил Ромэль сурово. -Это все объясняет! – воскликнула Фаэра. – Или ты хочешь сказать, что Ева дракон? Ромэль не ответил. -Забыли, - сказала Лиа. – Кто-нибудь, уймите Эальдора. Он совсем пьян. Коралкин вынес Эальдора из шатра. Рядом с гномом сел Даниэль. Мы возобновили игру. -Дама, - сказала я, вынимая из колоды валета. – Никто не хочет разменять даму? Даниэль и Виктор одновременно протянули руки. Тут занавеси шатра зашевелились и вошел Фреймор, который, как вы помните, не играл. -Привет, - он хмуро кивнул Фаэту и компании. – Картишки раскинули? Тут он увидел меня и сестер. -Ева, Лиа, Фаэра, что вы здесь делаете? Девушкам не следует играть в азартные мужские игры… Фаэт ухмыльнулся. -…И пить варево гномов, - закончил Фрей. -Я не пью! – возразила я. -Тут все пьют и курят! Девушкам это не к лицу! -Мы не пьем и не курим! Мы всего лишь играем! -Играть принцессам тоже не к лицу! Ладно уж Лиоанна и Фаэрина – они уже взрослые! Но ты… Ты ведь еще ребенок, Ева! Фаэрина тихо показала мне язык. -Мне скоро 17 лет! - возмутилась я. -Когда тебе исполниться 17, тогда ты сможешь играть! -Ты мешаешь мне развлекаться! – я сделала большие глаза и грустное лицо. - Неужели тебе хочется, чтобы мне было грустно? -Нет. Мне хочется, чтобы ты была со мной, ведь ты моя невеста! Неужели тебя не устроит прогулка со мной по дороге, освещенной луной? – спросил Фреймор. Наверное, он ожидал, что я встану и кинусь к нему на шею. Ну уж нет! -Мне гораздо веселее играть в карты с Фаэтом! -Ну, как знаешь! – Фрей развернулся. Его плечи слегка дрогнули, но он, не оборачиваясь, вышел из шатра. -Я меняю даму на десятку! – произнес Виктор. -Согласна, - ответила я, уверенная в том, что Виктор сейчас подкинет мне пятерку. Я не ошиблась. Игра, прерванная трижды, возобновилась вновь. Лека сидела в своем шалаше, на ковре из ветвей и камыша, который служил ей постелью. Оркша не шевелилась – она медитировала. Раздался хруст сухих веток – кто-то входил в шалаш. Лека моментально вскочила и машинально выхватила меч. У входа в шалаш стоял мелкий орк. Он с ужасом глядел на длинный меч Леки. -Не бойся, я не хочу тебя заколоть, - сказала Лека шпиону, пряча меч. – Привычка. Неважно. Заходи и говори, что ты узнал. -Я нашел какой-то лагерь эльфов, - проговорил орк, косясь на левое бедро Леки, где висели ножны. Лека довольно зарычала. Затем отстегнула ножны и вручила их орку. -Я пойду туда, - резко заявила Лека, - и узнаю, есть ли там принцессы. Если я не вернусь через пару часов – знайте: меня захватили. -Мы вытащим тебя! – воскликнул орк - шпион. – Сразу же пойдем… -Нет! – прервала его Лека. – Я не знаю, сколько там эльфов. Уходите. -А если там будут принцессы? – спросил орк - шпион. -Тогда… - Лека почесала подбородок. – Идти в ту же ночь слишком опасно. Эльфы усилят охрану. Если я не вернусь этой ночью, дождитесь следующего восхода луны и подберитесь к лагерю. Я подам знак. Если я крикну совой – значит, принцессы нет. Уходите и не подвергайте ваши жизни опасности. Ищите принцессу. Если я крикну петухом, принцесса там. Вы должны будете тихо пробраться в лагерь и похитить ее. Орк кивнул. - Завтра передашь остальным. Только ничего не перепутай! - Лека накинула капюшон на голову и ушла. Глава 25. Я сидела на кровати и расчесывала свои длинные волосы. В наш шатер вошла Фаэра. -Что ты делаешь? – спросила она. -Готовлюсь ко сну. А где Лиоанна? -Она пошла к ручью. И, знаешь, похоже, Даниэль пошел туда же! -А ты там была только что, да? - спросила я. Фаэрина покраснела. – И Коралкин тоже, не так ли? Или я ошибаюсь? Фаэрина замолчала, но потом тихо произнесла: -А ты знаешь, ведь у Фаэта и Фрея вышла крупная ссора из-за тебя. -Что? – я подскочила на кровати. -Ты права, я ходила к ручью. Из шатра мальчиков слышались крики. Фрей обвинял Фаэта в том, что Фаэт соблазняет тебя. А Фаэт отвечал: «Что делать, если ты такой скучный? Ты надоел ей, дружище! Ей лучше со мной», - и тому подобное. А потом послышался звук пощечины… А потом я ушла, потому что… Меня ждали, - Фаэра как-то сразу стушевалась. -Что? – повторила я и отбросила гребень, которым расчесывалась. – Я сейчас же пойду к Фреймору. Я вскочила с кровати и, как была в длинном желтом ночном платье и ночных туфлях, вышла из шатра. Издалека я увидела два силуэта на фоне луны, которые шли вдоль ручья. Это были Даниэль и Лиоанна. И еще один силуэт маячил на фоне леса. Почему-то я сразу поняла, что это Фреймор. Я пошла туда. -Фрей, - тихо окликнула я. -Ева? Что ты здесь делаешь? -Я пришла к тебе. Я хочу извиниться. Я зря сказала, что мне с Фаэтом веселее, чем с тобой… Красивое лицо Фрея выразило муку. -Понимаешь, это вышло случайно! Я сказала сгоряча. На самом деле это неправда. С тобой мне гораздо, гораздо лучше! Ты же знаешь, я тебя люблю! Фрей улыбнулся и обнял меня. Мне показалось, что в его глазах что-то блеснуло. -Спасибо, Ева… -Я знаю, ты поругался с Фаэтом. Помирись с ним. Я не хочу, чтобы из-за меня рушилась ваша дружба. Фреймор грустно улыбнулся. -Она уже разрушена, милая Ева. Пожалуйста, не лезь в мужские ссоры, - Фрей помолчал и добавил: - Просто будь со мной! Он аккуратно прижался губами к моему лбу. -А теперь иди спать, милая. И спасибо тебе! Лека пробралась в лагерь эльфов. Тихо, едва дыша проползла мимо стражи. Еще немного – и она окажется около шатров. Но неожиданно… громкие, прерывистые гудки. И сразу пятеро эльфов неслышно побежали на поляну и окружили затравленно озирающуюся оркшу. Ее схватили, несмотря на отчаянное сопротивление, потащили куда-то. Завязали глаза, вставили кляп в рот, связали до ломоты в суставах и бросили в грязную, впопыхах вырытую землянку. Если бы у Леки не были завязаны глаза, они бы слезились от пыли. Она едва могла дышать. На следующее утро ее опять схватили, потащили куда-то, вынули кляп изо рта, развязали руки, глаза. Оркша разминала затекшие конечности и оглядывала то место, где она оказалась. Это был шатер, достаточно светлый, в углах были какие-то странные святящиеся шары. Лека ничего не знала об электричестве, как, впрочем, и остальные народы Файрании – кроме эльфов. «Эльфы изобрели новый светильник – и, разумеется, ни с кем не поделились этим изобретением», - с непонятным, похожим на сожаление чувством подумала оркша. Тут в зал вошли несколько эльфов. Мужчина – невысокий, светловолосый, три девушки, еще один мужчина – брюнет. Девушки казались совсем юными, но они могли быть как ровесницами Леки – двадцати лет, так и мудрыми эльфийками, прожившими несколько веков. Но Лека заметила у них на лицах совсем детское, почти затравленное выражение, как будто они были здесь пленниками, а не она. «Замечательно, теперь детей эльфов водят посмотреть на пойманных чудовищ, внушить ненависть к нам, ящерам!» Лека оглядела эльфиек. Они были очень похожи друг на друга, и хотя одна была блондинка, другая брюнетка, а третья вообще рыжая, Лека решила, что они сестры. Девушки подошли к Леке поближе. Блондинка изящно опустилась на колени перед испуганной оркшей и что-то певуче сказала на эльфийском языке. Оркша удивленно приподняла брови. -Фаэт, лайма вен хо! – взглянув на хмурого блондина, произнесла эльфийка. Лека сразу догадалась, что Фаэт – это имя эльфа. -Мы тебе не враги. Но прошу, скажи, зачем ты проникла в наш лагерь, - сурово перевел Фаэт. Блондинка улыбнулась, часто-часто закивала головой и погладила оркшу. Лека еле удержалась, чтобы не укусить эльфийку. -Что это? – спросила Лека, указав на медальон, висевший на груди эльфийки. Та радостно ткнула себя в грудь: -Евлалия! Лее миле Евлалия. -Ее зовут Евлалия. -Из чего сделан медальон, - глухо спросила оркша. – Это коготь вэйты, верно? Фаэт перевел, Евлалия с легким удивлением взглянула на свой медальон и кивнула. -Зачем вы убили вэйту? – спросила Лека. -Крови ящеров много не бывает, - ответил ранее молчавший черноволосый эльф. Девушки с интересом переводили взгляды с оркши на эльфа. -Даниэль, лее комме не? -Нинель, - отрезал эльф. -И вы говорите, что вы мне друзья, когда носите, как украшения, остатки моих родичей? Длинноногие надменные уроды! Старики с юными телами, вы пусты как шкура дракона, холодны, как лед! Темноволосый эльф что-то сказал девушкам. Что-то похожее на приказ. Девушки отвечали, они явно не хотели подчиняться. Светловолосый эльф повторил приказание. Девушки нехотя отошли, теперь они наблюдали за оркшей издалека. -Для эльфа даже слово «тварь» - похвала! – яростно продолжала Лека. Эльфы пропустили оскорбление мимо ушей. -Что ты делала в нашем лагере? – спросил блондин. -Не ваше дело! Да и вообще, если бы я хотела всех вас прирезать, я бы это давно уже сделала! Трусы, высокомерные Эрато! – у оркши не хватало словарного запаса. Эльф помолчал. -Мне тебя жаль, - наконец произнес он. – Скажи нам, что привело тебя сюда, и я обещаю, что мы отпустим тебя. Оркша яростно оскалилась: -Слово эльфа? Да для вас пообещать что-либо мне, это то же самое, как если бы я пообещала что-либо червяку. Для вас те, кто не эльфы – как грязь под ногами. -Я не намерен терпеть больше оскорбления ящерицы-переростка! – нахмурился он и занес руку для удара. Быстрее молнии рыжая девушка метнулась к эльфу и остановила его. Ее сестры также подскочили к эльфу. -Хат мо ля се? – спросила брюнетка. Эльф что-то ответил. Девушки погрустнели. -Хо ля но мю? – вздохнула та, что назвала себя Евлалией. Светловолосый эльф что-то быстро-быстро заговорил на эльфийском, затем взглянул на темноволосого. Тот начал мягко подталкивать девушек к выходу. -Что ты делала в нашем лагере? – голос эльфа приобрел стальные нотки, и Лека поняла, что не может ему противится. Вернее, не могла бы, если бы не была телепатом. -Я… искала мужа… - проговорила Лека, ломая руки, изображая вынужденное повиновение и слезы. -Неправда! – сурово произнес эльф. – Ты хотела убить принцесс. Я все знаю. И я заставлю тебя признаться в этом. -Я не признаюсь в том, чего не совершала. -Признаешься. А еще я узнаю, как проникнуть в Нордвуд. Я все узнаю. -Мою мать допрашивали три года. Ее даже пытали. Но она ничего не сказала. -Значит, ее пытали новички. ТЫ скажешь ВСЕ!!! – загремел голос эльфа. Подошел темноволосый эльф. Он негромко сказал что-то блондину. Блондин кивнул. Тогда брюнет подошел к оркше и положил ей руку на голову. Оркша отшатнулась. На самом деле, она не боялась. Она скрыла свои мысли, и дала эльфу увидеть то, что хотела, чтобы он видел. -Ты и правда ничего не знаешь, - усмехнулся темноволосый эльф через минуту. – Ты с рождения не была в Нордвуде. И ты действительно искала в лагере мужа. Но его тут нет, поверь. -И что со мной теперь со мной будет? – спросила Лека. -Как пленница, ты нам не нужна. Но отпустить тебя мы не можем. Мы подумаем, что с тобой делать. Даниэль, отнеси ее обратно, в камеру. Темноволосый эльф схватил легкую оркшу и понес куда-то. -За что мне такое наказание, - вздохнул он, запихивая отчаянно пихающуюся Леку в уже знакомую ей грязную землянку. Лека сидела там весь день. И никто не осведомился, хочет ли она есть или пить. Вечером мы с сестрами слышали какие-то странные звуки, но не обратили на них внимания. Поэтому очень удивились, когда с утра нам сообщили о пойманной оркше. Она проникла в наш лагерь ночью. -Хотите на нее посмотреть? – спросил Фаэт. Я никогда в жизни не видела живой оркши, поэтому сразу же согласились. Сестры тоже хотели посмотреть на оркшу. Мне в голову пришла потрясающая идея. -Я, пожалуй, надену тот медальон – из когтя вэйты, помните - который мне подарила старая вэйта Олина. Вэйты ведь родственницы орков? Значит, оркша сразу поймет, что мы ей не враги, а друзья. Сестры одобрили мой план. Мы надели легкие зеленые наряды и пошли в шатер, где, по словам Фаэта, держали пленницу. Оркша оказалась небольшим существом с серо-зеленой чешуей. Мы подошли к ней поближе. Я решила начать разговор. -Милая рептилия, мы тебе не враги, а друзья. Как хорошо, что ты пришла вчера к нам в гости, мы можем подружиться! Как твое имя? Оркша удивленно посмотрела на меня. -Она не знает эльфийского, - тихо произнесла Лиа. -Фаэт, переведи ей то, что я сказала, - попросила я, не сводя глаз с оркши. Фаэт бросил какую-то короткую фразу. Я улыбнулась и погладила оркшу. Та добродушно посмотрела на меня, ткнула пальцем мне в грудь и задала короткий вопрос. -Меня зовут Евлалия! – сразу ответила я. Оркша удивленно посмотрела не меня. Фаэт перевел ей мои слова. Оркша что-то сказала. -Она спрашивает, сделан ли твой медальон из когтя вэйты? Я кивнула. Оркша опять что-то спросила. На этот раз ответил Даниэль. «Наверное, он сказал, что эта вэйта была моей подругой», - подумала я. - «Спасибо, Дэн!» -Даниэль, что ты сказал? – спросила Фаэра. -Ничего особенного, - ответил тот. Тем временем оркша разразилась длинной грозной речью. -Уйдите отсюда, - сказал Даниель. – Вы тут больше ничего хорошего не увидите и не услышите. -Еще чего! – ответили мы чуть ли не хором. -Сразу видно, в вас течет королевская кровь! Ладно, можете не уходить, просто отойдите. Очень прошу вас, - откликнулся Фаэт. Мы нехотя подчинились. Теперь мы могли наблюдать за оркшей издалека, но ни слышали ни слова из их разговора. -Весьма глупо прогонять нас, - сказала Лиа. – Мы и так ничего не понимали. -Что-то понимали, - возразила Фаэра. – Например, ЭТО, - и она указала на Фаэта. Мы заметили, что он занес руку для удара. Фаэра же быстрее молнии кинулась вперед и схватила эльфа за руку. Мы подбежали к ним. -Что она тебе сделала? – спросила Лиа с упреком в голосе. -Она назвала нас, эльфов, надменными, эгоистичными, высокомерными. Сказала, что для нас все расы – словно грязь под ногами. -Может, она права? – грустно спросила я. -Пожалуйста, Евлалия, не забивай свою прелестную голову этими глупостями. И вы, принцессы. Идите лучше на воздух, погуляйте. Там, на поляне, Коралкин играет на флейте. Послушаете его, потанцуете. А мы пока поговорим с оркшей, попытаемся изменить ее мнение об эльфах. -Я провожу вас, - тихо сказал Даниэль. -Только обещай нам, что вы не будете ее бить, - попросила Лиа. -Конечно, - улыбнулся Дэн и вывел нас из зала. Весь оставшийся день мы пели, танцевали, слушали музыку. Никто не напоминал нам о пойманной оркше. Вечерело. Генор снова летал по темному небу вокруг Амадена. Снова один. Пантеры не было. Генор уже не сомневался, что она боится его, и ему не суждено больше встретиться с прекрасной золотой драконессой. «Снова буду спасать девушек из лап чудовищ», - грустно подумал он: - «Хотя нет. Встреч с эльфами пока хватит…» Генор покружил над городом еще немного и полетел на восток. Он увидел лес – тот самый, где он когда-то очутился. Он увидел город и понял, что это Корен. Генор покружил немного над городом и полетел дальше. Ночь только начиналась. Внезапно Генор увидел огромный темный город, полыхающий огнями во тьме. Посередине города Генор заметил высокое здание, башни которого взмывали вверх, рассекая облака. «Это же Даркнейр, столица королевства!» - понял Генор. Он решил рассмотреть город повнимательней. Но едва он опустился, как увидел, что лучники на крепостной стене тычут в него пальцами и поджигают стрелы, а невысокий человечек в железной одежде подкатывает ядра к пушкам. Рядом с Генором просвистели стрелы, наконечники которых полыхали огнем. «Кажется, пора уносить ноги… То есть, крылья…» - Генор полетел прочь от города. И тут увидел тело, лежащее в степи недалеко от ворот города. Генор не знал, была ли это причудливая игра теней и света в ночи или труп хейва. Он решил снизиться и проверить. Спустившись, он увидел ребенка хейва, предположительно девочку, которая лежала прямо на холодной, грязной земле и плакала. Как и любой дракон, Генор не мог видеть плачущего ребенка. Он сел на землю рядом с девочкой, превратился в хейва и погладил девочку по голове. -Почему ты плачешь? Девочка подняла заплаканное, испачканное землей личико. -Вы знаете Синего Колдуна? – спросила она. Генор подумал немного и кивнул. Девочка немного оживилась. Она села возле Генора и, сквозь слезы, задыхаясь, начала объяснять: -Меня зовут Дара. Я дочь Синего Колдуна. Мать моя умерла, но перед смертью сказала, что дьявол поработил разум моего отца, и теперь отец хочет развязать Великую войну, в которую будут вовлечены все народы! Я должна была предупредить об этом эльфийского принца Толерана, королеву Селену или короля Дейва… Генор слушал не прерывая. -Я пыталась вплавь перебраться через Южные воды! Я ночевала в компании демонов и вампиров! Я ехала на кентаврах! Я добралась до Даркнейра, но… король Дейвлин не захотел со мной разговаривать! Девочка снова зарыдала. -Ты говоришь, тебя зовут Дара? – Генор задумался. – Мне кажется, Дара, я смогу тебе помочь. Моя знакомая – подруга эльфийской принцессы. Может быть… Дара вскочила: -Отведите меня к ней, добрый хейв! «Для этого мне придется превратиться в дракона. Что ж, если она не испугается…» Дара вдруг увидела, что хейв начал расти. Из его лопаток появились крылья, быстро выросли рога, а волосы превратились в пыль. Ногти превратились в когти, а кожа обросла чешуей. -Вы – дракон? – слегка удивленно спросила Дара. -Ты не боишься? – ответил Генор вопросом на вопрос. Дара отрицательно покачала головой: - Не боишься? Тогда садись мне на спину, я отвезу тебя в Амаден. Дара подумала, что терять ей все равно уже нечего, а странный хейв (или дракон) действительно мог ей помочь. Она вскочила на драконью спину. Генор взмыл ввысь. Глава 26. Я мирно спала в своей комнате. Проснулась я, услышав голоса. Странный язык. Но я его почти понимаю. Я открыла глаза. Орки! Много орков! В моем шатре! И я понимаю их язык! Но как? Еще с утра – ни слова ни понимала! Странно все это. Я начала прислушиваться к разговору. Орки не заметили, что я проснулась, потому что все эльфы спят с открытыми глазами, только во время сна зрачки слегка мутнеют. А во время пробуждения – становятся нормальными, эльф обретает способность видеть. -Это – принцесса! Высокий светловолосый назвал ее так! -Он мог солгать! Все эльфы – лжецы! -Она сама назвала свое имя – Джевлалиджа, - оркша с акцентом произнесла мое имя. Мерфоил забери мою душу! Это ведь та оркша, которую Фаэт и Даниэль допрашивали утром! -Значит, она тоже солгала. -А зачем ей лгать? -А с каких это пор ты так веришь эльфам? Оркша замолчала. Орк – старый, весь покрытый рубцами – произнес: -Прирезать ее надо, вот что. Всех их надо прирезать. Я замерла от ужаса. Так они спорят – убить меня или нет! -Прирезать ее мы всегда успеем, - возразила та самая оркша. – Но если мы ее похитим и окажется, что она действительно обладает какой-то властью… -Мы заставим эльфов считаться с нами! – воскликнул один из орков. -Верно. Для этого мы здесь. Я вынула кинжал из-под подушки, попыталась вскочить. Но орк – весь в рубцах - успел меня схватить и связать до того, как я поняла, как с ними сражаться. Я лишь смогла спрятать кинжал в рукаве ночного платья. -Ты пойдешь с нами! – приказал испещренный шрамами воин. -Никуда я не… - возмутилась было я, почувствовала тупую боль в затылке, в глазах помутнело. Позади меня стоял воин с огромной дубиной. -Так будет лучше, - сказал он. Это были последние слова, что я услышала той ночью… Я открыла глаза. Тени. Серо-зеленые тени. Костры. Боль. Кошмарная боль в голове. Я снова закрыла глаза. -Эй! Я вижу, ты пришла в себя. Я снова заставила себя открыть глаза. Рядом со мной стояла та самая оркша. -Здорово тебя Замбу оглушил. Но ничего страшного, все пройдет. Выпей это, - оркша протянула мне миску с какой-то отвратительной жижей. «Яд», - мелькнуло у меня в голове. «Вот и хорошо. Умру быстро…» Я хлебнула гадкой на вкус жижи и почувствовала, что разум мой медленно тухнет. Сквозь окружающую меня тьму я долго слышала голос оркши. -Ты скоро выздоровеешь, Джевлалиджа. И тогда… Дьявольский смех. Я проснулась. Голова уже не болела, но руки и ноги онемели так, что я не могла пошевельнуть и мизинцем. Я заметила, что лежу в шатре, на шкуре какого-то животного. Рядом, помешивая что-то, кипящее в котле, сидела уже знакомая мне молодая оркша. Заметив, что я проснулась, он подала мне воды. -Спасибо, - прохрипела я, - напившись. Я страшно хотела есть, но ведь пленным как-то не принято напоминать о том, что они голодны. Надо ждать, пока накормят. Тем временем оркша усмехнулась. -Вчера ты говорила мне, что мы – друзья. Теперь я тебе говорю, что мы друзья. Что ты на это скажешь? -Пленник свободному не друг… -Поздно же ты это поняла! -Но я хотела тебя освободить! -Спасибо уж. Я освободила себя сама! Я не знала, как продолжить разговор. -А откуда я знаю ваш язык? -Моя работа. Все ящеры – телепаты, знаешь ли. -А зачем вы меня захватили? -Ты ведь принцесса эльфов? Джевлалиджа? -Евлалия, - поправила я. -Верно, Джевлалиджа, - согласилась оркша. – Принцесса. Я кивнула. Пусть называют, как хотят. -Вы хотите с моей помощью влиять на политику Белиндейна – я слышала. Вам это не удастся! Я не скажу вам никаких тайн, ничего! -Ты нам, как пленница, вообще не нужна. Но если мы скажем королю, что убьем тебя, если он не освободит всех ящеров, томящихся в тюрьмах Белиндейна, он быстро выполнит наши требования. Я представила, как тысячи воров и бандитов разбредаются по Лэйрании. -Он не выполнит ваших требований, - процедила я сквозь зубы. Оркша откинула волосы со лба. -Тогда мы убьем тебя, - ответила она спокойно. -За меня отомстят! – воскликнула я. В глазах оркши на миг мелькнула ярость. -Не мы первые развязали эту войну! – крикнула она. – Я расскажу тебе… Передо мной замелькали картины жизни орков. …Орк бежит по дороге. За ним – отряд эльфов. Орк падает – от усталости. Подъезжают эльфы. Они начинают бить орка древками копий. Их лошади несколько раз проезжаются по телу орка. -Он мертв, - слышу я голос эльфов. -Поехали отсюда. «Это мой отец. Его затоптали лошадьми. Эльфы любят развлекаться охотой за разумными существами…» «Я этого не знала…» «Ты много чего еще не знаешь…» Следующая картина. Плен. Каторга. «Ты знаешь, какие законы на каторге? Хотя откуда тебе… Я расскажу: за вину одного – наказывают всех. Когда требуется корм для ваших ручных драконов – устраиваются соревнования: кто изготовит больше деталей, посадит больше деревьев… Победители остаются жить. За счет проигравших…» Еще картина. Эльфы – и прекрасный лук. -Я куплю его! – кричит один. Платит деньги, забирает лук. «Знаешь, из чего этот лук? Из кости вэйты!» Я вижу поля, сады, прекрасные замки… дома… «Ты когда-нибудь видела эльфа-рабочего? А эльфа-строителя? А эльфа-лесника, эльфа-горняка? Нет? А ты не задумывалась, чьими руками возведены дворцы, посажены сады, вспаханы поля? Руками пленников!» Меня выдернули из видения, но в голове – все еще крики: «Эльфы – бездушные твари! Мерфоил обрушит свой гнев на ваши головы! Чтоб ваш мозг сожрали русалки!» Я попыталась схватится за голову, которую разрывали на части крики жертв. Моих, наших жертв. Я закричала. -Утихни! – сказала оркша. Крики в моей голове прекратились. Все было так, будто я никогда не знала этого… Безмятежность… Но я знала, что никогда уже не стану прежней. Беспечной. -Давай я тебя покормлю, - предложила оркша. Я кивнула. Оркша поднесла к моим губам бульон. Я хлебнула и вновь провалилась в тяжелый сон. Они летели, хлопая крыльями, вперед. Лишь когда на горизонте возник остров, драконы немного замедлили ход и взмыли вверх, скрывшись в облаках. Тиара – их предводительница - зорким драконьим глазом заметила скопище духов. -Смотрите! Они там. -Но что они делают? -Похоже на то, что они собирают армию… -Они хотят напасть на кого-то, наверное. -На нас! Они собирают армию, чтобы напасть на Золотые горы! – ни с того ни с сего вывела Тиара. – Мы нападем на них первыми! -Мы разгромим их? Там их, кажется, много! -Да, точно! Больше, чем нас! -Но мы – драконы, гордые ящеры. А они – фу! – хлюпики. Демоны – это хейвы на ножках – спичках, а духи – дымчатые существа без тела! Вампиров среди них вообще нет, потому что вампиры не выносят света солнца… Мы ли не победим таких? Драконы издали победный клич и, разрывая облака на мелкие клочки, кинулись вниз. На демонов и духов. -Смотрит, смотрите! Драконы, драконы, - раздался шепот в толпе нечистой силы. Пронесся легкий приказ, и демоны воздели руки к небу. -Что они делают? – в недоумении воскликнула Тиара. Демоны хором произнесли заклинание. И войско драконов исчезло, будто бы его не было. Глава 27. Когда я проснулась, в шатре никого не было. Я слегка пошевелила левой рукой. Ура! Орки не обнаружили кинжал! Я интенсивно подергала рукой, пока кинжал не оказался у запястья. Осторожно, едва не вывернув запястье, я перехватила кинжал правой рукой и начала аккуратно перерезать веревку. Минут через пять я освободилась от пут и могла растереть затекшие конечности. Прошло еще несколько минут – и я уже выходила из шатра. Около потухшего костра лежал смертельно раненый орк. На лагерь орков напали! Я уже хотела убежать в лес, но тут услышала голос Фреймора. Он звал меня: -Евлалия! Ева! Я кинулась от шатров. Но не к лесу. Я увидела сражение. Эльфов и орков. -Нет! – закричала я. – Остановитесь немедленно! На меня никто не обращал внимания. Хотя нет… Справа ко мне бежал Фрей. Слева – оркша. Та самая. -Стойте! – закричала я снова. Битва слегка замедлилась. -Ева, беги сюда! – кричал Фреймор. Холодный металл. В руке. Я прислонила кинжал к шее. Оркша и эльф были от меня в двух шагах. -Если вы не остановитесь, я убью себя. -Дура! – заорал Фреймор и кинулся на меня. Оркша опешила. Конечно, Фрей знал то, что не знала она: я бы себя не убила. Фрей вывернул мне запястье, я даже вскрикнула от неожиданности. -Прости, маленькая, но я должен тебя охранять. Несколько эльфов набросились на оркшу. Фрей все еще держал меня. Внезапно я увидела сестер. Вырвавшись, я побежала к ним. -Ева! – сестры, как по команде, спрыгнули с лошадей. – Как же мы… -Надо остановить эту битву. Иначе эльфы просто прирежут беззащитных орков. -Но орки наши враги! - пожала плечами Лиа. -Потом объясню. Просто помогите мне остановить битву. Сестренки вскочили на лошадей. -Сейчас, мы все сделаем. А ты пока переоденься. Там, - Фаэри махнула рукой, - небольшая палатка с одеждой. Я побежала к небольшой группе деревьев. Там действительно стояла палатка с одеялами, теплой одеждой и оружием. Я скинула ночную одежду, накинула хлопковое, утепленное шерстью серебристо-серое платье, схватила лук, стрелы и побежала к месту битвы. Но битва уже закончилась. Эльфы-победители ходили по полю и помогали раненым. Но только своим, эльфам, а орков добивали. Оставшиеся в живых орки были связаны по рукам и ногам, и буквально свалены штабелями невдалеке от горящих шатров. -Стойте! – закричала я. На этот раз на меня обратили внимание. -Значит так. Я – принцесса Белиндейна, холмов Дейна, водопадов Эйдонара… Короче, властью, дарованной мне великой Альбейн, - пропуская слова, кричала я, - приказываю отпустить связанных орков, а раненым оказать помощь. -Но как…? -Потом объясню. Сейчас – выполняйте! -Нет, Ева, - ко мне подошел Фреймор и сестры. – Объясни все сейчас. Они заколдовали тебя, да? -Нет! – гаркнула я, потом сказала мягче: - Нет. Я позже все объясню. Только сначала разожгите костер, и попытайтесь оказать помощь раненым. Фреймор кратко отдал приказ окружавшим нас эльфам. Те подчинились. Правда, нехотя. Я рассказала Фрею и сестрам все, что произошло со мной в плену. -…И тогда я решила прекратить войну. Все ящеры ненавидят эльфов. Мы – ненавидим их. И мы просто режем друг друга. Это надо остановить. -Ева, ты не сможешь остановить войну. Это война не повелителей, а народов. -Ты так думаешь, Фрей? А за что ты ненавидишь орков? -Ну… - эльф задумался. -За то, что они чешуйчатые и с хвостом? Но это ведь глупо! -Из-за того, что орки злы. -Точно так же могут ответить орки на вопрос: «Почему вы ненавидите эльфов?» Среди орков есть злые. Среди эльфов тоже – да, не перебивай – среди эльфов тоже есть злые, убийцы. -Мы ненавидим ящеров из-за того, что они наши прямые враги. -Но это же глупо! -Она права, - сказала Фаэра. – Я согласна, мы должны остановить вражду. Но я даже не представляю, как. -Мы немедленно заключим договор с королем орков. С правителем орков - я не знаю, кто там у них, у орков, главный, - предложила Лиа. – Мирный договор, по которому, если кто из эльфов убьет орка, или кто из орков убьет эльфа – подвергнется наказанию. -Гениально, - я вскочила. -Я против, - возразил Фрей, но три пары злых глаз уставились на него. – Мне кажется, что Фаэт тоже будет против. -Кстати, а где он? – мое сердце прыгало где-то в районе живота. О, Альбейн, только бы он был жив! Но тут пронзила мысль еще хуже: а вдруг он не поехал меня искать? Вдруг я ему совершенно безразлична? -Он… - Фрей огляделся. – Он ехал с нами… Но… В последний раз я видел его у палатки… Я, не дослушав, кинулась к палатке. -Фаэт! – кричала я. – Фаэт! Фаэт! Нет ответа. Слезы брызнули из глаз. -Фаэт!!! -Ева? Ты? Я кинулась к небольшому дереву. Окруженный трупами орков, в траве лежал полубесчувственный Фаэт. Кровь лилась из раны в ключице, глубокая царапина пересекала лоб. -Фаэт, - я опустилась на колени. – Ты сможешь идти? Тут недалеко, наши. Они помогут. -Ева… Раньше это было неважно, а теперь тем более… Когда я ранен, полумертв, изувечен… - Фаэт с трудом поднял руку и коснулся царапины. – Но я все равно скажу… Ева, я тебя люблю… -Ты думаешь, это не имеет значение, - слезы лились рекой, - очень даже имеет! Я схватила Фаэта за руки и потащила к лагерю. -Ева, - прошептал он. – Брось меня, я все равно скоро умру… -Не брошу, а знаешь почему? Может, это и неважно, но я тебя тоже люблю… Фаэт как-то странно захрипел и завалился на бок. Я с удвоенной силой потащила его к лагерю. И при этом я даже не задавалась вопросом, почему Фрей, Лиа или Фаэра мне не помогут. Я просто пыталась спасти жизнь эльфа, которого любила. Первый, кого я увидела в лагере, был Эальдор. -Эаль, помоги Фаэту! И не говори мне, что это бесполезно, голову оторву! Я проследила, чтобы Эаль отнес Фаэта в только что раскрытый шатер и побежала к тому месту, где находились пленники - орки. Там уже стояли сестры и нахмуренный Фреймор. Они не понимали не слова из того, что говорили орки, а орки в свою очередь не знали эльфийского. -Орки! – обратила я к пленникам свое заплаканное лицо. – Кто среди вас тут главный? Откликнулась та самая оркша, которая единственная общалась со мной во время моего плена. -А с чего это мы должны разговаривать с тобой? Твои воины уничтожили почти весь наш отряд! -Ваши воины убили эльфа, которого я любила! – я заметила, что мой голос дрожит от ненависти. – Но если бы мы жили в мире, мы бы избежали ненужных смертей. И я – мы все – хотим заключить мир. -Заключив мир, ты не превратишь врагов в друзей. -Худой мир лучше доброй ссоры. Мы не станем друзьями, ты права. Но мы перестанем быть врагами. -Я согласна с тобой, - сказала оркша. – Мы заключим мир, ибо я – Лека, член совета орков! Я вынула свой серебряный кинжал, который уже успела забрать у Фреймора, и разрезала веревки, стягивающие Леку. Мы прошли в шатер. Через час договор был составлен. Я взяла перо, чтобы подписать его, но Лека остановила меня. -Кровью! – сказала она. -Зачем? – удивилась я. -Я проведу магический обряд, тогда орки точно никогда не убьют ни единого эльфа. Я достала кинжал. -Что ты собираешься делать? – спросила Лиа. -Подписать договор кровью, - спокойно ответила я. -Не смей, Ева, - начал Фреймор. -Не указывай мне, что делать! – вконец возмутилась я. -Почему это? Я твой жених! Я представила себе лицо Фаэта. Фаэт признался мне в любви! Конечно, как только он выздоровеет, мы поженимся. Тогда почему Фреймор до сих пор мой жених? -Уже нет! Я расторгаю помолвку! – воскликнула я. Фреймор чуть в обморок не упал, у него было такое лицо, как будто он узнал, что вчера был конец света. Сначала, на миг, в его глазах сверкнула такая ярость, что я даже испугалась, потом он опустил голову и тихо вышел. Я хотела побежать за ним. Меня остановила Фаэра. -Сейчас ему лучше побыть одному… Я присела рядом с сестрами и Лекой. Оркша, оскалившись, показала разрезанный палец. Я взяла кинжал, разрезала палец себе. Хотела убрать нож, но Лиа выхватила его и также ткнула в палец. То же самое сделала и Фаэра. Мы одновременно окропили кровью договор. -Пусть слово, данное здесь, не нарушается никогда, - громко сказала Лека. Свиток засветился мягким зеленым сиянием и вылетел из шатра. Мы – за ним. Посреди поляны стояло странное сооружение. Оно напоминало хрустальное дерево, полое изнутри. И там, внутри, лежал договор, подписанный кровью. Эльфы и орки недоверчиво смотрели на это чудо. -Мир с эльфами! – громко сказала Лека на орочьем. -Мир с орками! – повторила я на эльфийском. С этими словами я сняла с шеи маленькую золотую цепочку и надела ее на шею Леке. Лека, последовав моему примеру, сняла с шеи небольшой клык и перевесила на мою шею. Мы обнялись. Лека приняла из рук Фаэры нож, освободила своих сородичей. Орки скрылись в лесу. К нам подскочил Коралкин. -Вы знаете, что вы только что сделали? - задыхаясь от злости, спросил он. -Конечно, знаем, - ответила Лиа. – Мы заключили первый мир. -В череде многих, - добавила Фаэра. -Мы не позволим народам Файрании поубивать друг друга! Бэл не ошибся – он стал знаменитым. Он пел на подмостках возле своего дома почти каждый вечер, а когда – изредка – не пел, толпа бушевала под окнами и кричала: «Бэл! Бэл! Бэл!» За то, чтобы послушать пение Бэла, хейвы платили деньги, при чем немалые. Однако Бэл просил не брать деньги у всех – только у тех, кто выглядит побогаче. Когда он стоял на помосте и пел, девушки в толпе кричали «Бэл, я люблю тебя!» или «Мне никто, кроме тебя, не нужен!» или нечто вроде этого. Он улыбался им; наклонялся и гладил их по волосам, но не запоминал лиц. Мечтал он только об одной девушке – светловолосой эльфийке, которая приходила к нему во сне каждую ночь. Часто к нему приходили хейвы, задавали глупые вопросы – вроде «Почему тебе нравиться петь?» или «Как ты понял, что станешь певцом?» Бэл отвечал на их вопросы, но его угнетала необходимость разговаривать с людьми, которые его не понимают. Однажды, когда Бэл сидел на кресле в доме и лениво перебирал письма от поклонниц, дверь хлопнула, и в комнату вошел толстый Доминик. -Скучаешь? – спросил он вместо приветствия. Бэл кивнул. -Может, сходишь куда-нибудь, прогуляешься? -Куда? – спросил Бэл. – На улице на меня нападут сумасшедшие девушки. В баре – сумасшедшие хозяева бара… -Сходи к друзьям. У тебя ведь есть друзья? -Мои друзья остались в Даркнейре. -Тогда давай, я познакомлю тебя с моим сыном. Он – твой ровесник, и тоже когда-то пытался петь. Тебе с ним будет интересно. Собирайся, идем. Бэлу не нужно было собираться. Он отложил письма, пестревшие розовыми сердечками и отчаянными «Бэл, я люблю тебя!» и пошел за Домиником вниз по лестнице. Доминик привел Бэла в очень милый маленький домик. Бэл и Доминик вошли. -Тиам, я привел к тебе гостя! В коридор выскочил взбалмошный на вид худенький светло-русый паренек в длинной блузе и широких штанах. Волосы были спутаны и похожи на канаты. -Привет, отец! – сказал он, и, увидев Бэла, спросил: - А это кто? -А это певец – Бэл Канто. -Тот самый? -Именно он. Рыжий парень протянул Бэлу руку: -Приятно познакомиться. Меня зовут Тиамат Доминик, для друзей просто Тиам. Я слыхал, ты волшебно поешь. Я тоже когда-то пытался петь, но потом встретил любовь жизни… - он прервался и крикнул на весь дом: - Леа, милая, посмотри, кто пришел к нам в гости! В коридор вышла девушка с короткими кудрявыми огненно-красными волосами. Она улыбнулась Тиаму и только потом посмотрела на Бэла. -Привет, - сказала она ему. -Познакомься, Бэл. Это моя жена, Шарлин Мадлен Доминик. -Просто Шарлин, - перебила его девушка. – Или еще короче – Леа. Она помолчала. -Ты ведь тот самый Бэл Канто, по которому все сходят с ума, верно? Бэл кивнул. -Ты и правда душка! Тиам удивленно посмотрел на жену. -Тиам, согласись, он лапочка! Да, Бэл, ты симпатичный мальчик. Если бы я встретила тебя раньше Тиама, я бы влюбилась. Но теперь – увы! – кроме Тиама мне никто не нужен! Леа положила руки Тиаму на плечи и улыбнулась. Тиам повернул к ней голову и улыбнулся в ответ. Бэл отвел глаза. Шарлин заметила это и сняла руки с плеч Тиама. -Пойдемте лучше к столу. Сегодня я опять экспериментировала на кухне! Отведайте плоды моих трудов! Тиам хлопнул Бэла по спине: -Моя Леа не только красавица и умница, она еще и волшебно готовит! Пойдем поедим! А потом побеседуем! Мне интересно, как живет знаменитость! Фаэрина вышла из шатра. Возле входа, занавешенного красивой тюлевой шторой, уже сидел Коралкин. -Я ждал тебя! -Тише. Лиоанна уже легла. Я не хочу будить ее. -Мне надо поговорить с тобой. -Я догадалась, когда поняла, что ты сидишь у двери нашего шатра. Коралкин виновато улыбнулся. -Прости, что пришел ночью. Но я не мог больше ждать. Это очень важно. Я разбудил тебя? -Не знаю. Отчего-то я проснулась. Может, потому, что ты был рядом? Коралкин взял Фаэру за руку, и они пошли по лунной дорожке к завесе деревьев. -О чем ты хотел поговорить со мной? – спросила Фаэрина, чувствуя приятную дрожь в животе. -Я… - Коралкин тоже почувствовал дрожь в животе, но менее приятную. – Я хотел поговорить о… мире с орками. Я считаю, что ты и твои сестры поступили абсолютно правильно. -Да? – Фаэрина думала, что Кларк решит поговорить о чем-то более важном. – Ты одобряешь нас? -Полностью. Вы умные и прозорливые… - Кларк не знал, как перевести разговор на нужную тему. -Если это все, что ты хотел мне сказать, то я, пожалуй, пойду. -Нет, подожди! Это вовсе не то, что я хотел сказать. -Неужели? -Я на самом деле… Ты безупречно красивая… Мне нравятся твои алые губы, зеленые глаза, рыжие волосы… Тебя ведь сестры называют «Рыжик»? -Да. Иногда. - Я боюсь повторить судьбу Фаэта. Тот ведь признался в любви твоей сестренке чуть не на смертно одре… Люблю я тебя, вот что я хотел сказать! – внезапно перестав ходить вокруг и около, выпалил Коралкин. – Если я тебе не нравлюсь, скажи сразу. -Ты мне нравишься, - сказала Фаэрина, и ее щеки залил румянец. -Я хотел бы предложить тебе… -Стой! – Фаэрина приложила палец к губам Кларка. – Для этого пока рановато, тебе не кажется? Давай побудем пока просто влюбленной парочкой. Кларк широко улыбнулся, обнажив белые зубы. Он взял руку Фаэрины и приблизил свое лицо к ее. Фаэра быстро приподнялась на цыпочки и поцеловала загорелый лоб Коралкина. -До завтра, - шепнула она и легко, почти не касаясь земли, вбежала в шатер. Занавеси слегка колыхнулись. И воцарилась тишина. Глава 28. Я сидела у постели Фаэта и белым кружевным платком стирала пот с его лба. -Пить… - прохрипел Фаэт. Я взяла с тумбы стакан, налила туда прохладной воды и напоила Фаэта. Он снова забылся тревожным сном. Его мокрые волосы разметались по подушке, он шептал что-то. Я чувствовала, что мои глаза сами собой закрываются, и сейчас я усну... Но занавеси у входа в шатер зашевелились. В шатре появилась Лиоанна: -Ева? Может, отдохнешь? Давай я посижу с Фаэтом… -Нет, я нисколько не устала, - ответила я, протирая глаза. -Ты уже два дня не спала. Может, все-таки отдохнешь? -Нет, спасибо, я справлюсь. Принеси воды. И чего-нибудь поесть. Пожалуйста… -Слышала последнюю новость? -Откуда же… -Коралкин вчера признался Фаэре в любви. Его подвигло на это то, что Фаэт решился признаться в любви тебе. -Вот здорово! Фаэра счастлива? -Разумеется. А что ты тут делаешь-то, хотя бы? Целыми днями сидишь и любуешься на Фаэта? -Да. А еще я думаю. Он выздоровеет, сделает мне предложение. Мы поженимся и он станет принцем. Мы сделаем малый Белиндейн самым крупным королевством на Фаэрии. А потом вернемся на Лэйранию, и избавим пленников эльфов от мук, а преступников – от каторги… А потом поселимся во дворце, и будем жить бесконечно и счастливо. -А если он не захочет жить во дворце? Он ведь моряк! -Значит, мы купим корабль. Он будет капитаном, а я… Я просто буду с ним. Или, может, буду ждать его на суше? -Незавидная участь. Впрочем, как знаешь. Я схожу за бульоном. Лиоанна скрылась. Я села на колени возле постели Фаэта, сложила руки и закрыла глаза: -Альбейн! Святая Альбейн, пожалуйста, услышь меня! Сохрани жизнь Фаэту, единственному эльфу, которого я люблю! Фаэт на кровати зашевелился. -Пить… -Сейчас, милый! - я взяла стакан и влила немного жидкости в рот эльфу. Так я ухаживала за ним около недели. Правда, Фаэра и Лиа все-таки смогли уложить меня спать и иногда сменяли меня. И во многом благодаря нашей заботе, Фаэт выздоровел. Он очнулся и оглядел все немного мутными глазами. В этот момент я сидела возле него, и я первая поняла, что Фаэт не умрет. И произнесла в душе: «Спасибо, Альбейн!» Глаза Фаэта смотрели теперь необыкновенно ясно. Он осмотрелся еще раз. Наконец, его взгляд остановился на мне. Как вы думаете, какие были его первые слова? «Ева, я люблю тебя!» или «Ева, спасибо!»? Как бы не так! «Нам опасно здесь оставаться», - вот что он сказал. И приказал ехать в Амаден. Мы сели на лошадей и отправились в путь. -Думаешь, она существует на самом деле? – спросил Тиам, потягивая из бокала вино. -Я уверен, - ответил Бэл. – Она сниться мне каждую ночь. Ведь это не просто так? -Наверное… - задумчиво протянула Шарлин. – Либо ты сошел с ума, либо эта девушка – твоя судьба. Шарлин, Тиам и Бэл разговаривали об эльфийке, которая сниться Бэлу. -Сегодня, - начал Бэл, - она приснилась мне на серебристой лошади. Вчера снилось, что она сидит у чьей-то постели и молиться. А еще неделю назад снилось, будто бы ее захватили орки. Но чаще всего я вижу просто ее. -Как это? – переспросила Шарлин. -Ее лицо. Или всю ее. В пространстве. Как будто она висит в воздухе и ждет меня. -Странно. А она хоть красивая? -Она – эльф. У нее светлые длинные волосы, - Бэл вздохнул. - Надеюсь, я когда-нибудь ее встречу. Глава 29. Наконец, через пару дней пути, мы приехали в Амаден. Я и сестры поселились в трактире со странным хейвским названием, на втором этаже. Я часто каталась по окрестностям города на Стрелке. Я нашла свою любимую Пантеру и иногда мы вместе летали под облаками. Кстати, Панти не одобряла того, что я бросила Фреймора. -Дура! – сказала она мне. – Он ведь тебя любит. По-настоящему любит! Не то, что Фаэт. После того, как я рассталась с Фреем из-за Фаэта, эти некогда хорошие друзья совсем рассорились. Даже жили они теперь отдельно. Грустивший от расторгнутой помолвки Фрей поселился в северной части города со странным названием, которое я никак не могла запомнить. Фаэт жил возле гарнизона, вместе с остальными. Где жила Нала, я не знала. Но иногда девушка навещала нас, и часто мы все вместе катались на лошадях вокруг Амадена. С Фреймором я продолжала общаться, но не так, как раньше. Когда я обращалась к нему с самыми пустяковыми словами, он каждый раз подолгу смотрел мне в глаза, как будто надеялся увидеть там душу, непременно вздыхал и только тогда отвечал. Но со временем взгляды в глаза становились реже, а вздохи – короче. Время лечит. А вот с Фаэтом я общалась почти как раньше. После того, как Фаэт признался в любви, ничего не изменилось. Конечно, иногда мы с ним гуляли по пыльным улицам Амадена. Он делал мне комплименты - говорил, что у меня неземная грация и мелодичный голос… Он часто дарил мне украшения и цветы, но больше не признавался в любви. И не делал предложения, хотя я этого ждала. В глубине души я подозревала, что он любит не меня, а кого-то еще. Я грустила, но не хотела признаваться себе самой, что я безразлична Фаэту. Вскоре произошло одно событие, которое немного развеселило меня. Сначала развлекло, а потом заставило чувствовать себя ненужной и чужой этому миру. Я шла по улице, как вдруг меня кто-то окликнул. -Ева! Ева, это ты? – ко мне подошел высокий худощавый эльф и лиловом плаще со светлыми волосами. Рядом с ним шла длинная стройная брюнетка с волосами, уложенными в странную прическу. -Димиль? Это ты? -Ева! – блондин кинулся ко мне. Мы обнялись. -Как ты здесь очутился? Ты же был в Дейне! -Я уехал. Но ты… Каким образом здесь оказалась ты? Я слышал, ты умерла! -Нет, мы живы. Я, Лиоанна и Фаэрина. Мы здесь… -Познакомься, Ева: это моя невеста, Кэйли, - сказал Димиль, и брюнетка слегка склонила голову. – А это моя старая подруга, Евлалия Габриель Долорес… -Принцесса? – спросила Кэйли. Я кивнула. -Я хочу увидеть Лию и Фаэру! – воскликнул Димиль. -Пойдем, я покажу вам, где мы остановились! Я провела Димиля и Кэйли в трактир, где мы жили. Там, на первом этаже, сидели Лиа и Фаэра и пили чай. Лиа сидела спиной к входной двери. -Тсс! – прошептал Димиль и закрыл Лии глаза ладонями. От неожиданности Лиа чуть не выронила чашку из рук. Димиль хитро улыбнулся и спросил: - Угадай, кто? Лиоанна медленно ощупал мочки ушей Димиля. -Это не Ромэль… - медленно сказала она. – Не знаю… Она сняла ладони Димиля с глаз, развернулась и взвизгнула: -Димиль, неужели это ты? Сестры и Димиль улыбались и обнимались. Кэйли, невеста Димиля, стояла рядом и презрительно корчилась. -Лиа, Фаэра, познакомьтесь: это Кэйли, моя невеста, - произнес Димиль. Лицо Кэйли моментально приняло приветливое выражение. -Димиль, как ты здесь…? – начала было Фаэра, но дверь распахнулась, и в комнату ураганом влетел Фаэт. -Ева, где ты была? – заорал он. – Я был здесь час назад… Я носился по всему городу, я испугался, что тебя опять похитили… Тут Фаэт заметил Димиля, отдышался и сказал: -Привет, Димиль. А ты что здесь делаешь? Ты знаешь принцесс? -Да, мы давние друзья, - ответил Димиль. Кэйли снова скорчила гримасу. А Фаэт лукаво улыбнулся: -Ты не покажешь своим давним друзьям… - тут Фаэт начал подмигивать и загадочно улыбаться. -Ее…? – не понял Димиль. – Ты уверен, что им понравиться? – он кивнул на нас. -Да. Кроме, пожалуй, Евы, - Фаэт подумал немного и продолжил: - Ева, я хотел прокатиться на лошадях вокруг города. Ты не составишь мне компанию? -Конечно! – радостно воскликнула я. -А вы, - Димиль обратился к сестрам, - пойдете ко мне. Я вам кое-что покажу. Северную диковинку. Кэйли мерзко хихикнула. -Пойдем, Ева, - позвал Фаэт, раскрывая дверь, и я побежала за ним. Фаэт остановился у входа в трактир и отвязал красивую рыжую лошадь, на которой, видимо, приехал. -Мы заедем в конюшни за Стрелкой? – спросила я. -Зачем? Нам и одной лошади хватит! Меня захлестнула радость. Я поеду с Фаэтом кататься на одной лошади… Ура! Катались мы около двух часов. Когда я вернулась домой, Лиа и Фаэрина были уже там. Они что-то горячо обсуждали, но замолкли, когда я вошла. Я услышала только слова «ящерица» и «так ей и надо». -Ох, как я устала! – я плюхнулась на кровать. - А что за диковинку хотел показать вам Димиль? Лиа и Фаэра переглянулись и вместе хихикнули – почти так же мерзко, как и Кэйли: -Мы обещали тебе не говорить. Ты завтра увидишь. -А мне понравиться? – я была заинтригована. -Конечно! Мне кажется, ты никогда не видела ничего подобного. На этом наш разговор закончился, и мне не удалось ровно ничего больше выудить ни из Лиоанны, ни из Фаэрины. Всю ночь я ворочалась и не могла уснуть: пыталась угадать, что за диковинку показывает всем Димиль. Чуть только рассвело, я вскочила, оделась на скорую руку, съела несколько лепешек и растолкала сестер. -Проводите меня к дому Димиля! – заныла я. – Пожалуйста! Сестры нехотя поднялись, оделись и поели. Мы вышли из трактира и пошли по грязной улице. Лиа и Фаэра провели меня к трехэтажному серому каменному дому, украшенному мраморными статуями. Резным молоточком я постучала по дубовой двери. Дверь открыл слуга - хейв. Он, ни слова не говоря, провел нас в столовую. Там сидели Кэйли и Димиль. -Я знал, что вы придете! – широко улыбнувшись, сказал Димиль. – Ева очень любопытная и нетерпеливая! -Ну! Ну! Покажите свою диковинку! – я чуть не прыгала от любопытства. -Нет, - змеиной улыбкой улыбнулась Кэйли. – На нее нужно смотреть вечером. Вечером она больше беситься… Весь день Кэйли и Димиль мучили меня. Кэйли то и дело поглядывали на металлическую дверку в стене. Наконец, стало темнеть. -Пора! – сказал Димиль. – Кэйли, покажи Еве нашу гостью. Лиа и Фаэра уже видели, они останутся здесь. Сестры кивнули. Кэйли сняла ключ с буфета и открыла дверь. По склизкой лестнице мы спустились вниз. Я увидела что-то темное, цепями прикованное к стене. -Что это? -Это – троглодит – самка. Смотри-ка, какая смирная. А вчера она так потешно прыгала! - Кэйли взяла троглодитку за шею облаченной в белую перчатку рукой. -Не надо! Прекрати! – я ударила Кэйли по руке. -Тебе так понравилась эта ящерица? -Уж побольше, чем ты! – грубо ответила я. Кончики длинных ушей Кэйли покраснели от злости, но она не посмела мне ответить, потому что я принцесса. Она вышла из зала, громко стуча каблуками. Я услышала стук каблуков на лестнице – Кэйли поднималась наверх. Я погладила троглодитку. Чешуйчатая кожа выглядела прекрасно, но на ощупь – теплая, склизкая – была отвратительна. Меня передернуло от отвращения. -Ящерка, милая… - произнесла я, собрав силу воли в кулак. Она отвратительна! Троглодитка повернулась ко мне. Она была ранена! Почти полбока разворочено! Гадость… Я почувствовала тошноту. -Успокойся, я сейчас позову лекаря… - бормотала я удивительно фальшиво. «Разве эльфийский лекарь будет лечить такое отвратительное создание?» Троглодитка - телепат с презрением посмотрела на меня и плюнула на пол. -Эльфы… Холеные твари… - прошипела она и отвернулась к стене. Я медленно, шатаясь, вышла из зала. Поднялась наверх, прошла мимо окликнувших меня сестер и молчаливых Димиля с Кэйли. Чувствовала себя «холеной тварью». Вышла во двор, меня стошнило. Ко мне подошла Кэйли: -Тебе нехорошо? Может, принести воды? – спросила она, сдерживая презрение и злобу. -Со мной все в порядке. А как она? Может, попробовать вызвать доктора? -Поздно. Она уже умерла. Мы немного помолчали. -Солнце село… пробормотала я. – Я пойду спать. Я устала. -Лиа, Фаэра! – крикнула Кэйли. – Вашей сестре, похоже, нехорошо. Проводите ее до дома. -Нам действительно пора, - произнесла Лиа и взяла меня за руку. Я отдернула руку. Домой мы шли в полном молчании. Я поднялась в комнаты и рухнула на кровать. Несколько минут я пролежала молча. -Вы ее видели? – спросила я наконец. -Да. -И вам понравилось? -Да, занятно, - ответила Лиа. Я легла и отвернулась к стене. -Подожди, Ева… - начала Фаэра. – Тебе что, стало ее жалко? -Да, - ответила я. -Но ведь она же наш враг, - удивилась Лиа. -Неважно. Спокойной ночи, - я закрыла глаза и постаралась уснуть. Сон пришел быстро. Я понимала, что сплю. Я видела себя. Со стороны… Я стояла в окружении эльфов. Они были одеты во все черное и вооружены длинными мечами. Шлемы закрывали их лица, были видны только ярко-горящие глаза. Передо мной на коленях стояло несколько вэйт. Вдруг, откуда ни возьмись, в руке моей появился длинный меч. -Убей их! – прогремели эльфийские голоса. – Убей вэйт, принцесса Евлалия! Я стояла с мечом в руках и смотрела на вэйт. -Нет! – Я откинула меч, он со звоном упал недалеко от меня. - Я не хочу, не могу убивать беззащитных существ! -Глупый маленький инфантильный эльф! – загремели голоса. - Это война! Здесь ты либо убиваешь, побеждаешь и выживаешь, либо не убиваешь, проигрываешь и умираешь! Я, как будто издалека, увидела, что одна из вэйт достает длинный кривой кинжал. -Тогда – я не хочу жить в таком мире! Лучше умереть! -Как пожелаешь! – зашипела вэйта, и я почувствовала, как острое железо вонзается мне в спину… -Нет! – и я стою на крепостной стене со свечой, в белом платье. Рядом со мной стоит огромная девушка-эльф с бледной кожей и длинной черной косой. От ее тела исходит сияние. -Что тебя гложет? – спрашивает она. – Почему ты не хочешь жить? -Все, кого я могла полюбить – Фрей, Фаэт, даже сестры – оказались теми самыми «холеными тварями», жестокими, эгоистичными, такими, какими себе все представляют эльфов, - начала объяснять я. -Но они любят тебя! -Да, любят. Но они меня не понимают! Никто меня не понимает! Я чувствую, что я не такая, как все! -Они просто эльфы. Взгляни вокруг – никто не совершенен. Мы все – полу-добро и полу-зло. Не противься… Идеала нет. Не противься… Будь как все… -Я не хочу быть как все! -Ты – тоже не идеал! И никогда им не станешь! -Я не хочу жить в таком неидеальном мире! -Захочешь… Мир изменит тебя… -НЕТ! Я изменю мир!!! – я поскользнулась и упала вниз. Но не умерла. Я сидела внизу, на зеленой траве, у прохладного ручья. А рядом со мной сидела та самая эльфийка с черной косой. Она была нормального роста. -Я не понимаю. Почему ты не убила меня, Альбейн? Эльфийка мягко улыбнулась. -Ты нужна здесь, Евлалия. Ты должна помочь миру. -Я не хочу жить в этом мире! Я не хочу менять мир в одиночку. Я не хочу быть одна, а ведь меня не понимает никто! -Понимает… Один барри уж точно! -Кто? -Ты его еще не видела. Но ты встретишь его и поймешь – это ОН! -Обещаешь? -Обещаю! -Спасибо, Альбейн… В последнее время Бэл почти не устраивал выступлений. Ему не зачем было петь – им и так все восхищались. Ему почти надоело выходить на помост и рассказывать народу о своих чувствах, которые – он был уверен в этом – большая часть не понимала. Толстый хейв Доминик предложил Бэлу поехать по разным городам и петь там. -Может, там поклонники не будут меня беспокоить… -Неужели они тебе так надоели? -Нет. Они любят меня, и я люблю их. Но иногда меня раздражает их бесконечное «люблю». Мне неудобно принимать от них дорогие подарки. А когда в меня кидаются нижним бельем… Доминик хохотнул. -Этим они дают тебе знать, как они тебя любят! Бэл закатил глаза. -Значит, решено? – спросил Доминик. – Проедемся по городам? -Да. -А когда ты намерен уезжать? Бэл зевнул: -Как можно быстрее. Лучше даже завтра. Доминик покачал головой: -Некрасиво уезжать, не попрощавшись. -Прикажешь мне выйти на улицу и попрощаться со всеми? -Нет. Прикажу тебе спеть. Ну, можешь заодно и попрощаться. Бэл неохотно поднялся с дивана: -Да хоть сейчас. -Давай сейчас, мальчик мой. Бэл прыгающим шагом спустился по лестнице. Он вышел на помост. Небольшая кучка людей, которые постоянно паслись там, зашуршала. -Я люблю тебя, Бэл! – робко крикнул кто-то. Раздался слабый писк. -Вы – самые мои преданные поклонники! – громко сказал Бэл. Визг и писки усилились. – Я знаю, вы постоянно стоите у дверей. Сегодня я хочу попрощаться с вами. Я в последний раз пою в этом городе. Для вас. Кто-то громко завопил. Крики «Я люблю тебя!» стали, кажется, смелее и многочисленнее. Бэл ухмыльнулся и запел. Он думал, что пение не принесет ему никакого удовольствия. Но он ошибся. Пока он пел, он заново пережил все те чувства, которые его и подвигли на написание песен. Когда он закончил, толпа (значительно к тому времени увеличившаяся) рукоплескала. Пара девушек кинулись к высокому помосту и попытались забраться на него. Одной это почти удалось. -Нет, нет, - Бэл подошел к ней, взял за руки и мягко опустил на землю. Потом он наклонился и чмокнул ее в затылок. И ушел. Девушка зарыдала: «Он держал меня за руку! Он поцеловал меня! Это был лучший момент моей жизни!» Бэл поднялся в комнату и стал собирать вещи. Внезапно какая-то сила заставила его выглянуть в окно. Он выглянул и оторопел. Там, внизу, стояла девушка из его снов и разговаривала с толстым Домиником. Бэл бросил все и кинулся вниз. Но когда он подбежал к Доминику (чуть не сбив последнего с ног), девушки не было. -Где она? – спросил Бэл. -Кто – она? – не понял Доминик. -Девушка. Девушка, которая с тобой разговаривала. -А-а-а… Это была какая-то эльфийка. Запугивала меня драконом, просила к тебе пустить. Но я не пустил. -Где она? -Ушла. А зачем она тебе? Украла что-то? Бэл с сомнением посмотрел на Доминика. «Не поймет…» -Неважно. Мне надо ее найти! -Ты хочешь побежать за ней? Одумайся! Едва ты ступишь на землю, тебя растерзают поклонник и растащат на сувениры! Голова Бэла поникла. «Он прав. Я никогда не найду ее…» -Парень… Что с тобой? А-а-а… Неужели это та самая девушка, которой посвящены твои песни? Бэл кивнул. -Видимо, поездка по городам отменяется, - задумчиво произнес Доминик. – Знаешь, что я бы тебе посоветовал? Устроить еще одно выступление. Огромное выступление. Я уверен, что она твоя поклонница. Она придет, когда ты будешь петь. -Так я и сделаю! Глава 30. Я шла по улице к Фаэту, когда услышала пение. Я почти не понимала слов, потому что пели очень быстро и не по-эльфийски. Но песня притягивала, звала. Чудесный голос, чудесная музыка – она манила за собой. Повинуясь непонятному порыву, я пошла к источнику пения. Голос был все ближе и ближе и вот наконец… Я увидела огромный деревянный помост, окруженный с трех сторон занавесками, на котором стоял прекрасный хейв с черными, по-эльфийски длинными волосами. У него были темно-карие, глубокие глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами. А голос… Его голос окутывал, накрывал пеленой, казалось, будто падаешь в бесконечность. Хотелось, чтобы песня длилась вечно… Но, увы, это было невозможно. Чудесное пение закончилось, и таинственный певец исчез за занавесями. Я подбежала к одной хейванке и спросила, кто это был. Она обернулась ко мне. Глаза ее горели, но видно было, что она удивилась, услышав мой вопрос. -Это же Бэл Канто! Неужели ты его не знаешь? Он ведь так знаменит… Я не дослушала. Фаэт, который недавно так крепко поселился в моем сердце, покинул его, не оставив и следа. Как он мог мне нравится? У него же и ноги кривые, и картавит он, и волосы не черные (как у Бэла)… А про голос и говорить нечего! Этот парень должен стать моим! Или я – не я. И пусть он очень знаменитый, прекрасный певец. Я, в конце концов, эльфийская царевна – неужели я ему не пара? Я смела зашла за занавеси. -Я хочу поговорить с Канто, - обратилась я к какому-то толстому хейву. -Надоели уже эти поклонницы… - начал он и заикнулся, увидев мои длинные острые уши. – Эльфийка? -Да, я – принцесса Белиндейна, Евлалия. Мне очень хотелось бы поговорить с Бэлом. Толстый хейв рассмеялся. -Здесь твой титул ничего не значит, детка, пустые слова. Здесь – Фаэрия, а не Белиндейн. К Бэлу я тебя не пропущу. -У меня есть ручной дракон, который больше этого дома, - я показала на соседнее строение. – Это что-нибудь для вас значит? Толстяк слегка побледнел. -Бэл живет в этом доме. Но даже если я тебя пропущу, тебя охранники не пропустят. У них свои драконы есть, а их алебарды больше тебя. Это для ТЕБЯ что-нибудь значит? Я побрела обратно, забыв, зачем я вышла на улицу. Ах, да, к Фаэту. Но это не имеет теперь значения. Я должна познакомится с Бэлом. Но как? Ссорится ни с кем из хейвов я не хотела – трусливый толстяк не в счет. Как же мне… Придумала! Я помчалась к Фрею. -Фреймор, ну пожалуйста… Фрей… Я тебя очень прошу… -Нет! -Фрей, я же с детства мечтала сочинять заметки в книги – как моя мачеха, Алена Элистон. -Странно, первый раз слышу о такой мечте! Зачем тебе понадобилась грамота писателя? -Здесь столько всего интересного… Я хочу опросить здешних жителей, написать заметки о городе… Но ты же понимаешь, они мне ничего не расскажут без грамоты! -Глупости! Тебе нужен он для чего-то другого. От меня ничего не утаишь, я слишком хорошо тебя знаю. -Фрей! В конце концов – я принцесса, а не та скромная Жанетта, которую ты знал. Я сама могу выписать себе грамоту. -Не можешь, во всяком случае на Фаэрии. Ты еще несовершеннолетняя по меркам хейвов. -Хорошо, Фрей. Я тебе приказываю!.. -Твое упорство меня поражает. Ладно, я попробую раздобыть тебе грамоту писателя Фаэрии. -Спасибо, я тебя обожаю, - чмокнув Фрея в щеку, я побежала к Фаэту. Надо ему все объяснить. Я знаю, Фаэт обрадуется, увидев меня, потом, когда я скажу, что полюбила Бэла, он испытает шок… Мне его жаль, ведь еще часа два назад я любила его до потери пульса. Но не рассказать ему про свою новую влюбленность я не могу. Это будет несправедливо по отношению к нему. Я подошла к гарнизону и увидела Фаэта – с Налой! Они шли по улице, обнявшись, весело о чем-то болтая. Фаэт то и дело смеялся. Будь я по-прежнему влюблена в него – я бы разорвала Налу на клочки. Но теперь мне было все равно – теперь, когда у меня есть Бэл. Вернее, будет. Я подошла к ним. -Привет Фаэт. Привет, Нала, - вежливо поздоровалась я. -Привет, Ева… А мы вот с Налой… - рука Фаэта медленно сползла с талии девушки. У Налы на лице выражалось недоумение. -Теперь это неважно, - я посмотрела на Фаэта пустыми глазами. Затем на Налу. – Я тебе его дарю. -Ева, - Фаэт опустился на колено. – Евлалия, прости меня… Я не хотел тебя обидеть… Она мне просто подруга… -Я и не спорю. Она твоя подруга – она, но не я. Прощай, Фаэт, - с этими словами я направилась в небольшой трактир, где жила с сестрами. Фаэт пытался меня преследовать, но я взглянула на него – он остановился. За спиной раздавался шум голосов, плач Налы. Мне не хотелось рыдать, мне было не грустно, не больно – наоборот, легко, словно я отделалась от якоря, который держал меня на пристани, и теперь могу плыть, лететь за Бэлом! Слава Альбейн, я сначала встретила Бэла, а потом уже Фаэта с Налой. Я распознала его подлость тогда, когда мне было уже все равно. Мне не жаль Фаэта. А за себя я только рада, ведь у меня будет Бэл! Я зашла в трактир, поднялась в нашу с сестрами комнату и заметила Фаэру, которая лежала на кровати и рыдала. -Фаэри, что произошло? – я присела рядом, понимая, что не смогу сочувствовать как следует, потому что меня распирает от счастья, ведь я увидела хейва своей мечты! Фаэрина подняла заплаканное лицо и, с всхлипами, рыданиями и признаниями в любви к Кларку кое-как рассказала мне историю ее ссоры с Коралкином. Оказывается, они пошли куда-то вместе. А по дороге он встретил старую подругу, которая его поцеловала. И не куда-нибудь, а прямо в губы! Это якобы, у хейвов приветствие такое. («Неужели и Бэл, когда я с ним встречусь, поцелует меня в губы в качестве приветствия?» - подумала я и блаженно улыбнулась.) Кларк не мог понять, что безобразного в его поведении. Тогда Фаэрина сказала, что ей не нужен парень, который ее не понимает. На что Кларк ответил, что найдет себе хейванок целую кучу – конечно, с его то привлекательной внешностью и полупустой головой – да еще получше Фаэры, тех, которые носят не идиотские платья, и нормальную одежду… На этом Фаэрина снова уткнулась в подушку. -Ты так переживаешь? Зачем тебе этот Кларк? Найдешь себе кучу других… -Помнишь ты чем закончилась наша прошлая поездка – поискать хейвов? Они все ужасные, вонючие уроды! -Ну, положим не все, - возразила я, подумав о Бэле, и вновь дурацкая улыбка наползла на мое лицо. -А мне не нужен никто другой – только Коралкин… Я его не разлюблю, а мы в одной экспедиции, видеть его возле себя – это мука, - и снова пошли рыдания. -А я только что Фаэта видела с Налой. -Ах, он подлец! – воскликнула Фаэра в подушку. – Все эльфы – мерзавцы! -Мы расстались, - продолжила я. - И я не плачу. Фаэра села на кровати. -Неужели тебе так горько, что и плакать уже не можешь? Да, я знала что ты его любишь до безумия… Лучше поплачь, будет легче… -Нет, я не хочу плакать. Мне не горько. А знаешь почему? Потому что я недавно видела самого красивого хейва в мире… Он прекрасен… -Ты выдумала себе его, чтобы утешиться, да? Хейв не может быть прекраснее эльфа. Тебе, кажется, совсем худо. -Со мной все хорошо. Просто полюбила другого, и он затмил собой Фаэта, как Солнце затмевает Луну… - я снова глупо улыбнулась. Фаэра явно заинтересовалась, даже плакать почти перестала. -Неужели он и правда так хорош? -Он прекраснее всех эльфов, которых я до сих пор видела. Он прекраснее даже Коралкина… А его голос – манит, зачаровывает, околдовывает… -Как вы познакомились? -Вообще то мы еще не познакомились… - тут я рассказала Фаэре историю моей встречи с Бэлом. Фаэрина слушала очень внимательно, затем спросила: -А ты так уверена, что он заметит тебя в толпе девушек и сразу влюбится? Мне, конечно, много рассказывали о том, что хейвы часто влюбляются в эльфиек с первого взгляда, но… -Глупости. Я уже придумал, как познакомлюсь с ним. Я попросила Фрея выписать мне грамоту писателя. -Как у Алены Элистон, твоей приемной матери? -Да. Она ведь вышла замуж за Бьорка – певца, и познакомилась с ним как раз тогда, когда писала о нем. Задавала вопросы, мило улыбалась. И он полюбил ее. Фаэрина слушала, как зачарованная. -Ладно. Я знаю, это красивая история любви, но поговорим лучше обо мне. Я с помощью грамоты проникну в дом, где Бэл живет. Расспрошу его о песнях, о творчестве… Включу все свои эльфийские чары. Он меня полюбит. Если не с первого взгляда, то со второго точно! -Мне бы твою уверенность. Как там его зовут? -Бэл Канто, - мое лицо уже в который раз за разговор расплылось в совершенно идиотской улыбке. -Лиа, когда заглянула сюда недавно и на две минуты, что-то сказала мне про какого-то Канто. -Это он! Канто! Его здесь все знают! -Он, как я помню, будет петь скоро на главной площади. Сердце екнуло. Мне нужно знать, когда это произойдет. -А где Лиоанна? -Она в гарнизон отправилась. Она из-за чего-то с Виктором поругалась очень серьезно. Эльфы их помирить решили. -Ладно. Знаешь, что? Мы обязательно должны быть на площади, когда ОН будет там петь. -Для этого нам нужна Лиа. Чтобы узнать, когда твой Бэл петь начнет. -Для этого нам нужна хейвская одежда. -А это еще зачем? -Я хочу понравиться Бэлу. С первого взгляда. Он должен выделить меня в толпе. Но не как полную дуру в платье, а в самой лучшей и модной местной одежде. Такой же, как у него. -А как он был одет? -Я не рассмотрела. Я глядела на лицо. Но совсем не так, как эльфы. Гораздо красивей. И он тоже самый красивый в мире! -Ты это уже говорила. -Да, действительно, - и опять губы расплылись до ушей, как только я подумала о Бэле. – Он прекрасен, ты увидишь это. Мы обе увидим его сегодня – и услышим. -С чего ты решила, что я пойду слушать какого-то средненького певца? Не верю, что он так хорошо поет! Никто не поет лучше эльфов! -Наше пение по сравнению с его божественным голосом – мычание коровы! Ты должна услышать эти песни – и сама все поймешь! -Я не пойду, - заявила Фаэра. – Я не понимаю, почему я должна идти. -Потому что он – Бэл Канто, прекрасный певец! Потому что ты обязана увидеть хейва, которого я теперь люблю больше жизни! Потому, что тебе надо развлечься, в конце концов! В общем, собирайся, мы сейчас пойдем в магазин за хейвской одеждой. -Не можем же мы прямо так пойти в магазин, - Фаэра схватила расческу. -Хорошо, сначала ты причешешься, а потом мы пойдем. -Да нет, я не об этом. Пойми, мы не знаем, что у хейвов модно. Мы не знаем, где находятся магазины… -За кого ты меня считаешь? Я об этом уже подумала. У хозяина трактира есть дочь – ей около двадцати, она наверняка знает, что модно, где магазины… -Я не перестаю тебе удивляться. Ты только что узнала, что тебе изменил Фаэт, а ты его любила до смерти. И вот уже мечтаешь о новом романе. Пышешь энергией… -Фаэт для меня уже не важен… Фаэра покачала головой и полезла в сундук за деньгами. А я отправилась искать дочь хозяина, Дину. Несколько минут – и я нашла ее за чисткой картошки. Я рассказала ей, что хочу посетить модный магазин одежды для хейвских девушек. Дина разъяснила мне, что богатые хейвские девушки также носят платья. Но два волшебные слова – Бэл Канто – и Дина бросила свою картошку, улыбнулась и закивала. -О, его стиль неподражаем! Но все же есть магазины, где продают одежду «как у Бэла». Их непросто найти, но я знаю, где один такой находится! Фаэра в это время спустилась с деньгами и сообщила, что оставила Лие записку, чтобы та ждала нас в трактире. После этого мы – я, Дина и Фаэра – отправились в магазин. Дина долго вела нас узкими закоулками, и в конце концов вывела нас к какому-то зданию, которое было заклеено черной бумагой. Мы зашли внутрь. Я рот чуть не открыла от удивления. Так много всего… странного. Вот брюки – на бедрах, широкие, одна штанина шире моей талии. И у кого, интересно, такие ноги? Серьги-кольца - точно такие же, только без драгоценных камней, в Белиндейне носят драконы (в носу). Странные ботинки – из ткани и без каблуков. Голубые брюки из неизвестной мне очень прочной ткани. Сапоги из кожи черного дракона, которые заканчиваются на середине бедра. Пояса шире моего лица, юбки, напоминающие пояса… Надеть необычайно широкие брюки я не решилась, поэтому мне мы купили синюю юбку, к ней – белую кофточку, похожую на обрезанный кусок декольтированного платья и белые перчатки из материала, напоминавшего рыболовную сеть. Дина подобрала мне чудовищные серьги, изображавшие солнца. Я хотела купить еще и кольца, но увы… ни одно их продававшихся там не подошло к кольцу наследницы Белиндейна. Из обуви мне понравились те самые высокие кожаные сапоги (только из белой кожи) – внутри находился удобный кармашек, в который удобно было положить кинжал. Фаэра выбрала узкие штаны из темно-голубой странной ткани, к ним – короткое обтягивающее платье из черной кожи, и широкие ботинки из ткани (они назывались «кеды»). Носить не эльфийские украшения она категорически отказалась. Лиоанне мы (на свой вкус) приобрели такие же широкие тряпичные ботинки, широкие штаны и полупрозрачную голубую блузу, напоминающую ночное платье. К широким штанам – пояс с неизвестной нам надписью, длинные серьги и много-много тоненьких браслетиков. Часть денег мы отдали Дине, которая на радостях смела чуть ли не весь магазин. Наконец, с огромными сумками, набитыми обновками, мы отправились к трактиру. Дина побежала дочищать картошку, а мы – в комнату. К нашему удивлению, Лиоанны все не было. Мы принялись перебирать обновки. За этим занятием нас и застала Лиа. Она, когда вошла, рот открыла от удивления. Когда увидела хейвские вещи, разбросанные по комнате. -Ах! – наконец выговорила она. -Что, нравиться? -Мне после этого дурака Виктора уже ничего не нравиться, - Лиоанна пинком смахнула одежду с кровати и села. – Знаете, что он сделал? Мы катались на лошадях, и он меня толкнул – в шутку, якобы! Ничего себе шуточка! Я чуть не упала, когда нога в стремя провалилась. А он стоял, вернее, на лошади сидел, и смеялся, а мне не помог. Нас помирить решили. Знаете, что он сказал? Он сказал, что я не немощная старуха, чтобы меня поднимать. И даже не извинился. В общем, мы еще хуже разругались. А потом пришел страшно злой Коралкин. -Только сейчас пришел… - у Фаэры на глазах появились слезы. – Где же он был? Главное, с кем? -Один, - ответила Лиа. – Он мне рассказал историю вашей ссоры, потом сказал, что бродил один по улицам, размышлял… судя по его глазам, скоро мириться к тебе придет. Фаэра довольно улыбнулась. -Фаэт тоже ходил чернее тучи. На вопрос что с ним ответил ругательством и посоветовал пообщаться с тобой. Что у вас произошло? Вы же с ума друг от друга сходили… -Сходили… Только я ему приелась… Впрочем, он мне тоже! – я рассказал Лиоанне о Фаэте с Налой, потом о Бэле. -Бэл Канто? – воскликнула Лиа, подскочив от возбуждения. – Я знаю его! Его все здесь обожают. Ты его видела? Слышала его голос? -Да, увидела, услышала, влюбилась и добьюсь его. -А что, если у Бэла уже есть девушка? – задала Лиоанна вполне резонный вопрос. -Мне все равно. Бэл будет моим. Я решила. И не пытайтесь меня переубедить. -Кстати, а когда он будет петь? – спросила Фаэра. – Я помню, ты говорила, что он петь будет, а когда – не помню. А после того, как я ваши восторги услышала – мне его услышать хочется. -Скорее, тебе захотелось его услышать после того, как ты узнала, что Кларк скоро придет к тебе мириться, - заметила я. -Петь… - медленно протянула Лиа. – Ах да – сегодня. Вечером, - она взглянула на часы. – Через час. -Через час? Нам срочно надо собираться! Лека и оставшиеся орки подошли к подземным воротам Нордвуда. Лека взяла в руки молоточек, вырезанный в виде головы дракона и постучала. Стук эхом отозвался в тишине. -Кто там? -Лека, - кратко ответила оркша. Темные подземные ворота распахнулись. -Лека. Вас уже ждет совет и шаман. -За мной! – Лека махнула рукой своей потрепанной армии. Вместе они вышли на поверхность, вместе сквозь снег прошли к запорошенной снегом поляне. Там, словно древние статуи, стояли орки генералы и шаман с факелом. -Почему ты привела назад так мало воинов? – вскрикнул один из генералов. -Была битва с эльфами, - ответил за Леку шаман. -Ты победила их? – спросил тот же генерал. -Победила, раз вернулась, - ответил кто-то. Лека вжала голову в плечи, словно опасаясь удара, и тихо сказала: -Я заключила мир с эльфами. -Что? – крикнул генерал. Орки заспорили. -Тихо! – приказал шаман. Все умолкли. Шаман продолжил: - Я знал, что ты заключишь мир с эльфами. Поэтому и отправил тебя. Ты поступила правильно, дитя. Ступай. Лека развернулась и ушла, неслышно ступая по мягкому снегу. Глава 31. -Привет, Фрей. -Ева… Какого..? У меня были две длинные косы. Одну заплела Фаэра, другую – Лиа. Они почти закрывали уши, а в обновках я была похожа на хейванку. Фаэра и Лиа также надели новую одежду. Лиа волосы распустила, а Фаэра сделала красивый пучок, закрепив его эльфийской диадемой. -Да, это я. Фреймор, ты мне грамоту обещал. -Да, но… Так быстро дела у хейвов не делаются. -Ладно… Сегодня обойдусь. Но мне она нужна. Очень. -Хорошо, может, завтра… -Не может, а точно. Завтра я приду за грамотой. Я быстро спустилась вниз по лестнице. Придирчиво оглядела сестер. Похожи на хейванок – просто вылитые. -Сегодня мы сольемся с толпой хейвов. -Точно! Мы направились к центральной площади. Там уже стояли подмостки, толпились хейвы. Но Бэла не было. Мы с большим трудом пытались протиснуться к подмосткам. Тут раздался голос Бэла… Я узнала бы этот голос из тысячи. Я еще интенсивней задвигала локтями, и вот мы уже у подмостков. Косы растрепались, уголки ушей вылезают - я уже не хейв, а эльф. Я стиснула зубы – так хотелось, чтобы все было идеально. А теперь прическа испорчена. Обидно… Обида испарилась, будто ее и не было. Бэл закончил свою речь – из которой я мало поняла, потому что вслушивалась в этот мягкий ласкающий бархатный голос – и начал петь. Как и тогда, во время первой встречи, его голос зачаровывал меня, обволакивал, окутывал, накрывал теплыми волнами. Мне захотелось танцевать, но не эльфийские медленные танцы, а так же смешно дрыгаться, как это делали все вокруг. И я начала двигаться – не так, как меня учили во дворце, а так, как подсказывало мне сердце. Танец рвался из глубины души. Голос Бэла звучал, и эхо звучало в моем сердце. Когда он пел про друзей – хотелось обнять сестер. Пел про время – и время останавливалась, повинуясь его голосу. Он пел про свое одиночество – я хотела обнять его, утешить. А когда он пел «Спаси меня!» - я не знала, от чего спасать, и как – не очень понимала я все-таки язык хейвов – но мне хотелось его спасти, от чего угодно: и от одиночества, и от опасности. Когда он вдруг запел эльфийскую песню, она для меня обрела новый смысл, потому что пел ОН… Мне казалось, мое сердце увеличилось в 1000 раз, я надуваюсь, как воздушный шар и сейчас вот-вот взлечу. На лице – дурацкая улыбка, губы шепчут «люблю…» Я смотрела на Бэла. Он стоял на подмостках, в огромных белых «кедах», с длинными черными волосами, в рваных голубых брюках и черной кофте с короткими рукавами, со странными тряпичными браслетами на руках (вроде обрезанных перчаток) и оглядывал площадь красивыми теплыми большими глазами… Он прекрасен, как принц из волшебных сказок… Мое внимание на пару секунд привлекло кольцо Бэла – необычной формы, золотое, с темным камнем. Оно слегка напоминало мое кольцо наследницы Белиндейна. Я вспомнила, что я заметила это же кольцо в первый раз, когда видела Бэла. «Красивое колечко… Наверное, это нечто вроде талисмана на счастье», - подумала я. Но тут Бэл, приумолкший, начал петь снова, и я вся обратилась в слух, сердце билось сильнее. И я смотрела только в глаза Бэла, а не на кольцо – какое бы оно ни было красивое. А пока Бэл пел, среди толпы сновали люди с подносами. На подносах стояли деревянные кружки, в которых что-то плескалось. Не замечая сама, я выпила несколько кружек. Голова начала кружиться. Я, не сознавая, что делаю, потянула руки к сцене. Тогда Бэл опустился на колено, я провела рукой по его щеке. Он коснулся моей руки, затем встал и продолжил песню. Я упала в объятия сестер. -Мое сердце принадлежит ему, - прошептала я, машинально схватила с подноса деревянную кружку, глотнула и… Ничего не помню… -На улице темно, месяц смотрит в окно, - медленно пропела Шарлин, убираю грязную посуду. – Видишь, Бэл, я могу сочинять стихи не хуже тебя! Бэл все так же сидел, обхватив голову руками. -Что случилось? – участливо спросила Шарлин. – Почему ты такой грустный, и мне никак не удается тебя развеселить? -Ничего не случилось, - ответил Бэл плачущим голосом. -Расскажи, тебе станет легче! -Я видел ее – девушку из сна. И упустил! -Ты все еще грустишь об этом? – спросил Тиам. -Да. Я надеялся, что она придет на концерт. Но ее там не было! Шарлин негромко рассмеялась. -Как будто ты что-нибудь видел со своего помоста. Я как-то раз стояла на сцене. Тысячи огней освещают тебя, слепя глаза. Хейвов, которые стоят внизу, совсем не видно. Бэл грустно посмотрел на Шарлин: -Ты права. Может, она и была. Но я ее не видел! О Сарн, какой же я дурак! Какой дурак! -Будут еще концерты, - попыталась успокоить его Шарлин. – Если она была на одном, будет и на другом. Внезапно Бэл схватился за сердце. -Что случилось? – тут же спросила Шарлин. -Что-то произошло. Очень плохое. -Сердце заболело? Тебе принести воды? Что с тобой плохое случилось? - Не со мной, - отмахнулся Бэл. -А с кем же? – удивился Тиам. -Не знаю. С кем-то произошло что-то плохое. И я это почувствовал. Шарлин ничего не ответила. -Неважно, - вяло сказал Бэл. – Все уже в порядке. Хотя нет, не все. -Бэл, ты опять за свое? -Да. Я долго ждал ее, а когда она пришла, не смог удержать. Я никогда ее не найду… Он обхватил голову руками и упал лицом на деревянный стол. Глава 32. -Ева! Ева, очнись! – откуда-то сверху звал меня голос Фаэрины. -Что с ней? -Обычный обморок. Может быть, от жары. Или от перенапряжения. -Помоги донести ее до дома! – попросила кого-то Лиоанна. Я медленно раскрыла глаза и увидела над собой три лица, которые расплывались и шатались из стороны в сторону. -Она моргает! Ева, с тобой все в порядке? -Да, - я попыталась встать, но шатнулась и схватилась за кого-то. -Я держу ее, - услышала я голос Димиля. -Димиль? – я распахнула глаза и поняла, что нечего уже не расплывается. Я огляделась. Рядом со мной стояли сестры. Я опиралась на Димиля, который тоже был рядом и дышал мне в шею. Было довольно темно, хотя прямо над нами горел фонарь, (масло капало рядом). Метрах в двух от меня был помост, на котором пел Бэл. Сейчас помост пустовал. -Где Бэл? – спросила я. Лиоанна закатила глаза: -С ним-то все замечательно! Он допел и ушел. А с тобой что? -Со мной? Со мной все в порядке. -Раз с тобой все в порядке, может быть, мы прогуляемся? -Хорошо, - согласилась я. -А мы пойдем домой, - сказала Лиа, ткнув Фаэру локтем. Они пошли по узкой улочке к трактиру. -Тебе, я вижу, нравится Бэл Канто? – спросил Димиль. -Да. Разве он не прелесть? Димиль скривил губы: -Да уж. Его здесь все девушки обожают! -Все? Нет, Бэл мне уже не нравиться. -Почему? -Если его любят все, зачем ему еще одна поклонница? -Узнаю свою старую знакомую. Ты как ребенок, Ева: «Я не буду пить шоколад, потому что его пьют все остальные!» -Да, я именно так и говорила, - вспомнила я. – И, давясь, пила кофе. Димиль засмеялся. -Знаешь, Ева, тогда ты была совсем ребенком. Тогда было неважно, будешь ты пить шоколад или кофе. Хотя, согласись, давиться кофе было не слишком приятно. Сейчас, когда ты выросла, все серьезнее. Я говорю тебе это и как хорошей подруге, и как будущей правительнице Белиндейна. Политика «я не буду делать, как все» - не самая лучшая политика. -Димиль, не забивай мне голову чепухой! -Это не чепуха! -Послушай, я все равно буду поступать по-своему, независимо от того, поступает кто-то также или все меня ругают. -Вот это – правильно. И с Бэлом Канто тоже? -С Бэлом Канто – тем более! – я вздохнула. – Даже если бы я не хотела его любить, даже если бы мне запретили это под страхом казни… Даже если бы он оказался убийцей, или демоном, или вампиром – я все равно не перестала бы его любить. И мне плевать, что его любят все. -Подожди… Ты, говоришь, что тебе не просто нравятся его песни? -Нет. Мне нравиться он сам. -Но это глупо – любить хейва, которого не знаешь! -Я узнаю его… Когда выйду за него замуж. -И…? - Димиль ничего не ответил. -Он нравиться мне. И я добьюсь его! Ты же знаешь, я всегда добиваюсь того, чего хочу. -Я тоже, - Димиль неприятно, фальшиво улыбнулся. – Только один раз не удалось. Но я надеюсь это наверстать… Мне стало немного не по себе. -А как поживает Кэйли? – спросила я. -Понятия не имею. Мы расстались… - внезапно Димиль обнял меня: - Ева, когда я снова увидел тебя, я вспомнил все, что было… -Но почти ничего не было, - я отодвинула Димиля. – Мы гуляли по берегу озера, танцевали… -Мы были влюблены друг в друга! -Может быть, - уклончиво ответила я. – Но это прошло! -Ева, - Димиль взял меня за руку, - ты очень милая и симпатичная девушка… И ты мне очень нравишься… Я буду рад, если мои чувства взаимны… Я растерялась. Наконец у меня хватило мужества сказать: -Знаешь, уже поздно… Мне, наверное, пора… Я хотела убежать, но Димиль все еще держал мою руку: -Может, я провожу тебя? -Нет, я сама найду дорогу домой… -Тогда… - Димиль резко притянул меня к себе, быстро поцеловал и отпустил: - До свидания, Ева. -До свидания, - сказала я, в глубине души желая, чтобы это свидание никогда не состоялось. Я шла домой и чувствовала, что мои губы горят. У меня было такое ощущение, будто я предала Бэла. Во всяком случае, если не Бэла, то свою любовь к нему. Я вернулась в трактир, где жила с сестрами. Простучав каблучками по лестнице, я быстро поднялась наверх и вошла в ванную комнату. Открыла кран с водой и вымыла губы с мылом. Мне стало легче. Я зашла в комнату. Сестры уже лежали и, похоже, спали. -Ева, это ты? – поинтересовался нисколько не сонный голос Лиоанны. -Как прошла встреча с Димилем? Почему так быстро вернулась? – Фаэрина присела на кровати и включила свет. -Он надоел мне за пять минут. Девочки, если встретите его на улице, скажите, что я не хочу его больше видеть. Иначе он не оставит меня в покое. -Почему ты так жестока? -Я не жестока. У меня даже не хватает сил поговорить с ним. Он сейчас опять говорил о любви ко мне… - я поморщилась. -И поэтому ты не хочешь больше с ним общаться? Как глупо! -Я люблю другого. -Понятно, - вздохнула Фаэра, ложась. Я выключила свет, легла и тихо сказала себе: -Я люблю Бэла, - потом подумала немного и добавила: - Люблю, несмотря ни на что. И я буду его любить, что бы ни случилось. -Что «случилось»? – сердито спросила Лиа. – Ева, что ты там бормочешь? -Ничего. Спите. На Золотых горах снова собрались драконы. Снова закрыли они своими яркими телами серые скалы, снова хлопали крыльями. -Тиара с войском улетела уже неделю назад! – возвестил Тритон. -А им до Синематры день лёту! -Где наши родные? -Они пропали! -А что нам делать? -Мы должны послать отряд за ними! – закричал Тритон. -Зачем? -Чтобы посмотреть, что произошло. Если духи и демоны с Синематры уничтожили войско, отряд отомстит! – сказал Тритон. -Ты в своем уме? Если духи и демоны уничтожили войско, то разделаться с отрядом им проще простого! На шум голосов из пещеры вышел старый дракон. -Драконы, полетевшие к острову, не вернулись, - сказал старик. - Они напали – и поэтому не вернулись. Мы не будем больше нападать. Те, кто нападут на демонов – не вернуться. -Тиара оставила меня за главного! – зарычал Тритон. -Ты хороший парень, но горячий и неразумный. За тобой никто не пойдет. Они доверятся мне, старому и опытному. Тритон огляделся и увидел, что ни один дракон действительно не смотрит на него, все глядят в рот старику. -Мы согласны со старцем! – крикнули из толпы. -Ты, вновь прибывший, не знаешь ничего о нашей жизни! -Решить должен старец! -Спроси совета у мудрого старца! Тритон понял, что ждут его реакции. -Что делать? – рассеянно спросил Тритон. -Ждать… - медленно ответил старый дракон. -Что ж, мы будем ждать! – возвестил Тритон. Гул в толпе стих, драконы понемногу разлетались. Старик похлопал крыльями и пошел в пещеру спать. -О, Химера, сделай так, чтобы мы не пожалели о своем решении, - тихо сказал Тритон. Глава 32. Я проснулась ночью. Было темно – я не зажигала свет. Я сидела на кровати, пальцами прибирая одеяло. Просто сидела и думала. А вдруг мой план не сработает? Вдруг я Бэлу не понравлюсь? Но рискнуть и попробовать все равно придется, ведь по-другому познакомиться с ним все равно не получится. А вдруг меня не пропустят к Бэлу? Но я так хочу встретиться с ним… Хотя бы встретиться… Хотя бы увидеть… Все отдам – за одну встречу! Но сделать я сейчас все равно ничего не могу – и это самой обидное. Мне остается только сидеть и мучаться. А я хочу сделать что-нибудь, что приблизит меня к конечной цели. А что мне делать? Я сейчас могу только молится. Но это глупости! Я никогда не молилась. Только так «прошу Альбейн!», «Альбейн умоляю тебя!». А так, чтобы по настоящему – никогда. Потому что я знаю, что это не принесет пользы, пользу принесут только конкретные действия. Но сейчас сделать я ничего не могу! Вспомнила! Я молилась, когда любила Фаэта… Но как это теперь неважно. И тоска по Бэлу когда-нибудь станет неважной. Когда-нибудь, но не сейчас. А сейчас это важно! И за одну встречу с ним я готова отдать весь Белиндейн! Все, все свои украшения, деньги, даже бессмертие… За одну встречу… За то, чтобы переброситься с ним ничего не значащей фразой! За то, чтобы увидеть его рядом! О, Альбейн! Первое солнце медленно поднималось. В окна заглядывали робкие лучики света. Небо наливалось алым, как будто из-за горизонта вытекала кровь эльфа. Луна гасла. Я встала с кровати. Пора собираться – скоро я пойду к Фреймору. За грамотой писателя. А потом я встречусь с Бэлом! О, Альбейн, помоги! Когда в Королевстве Рабов были готовы, наконец, осадные машины, на всеобщем собрании решили напасть на королевство Брайт. Вообще-то такое решение было принято уже сравнительно давно, но сегодня оно только подтвердилось. Грузных троллей запрягли в неповоротливые машины. Красивые эльфы (в Белиндейне этих беглецов называли темными эльфами) ехали на лошадях, зажав в руках изящные деревянные и костяные луки. Вампиры – незаменимые бойцы, ибо впитывают жизнь противника – хоронились от света солнца под крыльями грифонов. Низкорослые хоббиты – отличные стрелки – шествовали рядом с варварами. Варвары также считались весьма сильными воинами, потому что перед битвой вводили себя в состояние, при котором боролись сумасшедшее и с утроенной энергией. Это была гвардия Королевства. Основное войско состояло из четырех батальонов. Первый батальон – кентавры – шли с колчанами, полными дротиков. Второй батальон джиннов шел следом. Джинны летели по воздуху, наполняя окружающее пространство клочками сизоватого дыма. Орки из соседнего королевству рабов Нордвуда – третий батальон – шествовали далее, помахивая мечами. Четвертый и главный батальон составляли хейвы, которых в армии было больше всего. Хейвы были вооружены по-разному: кто-то с пиками, кто-то с алебардами, кто-то с арбалетами, кто-то просто поднял с земли увесистую дубину. -Смотрите, - закричал кентавр, встав на дыбы. – Там что-то виднеется! -Да, действительно. Какие-то темные точки на зеленой равнине, - согласился медлительный тролль. – Что бы это могло быть? -Это воины. Хейвы, - прищурившись, ответил зоркий эльф. -Вы думаете, они поймут наше стремление «мира в мире»? – поинтересовался любопытный орк. -Королева Селена вряд ли поймет. Но простые хейвы понять обязаны. Ведь им наверняка надоели бесконечные войны. -Так или иначе, они вряд ли станут сражаться против хейвов же! -А что им еще делать? Они ведь простые воины. -Им нужно поднять восстание, обратить оружие против своих же генералов и присоединиться к нашей армии. -Послушайте, даже если они и хотят «мира в мире», как они догадаются о наших намерениях? Надо рассказать им, - подкинул ясную мыслишку один из хейвов. -Как вы думаете, они послушают нас? -Думать надо было до того, как мы шли сюда! -Еще не поздно повернуть обратно… -Нет, мы подумаем и здесь. На самом деле, мы можем послать к войску своих парламентеров. -Это весьма разумно. Хорошая идея. Кто же будут эти парламентеры? -Хейв, разумеется, - сказал какой-то джинн. – И хоббит. -Я бы предложил орка. Он даже без оружия может защитить хейва. В случае чего. -Нет. Хейвы не посмеют обидеть ребенка. -Ребенка? – хоббит нервно сощурился. – Я не ребенок! -Но весьма похож. -Парламентеры выбраны! В это время армия хейвов подошла настолько близко к армии свободных народов, что не только эльфы, но даже уже и подслеповатые тролли различали хейвов в кольчугах. Размахивая белым платком, привязанным к палке, к армии Брайта медленно подошли безоружный хейв и хоббит в кожаной курточке и белых холщовых штанишках. -Кто вы? – грубо спросил мужчина с красной кокардой, один из двух всадников, что ехали на лошадях перед войском. -Мы – парламентеры, - заявил хейв. Мужчина с кокардой на шлеме посмотрел на хоббита и присвистнул: -Обычно парламентеров высылают, когда сдаются. Неужели вы испугались вида нашей армии, и свесили хвосты? Впрочем, если ваша армия состоит из таких вот парнишек, - он махнул рукой на хоббита, - это и неудивительно! -Честно говоря, мы хотели поговорить с вами и вашими воинами, - косясь на второго, молчаливого всадника, сказал хоббит. – Может быть, нам и не за что сражаться. Может, мы хотим одного и того же. -Чего же вы хотите? – спросил всадник. -Мы хотим, чтобы все народы жили в мире. Чтобы не было войны. И чтобы не было ни рабов, ни королей, разумеется. -Занятная идея, - сказал женским голосом второй всадник. – Я согласна с вами. Я тоже иногда хочу, чтобы не было ни рабов, ни королей. А о войнах я уже и молчу! Но если вы против войн, то зачем вы нападаете на нас? -Мы не нападаем. Мы хотели лишь поговорить с вами – а потом и со всеми – о том, как бы прекратить войны и объединить Фаэрию. -Неужели? И первым собеседником вы выбрали почему-то нас, королевство Брайт – ближайшего к вам соседа с огромными территориями. А на беседу прибыли вместе с армией. Парламентеры не нашлись, что ответить. -Вы хотите, чтобы мы присоединились к вам. Мы, огромный Брайт, должны присоединиться к какому-то маленькому городишке, где живут беглые преступники? Мы создадим одно королевство, после чего вы переселитесь на наши земли, я правильно понимаю? -Да, мы представляли себе все примерно так. -Я – королева Селена, - женщина сняла шлем, и ее красивые темные волосы ветер разметал по плечам, - и вот как я представляю себе все: у вас явный недостаток земель, и вы хотите отвоевать немного наших, исконно хейвских владений. И вот что я отвечу: я тоже против войн, но если кто-либо нападет на мое королевство, я дам решительный отпор. Это относится и к вам. Господа парламентеры, убирайтесь отсюда. Если через ближайшие пятнадцать минут ваше войско не отступит, я нападу. Парламентеры посмотрели на простых солдат, которые, по прогнозам джинна, должны были понять намерения бывших рабов. Увы! Лица солдат под забралами светились так же угрюмо, как и лицо их королевы. Хоббит и хейв переглянулись. Хейв размашисто зашагал к своему стану. За ним семенил хоббит. Добравшись, они передали остальным свой разговор с королевой Селеной. -Они не поняли наших намерений. И что теперь? -Мне кажется, надо отступать. Их войско куда больше нашего. -Допустим, что мы отступили. И что потом? Бросить наши замыслы и жить, как раньше? -Мы можем попробовать договориться с каким-нибудь другим королевством. Пойдем в Джинленд или в Тариламбевен… -А вдруг и они не поймут? -Мы и раньше неплохо жили. Пусть все останется по-прежнему! Мы приютили несколько сотен беженцев со всей Фаэрии – так продолжим это делать! И какое дело нам до остального мира, если этот остальной мир нас не понимает? – спросил орк. -Он прав, - кивнул хоббит. – Надо отступать. Может, Селена тоже когда-нибудь поймет необходимость объединения всех рас и прекращения войн. А сейчас мы должны отступить, однозначно. -Уже поздно, - покачал головой джинн. – Они напали. Нам не остается ничего, кроме как принять бой. Армия Брайта с топотом приближалась. Джинн схватил меч и с топотом врубился в толпу хейвов. Он косил хейвов одного за других, несмотря на то, что они прочно, с головы до пят, были закованы в железные рубашки. Джинн видел, что за ним кинулись остальные. Маленький хоббит побежал, было, обратно, к батальону кентавров – он превосходно стрелял из пращи, но не владел мечом, и был практически бесполезен в рукопашной схватке. Но волна хейвов окружила его и едва не затянула в водоворот. Хоббит видел, что стена хейвов впереди него почти сомкнулась. Он прибавил шагу, но какую скорость мог выжать он из своих маленьких ножек? Тут бы пришел ему конец, если бы не орк, который большим лезвием проредил забор хейвов. Хоббит смог проскочить мимо хейвов, и тем самым спасся. А вот самому орку повезло меньше – хейвов десять напали на него, повалили, и секунд десять рубили уже мертвое тело. А маленький хоббит, забравшись на осадную машину, сначала освободил троллей, а потом принялся быстро-быстро стрелять из пращи, целясь камнями в головы хейвов, окруживших джинна. Но как бы он ни старался, как бы ни старались остальные десятки и сотни существ разных рас – участь их была уже предрешена. И предрешили эту участь сотни и тысячи хейвов королевства Брайт. Глава 33. С утра я быстро сбегала к Фреймору и забрала у него грамоту писателя. Ума не приложу, как он раздобыл ее за одну ночь, но ему это удалось! Наскоро поблагодарив Фрея, я побежала домой – готовиться к встрече с Бэлом Канто. Я долго думала, как одеться. Спросила у сестер. -Оденься так же, как ходила на концерт. Он, возможно, тебя вспомнит – мы же у самых подмостков стояли. К тому же он увидит, что ты одета, как он – и он это оценит, - сказала Лиа. -Я так не думаю, - возразила Фаэра. – Он просто подумает, что ты одна из глупых его обожательниц. А у тебя ведь более глубокие намерения, не так ли? Я выслушала оба мнения и решила, что надену костюм, который когда-то надевала на первую встречу с Даденном и Горипом. Помню, я тогда я хотела выглядеть почти как хейванка, но не теряя при этом эльфийского достоинства. Достала укороченную амазонку, однако бежевым сапогам предпочла туфли. Собрала волосы в высокий хвост, надела бриллиантовые серьги, колье. Посмотрела в зеркало. Я очаровательна, только мои уши весь вид портят. Торчат в разные стороны – одно ухо больше, чем пол-лица. Нет, меньше, конечно, но все равно ГОРАЗДО больше, чем у хейванок. Зато красотой лица хейванки со мной тягаться не могут. Говорят, что даже самая красивая хейванка все равно уступит самой непривлекательной эльфийке. А я далеко не самая непривлекательная… В общем, своим внешним видом я была почти довольна. Обернулась к сестрам, кокетливо тряхнула головой. -Я готова! Как вам я? -Красавица, - почти хором ответили Фаэра и Лиа. -Ну, тогда я пошла… - я сделала несколько робких шагов к двери, но развернулась и сказала: - Пожалуйста, пусть хотя бы одна из вас пойдет со мной. А то я сильно волнуюсь, мне одной страшно идти. -А где ты видела, чтобы писатели ходили парочками? – поинтересовалась Фаэрина. Я посмотрела на Лию. -Пусть идет Фаэра. Она изобразит переводчика, - предложила Лиа. -Отличная идея! – я запрыгала от восторга, и Фаэра, видя мою радость, согласилась. -Только я не буду переодеваться. Чтобы не затмить твою красоту. -А меня это вполне устраивает. Лиа рассмеялась. -Идите, философы! Мы с Фаэри пошли по направлению к тому дому, в котором, как мне сказали, жил Бэл Канто. Я очень сильно волновалась. Пока мы шли, я успела несколько раз прокрутить в голове вопросы, которые буду задавать Бэлу. И повторила себе десять раз, что я якобы не понимаю хейвского языка. Иначе Бэл поймет, что Фаэра мне, как переводчик, не нужна. А без Фаэры я умру от страха. И вот, наконец, мы подошли к месту назначения. Зашли в дом, и вдруг, как из-под земли, появились два здоровенных хейва, одетые в голубые брюки и (как смешно!) кольчуги. -Сюда запрещено проходить, - гаркнул один из них так, что меня чуть не сдуло его могучим дыханием к противоположной стене. Я хотела ответить, что мне нужно задать несколько вопросов Бэлу Канто. Хотела показать грамоту (которую мне добыл Фреймор), но неожиданно вспомнила, что я якобы не знаю хейвского языка! Придется играть роль немой. -Это – эльфийская писательница, - ответила за меня Фаэра. – Она хочет задать несколько вопросов Бэлу Канто, который здесь живет. Она не понимает хейвского языка, и я ее переводчица. -Тоже эльфийка? Покажите грамоту. -Какие же идиоты, - сказал мне Фаэра по-эльфийски. – Сделай вид, что ты меня внимательно слушаешь, и достань грамоту. -Я и так тебя внимательно слушаю. И не забывай, я их понимаю! -Не забываю. Только не подавай вида, что ты что-то понимаешь. Я достала грамоту, продемонстрировала ее охранникам. -Хм… Ладно, проходи, куколка… Я не поняла, почему меня (или Фаэру) сравнивают с детской игрушкой (или, того лучше, ребенком бабочки), но тем не менее, прошла. Мы увидели лестницу, поднялись по ней, вошли в какую-то комнату. Там, погруженный в чтение, сидел сам Бэл Канто. Я чуть не задохнулась от восхищения – какой же он красивый! Он вблизи выглядел еще лучше, чем издалека! Он прекрасен, как Бог! Увидев нас, Бэл поднял голову, отложил свиток и, уставившись в мое сияющее, как солнце, лицо, с наипрекраснейшей недоуменной улыбкой поинтересовался, кто мы, что здесь делаем и как нас пропустили охранники. Фаэра рассказала ему нашу легенду. Улыбка Бэла сразу потеплела, он поудобнее уселся в мягкий стул, предложил нам сесть, сделав красивый жест рукой. Я снова обратила внимание на необычное кольцо Бэла – золотое, с темным камнем. -Хватит пялиться на его руку, - пробормотала Фаэрина. – Начинай разговор! И тут я поняла, что напрочь забыла все вопросы, которые хотела задать Бэлу, те фразы, которыми хотела его очаровать. Я с глупейшей улыбкой сидела и таращилась на певца. А Бэл, по-видимому, ждал вопросов. -Ты очень нравишься Евлалии, - сказала Фаэра. Ящерица тупая! -Я вижу, - сказал Бэл своим безумно красивым голосом и улыбнулся мне. Я от счастья чуть сознание не потеряла. Но с огромным усилием взяла себя в руки, улыбнулась Бэлу в ответ красивой кокетливой улыбкой и состроила глазки. Бэл даже удивился сначала. Наверное, он думал, что я буду молча сидеть и глазеть на него, а тут я вдруг улыбнулась! -Фаэрина, оркша тупомордая, зачем ты сказала, что он мне нравиться, - спросила я по-эльфийски, продолжая улыбаться. -Это было очевидно! К тому же это лучше, чем он бы подумал, что ты совсем без мозгов. Ты вообще вопросы какие-нибудь задавать собираешься? -Да… - неожиданно для самой себя задала первый вопрос, который пришел в голову. – Бэл, ты ведь еще молодой певец. А когда ты в первый раз выходил на сцену – боялся? Фаэра перевела. У Бэла глаза округлились – он такого вопроса не ожидал. Я смотрела в эти красивые карие глаза и чувствовала, что глупая улыбка расползается по моему лицу. -Да, - наконец ответил Бэл. – Ужасно. Хотя не понимаю, чего. Я был уверен, что людям мои песни понравятся. -Он боялся, но был уверен… - начала Фаэра. -Можешь не повторять, что он сказал. Я и так понимаю. -Хорошо… - Фаэра улыбнулась: - Ла – ла – ла - ла… -Все, достаточно. Фаэра, спроси у него, почему он так уверен был в своих песнях. Фаэра перевела Бэлу мой вопрос. -Не знаю. Наверное, все хейвы в определенном возрасте чувствуют одно и то же. А я – я просто выразил чувства словами. - Ла – ла – ла - ла… -Фаэра, ты надо мной издеваешься! Твое «ла - ла» выводит меня из терпения! - сказала я, мило улыбаясь. - Скажи лучше Бэлу, что я хочу поговорить с ним о его песнях. Спроси – какие чувства он испытывал, когда в первый раз пел «Преодолеть преграды…» -Что? – услышав перевод, Бэл откинулся на спинку кресла. -Что-то не так? -Честно говоря, когда, когда вы сказали «несколько вопросов», я решил, что вы будете спрашивать, как звали моих родителей, сколько у меня братьев и сестер… А о моих песнях, о чувствах… Я не ожидал… Фаэра сделала вид, что перевела реплику Бэла. -При чем тут твои братья и сестры? – искренне удивилась я. – Ведь не они же песни писали… Мне интересны не сухие факты, а мысли, чувства… Фаэра перевела. Бэл – в первый раз за все это время – посмотрел на меня с интересом. -Умная девушка. И фигурка у нее неплохая… Это не переводи, - кивнул он Фаэре. -А что переводить? – Фаэра давилась от смеха. Она знала, что я и без перевода поняла все, что сказал Бэл. -Скажи, что когда я писал эту песню, я был еще неизвестен, и меня ненавидели за те чувства, которые я нес. Но я знал, что если я преодолею все препятствия, то найду свое счастье. «Тогда все будет хорошо…» -Это цитата из песни? – спросила я, не дождавшись очередного «перевода» Фаэры. Фаэра не замедлила откликнуться. -Слушай, не опережай мой перевод, пожалуйста. -Я сейчас с ума сойду! Зря мы выдумали эту эпопею с переводом. -Говоришь, ты по нему с ума сходишь? Это переводить? -Нет! Ты же прекрасно понимаешь! Спроси лучше, что он имел в виду, когда писал песню про смерть? «Мы встретимся на небесах». -Я… - начал Бэл после того, как Фаэра перевела мой вопрос. - Тогда мне было очень-очень плохо… Надоело сражаться со всем миром и захотелось умереть… - Ты хочешь умереть? Но это же глупо! Умереть – это значит сдаться. Умирает тот, кто не хочет бороться. А если ты не хочешь бороться – значит, ты трус! -Кто бы говорил! – Фаэра чуть не с упреком посмотрела на меня. – Сколько раз ты бросалась с башни? -Всего один. К тому же это неважно! Переводи! Не то я сама переведу! Фаэрина перевела. Бэл снова с интересом посмотрел на меня. -Честно говоря, сначала я подумал, что это одна из девушек, которые сюда проникают всеми правдами и неправдами, и которых потом приходится гнать метлой, потому что они не хотят вставать с места и через неделю. А похоже, и она и вправду писатель. Она рассудительная и имеет свое мнение. И симпатичная. Ножки стройненькие. Это, пожалуйста, тоже не переводи. Фаэра задыхалась от смеха. Я тоже еле сдерживалась, чтобы не засмеяться – от счастья, что нравлюсь Бэлу. -Хорошо, - наконец сказала я. – Мне понравилось беседовать с ним о его песнях. Я узнаю много нового и интересного о нем… и о себе. Фаэра прыснула. -Спроси его о смысле песни «Выскажи все!» Почему он советует кому-то кричать? Лицо Бэла стало более серьезным. -Эта песня также была написана, когда меня не любили… За то, что я сильно отличался от остальных… Это ужасно – когда все вокруг тебя ненавидят. Остается только одно – кричать от боли… -Ты говоришь – «кричи, когда так больно». Прекрасно сказано. А что, если не можешь кричать? Что, если даже заплакать не можешь? Сердце разбито в кровь, рвется на части – а ты не можешь ничего, абсолютно ничего предпринять, чтобы облегчить эти муки! Ты когда-нибудь был к такой ситуации? Бэл изогнул брови. -У этой девушки на все мои песни есть свое мнение? Я кивнула. -И все, разумеется, нравятся? – глаза Бэла заскучали. -Нет. Я считаю, что «Живи секундой!» - абсолютная глупость. Фаэра перевела, и я заметила интерес со стороны Бэла. -Почему? – спросил он. -Кто кому задает вопросы? – возмутилась я. -Я отвечаю на твои вопросы. Ты отвечаешь на мои вопросы. Логично, по-моему, - Бэл улыбнулся. – Так почему ты считаешь песню «Живи секундой!» глупой? -Послушай… Если я тебя сейчас ударю – тебе понравиться? Бэл засмеялся. -Может быть… Хотя, скорее всего, нет… -И захочешь ли ты жить ТАКОЙ секундой? Бэл промолчал. -Пример из твоей жизни. Тебя ненавидели. Ты хотели бы вновь пережить те секунды? Бэл снова промолчал. Потом сказал: -Я другой смысл вкладывал в эти строки. -Интересно, какой же? -Жизнь коротка, и если все время чего-то искать, можно прожить жизнь без счастья. Нужно в каждой секунде искать что-то хорошее… -И что хорошего ты находишь в секундах, полных ненависти, грусти и боли? Бэл промолчал – снова. -Наверное, мне этого не понять, - вздохнула я. – Я бессмертна, у меня вечность спереди, чтобы найти счастье. -Главное – это счастье не пропустить. Вдруг оно пройдет мимо, и ты всю вечность будешь сожалеть о том, что пропустила его… -Что? – я с удивлением посмотрела на Бэла. Наши взгляды встретились. Я долго смотрела в эти прекрасные карие глаза, глубокие, наполненные чувствами… Похожие на два колодца… -А у нее и личико симпатичное. Волосы красивые, длинные… - с улыбкой произнес Бэл. -Спасибо за комплименты, - наконец не выдержала я. Фаэрина начала смеяться. Бэл рот было открыл от удивления, потом залился краской. -Ты… хейвский знаешь? -Ага, а еще язык ящеров и нечисти. У тебя, кстати, тоже лицо симпатичное и волосы красивые, длинные… -А кто тогда она? - Бэл указал на Фаэру. -Это моя сестра. -А я то подумал - почему вы, эльфы, так похожи? Послушай, а о чем вы тогда говорили постоянно, если ты меня понимала? -Лучше тебе не знать… -Так значит, для перевода она нам не нужна? – Бэл не сразу понял. Фаэрина не обиделась. -Выходит, что так, - произнесла она, подмигнула мне – так, чтоб Бэл не видел – и выпорхнула из комнаты. Я пересела поближе к Бэлу. -Попробую не задавать глупых вопросов, которые, наверняка, тебе уже задавали раз по сто. Ну, только если один… -Что ж, один глупый вопрос я стерплю. -Ты говорил, что не похож ни на одного хейва. Я и сама это заметила. Но почему? -Я делаю только то, что мне нравится. Не от кого не завишу и впредь не буду. Я промолчала. -Тебе не понравился мой ответ? Неужели ты никогда не мечтала делать только то, что хочешь? -Мечтала. Но подумай, где бы я была, если бы делала только то, что хочу? Наверняка не стала бы писателем и не сидела бы здесь! -Ты, наверное, права. Я слышал, эльфы не любят тех, кто от них отличается. -Глупости! Эльфы не такие! -Нет, не глупости! Толпа вообще не любит тех, кто от нее отличается. Это везде так! Если бы ты была не такой, как все, тебя бы тоже не любили. Быть не таким как все очень трудно. Но… «вы скажете мне, что я ненормальный, потому что не похож на вас… А я отвечу – вы ненормальные, потому что вы все одинаковые!» Бэл запел. Мне показалось, что у меня выросли крылья, и я сейчас взлечу… Сердце выросло во много раз, я раздулась, словно воздушный шар. -А девушка у тебя есть? – вдруг выпалила я и покраснела. -Самый что ни на есть оригинальный вопрос! – усмехнулся Бэл. – Вообще, если я скажу, что нет у меня девушки, ты не поверишь. Все не верят. -Я – не все! – перебила я. -Конечно, многие хейванки обожают мои песни, чуть не на сцену бросаются… Но такой девушки, чтобы поняла мой характер, мою логику, мое желание ни от кого не зависеть – такой я еще не встречал. -Я видела, что они действительно готовы на сцену взобраться и чуть не ноги тебе целовать… -Когда ты такое видела? -Я была на главной площади, когда ты пел… Почти у самых подмостков. -Правда? Странно, я тебя не помню! Все парни такие. Пока напрямую не подойдешь и не познакомишься – не заметят. -Ладно, давай поговорим о твоих песнях. Или о тебе… Расскажи о себе что-нибудь. -Расскажи-ка лучше ты о себе. Я никогда не видел эльфов. Как вы живете? -Знаешь что? Во-первых, я здесь писатель, и задаю тебе вопросы. Я собираюсь писать о тебе, а не о самой себе. Во-вторых, я тоже не знаю, как живут хейвы, и хочу, чтоб ты мне это рассказал. И, в-третьих, я первая задала вопрос! -Зато я старше… - ухмыльнулся Бэл, и продолжил: - Наверное. Эльфы ведь не стареют? -А сколько тебе лет? – ответила я вопросом на вопрос. -Мне – 18. -Сколько? – я опешила. -Неужели тебе намного больше? -Попробуй догадаться. -Но ведь эльфы не меняются с возрастом! Как я могу определить, сколько тебе лет? -Есть много способов. На самом деле, старые эльфы от молодых сильно отличаются. Например, по характеру. Старшие эльфы менее склонны к тому, чтобы браться за большие начинания опрометчиво, предпочитая взамен обдумать вопрос досконально. Более молодые эльфы, с другой стороны, еще не познали цену терпению. Они бросаются туда и сюда, чтобы получить от жизни все, не понимая полностью, что у них впереди сотни лет на это. В старости эльф все еще не старый на вид, но он чувствует воздействие возраста. Он откладывает свои дела, предпочитая менее напряженные. Вместо гонки по лесу, как в молодые годы, он скорее будет сидеть в лучах солнца и слагать песни. Он вслушивается в тайные ритмы земли и все больше сам проникает в эти циклы… Бэл слушал мою тираду с большим вниманием и интересом. -Я тебя вижу в первый раз. Откуда я могу знать, предпочитаешь ли ты гоняться по лесу за друзьями или сидеть на траве, нежась на солнце? -Ты можешь оценить мой уровень богатства личности, непосредственности и воодушевления. -Не смогу, поскольку я такие слова слышу в первый раз, - усмехнулся он. - Но раз ты говоришь такие умные слова, ты, наверное, уже старая. Тебе около сорока лет? -Сорок лет – не так уж и много для бессмертного эльфа. -Так я угадал? -Вообще-то, мне 16 лет. -Тогда почему ты так удивилась, когда услышала, что мне 18? Я ведь почти твой ровесник! -В том то и дело! Я никогда не общалась с мужчинами – ровесниками. -А сколько, ты думала, мне лет? -Сотен пять, как минимум… - я улыбнулась. -Да, я выгляжу старше своих лет. Только вот хейвы не бессмертны. К сожалению… -В тебе наверняка есть эльфийские корни – я это вижу. Вот и пришло время спросить о твоих родителях, братьях и сестрах… -Мать свою я не помню – она умерла, когда я был еще малышом. Ее звали Элита. Отца никогда не видел. Знакомые говорили, что он был похож на эльфа. Он оставил мать еще до моего рождения. Братьев и сестер у меня нет. Я, во всяком случае, ни одного не знаю. Я жил у своего друга Дейва. -Грустная история. Давай поговорим о чем-нибудь другом, - предложила я. -Я согласен. Мне очень понравилось разговаривать с тобой о песнях. Тебе ведь нравится, как я пою? -Разумеется. Я это уже говорила. Бэл улыбнулся. -Только согласись, что некоторые твои песни теряют смысл, - продолжила я. -Не понял? – опешил Бэл. - «Я один…» Возможно, когда-то это было правдой. А сейчас? Выгляни в окно! Сколько девушек толпиться у ворот – выбирая любую, каждая будет рада быть с тобой! Бэл пытался возразить, но я не думала останавливаться. -Еще пример? «Когда весь мир против меня…» Скорее, весь мир кричит: «Бэл Канто, мы любим тебя!» -Да, это правда. Но это не было правдой еще месяц назад! Меня ненавидели за то, что я говорю не то, что говорят другие, делаю не то, что делают другие, ношу не ту одежду, что носят другие… -Ненавидели за одежду? – удивилась я. – У тебя замечательная одежда! Ты выглядишь прекрасно! Когда я увидела тебя, то подумала: «Какой модный парень!» -Я не придерживаюсь моды, я ее устанавливаю! – сказал Бэл. -Здорово. Это еще одно доказательство того, что делаешь все, как хочешь? -Да. -А если ты полюбишь, - я покраснела, - ты сможешь жертвовать чем-то ради девушки? -Не знаю, - медленно произнес Бэл. -Если ты уже любил, ты должен это знать. Ты любил кого-нибудь по-настоящему? -Да… - как-то не очень уверенно ответил Бэл. -А что для тебя значит «любить по-настоящему?» -Ну… - Бэл замолчал. – Наверное, это каждый понимает. -Каждый, но только по-своему. С моей позиции «настоящей любви» мне кажется, ты никогда не любил по-настоящему. -А ты сама? -Тоже. -Так что же для тебя значит «любить по-настоящему»? – полюбопытствовал Бэл. -Хм… мы опять меняемся ролями. Писатель здесь – я! -Ты не будешь отвечать на мои вопросы? -Нет! -Потому, что не можешь ответить! -Ты угадал. Я не могу ответить, и потому спрашиваю у тебя. Бэл сначала ничего не сказал. Только потом медленно промолвил: -Я уверен, ты знаешь о настоящей любви. -Хорошо, я скажу. Я думаю, что если хейв любит по-настоящему, он готов умереть, чтобы любимый остался жить! Я никогда так не любила. А ты – насколько можно судить по твоим песням – любишь эгоистично. -Да? И почему же? -В одной из песен. Девушка ушла от тебя, а ты поешь: «Вернись… Спаси меня…» Если она ушла, она любит другого, верно? -А я люблю ее! И не могу без нее жить! -А если она не может жить без другого? Почему твои чувства важнее чувств девушки? -И что же мне следует, по твоей логике, делать? -Отпустить ее… -А ты когда-нибудь кого-нибудь отпускала? – неожиданно спросил Бэл. Я промолчала. -Тогда как ты можешь об этом судить? – спросил Бэл. -Я была в положении девушки, которую не хотят отпускать! -Зато ты не была в положении парня, которого хотят оставить! -А ты был? -Послушай, ты ведь не собираешься писать трактат о моей любви? Тогда давай больше не будем об этом говорить. Я расстроилась. Он не хочет со мной говорить. Значит, он не поймал «моей волны». Значит, я для него чужая. -Хорошо. Поговорим о другом… - я постаралась взять себя в руки. - Скажи, стремился ли ты к славе? -Нет, совсем не стремился. На самом деле, мне неважно, где петь – на сцене или в кабаке. Проблема в том, что когда поёшь в кабаке, тебя не слушают и не могут оценить чувств, которые ты вкладываешь в пение. -Выходит, ты стремился не к славе, а к пониманию? -Выходит, что так, - согласился Бэл. -Но понимание по твоей логике и есть слава, разве нет? Значит, ты стремился к славе. Бэл задумался. -Ты философ? -Похоже на то. Иногда я люблю оценить чьи-то слова, опровергнуть их, потом опровергнуть сказанное мною… Бэл красиво изогнул бровь: -Например? -Скажи, свободен ли ты? -Да, разумеется. Я делаю так, как хочу, и никто мне не указ! -А если я сейчас предложу тебе уехать в страну эльфов? Я уверена, ты хочешь там побывать. Ты поедешь? -Ты права, я хочу попасть к эльфам. Но я не поеду. Здесь мои поклонники, которые ждут песен. Здесь мои друзья, которые любят меня. -И ты не можешь не петь здесь, потому что у тебя есть долг перед хейвами, которые слушают твои песни. -Меня сковывает пение? А если я перестану петь? -Тогда ты сделаешь нечто, противное своей душе. И опять же не будешь свободен. Бэл снова задумался. -Ты хочешь сказать мне, что я не свободен, что бы я ни сделал? Я рассмеялась. -Ты несвободен? Подними руку. А теперь опусти. Ты можешь поднимать и опускать руки, ходить по комнате, даже петь сколько тебе вздумается. Никто не будет тебя ограничивать, потому что ты свободен. -Ты меня совсем запутала, девушка-эльф! – вздохнул Бэл. -Меня зовут Ева. -Да, я помню. Ты уже представлялась. Мы замолчали. -У тебя есть еще вопросы? – спросил Бэл. И тут я с ужасом поняла, что все вопросы, которые я только могла задать, закончились. И наш разговор подходит к концу. А я еще ничего не добилась – только познакомилась с Бэлом. Он знает мое имя – вот и все. Но он забудет меня, как только я выйду из комнаты. -Э… - пробормотала я, осознав, что не могу больше придумать ни единого вопроса. -Неужели ты больше ничего не хочешь спросить? – спросил Бэл с ласковой улыбкой, и я поняла, что мне совсем не хочется уходить отсюда и оставлять его. -Хочу… Конечно хочу… -Только вот ничего в голову не приходит. -Честно – да. Может… давай еще разок встретимся где-нибудь… а я к тому времени побольше вопросов заготовлю, - выпалила я и покраснела. Бэл улыбнулся. Я ему определенно нравилась. Только ведь признаться в этом для парня – страшно мучительно. Фрей долго краснел и бледнел, уши аж тряслись, а Фаэт чуть не перед смертью решил признаться. А тут мое время значительно ограничено… Только бы он согласился… Святая Альбейн, умоляю тебя! -С удовольствием, - произнес певец. Мне захотелось к нему на шею бросится. Но я сдержалась. -Когда ты сможешь? – поинтересовалась я. – Ты же, наверняка, занят почти постоянно. -А вот и не угадала… Могу хоть завтра! -Хорошо, завтра в полдень в трактире «Эльфийская Принцесса». (Этот трактир я заметила по дороге и запомнила благодаря необычному названию). Бэл кивнул. -Тогда я с нетерпением буду ждать тебя, - я улыбнулась. Бэл снова кивнул и опустил глаза, как будто потерял ко мне всякий интерес. Я встала, подошла к двери, оглянулась. Бэл наблюдал за мной. «Ну скажи что-нибудь, пожалуйста, пожалуйста! Предложи меня до дома, что ли, проводить!» Бэл так ничего и не сказал. Я шла по улице, пытаясь сдержать непрошенные слезы. А чего я, собственно, ожидала? Думала, что он, как меня увидит, бросится ко мне на шею? Или, скорее, что я брошусь к нему на шею, а он от этого будет в восторге? Нет, чтобы он меня полюбил – для этого нам необходимо быть хотя бы около недели вместе, в одной компании… А у меня есть только одно свидание… Да какое там свидание – всего лишь беседа! Хотя чего-то я все же добилась. Я с ним познакомилась, наверняка ему понравилась, мы договорились встретиться… Я теперь знаю, что делать. Нет, не знаю! Надо подумать. Во-первых, я могу изобразить из себя несчастную жертву – внезапно подвернуть лодыжку, попросить проводить до дома, потом угостить чем-нибудь, разговорить… Во-вторых, могу изображать презрительную журналистку – нечто вроде «терпеть тебя не могу, но вопросы задать должна…». Наверняка ему это отношение покажется глотком воды среди льстивого меда улыбок поклонников. Только этот фокус не пройдет, потому что Бэл уже видел мою блестевшую от счастья разговора с ним улыбку. Может, мне просто прикинуться глупой поклонницей, уговорить Бэла прогуляться со мной, а потом разговорить? Не знаю. Что же мне делать? Бэл вбежал в дом… и вмазался в Шарлин, которая несла тарелки. Тарелки, разумеется, сразу же полетели на пол и разбились. -Извини, - сказал Бэл. – Я сейчас помогу собрать. Он начал подбирать осколки тарелок, затем внезапно снова бросил их на пол. Шарлин удивленно смотрела на него. -Сарн с ней, с посудой! Я встретил девушку своей мечты! Шарлин тоже бросила осколки тарелок на пол. -Пойдем-ка, расскажешь все по порядку! -Я сидел и разбирал дурацкие письма, как вдруг дверь распахнулась, и на пороге – она… -Она сама пришла к тебе? – спросил Тиам, раскинувшийся в кресле. -Да! Она писатель. Я поговорил с ней. Она не задавала мне абсолютно тупые вопросы, которые уже оскомину набили… Она обсуждала со мной мои песни, указывала на ошибки. Она не только прекрасна, но еще и умна! -Ты пригласил ее на свидание? – тут же спросил Тиам. -Нет, - ответил Бэл. -Дурак, - немедленно отреагировала Шарлин. – Ты так долго мне вчера рассказывал, как ты несчастен из-за того, что упустил ее. А сейчас… Я удивляюсь! -Она сама попросила о второй встрече! -Хочу дать тебе совет! – сказала Шарлин. – Ты ей наверняка нравишься. Но не надо перекладывать зарождение вашей любви на ее плечи. Она попросила о встрече один раз. Может быть, попросит второй. А потом ей надоест, и она исчезнет! Тиам похлопал Бэла по плечу: -Шарлин имеет в виду – пригласи ее на свидание! Покажи, например, Золотой Фонтан. В этот раз не упусти ее! -Нет, не упущу, - ответил Бэл. - Не для этого я ее так долго ждал. Глава 34. Наконец, наступило утро следующего дня. Это утро я ждала всю ночь. Я не могла спать. Я лежала и представляла себе Бэла. Думала, что скажу ему, но так ничего умного и не придумала. И вот, утром, лишь только взошло солнце, я умылась, причесалась, долго выбирала наряд для встречи с Бэлом. В результате надела бело-розовое платье, длинные золотые серьги с белыми перламутровыми бабочками, легкие белые туфли и белые перчатки (из сети). В назначенное время я подошла к трактиру «Эльфийская принцесса». Бэл уже сидел за одним из столиков. Он был одет в голубую блузу и черные брюки с продольными белыми полосами. Он разговаривал о чем-то с длинным тонкоусым хейвом, улыбавшимся во весь рот. Увидев меня, этот хейв немного отстранился и дал мне сесть. При этом улыбка на его лице стала еще шире и льстивее. -Подумай над моим предложением, Бэл Канто! – сказал тонкоусый хейв. – Не вечно же толпа будет радоваться твоим песням… Бэл закатил глаза, хейв отошел. -Привет, - сказала я. – Я, похоже, как раз вовремя. Кто это? -Это – хозяин заведения. Я пел здесь когда-то. Присаживайся, - Бэл положил руку на столик. Я снова обратила внимание на необычное золотое кольцо с темным камнем. -У тебя красивое кольцо. Ты носишь его, не снимая? -Откуда ты знаешь? – смутился Бэл. -Я два раза видела тебя на сцене в этом кольце. И оно было на тебе во время прошлой нашей встречи. -Да, я люблю это кольцо, - сказал Бэл. – Это мой талисман от отца, которого я никогда не видел. У тебя, кстати, тоже кольцо красивое. Я оглядела свои руки. И увидела только одно кольцо. Кольцо династии Грэчел. Но это кольцо может увидеть только эльф королевских кровей! -Какое кольцо? – не поняла я. -Золотое. С черными полосками эмали и камнем. Все верно. Это кольцо Грэчел. Бэл увидел его. Но как? -Да-да, вижу. Оно немного на твое похоже. -Если хочешь, я тебе свое подарю. -Нет, нет, спасибо! Оно ведь тебе дорого… Несмотря на мой протест, Бэл снял с пальца свое кольцо и надел на мой указательный палец. -К сожалению, свое кольцо я тебе подарить не смогу. Мне запрещено его снимать, - я улыбнулась, и тут поняла, что я смогу подарить Бэлу. Я сняла с шеи цепочку и надела ее на шею Бэла: - Вот. Это тебе на память о глупой писательнице. «Которая в тебя влюблена по уши», - добавила я про себя. Бэл оглядел кулон. Всего-то ничего: пара камешков, позолоченный ключ и клык орка. -Красный камень символизирует сердце. Голубой – душу. Ключик – это ключ от сердца. (Я не сказала Бэлу, что ключи от сердца в Белиндейне дарят друг другу влюбленные эльфы.) А клык… Это память об оркше, с которой мы подписали мирный договор между государствами орков и эльфов. (Этот клык был памятью о Леке… Жалко отдавать. Хотя для Бэла ничего не жалко…) Бэл спрятал кулон под блузку и сказал: -Но ты ведь не ради колец и цепочек пришла сюда? Ты хотела задать какие-то вопросы. -Да. Во-первых, скажи мне, как началась твоя карьера. -Сначала я просто пел. А потом понял, что петь – моя жизнь. Я приехал сюда – поближе к эльфам. А дальше – дело техники. Малоприятное дело. Я мотался по разным барам и просился петь. Потом меня заметил Доминик и помог. -А что заставляет тебя писать песни? -Сны, - коротко ответил Бэл. -Где ты черпаешь вдохновение? -В снах, - так же кратко ответил Бэл. -Так что же все-таки ты видишь в снах? -Девушку своей мечты. Давай не будем об этом. Я упала духом. У него есть девушка мечты! Хотя, она, наверное, не существует. А я уж постараюсь вытравить этот фантом из сердца Бэла Канто. -Тебя интересует что-нибудь помимо пения? – бодренько продолжала я. -Боюсь, что нет. Я скучный хейв. -А что бы тебе хотелось изменить в твоей жизни? -Во-первых, я хотел бы встретить девушку своей мечты… «Опять эта проклятая девушка мечты!» - подумала я. А Бэл продолжал: -Во-вторых, я хотел бы, чтобы мой друг Дейв был со мной. И, наконец, чтобы поклонницы не бросались в меня нижним бельем, когда я пою… Я улыбнулась. Бэл посмотрел на меня и красиво изогнул бровь: -Ты думаешь, это шутка? Нет, это действительно происходит время от времени! У меня уже целый ящик этого белья, - добавил он тише. -Честно говоря, - начала я, - я не имею опыта по закидыванию любимых певцов бельем… И, на самом деле, я ни разу не видела, чтобы закидывали тебя. -А сколько раз ты видела меня на сцене? -Два. -Мне тогда просто повезло. -Ладно. Не будем больше это обсуждать. Скажи, как ты проводишь свободное время? -Разбираю письма от поклонниц. Часто я провожу время с друзьями – сыном Доминика Тиамом и его женой Шарлин. -И все? -Да. У меня скучная жизнь. -А как бы ты описал свой характер? -Скучающий меланхолик, которого никто не может понять. -Интересное описание. А почему ты считаешь, что тебя никто не может понять? -Потому что так оно и есть на самом деле. Когда я начну говорить что-то невразумительное, ты согласишься с этим описанием. -Ты часто говоришь нечто невразумительное? -Это «нечто», как ты выразилась, понятно мне, но не понятно другим… -Иногда я чувствую себя так же: я говорю что-то, и все удивляются моей глупости, хотя на мой взгляд, я говорю весьма разумные вещи. -Я часто чувствую себя так. Только моим словам усмехаются, как лепету неразумного ребенка… - сказал Бэл, а потом спросил: - А что ты напишешь обо мне по моим ответам? -Какое-нибудь слезливо-яростное размышление, из каждой строчки которого будет веять чувством. -Да? А можешь написать что-нибудь сейчас? Для примера. -Конечно. Я могу написать обзор твоих песен. -Каких именно? -Всех. -Как можно писать одно размышление обо всех песнях? – удивился Бэл. -Точно так же, как по одному повествованию судить обо всех! – ответила я, беря в руки перо и салфетку. Я написала несколько эльфийских письмен, и, не отрываясь от писания, сказала: - В общем-то, то, что я напишу, мы все уже обсуждали… -Ты можешь писать и говорить одновременно? -Конечно, могу. Я же эльф. Вот, готово, - я протянула Бэлу салфетку, исписанную эльфийскими знаками. -Это эльфийский? – спросил Бэл. – Прости, я его не понимаю. -Извини, - откликнулась я, - но и я не знаю хейвской письменности. Я могу прочитать то, что я написала. -Пожалуйста, - попросил Бэл. Я вдохнула воздуха и начала: -Он прекрасно поет. Жаль только, я не смогу с ним поговорить. Он окружен девушками, его все время охраняют. Но мне так хочется рассказать ему, какие чувства вызвали в моей душе его песни. Я напишу, что сказала бы ему, если бы могла. Может, он и не прочтет, но мне станет легче… Послушай меня, Бэл. Ты хочешь умереть? Но это же глупо! Умереть – это значит сдаться. Умирает тот, кто не хочет бороться. А если ты не хочешь бороться – значит, ты трус! Ты говоришь – наплюй на всех, делай, что тебе хочется. Скажи – где бы я была, если бы делала только то, что хочется мне? Между прочим, у всех есть обязательства перед другими людьми. Если ты не хочешь этого признать – тебе надо жить на необитаемом острове. И делать там все, что хочется. Ты говоришь – кричи, когда так больно. Прекрасно сказано. А что, если не можешь кричать? Что, если даже заплакать не можешь? Сердце разбито в кровь, рвется на части – а ты не можешь ничего, абсолютно ничего предпринять, чтобы облегчить эти муки! Ты когда-нибудь был к такой ситуации? Ты говоришь – спаси… От чего? – спрашиваю я. Легко рассуждать о бедности, тратя миллионы на прихоть. Легко рассуждать о смерти, когда все вокруг тебя живы и здоровы. Легко говорить об одиночестве в компании друзей. Ты всегда делаешь, что хочешь. Странно – от чего же тебя спасать? Ты говоришь… Ты говоришь много слов. Прекрасных, душевных слов, на которые откликается мое сердце. Только если ты сам не понимаешь смысла того, что говоришь – это немногого стоит, поверь… -Здорово, - выговорил Бэл. – Я бы не смог так написать… -Ты примерно это и пишешь. Только в рифму. -На самом деле, здорово. Если то, что ты напишешь про меня, будет таким же, я порадуюсь. -Спасибо. -Ну … - Бэл помолчал. – У тебя есть еще вопросы? -Если и были, я все забыла, - я виновато улыбнулась. -В таком случае… Я поднялась, судорожно соображая, как можно задержать момент расставания. В этот момент Бэл сам сказал: -Подожди! Я снова села. -Сколько ты в Амадене? – спросил Бэл. -Около недели. -А ты уже видела здешние достопримечательности? Божественную рощу, Золотой фонтан…? -Нет, - откликнулась я. – Честно говоря, я и не предполагала, что такие существуют… -Хочешь, я покажу их тебе? -Конечно! Мы поднялись, и Бэл повел меня куда-то. Я чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете, потому что рядом со мной, нежно придерживая меня под руку, шел самый красивый, самый добрый, самый лучший хейв на свете! Я не буду описывать, как вгоняли меня в эйфорию завистливые взгляды молодых хейванок, которые бы растерзали Бэла на части, если бы он не шел с девушкой… Наконец мы с Бэлом подошли к деревьям. Они были высокие-превысокие, стволы достигали обхватов десяти, наверное, в ширину. Зеленые кроны деревьев, казалось, ласкали небо. -Что это? – потрясенно спросила я. -Это Божественная роща. Говорят, здесь когда-то жил Сарн. А сейчас здесь живет только старик-пастух со своими овцами. Я иногда вижу его, когда прихожу сюда. -Ты часто здесь бываешь? -Да. Я люблю это место. Пойдем? – Бэл жестом пригласил меня войти в рощу. И мы вместе ступили под сень деревьев. Долго, долго гуляли мы под раскидистыми зелеными деревьями. Смотрели, как убегает вдаль резвый ручеек, журча между камнями. Любовались птицами, которые носили червячков своим прожорливым птенцам. Наконец, мы вышли на поляну. Бэл сел на траву, я села рядом. Бэл взял что-то с травы. Это что-то шевелилось. -Что это? – спросила я. -Это ящерица. Я люблю их. А ты, наверное, боишься? -Нет. У меня дома живет ящерица. Правда, большая, золотая и с крыльями… -И разумная, - добавил Бэл. – И это дракон. Нет, я не имею в виду разумных существ. Я не люблю вэйт или троглодитов. Но меня умиляют маленькие прыткие ящерицы! Бэл протянул ее мне. Я подставила руку и почувствовала, как в мою кожу вцепились маленькие коготки. Я погладила шкуру ящерки. На ощупь темно-зеленая чешуя оказалась мягкой и теплой, а вовсе не твердой и не склизкой, как у вэйт или троглодитов. -Она хочет погреться на солнышке, - сказал Бэл, пытаясь отобрать у меня ящерицу. -Вот пусть и погреется, - ответила я, встала и посадила ящерицу Бэлу на голову. Бэл рассмеялся и попытался меня толкнуть. -Осторожно, - предупредила я. – Не урони ящерку! Тут я увидела еще одну ящерицу. Я отвернулась от Бэла и схватила ящерку в руки. И в этот момент почувствовала коготки на своей голове. Я обернулась и увидела, что Бэл хохочет, сидя с ящерицей на голове. -Вот тебе еще одна! – я посадила только что пойманную ящерицу на плечо Бэлу. Он засмеялся еще громче, снял ящерку с моей головы и посадил на второе плечо. Я посмотрела на усаженного ящерицами Бэла и не смогла удержаться от смеха. Ящерица, посаженная мною на плечо Бэла, быстро оттуда ретировалась. Бэл проводил ее глазами. Это выглядело настолько забавно, что я засмеялась, как сумасшедшая и упала на траву. Бэл немедленно воспользовался этим, посадив ящерицу мне на живот. Ящерице это не слишком понравилось, и она уползла, порядком пощекотав меня своими тупыми коготками. По сливочно-голубому небу ползли белые пушистые облака. Они наползали друг на друга и подпихивали – дурачились. А я, Бэл, и ящерицы дурачились на земле. Впрочем, ящерицам веселье быстро надоело, и они уползли от нас. Тогда мы легли на спину и начали наблюдать за тем, как нежно-голубое небо постепенно синеет. Из-за деревьев выползла луна, похожая на кусок плавленого сыра. -Луна! – я вскочила. – Становиться поздно… -Ты торопишься куда-то? -Я боюсь, сестры будут меня искать. Хотя они знают, куда я пошла. Бэл сел на траве: -Земля становится холодной. Пойдем отсюда. Я еще не показал тебе Золотой фонтан. Мы медленно вышли из леса. Неизвестными мне улочками и дворами Бэл вывел меня к небольшой площади. Посреди площади я увидела бассейн круглой формы. В центре бассейна было возвышение, на котором стояло около десяти фигур. Каждая из фигур держала в руке кувшин, из которого в бассейн лилась вода. Все – и сам бассейн, и странные фигуры, и кувшины в их руках – все было позолочено. -Что это? -Это Золотой фонтан. Каждая фигура изображает одного из представителей рас мира. Здесь есть джинн, тролль, кентавр, орк, дракон, хейв, эльф, даже вампир и дух! Мы присели на бортик бассейна. Над нами светила луна, зажигались звезды. Мелькали брызги, летящие от фонтана. -Расскажи мне что-нибудь, - попросил Бэл. -Что именно? -Что-нибудь красивое. О любви. -Почему ты решил, что я знаю? -Ты же эльф… И знаешь, что такое настоящая любовь, - Бэл хитро улыбнулся, припоминая, по все видимости, наш вчерашний разговор. -Хорошо. Знаешь, какая красивая легенда есть у эльфов о любви? Бэл отрицательно покачал головой. -Будто бы богиня Альбейн однажды разбила свое хрустальное зеркало на много-много кусочков. И эти кусочки приняли форму сердечек – и все осколки были разные-разные, как и сердца. Альбейн расстроилась, разбив зеркало. Тогда бог Дейн подарил Альбейн другое зеркало – из низинного, мутного хрусталя. Альбейн оно напомнило ее прежнее зеркало, из чудесного горного хрусталя. С досады разбила Альбейн и это зеркало. И осколки тоже были разные-разные, но они в точности повторяли форму предыдущих осколков. И повелела Альбейн, чтобы осколки из горного хрусталя стали сердцами женщин, а осколки зеркала Дейна стали сердцами мужчин. И когда мужчина и женщина с сердцами одинаковой формы встречаются, они влюбляются. Навсегда. Я не сказала того, что думала: «Наши сердца одинаковой формы…» Я была счастлива. Прекрасно сидеть с любимым хейвом в тишине, возле чудесного фонтана и смотреть на луну, на звезды… -Давай еще как-нибудь встретимся? – вдруг тихо спросил Бэл. – Мне понравилось с тобой общаться. Ты знаешь, меня окружает много поклонниц. Они визжат, дергают меня за волосы и ползают на коленях. Я устал от них. Но ты другая. С тобой мне легко. -Просто я не обращаю внимания на то, что ты популярен. Ты известный, всеми любимый певец и так далее, конечно. Но прежде всего ты хейв – красивый, умный и умеющий чувствовать… Бэл посмотрел мне в глаза. -Ты мне нравишься - вот и всё, что важно… - закончила я. Глаза Бэла засветились ласковой улыбкой. Через глаза я как будто видела душу этого загадочного хейва. Его прекрасное лицо склонилось ко мне, его губы прикоснулись к моим… Наверное, это был самый счастливый миг в моей жизни. -Я думаю, меня ищут сестры, - сказала я. – Мне пора домой. -Я провожу тебя. Я хочу познакомиться с твоими сестрами. Я хочу узнать, где и как ты живешь. -Конечно! Я сама хотела попросить тебя об этом. Я не знаю, где нахожусь. -Я доведу тебя до «Эльфийской принцессы»…- Бэл взял меня под руку, и мы медленно пошли по спящим улицам города. Мы молчали, любуясь звездами и друг другом. Бэл довел меня до трактира (еще открытого), после чего я легко нашла дорогу домой. -Вот здесь живу я и две мои сестры. Пойдем! Мы зашли в темный дом. Мимоходом я заметила, что наверху горит свет – значит, Лиоанна и Фаэрина еще не спят. Я и Бэл поднялись по лестнице и зашли в приветливо распахнутую дверь. Лица моих сестер за этой дверью оказались вовсе не такими приветливыми. -Где вы были, мисс Евлалия Габриель Долорес, позвольте вас спросить? – сурово начал Лиоанна, но осеклась, увидев Бэла. -Это то, что я думаю? – поинтересовалась Фаэра. – Бэл Канто? -Он самый, - кивнул Бэл. – Тебя я уже знаю. Ты Фаэра, переводчик. А ты? – обратился он к Лиоанне. -Я – Лиа, сестра Евы. Старшая сестра и приглядываю за ней. Попрошу больше не водить ее до ночи Мерфоил знает где… А ты? – Лиа повернулась ко мне: - Ушла с утра, и вестей о тебе нет! Мы волновались! Я посмотрела на Лию, и мой взгляд говорил: «Не надо меня ругать, ведь я так счастлива!» Лиа поняла. -Ладно. Садись. И ты, Канто, садись. Зачем пришел? – не совсем гостеприимно начала Лиа. Бэл смутился. Я ответила за него: -Он захотел познакомиться с вами. -А почему вас так по-разному зовут? – спросил Бэл. – Ее – он показал на меня, - Евлалия Габриель Долорес. Старшую сестру – Лиа, а среднюю – Фаэрина? -У нас были разные матери. Один отец. Мы сводные сестры, - откликнулась Фаэрина. -Кстати, на самом деле Лиа – Лиоанна Айона Лайер Грэчел, - хихикнула я. Лиоанна недовольно скорчила лицо. -Моя мать крепко выпила, когда придумывала этот бред. Я терпеть не могу свое полное имя. Никто меня давно так не зовет… -А как у Фаэры полное имя? -Фаэрина. Ее мать была хейванкой, и не придумала Фаэре кучу имен. -Слава Альбейн! – отозвалась Фаэра. -Вот я увидел Еву с сестрами, - попытался подвести итог Бэл. -Присмотрись повнимательней! Не каждому хейву выпадает честь увидеть перед собой трех принцесс Белиндейна, - сказала Лиоанна. -Принцесс? – Бэл посмотрел на меня. – Ты сказала мне, что ты писатель… -Ты не сказала ему, что ты принцесса? – полюбопытствовала Фаэра. -А разве принцесса не может быть писателем? – начала оправдываться я. Бэл погрустнел. -Я думал, ты поймешь меня, но ты не поймешь, ведь мы совсем разные. Моя жизнь полна трудностей, а ты живешь праздно с самого рождения… -Начнем с того, Бэл, что твоя жизнь БЫЛА полна трудностей. Какие трудности грозят тебе сейчас? Задохнешься под кучей белья, что бросают тебе на помост? Фаэрина фыркнула. Бэл потупился, признавая мою правоту. -И потом, кто тебе сказал, что жизнь принцессы эльфов не полна трудностей? Да меня сотню раз пытались убить! -Действительно. А еще как-то раз она прыгнула со стены вниз. Расшибла себе все, что можно… -Умереть – глупо? Умирает тот, кто не хочет бороться? - Бэл посмотрел на меня. – Ты не была честна со мной… -Выбор стоял так: либо моя жизнь, либо жизнь моего государства. С помощью меня троглодиты стали бы влиять на политику короля, моего деда. Я решила умереть. -Если бы ты умерла, мы бы не встретились… - тихо сказал Бэл. – Обещай мне, что больше никогда не будешь прыгать со стены! Лиоанна тихо хихикнула. Я не обратила внимания. -Обещаю! -Не смей даже думать об этом! – Бэл стиснул мою руку. - Мне очень нравиться общаться с тобой, и если ты умрешь…мне будет ужасно, ужасно плохо и одиноко… -Приятно слышать, как моей сестре говорят красивые комплименты… - заметила Лиоанна. – Однако… - она многозначительно посмотрела на часы. Бэл понял. -Мне, наверное, уже пора… - Бэл поцеловал мне руку, затем глянул на руки Лии и Фаэры: - У них такие же кольца, что и у тебя! -Да, - сказала Лиа, чуть удивленная. – Это кольца наследниц Белиндейна. -Вот почему тебе нельзя его снимать! -Да, - кивнула я. -Только их не могут увидеть люди не королевской крови. Мне непонятно, почему ты их видишь? – удивилась Фаэра. Повисло молчание. -Так о чем это я…? Ах да, мне пора. -Я провожу тебя! Я и Бэл вышли на крыльцо. -Жаль, что этот день закончился, - вздохнула я. -Почему? -Сейчас ты уйдешь, и я тебя больше никогда не увижу… -Завтра я приду к тебе. -Не верю. Зачем я тебе? -Знаешь, мне сегодня было очень легко. Мне никогда не было так легко… Сегодня ты за один день поняла меня. Поняла лучше, чем хейвы, которых я знал годами! Бэл взял мою руку и, поцеловав в ладошку, прижал к своей щеке. -Я чувствую, что с тобой происходит то же самое. Это дает мне надежду. Наверное, я неисправимый романтик. Я улыбнулась. -Я полюбил тебя за этот день. Теперь ты нужна мне, и я надеюсь, что я тебе тоже хоть немного нужен… -Да. Я люблю тебя, - выдохнула я и испуганно посмотрела на Бэла. -Я знаю. Я понял это, когда ты подарила мне кулон. Ключи от сердца в Белиндейне дарят друг другу влюбленные эльфы. -Откуда ты знаешь? Ты был там? -Ни разу не был. Не представляю, откуда я это узнал. Наверное, сердце подсказало… Или во сне приснилось… При упоминании о снах у меня немного засосало под ложечкой. -Сны… Ты говорил, что тебе снится девушка твоей мечты. Кто она? -Ты. -Что? -Мне снилась ты. Спокойной ночи, Ева! Завтра я приду сюда за тобой! Бэл легким шагом спустился по лестнице и исчез во тьме. Едва лишь последние лучи солнца скрылись за мшистыми горами, остров Синематра наполнился шорохами и стонами. Вампиры, не переносившие света солнца, вылезли из пещер, где хоронились днем, и охотились на животных. Обычно вампиры предпочитают кровь хейвов или эльфов, но на острове не было ни тех, ни других. Там проживали лишь сами вампиры, бесплотные духи и демоны-колдуны, у которых не то, что кровь пить, к которым подойти боязно. -Эй, вы! – раздался голос с вышины, спугнувший большого оленя, которого окружили вампиры. Олень убежал. Темноволосые вампиры все, как один, подняли головы и увидели призрачно-мутное тело духа, колыхавшееся наверху наподобие облака. – Хватит жрать, отъедитесь потом. Лильян зовет всех в скалы. -Твой Лильян нам не начальник! – огрызнулся один из вампиров – юноша на вид, кудрявый, кареглазый, хорошо сложенный. -Может, ты и прав, Александр. Но сейчас я советовал бы тебе прислушаться к зову Лильяна. Речь идет не о желудке, а о судьбе нашего острова! Вампир ругнулся. Через пару секунд стайка летучих мышей с красноватыми глазами выпорхнула из кустов. А тем временем в скалах уже начался совет. Лильян первым взял слово. -Вы знаете, что недавно на наш остров напали драконы. Никто из нас не имеет представления, зачем они это сделали. Но демонам, - Лильян сделал изящный кивок головой в сторону представителей этой расы, - удалось отправить их в иной мир. Теперь перед нами стоит следующий вопрос: вести ли нам ответную атаку на драконов? В скалах загалдели. -Лильян, ты сам сказал, что нам нельзя сейчас ни на кого нападать. Если мы не нападем, мы докажем, что имеем право проживать совместно с другими расами. -Но драконы первыми напали на нас! Это будет не нападение, а контратака! -Тем более, боятся нас не драконы, а хейвы. -Вот именно! Если бы драконы нас боялись, они бы не нападали. -А что думаешь ты, Лильян? – догадался спросить кто-то. -Я считаю, нападать не стоит, - ответил дух. – Мы сможем защитить остров, если нападут драконы. И если орки нападут, защитим. И даже от хейвов защитим. Но если нападем мы – против нас могут объединиться, как это уже случилось много лет назад. К тому же мы не знаем, сколько драконов осталось в Золотых горах. Вдруг их так много, что они уничтожат наш отряд? Нет, я считаю, сейчас не время нападать. -Доводы Лильяна весьма логичны. -Да, дух говорит разумно. -Нападать из мести? И чему же мы будем мстить? -Конечно, не следует отвечать на атаку драконов. Глава 35. На следующее утро меня разбудил громкий свист на улице. Я вскочила с кровати и подбежала к окну в ночном платье. Внизу стоял Бэл и улыбался: -Я говорил, что приду! -Заходи! Я быстро оделась (короткое желтое платье и сандалии) и поела. Пока я ела, Бэл был рядом со мной и с улыбкой смотрел мне в рот. Я предложила поесть и ему, но он отказался. -Пойдем в лес! – сказал он и подскочил, когда я поела. Я выглянула в окно. -Сыровато… У меня есть другая идея. -Да? -Ты познакомился с моими сестрами… Бэл кивнул. -Ты говорил мне про своих друзей. Тиам и Шарлин, правильно? -Да. У тебя хорошая память. -Познакомь меня с ними! -Конечно! Пошли! По дороге Бэл сказал: -Я сначала хочу познакомить тебя с хейвом, который помог мне стать певцом. Его зовут Доминик. Он живет в моем доме. Мы подошли к дому Бэла. У ворот сидел толстый хейв и курил трубку. Я сразу его узнала. Это был тот самый хейв, который не пустил меня к Бэлу в первый раз, когда я Бэла увидела. Именно к нему и подвел меня Бэл. -Это мой друг, Доминик, - сказал Бэл, указывая на толстого хейва. -Это – он? -Мы друг друга знаем, - откликнулся толстяк. - Вы ведь та самая девушка, что меня драконом пугала. Принцесса эльфов? -Да, - я неискренне улыбнулась. -Все-таки ты добралась до Бэла! -Все-таки я нашел ее, - влез Бэл. -Так это все-таки та самая…? -Да. Ладно, Доминик, до встречи. Хочу заглянуть к Тиаму – познакомлю его и Шарлин с Евой. А потом мы пойдем гулять… -Считать звезды, любоваться облаками и целоваться под луной! – кивнул толстяк. – Понимаю, парень… Бэл улыбнулся, но мне было немного неприятно. Что ж, ради Бэла я готова разговаривать с этим толстяком. Я готова его даже папой назвать! Все ради Бэла. Я размышляла так, пока мы шли. Наконец мы подошли к миленькому домику с аккуратными занавесками на окнах. Бэл отворил дверь, мы оказались внутри. Вдруг откуда-то выскочил паренек с копной солнечно-рыжих волос на голове, которые были закручены в непонятные колбаски. Чертами лица паренек был немного похож на Бэла, хотя выглядел старше. Одет он был в широкую и длинную кофту, на ногах были синие брюки, свисающие до колен. Он бежал куда-то, явно не глядя по сторонам, и меня заметил только тогда, когда со мной столкнулся. -Ой, привет. А ты кто? Подруга Шарлин? -Нет, - ответила я. – Я – подруга Бэла. А ты кто? -Меня зовут Тиамат Доминик. Можно просто Тиам, - паренек огляделся: - О, привет, Бэл. Как поживаешь? Давно не заходил. -Тиам, познакомься с самой прекрасной девушкой в мире, - Бэл улыбнулся и указал на меня. -Нее, - протянул паренек. – Самая прекрасная в мире – моя Шарлин. И он хотел убежать куда-то. -Тиам, кто это? – раздался капризный женский голос, и я увидела спускающуюся по лестнице девушку среднего роста с курчавыми огненными волосами, миндалевидными темными глазами и аристократической улыбкой. Тиам посмотрел на меня: -Познакомься с моей женой Шарлин Мадлен Доминик… -А меня зовут Евлалия Габриель Долорес Грэчел. Можно просто Ева. -Ты – невеста Бэла? – спросила Шарлин Мадлен. Я потупилась: -Вроде того. -Она моя муза и вдохновительница. -Значит, до свадьбы еще далеко, - пробормотала Шарлин, а вслух сказала: - У тебя хороший вкус, Ева. Бэл Канто – просто прелесть! Голос у него очаровательный, и улыбается он божественно. Если бы я встретила его до Тиама, то меня бы сейчас звали не Шарлин Доминик, а Шарлин Канто. И она улыбнулась Бэлу. За это мне захотелось ее придушить, но я сдержалась. Тиам же, похоже, вдруг вспомнил, что собрался бежать куда-то. Он решительно направился к двери. Шарлин схватила его за руку. -Тиам, ты никуда не уходишь. Бэл, Ева, вы останетесь на обед? Мне не хотелось оставаться – эти Тиам и Шарлин мне не очень понравились, но Бэл сразу же согласился. -Замечательно! – с улыбкой сказала Шарлин. – Мы как раз закупили новый соус. Все говорят, он превращает каждое блюдо в сказку! Мы прошли в комнату, где стоял огромный стол. Шарлин принесла блюдо с какими-то малюсенькими птичками. Птички были политы соусом. С помощью вилки и ножа я пыталась разрезать несчастную птичку на кусочки. Каждый раз, занося нож, я мысленно просила у птички прощения. Шарлин ела аккуратно, как будто всю жизнь только и занималась, что анатомическим разрезанием птичек. Она что-то говорила, говорила и говорила, и постоянно кидала взгляды на Бэла. Я видела это и страшно ревновала. Смотрела в тарелку, и представляла, что вместо птички под соусом режу эту нахальную хейванку. После очередного взгляда, брошенного Шарлин на Бэла, я вконец разозлилась и злобно посмотрела на Шарлин. Она заметила это. -Мы с Евой выйдем на пару минут, - сказала она и поманила меня пальцем. Мы вышли в коридор. -Почему ты смотришь на меня, как суслик, которого вытащили из норки? Ты ревнуешь меня к Бэлу? -Нет, но мне неприятно… -Значит, ревнуешь. Так я тебе скажу: зря. Это глупо. Бэл – душка, я ему это сразу сказала, и тебе тоже. Но Тиам – лучше всех! -Так тебе не нужен Бэл? -Конечно, нет! А ты… Неужели ты боялась, что я стану его у тебя отбивать? Я кивнула. -Тебе только это во мне не нравилось? -Да. -Какая глупость! Сарн упаси! – Шарлин сделала знак против темного колдовства. - Смею тебя уверить: мне Бэл нужен не больше, чем любой из его огромных косоглазых стражей! Я улыбнулась. -Приятно слышать, что не встречу в твоем лице конкурентки… Шарлин хмыкнула. -Да, конкуренток в борьбе за Бэла у тебя предостаточно, поверь. Но ты пока, на мой взгляд, самая удачливая. Честно тебе скажу, я ни разу не видела Бэла с девушкой. -Серьезно? – дурацкая улыбка расплылась по моему лицу. -Я его не так давно знаю. Всего около месяца, может быть. Но за все это время я ни разу не видела его с девушкой! -Это самая счастливая весть, которую я слышала в последнее время! -С этих пор я стану твоим счастливым вестником… -А ты много знаешь о Бэле? -Достаточно. Хотя на самом деле, он нечасто начинает рассказывать о себе. Но если уж начнет… -Ты мне расскажешь? -А что тебя интересует? -Я хочу знать о нем все: любимый цвет, любимое блюдо, любимое животное… Любит ли он купаться или смотреть ночами на звездное небо? Шарлин захихикала. -Он любит розовый цвет… -Серьезно? Я тоже! -Есть он может все подряд. Ест то, что дадут! -Мне не придется готовить ничего особенного, - я улыбнулась дурацкой улыбкой. -Я подумала так же, когда мой Тиам сказал мне, что ему все равно, что есть. А теперь я с огромным удовольствием готовлю для него всякие вкусности. И я готова прыгать до потолка, если ему нравиться! -Девушки… - послышался из комнаты голос Бэла. – Где вы пропали? -Пойдем… - сказала Шарлин. – Наши мальчики нас уже заждались… Нет, подожди! Ты больше не будешь дуться на меня за то, что я сделала твоему Бэлу комплимент? Я отрицательно помотала головой: -Конечно, нет! Бэл этого заслуживает! Ты видела его, когда он поет? Глаза горят, как бриллианты, он движется по помосту, как легкий ветерок и… Он самый красивый! -Разумеется, он лапочка! Это даже не обсуждается! Обрати внимание на его профиль, - Шарлин улыбнулась. – Я сказала, что Бэл – прелесть, и ты не перегрызла мне горло! -Я обещала больше не обижаться! -Тебе неприятно, что я хвалю Бэла? -Наоборот! Он прекрасен, и я рада, что не я одна так считаю. -Значит, теперь мы друзья? Вернее, подруги? -Конечно, подруги, Шарлин, - я обняла девушку. -Замечательно. Только не надо меня звать Шарлин. Просто Леа, - и она пошла обратно в комнату. -Мою сестру зовут почти так же – Лиа. -Вот здорово. Тебе не придется долго мучиться, чтобы запомнить мое имя, - Леа улыбнулась. Мы сели за стол. Шарлин сбегала куда-то и принесла удивительный торт желтого цвета, украшенный розочками. У меня от одного вида этого торта слюни потекли. Я посмотрела на Бэла и Тиама. Бэл смотрел на торт. А Тиам… Тиам смотрел на Шарлин. И улыбался во весь рот. Шарлин смотрела на него и тоже счастливо улыбалась. Мне невольно пришла в голову мысль, что надо научиться готовить такие торты. -Угощайтесь, - произнесла Шарлин и поставила торт на стол. Во время еды Шарлин и я то и дело переглядывались многозначительными улыбками. Я на секунду заметила, что Тиам как-то косо на меня смотрит. Но я не обратила внимания. …Когда мы с Бэлом вышли из дома Домиников, пошатываясь от наполненных желудков (торт был превосходным не только на вид, но и на вкус), Бэл спросил: -Как тебе мои друзья? -Шарлин – просто прелесть! – абсолютно искренне ответила я. -Смотри, смотри! Они едут! – жарко зашептал один из орков. -Где? Ах, да, вижу! -Сколько же у них карет! Небось, забиты всяческим добром. -Под завязку набиты! Видно, оси прогибаются! -Богато эльфы живут. -Ничего, у нашего костра будет праздник, - хмыкнул кто-то. -Замбу, ты уверен, что стоит на них нападать? Теперь ведь у нас вроде как с эльфами вечный мир? – нерешительно начал один из орков. -Вечный мир – это глупости. Договор подписан для того, чтобы запудрить эльфам мозги. А мы тем временем… - орк со шрамом на лице ухмыльнулся и взглянул на караван эльфов. Как только караван с ничего не подозревающими эльфами приблизился к темным деревьям, орки выскочили из тьмы. Орк со шрамом на лице вскочил на подножку первой кареты. Остальные орки окружили караван. Эльфы схватились за луки. -Стой! Не стрелять! – зычно крикнул красавец эльф с платиновыми, будто седыми волосами. Затем он обратился к орку: - Неужели вы не слышали о мирном договоре, который заключен между эльфами и орками? -Мы не подчиняемся атаманше Леке и не соблюдаем договор! Один из эльфов мгновенно зарядил лук, и направил стрелу на орка. -Не стрелять! – заорал эльф-альбинос. – Ведьма Лека произнесла над договором заклятье: если эльф убьет орка, то он погибнет в страшных мучениях! И то же самое относиться к оркам, поэтому я не советовал бы вам нападать! – это он сказал уже оркам. Эльфы отложили луки. Орк со шрамом на лице захохотал: -Ты забыл, что ведьма Лека сама была оркшей. Она желала счастья своему народу, поэтому заклятье это наверняка фальшивое. К тому же я не боюсь этих магических штучек. Магия меня не убьет! И с хохотом орк прыгнул, как дикая кошка, на эльфа, занеся меч над головой. Но он не допрыгнул. Он отлетел прочь и шлепнулся на землю, как будто между ним и эльфом пролегла невидимая стена. -Замбу? Орк трясся и стучал головой по земле, цепляясь пальцами за землю, и при этом смешно дрыгая ногами. -Замбу? Что с тобой? Орк больше не шевелился. Эльф с платиновыми волосами задумчиво погладил подбородок: -Хм! Заклятье работает! На вашем месте, ребята, - обратился он к оркам, - я бы спешно ретировался. Орки последовали этому мудрому совету. Эльфы расселись по каретам и продолжили путешествие. Лишь тело орка с оскаленным лицом и с ногтями, застрявшими в земле, осталось на дороге. Глава 36. Мы с Бэлом потрясающе провели этот день. После обеда у Домиников мы снова гуляли по лесу. Правда, было прохладно, и мы не могли поиграть с ящерицами – все ящерицы попрятались. Вечером мы опять пошли к Золотому фонтану. Мы сидели, обнявшись, и смотрели на звезды. В небе ярко сияла луна. -Ева. Ты ведь эльф? -Да. Неужели это не заметно? -Значит, ты будешь жить вечно. -Да. -А ты будешь вечно любить меня? Так хочется сказать «Да»! Но я не могу соврать ему… Вдруг я разлюблю? Казалось, что и Фаэта буду любить вечно, но потом я встретила Бэла… Что мне ответить? Неожиданно нахлынули воспоминания… «Я и Димиль. Мы медленно танцуем на берегу моря. -Ева, я никогда не разлюблю тебя. -Почему? -Потому что можно разлюбить, только полюбив кого-то лучше. А лучше тебя никого нет!» -Ева? – Бэл с беспокойством посмотрел на меня. -Бэл… Я буду любить тебя всю твою жизнь. А потом – умру вместе с тобой. Потому что не смогу без тебя жить. И разлюбить не смогу… -Почему? -Потому что можно разлюбить, только полюбив кого-то лучше. А лучше тебя никого нет! В небе ярко сияла луна… Лиоанна сидела, задумавшись. Ей абсолютно не с кем было посоветоваться, потому что Фаэрина гуляла с Коралкином, а Ева вновь убежала куда-то с Бэлом. Лиоанна припоминала все события вчерашнего дня, чтобы понять, как ей поступить. Она познакомилась с хейвом. Он был старше ее на десять лет, но ей было не привыкать общаться со старшими по возрасту. Другое дело, что этот хейв выглядел намного старше тридцатилетних эльфов. Он подошел к ней, представился – его звали Кристиан – и спросил ее имя. Парень был весьма симпатичным, он понравился Лиоанне. Она назвала себя. Он предложил прогуляться по городу. Она согласилась. После двух свиданий – вчера и сегодня – Кристиан предложил ей зайти к нему. Ночью. Нетрудно было догадаться, зачем. Кристиан понравился Лиоанне. Действительно понравился. Она бы, не задумываясь, пошла за ним, если бы знала его чуть дольше. Или знала о нем немного больше. Когда они гуляли, они почти не разговаривали – просто тупо целовались. Кристиан оказался неразговорчивым, зато целовался он божественно. В Лиоанне боролись сердце (которое хотело пойти туда, где Кристиан) и разум (который приказывал бежать от хейва побыстрей). В конце концов Лиа решила: «Не следует совершать глупых решений и бросаться в объятия парню, которого едва знаешь…» Она подумала про Еву: «Ева бросилась в объятия этого Бэла, и безумно счастлива. Может, мне поступить так же? Но она ведь будет несчастна, когда Бэл ее оставит! Это ведь, несомненно, не любовь навечно – любви навечно не бывает… Но Ева любит Бэла так, что даже глаза ее светятся при одном упоминании о нем! А мне не так нравится этот Кристиан!» В конце концов она решила: «Я не пойду. Я буду гулять с ним, целоваться, пожалуй. Но домой к нему не пойду. Узнаю, что он за тип. Если он оставит меня – значит, я ему не нужна. А если будет ухаживать и добиваться, сделает предложение – значит, мне крупно повезло!» Дверь скрипнула, и на пороге появилась Фаэрина. -Привет, Лиа! О чем задумалась? -Пустяки, - отмахнулась Лиоанна. -Ева еще не вернулась? -Нет. Гуляет где-то. Даже на обед не пришла. Как, впрочем, и ты. -Я перекусила с ребятами. Послушай, давай тоже прогуляемся. -С удовольствием, - согласилась Лиоанна. – Только недолго. Может, скоро придет Ева… Пантера летала кругами над городом и разыскивала Генора. За несколько дней она немного свыклась с мыслью о том, что ее новый знакомый Генор – не обыкновенный дракон, а очень сильный маг. Вопреки мрачным предсказаниям Генора, Пантера еще хотела с ним общаться. И не столько потому, что общаться было больше не с кем (эльфы-парни не признавали ее за свою, других драконов Пантера не встречала, Еву было не застать дома, где живет Стрелка, пантера не знала, а с Лией и Фаэриной ей не о чем было говорить), а скорее из-за того, что Генор ей понравился. Наконец она увидела знакомый силуэт. -Пантера! Наконец-то ты здесь! – силуэт, громогласно рыча, направился к ней. – Ты все-таки не боишься меня. -Генор, это ты? Привет! Почему ты решил, что я должна тебя бояться? Из-за того, что ты маг? Это глупо! Ой, а кто это – Пантера увидела девушку лет пятнадцати, сидящую на спине Генора. -Меня зовут Дара, - мелодичным голоском представилась девушка. -Это дочь Альфера, Синего Колдуна. Ты слышала о таком? -Никогда. -Не важно. Ей нужна твоя помощь. -А ты не смог ей помочь? -Нет. И не смогу. -Потому, что ты мужчина? -Потому, что среди моих знакомых нет эльфийских принцесс. Этой девушке крайне нужно поговорить с твоей наездницей. -С Евой? То есть, я хотела сказать – с принцессой Евой? Нет. Это исключено. -Но почему? -Потому, что я не почта! Не надо через меня знакомиться с принцессами, я не позволю. Неужели я похожа на бюро знакомств? -Пантера, послушай сначала историю этой девушки! -Ну? – Пантера повернулась к Даре. Дара рассказала ей о том, как жила в башне, о то, как разбила шар, о разговоре с матерью. -…Она сказала, что разум отца поработил дьявол. Мне нужно было сообщить об этом принцу Толерану, королеве Селене или королю Дейву. Но Дейв не захотел со мной разговаривать, Селена далеко, и я не думаю, что она согласиться… -А Толеран умер, - кивнула Пантера. -Вот именно. Мой друг, Генор, сказал, что ты знаешь эльфийскую принцессу. Ее зовут Ева, верно? Мне необходимо с ней поговорить! -А Лиоанна и Фаэрина тебя не устроят? -Кто это? – не поняла Дара. -Забудь. Расскажи лучше, что за дьявол поработил разум этого сумасшедшего Колдуна? -Мать не сказала, но у меня есть догадки. Хотя нет! Нет, этого не может быть! -Хорошо, я попробую поговорить с Евой. Но ее сейчас очень трудно застать. Я летала к ней несколько раз, но ее не было дома. Она влюбилась в кого-то, бросила двух женихов и гуляет напропалую с певцом хейвом. И все же, я попробую с ней поговорить, обещаю! Глава 37. -Привет, Лиа! Привет, Фаэра! – я вошла в комнату. -Наконец-то, явилась! – с иронией в голосе сказала Фаэра. -С ума сойти! Я свою сестру вижу всего шесть часов в сутки – пока она спит! – сказала Лиа. – Может, нам следует общаться чаще? -Я бы рада, но… В сутках так мало часов! -Будь в сутках больше времени, ты бы и это время проводила со своим хейвом! -Да, - по моему лицу расплылась блаженная улыбка. – Вы видели его глаза? Они глубокие, как омут, как огонь, в них бездонная грусть и любовь… Его брови изогнуты, как крыло лебедя. Его губы похожи на лепестки роз. Его волосы мягче облаков в небе! Его руки… -Ева, прекрати! Ты сходишь с ума! -Только посмотри на себя! – согласилась Фаэра. – Говоришь что-то безумное, глаза блестят, как в горячке, ломаешь руки, как кентавр, увидевший дракона! Я надула губы и села на кровать. Зачем я рассказываю им про Бэла? Они все равно не поймут… Скажут, что я сумасшедшая. Чтобы им понять, им нужно любить, как я люблю: сумасшедшей, безудержной любовью. Быть готовыми ради любимого броситься в пропасть… -Кстати, Ева, - сказала Лиоанна. – Тебя сегодня полдня Фреймор искал. -Зачем? – поинтересовалась я. -Он собрался уезжать обратно на Лэйранию. -Да? Может, мне зайти к нему и попрощаться? -Завтра зайдешь, если опять не уйдешь с утра пораньше куда-то с этим хейвом – крикуном! -Я все-таки сейчас зайду! – я сняла с вешалки плащ и направилась к дому Фреймора. Войдя в комнату, я обнаружила, что Фрей собирает вещи. -Привет, - окликнула я его. -Ева? – Фрей немного удивился. – Привет! -Я слышала, ты собираешься обратно в Белиндейн? Фрей кивнул. -Я зашла попрощаться. А почему ты уезжаешь? -Я расстался с тобой, поссорился с Фаэтом. Сделал все, что мог. Больше мне здесь делать нечего. -С тобой мы друзья. Ты можешь помириться с Фаэтом… -Нет. Ты прекрасно знаешь, что я ехал, чтобы тебе не было скучно. Теперь тебе точно не скучно… -Ты знаешь про Бэла? -Про какого Бэла? -Неважно. Внезапно я вспомнила бледное лицо Полеты. Она стояла и провожала нас с Фреймором в Фаэнель, а губки ее дрожали. «Она ведь любила Фрея… А я – нет!» - почему-то подумала я. -Фрей, я хочу попросить тебя кое о чем. -Слушаю, Ева. -Пожалуйста, поезжай в Хейбор и скажи Элистонам, что мой обман раскрыт! -Зачем? -Может, они будут волноваться… Не знаю, зачем. Только сделай это, пожалуйста! -Конечно! -Тогда… Я зашла попрощаться, - я развернула Фреймора к себе обняла: - До свидания, Фрей! -Прощай, Ева! -Почему «прощай»? Мы ведь наверняка еще встретимся! -Я почему-то так не думаю. «Все-таки он знает про Бэла!» - подумала я, а вслух сказала: -Всегда нужно надеяться на лучшее! До свидания! -До свидания! Я пришла домой, сняла плащ, включила свет (несмотря на жгучие протесты Лии и Фаэры, которые уже легли спать), села за стол и начала строчить письмо Полете. «Милая Полета! Для тебя, наверняка, будет большим шоком узнать, что я на самом деле не твоя сестра. А кто я – это неважно. Во всяком случае, можешь быть уверена, что я не вампир. Возможно, Фреймор тебе расскажет, кто я на самом деле… Ах да, я ведь за этим и пишу! Я знаю, что ты без ума от Фреймора – и не отпирайся, я уверена, что это так и есть. Полета, мы с Фреймором расстались. И он скоро приедет в Хейбор – навестить тебя, Бьорка и Алену. И он будет немного влюблен в тебя, поскольку ты моя сестра, самый близкий, самый похожий на Жанет Элистон эльф. Это твой шанс, если ты до сих пор в него влюблена. Главное – почаще улыбайся. И обязательно надень платье с декольте, даже если будет холодно. Возможно, это первое и последнее мое письмо. Я хочу остаться на Фаэрии, так что вряд ли ты когда-либо меня увидишь. Но хочу тебе сказать: ты была прекрасной сестрой и подругой, несмотря ни на что. Истинно твоя – бывшая Жанетта Элистон. P.S. Это не очень приятно, но я умоляю тебя выполнить мою просьбу. Убеди Фреймора передать королю, чтобы король освободил всех орков, вэйт и других ящеров из эльфийских тюрем. Необходимо, чтобы король вернул их на Фаэрию. Это очень, очень важно!» Я выключила свет и быстрым шагом пошла на почту. Мое письмо отправиться в Белиндейн этой ночью. Фреймор уедет только завтра. Полета получит письмо раньше, чем приедет Фрей. Она успеет подготовиться к его приезду. Надеюсь, в этот раз он обратит на нее внимание. Иначе я буду чувствовать себя виноватой. Морозные земли орков скупо освещала луна. На снежных просторах не видно было ни души. Ночь распростерла объятия над ледяными равнинами, и орки спали. Лишь в одной избе пусты были убогие кровати из медвежьих шкур. Их хозяева стояли возле богато изукрашенного шатра. -Я уверен, что она проснется, лишь только мы войдем. Я знаю ее, - сказал первый орк. -Значит, надо вбежать настолько быстро, чтобы она не успела проснуться, - откликнулся второй. -Ты уверен, что у нас это получиться? – спросил третий. -А даже если она и проснется, что с того? Она не успеет достать меч, - обнадежил всех еще один. -Нет, успеет. Она всегда спит в полном боевом вооружении, - возразил первый. – Я видел. -Ты видел ее во время похода. Но с чего ты взял, что она будет заботиться о безопасности у себя дома? -С того, что она не дура. Лека понимает, заключением мира с эльфами многие остались недовольны. А еще более орки недовольны заклятьем, потому что любой орк, который нападает на эльфа, умирает. -Ты думаешь, она догадывается, что ее решили убить? -Не только мы – очень много орков хотят разрушить заклятье. Оно развеется, как дым, со смертью Леки. И сама Лека об этом знает. Я думаю, она приняла меры, чтобы защитить себя. -Ладно, хватит толковать. Нам все равно надо проникнуть в ее дом. -План такой: быстро кидаемся в шатер, окружаем ее. -Вперед! Четверо орков быстро и бесшумно вскочили в шатер, окружили медвежью шкуру. Оркша, лежащая на ней, вскочила. Орк вонзил кривой кинжал ей в грудь. Оркша захрипела и повалилась на бок. Мелькнули светлые волосы. -Это не Лека! -Да… - из темноты вышла кудрявая оркша, поигрывая длинным мечом. Она сделала ловкий и быстрый выпад, и один из орков упал, сраженный острым лезвием. – Стойте! Кто подойдет ко мне, сдохнет! Орки не шевелились. -Решили, значит, прикончить меня во сне? -Ты знаешь, почему. Ты предательница, Лека! -Я заключила мир с эльфами, и вы недовольны? Но ведь теперь ни один эльф не посмеет убить орка! Что же вас не устраивает? -Мы сами не можем убить ни одного эльфа! К тому же Король эльфов не выпустит пленников из тюрем, а ведь именно этого мы пытались добиться, захватив принцессу эльфов! -Ни единого орка не убьют в тюрьме. -Ты считаешь, что жить в тюрьме – приятная участь? -Я разговаривала с принцессой эльфов. Я была у нее в мыслях, и я знаю, о чем она думает. Я верю, что принцесса Джевлалиджа поедет на каторгу и освободит всех заключенных. -Сейчас она в Амадене, и не собирается в Белиндейн. Лека, нам не нужен мир с эльфами. Нам нужна война, чтобы… Давай! Последний крик относился к орку, обнажившему меч за спиной Леки. Он обошел Леку, пока его товарищи заговаривали оркше зубы. Услышав звучное «Давай!», Лека обернулась, и орк вонзил ей меч в живот. -Теперь, когда ты умрешь, заклятье рассеется! -Что это еще такое? Лека, задыхаясь, смеялась до тех пор, пока на губах у нее не появилась кровавая пена: -Это заклятье не рассеется теперь никогда. Его могла снять только я или мои дети. Но я умираю, а детей у меня нет. Я все же добилась своего – мир с эльфами будет вечен! Лека закашлялась, повалилась набок и закатила глаза. -Помогите ей кто-нибудь! Если она говорит правду, и только она может снять заклятье, она должна выжить! -Ей незачем лгать – она умирает! -Выньте меч, промойте ей рану! Лека больше не шевелилась. -Боюсь, что уже поздно. -Вот дерьмо! Теперь мир с остроухими закреплен навсегда! -Дерьмо, дерьмо. Смываемся отсюда, и побыстрее! Три тени выскользнули из шатра. Глава 38. Следующим утром Бэл снова пришел ко мне: -Куда мы пойдем сегодня? -Извини, но я смогу гулять с тобой только до обеда. -Почему? -Советник короля, - я подумала немного, - и мой хороший друг уезжает сегодня в Белиндейн. Я должна его проводить. -Ничего! До обеда еще много времени! Мы шли по улицам. Ночью был дождь, но сейчас выглянуло солнце. Мы шли под косыми лучами по лужам. В лужах блестели солнечные зайчики. Через особо крупные лужи Бэл переносил меня на руках. Мы болтали о пустяках. Просто о красивой гусенице, которая ползет по дереву, или о маленькой птичке, которая чирикала на ветке того же дерева. О том, как красиво облака отражаются в лужах, о том, какое ясное и чистое небо сегодня. В общем, как я и сказала, о пустяках. Потом я попросила Бэла спеть. И он запел своим чудесным мягким голосом – только для меня: -Никто не знает, как ты живешь. Никто тебя не может понять. И ты сама никак не поймешь – Я не хочу тебя оставлять! Твоя кровь на бумажном листе, В буквы сложена алая кровь… «Помоги!» - написала ты мне, И в груди моей снова любовь. Хочешь ты, чтоб я мир поменял. Может, я причиню тебе боль, Понимаешь, от нас мир устал! Только я останусь с тобой… -Как красиво! Я никогда не слышала этой песни! -Я не удивлен. Я написал ее только что. Для тебя… -Ты ее еще нигде не пел? -Нет. Но я спою! Я сочиню еще несколько песен, и снова буду петь! -Может, ты будешь петь их мне? – с глупой улыбкой спросила я.- Зачем петь этой толпе! Я пойму твои песни, оценю их. Неужели тебе мало? -С чего ты взяла, что остальные меня понимают меньше? Они любят меня! С чего бы им меня любить, если они меня не понимают? Я не нашлась, что ответить. -К тому же, - продолжил он, - я ведь так долго к этому стремился, мечтал об этом… Я ведь с самого начала хотел петь для всех хейвов! -Ты прав. Ты будешь петь на помосте, для всех. -А ты будешь стоять в первом ряду и улыбаться мне… как сейчас. -Да. А еще я буду хлопать и кричать громче всех: «Бэл, я люблю тебя!» -Согласен! – он засмеялся, я тоже. -В следующие несколько дней я буду писать песни, а потом выйду и исполню их! -Все будут хлопать, а я буду тобой гордиться. А потом ты споешь ту песню, которую пел сейчас… -Не выйдет. Я ее уже забыл. -Не бойся. Я все помню. Эльфийская память. -Да… - глаза Бэла стали мечтательными. – Я буду сидеть за столом с листом бумаги и пером. Рядом будешь сидеть ты и улыбаться. Я буду смотреть на тебя, и стихи будут сами приходить мне в голову… -Знаешь, Бэл, - прервала я его мечты, - кажется, мне пора! -Что – пора? -Мне пора идти домой! -Я пойду с тобой. И буду рядом, пока ты не уйдешь… -О, Бэл! Мы неторопливо направились к трактирчику, продолжая говорить об абсолютных пустяках. Когда мы вошли в здание, то я увидела Фаэта. -Ева! Где ты была? -Гуляла. А где Лиа и Фаэра? -Они уже на пристани! Пойдем! – Фаэт схватил меня за руку и потащил из дома, сверкнув глазами на Бэла. -Бэл, я приду к тебе, когда мы проводим Фаэта! Бэл ничего не ответил. -Это твой новый… жених? – спросил Фаэт, когда мы вместе шли к пристани. -Да. -Вот на кого ты меня променяла! И чем же он лучше меня? -Он красивый, умный, понимающий, нежный, заботливый… Он любит меня! -Я тоже люблю тебя! -И проявлял эту любовь тем, что ухаживал за Налой? -А в чем проявляет этот хейв свою любовь? -Он носит меня на руках… Посвящает мне песни… -Я его насквозь вижу: он подлец, у него это на лице написано! -Не оскорбляй его! Он лучше всех, и в тысячу раз лучше тебя! -Я убью его! – вскрикнул Фаэт так злобно, что я испугалась. В это время мы подошли к пристани. Возле пристани стоял корабль. Свесившись через борт корабля, Фреймор обнимал ребят и хлопал по плечам. -Прощай, Фреймор! Желаю доплыть без приключений! -Желаю повеселиться при дворе! Все желали Фрею всяческих благ. Тут подошла я. -Фрей, желаю тебе найти прекрасную эльфийку, которую ты полюбишь и с которой будешь жить долго и счастливо! Лицо Фрея погрустнело, и он тихо сказал: -Единственная эльфийка, которую я любил – это ты, Ева. Я не найду другой такой, как ты! -Ты был влюблен в Жанет Элистон. Робкую, вечно смущенную Жанет. А Жанет – умерла, осталась только Евлалия, Ева Грэчел. Ее ты не знал и не любил. -Но такой, как Жанет Элистон, больше нет! Гудок возвестил, что корабль отходит. -Ошибаешься, Фрей, - крикнула я громко, чтобы отдаляющийся Фреймор меня услышал. - Не совсем такая, но есть – Полета Элистон, сестра Жанет. Обрати на нее внимание! Корабль отошел. Но мы еще долго стояли на пристани и махали Фреймору. Он махал в ответ. Наконец, когда корабль скрылся за горизонтом, все начали расходиться. -Наконец-то он уехал, - услышала я голос Эальдора. – Был, как груз на шее. Душит, а не снимешь… -Согласен. Жил где-то. Вроде и совесть мучает, что бросили его. А в гости к нему идти совсем не тянет… - откликнулся Коралкин. И это те самые эльфы, которые только что желали Фрею благополучного путешествия и распрекрасной жизни во дворце. Тьфу – только плюнуть остается, какие все они лицемеры. -Ева, а ты куда собралась? – окликнула меня Фаэрина. -Куда? К хейву своему ненаглядному, конечно! – ответила за меня Лиа. Стиснув зубы, я пошла вперед. Вскоре я была уже у домика Бэла. Я вошла. -Стой! – путь мне преградили охранники. -Пропустите! -А ты кто? Лицо, вроде, знакомое, - сказал один. -А это, кажется, та самая писательница. Бэл сказал – пускать ее. -Может, тогда пропустите меня? -Бэла все равно нет. Как ушел с утра, так и не вернулся. Я медленно вышла и в раздумьях посмотрела на плывущие по небу облака. Бэл ушел с утра и не возвращался. Где он может быть? Я хлопнула себя по лбу! «Ну, конечно! Надо искать его у Домиников!» Но когда я пришла к дому Тиама и Шарлин, я не нашла там Бэла. -Нет, не заходил сегодня, - сказала Шарлин. -А ты не знаешь, где он может быть? -Понятия не имею. Я со стуком опустила голову а стол. -Может, выпьешь чаю? – предложила Шарлин. – Успокаивающего, с ромашкой. Не хочешь? -Нет, - я отрицательно помотала головой. – Я, пожалуй, пойду домой. Может быть, Бэл ждет меня там. -Ну, тогда до свидания… Я вышла от Шарлин. Темнело. Было сыро и пахло дождем. «Конечно! Бэл ждет меня дома!» Но когда я пришла домой, Бэла там не было! Я села на кровати, обхватила колени руками и смотрела в окно. Моросил мелкий дождик, и дождевая пыль оседала на стекло. -Что с тобой? – спросила Фаэра, проходившая мимо. -Ничего, - хмуро ответила я. -Лиа, наша Ева грустит! Может, хочешь чаю? – спросила меня Фаэра. Я отрицательно помотала головой. Почему каждый считает своим долгом предложить мне выпить чаю? -А чего ты хочешь? -Ничего… -Будешь сидеть и смотреть в окно? -Да. Вечерело. Сестры поели (я от ужина отказалась) и принялись укладываться спать. -Опять наступает ночь, - вздохнула я. -Ну, и что в этом плохого? – зевнула Фаэрина. -Я не могу уснуть. Я не могу спать, когда я думаю о Бэле… -Подумай о чем-нибудь другом. -Я не могу думать ни о чем другом! Фаэрина зевнула и легла на кровать. Я задула свечу и тоже легла. Но уснуть не могла. Я думала о Бэле. Где он? Что с ним? -Что ты там ворочаешься? – послышался недовольный голос Фаэры. – Спи! -Я не могу! Фаэра, поговори со мной! -Весь день молчала, а сейчас хочешь наверстать упущенное? Ну уж нет! Завтра! Фаэра перевернулась на другой бок и закрыла голову подушкой. Я закрыла глаза и представила себе медленно текущую реку – говорят, это помогает уснуть. Но перед глазами вместо реки почему-то стоял Бэл. Плачущее лицо Бэла… Бэл, с тоской глядящий вдаль… И вдруг мне представилось лицо Фаэта: разъяренное, с налитыми кровью глазами. «Я убью этого Канто!» - кричит он. Я вскочила. Фаэра и Лиа лежали на своих постелях и спали. Я тихо встала, накинула на плечи плащ, вышла из трактира и пошла к дому Бэла. Было темно. По небу плыли тучи, серые в темноте. Они закрывали луну и звезды. Воздух был пропитан влажностью. Скоро должен был начаться дождь. Я ускорила шаг. Вошла в дом. Охранники – трое, как обычно - сидели у дверей и играли в карты. -Эй, кто это! – вскрикнул один. – А, это ты! Привет! -Кто там? – охранник, сидевший спиной к двери, обернулся. – Опять ты? А Бэла все еще нет. -Как это нет? – удивилась я. – Где же он? -Понятия не имею, - откликнулся охранник. – Нет его. -До сих пор не возвращался? -Пришел, накинул плащ и ушел. Я скривила губы. -Не веришь? Можешь проверить. Я быстро поднялась по лестнице. Заглянула в комнату Бэла. Бэла там не было, кровать не разобрана. Однако все вещи, одежда Бэла была на месте. «Он ушел куда-то… И не вернулся до сих пор…» Перед глазами четко-пречетко появилось лицо Фаэта: «Я убью его!» Я быстро спустилась вниз. -Вы не видели, куда Бэл ушел? – спросила я. -Не, - протянул один из охранников. – У меня козырной король, вы проиграли. -Почему вы не знаете, где он? А вдруг ему грозит опасность? -Так ведь ему, а не нам! Это его проблемы, а не наши! – хохотнул другой. – Козырной туз. Первый охранник громко чертыхнулся. -Но вы же стражи, вы должны охранять Бэла! – воскликнула я. -Детка, мы должны его охранять, пока он в этом доме. А когда он уходит… - охранник развел руками и скорчил дурацкую гримасу. Подавив желание придушить охранника, я взяла себя в руки и вежливо спросила: -Вы не видели, куда пошел Бэл? -Куда-то в лес. Мы не обратили внимания. Я пулей выскочила из дома и кинулась в лес. Дождь уже начался. Холодные капли противно мочили волосы, били по лицу, стекали за шиворот. Плащ, наброшенный на плечи, намок и повис складками. Когда я вбежала под сень деревьев, ливень стал не таким сильным. Тут мне показалось, что невдалеке я вижу силуэт. -Бэл! Бэл, это ты? – я побежала вперед, но увидела только корягу. -Бэл! Бэл, где ты? Откликнись! Бэл, Бэл! – снова закричала я, кинувшись вперед. Я бежала по лесу и звала Бэла, каждую секунду ожидая увидеть его тело, повешенное на ветви или лежащее лицом вниз на земле. -Бэл, Бэл! Мои ноги вязли в глине. Несколько раз я поскальзывалась, однажды чуть не свалилась в грязь. -Бэл! Могучие ветвистые деревья сменились хиленькими кустиками. Холодные капли вновь застучали по лицу и стекали вниз, к подбородку, смешиваясь со слезами. Каждая ледяная капелька обжигала кожу на разгоряченном лице, ее прикосновение было похоже на укол тысячью раскаленных иголок. Внезапно я увидела огромное дерево и под ним – чей-то силуэт. Силуэт мужчины, несомненно. «Только бы не снова коряга!» -Бэл! Бэл! Мужчина, сидящий под дерево, обернулся. Я увидела старого хейва с седыми волосами и загорелой, задубевшей, прорезанной морщинами кожей и небольшим шрамом возле правого уха. -Кто вы? – выпалила я от неожиданности. -Я – пастух, - ответил тот и протянул мне глиняную кружку. Машинально я глотнула. Забытый вкус – этим поил меня гном, когда я чуть не утонула, когда давным-давно наша Вторая Экспедиция потерпела кораблекрушение возле Драконьего острова. Тогда я была еще влюблена в Фаэта… Холодная жидкость огнем прошлась по моим жилам, у меня закружилась голова. -Пастух я, - продолжил мужчина. – Овец пасу. Некоторые думают, что овцы – удивительно глупые животные. В большинстве своем они действительно глупые. Но мои любимицы - Якудза и Акакий – не то, что умные… Они, можно сказать, мудрые… Я увидела, что старый хейв гладит какую-то овцу с желтоватой шерстью, приговаривая: «Умница моя…» Уняв головокружение, я хотела бежать дальше. -А вы, эльф, что делаете в этом опасном лесу? -Я ищу хейва, которого люблю! Вы никого здесь не видели? -Проходил тут какой-то… не то эльф, не то хейв… По лицу-то не определишь, - ответил старик, продолжая гладить овцу. – В чащу пошел… «Либо Бэл, либо Фаэт…» - почему-то подумала я. -А какого цвета волосы? – спросила я. Если брюнет – Бэл, если блондин – Фаэт. -Под плащом не видно было, - старик все еще гладил овцу. Я кинулась прочь. -Куда вы, эльф! Переждите дождь! Вы простудитесь. Я только руками махнула и побежала в чащу: -Бэл! Бэл...! …Под утро я, вся мокрая, с ледяными руками, голубыми губами и синюшным лицом, ввалилась в трактир, где жили мы с сестрами. Сняла плащ и в изнеможении опустилась на пол. -Фаэра, она вернулась! Руки Лиоанны обхватили меня. Сестра помогла подняться по лестнице. Фаэра уложила меня на кровать. -Где ты была? -Я искала Бэла. Он ушел… вчера… в лес… и не вернулся… -Ее знобит, - Лиоанна потрогала мой лоб. – А голова пылает. Фаэра, принеси ей горячего чаю и меда. -Снова чай, - простонала я. – Чай красный, как кровь. Кровь Бэла, он умер… Он умер, умер! -Она бредит! Послышались удаляющиеся шаги Фаэры. -Ну скажи, зачем ты побежала его искать? -Не знаю. Я его не нашла! Он до сих пор не вернулся! С ним что-то случилось! Он умер! Красный чай, красная кровь! Горячая чашка ткнулась в мои губы. -Выпей это, - ласково произнес голос Фаэры. Я хлебнула и почувствовала, что засыпаю. -Ей нужно как следует выспаться, - произнес чей-то незнакомый мне голос. – Может, она проспит сутки, а может, и больше... -Разбудите меня, когда вернется Бэл! – попросила я и повалилась в темноту… Бэл пришел через 2 дня. Весьма противоречивые чувства сражались в душе Дины, когда гроб с ее отцом опускали в землю: радость из-за того, то нет больше тирана семьи, из-за того, что она теперь стала хозяйкой трактира, и горе – какой-никакой, но этот хейв все же был ее отцом. История жизни Дины была весьма грустной. Ее мать разливала напитки в баре. Отец Дины был разбойником из леса. Он заглянул в захудалый бар один раз. Через девять месяцев у официантки родилась дочь, которую назвали Дина. Дина смолоду привыкла к грязным посетителям и кровавым схваткам. Самым неприятным в этих схватках для нее была необходимость вытирать чужие кишки и кровь с пола. Через пятнадцать лет ее отец вновь заглянул в тот бар. Дина помнила, что в первый раз, когда увидела его, безумно захотела, чтобы этот немолодой, но статный хейв оказался ее отцом. А он в походке официантки Дины, в ее чертах лица, в ее характере он узнал свою походку, свои черты лица, свой характер. Ему стало жаль красавицу – дочь, протухающую в поганом баре. Он выкупил дом, сделал ремонт – благо, денег у него было много. Он хотел отдать трактир Дине, он не планировал остепеняться и управлять баром, но его разбойничью банду схватили, и всех его дружков перевешали. Его не тронули – он смог отговориться тем, что он хозяин бара. И, забыв свое темное прошлое, отец Дины стал образцовым хозяином. На нижнем этаже он устроил трактир, а верхние комнаты сдавал внаем высокопоставленным хейвам. Поваром в трактире была мать Дины, а официанткой – сама Дина. Эти годы стали самыми счастливыми годами девушки. У нее появились друзья и подруги. Лучшей из них была Фоцвара, работница бара на другом конце города. Но счастье не могло длиться вечно. Мать, не выдержав спокойной скучной жизни, сбежала с каким-то другим разбойником. Отец начал пить, а у Дины не осталось времени на общение с друзьями – она и готовила, и находила постояльцев, и волокла каждый вечер домой выпившего отца. К тому же частенько отец прогонял ее подруг из трактира. А еще ее Фоцвара связалась с какой-то разбойничьей бандой. Дина отговаривала Фоцвару, но Фоцвара говорила, что «эти хейвы из леса – самые лучшие». -Не хотите поставить памятник на могилу? – обратился к ней бородатый хейв в религиозной одежде. – Или хотя бы плиту с именем? -Зачем? Мертвому уже все равно! И вот отец умер. Его давно одолевали старые раны, какие-то болезни. Дине с одной стороны было грустно, но перед ней открывался новый мир. Она стала хозяйкой бара! И – что важнее – хозяйкой своей судьбы! -Как ты мог? – набросилась на Бэла Шарлин. -Что случилось? – не понял Бэл. -Ты ушел, не предупредив никого… -Ева хотела, чтобы я написал новые песни. Мне нужно было вдохновение, и я ушел в лес. -Ева побежала тебя искать ночью, под дождем. Те два дня, что тебя не было, она лежала в лихорадке! -Что? – Бэл побежал к дому Евы. Он раскрыл дверь и наткнулся на недовольное лицо старшей сестры Евы, брюнетки. -Что ты здесь делаешь? – спросила брюнетка. – Пришел окончательно доконать мою сестру? -Как она? -Плохо. Она простыла и лежит в лихорадке. -Можно я пройду к ней? -Нет. Уходи. Бэл не стал спорить. Он развернулся и ушел. Вдруг чьи-то теплые ладони закрыли ему глаза. -Угадай, кто? Глава 39. «Бушующие волны бились о берег. Они поднимались и почти захлестывали небо. Сначала шла одна волна, готовая разрушить камни, но разбивалась о скалы и отступала. За ней шла другая, затем еще одна… На волне стоит Бэл. Он ищет меня. -Я пройду к ней! – кричит он. -Нет… - отвечает кто-то. -Нет… Нет… - повторяет эхо. Эхо от скал – в моей голове. -Уходи! Уходи…» Я проснулась, вскочила и услышала, как Лиоанна внизу захлопнула дверь. Подбежав к окну, я увидела Бэла, который шел по дороге от дома. Я схватила плащ (который до сих пор валялся у кровати) и тихо сбежала по ступеням вниз. -Каков наглец! – говорила на кухне Лиоанна Фаэре. Я раскрыла дверь. -Что-то сквозняком потянуло, - ответила Фаэра. – Лиа, ты хорошо закрыла дверь? Я выскочила на улицу. Дверь хлопнула. -Ева! – послышался гневный крик Лиоанны. Я побежала вперед по дороге и вскоре увидела спину Бэла. Я догнала его и закрыла глаза: -Угадай, кто? Бэл наморщил лоб и ощупал мои пальцы. Он наткнулся на свое кольцо (с тех пор, как он подарил мне его, я носила это кольцо не снимая). Морщины на лбу его разгладились, и он сказал: -Моя самая любимая девушка! -Имя, пожалуйста! -Ева, - он развернулся и взял меня на руки. – Я буду петь. Сегодня. Кстати, как ты себя чувствуешь? Твоя сестра сказала, что ты простудилась… -Да. Но я уже совсем-совсем здорова. И конечно, я приду и… Я запнулась. -В чем дело? – спросил Бэл. -Просто я ушла из дома в ночном платье. Мне нужно вернуться и переодеться. Но я боюсь возвращаться! Скорее всего, сестры меня не отпустят! -Ничего страшного, - Бэл обнял меня. – Сейчас мы пойдем в магазин и я куплю тебе одежду! Потом мы с тобой пойдем к моему дому. Я буду петь… Там будет много хейвов, но петь я буду только для тебя! -Бэл! – я улыбнулась. -Пойдем скорей в магазин! Я боюсь, что ты снова простудишься! Бэл узкими улочками провел меня в магазин, где я уже была. Туда меня и Фаэру водила Дина. -Что ты хочешь надеть? -Что угодно, Бэл! То, в чем ты хотел бы меня видеть… Бэл хотел что-то сказать, но потом передумал. Он положил передо мной короткую кофту без рукавов в черно-белую полоску, широкие синие брюки на бедрах и черно-белые тапки на шнурках. -Вот! Я чуть не поморщилась от ужаса. Брюки! Я никогда в жизни их не надевала и думала, что не надену. Но ради Бэла я готова надеть мужскую одежду! Я примерила то, что мне дал Бэл. Кофта симпатично обтягивала грудь, а брюки оказались очень удобными. -Ты отлично выглядишь! -Спасибо! -Теперь пошли, - Бэл позвал меня, и я пошла. Он привел меня к посту. Там стояла жуткая толпа, но видя Бэла, все расступались. Он оставил меня возле помоста, в первом ряду, а сам забрался наверх. И начал петь свои новые песни. Они были прекрасны, как и предыдущие, но какие-то… более взрослые, зрелые. «О, Альбейн, как он повзрослел за эти три дня! Он самый красивый, я его люблю! От его пения меня трясет, как в лихорадке, и кружится голова… Он самый лучший, и я его обожаю!» После того, как он исполнил первую песню, его поклонники кинулись к помосту. Меня придавило к какому-то столбу. -Я здесь! – закричал Бэл. – Я люблю вас всех! Какая-то высокая девушка попыталась забраться на помост: -Бэл, ты будешь моим! Я люблю тебя! -Нет, я люблю его, и он будет со мной! – услышала я крик над ухом. Тут Бэл снова начал петь. Толпа оттеснила меня куда-то далеко, но и досюда долетали крики: -Я люблю тебя! -Ты будешь моим! -Я знаю, где ты живешь! -Ты не устоишь передо мной! «Кажется, мне пора домой…» - подумала я. - «Хотя нет, домой я не хочу!» С трудом выбравшись из толпы, я побрела к дому Тиама и Шарлин. Вошла, повесила плащ на крючок. Меня встретила Шарлин, ласково поздоровалась. И тут я взорвалась: -Ненавижу их! Ненавижу! -Кого ты ненавидишь? -Этих крашеных идиоток! Его поклонниц! -А ты разве не его поклонница? -Они… - я задыхалась от гнева. – Они чуть не на шею к нему вешаются после каждой песни! -А ты не такая? -Я? Да, но… Бэл мой! Мой! Мой и только мой! -Они тоже его любят… Прости их… -Я не могу! Я не хочу его ни с кем делить! -Тогда, может, скажешь ему, чтобы он прекратил петь? Тогда его все забудут и ты сможешь любить его одна! -Нет… мне страшно ему об этом заикнуться… Песни – это его жизнь… Если я попытаюсь забрать у него музыку, он меня убьет… -Ты боишься, что если ему придется выбирать между тобой и музыкой, он выберет музыку? -Да. Боюсь. А еще боюсь, что я не смогу его любить без его песен… Я нервно рассмеялась. -В самом деле, чего я так разозлилась? Бэл мой и только мой. Никто его у меня не отнимет! А поклонники… Они будут оплачивать нашу жизнь… -Не успели мы и оглянуться, а она ушла! Не понимаю, как так можно: час назад она лежала в лихорадке, а теперь убежала за ним, даже не одевшись! – причитала Лиа. – Ох, уж эта Ева! Прямо не сестра, а какое-то наказание! За что нам досталась эта сумасшедшая? -Может, не стоит на нее злиться? Она ведь его любит… -Любить можно, не бегая за парнем, как собачка. В особенности, если парень этот – хейв, и не шибко красивый. Тебя я еще понимаю. Коралкин – это ходячее совершенство, в него невозможно не влюбиться. Но как можно полюбить это черноволосое чудо из пруда, да еще настолько сильно? Фаэра промолчала. -Я бы на месте Евы как минимум неделю с ним не разговаривала, после того, как он ушел, не предупредив ее! -Я люблю Кларка, и думаю, что тоже пошла бы за ним, куда глаза глядят. Куда его глаза глядят… И простила бы ему все. -Я думаю, ты бы так вряд ли сделала. У тебя есть самоуважение и гордость. А вот Ева… Сумасшедшая, что и говорить! Не представляю даже, что с ней будет, когда он ее бросит! -А если он ее не оставит? Вдруг это настоящая любовь? -Тогда бы он уже сделал ей предложение. Чего же он медлит, если любит ее? Нет, что-то тут не так… Впрочем, она заварила эту любовную кашу, ей и разгребать… -Вот именно. Это не наше дело, и я не стану ее удерживать, если она пойдет за ним. Поговорим лучше о тебе! У Евы есть Бэл, у меня – Кларк. А у тебя? -Что у меня? -Есть ли у тебя возлюбленный? -Возлюбленный? Нет. -Почему? Тебе ведь нравился Даниэль. Неужели вы расстались? -Мы не расставались. -Как так? – не поняла Фаэрина. -Он не говорил мне, что любит. Мы просто гуляли вместе. А потом перестали гулять. -И неужели ты не нравишься здесь ни одному хейву? -Нравлюсь. Часто пристают с тупыми вопросами: «Как вас зовут? Где вы живете? Эльфийка ли вы?» Надоели они мне до ужаса! Хоть с охраной ходи! -Почему ты думаешь, что у них у всех дурные намерения? -Потому, что уже рискнула один раз. И убедилась, что все хейвы – поганцы! -Расскажи поподробнее, пожалуйста! – попросила Фаэра. Лиоанна вздохнула: -Его звали Кристиан, он божественно целовался… -И что же? -Он оставил меня, как только я отказалась идти к нему ночевать. Не поганец ли? -Может, среди тех, кто подходит к тебе, все же есть симпатичные и нормальные? -Нормальные почти все перевелись. Так что не упусти Коралкина, он хороший парень. -Может, ты встретишься с Даниэлем? Ведь ты ему наверняка нравилась! И он тебе нравиться – я по глазам вижу! -Я не влюблена в него. К тому же, как я с ним встречусь, если он мня не приглашает? Не буду же я приглашать его сама? -Почему? Ведь Ева сделала именно так! -Ладно. Я попробую. Только не сегодня, хорошо? Сегодня я намерена дождаться Еву и высказать ей все, что о ней думаю! -Только обещай, что обязательно поговоришь с Дэном. Лиа кивнула. -У меня идея! – воскликнула Фаэра. – Завтра я пойду к Кларку. Кларк живет рядом с Дэном, и мы пойдем вместе! Лиоанна снова кивнула. -Попытка ведь не пытка, верно? Бэл стоял на помосте и оглядывал толпу, будто искал кого-то. Из-за занавесей выглянуло довольное сытое лицо Доминика. -Парень! Иди сюда! Бэл зашел за занавеси. -Молодец! Замечательные песни! Просто волшебно! А как бесновались поклонницы! Кстати, Бэл, мне пришла в голову потрясающая идея! -Да…? -Можно нанять специальных девушек на роль поклонниц… -Что? Поклонниц у меня и так предостаточно, слава Сарну! -Ты не дослушал. Они будут приходить на концерты с тобой, ты будешь ставить их в первый ряд и простирать к ним руки, когда поешь Неплохо, да? -Да, - рассеянно сказал Бэл. – А вы не видели Еву? -Нет. По-моему, ее не было сейчас в толпе. -Как это? Она была, но… -Но сейчас ее нет. Она ушла. -Не может этого быть! -Все женщины такие, парень. Привыкай! -Да. И я не пойду за ней. Пусть она сама за мной бегает! -Перестала она тебе снится-то? -А я и не сплю почти. А когда засыпаю, вижу просто черноту. Еще иногда мужика на лошади. Страшная такая лошадь, серая. И скалиться. Впрочем, неважно… -Что-то ты опять загрустил. А в последнее время такой веселый был. Может, сходишь к Тиаму, развеешься? -Да, ты прав. Я так и поступлю. Глава 40. -Шарлин, ты умеешь меня развеселить! -Ну неужели не похож? Угольком Шарлин рисовала на листе бумаги человечка, напоминающего Бэла. -Похож! Просто копия. Шарлин, у тебя талант! Я весело засмеялась. У меня появилось странное чувство, будто что-то свербит мне затылок. Я обернулась и увидела Тиама, который сидел у камина и грыз чубук трубки. Он смотрел на меня каменным взглядом. Увидев, что и я смотрю на него, он отвел глаза. Шарлин уже почти закончила рисунок. У нарисованного Бэла было узкое личико, взъерошенные волосы, большие глаза и тонкие губы. -Похож, похож! – я даже захлопала в ладоши. -Ева, ты здесь? -Бэл! – воскликнула Шарлин, мгновенно пряча куда-то рисунок и подмигивая мне. – Как здорово, что ты пришел! -Ева, почему ты ушла? Сначала я не поняла, о чем Бэл говорит. Потом вспомнила, что ушла, не дослушав его пения. -У помоста была ужасная давка. И, к тому же, думаешь, мне приятно было слушать, как все вокруг кричат о том, что ты принадлежишь им? -Но ты же знаешь, что это не так! -Послушав эти крики, становишься менее уверенной. -Ничего. Теперь ты всегда будешь стоять только в первом ряду. И никто тебя оттуда не втолкает, потому что там будут все «свои». -С чего бы это вдруг? – не поняла я. -Доминик придумал интересную штуку: он найдет специальных девушек, которые всегда будут изображать моих поклонниц. Вроде свиты у короля. -А ты, значит, будешь королем? А они – вроде как девочки для «звездного мальчика»? – я вскочила со стула, бешено сверкнув глазами. -Ева, что случилось? -Что случилось? Это у тебя надо спросить! – я выбежала из комнаты. -Стой, Ева! – я услышала, что Шарлин кинулась за мной, поймала меня почти у дверей. – Подожди! Я уткнулась в плечо Шарлин, и услышала тихие голоса из комнаты. Недаром у эльфов большие уши – у них еще и абсолютный слух. -Из-за чего она так вспыхнула? – недоуменно спросил Бэл. Я услышала голос Тиама, который сказал: -Признаюсь, мне не нравиться твоя Ева. (Это заметно!) Но, поверь, я могу понять, как ей сейчас неприятно! -Из-за чего? Какие-то девушки будут иногда быть рядом со мной. Но люблю-то я ее! -Действительно, всего-то! Какие-то девушки – уверен, что красивые, я ведь знаю своего отца – будут постоянно ошиваться рядом с тобой, шутить и веселиться. А ты будешь улыбаться им и смеяться их шуткам. -Возможно, - произнес Бэл задумчиво. – Но это ведь будет не по-настоящему! -Может быть. Но, представь, какая мука это будет для эльфийки, которая тебя любит. Представь, что Ева постоянно ходила бы по улицам, окруженная своими эльфами и смеялась вместе с ними. А потом говорила бы тебе: «Бэл, милый, ведь люблю-то я тебя!» Тебе было бы приятно? -Ты прав, - поджав губы, заявил Бэл. – Мне было бы очень погано… -Только не надо плакать… - пробился ко мне голос Шарлин. -Я не плачу! -Вот и замечательно. Мне кажется, вам с Бэлом надо поговорить. -Мне тоже так кажется, - я подняла голову и увидела, что Бэл идет к нам. Когда он подошел, я заглянула к нему в глаза. -Ева, нам надо кое-что обсудить, - предложил он. -Похоже, Бэл тоже считает, что вам следует поговорить…наедине, - сказала Шарлин. Она распахнула какую-то маленькую, незаметную на первый взгляд дверь. – Идите туда. Я ощутила дуновение свежего ветра из-за двери и шагнула. -Осторожно, ступенька! – крикнула вслед Шарлин. Крикнула она поздно – я уже провалилась вниз на пару сантиметров. Но это была чепуха. Я стояла на балконе. В Белиндейне, на моей родине, у каждого дома был балкон. Эльфы – дети лесов и неба, поэтому они строят высокие дома и окружают их садами. А балконы – как прекрасно стоять на них, любуясь облаками, радугой, или просто небом, вдыхая при этом аромат цветущих деревьев! К сожалению, в Амадене я не видела ни одного дома с балконом. Даже в доме у Бэла не было балкона. Но сейчас, когда я стояла на висящей в воздухе плите и смотрела вдаль, я вспомнила балконы Белиндейна. Мне даже показалось, что я почувствовала запах цветов Лэйрании. На балкон спустился Бэл. Он покосился вниз, затем посмотрел на меня. -Разве не чудесно? -Честно говоря, я не очень люблю высоту и шаткие конструкции… Я сдержалась, хотя очень хотелось сказать, что ему придется смириться, так как высоту и шаткие конструкции люблю я. Бэл помолчал немного и сказал: -Извини, что я поддержал эту затею с девушками. Если бы ты не ушла… -Мой уход сильно повлиял на твои решения? -Да. Во-первых, я волновался, был рассеян, и согласился бы на все, что предложил бы мне Доминик. А во-вторых… - он стушевался. -Во-вторых, ты сильно обиделся и решил мне отомстить, не так ли? -Ну, - Бэл улыбнулся своей обворожительной, но сейчас немного виноватой улыбкой, - вроде того… -Давай договоримся: я больше никогда не оставлю тебя… -А я буду любить всегда только тебя одну, и на других девушек даже не посмотрю! Сегодня же я пойду к Доминику и скажу ему, что его идею я не поддерживаю, - Бэл собрался уходить. -Подожди! Останься здесь. Неужели ты не видишь, как здесь чудесно? -Я же сказал, что мне не по душе шаткие конструкции. -Забудь о том, что ты на балконе. Представь, что ты на облаке летишь в бесконечность. Смотри… Небо было еще не темное, но уже и не чисто-голубое. Серая луна бледно сияла. Маленькие звездочки зажигались и гасли. Легкие ветерок обволакивал обнаженные шею и плечи и ласкал волосы. Неожиданно для себя самой я тонким голосом затянула песню Бэла: -Когда погаснет свет, когда исчезнет мир, Когда исчезнет все кроме нас двоих… Белое крыло блеснет в холодной тьме – Ангелом я стану и поспешу к тебе. Однажды улетим с тобою вместе вдаль Не потеряем мы друг друга никогда! Бэл захлопал в ладоши. -У тебя неплохо получается! У меня возникла потрясающая идея: может, ты будешь петь вместе со мной? -Ты с ума сошел? Я же тебе все песни испорчу! -А по-моему, ты неплохо поешь. -Ты поешь в тысячу, в две тысячи раз лучше. Я тебя уверяю, я все только испорчу! -Тогда будь моей музой! Все свои песни я буду посвящать тебе. Я расскажу всему свету, как люблю тебя… -И весь свет (особенно его женское население) возненавидит меня и начнет мстить. Ну уж нет! -Но ты ведь любишь меня? -Люблю! Больше жизни люблю. Ты сам знаешь, как сильно. Но я не хочу выносить нашу любовь на обозрение! Понимаешь, для меня наша любовь священна. Но будет ли она такой для других? Нет! Они опошлят ее, выставят все в черном свете, понимаешь? -Не понимаю! Я люблю тебя, и я хочу кричать об этом на весь мир. Хочу останавливать каждого прохожего на улицах, и говорить: «Я люблю Еву Грэчел!» Мне хотелось бы взять самую яркую в мире краску и на каждом доме написать твое имя! -Так почему же ты этого не делаешь? -Потому, что ты не хочешь выставлять любовь на обозрение! -Мне кажется, я действительно не права, - пересилив себя, сказала я. – Я понимаю, что ты чувствуешь. Я тоже хочу кричать всем подряд, что люблю тебя. Но я боюсь. -Чего ты боишься? -Я не знаю. Но с тобой мне ничего не страшно! -Давай пойдем к Золотому Фонтану, - предложил Бэл. -Конечно. С тобой – хоть на край света! -Нала! Нала, подожди! Нала пришпорила коня (отчего тот встал на дыбы) и повернулась. К ней скакал юный темноволосый хейв с трубкой в зубах. «Вот дурак!» - подумала Нала. – «С трубкой – на коня! Интересно, откуда он знает мое имя?» -Привет, Нала! Как твои дела? -Привет, - не очень уверенно откликнулась Нала. -Ты меня не помнишь? Я – Виктор! -Честно говоря… Нала начала припоминать. Она уже видела этого хейва. Это случилось, когда она нашла эльфийских принцесс. Четыре девушки тогда сидели, говорили о чем-то. Тут в дверь начали ломиться. Дверь рухнула. Тогда в домик Налы ворвались Фаэт, печально знакомый Нале, с тремя другими парнями. Один из них был немного странный эльф, будто не от мира сего, с темными кудрями. Другой тоже был эльфом – угрюмым, высоким, с длинными волосами и серьгой в левом ухе. А третий - хейв, который стоял перед ней. -Помню! Ты друг Фаэры, Лии и Евы, - последнее имя Нала произнесла с явной неохотой. -Не то, чтобы друг…Я просто участник экспедиции, в которой они были. Ну, можно сказать, что я их друг. Нала пустила коня шагом. Рядом пристроился Виктор. -Ты так и не ответила, как твои дела, - заметил он. -Нормально. Живу в трактире, езжу охотиться в соседний лес. Живу точно так же, как жила до встречи с вами. Расскажи лучше, как поживают девушки! Как Лиа? -Не знаю. У нас с ней произошла крупная размолвка, и мы не общались. Фаэра живет распрекрасно: гуляет в Коралкином… -А как Ева? Она, наверное, меня ненавидит… Из-за меня она рассталась с Фаэтом… -Как раз наоборот – ты ее должна ненавидеть! -Почему? -Фаэт расстался с тобой из-за нее. -Как? Она опять с Фаэтом? – Нала не почувствовала ревности. Ей уже не нравился Фаэт. Как ей может нравиться парень, который охмуряет двух девушек? А вот Еве этот парень, похоже, все равно нравился. – Ева все еще с Фаэтом? Неужели у нее совсем нет гордости? -Она прекрасно обходится без Фаэта. Она полюбила другого парня. Ева решила, что бросит Фаэта еще до того, как увидела тебя с ним. -Фаэт остался не при делах, - усмехнулась Нала. -Да уж. Хотел двух девушек, а в результате не получил ни одной. Еще некоторое время они ехали молча. -Только вот Фаэт, похоже, все еще сохнет по Еве… Нала ухмыльнулась. -Тебе его не жалко? -Нет. Он причинил боль нам, теперь он сам помучается! – Нала посмотрела на Виктора. И в первый раз подумала, что Виктор тоже симпатичный. Ничуть не хуже Фаэта. -А расскажи о себе, - попросила она. -Что я могу рассказать? Живу в казармах, играю в карты с ребятами… -Расскажи, как ты жил до того, как приехал на Фаэрию? Почему ты решил поехать в эту экспедицию? -Раньше я жил на Фаэрии, и мне захотелось вернуться. -А как ты оказался в Белиндейне? -Меня привезли родители. Они решили, что в Белиндейне легче и лучше жить. Но, честно говоря, эльфы не сильно жалуют хейвов. -Я слышала, эльфы вообще не жалуют пришлых. -Ты правильно слышала, - Виктор развернул лошадь. -Ты уже едешь обратно, в город? -Наверное. А что? – Виктор обернулся и через плечо посмотрел на Налу. -Может, ты останешься? Покатаемся вместе, - предложила Нала. -Давай проедемся до леса и обратно. А потом… Потом я приглашаю тебя на романтический ужин… Глава 41. Под вечер я заявилась домой. -Где ты была? – спросила сурово Лиа. -Я была с Бэлом. -А почему ты никому ничего не сказала? -А вы бы меня отпустили? -Ты только что лежала в лихорадке. Конечно, нет! -Но я должна была с ним пойти. Я бы умерла без него! -Если бы ты нам объяснила, мы бы тебя отпустили, конечно, - вмешалась Фаэрина. -Значит, я не сделала ничего плохого! Вы бы меня все равно отпустили! -Железная логика! Садись кушать. Наверняка ведь ты ничего не ела. -Я пообедала у Шарлин. -Да? А кто такая Шарлин? – спросила Фаэра, подавая мне тарелку с горячей еще картошкой, наструганной тонкими ломтиками, и аппетитно выглядящим мясом. -Шарлин – это жена Тиама, - сказала я, набрасываясь на еду. -Замечательно. А кто такой Тиам? -Тиамат – это сын Доминика. А Доминик – это такой толстый хейв, который в первый раз вывел Бэла на помост. Я жадно набросилась на еду. -Как-то странно ты одета, - Фаэрина задумчиво оглядела меня. – Ты же говорила, что никогда в жизни не наденешь мужские брюки. -Я изменилась, - ответила я, дожевывая мягкое, ароматное и необычно вкусное мясо. Отставила тарелку. -Я устала и пойду спать. -И ты не проведешь с ней беседу? – спросила Фаэра и Лиоанны. -Нет. Наверное, она уже поняла, что не следует уходить непонятно куда в одном ночном платье. Я хмыкнула. Мы поднялись наверх. Я скинула брюки, кофту и улеглась в кровать. Уснула почти сразу же. Ночью я вдруг проснулась. В окне светила луна – та самая, что смотрела на нас с Бэлом, когда мы сидели возле фонтана. «Бэл», - подумала я, и сердце сладко заныло. Я вспомнила его песню – одну из первых. «Я встречу тебя – и сердце оттает, но тяжесть лежит неподъемным грузом. Даже если тебя не станет, призрак твой в моем разуме будет… Я ухожу в свой сон с надеждой, но в мир обратно перелетая, я понимаю, все будет, как прежде… Но я себя не понимаю… Эти глаза запомню навечно, волосы ярким блеском сияют… Сейчас – ухожу, но еще вернусь я, в твою реальность перелетая…» Я встала с постели, села за стол, взяла перо и написала по-хейвски: «Я встречу тебя – и сердце оттает, Но тяжесть лежит неподъемным грузом, Даже если тебя не станет, Эта любовь в моем сердце будет… Твои глаза я запомню навечно, А волосы черные ночи прекрасней. Сейчас – ухожу, но еще вернусь я, К тебе вернусь, мой принц из сказки!» По-моему, неплохо получилось. А мне понравилось писать в рифму! Я вспомнила, как сегодня мы с Бэлом стояли на балконе. Посмотрела на луну. Взяла другой листок и начала строчить (снова по-хейвски – хейвский уже стал мне вторым родным языком): «Несколько метров от луны… Лунные блики сказать должны… -Это неправда! Это все ложь! -Но больше такого ты не найдешь! Несколько метров от луны, И недостатки уже видны Свет луны ярок, смотрю без помех: -Нет недостатков! Он лучше всех! Несколько метров… Вдруг солнца след. Но в душу закрался лунный свет! Может, я знаю любви секрет… Но его не раскрою, нет, нет, нет! Солнце восходит, пора бы домой, И сердце мне шепчет: «Он только мой…» Но эта блондинка – солнце она! Я же… Я же – просто луна! Несколько метров от луны. Высокая башня, и мы – одни… Может быть, любит он луну, Только уж точно, не одну… Лунные сказки – для меня: -Есть лунный свет. Не надо огня… И на балконе, где светит луна, Буду я просто еще одна… С сердцем бороться я не могу - Что не скажите – тянет к нему… Буду бороться. Буду одной. Буду единственной. Буду – луной. Я посмотрела на лунный свет, И получила с неба ответ: -Знай, небосклон не очистишь от звезд! -Знай, не сожжешь от мира ты мост! Несколько метров от луны… Светлые блики лишь мне видны. -Луну не оставишь на небе одну… Но он будет видеть только луну!» И снова неплохо получилось! Я достала из стола кипу листочков. Впереди еще целая ночь! В укромном овраге, поросшем зеленой травой, вокруг старого замшелого пня, заменявшего стол, сидело около десятка хейвов. На пне лежала карта Фаэрии, придавленная камнями, чтоб не улетела. Вся карта была истыкана черными и синими флажками. -Если мы направим войска прямиком через мост в Брайт, королева Селена сможет устроить на мосту засаду! – ответил один из хейвов на вопрос другого. -Я уверен, что она так и сделает. -А я бы на ее месте поджег мост. -Неважно, что именно она сделает! – вмешался король Дейв. – Мы выяснили, что нам не следует направлять армия прямиком в Брайт. Однако мы не решили, как нам следует поступить. -По наблюдениям наших шпионов, королева Селена стягивает войска. Смотр она проводит где-то между мысом Дракона и пустошью Твайл, - старый, но еще крепкий хейв, с лицом как каленый орех, собрал все синие флажки и ткнул их все на карту. – Значит, ее армия в данный момент собрана там. Я бы предложил переправиться через Волшебную реку возле устья, окружить лагерь королевы и уничтожить войско. -Мы не знаем, сильна ли армия Селены, - возразил Дейв. – Нападать на лагерь рискованно. К тому же я никогда не отдам приказ нападать на большой лагерь. -А что бы предложили вы, король Дейвлин? -Я еще не решил. Для того, чтобы что-либо планировать, надо знать, что собирается предпринять Селена. -Ранее, как доложил покойный ныне Грайлин, она хотела напасть на Дарк. Значит, она должна была… -Сейчас она наверняка знает, что мы готовим атаку на нее. Следовательно, ее планы наверняка изменились. -Следуя методам банальной военной эрудиции, можно предположить, что она растянет эти войска вдоль Волшебной реки, то есть по границе королевств Дарк и Брайт. Это самое разумное, что можно сделать. -Да, она наверняка расквартирует войско маленькими частями по границе для обороны. -С маленькими частями войска гораздо легче сражаться, чем с большим войском, - задумчиво произнес Дейв. – Надо проникнуть в Брайт, и атаковать армию Селены, начиная с пересечения Волшебной реки и Эльфийского тракта, а затем двигать нашу армию вдоль Волшебной реки, сметая гарнизоны Брайта, - Дейв расположил черные флажки по траектории предполагаемого пути. -Это разумно. Но как мы проникнем в Брайт? Это ведь надо проделать до того, как Селена расквартирует войска? -Да. Войска сделают марш бросок сюда, - Дейв ткнул в карту. – Нужно, чтобы уже максимум послезавтра они были здесь, у брода волшебной реки. -Но это невозможно! Отсюда до брода три дня пути! Войны не смогут идти так быстро! -Поторопите их! Если мы не ускоримся, то можем опоздать. Наше войско должно как можно скорее перейти через брод. Потом мы двинемся на север, и расположимся вблизи от земель Ри-Тэйр. -И что потом? -Потом, когда войска Селены будут расквартированы, мы осуществим план. А сейчас нам следует распланировать марш-бросок, чтобы он получился как можно более быстрым и незаметным… И хейвы вновь склонились над картой. Глава 42. -Ева, вставай! – меня тормошила Фаэра. – Вставай! Я подняла лохматую ото сна голову и поняла, что спала я, сидя за столом. Под головой валялся ворох исписанной бумаги. -Да, я уже проснулась. Что случилось? -Во-первых, ты спишь сидя. Уже одно это требует того, чтобы тебя разбудили и переложили в кровать. -Значит, мне можно спать и дальше? -Нет. Я еще не сказала, что во-вторых! -Пришел твой хейв, - перебила Лию Фаэра. -Серьезно? – я вскочила и побежала к шкафу (мимоходом споткнувшись об стул). Надела на себя первое, что попалось по руку. Это было красное платье с открытыми плечами, длинными узкими рукавами и короткой кривой юбкой. Натянула мягкие низкие сапожки. -Я побежала завтракать. На лестнице я столкнулась с Бэлом. -Привет, Ева! – сказал он. От его голоса у меня на лице расцвела весьма глупая улыбка. -Привет! На улице тепло? – это был первый вопрос, что пришел мне в голову, поэтому его я задала. -Достаточно тепло для утра. Солнышко светит. Думаю, через полчаса будет совсем тепло! -Замечательно! Значит, мы сможем пойти в лес и погонять ящериц. Но только после того, как я поем, - я улыбнулась. -Ева, спускайся вниз, нам через тебя не пройти! – услышала я сверху голос Фаэрины. – О, вас там двое… Привет, Бэл. -Сейчас я поем и мы пойдем! -А можно, я посижу у тебя в комнате? А то девушка, которая внизу фрукты моет, на меня очень косо смотрела. -Дина? Она, как мне кажется, тоже твоя поклонница. Ладно, иди наверх! С трудом мы разминулись на лестнице. Спрыгнув с третьей или четвертой ступени вниз, я побежала на кухню, схватила яблоко и начала его грызть. -Ева, где ты? -Я кушаю, - вместе с яблоком я запихала в рот поджаренное печенье с шоколадом и запила водой. – Все, я поела! -Как ты этим питаешься? – спросила Дина на ломаном эльфийском. -Она хотела сказать, что по ее мнению, ты ешь слишком мало, - перевела Фаэрина. -Ничего страшного. Я еще перекушу на прогулке вместе с… моим парнем, - я побоялась говорить, что юноша, который приходит ко мне – Бэл. -А он, кстати, симпатичный. Немного похож на Бэла Канто, - улыбнулась Дина. -Да. Я умею выбирать! Я бегом взобралась по лестнице. В комнате, у окна, стоял Бэл с листом бумаги и читал то, что я написала я этой ночью. -Бэл! – вскрикнула я. Он повернул ко мне свое серьезное лицо. -Ева, это ты написала? -Да. -Это песни? -Вроде того. -Это… Это прекрасно! Ты не хочешь спеть их хейвам? -Нет, не хочу. Зачем? -Для меня. -Нет. Нет, нет и еще раз нет. -Почему? Из-за того, что не хочешь выносить любовь на обозрение? -Нет. Из-за того, что я петь не умею. -Пустяки. Я слышал вчера, как ты поешь. Мне понравилось. -Ты необъективен. Ты говоришь так, чтобы не расстраивать меня. И не уговаривай меня! Все равно силой ты меня петь не заставишь! -Логично. Пойдем-ка, прогуляемся! – в глазах Бэла сверкнул озорной огонек, который я обожала. Мы вышли на улицу. – Сегодня я буду петь. Ты придешь? -Конечно! -И не убежишь? -Разумеется, нет! Получив мой ответ, Бэл улыбнулся: -Тогда давай пойдем с лес. -Да? Зачем? – у меня все мысли перепутались. -Там мы поиграем с ящерицами! Ты же сама предложила! -Да, точно. Я забыла. Ох, Бэл, как же я тебя люблю! -Ау? Где вы все? – взлохмаченный джинн влетел под сень болотных деревьев. Сизые клочки дыма, который окутывал джинна, повисли в воздухе. -В чем дело? – на поляну вылетел другой джинн, Аслан, за ним – красивая молодая вэйта в венке из трав и веток. -Что случилось? Кто это? – из-за деревьев чуть ли не выкатился отъевшийся вождь троллей. -Он не враг. Это наш шпион. Он должен был доложить, когда рабы или король Дейв нападут на королевство Брайт. -Рабы уже нападали. Но войско Селены наголову разгромило их. Теперь кучки рабов бегут в свое задрипанное королевство. Вэйта в венке внимательно посмотрела на Аслана. Тот нахмурился и сурово взглянул на джинна – разведчика. Разведчик прямо смотрел на Аслана. -Хорошие новости есть? – спросил Аслан. -Да. Армия Дейва перешла границу королевства Брайт. Скоро армии Дейва и Селены схлестнутся. -Нам следует перед битвой двух королевств разгромить армию Селены, и тогда нам удастся отхватить кусок от Брайта. А потом, - Аслан повернулся к вэйте, - мы поможем вам в борьбе против эльфов. -Э… - пробормотал тролль. – Я пойду к своей армии и велю собираться. -Несмотря на свое тупоумие, - прошептала вэйта на ухо Аслану, - он прав. Надо снимать армию и идти на юг. Там мы найдем армию Селены. Два джинна, тролль и вэйта скрылись за деревьями. Топот тысячи ног потом долго раздавался на границе земли Ри-Тэйр и королевства Брайт. Смешанное войско троллей, джиннов и вэйт шло на юг. Глава 43. Этот вечер мне запомнился очень надолго. Благодаря пению Бэла. Сначала было почти то же, что и всегда. Бэл пел. Пел он (как и всегда) удивительно красиво. А я стояла рядом со сценой, в первом ряду и смотрела ему в глаза. Он смотрел только на меня и пел. После очередной песни Бэл сказал: -На самом деле, я уже устал и больше петь не буду. Раздался ропот толпы. -Но вы не уходите. В толпе послышался слабый шум. -Сейчас я приглашу на сцену девушку, которую люблю больше жизни. Ева, выходи! Услышав это заявление, я с трудом просочилась из первого ряда во второй и попыталась выбраться из толпы. Все с удивлением и интересом (некоторые со злобой) смотрели на сцену, куда должна была выйти любимая девушка Бэла Канто. -Ева, где ты? – громко спросил Бэл. -Он не хочет выходить, - сказал кто-то. -Если она любит, то выйдет, - ответил Бэл. Я поняла – он обращался ко мне. Я принялась пробираться обратно, к сцене. Меня не пускали, отпихивали. Все-таки мне удалось пробраться обратно, в первый ряд. -Помоги мне, Бэл, - попросила я. Бэл увидел меня, его глаза осветились улыбкой: -Дай мне руку… Я протянула ему руки, и он почти вытащил меня на сцену. Потом сообщил всем: -Это моя муза. Эту девушку я обожаю и боготворю. -Она эльф! – презрительно заметил кто-то. -Ну и что? Это ведь не мешает нам быть вместе! Я стояла на помосте рядом с Бэлом и мечтала провалиться сквозь землю. Я смотрела в толпу и видела, что глаза почти всех девушек (а толпа большей частью состояла из девушек) светятся ненавистью ко мне. -А она тебя любит? – раздался немного истеричный голос. -Конечно! – ответила я за Бэла. – Я обожаю его. Точно так же, как и вы. Если не больше. -Чем докажешь? – грубо спросил кто-то. -Бэл, зачем ты это сделал? – шепотом, почти одними губами спросила я. – Давай уйдем! -Сейчас она споёт! – заявил Бэл, проигнорировав мою просьбу. – Я уверен, вам понравиться. У нее безупречный слух, и она тоже пишет песни. У нас с ней удивительная пара: я посвящаю песни ей, она посвящает песни мне… А сейчас похлопайте Еве! В толпе раздались жидкие и неохотные хлопки. Я зажмурила глаза и повторила про себя несколько раз: «Ради Бэла! Это ради Бэла…» И запела: -Я знаю, меня увидел ты во сне, Я знаю, все дни ты думал обо мне, Эльфийка! – живу я в чаще наяву, Эльфийка! – тебя из леса я зову. Ты возле леса, ты сам не свой, Ты хочешь видеть меня с собой, Беги ко мне, и будь моим, Ведь лес не преграда, коль ты любим! Ты сделал выбор, ты бросил свет, Ушел ты в чащу на много лет, Мы будем вместе, нас не разлучить, Ведь только мы так умеем любить… Раздался громкий вопль отчаяния и топот – кто-то разрыдался и бросился прочь. Какая-то девица весьма сомнительной наружности бухнулась на колени: -Почему ты любишь ее? Бэл, я люблю тебя больше жизни! -Я тоже люблю тебя, Бэл! -Бэл, ты лучше всех! Оставь ее! Мы все твои! Толпа бушевала. Бэл обнял меня за плечи и тихо произнес: -Мы уходим, - и, подумав, добавил: - Ты права, это была глупая идея. Мы зашли за кулисы. Я даже не смотрела на Бэла. Он подошел ко мне – я отвернулась. Он взял мою голову, заглянул мне в глаза и прошептал: -Прости, прости… Но ты прекрасна, и я хочу кричать всему свету, что люблю тебя! -Я тоже тебя люблю, - откликнулась я. -Мне хочется, чтобы тебя все знали и любили! -Что ж, теперь меня все знают! Только я сомневаюсь, что они меня любят! Хотя это для меня неважно – если меня любишь ты! -Конечно люблю! Больше всех на свете люблю! Фоцвара – официантка в баре, где Бэл спел в первый раз - сидела на кухне в трактире своей подруги Дины. Девушки разговаривали. Чуть не плача Фоцвара, заявила: -Есть ли Бог на свете? Это ведь несправедливо! Бэл должен быть моим! Я первая видела, как он поет… Я следила за тем, как он поднимался все выше и выше! Я пыталась добиться его. А потом пришла она – и просто влюбила его в себя! А он ведь должен быть моим! -Может, если бы ее не было, он полюбил бы тебя, - попыталась утешить Дина Фоцвару. -Да. Она увела у меня любовь. Я ей отомщу. -Надеюсь, ты не собираешься ее убить? -Ха-ха-ха! Конечно, нет! У меня другой план! -Какой? -Я сделаю так, что Бэл ее разлюбит! Знать бы, где она живет… - Фоцвара нервно хихикала и терла ладони. – Я все отдам за то, чтобы узнать, где она живет… Дина решила помочь любимой подруге. -Она живет здесь, на втором этаже, - осторожно начала она. -Здесь? Замечательно! – Фоцвара нервно засмеялась. -А что ты хочешь сделать? -Ничего особенного. Всего лишь сделаю ей модную прическу! «Зачем я ей рассказала?» - с тоской подумала Дина. Глава 44. Я зашла во двор трактира, где я жила, и зябко повела плечами. «Какой холодный сегодня вечер», - подумала я. -Ева! – раздался глубокий грудной женский голос, и рядом со мной опустилась золотая драконесса. -Пантера, привет! Это ты подняла такой ветер? -Ева, мне нужно серьезно с тобой поговорить! -О чем? Я так устала… Может, поговорим завтра? -Это срочно! Тем более, я уверена, что не найду тебя завтра. Ты опять будешь гулять с хейвом. -Да, пожалуй, - улыбнулась я, чуть не задохнувшись от любви к Бэлу, едва подумала о нем. - Ладно, выкладывай, что там у тебя. -Я познакомилась с одной девушкой. Ее зовут Дара, она – дочь Синего Колдуна. -Слышала о таком. А вот о его дочери – нет. И что же дальше? -Эта девушка – то есть дочь его – говорит, что разум Колдуна подчинили. Она считает, что это сделал какой-то дьявол… -Да ну, брось. Дьяволов не существует. Есть демоны, вампиры, духи. Но дьяволы – это уж слишком. Нет ни дьяволов, ни богов. Может, только бог любви, который соединил нас с Бэлом! -Ева, выслушай меня! -Выслушай лучше ты меня, курица-переросток! Я ведь так счастлива, что хочу петь! -Послушай, сумасшедший Колдун хочет захватить мир! -Ля-ля-ля, я так счастлива… -Ева, прекрати! Ты ведь не умалишенная? -Хуже. Я влюбленная! -Да ну тебя! Придется все проблемы самой решать, как всегда! -Не дуйся на меня! Взгляни, какое небо! Какое солнце! Время любви… -Какое небо? Какое солнце? Вечер уже. Время не любить, а спасать мир! Ты принцесса, и… -Я могу хотя бы несколько дней побыть просто влюбленной? Не загружай меня сумасшедшими дочерьми Колдунов, которые верят в дьявола, и спасением мира! - Как мне теперь с тобой говорить, если ты витаешь в розовых облаках? Ты влюбилась, и как будто сошла с ума. Ты даже бросила Фаэта… -Только не надо переводить разговор на Фаэта. Это он тебя послал, верно? Глупая я, что поверила в дочь Колдуна. Передай Фаэту, что я его больше не люблю! -Ева, ты неисправима… -Да, я неисправима. Я влюбилась на всю жизнь! Оставьте меня! – я вбежала в дом и захлопнула дверь. Через окно я видела, как улетела Пантера. Смешанное войско вэйт, троллей и джиннов было разделено на три колонны. Справа шли вэйты, слева – тролли, и посередине (наверху) парили джинны. Четверо или пятеро из них поднялись высоко, чтобы наблюдать за равниной, по которой шествовало войско. Неожиданно один из летящих под облаками джиннов стал подавать на землю странные знаки. Аслан их тут же понял и расшифровал. -Впереди нас войско хейвов. -Наверное, это войско Селены, - предположила вэйта. -Надо нападать, - протянул медлительный тролль. -Он снова прав, - откликнулась вэйта, взглянув на Аслана. -Я понимаю это. Не дурак. Ведь мы же специально искали войско Селены, чтобы напасть! Снова сверху начали подавать какие-то знаки. -Они нас заметили, - перевел Аслан. – Они движутся сюда! -Всем приготовиться в схватке! – зашипела вэйта. Вэйты приготовили арбалеты, тролли перехватили дубины покрепче, джинны начали припоминать заклинания. Через пару минут из высокой травы вынырнули хейвы. Первые их ряды упали, сраженные ядовитыми стрелами вэйт. Следующих поразили джинны магическим удушливым газом. Пока вэйты перезаряжали оружие, а джинны проговаривали длинные и сложные слоги заклинаний, хейвы высыпали на поляну. Группами окружали они троллей. Тролли методично, по кругу, били дубинами землю вокруг себя, вминая головы и тела хейвов в землю. Окружающее пространство наполнилось криками задавленных. -Бей, хейвы! – красивый, стройный хейв с длинными развевающимися под шлемом волосами, кинулся на ближайшего к нему тролля, и ударил его мечом по лапе. Меч отскочил, едва не вывихнув красавцу запястье. -За хейвов! – один из воинов подобрал отскочивший меч и вонзил его в ступню тролля. Раздался дикий вой, тролль отбросил дубину (убив при этом двух хейвов), и сел на землю, обхватив руками раненую ступню. -Бейте их по ногам! – орал молодой красавец с развевающимися волосами, бегая по полю и разя одного джинна за другим. Вэйт он не трогал (понимал, что это бесполезно). – Первая и четвертая когорты пускай отступают! Зулус, ты поведешь их! Я остаюсь здесь, со второй и третьей когортами. Мы прикроем вас! -Да, командир, - высокий тощий хейв рубанул джинна и побежал в траву – командовать отступление. Но уйти удалось только четвертой когорте – первую из арбалетов расстреляли вэйты. А оставшиеся воины еще занимались ненужным сопротивлением. Они знали, что умрут, и хотели лишь одного: умереть с честью. А их красавец-командир, блестя зелеными глазами (шлем он потерял в пылу схватки), похоже, не хотел смерти всего войска. -Остатки второй когорты! Ложитесь и уползайте отсюда, найдите Зулуса и четвертую когорту! Отправляйтесь домой, защитите наше королевство, - двумя мечами отбиваясь от наползавших джиннов, длинноволосый красавец отдавал последние приказания. – Я задержу их с остатками третьей когорты! После того, как часть небольшого отряда скрылась в траве, оставшимся хейвам удалось сопротивляться весьма недолго. Воинов прикончили арбалеты вэйт и дубины троллей. Вождь троллей схватил длинноволосого командира и сжал его так сильно, что треснула кольчуга хейва. -Кто ты? -Я – тот, кто не смог убить тебя, и тот, кто примет смерть от твоих рук! Ты увидишь, как умирают короли! -Короли? – к троллю немедленно подлетел раненый Аслан. – Отпусти его. – Длинноволосый красавец шлепнулся об землю, и тут же вскочил на ноги. – Ты король Дарка? -Да. Я король Дейвлин, сын Дакара, сына Дигвайза из рода Деркора. -Ничего себе… - шепеляво прошипела вэйта в разрубленном ныне венке из ветвей. -Пусть Мерфоил повесил мою шкуру на камин, - пробормотал тролль, почесывая вшивую голову. – Мы ведь напали не на ту армию! -Да. Но у нас еще есть шанс! – Аслан обратился к Дейву. – Мы отпускаем тебя. И заключаем с тобой союз… -После того, как искрошили мою армию? – ухмыльнулся Дейв. -Напади на войско Брайта, и мы поможем тебе! Ступай, найди остатки своей армии! Дейв покосился на троллей и скрылся в траве. -Ты и правда думаешь, что нам все еще надо воевать против Селены? – спросила вэйта Аслана. -Нет. У меня новый план. Мы заключим с Селеной договор. Скажем, что разбили армию Дейвлина, и потребуем у нее за это земель. -Ты уверен, что она поверит нам? -Мы укажем местонахождение армии Дарка. -Этот план мне нравиться больше. При теперешних обстоятельствах, - заметила вэйта. -Я пошлю гонца к Селене, - кивнул Аслан. Прямо сейчас. Ночью раздался негромкий стук в дверь. -Дина, это я! Дина открыла дверь: -Заходи! Только если кто-нибудь узнает, что это я тебя впустила, мне конец. «О, Сарн, помоги мне! Что она сделает?» -Не волнуйся, никто ничего не узнает. Я же не беседовать с эльфом собираюсь, а всего лишь подстричь! Клацнули портняжные ножницы в руках Фоцвары. -Ладно. Заходи и делай, что хочешь. А я спать пошла. Я к этому не причастна! Фоцвара поднялась по лестнице - так аккуратно, что ни одна ступенька не скрипнула. Медленно открыла дверь и вошла в комнату. В комнате было темно, потому что все окна занавешивали шторы. Прошло несколько минут, пока Фоцвара привыкла к темноте. Она огляделась и увидела три кровати, на каждой из которых спала девушка. «Которая из них Ева?» Фоцвара присмотрелась повнимательней и увидела, что одна из девушек – рыжая, другая – брюнетка, а третья – блондинка. «Третья!» Фоцвара подошла к блондинке. «Эльф. И лицо похоже. Она!» Внезапно Фоцвара поняла, что глаза девушки – эльфа открыты. Но она не шевелилась. Фоцвара провела рукой рядом с лицом эльфа. Девушка никак не отреагировала. «Спит!» - убедилась Фоцвара. Она взяла поудобнее ножницы, осторожно взяла длинные волосы девушки. Дынь! – и один локон длиной с руку Фоцвары упал на пол. Дынь! Дынь! Дынь! – клацали ножницы, и пол возле кровати был усеян длинными светлыми прядями. «Кажется, все…» Фоцвара встала, отряхнула с себя куски волос и тихо вышла, притворив за собой дверь. Глава 45. Утром, проснувшись, я почувствовал, что что-то не так. Но что? Потянувшись, я опустила ноги на пол и почувствовала, что стоя на чем-то непонятном: не то мягком, не то колком. Опустив глаза, я увидела светлые вьющиеся волосы. Мой крик разбудил сестер. -Что случилось? – Фаэрина поднялась, посмотрела на меня и выпучила глаза. – Что с тобой произошло? Мой мозг медленно анализировал ситуацию: «У меня длинные светлые волосы. В данную минуту длинные светлые волосы лежат на полу возле моей кровати. Фаэра посмотрела на меня и выпучила глаза. Что из этого следует?» Я подняла руки и ощупала голову. На голове волосы есть, они идут до плеч и… и все! Я подбежала к зеркалу. И увидела короткие волосы, неровно отстриженные. Из глаз потекли слезы. -Ева, что произошло? – ко мне подскочила Фаэрина. – Почему у тебя волосы короткие? -Я не знаю! Фаэра быстро распихала Лиоанну. -Вставай! Лиа протерла глаза, увидела меня и открыла рот: -Что ты сделала? Ты подстриглась? Я зарыдала еще сильнее. - Вечером у Евы были длинные волосы, а сейчас короткие. Ее подстригли. Это сделала не она. Не я, и не ты, разумеется. Тогда кто же это сделал? -Похоже, кто-то ночью пролез сюда и отстриг Еве волосы. -Но кто? И главное – зачем? Ева, ты не знаешь? -Понятия не имею, - ответила я сквозь слезы. -Давайте сейчас оденемся, спустимся и спросим у Дины, не ходил ли вокруг дома кто-нибудь подозрительный… Я нацепила серебристое платье и пошла вниз. На кухне сидела неизвестная мне девушка – хейванка. Она была высокая, крупная, с татуировкой на щеке и с раскосыми глазами. Увидев меня, она начала дико смеяться. -Ну что, Ева, любимая девушка Бэла Канто, как тебе твоя новая прическа? – она снова ударилась в хохот. – Что, интересно, скажет Бэл? Все стало понятно. Эта сумасшедшая поклонница Бэла Канто пробралась ко мне в комнату и отстригла волосы, чтобы меня изуродовать. Она надеется, что теперь Бэл меня разлюбит. Как бы не так! -Бэл был у меня ночью, и видел меня с короткими волосами, - соврала я. - Он в полном восторге! Я внутренне содрогнулась. «А что на самом деле скажет Бэл?» -Ева, что с тобой? - спросил он, увидев мои короткие, по плечи, волосы. -Это сделали твои поклонницы! - я заплакала. Бэл обнял меня и теплыми пальцами начал вытирать мне слезы. -Из-за чего ты так переживаешь? – успокаивал он меня. - Волосы отрастут. К тому же мне кажется, тебе так очень идет. С длинными волосами ты была похожа на чопорную даму, а сейчас – на забавную девчонку! Я перестала плакать. -Значит, я не стала уродиной? Бэл удивился моему вопросу. А потом понял. -Ты думала, я разлюблю тебя? Глупенькая… Ты ведь осталась такой же милой, доброй, отзывчивой. К черту волосы, я все равно тебя люблю. И я буду всегда тебя любить. -Почему она так сделала? -Чтобы я тебя разлюбил. Разве ты сделала бы не так, если бы я выбрал другую? -Нет. Я бы простила тебя, и отпустила. -За это я тебя и люблю. Он обнял меня еще крепче, и я прижалась к нему. Так мы простояли минут десять. Потом Бэл задумчиво произнес: -А как, интересно, мои поклонницы проникли в твой дом? -Она была одна, насколько я поняла. -Она должна была знать, где ты живешь. Это во-первых… -Какая разница! Она могла проследить! -Есть разница! Она же не могла прыгнуть в дом через трубу в камине? -Ты хочешь сказать, что ее впустили? -Да. Кто держит ваш трактир? -Дина, молодая девушка. Она теперь хозяйка трактира, у нее недавно умер отец. Она показывала нам с сестрами магазин одежды. -Молодая девушка, говоришь? Пойдем-ка, побеседуем с ней! Если она дружит с сумасшедшими поклонницами, то ты в опасности! Бэл взял меня за руку. Мы вышли из дома и направились к трактиру. Там, на кухне, Дина мыла посуду. Странной девушки уже не было. -Как ее зовут? – шепотом спросил у меня Бэл, указав на Дину. -Дина… -Дина, милая, - обратился Бэл к Дине. Услышав его голос, она выпучила глаза не хуже, чем Фаэра с утра. – Ты не видела здесь никого странного вечером? -Нет, - ответила Дина, запнувшись. -И ночью ты никого чужого сюда не пускала? -Нет, - сказала Дина уже тверже. -Конечно, она не сознается, - сказал Бэл мне после. – Но мне все равно кажется, что ты в опасности. -И что ты предлагаешь? Нанять мне сторожей? Ни за что! -У меня уже есть сторожа. Я предлагаю тебе переехать ко мне. Я все время буду рядом с тобой, - Бэл посмотрел на свои тонкие руки и изящные пальцы. – Возможно, я не самый мужественный на свете, но все-таки парень. И смогу тебя защитить. Ты согласна, я надеюсь? Наверное, это было до ужаса глупо. Но я боялась. Жить вместе – как после замужества. Но он не сделала мне предложение. Хотя какая разница! Пошло к Мерфоилу в зубы это замужество! -Да, я согласна! -Ты с ума сошла? – вопрошала меня Лиа, пока я собирала украшения в сумку. – У тебя вместе с волосами разум пропал? -Я люблю его! – упрямо сказала я. -А если он не любит? -Он тоже любит! -Положим, что так. Но он не бессмертен. Ты будешь с ним счастлива – двадцать, тридцать, пятьдесят, пусть сто лет – не знаю, сколько хейвы живут. А что потом? Ты хочешь покалечить свою жизнь? -Я люблю его! – повторила я. Лиоанна воздела руки к небу. -Езжай, если считаешь, что так будет лучше, - мягко молвила Фаэра. -Ты ее одобряешь? – вскрикнула Лиа. -Нет. Но и удерживать не буду. Мы с тобой об этом говорили. -Хорошо. Переезжай к Бэлу. Только потом не говори, что мы тебя не предупреждали, - смирилась Лиа. Я положила в сумку последние бусы, щелкнула застежкой. Мою одежду Бэл уже перенес к себе, осталась только эта сумка. Я вышла из дома и пошла по дороге. Внезапно чьи-то руки (толстые и волосатые, по-видимому, мужские) зажали мне рот. От неожиданности я выронила сумку. -Собралась жить с ним? Тащите ее сюда! Одна толстая рука перехватила меня за талию. Я почувствовала, что меня несут куда-то. Сделать ничего я не могла, пришлось смириться. Меня приволокли к какой-то грязный дом на окраине города. Руки разжались, и я упала на пол. Обернувшись, я увидела толстяка с пьяной мордой и ту самую девушку, которая смеялась над моими короткими волосами с утра. Она нагнулась и схватила меня за лямки от платья. -Ты увела у меня Бэла, но я его тебе не отдам! Либо он будет моим, либо я убью его! -Кто ты? -Я бывшая невеста Бэла. Он любил меня, пока не появилась ты! -Неправда! Шарлин сказала, Бэл никогда не был с девушкой! -Шарлин врала! Все вокруг вруны и предатели! Привыкай! Я отдышалась и заговорила вновь: -Как твое имя? -Фоцвара, - ответила девушка. -Почему ты издеваешься надо мной, Фоцвара? -Я люблю Бэла. -Если ты его любишь, ты должна радоваться за него. Он счастлив со мной! Отпусти меня! -Ни за что. Он и со мной будет счастлив – теперь, когда ты исчезла. -Он станет меня искать. -И правда, - Фоцвара почесала подбородок. – Думаешь, я этого не предусмотрела? Ты напишешь ему письмо с просьбой о встрече. Вы встретитесь, и ты скажешь ему, что встретила другого хейва и полюбила. -Никогда! -Тогда я убью его. -Ты не сможешь до него добраться! У него есть охранники… -Которые целыми днями играют в карты и не следят за Бэлом, когда он выходит из дома, не так ли? Я не смогла ответить. -Он выйдет из дома и наткнется на нас. Он умрет, а ты будешь жить вечно и вспоминать о том… -Ладно! Ладно, я скажу ему что не люблю его больше! – сказала я, почувствовав, что мое сердце сжалось так, что сейчас разорвется. -Вот молодец! – Фоцвара протянула мне листок бумаги и перо. – Пиши: «Бэл, нам надо встретиться и обсудить кое-что важное. Встретимся у моста. Ева». Я написала то, что она просила. Мое сердце почти не билось, и дышала я с трудом. Я почти была уверена, что Бэл заподозрит неладное. Он ведь должен догадаться, что я не знаю, где мост! -Давай сюда! – Фоцвара вырвала у меня из рук лист и протянула толстяку: - Отнесешь в дом Бэла, передашь охранникам. Толстяк с красным лицом ушел. Мы остались вдвоем. -И все-таки, за что ты так нас мучаешь? -Я же сказала: я люблю его! -Ты хочешь сделать счастливым его или себя? -Как умею, так и люблю! -Но это не настоящая любовь. -Заткнись, эльф! – Фоцвара вскочила и начала нервно ходить по комнате. Через некоторое время дверь хлопнула. Вошел толстяк, по виду весьма довольный собой. -Передал? -Да, и не кому-нибудь, а самому Бэлу. -А он что? -Побежал к мосту. -Наши там есть? -Да, с утра сидят. Фоцвара улыбнулась и обратилась ко мне: -Слушай. Сейчас Тиру проводит тебя к мосту. На мост ты взойдешь одна. Там ты встретишь Бэла. Ты скажешь ему все, как мы договаривались. Но учти: под мостом сидят наши хейвы, и если ты скажешь что-нибудь не так, Бэл умрет. Я не стала уточнять, каким образом хейвы, сидящие под мостом, выскочат на мост до того, как мы с Бэлом успеем убежать. Я кивнула. Я ведь смогу подать Бэлу знак «Помоги!» так, что никто ничего не поймет. Толстяк взял меня за плечи и повел куда-то. Шли мы минут пятнадцать. Я издалека увидела реку, мост над водой и красивого хейва на мосту. Толстяк подпихнул меня вперед. -Иди! Я послушно взошла на мост, по дороге скосив глаза вниз. Под мостом сидели четверо или пятеро хейвов самой бандитской наружности. Я подошла к Бэлу. -В чем дело, Ева? – он кинулся ко мне. – Я ждал тебя, потом пошел искать тебя и нашел брошенную сумку с твоими украшениями. А потом мне принесли твою записку. -Канто, послушай… - до этого я никогда не называла Бэла по фамилии. Я надеялась, он догадается – что-то не так. Но он не обратил внимания. – Я встретила другого хейва, полюбила его, и разлюбила тебя. Я сказала жуткую глупость. Даже дурак понял бы, что это ложь. Но Бэл был влюбленным. -Но, Ева, ты же обещала, что будешь любить меня вечно! -Я соврала! - отчаянно сказала я, имея в виду предыдущую фразу. Бэл снова не понял. Он опустил голову. Я решилась на последнюю попытку. -Бэл, на память обо мне я хочу отдать тебе кольцо, - я сняла с пальца кольцо Грэчел и положил в руку Бэла. -Но тебе же… - начал Бэл. -Молчи, - одними губами прошептала я. – Давай обнимемся на прощанье… Если мы обнимемся, я прошепчу ему на ухо, что люблю его, что меня похитили и заставляют говорить, будто я его разлюбила. -Нет, - ответил Бэл. – Слишком горько. Прощай. И он, стуча башмаками о камень моста, прошел мимо меня. -Представляете? Она ушла! Ушла неизвестно куда. Только кольцо оставила. А из-за чего? Ведь все было прекрасно! – Бэл обхватил голову руками и сел за стол. -Не надо было ей доверять, - сказал Тиам. – Она мне сразу не понравилась! -А по-моему, тут что-то не так, - возразила Шарлин. – Ева тебя просто обожает. Случайный незнакомец не мог за две секунды настолько вскружить ей голову, чтобы она ушла неизвестно куда! -А по-моему, мог, - сказал Тиам. – Она ведь кого-то любила до тебя, а потом начала вдруг обожать тебя. Мне кажется, что твоя эльфийка – всего лишь ветреная девчонка, которая никогда тебя и не любила. -Может, ты права? – обратился Бэл к Шарлин, будто и не слышал реплики Тиама. - Она ведь любила меня по-настоящему, я это чувствовал… Тиам закатил глаза и сплюнул за окно. -Она не вела себя странно во время встречи? – поинтересовалась Шарлин. Бэл нахмурился: -Да, пожалуй… Она была странно сосредоточена, говорила невпопад. И самое главное – отдала мне кольцо, - Бэл разжал кулак. -Какое кольцо? – Тиам и Шарлин смотрели на руку Бэла, но ничего не видели. И только когда Бэл взял кольцо пальцами, оно стало видимым. -Странное кольцо. -Это кольцо эльфийских королей, Грэчел. Его могут увидеть только эльфы из рода Грэчел. -А почему тогда его видишь ты? -Не знаю. Может, потому что я люблю Еву – ведь это ее кольцо! -И что же странного в том, что она отдала тебе свое кольцо? -Ей запрещено его снимать. До этого она отказалась подарить его мне. -Тогда действительно странновато. -И как же мне проверить, действительно ли она меня больше не любит или здесь что-то не так? -Ты будешь сегодня петь? -Конечно! -Тогда ты можешь сказать с помоста нечто вроде: «Ева, давай встретимся еще раз на том же месте. Если ты не придешь, я пойму, что с тобой что-то не так!» Она придет, ты обнимешь ее и шепотом спросишь, все ли с ней в порядке. Бэл хлопнул себя рукой по лбу: -Она просила обняться на прощанье… А я-то, дурак! -Ничего страшного. Если с ней ничего не случилось, она придет. Если случилось – ее приведут. -Спасибо, Шарлин! Я сделаю именно так, как ты сказала! Фоцвара вошла в домик и плюнула на пол. -Что случилось? – спросил рыжеволосый хейв с одним глазом. -Он попросил ее о встрече! -Кто? Что сделал? -Ты – дурак! – отдышавшись, она продолжила: - Бэл о чем-то догадался. Он пел, потом вдруг сказал: «Ева, я прошу еще об одной встрече. Если ты не придешь, я решу, что тебя похитили и буду искать тебя!» Я сидела за занавеской и услышала это. Мое лицо просияло. «Ура! Он понял, что я не могла его оставить!» -Придется устроить еще одну встречу. И на этот раз, - Фоцвара обращалась ко мне, - сыграй поубедительней! Иначе он умрет! Слышишь, умрет! Я люблю его, но мне хватит сил убить его, если я пойму, что он достанется не мне! Виктор зашел за Налой днем. Он постучал в дверь дома. -Это ты, Виктор? – спросила Нала, и, не дождавшись ответа, продолжила: - Я сейчас выйду! Виктор присел на порог и разжег погасшую было трубку. Через несколько минут появилась Нала. Она была одета в темную кофточку и длинные штаны из плотной такни. Вик еще не видел Налу в такой одежде. Обычно Нала ходила в костюме болотного цвета, но сейчас принарядилась. -Нала? – восхищенно спросила Виктор. -Привет, Вик! Виктор вынул изо рта трубки, и они обнялись. -Я получил твою записку. Ты приглашаешь меня на охоту? -Я не знала, любишь ли ты охотиться, но решила рискнуть, - Нала пошла по тропинке к лесу. -Я люблю ходить на охоту, ты угадала, - Виктор последовал за девушкой. -А я давно хотела забраться поглубже в чащу, но одной мне…как сказать… страшно. -Тебе страшно? Честно говоря, я не думал, что ты чего-то боишься. -Но ведь девушки все пугливые. Особенно эльфийки, среди которых ты долгое время жил… Или я ошибаюсь? -Ты права. Эльфийки бояться темноты, - Виктор начал загибать пальцы, - привидений, буйных лошадей, бояться оставаться одни в доме, бояться повредить прическу, сломать ноготь, порвать платье. Обыкновенные девичьи страхи. Но ты ведь необыкновенная девушка! Я сразу понял это, как только тебя увидел. -Да. И мои страхи более прозаичны. Я боюсь, что меня в лесу атакуют разбойники. Или я наткнусь на вепря. -Действительно, в арсенале эльфийских девушек нет таких страхов. Они не знают такого слова – «разбойник», и вряд ли хоть раз в жизни видели дикую свинью. Виктор услужливо приподнял ветви тиса, чтобы Нала смогла войти в лес, не нагибаясь. -Здесь сыровато, - заметила девушка. -Конечно! Ведь недалеко отсюда – река. Пару минут шли молча. -А сколько тебе лет, Нала? – спросил Виктор. -Двадцать два. А тебе? -Двадцать четыре. В экспедиции, среди столетних эльфов, меня считали мальчишкой. -Я знаю, что принцессам меньше двадцати. К ним, наверное, относились, как к младенцам? -Нет, что ты! Эльфы живут бесконечно, если не умирают насильственной смертью, но и взрослеют они быстро. -Быстро взрослеют и никогда не стареют. Хорошая жизнь! -Да. Вся наша земля покрылась бы эльфами, если бы их время от времени не убивали. И если бы не еще один страх эльфиек. -Какой? -Женщины-эльфы до ужаса бояться заводить детей. К тому же, если эльфийка младше пятидесяти лет, она чаще всего умирает при родах. -Какой кошмар! Это из-за того, что у младенцев эльфов острые уши? Или уши отрастают уже потом, когда эльф взрослеет? -Я понятия не имею. Я никогда не рожал эльфийских младенцев, - пошутил Виктор. -Значит, большая часть эльфийских детей называет мамой женщину старше пятидесяти лет? -Да. -Но они же старые! -Эльфы не стареют – ни телом, ни душой. Эльфийке около шестидесяти, например, лет легко найти мужа. -Не то, что хейванке. В нашем мире другой закон: не вышла замуж до тридцати – пиши пропало. -А ты уже нашла мужа? – хитро спросил Виктор. -Нет. -Почему? Не верю, что никто не обращал на тебя внимания! -Я жила в лесу. Некому было обращать на меня внимания! -Но почему ты ушла из города? -Поймешь ли ты? – Нала долго и внимательно смотрела в глаза Виктору. -Я постараюсь. Тогда Нала рассказала Вику историю своей жизни. Виктор слушал внимательно, даже курить ненадолго перестал. -… А потом умер отец, и я ушла из города насовсем! -Это было правильное решение. Из такого города ушел бы даже я! Хотя я не очень люблю природу. Белочки и цветочки – точно не по моей части, - тут Вик заметил, что Нала дрожит. – Тебе холодно? -Да. Немного. Вик обнял Налу. -Так теплее? -Да. Они стояли посреди леса, обнявшись. Неожиданно раздался шорох. -Смотри, - прошептала Нала, освобождаясь из объятий Виктора, - это олень! - она осторожно вынула маленький арбалет и прямо-таки детские стрелы. – Нас ждет сегодня замечательный обед! Глава 46. -Привет, Ева! – Бэл подбежал ко мне. Как и в прошлый раз, к мосту меня доставил красномордый толстяк. Как и в прошлый раз, под мостом сидели друзья Фоцвары и даже сама Фоцвара. Но в этот раз к встрече я подготовилась лучше. Сидя в плену, я оторвала небольшой кусок нижней юбки. Мой кинжал, подаренный отцом, был со мной. Я разрезала палец и написала на ткани кровью: «Помоги!» -Привет, Бэл! Что ты хотел мне сказать? – я сунула руку в корсаж и осторожно отдала Бэлу белую ткань с просьбой о помощи. -Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке, - Бэл глянул на ткань и понимающе посмотрел мне в глаза. -Со мной все в порядке. Я ушла к хейву, которого по-настоящему люблю, - убедительно сказала я. -Тогда я желаю тебе счастья, - ответил Бэл, пряча ткань в карман. – Давай обнимемся на прощанье… Мы обнялись. Я почувствовала его горячее дыхание рядом со своим ухом: -Тебя похитили? – ласково прошептал он. Я кивнула. – Где тебя держат? -В домике на окраине… -Этот притон? Знаю. Жди нас ночью, - тихо и нежно сказал он и добавил громко, сурово: - Прощай, Ева. Толстяк отвел меня обратно. Я села в углу и притворилась, что сплю. Фоцвара и ее друзья сидели за столом и что-то бурно обсуждали. Я долго сидела с закрытыми глазами, притворяясь спящей. Наконец, через несколько часов мучительного ожидания наступила ночь. Еще недолго я сидела, когда услышала стук по крыше и тихий шепот. Я мгновенно вскочила и с криком «Я здесь!» кинулась к двери. Толстяк тоже вскочил и побежал ко мне. Он хотел треснуть меня по голове, но я пригнулась, и он попал в стену. Дом пошатнулся. -Вышибай дверь! – услышала я истошный вопль Бэла. Послышались тяжелые удары, дверь рухнула. На пороге стояли охранники Бэла, за ними – воины с легкими копьями наперевес. А впереди всех – мой прекрасный, мой любимый, мой несравненный… Тот, кого я чуть было не лишилась. -Бэл! – радостно завопив, я бросилась к нему. Он обнял меня и вывел. -Держи, - он вынул из кармана кольцо Грэчел. – Тебе ведь нельзя его снимать… -Спасибо, - я взяла кольцо и надела его на палец. Бэл повел меня прочь от домишки. Я попыталась возразить: - А как же они? -Те, кто держал тебя? – уточнил Бэл. – С ними разберется стража. Мне на них плевать. Ты – со мной, а все остальное для меня неважно! -Мы будем вместе, нас не разлучить, ведь только мы так умеем любить! – тихо пропела я. Бэл снова пел. Сначала пел без особого чувства, потому что его любимой Евы не было рядом. Вчера ночью он спас ее и лап бешеной поклонницы, а сегодня пришла ее рыженькая сестра и позвала на военный совет. Ева не могла не пойти туда – она же принцесса! Вот из-за этого он и пел сначала не так, как всегда. Но потом представил себе Еву – с короткими, немного взъерошенными волосами, в желтом платье с черными розами, которое потрясающе ей шло, подчеркивая царственную бледность и худобу – и запел с чувством, намного сильнее чем когда-либо. Тут он увидел, что за занавесями стоит Тиам (он стоял так, что его не могли видеть окружающие) и знаками просил Бэла подойти. Бэл не обратил внимания. Он, закрыв глаза, сосредоточился на мыслях о любимой эльфийке, и закончил песню. Но аплодисментов не последовало. Бэл открыл глаза и увидел, что к нему по сцене идет Тиамат. Тот громко сказал: -Дорогие поклонники Бэла, я должен срочно поговорить с певцом! Он сильно не хочет вас покидать, но боюсь, что придется. Пойдем, Бэл! Толпа заволновалась. -Я никуда отсюда не уйду! – громко сказал Бэл. – Поговорим здесь, – и он обратился к Тиаму уже тише: - В чем дело, Тиам? Что-то опять случилось с Евой? -Нет. -Был пожар? Наводнение? Ураган? -Нет. -Тогда все в порядке! -Ты знаком с Дейвом, правителем королевства Дарк? -Да, это мой хороший друг. -Отец знал. Он просил передать тебе, что королевство Дарк захвачено войсками Селены, и Дейв сейчас в плену. Тысячная толпа видела, что Бэлу Канто рыжеволосый молодой человек прошептал что-то, и Канто побледнел. -Извините. Мне правда надо уйти. Это очень важно, - громко, задыхающимся голосом сказал бледный Канто и вместе с рыжеволосым юношей исчез за занавесями. -Как это произошло? -Армия королевства Дарк во главе с Дейвом напала на Брайт… -Зачем он это сделал? Дурак! -Войску удалось пробраться на север королевства. Однако там в засаде сидело смешанная армия вэйт, джиннов и троллей. -Ничего себе! -Этот сброд разгромил войско Дейва. Король вместе с остатками армии поспешил домой. Но у границы его перехватила Селена. Она окончательно разбила войско из Дарка, после чего перебралась через реку и захватила столицу королевства Даркнейр. -Вот дерьмо! – выругался Бэл. - А ведь Дейвлин был в нее влюблен! -Селена объявила себя королевой и на территории Дарка. Дейвлин томиться в тюрьме и ждет смерти. -Я должен ему помочь! Я сейчас же еду в Даркнейр! -Как ты ему поможешь? -Еще не знаю. Но помогу обязательно! Подниму восстание, в конце концов! – Бэл кинулся в дом. – Я соберу вещи. Тиам, отыщи, пожалуйста, где-нибудь быстрых лошадей и коляску! -Сумасшедший, что и говорить, - Тиам покачал головой. Глава 47. Ночью Бэл отвел меня к себе. Половину ночи он отпаивал меня горячим чаем – чтобы я снова не простудилась – и кормил сладостями. А рано утром (даже солнце еще не встало) пришла Фаэрина. Я к тому времени даже еще прилечь не успела. Увидев меня не выспавшуюся, с ввалившимися синяками под глазами, Фаэра немного побледнела. Она сказала, что Фаэт срочно созывает совет, на котором все три принцессы обязательно должны участвовать. По дороге к казармам – пока я разлепляла глаза – Фаэра спросила: -А ты этой ночью спать ложилась? -Нет, - ответила я. -Почему? Каким-то шестым, или седьмым, или десятым чувством я поняла, что лучше не говорить Фаэре про то, что меня похищали. -Мы с Бэлом гуляли, - соврала я. Фаэра покачала головой – не поверила. Наверное, мой голос звучал чересчур фальшиво. Больше мы не говорили – до того самого момента, как вошли в освещенную казарму. Там, на койках, сидели Фаэт, Кларк, Эальдор, Ромэль, Виктор и Даниэль. Мне бросилось в глаза, что гнома среди них не было. Я целую вечность не была в казармах – с тех пор как рассталась с Фаэтом. Все изменилось. Углы потолков слегка заросли паутиной. Пыль с полок и тумб была счищена и заботливо загнана под кровать. Увядшие цветы поддерживались тонко наструганными палочками. Лица шутников – Эальдора и Виктора – не были больше такими радостными. Фаэт и Ромэль, казалось, стали еще мрачнее. У Даниэля больше не светились бойко зеленые глаза, а Кларк сидел, опустив голову. Рядом с ним пристроилась Лиоанна. При моем появлении все немного оживились. -Привет, Ева, - воскликнул Эальдор. – А ты изменилась! -Тебе не нравиться? – спросила я. -Нет, наоборот. Ты как-то сразу повзрослела, подтянулась, - сказал Эальдор. -Спасибо. -А вот я не понимаю, - встрял Фаэт, - как ты смогла на такое решиться. У тебя были роскошные волосы, как рука не дрогнула их стричь. -Ты не представляешь, как у меня руки дрожали. Но я уже привыкла к такой прическе. Только, я надеюсь, вы позвали меня сюда не для того, чтобы сказать все это? -По-моему, стоило придти сюда только ради того, чтобы услышать комплимент из уст Эальдора, - сострил Виктор. – На моей памяти он еще ни одной девушке не говорил комплиментов. -Дело вот в чем, - перебила Виктора Лиоанна. – Войско короля Дейвлина напало на королевство Брайт. На границе Брайта и Ри-Тэйр, в засаде, сидело объединенное войско троллей, джиннов и вэйт, которое намеревалось добить брайтов. По ошибке они напали на войско Дейва. Селена разнесла армию Дейва и захватила Дарк. -И как это коснулось нас? -Во-первых, Селена продвигается в Дикий Карлам – значит, скоро в войну будут вовлечены кентавры, возможно, еще драконы и нечисть. -Грядет Мировая война, - пояснил Фаэт. -Это еще полбеды. Потрепанное войско джиннов, вэйт и троллей попросило у королевы Селены отряд хейвов, чтобы разгромить эльфов на территории малого Белиндейна. Селена благодарна этим троллям, и она подумывает о том, чтобы удовлетворить их просьбу. -Насколько я помню, - вмешалась я, - королева Селена заключила вечный мир с Белиндейном. -Насколько я знаю, - перебил Ромэль, - военные победы меняют мировоззрения, особенно таких непостоянных существ, как хейвы. -И ради чего мы здесь все собрались? – я так и не поняла. – Мне кажется, что в таком случае надо попросить короля о подмоге – если на нас нападут. -Вести о предполагаемом нападении мы получили от шпионов короля. Король приказал мирить королевства хейвов. Слава Альбейн, члены королевской семьи здесь есть… -Минуточку, но как мы помирим враждующие королевства? -Тебе думать, Ева. Ты ведь помирила эльфов и орков. Вот ты и поедешь мирить Селену и Дейва. -Что? -Неужели у тебя плохо со слухом? – усмехнулся Фаэт. – Ты поедешь мирить Селену и Дейва. Думаю, у тебя получиться: сами хейвы устали от войны и мечтают о том, чтобы сотворить объединенное государство. Дело за малым: помирить королеву и короля. -Если это так легко, почему ты не сделаешь этого сам? – возмутилась я. – Почему как что – так сразу Лиа, Ева, Фаэра? Особенно часто – Ева. Я же не могу решать все проблемы, в конце концов! -Ты принцесса, это твоя обязанность! Что тебе мешает? -Времени нет, - хмуро ответила я. Эальдор хитро сощурился. -Парень новый появился? – ехидно спросил он. – Не зря ведь ты нашего Фаэта оставила! Эльфы загалдели. -Знает, о чем говорит… раз говорит… - сказал кто-то. -Много я буду Эальдору про себя рассказывать… Ничего он не знает. -Точно влюбилась! – уверенно сказал Эальдор. -Нет, - сказала я. И вдруг покраснела. Сестры улыбались. -В самом деле, - разозлилась я. – У меня что, личной жизни быть не может? Хотела выбежать из комнаты. Обратно, к Бэлу. Только он меня понимает. Он обнимет меня. Споет что-нибудь. И мне станет хорошо. Дорогу мне преградил Фаэт. -Твоя личная жизнь поедет в королевство Дарк. Бэл Канто – его ведь так зовут? И если ты его любишь, последуешь за ним. -Бэл Канто? – засмеялся Эальдор. – Тебе нравиться этот второсортный певец Канто? -Он самый лучший на свете парень, получше некоторых эльфов, - я покосилась на Фаэта. -Он парень? – Эальдор хмыкнул. – Тебе мой ободок, кажется, когда-то не нравился? А ты взгляни на этого Канто! Длинные волосы, тонкие руки, мягкие черты лица, нежные песни… Раскрой глаза, Ева: он девка! -Заткнись, Эальдор! Неужели ты не знаешь, что я ношу с собой кинжал? -Твоего кинжала я не боюсь, - заметил Эаль. – Но если Канто тебе нравиться, издеваться я над ним не буду. -Зато я буду, - откликнулся Фаэт. – Я не боюсь не тебя, ни его. Что могут сделать две девчонки со мной? Тем более когда одна из этих девчонок, изображающая парня, уже на пути в Даркнейр… Оттолкнув Фаэта, я выбежала на улицу. Услышала негромкий, жесткий смех Фаэта. Фаэт лжет. Бэл сказал бы мне, что собирается в королевство. Или нет? Мне срочно нужно к нему. Бэл, Бэл, неужели и ты меня бросишь? Бегу по темной улице. Холодно. Юбка путается в ногах. Ничего, вот и дом Бэла. Наш дом. Вбегаю в комнату и вижу Бэла. Он собирает вещи! Поднял голову, увидел меня. Улыбка на лице – ласковая и счастливая. Его улыбка сводит с ума. Немного дурацкая, но за нее можно отдать все на свете. Мое лицо осветила точно такая же улыбка – только более глупая. -Привет, Ева, - сказал он. Как только этот чарующий голос с легким акцентом произнес мое имя, я заново влюбилась. Но тут взгляд упал на разбросанные по комнате вещи, и моя улыбка погасла. Бэл заметил это. Он рассеянно обвел глазами комнату. -Я собираюсь в Даркнейр, столицу королевства Дарк. Моему другу Дейву нужна моя помощь. Ты ведь поедешь со мной? Я подавила в себе сумасшедшее желание снова засветится идиотской улыбкой и ответить «Конечно, ведь я так тебя люблю!». Вместо этого я нахмурила брови и спросила: -И как же давно ты собираешься туда? И почему ты не предупредил меня раньше? -Ты была с сестрами. Я не успел. Ты же знаешь, как быстро я принимаю решения. -А если бы я к тебе не зашла, ты бы так и забыл меня предупредить? Ты бы уехал без меня? -Конечно, нет! Я бы дождался тебя! В конце концов, почему ты меня допрашиваешь? Может, я тебе эту поездку, как сюрприз, готовил? -Тогда я попрошу впредь такие сюрпризы согласовывать со мной! -Да что ты так разъярилась? Другие от таких сюрпризов бы до небес прыгали! -Какие такие другие? Много, интересно, у тебя таких, как я? Он встал и подошел ко мне. Долго смотрел своими красивыми карими глазами на меня. -Ева, ты же знаешь… Такая ты у меня одна… Возмущение «ах, уже у тебя?» застряло в горле и как-то само собой растворилось… На лице снова сияла блаженная глупая улыбка. Предстоящее путешествие в Даркнейр и нагловатый смех Фаэта, когда я сообщу о своем решении поехать в Даркнейр – всё, всё было неважно. Только не сейчас, не теперь думать об этом. Я прижалась к Бэлу, закрыла глаза – и меня охватило ощущение глубокого, полного счастья. -Почему ты не пригласила Даниэля на свидание? – спросила Фаэрина у Лиоанны, когда они вместе шли домой. -Мне кажется, что случай был неподходящий. -В прошлый раз ты сказал точно так же. Ты боишься? Объясни мне, чего ты боишься? -Фаэт изменился, - Лиоанна сменила тему. – Почему он издевается над Евой? -Он издевается не над ней, а над Бэлом. -Он не понимает, что насмешки над Бэлом еще больнее колют ее. -Кларк сказал мне, что Фаэт сходит по Еве с ума. -Тогда почему говорит ей гадости? -Если ты заметила, он говорит гадости о Бэле. Он надеется, что сможет испортить отношение Евы к Бэлу. -Он не знает Еву так долго, как знаем ее мы. -Да уж. Если он будет продолжать так делать, Ева скорее возненавидит самого Фаэта. -Может, нам следует сказать ему об этом? -Нет. Он изменял ей с Налой. Пусть теперь мучается. -Фаэра, а ты заметила, что у Евы жуткие синяки под глазами? -Да. Она сама призналась, что не спала ночью Лиоанна хмыкнула. -Говорит, они с Бэлом гуляли. -Ты ей веришь? -Даже не знаю… Кстати, ты думаешь, я не заметила, что ты сменила тему с себя и Дэна на Фаэта и Еву? Пригласишь ты Даниэля, наконец, на прогулку? -Может, поговорим об этом потом? -Ну уж нет. Ты мне обещала, и я теперь от тебя не отстану! Глава 48. В тот же день я и Бэл отправились в Даркнейр. Мне вещи собирать не надо было: они стояли в мешках дома у Бэла. Мы попрощались с Домиником, Шарлин и Тиамом и поехали. Хотя и я, и Бэл хотели ехать на лошадях, это было невозможно из-за мешков. Пришлось трястись в карете, которую нашел Тиам. По дороге Бэл объяснил мне, что когда меня не было, он узнал, будто Даркнейр захвачен, и вместе с городом захвачен его старинный друг Дейвлин. Я, конечно, сильно удивилась, что лучший друг Бэла – король. Я поинтересовалась, почему он не сказал мне этого раньше. Но Бэл не ответил, и разговор этот мы замяли. Через несколько дней мы приехали в Даркнейр. Несмотря на все просьбы, мольбы и угрозы Бэла, нас не пропустили к Дейвлину, который был заточен в темнице. Свой титул принцессы Белиндейна я решила пока не упоминать. Мы расположились в весьма удобном домике. Однако Бэла я почти не видела: он явно что-то задумал. За последние несколько дней он похудел, побледнел, щеки ввалились, и лишь темные глаза сияли на измученном лице, как черные кристаллы. Он говорил, что идет петь, однако меня с собой не брал. На мои вопросы, чем он занимается, он отвечал, что любит меня. И все. Королеве Селене недавно доложили, что приехавший из Амадена певец Бэл Канто, или как там его, постоянно поет на всех помостах Даркнейра. Она пошла к одному из таких помостов, чтобы выяснить, что же Бэл Канто поет такое, что к нему стекаются огромные толпы. Сходила, послушала и немного испугалась: бледный, с длинными черными взлохмаченными волосами, юный хейв жарко пел он том, что она, Селена, угнетает народ Дарка. Он пел о прекрасном времени, которое настанет, когда хейвы из Дарка выгонят из своего королевства брайтов. Песни были не слишком ладные, слова – самые обыкновенные, примитивные и затертые до дыр, но пел юноша так прекрасно и одухотворенно, что хоть сейчас бери дубину и громи войско врага. Поэтому Селена решила во что бы то ни стало заставить юношу петь только во дворце. У нее был для этого хитрый план. Она сказала Бэлу явиться к ней. Сейчас она сидела и ждала – в полупрозрачной белой блузе и коричневых кожаных брюках. Скрипнула дверь, и вошел этот странный молодой хейв, немного напомнивший Селене вампира: волосы, как всегда, взъерошены, без конца облизывает сухие красные губы, и только глаза горят, как угли. -Здравствуй, Бэл, - Селена слегка приподнялась и опять села на трон. Она поняла, что видела это лицо – менее бледное – в одном из вещих снов. Когда с королевой говорили духи, они показали Селене певца и какую-то девушку эльфа рядом с ним. -Привет, - буркнул Бэл. Он огляделся в поисках стула, но не увидел ничего даже похожего на стул, поэтому остался стоять. -Я слышала о тебе, когда ты был еще в Амадене. Приятно, что ты приехал сюда. -Мне тоже очень приятно, - быстро сказал Бэл, хотя по его голосу не было похоже, будто он сильно счастлив. – Можно мне идти? Проигнорировав вопрос, Селена продолжала: -Ты великолепно поешь! Я слушала тебя и не могла наслушаться. Обидно только, что ты выступаешь где-то по закоулкам Даркнейра. Я предлагаю тебе петь в королевском дворце, в самом большом зале. Туда мы будем приглашать всех желающих, и я сама буду присутствовать на каждом выступлении. Заманчивое предложение, не так ли? Селена надеялась, что этот неотесанный юноша не посмеет отказать ей. А при ней он точно не посмеет петь песен о выступлении против армии Брайта. Однако Бэл быстро помотал головой и сказал: -Я польщен, конечно, но нет. Я предпочитаю петь по закоулкам. Брови Селены сошлись на переносице: -Я запрещаю тебе петь на улицах. Отныне ты можешь петь только там, где скажу я. На таких условиях ты согласен? Губы Бэла сжались до того, что даже побелели. Он стоял перед троном, прямой и гордый, только в глазах его было заметно выражение безысходности. Он старался смотреть на королеву прямо и строго, но королева видела, что перед ней лишь затравленный мальчик, который пытается выбрать из двух зол меньшее. -Хорошо, - наконец процедил Бэл сквозь зубы. -Вот и замечательно. Сегодня вечером, около шести, я буду ждать тебя. И еще одна малюсенькая просьба: ты прекрасно поешь, не мог бы ты спеть что-нибудь красивое и про меня? Я ведь все-таки женщина, мне будет приятно… -Хорошо, - процедил Бэл, и развернулся, чтобы выйти. -Подожди, я не закончила: ты, надеюсь, не против, если у твоего дома я выставлю небольшую охрану – на всякий случай? -Не против, - Бэл хотел побыстрее уйти отсюда. -И мне было бы очень приятно, если бы ты согласился побыть здесь подольше. Я не собираюсь выпускать тебя из города… Бэл хлопнул дверью и вышел. «Не следовало приезжать в этот проклятый город!» - подумал он. – «И Дейву не помог, и натравил эту проклятую королеву на себя!» Глава 49. Бэл пришел домой злой и завалился на кровать. Он сжал подушку руками так, что чуть не разорвал в клочья. Я знала, что когда хейву плохо, самое глупое, что можно сделать – это спросить, в чем дело. Я просто села рядом и погладила Бэла по плечу. Он откинул мою руку. Да, дело серьезное! -Я люблю тебя, - сказала я Бэлу. – Что бы ни случилось. -А ты хотя бы знаешь, что случилось? – спросил Бэл, стуча зубами. -Понятия не имею. Но, по всей видимости, что-то плохое. И серьезное. Можешь рассказать мне – ты же знаешь, я все пойму. И Бэл поведал мне о том, как пытался вдохновить хейвов на восстание, о том, как позвала его королева Селена, и как запретила петь на улицах. Теперь он будет петь только во дворце, в присутствии королевы. А разве можно там петь о том, как свергнуть эту самую королеву? К тому же теперь его будут преследовать стражники королевы и ему запретили выезжать из города. -Но я все-таки буду петь. Музыка – моя жизнь, и я надеюсь, что поступил правильно. -Я не знаю. Что-то тут не так. Бэл промолчал. -Мне кажется, ты не должен был так поступать… -Неужели ты не понимаешь! Я не могу жить без песен! Я буду петь, даже если… -Я все понимаю. Но это не правильно… -Малышка Ева… До умопомрачения красивая, до безрассудства смелая и до глупости наивная… -Я не наивная! Хотя, может, и наивная, и глупая, но… Ты приехал поддерживать друга, а в результате будешь петь дифирамбы поработившей его королеве. -Но я же не могу разрушить то, чем я живу? -Ты же поешь о прекрасном, и я думала, ты поступишь благородно. -И ты разочаровалась? Ты поняла, что я не тот сказочный рыцарь, которого ты искала? Ты поняла, что я такой же, такой же, как твой Фаэт, как Ромэль? -Нет! Ты не такой… -Такой же! Только ты не хочешь это признавать… -Хорошо! Ты такой же, как они! Но я то думала, что ты лучше! -А я разбил твои мечты? Тогда, может, нам лучше расстаться? – Бэл стиснул зубы и подошел к окну. -Бэл! Это жестоко! Ты знаешь, что я не могу без тебя! -Знаю… Я тебя обожаю… - Бэл опустил голову, затем тряхнул головой и твердыми шагами вышел из комнаты. Я услышала его красивый и сильный голос из коридора. Он пел: -Я не могу тебя забыть, я не могу себя понять, я не хочу тебя любить, я не хочу тебя терять… Слезы полились из глаз. Я выбежала в коридор, догнала Бэла и кинулась к нему на шею: -Бэл! Я тебя люблю! Ты меня любишь! Зачем мы мучаем друг друга? Бэл обнял меня и заглянул в заплаканные глаза. -Ты прав… Я знаю, музыка очень тебе дорога. Ты прав… Ты прав, ты не должен бросать мечту… Слова, сказанные когда-то Шарлин, ворочались в голове: «А вдруг однажды ты встанешь между ним и музыкой? И тогда ему придется выбрать… И он выберет музыку?» Я отогнала эту мысль и прижалась лицом к его груди. Бэл мягко отстранил меня. -Знаешь, Ева, все-таки ты права. Сейчас я пойду к королеве Селене и скажу, что не буду петь совсем… - в глазах его что-то заблестело. Наверное, это был первый раз, когда я видела, чтобы Бэл плакал. – И прости, что кричал. Наверное, я просто устал. Мне надо поесть и выспаться. -Бэл, ты самый лучший, самый смелый, самый умный, самый красивый, самый-самый. Но я не могу лишать тебя мечты. Ты будешь петь! -Что? Ты же меня только что уговаривала… -Ты будешь петь! На вечерах у королевы пой песни о любви, а для народа королевства ты будешь петь то, что захочешь. -Но теперь меня не пустят ни на один помост. Королева запретила. -У тебя есть друзья или знакомые в Даркнейре? Кроме Дейва, разумеется. -Не думаю. Большей частью враги. -Плохо. Но ничего. У нас в доме большой подвал, и завтра днем ты будешь петь для народа. Сегодня у Селены я расскажу всем. -У нашего дома теперь пасется стражник. Думаешь, он пропустит кучу народу? -О, на этот счет у меня уже есть план. А пока подготовь песни, которые ты будешь петь для королевы. Щелкнул замок на двери. Дейв резко обернулся, тряхнув красивыми длинными волосами. На пороге стояла королева Селена. Она, не отрываясь, смотрела на грустное, с неправильными грубоватыми чертами очаровательное лицо Дейва. Она хотела улыбнуться, но вместо этого жалко сморщилась. -Я не хотела этого, Дейв. И сейчас не хочу. Не думай, что мне нравиться то, что произошло. -Я тоже не хотел ничего подобного. И войны этой я не хотел. -Тогда почему же она произошла? -Так было надо. -Кому это было надо? – воскликнула Селена. – Зачем ты напал на мое королевство? -Но ведь ты первая начала войну! -Какая глупость! Кто сказал тебе это? -Грайлин. Он никогда не врал. -Грайлин? - Селена презрительно прищурилась. – Легко свалить вину на умершего советника! -Ты пришла издеваться надо мной? Я здесь, я пленник. Чего же тебе еще нужно от меня? – взорвался Дейв. -То, что ты пленник – не моя вина! Я пришла сказать, что сожалею. Я не хотела этого. Потому что я… - Селена вздохнула, покачала головой и вышла, хлопнув дверью. -А я ведь тоже тебя люблю, - прошептал Дейв и погрузился в изучение пейзажа за окном. -Здравствуй, Фаэрина! – Коралкин бросил карты на пол и кинулся навстречу вошедшей девушке. -Стой, Кларк! – хором крикнули Эальдор, Ромэль и Даниэль. -Привет всем! – Фаэрина улыбнулась так, что на ее щеках прелестно заиграли ямочки. -Фаэра, не забирай его! Мы еще не доиграли, - взмолился Эальдор. -Я привела вам замену, - Фаэрина вцепилась в руку Кларка накрашенными коготками, и они вышли из комнаты. Зато вошла Лиоанна, весело взмахнув руками. -А вот и я! -Привет, Лиа! Как дела? -Могут быть и лучше. -Ты долго нас не навещала, - заметил Ромэль. – Почему? -Было много дел и проблем. -Какие у тебя могут быть проблемы? -Поверь, могут быть. Во что вы играете? -А тебе будет интересно играть с нами? Может, мы с тобой лучше прогуляемся, - предложил Даниэль, - а Эальдор и Ромэль доиграют сами? -Я согласна, - Лиоанна улыбнулась, - что игра в карты больше подходит парням, а девушки предпочитают прогулки… -Прогулки при луне и ужин при зажженных свечах, - перебил Эальдор. -Если ты хочешь мне все это предложить, то ты опоздал! Я иду гулять вместе с Даниэлем! – Лиоанна с неким превосходством посмотрела на Эальдора. Под ручку Лиоанна и Даниэль вышли из казарм, где жили ребята. -Почему ты пригласил меня на прогулку? – спросила Лиа. -Мне показалось, тебе было бы неинтересно играть с нами. К тому же ребята наверняка были бы против, хотя не сказали бы. -Но почему? Неужели я так плохо играю? -Нет, ты играешь хорошо. Дело в том, что ты девушка. -И что теперь? -Когда мы играем, то жульничаем, курим, выпиваем, а иногда и крепкое словцо соскочит. А при девушке просто неприлично курить, или ругаться, ты же понимаешь. -И игра становиться менее интересной, да? -Допустим, менее интересной игра не становиться, но она перестает быть мужской! И настоящей. -Она перестает быть настоящей? – не поняла Лиа. – Как это? -Любой эльф позволит эльфийке выиграть у себя. Мы бы тебе подыгрывали. -Мило. А вам не приходит в голову, что девушка может и без этого победить? Или вы, в своей компании, считаете девушек глупее эльфов? -Конечно, нет. Эльфийка ничуть не глупее, чем эльф. Она имеет такие же права… ну, и так далее. Ты знаешь. Это по закону. -Да, но на практике часто оказывается не так. Впрочем, неважно. -Ты умная. -Это плохо? Эльфы ведь привыкли считать, что эльфийки глупее их! -Нет. Нам, мужчинам, нравятся умные девушки. Умные, но беззащитные, чтобы рядом с ними можно было чувствовать себя рыцарем. -Со мной ты рыцарем себя точно не почувствуешь. Я умею обращаться с мечом, стрелять из лука. Я не слабее мужчин. -И у тебя нет жениха. -А какое тебе дело? -Может, у тебя нет жениха именно потому, что ты признаешь себя не слабее мужчин? -Ответ однозначно отрицательный. Фаэрина обращается с луком, как заправский стрелок. Она лихо скачет на коне, у нее есть меч. -Но она более женственна. Мне бы никогда не пришло в голову, что Фаэра умеет сражаться, если бы я этого не знал. А Ева… -Что Ева? Ей и притворяться не надо! Она действительно беззащитная, как кролик. Ее учили обращаться с оружием всего три дня, а меч ее пылиться под кроватью. А ты видел бант, что она прицепила к мечу? Правда, у нее есть кинжал… -О котором никто не знает. И еще я видел ее с Канто. Она вьется вокруг него, как плющ вокруг дуба. Еще она все время звонко смеется, говорит жуткие глупости, хотя она умная девушка, и смотрит на него влюбленными глазами. -Про глаза ты мне не рассказывай: у нее всегда будто сумасшедшие огоньки внутри зажигаются, едва лишь она начинает говорить о Бэле. -У Фаэры тоже глазки светятся, когда она смотрит на Коралкина. А у тебя… - Даниэль тяжело вздохнул и замолчал. -Что со мной не так? -Признаюсь тебе честно, ты мне нравишься. Но когда я смотрю на тебя, я не вижу забавных огоньков в глазах. Ты смешливая, часто шутишь, улыбаешься. Но ты слишком самостоятельная, слишком похожа на… мужчину. Ты стремишься все делать сама. -Я даже пробовала курить… - усмехнулась Лиоанна. -Может, это оттого, что у тебя есть две младшие сестры без матерей и отца? - продолжил Даниэль. -Или оттого, что мои родители ждали первенцем мальчика – наследника трона… -Не знаю. Сути это не меняет. Эльфийка, походящая на эльфа – это такая же нелепость, как женоподобный эльф. -Еве нравится женоподобный мужчина, - заметила Лиоанна. -И ты мне нравишься, как я уже говорил. -Ты мне тоже очень симпатичен. -Но наши… - Даниэль запнулся, - отношения больше похожи на дружбу, чем на то, что происходит между Фаэриной и Коралкином, или то, что было между Евой и Фаэтом! Мне кажется иногда, что я влюблен в тебя, и мне хочется найти тебя, но… Что-то останавливает меня. -Это что-то – мысль о том, что я характером похожа на мужчину? -Да… наверное. -Я хочу измениться, но я уже не смогу. Я такая, какая я есть, и мне нравиться быть собой. -Ты права. Тебе незачем копировать других девушек, если ты – яркий оригинал. -Но яркие оригиналы мало кому нужны, так ведь? Если ты все же хочешь изменить меня, и не согласен принять меня такой, какая я есть – забудь обо мне, Даниэль. До свидания, - Лиоанна равнодушно, по-мужски помахала рукой и скрылась за углом. Глава 50. К тому времени, как мы с Бэлом пришли во дворец, в тронном зале уже приготовили помост для Бэла. Прямо на помосте стоял трон для королевы. В зале уже, был народ. Бэл забрался на сцену, а я осталась внизу. -Теперь и нашего певца королева прищучила, - услышала я от седого, но худощавого и подтянутого хейва. Вокруг него столпился народ, тихо возмущавшийся. -Нет, - сказала я тихо тому хейву. – Завтра с утра приходите домой к Бэлу! – я дала всем адрес нашего дома, и рассказала, что королева запретила Бэлу петь на помостах. – Приходите, он будет петь то, что раньше. -Раньше, девушка, он не только пел, он нам с оружием помогал, с деньгами и с едой. Как мы теперь-то без него? Немое изумление выразилось на моем лице. Про оружие и еду Бэл ничего не говорил! -Впрочем, какая разница! – перебил сам себя мужчина. – Что он сейчас-то петь будет, знаете? Хвалебные песни королеве, небось? -Нет. Красивые песни про безупречную любовь, - сказала я. – Мне очень нравиться, и я советую сам послушать. И прошу, расскажите всем про завтрашнее утро. Бэл пел, и королева Селена сидела, улыбаясь. Наверное, она думала, что смогла приручить певца. «Да как бы не так, ваше королевское величество!» - подумала я. После выступления Бэла Канто королева, очень довольная собой, сидела на троне и читала письма, доносы и просьбы от многочисленных хейвов. Одни она, прочитав, бросала в левую корзину – пустяки и явная ложь. Часть откладывала – важные донесения и интересные предложения. Одно из писем крайне заинтересовало королеву. Там говорилось, что певец Бэл Канто с утра завтрашнего дня намеревается собраться у себя, в подвале дома, людей, и выступить для них. Королева собрала стражу, велела им не дремать. Охранник у дома Канто обещал следить за каждой мелочью. Королева была готова к любому повороту событий. С утра я вышла из дома. Бэл помахала мне рукой. -Конечно! Сделаю все, как ты просишь! Их? Да, обязательно! – крикнула я чуть ли не в ухо охраннику и пошла вдаль. Охранник подумал немного и пошел за мной. Я пришла на базар, стараясь идти медленно, чтобы охранник не отстал. Я купила моркови (перещупав при этом всю, что лежала на прилавке). Охранник следил за мной. Я отошла от морковного ларька – охранник пошел за мной. Я прошлась немного и набрала у неопрятной женщины помидоров. Затем направилась в лавке с приправами. -Что ты здесь делаешь? – кто-то схватил меня за руку, и я поняла, что это страж, который ходил за мной. Наверное, теперь ему надоело, или он понял, что над ним издеваются. -Покупаю овощи, - прикинувшись дурочкой и поплотнее прикрыв капюшоном плаща острые уши, ответила я. -А зачем ты кричала Канто, что сделаешь то, что он просит? -Он просил купить специй. Он любит перченый салат. Охранник, чертыхнувшись, побежал назад. Я купила специй и вернулась. У ворот нашего дома стоял этот самый страж. Он, увидев меня, отвернулся. Я прошла в дом и услышала слабый шорох и пение из подвала. Кинув корзину с покупками, я поспешила вниз. Хейвы уже собрались. Они что-то тихо обсуждали, Бэл пел. Увидев меня, он остановился. Посмотрел на меня – с вопросом в глазах. Я поняла, чего он хочет, и согласно кивнула. -Смотрите, смотрите! – он указал на меня. – Вот та девушка, которая всегда помогает мне. Если бы не она, меня бы здесь не было! Я сняла капюшон. Короткие волосы не прикрывали острых ушей, и все тут же поняли, что я эльф. Но не выразили неодобрения. Я подошла в Бэлу, и он обнял меня. -Она поможет и вам. Поверьте, у нее есть некоторая власть! -Девонька, мы, честно говоря, не хотим больше войны, - сказал кто-то. – Мы хотим объединения Дарка и Брайта. -Мы-то хотим, да вот нашим королю и королеве не втолкуешь, - сказал воин в доспехах королевства Брайт. -Нам всем надоело быть расколотыми на лагеря. Брайты, дарки – какая разница? Все мы хейвы, и воевать не должны! -Вот именно. Бороться мы должны вместе, против нечисти всякой. -Паренек этот – Бэл, то есть – обещал помочь. Сказал, что напишет песни про объединение. Только вряд ли королеву песнями проймешь. -А как по-иному, мы и не знаем. -Тихо! – вдруг сказал Бэл. Все примолкли. И в тишине был отчетливо слышен голос: -Да, они в подвале. Я слышал оттуда пение… Бэл с силой толкнул меня, и я полтела за бочки, на мешки (судя по запаху, мешки были с кофе). Через щели я видела, что дверь растворилась и вошли стражники с алебардами: -Ну-ка, все выметайтесь отсюда! Народ толпой пошел в узкую дверь. Я не понимала, почему они не взбунтуют, не выкинут вон охранников. Но потом поняла. Они – не воины. Они простые хейвы, смертельно уставшие от войны. Они хотели объединения, а не новых сражений. -Парень, ты пойдешь с нами! – угрюмо заявил один из стражей. Бэл не сопротивлялся. А я сидела за бочками (охранники не обыскивали помещение), и видела, как его уводят. Я не выскочила, не помогла Бэлу, не пошла с ним. Я прилипла к стене и боялась пикнуть. Когда стражи (вместе с Бэлом) ушли, я смогла отдышаться. Что это было? Трусость? Растерянность? Малодушие? А может, я не по-настоящему люблю Бэла, раз не вскочила и не помогла ему? Хотя чем я могла помочь? К тому же – так я утешилась – Бэл сам хотел, чтобы меня не заметили. Он толкнул меня за бочки… И тем более я смогу помочь ему, переговорив с королевой Селеной. Я вылезла из-за бочек, поднялась наверх. У двери лежали раскиданные овощи. Не было слышно ни звука. В доме была я одна. Я поднялась наверх, смыла пыль с лица, переоделась в красивое золотое платье, накинула светлый, отороченный мехом короткий плащ с капюшоном и вышла из дому. Там ко мне сразу же подскочил извозчик. Я взобралась в карету. -Сколько стоит доехать до дворца? -А сколько не жалко, девушка? – хитро спросил хейв в замусоленной телогрейке. -Сколько вы попросите, столько и не жалко. -Пять золотых, - сказал он. Это он, конечно, заломил здорово – его карета с лошадью и то, наверное, стоила меньше пяти золотых. Но я заплатила: во-первых, не хотелось ждать другого извозчика, во-вторых, если начну спорить – вдруг привяжется? Всю дорогу извозчик донимал меня вопросами: -А зачем вам во дворец? -Мне нужно поговорить с королевой. -Королева не принимает в это время. -Меня примет! Наконец, мы приехали. У дворца я вышла, и тут же возле ворот меня остановили. -Кто вы и зачем идете во дворец? – довольно вежливо спросил хейв с черной бородой, из-за которой не было видно половины его лица. Видимо, обратил внимание на то, что я богато одета, и не рискнул грубить. -Меня зовут Евлалия Габриель Долорес Грэчел, я дочь принца Лэйрании Толерана. -Чего? – не понял охранник. Я сняла капюшон и продемонстрировала ему острые уши. -Я принцесса Белиндейна, - увидев, что он не понимает, добавила: – Принцесса эльфов. -Ага, - кивнул охранник. -Я хочу поговорить с королевой Селеной. Пропустите меня. -Хорошо. Только я проведу вас. У вас, надеюсь, нет оружия? Я сняла плащ. -Вижу, что нет. Идемте со мной, - страж оставил свою алебарду у входа и вошел в ворота. Я перекинула плащ через правую руку и последовала за ним. Он провел меня дорогой, сильно похожей на лабиринт: многочисленнее залы чередовались один за другим. Стены на них были завешаны коврами, шкуры животных лежали на полу. Залы были усыпаны роскошными вещами (очевидно, чтобы производить впечатление на скромных просителей), но эта роскошь была размещена совершенно безвкусно. Например, висит огромное панно, изображающее какого-то короля, а справа и слева – по фарфоровой тарелочке, на уровне головы короля. В Белиндейне сказали бы, что королю «навесили уши». Мы прошли около десятка богатых, но уродливых зал и наконец остановились перед дубовой дверью. Охранник постучал. -Да? – раздался взволнованный женский голос. -К вам посетитель. -Я никого не принимаю. -Это особый посетитель, - сказал охранник. -Неужели? – раздраженно крикнул голос, дверь распахнулась и на пороге появилась молодая женщина с темными, довольно короткими волосами и фиолетовой фланелевой рубашке. Она взглянула на меня. Изучила мое лицо пристально, будто вспоминая, где она могла его видеть. – Ты возлюбленная Бэла! Я чуть язык не проглотила от удивления. -Откуда вы знаете? – выпалила я. Тут же поправилась: - Я принцесса Белиндейна, Евлалия Габриель Долорес Грэчел. -Ничего себе имечко! – покачала головой королева. – Заходи! О чем ты хотела со мной поговорить? -Ну… - протянула я. – Во-первых, я слышала, что объединенное войско джиннов, вэйт и троллей помогло вам сразить короля Дейва. Королева кивнула. -И теперь они просят у вас отряд, чтобы вторгнуться в Белиндейн. -У шпионов короля хорошие сведения, - заметила королева. – Но я джиннам этот отряд не дам. Во-первых, у меня подписан с эльфами мирный договор. К тому же я знаю, что джинны свое войско хотели направить на меня. А то, что напали они на Дейва – это была случайность. -Вы не дадите отряд? – переспросила я. – Тогда вы правильно сделаете, иначе все ваши хейвы погибнут. Белиндейн хорошо укреплен. Королева фыркнула: -У моих шпионов тоже хороший слух, хотя уши не такие острые. Я знаю, что Малый Белиндейн вообще никак не укреплен, а эльфов там не более двухсот. -У ваших шпионов еще и зрение неплохое, - добавила я. Королева Селена продолжала: -Если бы я захотела, я бы сейчас смогла захватить всю вашу эльфийскую территорию, которая, кстати, эльфам раньше не принадлежала. Но я этого не сделаю, потому что мой народ устал от войн. Они хотят мира. Королева помолчала немного: -Я знаю, что ты пришла просить за Бэла Канто. Не бойся, я не убью его, не буду над ним никак издеваться. Но я его не отпущу. Он призывал к вооруженному восстанию против брайтов, к гражданской войне – а это именно то, что может сейчас ослабить хейвов. -Вы ошибаетесь! Наоборот, он призывал к объединению. Среди тех, кто слушал его, были подданные обоих королевств! Он хотел заставить вас с помощью песен объединить королевства! -А что я, по-вашему, сделала? -Вы захватили одно из королевств. -Вот именно. Теперь я – правительница и Дарка, и Брайта. Так ведь? -Не совсем. Для подданных Брайта вы королева. А для дарков – узурпатор. -И что вы предлагаете мне? – спросила королева Селена. -Я вижу, что вы не истеричная сорокалетняя баба, которая начнет кричать топать ногами, что бы я ни сказала, - осторожно начала я. Селена улыбнулась. – Я бы посоветовала вам объявить, что эта война была ошибкой и коварными происками врагов хейвов… -Откуда вы знаете? – глухо сказала королева. -Так это правда? – удивилась я не меньше королевы. -Дейв клянется, что ему сообщили, будто я первая объявила войну. Поэтому он и пошел в атаку. А объявил это хейв Грайлин, которого убили. -И вы не верите тому, что говорит Дейв? -Честно говоря, я склонна поверить. Брат этого Грайлина ранее был моим советником. Он убеждал меня начать войну против королевства Дарк. Ему не удалось. А потом он исчез – вместе с женой и дочерью. Не прошло много времени, и король Дейвлин пошел войной на мое королевство. -Вот видите! Это действительно могут быть происки врагов! Объявите народу, что война была ошибкой. Выпустите Дейва из-под стражи. -А что потом? Каждый сядет на свой трон, и будет править дальше. Пройдет сотня лет, мы умрем, и наши потомки затеют новую войну! -Вы можете объединить ваши королевства, и править вместе. Я увидела, что Селена покраснела немного. И по-дурацки улыбнулась – точь-в-точь как я, когда думаю о Бэле. «Неужели она влюблена в Дейва?» - подумала я. -Послушайте, Селена, вы – молодая женщина. Король Дейв – мужчина, ваш ровесник. Вы можете пожениться, и этим решите все проблемы. -Это исключено! – Селена вся вспыхнула. -Неужели этот король Дейв такой урод? -Нет, конечно. Он красивый, умный. -Так в чем же дело? -Почему я должна выходить замуж за хейва, которого едва знаю? Неужели королева не имеет право на счастье? -Мне кажется, что личным счастьем можно пожертвовать, если благодаря этому обеспечиться счастье тысяч хейвов. К тому же с чего вы взяли, что будете несчастливы? Вы же сказали, что король Дейв умен и хорош собой! К тому же – поправьте меня, если я ошибаюсь – он вам нравиться, этот король Дейв. Румянец появился на щеках у королевы. -Вы не ошибаетесь. Он мне нравиться. Но я ему – вряд ли. А даже если я ему нравлюсь… Скажите, согласиться ли он жить с девушкой – несчастьем? -Я не понимаю, что вы имеете в виду. -Евлалия, как вы думаете, откуда я узнала, что вы - возлюбленная Бэла? Я задумалась. -Признайтесь честно, вы ведь понятия не имеете. Я не видела вас вместе, и мои шпионы тоже. Дело в том, что я прорицатель. Ночами я разговариваю с духами. Но чтобы разговаривать со мной, духи тянут силы из этого мира. Равновесие нарушается, и в месте, где я нахожусь, происходит какое-нибудь несчастье: пожар, наводнение, землетрясение… -Ничего себе… Но я все равно думаю, что Дейв согласиться. Я бы – даже сейчас, влюбленная в Бэла – согласилась бы выйти замуж за другого, если это спасет государство. -Но это ведь ты! – Селена вновь перешла на «ты». – Ты – самоотверженная девушка, скажу я тебе. -Мне кажется, Дейв не хуже. -Почему ты так думаешь? Ты же его ни разу не видела! -Да, ты права. Но, во-первых, ты сама сказала, что он умен. А, во-вторых, он друг Бэла. Друг Бэла не может быть плохим хейвом. В конце концов, можно поговорить с самим Дейвом. -Чтобы я говорила с ним? Ты с ума сошла? -Я могу поговорить с ним, если хочешь. Только отпусти Бэла. Сомнение сверкнуло в глазах Селены. -Я сказала правду. Он не призывал к восстанию, он призывал к объединению! -Почему я должна вам верить? -Пожалуйста, поверьте. Знаете, я ненавижу войну, и я могу помочь объединить королевства. Ведь мне удалось помирить даже народы эльфов и орков. Но… Отпустите Бэла, пожалуйста! Королева встала. -Хорошо, пойдем. Мое сердце забилось от радости. Я спасаю Бэла! -Поверьте, он никому не причинил зла в своей жизни! -Не такую уж и большую он жизнь прожил… -Он безобиден, как кролик! Королева распахнула двери покоев. Я заглянула и ужаснулась. На полу валялись осколки разбитых ваз. Шторы был сорваны с окон и валялись на полу, как грязные тряпки. Стулья и даже стол были перевернуты. В углу сидел Бэл и смотрел в потолок. -Какой кошмарный беспорядок, - прошептала я. -Это натворил твой Бэл. Который безобиден, как кролик. Я шагнула вперед. -Бэл! -Ева! – Бэл быстро поднялся. – Что ты здесь делаешь? Неужели ты теперь тоже здесь пленница? -Немного наоборот. Ты теперь тоже свободен. -Да? Почему меня вдруг освободили? -Потому, что об это попросила принцесса Евлалия, - в комнату вошла королева Селена. -Мы с тобой, Бэл, будем объединять королевства хейвов. Сейчас мы поедем к Дейву и будем уговаривать его жениться на Селене. Селена покраснела. Бэл хмыкнул: -Уговаривать его долго не придется. Он и так в вас, - Бэл кивнул Селене, - был влюблен. Селена покраснела еще гуще. -Я в этом уверен, - продолжал Бэл. – Я прожил с ним последние десять лет, я знаю, что он думает. -Тогда почему он объявил мне войну? -Понятия не имею! Это произошло после того, как я уехал. -Давайте тогда я и Бэл поговорим с Дейвом, - вмешалась я. - Может быть, уже через несколько дней королевства Брайт и Дарк исчезнут с карты и появиться новое, объединенное королевство… -Где Дейв? – спросил Бэл. – Куда нам ехать? -Зачем куда-то ехать? - удивилась королева. – Дейв здесь, во дворце. -А в каких покоях? – живо поинтересовался Бэл. -Разумеется, в своих. -И он все еще здесь? Не сбежал? – Бэл взглянул на королеву. -Да. Его навещают. Время от времени. -Ну, хитрый дурак! – рассмеялся Бэл. Никогда не видела раньше, чтобы он так смеялся. -В чем дело, Бэл? -От его покоев ведет подземный ход. Он мог сбежать тысячу раз! -Ладно, - сказала я, когда Бэл, наконец, отсмеялся. – Давайте нанесем ему неожиданный визит. Всю дорогу, пока Селена вела нас к покоям Дейва (хотя Бэл и сам знал, где находится комната Дейва), Бэл тихо похихикивал. У покоев стояла охрана из пяти мощных хейвов. Жестом руки королева отослала их прочь. Хейвы переглянулись, но убрались. -Зайдете сами, - Селена снова ни с того ни с сего покраснела и отошла. Но, остановившись, поглядела на нас. Подошла снова: - Я надеюсь, вы меня не обманете и не убежите через подземный ход, который упоминал Бэл. -Подлостью эльфы никогда знамениты не были, - гордо сказала я. Селена хмыкнула, Бэл посмотрел на нее, как будто говоря: «Не надо!» Но Селена все-таки не удержалась: -А среди хейвов говорят по-другому: трусость и подлость – отличительные черты эльфов. Знаешь, каким оружием эльфы владеют лучше всего? -Лук – вот главное оружие эльфа, - ответила я, немного опешив. -Лук придумали эльфы, чтобы убивать издалека, из засады, не встречаясь с противником лицом к лицу, в честном бою… -Прекратите, пожалуйста, - перебил Бэл Селену. – Может быть, эльфы были такими когда-то. Может быть, в народе эльфов и сейчас есть подлецы и трусы, но, поверьте, они есть повсюду. А Ева не такая. Она искренне хочет помочь, а вы ее оскорбляете. Бэл открыл дверь в покои Дейва. -Бэл, почему она все это говорила? -Хейвы недолюбливают эльфов. Неважно… -Бэл! – невысокий, хорошо сложенный хейв, на вид постарше Бэла лет на пять, с длинными (как у меня теперь) светлыми волосами, сидевший у окна, вскочил и в одно мгновение оказался возле Бэла. Ребята обнялись. -О, Бэл! -Дейв, да ты изменился! -А ты повзрослел! Бэл отстранился, и тогда длинноволосый молодой хейв обратил, наконец, внимание и на меня. -А это кто? -Это Ева. Я люблю ее, - при этих словах длинноволосый юноша странно вытянул лицо. – Ева, Дейв, познакомьтесь. -Очень приятно, - вежливо промолвила я. – Евлалия Габриель Долорес Грэчел. Принцесса Белиндейна. -Эльф, - придирчиво оглядев меня, изрек Дейв. – Значит, гадалка не ошиблась? -Какая гадалка? -Давно, около года назад, гадалка предсказала Бэлу, что его судьба – некая принцесса эльфов. Вот за этой судьбой он и помчался к эльфам. -Да? Он мне об этом не говорил. Бэл немного смутился, хотя не показал этого. Я взяла инициативу в свои руки. -Король Дейвлин, сейчас мы с Бэлом пришли, чтобы поговорить с вами о вашей судьбе. -Да? – Дейв удивленно приподнял бровь. – О моей судьбе? Кстати, - спохватился он, - я забыл спросить, как вы сюда попали? -Я же принцесса Белиндейна, мне достаточно было сказать королеве Селене несколько слов, и нас сюда пропустили. Так вот, о королеве Селене… -Дейв, ты все еще влюблен в Селену? – спросил Бэл. Дейвлин покосился на меня и медленно кивнул. -Тогда сделай ей предложение. -Что? -Сейчас я все объясню, - вмешалась я. – Дело в том, что хейвы – подданные и Брайта, и Дарка – устали от войн. Они хотят мира и объединения обоих королевств. -Под властью двух правителей, - добавил Бэл. -Если вы сейчас сделаете предложение королеве Селене, и она согласиться, то вы объедините королевства. -Не думаю, что хейвы будут довольны. «Она взяла его в плен, потом они поженились и объединили свои королевства в одно…» Разве не глупо звучит? -Вы объявите хейвам, что война была ошибкой, происками врагов хейвского королевства. Вы узнали это случайно, когда эти самые враги попытались вас убить. Потом оказалось, что вы влюблены друг в друга чуть не с детства. И вы решили пожениться и объединить королевства. Романтика и польза для государства. Хейвы будут в восторге. -Положим, что так. Но с чего вдруг королеве Селене выходить замуж за своего пленника? Взгляните на меня – я же жалкий узник! -Не такой уж вы и жалкий, - сказала я. – Вы симпатичный, я бы даже могла в вас влюбиться! Дейв улыбнулся, Бэл посмотрел на меня исподлобья. Я решила перенять немного привычки Шарлин. -К сожалению для вас, я люблю Бэла, и ни на кого его не променяю, - снова я увидела улыбку на лице Бэла. - А вы любите королеву Селену. И она любит вас. Сделайте ей предложение – она примет его, ручаюсь! -Конечно. Отчего бы и нет… Раньше я боялся, что она захохочет мне в лицо, но если вы уверяете, что она будет согласна… По-моему, я сейчас устроила чужое счастье. -Замечательно! Я, пожалуй, схожу за Селеной! – я не успела выбежать за дверь, как услышала шепот Дейва. -Бэл, я скрывал от тебя, но сейчас ты должен знать: гадалка сказала мне, что ты умрешь по вине этой самой эльфийской принцессы, с которой, как она сказала, ты встретишься. -Умру? – рассеянно ответил Бэл. – Ну и пусть. Все когда-нибудь умрут! -Оставь ее. -Нет. Я люблю ее. И она меня любит. Лучше я проживу недолго, но с ней, чем долго – без нее. Я, убедившись в том, что Бэл меня по-настоящему любит и не бросит, я отправилась на поиски Селены. «Все-таки какая глупая гадалка! Как Бэл может умереть по моей вине?» - подумала я. Королеву Селену я нашла в тех самых покоях, где видела ее с утра. Она видела на кровати и нервно кусала короткий ноготь. -Селена, - окликнула я ее. Она вскочила, подошла ко мне и посмотрела на меня сверху вниз (она была выше меня). -Что сказал Дейв? -Он сделает тебе предложение. Тебе надо только прийти и сказать, что война была ошибкой. -Происки врагов. Да, я поняла. Но я не могу! - Селена плюхнулась на кровать. – Нет, не могу! Я боюсь! -Чего же ты боишься? Счастья с Дейвом? -Я войду и скажу глупость, которой даже сама не верю. А Дейв поднимется и сделает мне предложение, потому что иначе поступить не может. А я приму – тоже потому, что иначе поступить не могу. А свидетелями этому будут несовершеннолетняя эльфа и подросток-певец. Как это все глупо, натянуто и похоже на никудышный роман! -Ты представляешь себе все именно так? А если на самом деле выйдет по-другому? Если все выйдет в тысячу раз лучше? Попробуй! -Ладно! – Селена решительно встала, отодвинула меня и вышла в коридор. Когда я выбежала, она прошла добрых полкоридора, и шла вперед большими шагами. Я побежала за ней, но нагнала я Селену только у двери в покои Дейва, да и то только благодаря тому, что Селена там остановилась. -Нет, я не могу!- сказала Селена и закрыла глаза рукой. Тогда я раскрыла дверь и толкнула Селену внутрь. Еще во дворце меня учили, что даже если ты видишь, что два эльфа подходят друг другу, не надо толкать их в объятия друг другу – пусть они сначала сами поймут, какая они прекрасная пара. Но здесь речь шла, во-первых, не об эльфах, а о хейвах. А во-вторых, они были не просто хейвами, но и королем и королевой. И, наконец, в третьих, они были влюблены друг в друга. Селена постояла неловко на пороге, затем шагнула вперед. -Король Дейв, мне надо поговорить с вами. Эта война… Дейв встал. -…была ошибкой, потому, что никто не знает, как она началась, и зачем она была нужна. Селена, я знаю, что сейчас ты освободишь меня, и я снова стану королем. Селена кивнула. -Селена, я люблю тебя! Люблю сейчас, любил до этого, любил, когда с армией пошел на твое королевство, люблю с первой нашей встречи! Глаза королевы немного выпучились. -Селена, правительница королевства Брайт, я предлагаю вам руку и сердце! – продолжил Дейв. Селена словно очнулась ото сна. -Дейв, я думала о тебе, с тех пор, как увидела. Я мечтала о том, что однажды ты скажешь эти слова. Я думала, что моим мечтам не суждено осуществиться, потому что мы – правители враждующих королевств. Теперь им суждено осуществиться именно потому, что мы – правители враждующих королевств… -Им суждено осуществиться, потому что мы любим друг друга. Если ты, конечно, меня любишь. -Я могу ответить тебе на это твоими же собственными словами: люблю сейчас, любила до этого, люблю с первой нашей встречи! Я согласна стать твоей женой. Я смотрела и налюбоваться не могла. Как часто они виделись до этого? Не знаю, но уверена, что нечасто. И вот он уже делает ей предложение, вот она уже в его объятиях. А мы? Я и Бэл вместе уже несколько недель, и он не торопиться сделать мне предложение. По крайней мере, я могу порадоваться за других. А так же за то, что помирила два королевства и остановила войну. Невысокий и худощавый светловолосый хейв с проседью на висках и с серыми пустыми глазами стоял у красивого стеклянного шара. Шар показывал, как обнимались и целовались король Дейвлин и королева Селена. Хейв, не отрываясь, смотрел на стоящих рядом светловолосую эльфийку и брюнета - барри. -Проклятие! – хейв стукнул кулаком по стене (от чего сверху посыпался песок и мелкие камешки), и шар погас. – Проклятие! – повторил хейв. – Ненавижу ее! -Может, это и к добру, Альфер? – гнусный голос, говоривший это, исходил от толстой фигуры, закутанной в серый плащ. – Хейвы – один народ. Народ объединился, и теперь они поведут успешную борьбу против вешних врагов. -Нет! Они должны были сражаться. Хейвы – не один народ. Они различаются. Северные хейвы коренастей, мужественнее, а южные… Да не в хейвах дело! – вдруг заорал Альфер. – Эта проклятая эльфийка помирила хейвов, до этого заключила мир между эльфами и орками! Эдак она вообще прекратит войны! -Значит, она должна исчезнуть. -Да. Ее надо убить. Глава 51. Свадьба Селены и Дейва состоялась на следующий день. Сначала король и королева вышли на балкон дворца в Даркнейре и объявили всем собравшимся хейвам то, что придумала я: война была следствием происков врагов хейвов, но теперь они – король и королева – знают это. Вместе спасшись от врагов, они полюбили друг друга и собираются жениться. Молодежь была в восторге от романтичной любви короля и королевы, пожилые хейванки плакали от умиления, а мудрые хейвы радовались объединению королевств. Потом Селена, облаченная в красивое белое (мое) платье и Дейвлин в полупрозрачной белой рубашке и коричневых кожаных брюках сквозь толпу нарядных граждан проследовали к красивому собору. Это был храм, посвященный Сарну, родоначальнику хейвов. Я шла сзади в голубом платье с длинным шлейфом и раскидывала в толпу сладости и ароматные лепестки роз. Позади меня шел Бэл – он пожелал нести мой шлейф. Мы прибыли в собор, где Селена и Дейвлин перед лицом и духом Сарна поклялись любить друг друга до смерти. Я закидала их оставшимися цветами и сладостями. Затем Селена и Дейв подписали акт об объединении королевства Дарк и Брайт – к вящей радости всех присутствующих. Называться это королевство будет теперь Вудлихт – с моей легкой руки. (Просто когда интересовались, кто как хочет назвать королевство, и спросили меня, я назвала первое сочетание букв, что пришло в голову. Остальным понравилось). Свиток, подписанный королевой Селеной, королем Дейвом и восемью тысячами свидетелей – тех, кто были в соборе – какой-то маг заключил в стеклянный столб посреди площади перед собором. (Совсем как Лека). А после состоялся торжественный обед, куда допускали все желающих. Селена и Дейв сидели во главе длинного-предлинного стола, а гости – по бокам. Я сидела рядом по правую руку Селены, а Бэл – по левую руку Дейва. Обед я вспоминаю с легким содроганием даже сейчас. Передо мной поставили шесть тарелок. Первую – большую, вторую – поменьше, третью – еще меньше, а шестая была совсем маленькая. В первую налили супа, во вторую положили мясо, в третью – овощи, в четвертую - фрукты, в пятую – какие-то сладости, а в шестую – мороженое. Начинать следовало с первой тарелки, а потом пройтись по всем блюдам. Суп я отставила почти после первой ложки – он был ужасно перченым. После принялась за овощи. Селена принялась подавать мне какие-то знаки, которые я упорно не понимала. В конце концов, она тихо сказала: -Вторым блюдом едят мясо, оставь овощи… -А какая разница? - ответила я. -Так принято. Чтобы не обижать хозяйку, у которой тем более сегодня свадьба, я отставила овощи и принялась за огромный кусок мяса. Я ела его и ела, а он все не кончался. -Что это за мясо? – спросила я у Селены. -Это тетерев. -Целиком? -Нет, только грудка. Это совсем немного. -Мне это уже слишком много. -Наверное, эльфам требуется для насыщения меньше еды, чем хейвам. Тем не менее, тебе придется это съесть, потому что я настаиваю. С тетеревом я так и не расправилась. Но меня заставили съесть ложку нарезанных фруктов, по кусочку не казавшихся сладкими сладостей и немного мороженого. К концу обеда я чувствовала себя перекормленным поросенком. Позже начались танцы, но я не танцевала, поскольку от переизбытка съеденного мне трудно было даже шевелить ногами. К счастью, Бэл тоже не особо рвался танцевать. Однако, за время бала моему желудку удалось переварить всю съеденную пищу. После бала гости стали расходиться. Мы с Бэлом тоже вернулись домой. -Представляешь, Бэл, когда-нибудь и я пройдусь по раскрашенной площади в белом платье, - мечтала я. - А ты будешь идти рядом со мной, и держать мою руку. Сомневаюсь, правда, что ты наденешь костюм, но ты и так будешь выглядеть неплохо, - я хихикнула, представив Бэла в свадебном костюме. - А потом мы поклянемся друг другу в вечной любви, нас осыплют сладостями и лепестками роз… Мы будем держаться за руки, и наши сердца сольются так же, как наши руки. Разве это не прекрасно? Это будет самый счастливый день в моей жизни! -А разве сейчас ты не счастлива? Разве наши сердца уже не единое целое? Если хочешь, я поклянусь тебе в вечной любви тысячу раз. Я осыплю тебя сладостями, цветами и драгоценными камнями... Я отвернулась. -Что-то не так? -Все в порядке. Просто я подумала, что пора возвращаться в Амаден. Дейву ты уже помог. А я выполнила свою миссию – прекратила войны между хейвами. -Да, ты права. Дейву сейчас будет, скорее всего, не до меня. Давай, что ли, собираться. Промозглым туманным вечером в небольшом городке Рейбан все сидели по домам. За оконными занавесями приветливо и радостно теплились свечи и горели красивые лампы, которые освещали все без огня (новое творение эльфов – электричество, о котором не знали другие народы). -Только мы тут сидим, как неизвестно кто, - продолжал жаловаться своему товарищу темноволосый эльф. -Это – наша задача. Посмотри на это с другой стороны: именно благодаря нам все они, - второй эльф махнул рукой в сторону мерцающих огоньков, - сейчас спокойно сидят дома, с семьями. -Ты, конечно, прав. Но как же я им всем завидую… -Тише. Слышишь? -Что именно? – эльф напрягся. – Шорох? Да, это весьма странно. Его товарищ перегнулся через крепостную стену. -Ты не поверишь, кто это! -Кто же? -Смотри. Второй эльф тоже перегнулся и увидел больших синих ящериц. -Вэйты? Они пытаются проникнуть в город. Вот тупые! Закидать их плодами Грэчел? -Да, пожалуй. И… Стой, смотри, как этих вэйт там много! Захвати побольше плодов! Темноволосый эльф исчез через пару минут, потом вернулся, немного бледный. -И где плоды? -У нас их больше нет. -Как это? -Я не знаю. Их нет. Второй эльф тоже спустился вниз. -И правда, плодов больше нет. Беги скорее в город, буди всех. -А ты? -А я пока запрягу лошадь. Ты знаешь, где могут быть плоды? -Я знаю, где они точно есть. -Где? -В Амадене. Туда недавно прибыли принцессы, они наверняка привезли с собой плоды. -Хорошо. Не пускайте вэйт за стены. Я скоро буду. Какая в конюшне самая быстрая лошадь? -Нинель. Возьми ее, - темноволосый эльф побежал бить тревогу. С колокольни уже он видел, что из южных ворот города стрелой вылетел всадник и поскакал к Амадену. Глава 52. У крепостной стены Амадена, возле ворот, меня и Бэла встречали мои сестренки Лиоанна и Фаэрина, рядом с ними были Тиам и Шарлин, а позади – все мои эльфы и Нала. Мы с Бэлом вышли из кареты. Бэл подошел к Шарлин и Тиаму, стал что-то оживленно им рассказывать. Я сначала обняла сестер, потом всю их свиту – Кларка, Эальдора, Ромэля, Даниэля (который тут же наколдовал мне букет роз) и Виктора. Гнома снова не было. Фаэт, обнимая меня, едко заметил: -У девушек всегда хорошо получается мирить народы. В прошлый раз мирила орков с Лией и Фаэриной, а теперь… -Заткнись, Фаэт, - сквозь зубы прошипела я, отодвигая букет роз (которые мне преподнес Дэн), чтобы заглянуть в наглые глаза Фаэта. – А не то я тебя покалечу. -Своим кинжалом, которым полируешь ногти? – усмехнулся Фаэт, но замолчал и отошел. Наконец я подошла к Нале. Та мне виновато улыбнулась. -Ты меня, наверное, ненавидишь? -За что? Ты – моя подруга. Сначала ты спасла жизнь мне и моим сестрам. А этот случай с Фаэтом… Ты просто открыла мне глаза на то, какой Фаэт мерзкий. Я ушла от него, и тебе советую сделать то же самое. -Уже, - Нала улыбнулась, на этот раз смелее. -Ты оставила Фаэта? Молодец! Захотел двоих, не получит ни одной, - я широко улыбнулась. – И кто же твой избранник? Нала глазами указала на Виктора. -Вик? -Я знаю, что ты сейчас думаешь: он не выпускает изо рта трубку, постоянно играет в карты, сально шутит и улыбается всем встречным женщинам… -Насчет последнего я не была осведомлена, но в принципе мои мысли ты поняла верно. -Он изменился за последнее время. Он даже не смотрит на других девушек. Он оставил трубку. Я попросила его извиниться перед Лиоанной – помнишь, за тот случай с лошадью – и он извинился. -Ничего себе! Ладно уж с Виктором… Что мы стоим-то, дай я тебя хоть обниму! Обнявшись с Налой, я пошла в сторону Бэла, который стоял в стороне с Шарлин и Тиамом. Шарлин заметила, что я направляюсь к ним. Она кинулась ко мне. -Наконец-то и до меня дошла очередь! Ева, ты молодец! Тебе удалось помирить два королевства, которые исстари враждовали! -Это было просто, - сказала я, убирая букет, чтобы не поцарапать Шарлин шипами. – Король и королева были влюблены друг в друга. К тому же мне здорово помог Бэл. -Скажи, - Шарлин наклонилась к моему уху и зашептала, - Бэл уже сделал тебе предложение? -Еще нет. -Наверное, он ждал, что ты как-нибудь его подтолкнешь к этому, - говорила Шарлин, когда мы же сидели на креслах у нее дома. -Я пыталась, - я нервно потирала пальцы. - Я сказала: «Представь, как будет замечательно, когда мы с тобой пойдем к собору, нас осыплют цветами и мы поклянемся друг другу в вечной любви…» -А он что? – спросила Шарлин, взяв мои ладони. – И прекрати, наконец, ворочать руками! Я положила руки на колени и начала мять подол платья: -Он? Он сказал, что может в любое время поклясться мне в любви и осыпать цветами, и что нам не нужно для этого жениться. Но ничего. Я подожду. Я ведь люблю его. И я уверена, что он меня любит. -Нет, - Шарлин поджала губы. – Это не может так дальше продолжаться. Если он любит тебя, он должен жениться. Я поговорю с ним. -Зачем? Ведь я могу подождать. -Ты понимаешь, что это значит – нет свадьбы? Нет совместной жизни – нормальной совместной жизни, а не так, как вы пытались. Нет детей. И презрительные, а иногда жалостные взгляды окружающих. -Мне все равно, что подумают остальные. А что до свадьбы… У меня ведь впереди целая вечность! Я могу выйти замуж и родить ребенка хоть в шестнадцать, хоть в сто-шестнадцать, хоть в тысячу лет! -У тебя впереди целая вечность, - согласилась Шарлин, - но у него то нет! Ты – эльф, а Бэл - хейв! -Да, ты права, - я погрустнела. – Поговори с ним. А где, он, кстати? -Гуляет с Тиамом. Можешь сейчас пойти домой. Когда он придет, я сообщу ему, что ты ушла домой – передохнуть. И вызову на серьезный разговор. -Спасибо, Шарлин. Спасибо и до свидания. Я пойду домой, потому, что я действительно устала. -Приветик, милый! Привет, Бэл. -Привет, Леа, - Тиам поцеловал Шарлин в макушку. -Здравствуй, Шарлин. Ты как-то странно на меня смотришь. -Бэл, нам надо серьезно поговорить. О Еве. -А что ней случилось? Где она? -Она устала после путешествия, и пошла домой. -Это она просила тебя поговорит со мной? -Нет. Я сама решила. Ты ведь ее любишь, Бэл? -Ты еще спрашиваешь? Неужели ты сомневаешься? -Не сомневаюсь, поэтому и говорю: женись на ней. -Но… -Что – но? Ты ее любишь. Она тебя любит. Если ты не женишься на ней, ей может надоесть быть с тобой. -Почему? Я думаю, мы счастливы и без свадьбы! -Ты думаешь, что после свадьбы вы станете менее счастливыми? Ты знаешь, что значит - «нет свадьбы»? Нет нормальной совместной жизни. Нет детей. И презрительные, а иногда жалостные взгляды окружающих, - Шарлин повторила то, что до этого говорила Еве. -Я согласен с тобой. Я собирался сделать Еве предложение, но… не решался. И я купил ей кольцо уже неделю назад, - Бэл достал из кармана красивое серебряное кольцо, сияющее россыпью бриллиантов. -Вот и замечательно! Сейчас уже поздно для объяснений. Зайдешь к ней завтра, с утра, и сделаешь предложение. -Но… -Никаких но! Ты и так достаточно медлил! Прямо в казармы ворвался эльф на лошади с волосами, как чистое серебро. -Эй, приятель, это не конюшня! – возмутился Ромэль. -Мне нужны Грэчел… - задыхаясь, произнес эльф. -Принцессы? -Нет, плоды. Я из города Рейбан. На нас напали вэйты. А плоды закончились. -И много вэйт? -Огромная толпа! -У нас плодов три мешка. Можем и принцесс показать тебе. -Надо торопиться! Я ехал долго! -Коралкин, ты здесь? – в комнату, улыбаясь, вошла рыжеволосая девушка с ярко-зелеными глазами. Эльф догадался, что это принцесса и низко поклонился: - Ой, а это кто? -Это – посланник города Рейбан, - откликнулся Эальдор. – Фаэра, у вас есть плоды Грэчел? -Есть. А зачем? – в глазах Фаэры блеснуло понимание. – Вэйты? -Да. Они напали на Рейбан. Тащи плоды, и Лиоанну с Евлалией тоже, если им интересно будет поохотиться на вэйт. -Ева спит. А Лиоанна, пожалуй, поедет, - Фаэра убежала. Кларк, Эальдор, Ромэль, Даниэль, Виктор, Фаэт и гном следующие минут пятнадцать бегали по казармам, отыскивая запрятанные мешки с плодами. Когда они собрали мешки в одну кучу, появились Лиоанна и Фаэрина с двумя рюкзачками, набитыми плодами Грэчел. -Куда мы едем? – спрашивала Лиа, пытаясь сопротивляться железной хватке Фаэрины. -Охотиться на вэйт, - ответил Коралкин, не отрываясь от важного дела – прикручивания мешка с плодами к седлу своей лошади. -Это я поняла. Но куда именно? -В Рейбан. Они отправились, собравшись за какие-то полчаса, при чем скакала компания так быстро, как только позволяли лошади. Кто-то думал о том, чтобы успеть спасти город, кто-то думал об охоте на ящериц, кто-то думал о самих ящерицах, и кто-то думал вообще о том, как он может отличиться храбростью в битве. -Вон стены нашего города! – заорал гонец через три часа сумасшедшей езды. – Видите? -Да, но почему они синие? -Они покрыты вэйтами! Подъехав поближе, эльфы увидели, что стены действительно целиком «залеплены» вэйтами. Не сговариваясь, каждый нащупал в мешке горсть плодов Грэчел и бросил под стены. Вэйты зашипели, спрыгнули со стен и побежали прочь от города. Несколько ящериц осталось под стенами, корчась в предсмертных муках. -За ними? -Конечно! Проучим их! Лишь беловолосый эльф – страж города – остался. Остальные гнали вэйт до болот, закидывая их плодами Грэчел. Только когда буроватая жижа стала доставать всадникам до колена, эльфы остановились. -Повернем назад? Мне кажется, мы их уже проучили! – сказал Ромэль, с отвращением разглядывая болотную воду, в которой болтались его ноги. -Как бы не упасть туда! – Лиа положила ноги чуть ли не на голову лошади. -Смотрите? Что там? – Фаэра показала рукой на странное здание, виднеющееся за болотными деревьями. -Похоже на дворец… - предположил Эальдор. – Может, это замок королевы вэйт? Эльфы подъехали к необычной постройке. При ближайшем рассмотрении здание оказалось холмом с выкопанной внутри пещерой. Вход в пещеру был перетянут крепкими лианами наподобие сети. Пепелище от костра и обилие недоеденной пищи указывало на то, что недавно здесь были вэйты, которые сбежали при приближении эльфов. Возле холма почва была более сухой, поэтому эльфы могли слезть с коней и отряхнуться от липкой болотной грязи. -Там вроде кто-то сидит, - показалось Фаэре. -Эй, друг, отойди-ка от сети, - Ромэль извлек из ножен два меча и в секунду перерубил лианы. Эльфы зашли внутрь. -Приветствую вас, мои освободители. Вы эльфы? -Да. А вы… тоже эльф? – спросил Коралкин. -Вы правы, - ответил незнакомец. -О, Альбейн! – воскликнула Фаэрина. – Лиа, смотри! Лиоанна пригляделась повнимательней: -О, Альбейн! Это он! – девушка кинулась на шею к незнакомцу. - Надо немедленно сообщить Еве! Глава 53. Наутро я проснулась. Фаэры и Лиоанны не было – они оставили записку, что отправляются на охоту на вэйт. Будто бы вэйты напали на Белиндейн, и они с отрядом собираются напасть на Ри-Тэйр. А я так сладко спала, что меня будить не захотели. Они оставили мне в комнате корзину яблок и лепешки, чтобы я позавтракала. Едва я взяла в руку яблоко, как в дверь постучали. «Только бы не Дина…» - подумала я. Я совершенно не хотела с ней встречаться, особенно с тех пор как мне отстригли волосы и похитили. Я знала, что это сделали поклонники Бэла (Фоцвара, во всяком случае, точно была поклонницей!), а ведь Дина тоже обожала Бэла. Она вполне могла быть в сговоре с остальными. -Ева, ты здесь? – это был голос Бэла. Милый, сильный, слегка хриплый, но красивый голос. Я безумно обрадовалась тому, что Бэл пришел. Во-первых, я не буду одна, а во-вторых, я буду с ним! -Да, я сейчас открою! – я бросилась отворять дверь. Бэл стоял на пороге. Он был немного бледнее, чем обычно. -Привет! – он обнял меня одной рукой, другой закрыл дверь. -Привет, - улыбнулась я, положив одну руку ему на грудь, а другой сжимая в руке свой завтрак. - Хочешь яблоко? -Нет, - он сел на мою неприбранную кровать. Руки его дрожали. -Тогда я налью тебе чаю. -Да, пожалуй… - Бэл мотнул головой, и прядь мягких, черных как смоль волос упала ему на бледную щеку. Я заварила чай в красивой красной кружке, и протянула кружку Бэлу. -Горячо! – Бэл разжал пальцы, и чашка упала на пол. Вода разлилась. -Ничего страшного, я сейчас все приберу! – я попыталась опуститься на колени. -Оставь, Ева! – он взял меня за руку. – Знаешь, нам нужно поговорить. Очень серьезно. Надкушенное яблоко выпало из моих рук и укатилось под кровать. По тону Бэла я поняла, что разговор будет действительно серьезным. Неужели он хочет меня оставить? Неужели он меня разлюбил? У меня задрожали руки, начали подкашиваться колени, и я чувствовала, что у меня дергаются уши. Сердце стучало медленно, но очень громко. -Я хейв, - продолжал Бэл, еще больше побледнев. – Я смертен, знаешь? Повисла пауза. «Неужели он болен и умирает?» -Я тоже могу умереть… - ответила я и тепло улыбнулась. – Когда я погибну, я стану облаком. -Почему? – удивился Бэл. -Говорят, что погибшие эльфы превращаются в облака и летают по небу… Они смотрят на земных существ и благословляют их на подвиги, на доблестные сражения, на благие дела, на любовь… -А кем буду я, когда умру? – спросил Бэл. – Солнцем? -Нет. Ты будешь рекой, - почему-то сказала я. -Я? Рекой? Почему? -Я не знаю, из-за чего я так подумала. Сердце подсказало. Знаешь, ведь твои мягкие волосы похожи на струи прохладной реки, а глаза бездонны, как омут. После смерти ты станешь рекой… - когда я говорила, мысль о смерти не казалась мне уже такой ужасной. Я вдруг подумала, что смерть это не конец, а всего лишь ступень, переход к другой жизни. Бэл улыбнулся. -Представь: мы умрем. И вдруг появится на земле новая река, которая будет катить свои воды в океан. А над ней будет лететь облако. Оно будет отражаться в прозрачной воде реки, - сказала я и непонятно чему улыбнулась. -Здорово ты придумала. Нас не разлучить даже после смерти. Не то, что при жизни. Вот я подумал… «Он не собирается меня бросать! Сейчас он сделает мне предложение… - поняла я, и в животе сладко заныло, а уши начали трястись еще сильнее. - Вот тот момент, которого я так долго ждала…» -Ева! – в комнату, громыхая сапогами, вбежал Эальдор. Его ноги ниже колен были испачканы в чем-то липком, темно-зеленом. – Ева, где Стрелка? Бэл сжал губы. «Эаль, как всегда, пришел не вовремя!» - подумала я, а вслух спросила: - Здесь, внизу. А зачем тебе моя лошадь? -Она нужна тебе! Ты сейчас же поедешь со мной! -Объясни хотя бы, что случилось? -Мы напали на вэйт, которые до этого напали на Малый Белиндейн. Войско у них – фи, мизинцем придавить можно. Мы кинули в них парочку плодов дерева Грэчел. Вэйты как стройными рядами стояли, так и побежали. Гнали мы их до самой границы болот. Там они от нас оторвались, но мы нашли какую-то пещеру. Вэйт, которые ее сторожили, бежали, завидев нас. И мы обнаружили какого-то пленника. Лиа и Фаэра увидели его, заохали и хором сказали, что тебе нужно его видеть. -Зачем? -Понятия не имею. -А это не может подождать? – я едва заметно кивнула на Бэла. -Мы может поговорить в другой раз, позже. Сейчас ты можешь ехать, - сказал Бэл. – Вдруг этот пленник – какой-нибудь твой эльфийский родственник? -Может, это мой отец! – вскрикнула я. – Может, вэйты его не убили, а всего лишь взяли в плен! О, Альбейн, только бы так и было! Эальдор, ты можешь описать пленника? -Такой же, как и все эльфы, - пожал плечами Эальдор. -Бэл, я должна бежать! -Я поеду с тобой, - твердо сказал Бэл. - Только одолжу где-нибудь поблизости лошадь. Мы быстро спустились вниз. Пока я и Эальдор вместе седлали Стрелку, Бэл сбегал в соседний дом попросить лошадь, и вскоре вернулся с высоким гнедым жеребцом. Мы сели на лошадей и поехали. Ехать пришлось долго – часа четыре. Сначала мы скакали по лесу, потом по степи. Наконец въехали в болото. Лошади плелись шагом, по брюхо увязая в грязи. Я поняла, почему у Эальдора были испачканы сапоги. -Вон, видишь? – Эальдор указал рукой на что-то темное посреди болот. -Что это? – спросила я. -Пещера. Нам туда, - Эальдор спрыгнул с лошади, плюхнувшись в грязь чуть ли не по пояс. – Слезайте, дальше на лошадях не проехать. -Не слезай пока, подожди, - Бэл, оставив лошадь, подошел ко мне, перемешивая грязь. – Вот теперь прыгай мне на руки. Я с сомнением взглянула на тонкие изящные руки Бэла. -Не бойся, я донесу! Я медленно сползла с лошади. Бэл поймал меня, взял на руки. Я обняла его за шею, и он пошел вперед. Ему наверняка было тяжело (я ведь тоже не пушинка), но он этого не показывал. -Здесь вроде сухо, - Эальдор, который шел рядом, потопал по земле. Бэл мягко опустил меня на землю. Я улыбнулась ему. «Конечно, Эальдору бы и в голову не пришло мне помочь!» Бэл оглядел свои брюки. Они стали больше походить на половые тряпки (особенно ниже колен). -Ничего страшного, - сказала я, увидев, как Бэл смотрит на брюки. – Дома я их выстираю. -Какая разница, что стало с брюками? Главное, что моя главная драгоценность не пострадала! – он посмотрел на меня с прекрасной улыбкой. За такую улыбку не жалко отдать все, что угодно: сердце и даже жизнь… -Ева! - раздался крик Лии. Я улыбнулась Бэлу, поманив его ладонью, и побежала на голос Лиоанны. Бэл последовал за мной. -Ева! – Лиа кинулась ко мне, Фаэра тоже. – Угадай, кого мы нашли? -Ума не приложу, - я взглянула во тьму пещеры. Оттуда вышел кто-то, до боли знакомый. Белокурые волосы с несколькими темными прядями, скошенные на одну сторону, темно-синие глаза, яркие, как глубокое море… -Алеан? Неужели это ты? -Евлалия? Я кинулась к нему на шею. -Ева! Вот уж не предполагал тебя здесь увидеть. А твои сестренки мне ничего не сказали о том, что ты здесь… Сзади раздалось хихиканье Фаэрины. -А ты совсем не изменился! -Зато ты здорово подросла и похорошела! – Алеан обнял меня, поднял над землей и закружил по поляне. -Кто это, Ева? – раздался голос Бэла. -Поставь меня на землю, - шепотом попросила я. – Бэл, это мой друг. Его зовут Алеан. Алеан, познакомься, это Бэл, мой… Алеан оглядел Бэла. -Да, я узнал. Бэл Канто? – Алеан усмехнулся. – Я всегда верил, что вы встретитесь. -Да? Даже ты уверен, что Бэл – моя судьба! -Судьба? – не понял Алеан. - Ты в него, часом, не влюблена? -Влюблена! – радостно воскликнула я. - И он в меня! Бэл кивнул, подошел ко мне и положил руку мне на плечо. Лицо Алеана помрачнело: -Так не должно было случится! -Глупость! – сказала Бэл. – Встречу с Евой предсказала мне гадалка, а еще я видел Еву во сне до того, как увидел наяву! Это ли не судьба? -Я видела во сне богиню Альбейн, и она сказала мне, что Бэл – моя судьба! – добавила я. -Ева, - обратился ко мне Алеан, - как ты думаешь, откуда я знаю Канто, и почему я его сразу узнал? -И почему при этом я вас не знаю? - продолжил Бэл. -Наверное, потому, что Бэл – певец, и его знают все. -Певец? Да, его мать тоже неплохо пела. Ева, понимаешь, - Алеан запнулся, - он твой брат. -Что? – я согнулась пополам. – Этого не может быть! Стоявшие рядом Лиа и Фаэра выпучили глаза. -О, Сарн! - тихо сказал Бэл и плюхнулся на землю. Я медленно опустилась рядом. -Бэл, Ева, вы брат и сестра. -Но как? – я не могла верить. -Я был пажом вашего отца, когда Бэл родился. Бэл, ты удивительно похож на свою мать, Элиту Канто. -Ты знал мою мать? – спросил Бэл. -Да, - Алеан кивнул. -Но мою мать звали по-другому… - сказала я. -У вас один отец – принц Толеран. -Этого не может быть! – я нервно засмеялась. – Отец всего один раз был на Фаэрии. После этого родилась Фаэрина. Если Бэл – мой брат, он должен быть ровесником Фаэрины. А он старше ее больше, чем на год. -Ты не права. Толеран ездил на Фаэрию два раза. Там он в первый раз встретил девушку, которую он полюбил. Звали ее Элита Канто. Она тоже полюбила Толерана, сбежала ради него из дома. Он хотел сделать ей предложение, но медлил. Неожиданно король вызвал Толерана в Белиндейн. Толеран оставил Элите свое кольцо наследника престола и уехал… Я тогда остался здесь. Я знал, что у Элиты родился мальчик, которого назвали Бэлом. Потом и меня вызвали в Белиндейн. Когда я уезжал, Элита просила не говорить Толерану, что у нее от него есть сын. Она была сильно обижена на эльфийского принца, который обещал ей все, но оставил только сына и дурацкое кольцо. Я приехал в Белиндейн, а там Толеран уже кокетничал с какой-то милой эльфийкой. Эта эльфийка стала матерью Лиоанны. Я решил, что он разлюбил Элиту, и не сказал ничего про рождение Бэла. После рождения Лиоанны Толеран понял, что все еще любит Элиту. Он отправился на Фаэрию, чтобы разыскивать ее и жениться. Оказалось, что она умерла. Толеран не нашел возлюбленной, а сына и подавно. Тогда я снова ничего не сказал Толерану о Бэле, чтобы не бередить рану. Тем более что он встретил новую любовь - мать Фаэрины. Родилась Фаэрина. Толеран вместе с Фаэриной уехал обратно в Белиндейн, где встретил мать Евы. Ева стала последним ребенком Толерана, если этот хитрец не соблазнил еще какую-нибудь милую девушку. Мы с Бэлом сидели, открыв рты. -Тебя, Бэл, наверняка тебя дразнили в детстве за уши необычной формы, за нежные черты лица. Все дело в том, что ты – барри, наполовину эльф. А еще ты прямой наследник трона Белиндейна, будущий король Лэйрании. У Бэла раскрылся рот. -Ты самый старший из детей Толерана, - кивнул Алеан. - И, наверняка, станешь любимым ребенком, как только познакомишься с отцом. Я знаю, что больше всего в жизни Толеран любил Элиту. До сих пор, наверное, любит. Как, кстати, сейчас поживает наш принц? -Он умер, - глухо ответила Фаэра. -Да. Ева была последней, кто его видел. -Ева? Я стояла, уткнувшись лицом в грудь Бэла и рыдала. -Нет, я не верю! Этого не может быть! Не может быть, чтобы мы были братом и сестрой! Это несправедливо, совсем несправедливо! -Есть еще один способ проверить. Как я сказал, Толеран оставил Элите свое кольцо. Я уверен, что Элита перед смертью отдала кольцо ребенку. -Вот это? – я протянула руку и показала Алеану кольцо, которое подарил мне Бэл при нашей первой встрече. -Да, оно самое. Но почему оно у тебя, Ева? – Алеан понял. – Бэл подарил? Надеюсь, не обручальное? -Нет, - откликнулся Бэл горестно. Он достал из кармана небесно-голубую коробочку. Там лежало серебряное кольцо, украшенное россыпью блестящих белых камешков. – Вот обручальное. Сегодня я хотел сделать Еве предложение. Если бы не приехал Эальдор, она бы сейчас была моей невестой… -Я люблю тебя! – воскликнула я, со слезами на глазах взглянув на Бэла. – Нет! Нет, это невозможно! Нам нельзя быть вместе! Я побежала, увязая в грязи по колено, к лошадям. Вскочила на замученную, не успевшую отдохнуть Стрелку и поскакала обратно. Бэл изо всех сил размахнулся и выбросил кольцо в болото. -Помоги мне, пожалуйста! – умоляла свою соседку по камере Фоцвара. – Ты же знаешь, как я его люблю! Я должна быть с ним! Помоги мне сбежать! Ведь он должен быть моим! -Твою грустную историю любви я слышала тысячу раз, - закатив глаза и выпятив клыки, откликнулась молодая оркша. – Но я не смогу разогнуть решетки окна – я ведь не тролль! -Это и не нужно. У меня другой план… Через час, когда стражник обходил клетки с заключенными, его поманила темноволосая, со спутанными волосами, оркша: -Папаша, подойди сюда! -Чего тебе надо? – хмуро откликнулся охранник. -Моя соседка пропала. -Как пропала? -Не знаю. Может, она маг? Встала посреди клетки, и будто в воздухе растворилась. -Сейчас проверю, - охранник открыл клетку и зашел. В этот момент ему на голову с потолка прыгнула Фоцвара. Оркша хватила охранника за ноги. Вместе девушки повалили его, завязали глаза, рот и отобрали ключи. Заперев клетку, они побежали прочь из тюрьмы, не обращая внимания на просьбы о помощи из других камер. Остановились отдышаться они только далеко за воротами тюрьмы. -Где мы? – спросила Фоцвара, оглядывая деревья. -Мы в Эйданском лесу. Тюрьмы у эльфов обычно располагаются далеко от городов, примерно в такой глуши. Они постояли немного, подумали. -Прощай, - наконец сказала оркша. – Мне пора. -Куда ты направишься? -В свою шайку, конечно. Обратно в Корен. А ты? -В Амаден. -К своему возлюбленному певцу? -Разумеется. -Желаю удачи, - оркша хотела скрыться. -Погоди! Ты знаешь, куда мне надо идти? -На юго-запад, если хочешь достичь Амадена. Несколько часов ходьбы – и ты на месте. Осторожно, не попадись патрулям. -Тебе того же! – распрощавшись в оркшей, Фоцвара поспешила в Амаден, в объятия Бэла Канто. «Он Должен стать моим! Он станет моим! И я уничтожу любого, кто встанет на моему пути!» Глава 54. -Может, ты все-таки что-нибудь съешь? – предложила мне Лиоанна. -Не хочу, - отказалась я, закрыв лицо руками. -Ева… - мягко попыталась настаивать Фаэрина. -Я же сказал, что не хочу! Оставьте меня в покое! Уйдите, уйдите! Сестры, огорченные, вышли. Я сидела у окна, и слезы сами текли из глаз. А я и не пыталась их остановить. В последние недели я жила мыслями о Бэле, мечтами о Бэле, любовью к Бэлу. А тут вдруг моя любовь к нему оказалась запретной. И жизнь моя потеряла смысл. -… Мне нужно ее увидеть! – услышала я снизу голос Бэла. По привычке хотела кинуться вниз, на его голос, но остановила себя. Только слезы потекли еще сильнее. -Уходи отсюда. Она не хочет тебя видеть, - и хлопнула дверь. Это повторялось уже третий раз за день. А я хотела, с ума сойти как хотела видеть Бэла. Хотела, чтобы он был рядом. А он должен был уйти, потому что у нас не было права любить друг друга. И слезы хлынули потоком… Внезапно я услышала, что в окошко кто-то поскребся. Бэл! Он стоял на подоконнике с обратной стороны. Не понимая, что делаю, я открыла окно. -Как ты сюда забрался? Здесь ведь высоко! Ты можешь упасть! Залезай в комнату! Бэл влез ко мне в комнату и сел рядом на кровати. -Нет! – опомнилась я. – Уходи отсюда, пожалуйста! Не сыпь мне соль на кровоточащие раны! Нельзя, нельзя нам с тобой быть вместе! Я тихо, беззвучно заплакала. -Ева, послушай меня! – он начал вытирать мне слезы теплыми пальцами. – Если тебе не понравиться то, что я скажу, я уйду! Ты ведь любишь меня? -Да, - всхлипнула я. -Я тоже тебя люблю. Я знаю, ты думаешь, что нам нельзя любить друг друга. Так повелось издревле – братья и сестры не женятся друг на друге. Но! Во-первых, мы сводные брат и сестра. А во-вторых, почему брат не имеет права любить сестру, а сестра – брата? Кто придумал это и почему? -Не знаю… - тихо сказала я, уже не плача Слезы высыхали, когда я слышала чудесный ласковый голос Бэла. -Это говорит общество. Оно подчиняет нас себе. Но мы не покоримся. Помнишь, во время первой нашей встрече мы говорили о существах, которые идут против всех. И ты сказала, что могла бы быть такой. -Да, я помню, как помню каждый наш разговор, каждую фразу, оброненную тобой! -А еще ты как-то сказала, что если два существа любят друг друга, то остальное для них неважно! -Да, это я тоже помню… -Ты права, так оно и есть. Мы любим друг друга – и разве важно, что у нас один отец? Нас, конечно, осудят другие. Но какое это будет иметь значение? Зачем нам другие, если тебе нужен лишь я, а мне – лишь ты? -Ты прав, Бэл. Конечно, я пойду с тобой! Бэл направился к двери. -Нет. Через окно. Я думаю, что Фаэра и Лиоанна попытаются нас удержать. Убежим, Бэл, убежим отсюда подальше! Хоть в Дикий Карлам, хоть на Синематру, хоть в Южные пустыни… Бэл опустил одну ногу на подоконник. -Иди сюда, я помогу тебе выбраться! – он спустил меня вниз и спрыгнул сам. – Побежали ко мне. Я соберу кое-какие вещи, и мы уедем отсюда как можно дальше. Дверь открылась, и на пороге возникло лицо Лиоанны. -Привет, Фаэт. Как я рада, что это ты! Я думала, снова Бэл. -Он надоел вам? -Безумно! – воскликнула Лиа. -Он и наш брат тоже, - сказала Фаэрина. - Мы должны его любить… -Мы и любим. Только он меня убивает. Он не понимает, что не может выйти замуж за Еву потому, что она его сестра! -Я, кстати, поэтому и пришел, - сказал Фаэт. – Ведь Ева отвергла меня потому, что ей нужен был Бэл. Теперь, когда нет Бэла, у меня есть шансы? -Не знаю, - честно призналась Фаэра. – Одно могу сказать: Еву сейчас лучше не беспокоить. Она только что накричала на нас. Боюсь, если ты войдешь, она разобьет что-нибудь об твою голову. Фаэт пристально поглядел в окно. -Что там? – спросила Лиа, проследив за его взглядом. -Ничего. Показалось. Скажите, а Ева вообще как себя чувствует? -Сейчас, вроде, получше. Хотя она до сих пор не ела. Все утро она кричала, рыдала, била стены кулаками и кричала. Сейчас она затихла. -На самом деле ее можно понять. Она его безумно любила. -Да? – Фаэт посмотрел на Лию, будто спрашивая: «А как это проявлялось?» -Представляешь, как-то раз ночью, под дождем, она побежала в лес, чтобы отыскать его. Она думала, что с ним что-то случилось. -А потом, после того, как двое суток металась в лихорадке, выбежала на улицу в одном ночном платье и последовала за ним когда он поманил. -Она даже пыталась жить с ним вместе! До свадьбы! -И поехала вместе с ним в королевство Дарк. Впрочем, это ты знаешь. -Да, знаю. Скажите, - обратился Фаэт к девушкам, - а она смогла бы убежать вместе с ним, знаю, что он ее брат? -Вряд ли, - Фаэра пожала плечами. – Хотя я в этом не уверена. Она в последнее время стала абсолютно сумасшедшей. -Тогда проверьте пожалуйста, есть ли она в комнате. Мне показалось, что в окне мелькнула женская юбка. Лиоанна быстро взбежала вверх по лестнице. Спустилась вниз она почти прыжками: -Евы нет! -Она не знает, что делает! – воскликнула Фаэра. – Альбейн обрушит на них свое проклятье! Один из них сейчас же умрет, а если нет, то у них родятся смертельно больные дети, которые будут их проклинать! -Я знал, что они убегут! – Фаэт вскочил и побежал к двери. – Ничего, я знаю, где живет этот подлец Канто! Я найду ее! Пусть один из них умрет! -Хочешь сыграть роль стрелы-убийцы Альбейн? Фаэт, не отвечая, выбежал на улицу. Лиоанна торопливо надевала плащ. -Побежали за ним. Я боюсь, как бы чего не случилось… Глава 55. Мы почти подошли к дому Бэла. -Бэл, тебе не кажется, что как-то тихо? Подозрительно тихо. -Да, обычно в это время на улице полно прохожих. -Я подумала о том же. Куда все пропали? -Какая разница? Никто не увидит нас, никто не сможет нас найти, никто не помешает нам, никто нас не разлучит. Он нежно поцеловал меня. Я готова была растаять от любви, оттого, что он рядом, и оттого, что нас никто никогда не сможет разлучить… Вдруг я увидела страшного серого коня, а на коне седого худощавого хейва в синей мантии. Эти два существа возникли на углу улицы совершенно неожиданно, появившись прямо из воздуха. Так же внезапно у хейва в руке возник черный арбалет. Я отлепила от себя Бэла и прошептала: -Сзади… Беги. Бэл слегка отпрянул от меня. В этот момент хейв выстрелил. Я видела, что черная неоперенная стрела летит прямо на меня. Я не сделала ни малейшего движения, чтобы укрыться. -Не позволю! – Бэл изогнулся и загородил меня. Стрела вонзилась в него, и он упал к моим ногам. Я услышала страшный вопль, и поняла, что он принадлежит мне. А рядом орал еще кто-то. Высокая девушка, вылупив глаза, промчалась мимо меня. Я узнала Фоцвару. Она кинулась к хейву, страшно растопырив руки. Едва она подбежала, хейв выстрелил в упор ей в грудь. Фоцвара отлетела на несколько шагов и упала на мощеную камнем дорогу и больше не шевельнулась. Я упала на колени рядом с Бэлом и положила руку ему на лоб. Лоб был горячий, покрытый капельками пота. Бэл тихо стонал. Я подняла голову и увидела, что хейв перезаряжает арбалет, а его лошадь злобно усмехается. Положив стрелу, седой хейв тщательно прицелился в меня. -Нет! - услышала я голос Фаэта. Фаэт схватил меня за руку и поволок прочь по камням. Свист стрелы – и теперь Фаэт упал, как подкошенный, обагряя своей кровью камни мостовой. -Убей и меня! Что ты смотришь и молчишь? Убей, убей! – заорала я дурным голосом, что было сил, стоя на коленях на запачканных кровью дорогих мне людей камнях. -Ева! – на улицу, где была я, выбежали Лиа и Фаэра. За ними спешили Кларк, Эальдор, Ромэль и Даниэль. Колдун испарился, будто его и не было. -Что здесь произошло? Я подползла к Бэлу. Он был еще жив. -Подожди, милый. Сейчас я выдерну эту проклятую стрелу… - я старалась говорить спокойно, но руки мои тряслись, как в лихорадке. -Не надо, тогда я умру еще быстрее. -Ты не умрешь, я тебе не позволю… -Ты ничего не сможешь сделать, ты не сможешь мне помочь. Я умру, потому что стрела была отравлена, и яд уже в моей крови. Я чувствую это… - Бэл часто задышал, как будто задыхался. Его ясные глаза – эти прекрасные, любимые глаза – медленно тускнели. – Я хочу сказать… -Милый, любимый… -Молчи! - перебил меня Бэл. - Я хочу сказать, что люблю тебя, и так сильно я никого раньше не любил. Я думаю, что это и называется настоящей любовью! – он наморщил лоб, как будто силясь что-то припомнить. – Да, да! Я люблю тебя! Не забывай меня! Обещай, что не забудешь, и я умру спокойно и счастливо! Ведь я так тебя люблю! Я тебя люблю! Он судорожно глотнул, тело его выгнулось в моих руках. Он со свистом выдохнул воздух, произнося последнее «люблю». И больше не вдохнул и не шевелился. Я дрожащей рукой зарыла его потухшие глаза, легла лицом на его грудь и зарыдала. Кто-то взял меня под мышки и попытался оттащить от того, что пару минут назад было Бэлом. Не помню, что было дальше. Генор влетел в комнату и увидел, что Дара увязывает свои немногочисленные вещи в узелок. -Ты куда-то собираешься? – спросила он. Дара посмотрела на него большими серыми глазами: -Я должна предупредить мир об опасности, которую представляет мой отец. Это моя миссия, понимаешь? -Тебя никто не захочет слушать. -Меня не послушал король Дейвлин и принцесса Ева. Остается королева Селена. -Но она только вышла замуж, ей будет не до тебя. -Я хотя бы попытаюсь! Все лучше, чем сидеть здесь без дела! -Нет, - Генор решительно захлопнул дверь. – Я тебя не пущу! -Я теперь стала пленницей? -Ты вольна идти, куда угодно. Но послушай меня. Что тебя там ждет? Король и королева посмеются над тобой, хейвы не поймут твоих слов, и твой сумасшедший отец, чего доброго, убьет тебя! -А что предлагаешь ты? Остаться здесь? -Да. Я предлагаю дождаться удобного момента. К тому же рядом с нами эльфийская принцесса, к которой ты можешь обратиться еще раз. -Она меня и в первый раз выслушать не захотела! -Но эльфы, я знаю, неглупые существа. Я уверен, вскорости эльфийка поймет, что в мире что-то происходит. Что-то дурное. -У эльфов чутье на такие вещи, - кивнула Дара, откладывая узелок. -И тогда она вспомнит о тебе. Не надо никуда уходить. Глава 56. Я, вытянувшись, словно клинок из серебристой эльфийской стали, сидела в седле, изо всех сил стиснув Стрелку ногами. Лошадь вела себя спокойно. Она понимала, как мне сейчас плохо. А мне казалось, что мое сердце втащили из груди, смяли и растоптали. Все, что было до этого у меня внутри, сжалось в маленький комочек и тряслось где-то в уголке. Я чувствовала себя мертвой. Я сидела на лошади, хотя должна была лежать в гробу, вроде того, что сейчас стоял рядом. Мы – я, мои сестры, Тиам и Шарлин, все мои друзья-эльфы и даже гном – были на большом плато. На городском кладбище мы похоронили Фаэта и Фоцвару, а сейчас хоронили Бэла на обрыве. Я захотела, чтобы Бэл был здесь, ближе к небу, к облакам. Ведь умирая, эльфы превращаются в облака… Глаза мои были красны и сухи, щеки горели. Я смотрела на Бэла, который лежал в гробу в белой блузе, голубых брюках и «кедах». Я настояла именно на этой одежде, хотя все были против. Но я уверена, сам Бэл ни за что не согласился бы надеть уродский серый похоронный балахон. -… и пускай покоиться с миром законный наследник Белиндейна Бэл Грэчел Канто! Мои сестры настояли на двойной фамилии. Глупость. Но для меня не имеет значения, как его называют. Для меня он навсегда останется любимым Бэлом. -Заколачивать крышку? – спросил хейв - рабочий. -Подождите! – я соскочила с лошади и, шурша белым платьем, подошла к гробу. Приложилась губами сначала к похолодевшему лбу, затем прижалась к синеватым губам. -Все? -Нет, подождите еще… Я сорвала с пальца золотое, с черное полосой эмали кольцо Грэчел – мое кольцо. Надела его на мизинец Бэлу. -Теперь все. Можете заколачивать. Крышка гроба опустилась, закрыв от меня Бэла. Раздались глухие удары молотка. Каждый такой глухой удар раскалывал мое сердце. Я до сих пор не испытывала ничего мучительнее. Наконец, гроб заколотили и опустили в яму. Первые комья земли упали на крышку. Я подошла поближе. Я смотрела вниз, на большой черный ящик, где лежал хейв, которого я любила. Я чувствовала невыносимую боль в расколотом, истоптанном, но живом еще сердце. Глаза жгло, а слез не было. Я заглянула вглубь. Пошатнулась, как пьяная. Комья земли посыпались из-под моих ног вниз. -Бэл… - протяжно и глухо, как волк в зимнюю морозную ночь, завыла я. – Бэл… Зачем ты ушел? Снова комья посыпались вниз. Я еще раз пошатнулась. -Она же сейчас упадет! – Алеан подбежал ко мне, схватил и оттащил от ямы, куда рабочие скидывали землю. – Поехали домой! -Нет. Я останусь здесь, пока все не закончиться. Я была на обрыве до самого конца. Я следила, как закапывали глубокую яму. Я смотрела, как навалили поверх большую мраморную плиту. Только после этого села на лошадь и медленно, не погоняя Стрелку, поехала вперед. Две слезинки упали на пушистую гриву Стрелки. Я наконец-то могла плакать. Сзади меня шептались сестры и парни. -Мне кажется, сегодня ее лучше оставить в казармах, с вами. Я боюсь, как бы она чего с собой не сотворила. -Проклятие! – седовласый худой хейв в синей потрепанной мантии отмерял ровные шаги по пещере. Топот его ног гулко отдавался камню. -Вы не убили ее, господин Альфер. -Я знаю! Там было слишком много эльфов. Я уничтожил троих, что ее защищали. Но она, проклятая принцесса, осталась жива! -Мы будем следить за ней, - гнусно пропела толстая фигура в серой мантии. – Мы доложим, когда она будет одна. -Тогда приду я. Но я не убью ее. Я сделаю ее нашей рабыней, нашим воином! – Альфер захохотал, не меняя выражение лица, и почти тут же замолк. Эхо прошлось по пещере, и наступила тишина. Фигуры в серых балахонах неловко толпились перед колдуном. Он смерил их пустым, и в то же время будто бы презрительным взглядом. -Ступайте! Фигуры неспешно удалились. После этого, оставшись в одиночестве, Колдун еще недолго ходил по пещере. Затем сел на холодный пол. -Что ты делаешь со мной? Отпусти! – с мукой в голосе произнес он, и глаза его на миг озарились жизнью. Но только на миг. В следующую секунду в сумраке блестели серые пустые глаза. Глава 57. Я осторожно встала с кровати. На соседнем диване, прислонившись друг к другу спинами, посапывали Даниэль и Эальдор. Я вышла в коридор. Там, в углу, дремал Ромэль. Царила тишина. Все спали. Не боясь никого, я выбралась из казарм и пошла к воротам. Холодный камень обжигал босые ноги. Я посмотрела на неба. Половина луны освещала улицы мертвенным светом. «Эта была наша с Бэлом луна…» Я подошла к воротам и поднялась по длинной лестнице. Вот я уже и высоко наверху – стою на широкой крепостной стене. Я шла к краю. -Бэл… Бэл… Бэл… - шептали губы независимо от меня. – Милый, любимый… Мы были вместе… Мы должны быть вместе. Мы будем вместе. Ведь ТАМ нам никто не помешает, никто не скажет, что мы не должны, не можем, нельзя… ТАМ никто нас не разлучит! Слезы застилали глаза. Я ничего не видела. Протянув руки вперед, я медленно шла к краю. Еще несколько шагов – и я встречусь с Бэлом, и мы больше не расстанемся… Никогда. Меня охватила решимость, и я готова уже была сделать еще один шаг, возможно последний мой шаг. Но тут я увидела Бэла. Увидела его, как живого. Будто он стоял рядом со мной, на краю стены. Он повернулся ко мне, и я заметила, что он улыбается. Я стояла и смотрела на его улыбку, самую красивую в мире улыбку на самом красивом в мире лице. -Здравствуй, Ева, - тихо сказал Бэл. -Бэл, милый, любимый… Я обожаю тебя, я хочу к тебе… -Ты не должна этого делать. -Но я не могу жить без тебя… -Ты хочешь, чтобы моя смерть была напрасной? -Я хочу быть с тобой! -Умереть – это значит сдаться. Умирает тот, кто не хочет бороться. Разве это не ты мне говорила? -Я сдаюсь. Я не хочу бороться. Я хочу к тебе. -А помнишь, как ты рассказала мне, что прыгнула со стены после смерти отца и обещала мне никогда больше не повторять этого? Или ты уже все забыла? -Бэл, я помню. Но я не могу без тебя жить. Не могу! -Ева, ты обещала мне. Ты не нарушишь обещание. Не смей прыгать вниз! Не смей! Силуэт Бэла, черты его прекрасного лица начали расплываться, как уходящий туман. -Бэл, не пропадай… Не оставляй меня одну, не надо… Пожалуйста, ведь мне так плохо без тебя… -Ева, я люблю тебя. Помни это всегда. -Я люблю тебя, Бэл, люблю больше всего на свете! Не уходи! Я почувствовала, что кто-то рывком снял меня со стены. Ноги подкосились, и я упала. Рядом со мной присел кто-то. -Опять? Опять, да? Мало тебе одного раза, решила еще раз повторить попытку самоубийства? – это была Лиоанна. Она держала меня за руку и злобно смотрела мне в глаза. Рядом примостилась Фаэра. -Я люблю Бэла, не могу без него жить… - лепетала я. – Лиа, Фаэра, поймите, не могу, я люблю его до сих пор! Я уткнулась лицом в плечо Фаэры и зарыдала. -Все в порядке, маленькая, - пыталась утешать меня сестра. -Нет, не в порядке! Я люблю его, а он меня уже не любит, и не видит, потому что его больше нет! - я попыталась вырваться. И тут я увидела его, как во сне. Вспомнила его, и он будто был рядом. Давно это было. Давно, когда он был еще жив. «Ева, не смей. Больше никогда ты не спрыгнешь со стены. Пусть стена даже высотой в метр! – смех. – Обещай мне!» -Обещаю, Бэл. Я буду жить для тебя, - прошептала я. -Вот и славно, - откликнулась Фаэра. – Живи. -Мы отомстим за него, обещаю. Он ведь и наш брат тоже. -Да. Да. Я буду жить, и я отомщу за тебя, Бэл. И вновь я увидела его лицо. Смеющееся. Улыбающееся – той самой улыбкой, которая сводила меня с ума. -Спасибо, Ева! – услышала я откуда-то издалека. -Вот глупая! Она решила мстить! – Альфер захохотал беззвучным смехом. Хохот из уважения подхватили толстые фигуры. – Вы прочли ее мысли? Вы знаете, о чем она думает? -Да. Она хочет уйти, и искать вас. -Она глупа. Несоизмеримо глупа. -Она не глупа, но наивна. В ней есть какие-то силы, я чувствую, - перебила одна из фигур колдуна. -Да. Я тоже чувствую в ней силы. И эти силы позволили ей помирить народы, позволили ей спастись от моих стрел. -Она побывала в ментальных объятиях телепата, когда ее захватили орки. От нее исходят странные волны. Она, возможно, тоже телепат? -Тогда ее мозг трудно будет подчинить. Пожалуй, она не нужна нам. Весьма скоро воинов и рабов у нас и так будет достаточно. Я убью ее. -Она уйдет из города, и тогда останется совершенно одна. -Я вижу. Это хороший шанс, чтобы убить ее. Она нам больше не помешает. Алеан – а именно он снял меня со стены – принес меня домой, уложил в кровать. В комнате кроме меня были Лиоанна и Фаэра, однако Алеан сам сел меня караулить. Я притворилась, что сплю, а сама следила за тенью, которая ползла по стене. Прошел час, может, два. Начало светать. Сестры и Алеан спали. «Хорошо охраняют!» Я тихо усмехнулась. Действительно, забавно: я второй раз за ночь убегаю, и второй раз за ночь те, кто меня сторожит, спят. Я поднялась, порылась в шкафу и отыскала там брюки и кофту, что купил мне когда-то Бэл. Натянув незатейливую одежду, я залезла под кровать, и достала оттуда подаренный мне пыльный меч, на котором все еще болтался белый (вернее, уже серый) пушистый бантик. Привязав ножны к поясу и накинув плащ, я полезла в окно. Неожиданно кто-то схватил меня за ногу. -Стой, ты куда? – громким шепотом спросил Алеан. -Тише, - я приложила палец к губам. – Сестры проснуться. -Куда ты? – повторил свой вопрос Алеан немного тише. -Я обещала отомстить за Бэла. И я отомщу. Пусти меня. -Подожди немного, - Алеан, не отпуская меня, начал одной рукой натягивать сапог. – Я сейчас соберусь. -Нет. Я иду одна. -Конечно, одна. А я иду с тобой. Держи, - Алеан протянул мне лук и колчан со стрелами, и запихнул длинный кинжал в сапог. -Почему ты идешь со мной? -Ты ведь хочешь уничтожить седовласого колдуна? -Да, того самого, который убил Бэла. -Глупая! Он хотел убить не Бэла, а тебя. А Фаэт, Бэл и та девушка просто попались ему под руку. -Откуда ты знаешь? -Фаэт сказал перед смертью. -Я думала, Фаэт сразу умер. -Нет. Он оказался крепким парнем. Он прожил лишние несколько часов, чтобы предупредить, что тебя хотел убить Колдун. Он тебя любил. Мы шли по дороге, залитой каменным светом. На глаза невольно навернулись слезы. -Эй, Ева! Ты что, плачешь? В чем дело? -Мы все время ходили по этой дороге с Бэлом… Интересно, как пережил смерть Бэла старик Доминик? И кто будет жить в доме Бэла? И плачут ли по Бэлу его поклонницы? Представляешь, я не могу поверить, что его больше нет! Я не хочу думать, что он больше никогда не позовет меня своим звучным голосом, не запоет, не будет улыбаться, не будет грустить. Дом, где он жил – есть. Помост, на котором он пел – есть. Луна, которая его освещала – есть. А его больше нет! -Он пожил короткую жизнь, но он не зря топтал землю. Его запомнят те, кто слышал, как он поет. И ты его запомнишь навсегда. Он жив в твоем сердце, в твоей памяти. Он подарил тебе любовь и счастье. -Но счастье это было таким недолгим! -Все равно он когда-нибудь умер бы. А хейвы ведь живут недолго, очень недолго! -Он – барри, он прожил бы со мной долгую и счастливую жизнь. А сейчас его нет, - я помолчала и продолжила. – Знаешь, чего я хочу? Хочу пойти на поляну и ласкать ящериц, которых он любил. Хочу пойти к нему домой и поцеловать стены его комнаты. Пойти на помост, где он пел, туда, где я увидела его в первый раз. Пойти к фонтану, где мы сидели вместе. И целовать, целовать то, к чему он прикасался… -Не надо об этом думать, и уж тем более не надо этого делать. Все это причинит тебе еще большую боль. -Сейчас я и не пойду никуда. Я хочу лишь найти того ужасного хейва и уничтожить его. Я не знаю, что я с ним сделаю! Разрежу его на мелкие кусочки. А перед этим попрошу вампира, чтобы меня укусили, тоже стану вампиром, и выпью его кровь, всю, до последней капли. Потом сожгу его тело, а прах засыплю драконьим дерьмом! -У тебя богатая фантазия. -Но что я буду делать, когда отомщу? Знаю: я буду очень долго плакать. А потом все равно покончу с собой, потому что не смогу жить без любви, без Бэла. -Нет. Я не верю. Ты останешься жить, потому что время лечит раны. Ты найдешь кого-нибудь, кого полюбишь так же, как Бэла, а может, даже больше. Поженишься, нарожаешь детей. А о Бэле будешь вспоминать с теплой улыбкой, как о красивом сне. -Почему ты думаешь, что я все-таки переживу это? -Кризис миновал. Когда эльф бьется головой об стену, кричит что-то бессвязное и ломает руки – есть причины опасаться, что он перережет себе горло кинжалом. Кстати, держи… - он протянул мне мой кинжал – подарок отца. Я схватилась за корсет. -Откуда он у тебя? -Лиоанна забрала его у тебя, когда ты сходила с ума. Теперь ты уже не перережешь вены. У тебя снова есть смысл жизни – пусть даже такой жалкий, как месть. -А когда я отомщу? -Появиться новый смысл жизни. Когда хейв строит планы – он уже не самоубийца. Сейчас ты говоришь: «Я не могу умереть, пока не отомщу!» А потом в дороге увидишь красивое дерево. И подумаешь: «Я не могу умереть, пока не заведу сад таких деревьев в Фаэнели…» Потом найдешь новую причину не умирать. А потом просто желание умирать пропадет. -Может быть, ты и прав. Мы вышли за ворота. Уже совсем рассвело. -Смотри! Это же плато, где похоронили Бэла! Не думала я, что оно так близко от города… Давай пойдем туда. -Не думаю, что тебе следует это делать. -Пожалуйста, Алеан… Я хочу еще раз проститься с ним. -Ладно, но недолго. Мы свернули с дороги, поднялись на плато. Подошли к тому краю, где был захоронен Бэл. Я припала к мраморной плите и зарыдала. У меня было такое чувство, будто сердце – мое бедное, избитое, растоптанное, исстрадавшееся сердце – буравили тупым колом. «Алеан был прав: я нахожусь здесь, рядом с Бэлом (язык не поворачивался назвать Бэла «телом» или «прахом»), и это причиняет нестерпимую боль. Но я не хочу отсюда уходить!» И снова в голову полезли мысли о смерти. «Зачем жить? Мстить? Но это ведь не воскресит Бэла! И как я буду жить дальше? Понятно, что я не буду счастливой. Не легче ли умереть сейчас, чем мучиться дальше?» Я готова была умереть. Только мысль о том, чтобы перерезать себе горло, была отвратительна. -Что это? – вдруг воскликнул Алеан. Я подняла голову. Он стоял у обрыва и смотрел вниз. -Что произошло? -Там, внизу, река! Еще вчера ее не было. Понятия не имею, откуда она взялась… -Зато я знаю. «А кем буду я, когда умру?» «Ты будешь рекой!» Я подошла к обрыву. Широкая река бурлящим потоком вытекала из края плато и, шипя, текла по равнине, буравя землю. «И вдруг появится на земле новая река, которая будет катить свои воды в океан. А над ней будет лететь облако. Оно будет отражаться в прозрачной воде реки… Нас не разлучить даже после смерти…» -И облако будет отражаться в прозрачной воде реки… -Ева, что с тобой? На этот раз Алеан не успел меня подхватить. Я полетела вниз и шлепнулась в холодную воду. «Как хорошо, что я не умею плавать. Утону быстро…» Меня начало тянуть вниз, но ноги мои быстро коснулись дна. Я встала и поняла, что вода мне чуть выше пояса. Алеан стоял наверху и хохотал. -Утопиться решила? – он посмотрел на меня. Смех его резко оборвался, он заспешил вниз. Я тем временем вылезла из воды и стояла на берегу, стуча зубами. -У тебя нездоровая тенденция к самоубийствам. Ты в порядке? -Да, - ответила я, стукнув зубами. -Тебе холодно? Ничего. Возьми мой плащ, закутайся. Сейчас разведем костер, и я высушу твою одежду. Взгляд Алеана упал на плато и на белевшую там плиту. -Нет, пожалуй, мы пойдем дальше. Вдруг глаза Алеана выпучились, зрачки сделались огромными. Он смотрел мне за спину. -Ева, ложись! Я, не оборачиваясь, упала на мягкую, в шелковой пыли, землю. Мокрая одежда моментально стала вдобавок и грязной. Алеан упал рядом, и над нашими головами просвистела черная стрела – точно такая же, как и та, что сразила Бэла. Алеан моментально достал лук, но закопался, отыскивая стрелу. Я перекувырнулась и встала на ноги. Даже не видя противника, я знала, кто там, сзади меня. Внутреннее чутье заставило меня присесть. Еще одна стрела просвистела над головой. Я поднялась и обернулась. Да, это был тот самый седой хейв в той самой синей мантии. -А-а-а! – я вытащила меч, и с диким криком кинулась на противника. Подпрыгнув, я размахнулась как следует, и ударила хейва острой стороной меча по голове. В этот удар я вложила всю свою злость, всю свою ненависть, всю боль и все отчаяние. Удар, надо сказать, оказался превосходным: голова хейва разлетелась надвое, как гнилой орех. Он, качнувшись, свалился с лошади. Лошадь, оскалившись, исчезла – растаяла в воздухе. Да наплевать мне с крепостной башни на эту лошадь! Я глянула на разрубленную голову хейва, и меня стошнило. Я отошла в сторону, села на колени и зарыдала нервическим воплем. -Его надо похоронить, - сказал Алеан, осмотрев хейва. -Нет! – взвизгнула я, как баба на базаре. – Он убил моего Бэла! -Имей сострадание, Ева! К тому же, он невиновен. -Как это невиновен? Я своими глазами видела, как он пристрелили Бэла и Фаэта! -Этот хейв – болванка. Вроде тех, на которых сушат одежду. У него в голове нет мозга. Мозг истлел. Кто-то подчинил себе его волю. Он не мыслил, а всего лишь выполнял приказы. -Что ты говоришь? Повтори еще раз. -Я говорю, что его разум подчинили… -Стой! Я это где-то уже слышала… -Ты не могла… -Помолчи немного, мне надо сосредоточиться… Я закрыла глаза и крепко задумалась. Из-за края моего сознания начали выплывать фразы старого разговора. «Это девушка – то есть дочь его – говорит, что разум Колдуна подчинили. Она считает, что это сделал какой-то дьявол…» «Ля-ля-ля, я так счастлива…» «Ева, прекрати! Ты ведь не умалишенная!» «Хуже. Я влюбленная!» «Да ну тебя! Придется все проблемы самой решать, как всегда!» «Не дуйся на меня! Взгляни, какое небо! Какое солнце! Время любви…» -Я вспомнила, где я слышала это. И я догадываюсь, кто может знать о Колдуне и о тех, кто поработил его разум. -Кто? -Пантера, моя драконесса. Быстро пошли в город! Серые фигуры мрачно и уныло стерегли пещеру. Ветер пустыни сыпал на их балахоны песок. Но они этого не видели. Они хранили молчание, пока в очередном порыве ветра ни возник всадник на лошади. Когда копыта серого коня коснулись песка, мрачные фигуры оживились. -Господин Альфер? -Нет. Альфер мертв, - юношеским голосом заявил всадник, и тряхнул копной рыжеватых волос. - Он был слишком глуп и позволил убить себя. Теперь я – Колдун всадник. И я ваш новый господин. Серые фигуры, не колеблясь ни секунды, склонили головы. -А что с девкой? Она мертва? -В этом нет необходимости! -Но Альфер опасался, что она начнет мирить народы. -Альфер был туп, как я уже сказал! Он даже не смог определить сильнейшую расу на Файрании! -А вы смогли, молодой господин? -Да. Самая сильная раса – это вы, ажвары! Вы умны, потому что не ввязывались в дикие войны, царящие на Фаэрии. Вы куда многочисленнее даже эльфов. Вы бессмертны, вы можете подчинять своей воле разумных существ. И у вас есть моя поддержка. -Молодой господин считает, что мы можем покорить себе остальных существ? – уточнила серая тень. -Я в этом уверен! Вы сможете доказать всем, что ажвары – сильнейшие! Нападите на остров Синематру, ибо он ближе всех к нашим пустыням. Именно с захвата этого острова начнется господство Ажваров! Глава 58. -Пустите меня немедленно! Я принцесса Белиндейна, Евлалия Габриель Долорес Грэчел! Охранник драконника с сомнением посмотрел на грязную девчонку, стоящую перед ним. -Докажи. Покажи кольцо Грэчел. -Сейчас я тебе покажу! - я попыталась достать меч из ножен. -Ева, не следует повсюду размахивать клинком, - Алеан остановил меня. – Вот, посмотрите на мое кольцо. -Кавалер ордена Фаэнель? Что ж, проходите, - охранник открыл ворота. Я сразу же кинулась к залу, где жила Пантера, и замолотила кулаками в высокую деревянную дверь. -Кто там? – раздался сонный рык. -Панти, это я! Немедленно открой! -Ева? – дверь распахнулась, в зале скользнуло гибкое золотое тело. – Что ты здесь делаешь в такую рань и, - Пантера оглядела меня, - в таком виде? А это кто с тобой? Неужели Алеан? -Да, - быстро кивнула я. -Где ты его раскопала? -Эльфийская армия обнаружила его в плену у вэйт. Неважно. Послушай, помнишь, ты пыталась рассказать мне о каком-то Колдуне, мозг которого поработили? -Конечно, помню. Ты меня слушать не хотела. Была шибко увлечено своим парнем. Как бишь его, Бэл? Как он поживает? -Он оказался моим братом, а потом его убили. -Что? -Нет времени объяснять. Мне нужна вся информация о Колдуне, которого кто-то подчинил! Срочно! -Его зовут Синий Колдун, настоящее имя – Альфер. Погоди, а зачем это тебе? Расскажи-ка все по порядку! -Только если вкратце: Бэла застрелил хейв в синей мантии. Мы с Алеаном убили его, и оказалось, что у него в голове нет мозга. Алеан сказал, что кто-то подчинил его себе. Я вспомнила, что ты пыталась мне рассказать про то, как кто-то кого-то подчинил. И вот мы здесь. Расскажи нам все. -Я не знаю всего. -А кто знает? -Дочь Колдуна Дара и дракон-маг Генор. -Где я смогу их найти? -Давай поступим так: ты сейчас вместе с Алеаном пойдешь в трактир, где ты живешь, и переоденешься в сухую, чистую одежду. А я пока приведу туда Генора и Дару. -Хорошо, - я быстрым шагом вышла из драконника, даже не взглянув на стража. Алеан последовал за мной. Пантера взмыла в светлое небо. -Светает, - задумчиво проговорил кудрявый вампир, натягивая высокие кожаные перчатки, закрывавшие порезы на венах. – Пора прятаться. -Подожди немного, Александр. Я еще голоден, - второй невысокий вампир откинул забрызганные кровью серые волосы и впился в шею какого-то маленького зверька. -Поторопись, Эстед. Скоро взойдет солнце. -Не думаю, что оно тронет нас так уж скоро. Напряги зрение, Александр: неужели ты не видишь тучи? Темноволосый Александр пригляделся внимательнее. -Это непохоже на обычные облака. К тому же, это нечто движется против ветра. -Может, это наши товарищи возвращаются с охоты? -Не припомню, чтобы вампиры охотились на рыбу. Тем более я чувствую злые волны, которые исходят от тучи. -Враги? -Да. Это либо драконы, либо какая-то новая напасть! -Наверное, надо сообщить Лильяну! – Эстед отбросил обескровленный трупик зверька. Вампиры обратились в летучих мышей и полетели в скалы, где жили духи. Летели они быстро – их подстегивал приближающийся рассвет. Наконец Александр и Эстед влетели в расщелину, едва успев избежать неприятного столкновения с лучами солнца. -Кто здесь? -Свои, - хмуро откликнулся Эстед. -Кровопийцы? Что вы здесь делаете? -Нам нужен Лильян. -Зачем? Это очень важно? -Это так важно, что мы едва не попали под лучи солнца, а ты, демон, знаешь, чем нам это грозит! -Проходите. Лильян здесь. Дух изучал какую-то потрепанную книгу. Увидев вампиров, он поднял глаза. -Наследие предков, - он постучал по книге. – А вы что здесь делаете? -Знаешь, Александр, у меня начисто пропало желание говорить что-либо этому хмырю! – признался Эстед. – После двух «что вы здесь делаете?» это закономерно. -Что вы хотели мне сказать? – оживился Лильян. -Мы видели странную тучу над островом. Нам кажется, что это не облако, - с явной неохотой признался Александр. -Снова драконы? – нахмурился Лильян. -Не думаю. Это было похоже на что-то другое. -На нас напали! – послышался истошный крик. Лильян немедленно вылетел из пещеры, бросив гостей. -А что делать нам? – спросил Александр. -Располагаться поудобнее, - ответил Эстед, доставая трубку и табак. – Солнце уже высоко, и мы нескоро выберемся отсюда. Глава 59. Я сидела на скамье вместе с сестрами и Алеаном, одетая в простое светло-серое платье, и нервно покусывала кончик ногтя. Передо мной стояла девочка примерно моего возраста и смотрела на меня наивными чистыми серыми глазами. Позади нее, поглядывая на меня, сидели Пантера и неизвестный мне дракон. -Расскажи мне все, что ты знаешь! -А кто вы? -Я – принцесса Белиндейна. А ты, наверное, Дара, дочь Колдуна? -Его зовут Альфер. -Его звали Альфер. Потом он стал игрушкой в чьих-то руках. А сейчас его больше не существует, он мертв. -Его убили? -Да. Это сделала я. Глаза девочки зажглись злым огнем. Она, как мне показалось, хотела растерзать меня. -Но к тому времени, как я опустила меч на его голову, он уже не был твоим отцом, он был глупым растением. -Но зачем ты убила его? -Я мстила. Но отомстила не тому. Я хочу уничтожить того, кто повелевал твоим отцом. Это существо убило дорогих мне людей. Дара промолчала. -Расскажи мне, пожалуйста, все, что ты знаешь. Не сердись: не я убила твоего отца! Это сделали до меня, когда… -Разум моего отца подчинили, - продолжила Дара. -Кто? – нетерпеливо вскрикнула я. Девочка помедлила, потом помотала головой, будто откидывая дурные мысли: -Я не знаю. -Кто сказал тебе, что твоим отцом повелевают? -Мать. Но она вам не поможет, она умерла, - из глаза девочки выкатилась слеза. Мне следовало бы, наверное, пожалеть ее. Но я торопилась разузнать все и отомстить за Бэла. -А больше твоя мать ничего не сказала? -Она сказала, что это сделал дьявол. -Дьявол? – я развернулась к Лиоанне и Фаэрине. – Вы думаете, дьявол существует? -Не уверена. -Все возможно. -Еще мама сказала, что план моего отца - вывести расу идеальных существ. Он задумал перессорить все народы Файрании, погрузить наш мир в войны и узнать, какая раса сильнее… -Неудивительно, что он хотел убить Еву. Ева помирила эльфов с орками, потом Дарк и Брайт, - сказала Фаэра. -Лиа, а что ты скажешь? -Что я скажу? – рассеянно переспросила Лиа. – Я думаю. Дара, ты не замечала за своим отцом ничего странного? Например, он все время брал с собой какую-то вещь, носил одну и ту же одежду? -Да, он все время носил одну и ту же одежду – синюю мантию, - ответила Дара. – Ты думаешь, его подчинила одежда? -Вполне возможно, что его подчинили через одежду. -А у тебя самой есть какие-либо догадки? -Есть, но они глупы и почти необоснованны, - ответила девушка. – Я скажу, если вы не придумаете ничего лучше. -Я видела его один раз, - продолжила Лиа, - и что-то в его облике меня насторожило. Но я не помню, что это было! Лиоанна крепко задумалась. Я тоже. Начала вспоминать. И внезапно мне в голову пришел давнишний сон, который приснился мне, когда мы с Фреймором ехали из Хейбора в Фаэнель. «Хейв в синей мантии лежит на песке. Над ним склонилась серая лошадь. Зубы лошади оскалены, будто она хочет загрызть хейва…» Хейв из сна – это Синий Колдун, Альфер. А лошадь – это его лошадь. «Лошадь усмехалась!» - поняла я. Те два раза, которые я видела Альфера, он был на одной лошади, и оба раза, исчезая, она обнажала зубы в коварной усмешке. -Дара, а у твоего отца было много лошадей? -Нет, всего одна. -Высокая и серая? Я ее видела. -Да. Это конь. -А где твой отец его раздобыл? – медленно спросила Лиоанна. -В каких-то пещерах… - с усилием, будто припоминая, сказала Дара. – Я точно не знаю… -В пещерах? – Лиоанна улыбнулась. – Говоришь, что дьявол управлял твоим отцом? -Лиоанна, о чем ты сейчас думаешь? Ты что-то поняла? -Вспомните старые легенды… -Какие легенды? Не томи, скажи…! – попросила Фаэра. -«И согнал бог Мерфоила в подземные пещеры…», - певуче проговорила Дара. – Я тоже думала об этом. Но ведь это дико! -О чем вы? – не поняла я. -Помнишь легенду об аунах – существах, которые могли подчинять себе мысли других? И о том, как их главаря – Мерфоила – бог превратил в коня и сослал в пещеры? – спросила Лиа. -Такого не могла быть на самом деле! Неужели ты веришь в это? -Приходится поверить. Я никогда не слышала о том, чтобы кто-то гноил чужие мозги, равно как и о том, чтобы лошадей находили в пещерах… -Вы думаете, следует убить коня? – спросила Дара. -Да. Ева, ты видела Колдуна последней. Куда побежала лошадь? – Фаэрина вскочила. -Она растаяла в воздухе… - промолвила я. -Равно как я не слышала о том, чтобы лошади исчезали в воздухе, - продолжила Лиа. – Как вы думаете, где сейчас эта лошадь? -Он, скорее всего, перенесся в пустыню. Южные пустыни – там жили мы с отцом. Я покажу вам, где это. Если у вас есть знакомый маг, он перенесет вас туда. -Да. Даниэль учился магии. Но хватит ли у него сил? -Детки, - к Даре подошел незнакомый нам дракон. – Я сильный маг, я перенесу вас, куда надо. -Привет, - кивнула ему я. – Ты кто? Мне кажется почему-то, что я тебя знаю. Это возможно? -Я тебя знаю абсолютно точно. Я спас тебя от троглодитов. -Когда? -Ты была на какой-то поляне, и тебя окружили ящеры. А ты с закрытыми глазами бросалась на них… -Я вспомнила! Я сбежала от назойливых ухаживаний Фреймора! -А мы решили, что всех троглодитов убила ты… - вспомнила Фаэра. -Коралкин, исследовав трупы, заявил, что так убивают драконы, - припомнила Лиа. – Вот что на самом деле-то произошло! - Затем Лиа обратилась к дракону. – Возможно, ты нас знаешь, но мы и понятия не имеем, кто ты. Хотелось бы это узнать. И почему ты нам помогаешь? И кто, интересно, учил дракона магии? Тут произошла странная вещь. Дракон стал стремительно уменьшаться в размерах. Его чешуя и когти исчезла, крылья пропали, рога превратились в волосы. Перед нами предстал атлетически сложенный молодой обнаженный хейв. Я отвернулась, чтобы не видеть тех признаков, по которым мальчиков отличают от девочек. -Накинь, - Лиа бросила ему плащ. Хейв закутался в плащ. – Теперь скажи, как ты это сделал? И кто ты, в конце концов? -Я решил, что вам привычней будет со мной общаться, если я стану хейвом. Я могу быть в обличье дракона и хейва. Я – последний из расы драконов – магов. Меня зовут Генор. -Ты будешь нам помогать? -Да. -Но почему? – так и не поняла Лиа. -Ваш Мерфоил – вроде как вселенское зло, верно? Я горжусь тем, что помогу уничтожить вселенское зло. Может, мое имя где-нибудь в летописях упомянут. -Замечательно. Так ты сможешь перенести нас в Южные земли? -Смогу! -Тогда иди, оденься пока. У тебя есть одежда? -Да. Я вернусь быстро, - Генор исчез. -Хорошо, - Алеан, который молчал на протяжении разговора, выдал короткую реплику. – Тогда я пойду в казармы, позову ребят. -Зачем? -Вы ведь собираетесь бороться с этим «дьяволом»? -Да. Но ты думаешь, - я огляделась, - четырех эльфов и одного дракона-мага не хватит? -Я тоже пойду, - откликнулась Дара. – Я дочь мага, и может быть, чем-нибудь смогу помочь. -Думаю, что даже вместе с Дарой вас не хватит. Если он дьявол, как вы говорите, то он страшно силен. Надо позвать всех, кого сможем. -Я согласна с Алеаном, - сказала Фаэрина. – Лишние несколько луков и маг Даниэль нам не помешают. -Тогда я пошел. Не улетайте без меня! Прошло несколько минут. Ни Алеан, ни Генор не появлялись. Я начала нервно постукивать каблучком о твердую землю. -Ева! Ева! – послышался крик, и во двор вбежала бледная запыхавшаяся Шарлин. Такой я ее никогда не видела, поэтому поняла, что случилось что-то серьезное. -Что произошло? -Тиам… Ты его не видела? -А что с ним? -Он пропал. Я видела странную вещь, но я отказываюсь верить своим глазам. Может, ты сможешь объяснить… -Рассказывай, что ты видела? -Тиам вышел во двор – он хотел принести что-то… Мелочь какую-то, пустяк. Прошло минуты две, и я выглянула из окна. На нашем дворе стоял странный конь и шевелил губами, будто говорил что-то. Рядом с конем был Тиам. Он вскочил на коня, и оба они исчезли – растаяли прямо в воздухе. -Серый конь? – спросила Лиоанна. Шарлин кивнула. – Я тоже подумала, что ему понадобиться новый всадник. -Не понимаю! - откликнулась бледная Шарлин. -Кажется, в нашем полку прибыло, - нервно хихикнула Лиа. -Что вы имеете в виду? -Этот конь сожрал мозг твоего Тиама. Тиам – больше не Тиам, только пустая оболочка, - сказала Фаэра. Глаза Шарлин стали размером с чайные плошки. -Может быть, он еще жив, - сказала Дара. – Подчинение происходит постепенно. После того, как отец нашел коня, он около двух недель абсолютно нормальным. Потом исчезла мать. Мы переехали в пустыню и отец начал надолго исчезать. Я решила, он огорчен смертью матери. Но оказалось, что сам он превратил ее в стеклянный шар… -Первые «сдвиги» начинаются через две недели? Значит, еще есть шанс спасти Тиама, - обнадежила ее я. -О чем вы толкуете? – рассердилась Шарлин. – Скажите мне, где Тиамат, если знаете! -Мы не знаем, мы догадываемся. Слышала когда-нибудь о Мерфоиле…? – спросила Лиа. -Что-то помню. Древний дьявол из старинных легенд. Но какое это имеет отношение к Тиаму? -Этот древний дьявол и есть лошадь, которая похитила твоего мужа. Мы так полагаем, - сказала я, понимая, что говорю глупость. -Вы сумасшедшие? – тихо спросила Шарлин. -Ты сама видела, что Тиам и лошадь исчезли, растворившись в воздухе. Тиам обладал даром магии? – спросила я. -Нет, - растерялась Шарлин. -А лошадь-мага ты когда-нибудь видела? -Нет. -Значит, это была необычная лошадь. Ты сама сказала: «конь странный»… -Мне показалось, что он странный… -Тебе правильно показалось. -Но почему вы решили, что лошадь – дьявол? -Долгая история. Просто поверь… -Ой! – Шарлин вздрогнула, когда рядом с ней появился Генор. Он был одет в кожаные штаны и просторную рубаху. – Кто это? -Меня зовут Генор, я маг, - устало откликнулся Генор. - А вы кто? -Мерфоил похитил ее мужа, - объяснила Лиа. -По всей видимости, она пойдет с нами, - кивнул Генор. -Ты умеешь сражаться? – спросила Лиа. -Да, конечно. Меня обучали искусству сражения на мечах. А куда вы направляетесь? – деловито осведомилась Шарлин. -Мы решили уничтожить Мерфоила. Лошадь, - пояснила Лиоанна. -И где вы планируете его искать? -В Южных Пустынях. -Вы уверены, что он там? -Да. Ты останешься с нами? -Конечно. -Переносить вас? – спросил Генор. -Нет, - торопливо ответила Лиоанна. – Еще не все желающие побороться с дьяволом подтянулись. Минуты три мы ждали Алеана и мальчиков. Кларк и Эальдор пришли с луками и полными колчанами стрел. -Я буду мстить за Фаэта, - сказал угрюмо Эальдор. – Нелепая смерть. Точно поскользнулся и утонул в луже. На эту реплику никто не рассмеялся. Ромэль принес целых два меча (как обычно, впрочем). У Даниэля не было с собой оружия – наверное, он рассчитывал на магические силы. Гном помахивал топором. -Хочу повидать этого дьявола, - стесняясь, объяснил гном. - Интересно, возьмет ли его гномья сталь? -А где Виктор? -Я не смог его найти. -Он у Налы, - поведал Даниэль. – А где живет Нала – это только богам известно! -Значит, все в сборе? – спросил Генор. – Вы готовы? Все кивнули, кроме меня. Я задумалась о Бэле. Я уже не понимала, о чем они говорят. Я видела перед собой друзей. Видела дом. Видела деревья, ветви которые заламывал ветер. Я ощущала ветер на своей коже. Я была здесь, и в то же время будто и не здесь. Я видела рядом с собой Бэла, его большие карие глаза, нежные линии милого лица, складки рано появившихся морщин над бровями и крошечную родинку под губой. Я не слышала его слов, но по озорным огонькам его глаз, по трепету длинных ресниц я догадывалась, о чем он говорит. И вот – другой Бэл: с бледным лицом, иссиня желтой на висках кожей, с полосами застывших слез на щеках, с заострившимся носом, черными провалами остывших глаз и мучительной складкой губ. Я закрыла лицо рукой, чтобы остальные не видели упавших из-под ресниц слезинок. Бэл не покидал меня ни на минуту. Его образ не уходил из памяти и не расплывался, не забывался под влиянием времени. Его изящное лицо, стройная и гибкая фигура, танцующая походка, озорные жесты, очаровательная мимика, блестящие огни в глазах – все это воссоздавало Бэла в моей памяти, как живого. И от этой живости было еще мучительней вспоминать о нем. -Да, конечно. Я слышу вас. Я готова. И в этот момент я увидела яркие голубые и розовые круги, которые мешались с белыми и черными пятнами поверх желтых полос. Пришлось закрыть глаза, чтобы не было больно от дикой смеси цветов. Я поняла, что нахожусь в магическом портале, который переносит меня сквозь пространство. Меня переворачивало вверх ногами и едва не выворачивало наизнанку. Но спустя несколько мгновений я уже стояла на твердой земле. Теплый и сухой воздух был вокруг. «Пустыня», - поняла я и открыла глаза. Вперед, назад, вправо и влево, сколько можно было увидеть, тянулись пески. Ветерок приподнимал в воздух песчинки и сразу же опускал их обратно. Из-за обилия песка земля казалась завернутой в желтый бархат. -Мы уже на месте? – удивленно спросила Лиа. -Да, - ответил Генор. -Вот здорово! – откликнулся Ромэль. – Дэн, а ты так сможешь? -Нет, пожалуй. В любом случае, я не пробовал. Но мне кажется, у меня вряд ли получится. -Смотрите! – Дара указала на высокое серое строение. – Это башня, где я жила. -Конь может быть там, - предположила Фаэра. -Вряд ли, - возразила Лиоанна. – Теперь у него новый всадник. Что Тиаму делать в башне Альфера? -Я вижу всадника, - золотая драконесса обратилась ко мне. -Пантера? Ты тоже здесь? -Разумеется. Не могла же я остаться в стороне! -Это битва, а не праздник! – у меня просто не было слов. Мы собрали всех друзей! Мы отправились сражаться с демоном, будто на лесной пикник в погожий весенний день! -Ева, посмотри! Там и правда всадник! Я прищурилась. -Это Тиамат? Скажи, это Тиам? – ко мне подбежала Шарлин. -Я не вижу. Он слишком далеко. -Здесь может быть только один всадник, - сказала Дара. – Ажвары не ездят на лошадях. -Значит, нам нужно к нему. Внезапно всадник исчез. -Где он? Я его не вижу! – Шарлин щурилась изо всех сил. -Теперь и мы его не видим, - прервала ее Фаэрина. – Он сбежал. И тут конь возник прямо перед нами – огромный, абсолютно серый, с яркими черными глазами. На коне торжественно восседал Тиамат Доминик. Карие глаза Тиама – его глаза были такими же ярко-карими, как и у Бэла – потускнели и светились чем-то страшным, злобным. Ни слова не говоря, Тиам поднял руку, я и почувствовала, что не могу двинуться с места, и дышу с трудом, через силу, будто что-то мне мешает. -Что происходит? – воскликнул гном, замахнувшийся топором из хваленой стали гномов на Тиама (а скорее, на лошадь, потому что гном был невысок и до Тиама не доставал). -Он нас заколдовал, мы не можем двинуться с места, - ответил Даниэль. – Не в моих силах расколдовать нас. Генор, ты можешь что-нибудь сделать? -Нет. Я не могу пошевелиться, - ответил дракон-маг. Тиам ничего не говорил, он только медленно сжимал кулак. Я чувствовала, что еще минута, и я перестану дышать. -Сделайте же что-нибудь! – вскрикнула Дара. – Будь это мой отец, я бы попыталась его остановить. Но это ваш друг! -Тиамат, - прохрипела я. – Я тебе не нравлюсь, я знаю. Но не надо из-за этого убивать меня… А моих друзей – тем более… Ни одна жилка не дрогнула на лице Тиама. -Тиам, остановись! – услышала я голос Шарлин. – Прекрати это. Ты ведь вовсе не злой. Подумай, что ты делаешь? Ты пытаешься убить других существ, а это жестоко. Но ты ведь не жесток, Тиам! Остановись! Глаза Тиама, как мне показалось, просветлели немного. -Он заставляет тебя. Но ты сопротивляйся. Ты пытаешься убить меня. Ты помнишь меня? Это я, Шарлин! Я люблю тебя! Тиам разжал кулак. Я свалилась на песок, и начала жадно вдыхать горячий, пропитанный пылью, сухой воздух. (Оказывается, я крепко все же держусь за жизнь!) -Леа! – Тиам сполз с коня и обнял подбежавшую к нему Шарлин. Они напомнили мне меня саму вместе с Бэлом, и я едва удержалась от того, чтобы вновь не зарыдать. Эта вспышка была бы абсолютно лишней здесь, потому что царил и так порядочный хаос. Гном все же опустил топор на голову лошади, но топор отлетел от шкуры коня (прихватив с собой гнома). Стрелы, которые пустили Коралкин и Эальдор, также не принесли коню ни малейшего вреда. Он с успехом брыкнул Ромэля, избежал когтей Пантеры и попытался нырнуть в непонятно откуда взявшийся серо-розовый клубок дыма. -Не уйдешь! – Генор совершил блистательный прыжок метра на четыре. В прыжке он стремительно увеличился, разорвав одежду, и превратился в дракона. Поймав коня за хвост, он отбросил несчастную лошадь от облака (которое сразу же пропало). Однако Генор не мог добраться до коня и растерзать его – невидимая преграда останавливала его. Гном, успевший встать, подхватил топор и попытался зарубить лошадь снова, и снова отлетел прочь в обнимку с топором. -Что это? -Это шлейф защиты! – воскликнул Даниэль. - Ни одно живое существо или материальное тело не может преодолеть его. Только проекция. -Он сейчас уйдет! – прорычал Генор, пытаясь добраться до коня. -Этот великий дракон-маг совсем не знает теории магии, - с некоторым превосходством заявил Даниэль. – Шлейф защиты не дает никому прикоснуться к лошади, но и лошади не позволит уйти. -Значит, пока шлейф не снят, конь никуда не денется? У нас есть время подумать, как его убить? -Не надейся, Лиоанна. Конь снимет шлейф и исчезнет, как только Генор прекратит сдерживать его. -Даниэль, тогда помоги ему! -Я не могу! Я сказал, что через шлейф может проникнуть лишь проекция. -Но ты можешь создавать проекции! – воскликнула я. – На острове драконов ты создал огонь! -Огонь – проекция! – вспомнил Ромэль. – Дэн, подожги эту тварь! Огненный шар вырвался из рук Даниэля и поджег пушистую шкуру коня. Запахло паленым. В следующую секунду столп пламени, взвившийся до небес, отбросил Генора далеко прочь и опалил брови всем близко стоявшим эльфам. Пламя погасло так же внезапно, как и зажглось. На его месте был черный, расплавленный песок. -Он умер? – неуверенно спросил гном. -Не знаю. А как теперь проверишь? -Все закончилось? -Нет, - воскликнул Тиамат. – Ажвары… -Они здесь? -В том то и дело, что нет! Они на острове Синематра. -Что они там делают? -Захватывают остров, надо понимать. -Тиам, объясни, в чем дело, - попросила Шарлин. -Я приказал… То есть, он – Тиам покосился на черное пятно песка, - он приказал им напасть на остров. Он сказал, что с этого начнется мировое господство Ажваров. -Нам надо попасть туда! Мы должны помочь жителям острова! – воскликнула я. -Помогать демонам и вампирам? Ну уж нет! – наотрез отказался Даниэль. -Он прав, - согласился Ромэль. - Мы ведь враги нечисти. Пусть эти твари – вампиры, демоны, ажвары – друг с другом борются. Авось, убьют друг друга, и нам руки марать не придется. -Ажвары победят, - сказал Тиам. – Их очень много, несметные полчища! Их больше чем во всем мире эльфов и хейвов вместе взятых! -Захватив Синематру, они нападут на Фаэрию! – воскликнула я. - А потом и на Лэйранию! -Всем жителям Файрании надо объединиться, чтобы победить ажваров, - подтвердил Тиам. -Тогда что мы можем сделать против этих полчищ? Нас всего девять эльфов, три хейва, два дракона и один гном! -Нужно вернуться на Фаэрию. Там мы разошлем своих послов в Дикий Карлам, - Коралкин загнул палец, - в земли Рестфилд, в королевство Вудлихт… -В Нордвуд, в королевство Рабов, в Джинленд, на земли Ри-Тэйр, - продолжила я. -Еще в Та…ре…ла… Короче, на остров троллей, - добавила Дара. -И к нам на родину, в Белиндейн, - кивнула Лиа. – Попросим деда о подкреплении. -Так и надо поступить, - кивнул Тиам. -Но мне кажется, что если сейчас не поддержать Синематру, она падет! – вмешалась Шарлин. -Я тоже так думаю. Необходимо хотя бы сообщить им о скорой подмоге. И попробовать организовать оборону. -Тогда пусть Ева и Шарлин отправляются на Синематру, - сказала Пантера. - А мы вернемся на Фаэрию и организуем военный совет. -Генор, у тебя хватит сил перенести девочек на остров, а нас - обратно? Дракон снял клочок кожаных брюк с шипов на хвосте и задумчиво помял его в руках. -Думаю, хватит. И снова знакомое ощущение «вырви глаз», снова скручивает тело и вывинчивает шею. И через секунду мы – в кромешной тьме. -Шарлин, ты здесь? -Ева, это ты? – чья-то теплая рука коснулась меня. -Да. Где мы? -Не знаю. Смотри, там что-то светиться. Какие-то огоньки. -Это не огоньки, это мои глаза, - раздался мужской голос. Чиркнуло огниво, и сразу зажглись пять свечей в разных концах пещеры. -Вот это скорость! – восхитилась Шарлин. При тусклом свете мы разглядели мертвенно бледного кудрявого юношу с темными глазами. -Привет, - сказала я, обращаясь к юноше. – Как твое имя? -Меня зовут Александр. -Ты необычно выглядишь. -Я вампир. -Ничего себе! Ты пьешь кровь? -Да. А вас-то как зовут? -Я Ева, а это моя подруга Шарлин. -Здравствуйте, прекрасные девы, - вампир поцеловал нам руки. -Ничего себе, - удивилась я. -Все по-готически красиво, - улыбнулся вампир. -А ты не собираешься нас убивать? -Нет. Вампиры кусают красивых девушек только с их согласия. -Тогда, может, расскажешь что-нибудь о жизни нечисти? -Ева, перестань кокетничать с вампиром! – прервала меня Шарлин. – Мы здесь по делу! -По какому делу? – поинтересовался Александр. -Ева, это ты, радость моя? Неужели ты приехала навестить меня? – у входа в пещеру возник невысокий вампир с серыми волосами. -Эстед? Что ты здесь делаешь? -Аналогичный вопрос к тебе, принцесса. -Вы знакомы? – спросили почти одновременно Шарлин и Александр. -Да, - Эстед осклабился. – Это принцесса эльфов, Евлалия. Она уже пыталась кокетничать с тобой, друг мой? Не доверяй ей! Она обещала мне вечность, но так и не позволила себя укусить. -А ты никогда не целовал мне руки, - парировала я. -Зачем вы здесь? – спросил Эстед. -Нам нужно поговорить с вашим королем. Или вождем. Кто у вас здесь главный? – спросила Шарлин. -Наверное, главные мы, - сказал Эстед. -А как же Лильян? – спросил Александр. -Его наверняка уже убили. -На вас напали? – без удивления спросила я. -Да. Какие-то ужасные толстоногие твари. -Так почему же вы сидите здесь? – полюбопытствовала Шарлин. -Солнце, дорогуша! – Эстед сделал странный жест рукой. – Его лучи приносят нам, вампирам, некоторые неприятности. -Эстед, покажи мне выход отсюда! – приказала я. -Ты все-таки решила умереть, лапочка? -Я пыталась уже трижды, - заметила я. – А с чего ты решил, что я умру, если выйду? Мне солнце не причинит вреда! -Если ты выйдешь, тебя либо уничтожат наши воины, либо убьют толстомордые. Этих толстомордых – огромные полчища. -Мы знаем. Именно поэтому мы здесь, - вмешалась Шарлин. – Эти толстомордые хотят захватить ваш остров… -Это мы уже поняли, - саркастически заметил Александр. -А потом и весь мир! – добавила Шарлин. -Нам то что до мира? – фыркнул Эстед. -Вы думаете, у них получиться? – спросил Александр. -Мы не знаем. В данный момент наши друзья собирают на Фаэрии огромную армию, чтобы помочь вам. Но вы должны продержаться хотя бы до заката! -Вы примчались сюда, чтобы сказать это? Вы думаете, без ваших слов мы не защищали бы свою родину? – возмутился Александр. -Вы, как я вижу, остров не защищаете! – парировала Шарлин. - Впрочем, мы приехали еще и для того, чтобы помочь с обороной. -Вдвоем? Нам нужны не две сопливые девчонки, а тысячи отборных воинов, чтобы победить Ажваров! -Но пока тысяч воинов нет. Обойдетесь и нами, - возразила Шарлин. -Вы совсем никак не сможете выйти отсюда? – спросила я. - Помощь коренных жителей нам бы не повредила! -Кто это? – вскрикнула Шарлин и чуть не запрыгнула мне на руки. Я обернулась и увидела странное существо. Оно состояло из костей. Кости лица, туловища и рук окутывал дым. У существа не было ног – их заменял все тот же дым. -А вы кто, и что вы делаете в моей пещере? -Это Лильян, - объяснил мне Александр. – Он и есть тот главный, которого вы искали. -Меня зовут Евлалия, я принцесса Белиндейна. А это Шарлин, моя хорошая подруга. -Если вы приехали к нам в гости, то мне сейчас не до вас, - довольно грубо заявил Лильян. -На остров напали, мы это знаем. Мы поэтому приехали. -Посочувствовать… - добавил Эстед. Я и Шарлин рассказали Лильяну про Дару, про ее отца, про дьявола Мерфоила и про ажваров. -Мы хотим не дать ажварам выйти за границы острова. Скоро мы пришлем подмогу. -Это бесполезно, - вскрикнул Лильян. - Они уже послали свои отряды в Дикий Карлам и Рестфилд. Мир обречен! -Нет, мы попытаемся удержать их на острове Синематра. Я и Шарлин укрепим оборону, и скоро прибудут войска со всех концов Фаэрии. -А нашего согласия вы спросили? Может, нам выгодно, если они уйдут на Фаэрию? Тогда они оставят наш остров! -Нет, - возразила Шарлин. – Они оставят остров только когда убьют всех, или когда подчинят вас своей воле. -К тому же ажвары наверняка захватили не весь остров. Мы не пустим их дальше. Это принесет пользу и вам, и нам, и всей Фаэрии. Лильян кивнул. -Как далеко они забрались? – деловито спросила Шарлин. -Вся южная часть острова захвачена. -Мы возьмем на себя защиту севера. -Вы? Почему? – оскалился Эстед. -Потому что мы знаем технику обороны. Вы ведь не укрепляли остров? Лильян помотал головой. -На границе захваченной земли придется ставить стены с башнями. -Подожди, Ева. Что умеют ажвары? – осведомилась Шарлин. – Колдовать, или что-нибудь вроде того…? -Их не берут чары демонов. Они летают, но невысоко. Еще могут подчинять себе мысли других. -Вот проклятье! -Но ненадолго и немногих, - продолжил Лильян. - Впрочем, хейвы или эльфы могут быть больше подвержены этой заразе. -Значит, как я и сказала, необходимо будет поставить стены с башнями. Ведь стрелы берут Ажваров? -Да, но с трудом. -Все равно, баллисты замедлят их движение, - сказала Шарлин. – А еще… -Что это? – Лильян указывал на розовато-бежевое облако, парящее в воздухе. -Точно такое же образовывал Мерфоил! Неужели он еще жив? Облако рассеялось посередине, и мы увидели зеркало. А в зеркале – Генора, в образе человека, с обнаженным торсом. -Девочки, как вы там? -Собираемся строить здесь ограждения, чтобы защитить север острова от ажваров. Кстати, ажвары уже у кентавров и на землях Рестфилд! -О, нет! В Карлам я отправил Коралкина и Даниэля. А к драконам полетела Пантера. -А где остальные? -Эальдор и Ромэль скачут в Нордвуд. Там они заедут в королевство рабов. Виктор с девушкой… -С Налой… -Да, ее зовут Нала. Они едут в Джинленд. Твои сестры, Лиоанна и Фаэрина, отправились в Белиндейн. Тиамат с ними. Дару я перенес в Тариламбевен. -Никто не поехал на земли Ри-Тэйр и в Вудлихт. -Поэтому я и обращаюсь к вам! Могу я перенести вас в Амаден, чтобы одна из вас направилась в Вудлихт, а другая – в Ри-Тэйр? -Лильян, ты справишься сам? -Да, - откликнулся тот. - Демоны в два счета возведут стену. Мы сумеем задержать атаку. К тому же на закате к нам присоединятся вампиры. -Тогда мы сейчас со спокойной совестью тебя покинем? -Хорошо. И еще раз ощущение «вырви глаз». Снова скручивает тело, будто полотенце, и ломает суставы. -Мы уже прибыли? – спросила я. -Да, - сказал расплывающийся атлет голосом Генора. -Ненавижу магию! – Шарлин, у которой я почему-то видела три головы и шесть рук, прислонилась к дереву. -Вот и чудесно, - обиделся Генор. – Значит, вы поедете в Вудлихт на лошадях! -Ты не мог сразу перенести нас туда? -Нет, не мог. И сейчас не смогу. -Почему? -Я свои силы не из бездонной бочки черпаю! Я потратил их на борьбу с Мерфоилом, - маг начал загибать пальцы, - на многочисленные переносы… Я махнула рукой, показывая этим, что мы поняли. -Так что седлайте лошадей и езжайте! – закончил Генор. -Тогда мы с Шарлин сначала поедем в Вудлихт, а потом к вэйтам, в земли Ри-Тэйр. -Встретимся на острове Синематра, - согласился Генор. - Если духи его не упустят. -А куда отправишься ты? -На остров Злобных драконов. -Подожди. А нам куда ехать? Мы не знаем, где именно Селена и Дейвлин! -Поезжайте в Даркнейр. Король и королева сейчас там. Генор стремительно обратился в дракона и взлетел. Клочки его штанов разлетелись по двору. -Интересно, сколько одежды он испортил, превращаясь в дракона из образа хейва? -Не знаю. Но он же не будет снимать перед нами штаны! -Какая разница, снимать их или рвать? Ведь в результате он все равно без них! -Когда они разлетаются на клочки, это хотя бы выглядит эффектно! Я попыталась встать. -У меня голова кружится… -У меня тоже. Где мы? -Во дворе возле моего дома. -Конюшни здесь? – Шарлин всеми тремя правыми руками махнула вперед. -Да. Мы медленно направились к конюшням. По пути мне стало значительно лучше. Во всяком случае, в глазах перестало троиться. Когда у меня и у Шарлин окончательно перестали кружиться головы, мы принялись собираться в путь. Захватили с собой заплечные мешки, приготовленные для нас Генором – там лежало немного еды. Я оседлала Стрелку, а Шарлин – какого-то белого коня. -Я теперь боюсь серых, - призналась она. И мы пустились в путь. Раздался стук в дверь. Селена лениво потянулась. -Войдите, - произнесла она. Вошел слуга. -С добрым вас утром, королева Селена, - сказал он. -И тебя с добрым утром, - Селена откинула занавеску с окна. – Как рано! Еще даже солнце не взошло! Что-нибудь случилось? -Да, - признался слуга. -Селена нахмурилась. -К вам прибыли кентавры. -Кентавры? – брови Селены поднялись. – Зачем? -Не знаю. Сейчас с ними разговаривает король Дейвлин. -Где они? -В тронном зале. Когда слуга ушел, Селена вскочила, оделась и поспешила в тронный зал. Она вбежала, хлопнув дверью, и застыла. -Привет, Селена, - сказал Дейв, сидевший на троне. – Заходи, пожалуйста. Селена зашла, косясь на странных существ возле трона. Они напоминали лошадей. Во всяком случае, тело у них была лошадиное. Но вместо лошадиной головы красовался человеческий торс. -Королева Селена? – один из кентавров учтиво поклонился. -Да, - кивнула Селена. Она села рядом с Дейвом и продолжала пялиться на кентавров. -Мы прибыли из Дикого Карлама, чтобы просить хейвов о помощи. На нас напали странные существа. -Какие именно? Почему они странные? -Мы не знаем, кто они. Лица у них, как и хейвов или эльфов. Тела огромные, неповоротливые. Кожа серая. Они могут подчинять себе мысли других. -Какой кошмар! – искренне воскликнула Селена. -Впрочем, если надеть железный шлем, они не могут забраться в мысли, - добавил кентавр. - Но этих существ очень много. И с ними трудно бороться. Толстая шкура как прочная кольчуга защищает от стрел и копий. -Селена, они просят отряд, чтобы помочь разгромить чужаков, - пояснил Дейвлин. -Конечно, мы поможем. Мы даже сами поедем. -Селена, зачем? -Мне кажется, я видела таких существ в своих снах. Я должна быть там и сражаться с ними. -Тогда мы сейчас соберем отряд, и поедем Дикий Карлам. Дейв кликнул стража. -Передай всем! Не беспокоить меня и Селену! Глава 60. Прошло два дня. Мы все еще ехали. - Интересно, долго нам еще так ехать? – думала вслух Шарлин. -Не очень. Я знаю, что на лошадях ехать быстрее, чем в карете… -А сколько времени вы ехали в прошлый раз с Бэлом? Я не ответила. -Ева, почему ты молчишь? -Прости, - ответила я. -Ты плачешь? Я громко всхлипнула, запрокинула голову назад, закусила губы и крепко зажмурила глаза. -Я люблю его! До сих пор люблю. Нет, нет! Я его ненавижу! Ненавижу его за то, что он со мной сделал! Я ведь теперь не смогу жить нормально! -Мы ненавидим по-настоящему только тех, кого любим, - изрекла Шарлин. – Но чем виноват Бэл? -Ты права. Это я сама. Мучительно думать о нем сейчас, но это сладкие муки. Я говорю бред, я знаю! – я сдавила виски ладонями и разразилась серией жутких всхлипов. -Ева, ты меня пугаешь. -Я сама себя пугаю! – я утерла слезы. – Сейчас ведь не время грустить. -Ты сама доводишь себя до такого состояния. Прекрати думать о нем! – посоветовала Шарлин. – Теперь ты уже не будешь вместе с ним. Зачем же постоянно думать об этом и мучить себя? -Я не знаю. Я и не хотела бы. Я каждый вечер убираю его портрет в самый дальний карман, но каждое утро, просыпаясь, ищу его портрет, смотрю на него и плачу. -Надо это прекратить, иначе у тебя совсем поедет крыша. -Она съедет больше, чем уже съехала сейчас? -Смотри! – прервала меня Шарлин. – Там что-то виднеется! -Это стена Даркнейра. Мы пустили лошадей галопом. -А я смотрю сквозь толщу воды, и вижу – там, наверху, это ты! Твой свет теперь освещает дно, только мне уже все равно. Я опускаюсь вниз потому, что этим я тебе жизнь сохраню… Ведь выжить ты должна, а не я! Не провожай грустным взглядом меня…. -Ева, ты поешь? -Неужели ты слышишь? Я старалась петь тихо. -Это песня Бэла. -Да. Ну и что? -Я удивляюсь тебе. За эти два дня, что мы ехали, ты часто была погружена во что-нибудь: в работу, в чтение, в планы о том, как сокрушить ажваров, или в мысли о разговоре с королями, и не вспоминала о Бэле. А иногда ты просто садилась в сторону и начинала плакать. У тебя что, воспоминания идут приступами? -Неужели ты думаешь, что когда я не говорю о нем, я о нем не думаю? Просто я пытаюсь сдерживать чувства и погружаюсь в работу. -Так и надо делать. Особенно сейчас. Смотри, мы приближаемся к городу! Я и Шарлин въехали за крепостные стены. -Ты знаешь, где здесь дворец? -Да. Я была там несколько раз. По узким улицам в стиле древних городов мы прошли к дворцу. -Нам сюда? – спросила Шарлин, с сомнением поглядев на высокое коричневое здание, все в серых подтеках, с цветными витражами на окнах. -Да. Лошадей оставим здесь. Мы привязали лошадей за уздечки к каменному столбу возле лестницы и поднялись наверх. -Как я выгляжу? – спросила я у Шарлин, когда мы поднимались по лестнице. -Подол платья грязный, волосы запутанные, ногти поломанные. Нормально. Сойдет для аудиенции с королями. Я вдохнула воздух, распахнула дверь и вошла во дворец. Мимоходом заметила, что его никто не охранял. -Надеюсь, они нас поймут, - сказала Шарлин. -Я тоже на это надеюсь! – откликнулась я, а про себя подумала: «Бэл был единственным, кто меня по-настоящему понимал!» -Интересно, где король и королева? Здесь так много комнат… -Не знаю. Тут к тому же еще и темно… -Стоять! – раздался крик. Я и Шарлин замерли, как вкопанные. -Кто здесь? – из тьмы вышел страж. -Я принцесса Белиндейна, Евлалия. Мне необходимо повидать короля или королеву. -Они сейчас крайне заняты. -Это срочно! -Король Дейвлин велел не беспокоить! -Мне можно. Я хорошая подруга короля и королевы. Страж с сомнением посмотрел на меня, потом на Шарлин. -Вы не похоже на принцессу. А это кто? -Это моя подруга. Пожалуйста, проводите меня к королям. -Они действительно очень сильно заняты! -А что они делают? – спросила Шарлин. -Собираются в Дикий Карлам. Кентавры попросили их о помощи. -Послушайте, - подхватила я, - мы знаем, что на Фаэрию напали с юга. Напали не только на Карлам, но и на Рестфилд. Мы знаем, кто это сделал. Нам жизненно необходимо поговорить с Селеной и Дейвом! -Хорошо, - смягчился страж. – Вы сможете поговорить с ними, если они еще не уехали… Я проведу вас. -Где они? -В покоях короля Дейвлина. -Я знаю, где это. Побежали туда скорей, Шарлин! Оттолкнув охранника, бегом мы поднялись наверх, свернули несколько раз, поднялись еще раз. -Сколько раз ты здесь была? – спросила Шарлин на бегу. -Всего один. -Как ты с одного раза запомнила, куда надо идти? -Память эльфа – как бездонный ящик. Я помню абсолютно все, что видела или делала когда-либо в своей жизни. -Ничего себе! -Вот покои Дейва! – мы ворвались в комнату. Она была пуста. Я подбежала к окну, распахнула его и увидела всадников – мужчину, женщину и небольшой отряд позади них. -Селена! Дейв! – заорала я изо всех сил. – Селена! Дейв! Мужчина обернулся. Он обратил на меня внимание женщины. -Это я, Ева! Дейв кричал что-то мне в ответ, но я не слышала. -Дейв! Поднимайся сюда немедленно! Мужчина и женщина поскакали к замку. -Они тебя слышали? – спросила Шарлин. -Не знаю. Но они точно меня видели! Сейчас они будут здесь. И действительно, через некоторое время послышался стук шагов. Дверь распахнулась, и на пороге появился Дейвлин с оголенным мечом. -Кто здесь? Ева? -Да, это я. Вслед за Дейвом вбежала Селена, стягивая на ходу большой железный шлем. -Ева? Что ты здесь делаешь? -Я и моя подруга Шарлин приехали сюда, чтобы просить вас о помощи в борьбе против ажваров. Только кентавры это, похоже, уже сделали. -Ажвары? -Это обитатели южных пустынь. Они хотят подчинить себе Фаэрию. -Замечательно. Мы им помешаем. -Если вы планируете не пикник, а битву, то возьмите с собой войско помощнее, чем тот отряд, что стоит под окнами, - вмешалась Шарлин. -Да, - согласилась я. – Ажвары, кстати говоря, могут читать мысли и подчинять хейвов своей воле. -От этого защищает железный шлем, - ответил Дейв. – К тому же, я не думаю, что этих ажваров так уж много. -Ты ошибаешься, Дейв. Их несметная толпа! Наша небольшая компания – я и мои друзья – разослали весть с просьбой о подмоге повсюду. -Ты не расскажешь им о…лошади? – спросила Шарлин. -Думаю, не стоит. -О какой лошади? -Это неважно. Пустяк. Сейчас главное – битва. Пожалуйста, возьмите с собой побольше воинов. -А вы? Вы разве не поедете с нами? – спросила Селена. -Нет, - ответила Шарлин. – Мы отправимся на землю Ри-Тэйр. -Будем уговаривать вэйт присоединиться к борьбе за Фаэрию, - добавила я. Селена смерила мои острые уши оценивающим взглядом, но ничего не сказала. «Ей кажется, эльфы и вэйты никогда не смогут найти общий язык! Что ж, мы еще посмотрим!» Из дворца мы вышли вместе. Селена и Дейвлин сели на гнедых коней в железных шлемах, я и Шарлин вскочили на белых эльфийских. -Желаю удачи! Встретимся на южном фронте! -Отлично! – ответил Дейв. – Кстати, Ева, передай привет Бэлу. Как он поживает? Я отвернулась. -Бэл погиб, - за меня ответила Шарлин. -Как? – воскликнул Дейв. – Я ничего не знал. -Это произошло совсем недавно, - сказала я. – Он погиб от руки предводителя ажваров, защищая меня. -Гадалка предсказывала, что ты его убьешь. И ты его убила, - тихо и жестко сказал Дейвлин. – Он мертв из-за тебя! Я развернула лошадь и поехала прочь. Меня нагнала Шарлин. -Ева, ты ни в чем не виновата! -Виновата. Я не говорила ему, что люблю его. Не успела рассказать ему все, что хотела рассказать. Он не услышал этого – а все из-за меня! -Когда он заслонил тебя от стрелы, он знал, что умрет. Он сам выбрал смерть. Ты здесь ни при чем! -Не в этом дело. Просто Дейв опять напомнил мне о Бэле. Как только я пытаюсь отвлечься, забыться, кто-нибудь напоминает. Шарлин не ответила. -А ведь он по-настоящему перевернул мою жизнь. Раньше я чуть не падала в обморок от вида любого мало-мальски красивого парня. Я металась между ними, не зная, кого выбрать. Но меня больше не привлекают светлые кудряшки и голубые глазки. -Да. Теперь тебе нравятся темные волосы и горящие глаза. -Ты снова не понимаешь. Мне и раньше нравились черные волосы, светлая кожа, карие глаза, но теперь мне мало внешней красоты. Мне хочется, чтобы парень был таким же, как я. Ведь Бэл понимал меня по-настоящему. Понимал с полуслова. Мне даже можно было ни слова не говорить, а он все равно понимал. Мы даже думали одинаково. Я вздохнула. -Может быть, дело в том, что мы – брат и сестра. А может быть, это на самом деле была моя судьба. Впрочем, прошлого все равно не вернуть. Надо думать о будущем. Ты знаешь самую короткую дорогу к земле Ри-Тэйр? Вэйты на болотистой поляне громко вопили, отпевая королеву. Мертвая королева вэйт лежала на настиле из веток посередине поляны. Она затеяла атаку на Белиндейн, и погибла. Они напали на какой-то город, облепили все стены, но тут появились эльфы с плодами Грэчел. Вэйты попрыгали со стен и бросились бежать, а королева стояла и кричала: «Куда вы бежите, глупые создания? Владения эльфов – наша земля! За нее нужно бороться!» И в этот момент королеву поразил плод Грэчел. Скончалась она мгновенно. На поляну вышла Олина. -Что здесь происходит? -Королева мертва. -Ее убили? Как это произошло? -Плод попал прямо в нее. Олина вышла на середину поляны. -Нужно немедленно сжечь умершую! – заявила она, прерывая вопли вэйт. Те завыли еще громче. -Мы не можем! Она была королевой очень долго, нам трудно с ней расстаться! -Она сейчас будет расточать заразу. Если ее не сжечь, мы все умрем! – сказала старая мудрая Олина. Вэйтам, хотя и нехотя, пришлось подчиниться. Они понимали логику слов Олины. Они медленно, роняя серебристые капли слез, собрали сухих веток, обложили настил, на котором лежала королева. С плачем они ударяли кремень о кремень, высекая бесполезные искры, летевшие в мокрое болото. Наконец шальная искра попала в сухостой. Ветви вспыхнули и разгорелись. Вэйты монотонно глухо выли, глядя на огонь, который пожирал их правительницу. -Это боги покарали ее, - изрекла Олина. Все с удивлением взглянули на Олину. -Долгие годы вэйты были самым мирным народом на всей Фаэрии, - продолжила старая вэйта. -Да. Но так продолжалось до того, как на Фаэрию приплыли эльфы. Они согнали нас с наших исконных земель. -Я была там двадцать лет назад. Я знаю, что произошло. Эльфы не хотели войны. Они могли жить в соседстве с вэйтами. Вэйты сами ушли. -Может быть. Но в чем виновата королева? -Сначала она подогревала эту вражду. Потом начала организовывать мелкие стычки вэйт и эльфов. Сейчас она захотела большой войны между эльфами и вэйтами. -Она хотела согнать эльфов с наших земель. По-моему, игра стоила свеч, - возразила одна из вэйт. -Не стоила. Мы больше не станем нападать на эльфов. Королева попробовала и умерла. Боги были против этой войны. Особенно сейчас. Понимаете, о чем я? Одна из вэйт повела носом: -В мире что-то происходит. Что-то очень плохое. Олина улыбнулась. -Я чую подальше твоего. Ждите гостей. -Каких гостей? -Откуда? -Что ты имеешь в виду, Олина? Ничего не объяснив, Олина скрылась в пещере, которая раньше принадлежала королеве. Глава 61. -Добро пожаловать на болота! – шутливо возвестила Шарлин. – Приветствуем вас в царстве грязи и вони! -Пахнет здесь, конечно, не слишком приятно, но все же не следует так говорить о болотах. -Почему? Тебе нравиться эта грязь? – Шарлин закинула ноги чуть ли не на шею своего коня. -Точно так же, как и тебе. -Тогда в чем же дело? -За этими деревьями могут стоять толпы вэйт. Вдруг они услышат твои слова и обидятся? -Тогда они выйдут, чтобы поговорить с нами. -Боюсь, ты ошибаешься. Вэйты не тратят времени на разговоры. Они сразу нападают. -Тогда как их выманить? Выманить так, чтобы они при этом не напали? -Не знаю, - внезапно я увидела над нами большую сеть. – Смотри! -Что это? -Ловушка, наверное. Может, если сделать вид, что мы попались, вэйты выйдут? -Выйдут и прикончат нас. -Я же не сказала, что мы запрыгнем в сеть! -А как же тогда? -Видишь, по земле тянется веревка? Если наступить на эту веревку, то сеть упадет. -Мне понятны твои мысли! Шарлин подняла (вернее, вынула из грязи) большой камень и метко бросила в веревку. Веревка натянулась, сеть опустилась. -Ты попала, - заметила я. -Я вижу. И где же вэйты? -Не знаю. Наверное, они не кидаются к каждой ловушке ежесекундно. -Может быть. Поехали дальше. Но не успели мы проделать и трех шагов по тинистой местности, как на нас сверху упала сеть. -Нехило, - произнесла Шарлин, пытаясь освободить руку. -Ставить две сети подряд – это умно. -Гляди-ка! Из-за деревьев стали медленно выползать огромные сине-бирюзовые ящерицы. -О, Альбейн! Это вэйты! -Твоя идея сработала, - не слишком радостно заметила Шарлин. Вэйты исподлобья смотрели на нас и медленно надвигались. -Подождите! – звонко сказала я на языке орков. Вэйты остановились. – Что вы собираетесь с нами сделать? -Убить. Эльфы – как сорная трава на поле, от них надо избавляться, - сказала одна из вэйт. -Я не эльф, - тихо сказала Шарлин. -Нет, - возразила другая вэйта словам первой. – Мы не будем их сейчас убивать. Мы поступим так, как скажет королева. -Мы отведем их к королеве! – поддержали вэйты. -Наши дела не так уж и плохи, - ободрила меня Шарлин, когда нас повели под сетью к королеве. Меня предварительно обыскали (нужно сообщить, что весьма неприятное ощущение, когда тебя обыскивают длинными холодными скользкими пальцами!), а на Шарлин не обратили внимания, увидев, что она действительно не эльф. -Не так уж и плохи? Лучше бы нас прирезали на месте! -А в чем дело? -Я слышала о королеве ящериц. Она ненавидит эльфов. -Но ведь мы пришли с миром. -Почему-то мне кажется, что она нас не станет слушать. -Она не послушает тебя, - уточнила Шарлин. – Но я ведь не эльф! На меня она может и обратить внимание. -Сомневаюсь. Ведь ты пришла со мной. Друзья эльфов заслуживают не меньшего презрения, чем сами эльфы. Вэйты остановились на какой-то поляне. Они встали прямо перед дурно пахнущей землянкой и склонили головы. -О, королева! – воскликнула одна из вэйт. – К нам прибыли чужеземцы! Реши их судьбу! Прошло минут пять, на протяжении которых мы с Шарлин молча переглядывались. Наконец из землянки выползла старая серо-синяя вэйта. -Мне кажется, что я ее где-то видела, - тихо сказала я для Шарлин, осматривая вэйту. Вэйта же внимательно изучала меня. -Вот мы снова встретились, девочка с кинжалом, - сказала старая вэйта, глядя на меня. Тогда я вспомнила. -Вас зовут Олина. Вы подарили мне свой коготь. -Да. У тебя его нет с собой. Зря, - покачала головой облезлая вэйта. -Ты и ее знаешь? – спросила Шарлин, переводя взгляд с меня на вэйту и обратно. -Не совсем. Я принцесса Белиндейна Евлалия, - представилась я. -Я догадывалась, - откликнулась вэйта. – Ты забываешь, девочка, что я - телепат. -Вы, похоже, королева вэйт? – вмешалась Шарлин. -Вроде того, - отмахнулась Олина. -Но когда-то давно вы сказали мне, что вас изгнали из племени за то, что вы не ненавидите эльфов. А оказывается, что вы королева, которая по слухам эльфов ненавидит больше всех остальных вэйт вместе взятых! -То была предыдущая королева, - терпеливо объяснила вэйта. – Она изгнала меня. Но я вернулась – и стала новой королевой. -Удачно вы вернулись… -Королева Олина, что мы станем делать с чужеземками? – осведомилась одна из синих ящериц. -Пока ничего. По всей видимости, они прибыли по какому-то очень важному делу. -Как вы догадались? – удивилась Шарлин. -А что иначе заставит эльфа без оружия добровольно прийти на болота к вэйтам, зная, что его наверняка убьют? Тем более, если этот эльф – будущая королева? – вэйта помолчала и добавила: - Вас убили бы, если бы меня не было. -Знаю, - откликнулась я. – Меня убили бы наверняка. А Шарлин – нет. Она бы вам все и рассказала. -Так из-за чего же вы двинулись сюда, рискуя жизнями? -Дело в том, - начала я, слезая с лошади, - что Фаэрия в опасности. Вы знаете, кто такие ажвары? Олина не ответила. Остальные вэйты отрицательно покачали головами. -Это существа, которые живут в Южных Пустынях, - объяснила Шарлин. – Они замыслили захватить всю Фаэрию. -Зачем им это надо? – удивилась Олина. -Мы понятия не имеем. Но очевидно, что Фаэрию надо спасти. -Зачем нам обороняться? Может, эти странные существа вовсе не желают нам зла? -Поверьте, что желают. Они умеют порабощать мысли других существ. И они хотят превратить всех жителей Фаэрии в своих рабов! -В таком случае, действительно, надо обороняться, - согласилась Олина. – Но что вы хотите от меня? Совета? Тогда вы его уже получили. -Понимаете, этих существ очень много. Тысячи, сотни тысяч. Нам с ними не справиться, если все жители Фаэрии не объединятся. -Вы хотите, чтобы вэйты тоже пошли воевать? -Да! Вэйты – прекрасный союзник в борьбе с ажварами! Ведь ажвары не знают, как убить вэйт! -А если ажвары захватят разум вэйт? – возразила Олина. - Что тогда? Вы подумали о том, что будет, если бессмертные вэйты встанут против вас? -Мы нашли способ защититься от ажваров! Если надеть на голову железный шлем, то ажвар не сможет пробраться в разум существа! Олина медленно кивнула. -Но почему я должна вам верить? Вдруг все, что вы рассказали – ложь? И ваша цель – выманить вэйт из болот, а потом перебить их всех? Я не ожидала такой реакции на наш рассказ. Я не знала, что ответить, и промолчала. Нас бы наверняка выгнали из болот вэйт, если бы не Шарлин. -Вы же вроде телепаты, не так ли? Тогда можете проверить наши мысли: мы совсем не желаем вам смерти, мы желаем победы над ажварами! -Ты умна, девочка, - обратилась Олина к Шарлин. – Именно это я уже сделала. Ваши помыслы чисты, я в этом уверена. -К тому же, если все народы восстанут против ажваров… -Они найдут общий язык, - продолжила Олина. – Орки, эльфы и хейвы поймут, что они друг другу – не враги. И поэтому тоже я пойду с вами – бороться против ажваров. -Слава Альбейн, - с облегчением вздохнула я. Когти Пантеры мелькали то тут, то там. Ажвары падали один за другим. Пантера спасла уже около десятка драконов и не менее полусотни джиннов. «Мне повезло, что я стала королевской драконессой. Благодаря урокам борьбы, которым меня обучали, чтобы я смогла защитить царевну, я теперь почти непобедима!» Вытащив очередного джинна из когтей ажваров, Пантера внезапно услышала вой. Вой принадлежал дракону, мужчине, старше Пантеры как минимум раза в два. Пантера обернулась и увидела красивого черного дракона, которому ажвары отсекли крыло. Дракон пытался взмыть вверх, но не мог. Пантера кинулась туда, раскидала ажваров, схватила тяжелого дракона и подняла в воздух. Дракон изо всей силы махал оставшимся крылом, стараясь помочь драконессе. Из раны хлестала кровь. А Пантера смотрела на него и думала, что кого-то этот дракон ей напоминает. Дракон поднял глаза, взглянул на Пантеру, и драконесса увидела, что из глаз дракона потекли слезы. Он явно пытался сказать что-то. -Дэла… Дэла… -Вы ошибаетесь, меня зовут Пантера. -Нет, это ты ошибаешься. Тебя зовут Дела, и ты – моя дочь! Теперь Пантера поняла, что этот дракон напоминал ей ее собственное отражение в зеркале. Пантера была уменьшенной золотой копией черного дракона. -Отец? Правда, отец? Но откуда, как, кто ты? - от неожиданности Пантера чуть было не выронила его. Мимо летали драконы, но Пантере и черному было абсолютно все равно. -Ты похожа на меня, - сказал дракон. -Да. Но откуда ты здесь? Я думала, ты мертв, раз я не видела тебя… -Я Рестлид, вождь с острова злобных драконов. -Я Пантера, драконесса принцессы Евлалии. -Евлалии? – дракон нервно захохотал, мышцы его содрогались, как в конвульсии. - Я знал ее. Я чуть было не убил ее, два раза. Я убил ее друзей, двух молодых эльфов-близнецов. Она была твоей наездницей? -Она была и остается моей подругой. Если бы ты убил ее, я не простила бы тебе никогда, будь ты четырежды моим отцом! -Но ведь она эльфийка. Как ты можешь дружить с этой ненавистной породой? -Ненависть свободных драконов к эльфам, я считаю, беспочвенна. Глупо, бессмысленно… -Нет, не глупо! Нет, не бессмысленно! Эльфы похитили тебя у меня! -Но я не жила в рабстве. Они обращались со мной, почти как с родной дочерью! Я жила во дворце, в роскоши! Черный дракон хотел что-то сказать, но не смог. -Эльфы не твари, понимаешь? – глаза Пантеры горели. – Они наши друзья! С ними надо дружить! Мы поможем им, они помогут нам! -Дочь… Ты умна, я вижу по твоим ясным глазам. Я умру, и ты станешь предводительницей драконов-островитян. И тогда ты будешь заводить дружбу с эльфами. Может, тогда ты поймешь, какие они гадкие. А может, ты окажешься права… -Нет! Ты не умрешь, отец, и ты сам останешься предводителем. Но обещай мне, что не станешь убивать больше эльфов? Обещай, Обещай! Дракон не ответил. Пантера увидела, что он без памяти. Тогда золотая драконесса, напрягая крылья что было силы, понеслась вперед. «Я обрела отца не для того, чтобы вновь потерять! Я спасу его! Он не будет больше ненавидеть эльфов… Главное – спасти его…» Глава 62. -И все-таки не понимаю, зачем ты еще раз ездила в Амаден? -Я просто хотела взглянуть еще раз на мост, лес, трактир, фонтан… -Понимаю, но зачем ты взяла бутылку? -Тише… Смотри! Я и Шарлин въехали на холм. Впереди было море. А на побережье шла жестокая битва. Маленькие, будто игрушечные, эльфы пускали стрелы-паутинки в крошечные толстенькие фигуры, копошащиеся рядом. Орки опускали на головы серых толстяков дубины, каждая не больше моего мизинца. -Где мы, Шарлин? -Где-то между Диким Карламом и Золотыми Горами. Севернее острова Синематра. -Значит, они уже захватили остров? -Похоже на то. Две недели добирались мы до побережья. Я и Шарлин доскакали бы на лошадях в три дня, но за нами бежал пешком отряд вэйт, которым требовался отдых через каждые полчаса. Приходилось останавливаться и ждать, пока вэйты отдохнут. Только в конце пути, когда уже явно запахло морем, мы с Шарлин обогнали вэйт, взобрались на холм и увидели жуткую битву. Рядом на холм взобрались вэйты. -Уф! – вздохнула одна. – Наконец-то, добрались! -Куда дальше? Я махнула рукой в сторону битвы. -Посмотрите на те холмы! – воскликнула Шарлин. - Кажется, там эльфийский лагерь. Да, я точно различаю эльфийские знамена. -Верно, Шарлин. Нам туда. -Зачем нам идти в эльфийский лагерь? – подозрительно спросила одна из вэйт. -Во-первых, передохнуть. Не бросаться же сразу в битву с пути. Во-вторых – самое важное – вам выдадут железные шлемы. С ними вы будете в безопасности. Я пустила свою лошадь рысью. Через десять минут я увидела эльфов, прятавшихся за деревьями. -Привет! – крикнула я. – Евлалия Грэчел приехала на поле битвы! -Осторожно, вэйты! – раздался крик. Я заметила, что один из эльфов полез в заплечный мешок. Я затормозила так резко, что Стрелка встала на дыбы, и я чуть не упала. -Брось! – я подъехала к эльфам в зеленых комбинезонах, выбила у них их рук небольшие мешочки и проехалась по мешкам на лошади. Запахло раздавленными плодами Грэчел. -Вэйты теперь – наши союзники и друзья! Без них нам не победить ажваров! Забудьте старую вражду! Выехав из-за деревьев, я сделала знак ехать за мной Шарлин и идти за мной – вэйтам. Отъезжая, услышала: -Кого только не тащат: и гномов, и орков, и демонов, и кентавров! И джинны – здесь! Кошмар! – сказал один эльф. -Может, принцесса все-таки права? Без остальных народов эльфы не защитят Фаэрию! – возразил ему другой. На вэйт недоброжелательно посматривали все, пока мы ехали по лагерю. Я глазами выискивала королевский шатер. Наконец, нашла. -Нам туда! У ясно-голубого шатра я заметила снующие туда-сюда фигурки. Некоторые эти фигурки я узнала, и замахала рукой. -Лиа! Лиа! Темноволосая фигурка обернулась, закричала что-то и побежала ко мне. Я спрыгнула с лошади и побежала навстречу. -Привет, Лиа! Расскажи, что тут происходит? Шарлин тоже спешилась и подошла к нам. -Во-первых, остров Синематра захвачен, - торопливо начала Лиа. – Война ведется на трех флангах: правый – это у Золотых гор, левый – Дикий Карлам, и средний – это там, где мы сейчас. -И как все идет? -Неплохо – учитывая количество войск, которыми мы располагаем. -А кто сражается за нас? -Девчонки! – к нам подбежала Фаэра. После приветствий и объятий я повторила вопрос. -Так кто сражается за нас? -На нашем фланге воюет нечисть - духи, демоны. -А вампиры? – спросила Шарлин. -Вампиры тоже здесь, но днем они отсиживаются в кустах. Зато часто совершают ночные вылазки. -Также Эальдор и Ромэль привели орков. -Ага. А еще кучу каких-то бомжей, - добавила Лиоанна. -Это подданные королевства рабов, - уточнила Фаэрина. -А еще мы привели из Белиндейна эльфов и хоббитов. -И…? – я ожидала услышать что-нибудь еще. -Это – все. Больше никого нет. -А где же остальное население Фаэрии? -На правом фланге сейчас все драконы, которых удалось собрать. -Даже с Острова Злобных драконов! – похвалилась Фаэра. -Там Генор и Пантера. -А также джинны, Нала и Виктор. -На левом фланге кентавры и варвары. -С Даниэлем и Коралкином, - продолжила я. – Помню, они направились туда. -Даниэль действительно там. Но Коралкин вернулся, - сказала Лиоанна, выразительно взглянув на Фаэрину. -Дара с троллями тоже там, - добавила Фаэра. -А где Тиам? – спросила Шарлин. -Тиам и Алеан ездили с нами. Они сейчас там, - Лиоанна кивнула на побережье, где бушевало сражение. -В таком случае, мы тоже пойдем, - заявила Шарлин. -Да. Мы привели свежую силу, - согласилась я. -Что-то не похожа ваша сила на свежую! – с сомнением промолвила Лиоанна, взглянув на запыхавшихся вэйт. -Значит, нам придется идти только в следующий бой? Лиа и Фаэра переглянулись. -Эта война не состоит из боев. Тут – всего один бой, который не прекращается уже больше недели. -Как это – не прекращается? -Просто – не прекращается. Наши воины, устав, возвращаются. Их заменяют свежие. -Прекратишь бой – проиграешь войну, - объяснила Лиа. – Если мы перестанем сражаться, то ажвары не перестанут. И они победят. -В этом есть резон. И таким образом, мы можем присоединиться к битве, когда захотим? -Да. -Пошли, Ева, - Шарлин махнула мне рукой. -Подожди! Лиа, я не понимаю логики этой войны! -Логика предельно ясна: либо мы перебьем всех ажваров, либо они перебьют всех нас! -Первый вариант мне нравится куда больше! – сказала Шарлин. – Пойдем к побережью и постараемся убить как можно больше этих тварей! -Знаешь, что? Ты, пожалуй, иди, а я попытаюсь расположить вэйт так, чтобы их никто не ущемлял, хорошо? Шарлин посмотрела на тяжело дышавших вэйт. Потом она глянула на эльфов, которые окидывали вэйт презрительными взглядами. -Хорошо! Только обещай, что ты потом ко мне присоединишься! -С удовольствием побью тех, кто отобрал у меня Бэла! – сказала я и даже не заплакала, вспомнив Бэла. Шарлин вскочила на лошадь и поскакала к полю битвы. -Значит так! – заорала я громко, чтобы все слышали. – Вэйты нам больше не враги! Они – наши союзники! Тот, кто хоть пальцем тронет вэйту, или оскорбит ее – будет иметь дело со мной! -С нами, - добавила Лиа. Я закашлялась, потом снова заорала: -Если есть лишние шатры, раскройте их для вэйт! И не говорите мне, что лишних шатров нет! Эльфы, стоявшие рядом, скривились. -И не надо корчить рожи! – грозно сказала Лиоанна. – Мы – принцессы, наследницы трона Белиндейна, потомки Альбейн! Кто посмеет обидеть вэйту – пойдет против воли Альбейн. -Если вы оскорбите вэйт, они просто уйдут, - добавила Фаэрина. – Без них все мы умрем. -Что вы стоите и смотрите на нас? – возмутилась Лиоанна. - Раскидывайте шатры! -И выбросьте все плоды Грэчел в море! – заорала Фаэра. – Вэйты должны понять, что мы им не враги! -И выдайте вэйтам шлемы! – крикнула я. – Вы ведь знаете, что железные шлемы защищают от ажваров? -Да, знаем, - сказала Лиа. – Я позабочусь о ящерицах, а Фаэра пускай подумает о тебе. За мной, вэйты, - Лиа взмахнула рукой и изящной походкой направилась в деревянный сруб. -Там находится склад оружия, - пояснила Фаэра. – А что хочешь ты? Постель, завтрак? -Нет, спасибо. Я выспалась ночью, и уже позавтракала. Я бы пошла громить этих образин! Кстати, вы-то вместе с Лиоанной сражаетесь? -А как же! Мы всегда в самой гуще событий! Я поеду с тобой, если ты соберешься. -Конечно! Это будет замечательно! Ты не найдешь мне подходящий шлем и меч? -У тебя же уже есть меч! -Да, но я оставила его в Амадене. -Тогда идем в наш с Лиоанной шатер. Только, Ева, запомни: это не прогулка по весеннему лесу – это война! Здесь нужно по-настоящему сражаться! Тебя могут убить. Меня могут убить! Любого могут убить! -Я понимаю. -Мне почему-то кажется, что ты не понимаешь. -Фаэра, мне стыдно признаться, но я понимаю и боюсь. Боюсь идти туда. -Чего ты боишься? Ран? Смерти? -Смерти я не боюсь – на том свете я встречусь с Бэлом. Я не знаю, чего я боюсь. Возможно, я боюсь столкнуться с этими ужасными существами лицом к лицу. И еще я очень боюсь боли. -Тогда я дам тебе не меч, а лук. Ты будешь находиться в отдалении от врагов, - сказала Фаэра. -Это плохо, что я боюсь? – спросила я. -Все бояться. Я там была, в самой гуще схватки, я знаю. Не слушай тех, кто говорят, что не бояться. Тебе могут сказать: «Свист стрел вокруг заводит, а мечи, порхающие как бабочки, радуют!». Это все бред и треп. На самом деле война – это страшно. Фаэрина немного порылась в мешке и выудила оттуда красивый изумрудный лук. -Держи. Впрочем, если ты не хочешь, не ходи туда. -Нет, я хочу. Хочу принять хоть какое-то участие в уничтожении тех, кто пытается захватить Фаэрию. -А ведь убивать живых существ – это тоже очень страшно! Ты когда-нибудь убивала? -Фаэра, не надо меня пугать! Я уже не ребенок! Я взяла лук и решительно направилась к холму. -Не перепутай врагов с союзниками, - пошутила Фаэра. -Ты меня за кого принимаешь? Может, я и трусиха, но не дура! -Подожди, - Фаэра достала из мешка второй лук. – Я пойду с тобой. Вместе мы поднялись на холм. Оттуда открывался хороший вид на побережье. -Смотри: те, которые в серых балахонах – это ажвары. Остальные – союзные войска, - Фаэрина зарядила лук, и стрела со свистом помчалась вперед. Я увидела, что она сбила крошечную серую фигурку. Фигурка упала и больше не поднялась. -Теперь ты попробуй. -Я знаю, что страшно убивать. Я убила Альфера, отца Дары. Правда, тогда он уже не был хейвом. И он убил моего Бэла. Но мне все равно было страшно. -Я понимаю. Говорят, что со временем к убийству привыкаешь. Так вот, это тоже неправда. Страшно поднять руку на живое существо. Но они – Фаэра указала на копошащуюся внизу серую массу – они злые. И если мы не убьем их, они уничтожат нас. Я медленно достала из колчана стрелу, приложила ее к луку и выстрелила. Еще одна фигура в сером медленно завалилась. -Смотри, Ева, сюда кто-то скачет! Я опустила лук и увидела стройную хейванку на белом коне. Ее рыжие волосы развевались, а поднятый меч сверкал. -Это же Шарлин! -Да, но зачем она едет сюда? -Не знаю. Может, она ранена? -Смотри-ка! За ней гонятся ажвары. -Надо ей помочь! Я подняла лук, чтобы застрелить одного из ажваров, шедших за Шарлин. Вжик! Вжик! Стрелы пролетели мимо. Теперь Шарлин была так близко, что я видела, что по пятам у нее идут три серые фигуры. -Фаэра, давай пристрелим их! Только осторожнее, не попади в Шарлин! Фаэра обернулась: -Смотри, там Лиоанна! Она что-то кричит! И действительно, у края холма бегала Лиоанна, смешно махая руками. -Чего она хочет? -Не знаю. Она кричит, но здесь не слышно. Я обернулась и увидела перед своим лицом Бэла. -Бэл! – я протянула к нему руки. Сзади что-то кричала Лиоанна, рядом стояла Фаэра, которая наверняка приняла меня за сумасшедшую. – Бэл, ты со мной! Какое счастье! -Ева, я пришел на миг. Посмотри на Шарлин как следует. -При чем тут Шарлин? Бэл начал растворятся в воздухе, точно так же, как и в первый раз, когда я его видела. -На ней нет шлема. Ева, беги… Ты в опасности… -Бэл! – прошептала я, но он уже исчез. Мне казалось, что я проснулась. На нас мчались ажвары, скакала Шарлин, рядом мне что-то втолковывала Фаэра, а позади прыгала Лиа. -Шлем! Шлем! - кричала Лиа. Я взглянула на Шарлин. На ней и вправду не было шлема. Это значит, что ажвары могли поработить ее разум! -Фаэра, бежим! – я толкнула сестру, и Фаэрина покатилась вниз с холма. Шарлин промчалась рядом и подняла на меня меч. Я упала, и меч пронесся над головой. Я хотела вскочить, но тут увидела три фигуры, которые окружили меня. Это были ажвары. В первый раз я видела ажваров. Они были плотные, очень мускулистые. У них была абсолютно серая кожа, большие серые глаза без зрачков, обрамленные серыми ресницами, голубые губы и бесцветные волосы. Один из них простер надо мной руку с длинными белыми ногтями. Я хотела уползти, но почувствовала, что не могу пошевелиться. Что-то холодное и, как показалось, склизкое, проникло в мое сердце и поползло выше. Я закричала, ажвар сжал руку в кулак. И я не помню, что случилось дальше. Расположив вэйт для отдых, Лиоанна встала, чтобы немного передохнуть и подумать, что же делать дальше. -Принцесса Лиоанна, еще один отряд эльфов прибыл по вашему приказанию! Лиа обернулась и увидела, что перед ней, вытянувшись в струнку, стоит красивый белокурый эльф. -Отлично, - сказала Лиа, улыбнувшись. Эльф улыбнулся в ответ и заблестел глазами, влюблено глядя на нее. Лиа знала, что такими верными глазами на особ королевской крови смотрят все молодые бойцы, но ей все равно было приятно. -Как тебя зовут? – спросила Лиа. -О, проклятье! Я знал, что позабыл что-то, - прошептал одними губами эльф. – Начальник двенадцатого эльфийского стрелкового отряда Белиндейна Лион Старт, - бодро отрапортовал он и взглянул на Лиоанну. Та беззвучно смеялась. -Лион, значит? А сколько тебе лет, Лион? -Пятьдесят шесть, принцесса. -Ты совсем еще мальчик. -А вам сколько, принцесса? -Мне восемнадцать. -Так разве вы не младше меня? -Может быть. Однако не стоит считать меня ребенком. Во-первых, девушки развиваются намного быстрее эльфов. Во-вторых, я пережила такое, что тебе даже и не снилось… -И, в-третьих, вы принцесса, - добавил Лион и улыбнулся. – Я это бы понял сразу, даже если бы не знал вас в лицо. Вы выглядите очень серьезной, и как будто чем-то озабочены… -Какая глупость! Да, я может быть, серьезна, но не надо думать, что я серьезна всегда! Когда я сбрасываю с себя груз забот, я становлюсь такой же, как остальные эльфийки, - Лиоанна говорила то, что, как она знала, было неправдой. Но то, что она говорила, теснило сердце, и это заставило ее выговориться первому встречному, когда нашлась возможность. - Я тоже хочу гулять и беспечно бегать по лесу! -Тогда я прошу вашу руку, чтобы удостоить меня чести прогуляться с вами по лесу, - выговорил Лион быстрым полушепотом и даже сам слегка удивился своей смелости. -Я удостою вас этой чести в благодарность за то, что вы привели свежий стрелковый отряд, - сказала Лиа полушутливо-полусерьезно и подала руку милому белокурому мальчику. Он принял ее руку с должным почтением и повел по тропе. Лиоанна тряхнула волосами, отметая от головы заботящие ее мысли, и погрузилась в разговор со своим симпатичным собеседником. -Как ты попал на Фаэрию? -Во время первой Экспедиции. Я понял, что мне не интересно сидеть на одном месте. Я прожил уже одну жизнь хейва, как проживают ее все хейвы: ничем не увлекаясь и просто наслаждаясь белыми облаками, синим небом и яркими звездами… Медленно, приподняв немного подол платья, Лиоанна вслед за своим спутником начал взбираться на холм. -Расскажите о себе немного. Что это значит – быть принцессой? -Многие девушки считают, что быть принцессой – волшебно и прекрасно. Но на самом деле быть принцессой – значит вечно задумываться обо всем, что ты делаешь. Анализировать любой свой шаг… Лиоанна вдруг замолкла. -Смотри! Там, кажется, моя сестренки! Рыжая – это средняя, Фаэрина. А блондинка – это Ева, младшая, глупенькая. -Принцесса Лиоанна, меня настораживает, что они без шлемов. Лиоанна хлопнула себя по лбу. -Вот дуры-то! -О, Альбейн! – воскликнул Лион. – Принцесса, взгляните! На ваших сестер скачет какая-то сумасшедшая, а за ней – ажвары. -Это Шарлин, не надо беспокоиться. Я ее повсюду узнаю. У нее такая дурацкая прическа… - внезапно Лиа осеклась. – Она тоже без шлема! Ажвары подчинили ее разум! Она скачет, чтобы убить Еву и Фаэру! Я должна предупредить их! -Да, принцесса! Я пойду с вами… -Нет! Ступай, и приведи отряд эльфов, чтобы защитить принцесс. Или чтобы спасти Еву и Фаэру, если ажвары заберут и их мысли! -Да, принцесса. Но знайте, что вы должны мне прогулку, - Лион опять покраснел от собственной смелости. -Да, я согласна. А теперь – ступай! – Лиоанна бросилась вниз с холма. Лион тоже побежал, но в другую сторону. Глава 63. Я очнулась на кровати. Я чувствовала себя абсолютно избитой и изнеможенной. Попытавшись встать, я поняла, что мои руки и ноги привязаны к кровати. -А! – вскрикнула я, приподняв голову, и увидела три силуэта. – Кто вы? Где я? -Ева, ты уже пришла в себя? -Лиа? Сестра подошла ко мне. - Если ты нормально себя чувствуешь, я тебя сейчас отвяжу. -Зачем вы вообще меня привязали? -Ты не помнишь? – из тени выступили Алеан и Фаэрина. -Нет. Объясните мне, в чем дело? -Я же тебе говорила, - начала Лиоанна, - что нельзя соваться к ажварам без шлема. Они подчинили твой мозг. Ты металась по лагерю, как ненормальная, и пыталась меня убить. Пришлось привязать тебя к кровати, чтобы ты ничего не натворила. -Да, я помню. Я упала, и меня окружили ажвары… Я толкнула Фаэру, она покатилась вниз… -Это спасло меня, - сказала Фаэрина. – Я ушла от ажваров, пусть даже таким необычным способом. -А что произошло с Шарлин? – вдруг вспомнила я. -Во время сражения у нее свалился шлем, и ажвары этим незамедлительно воспользовались. - Где она сейчас? -В соседнем шатре, с Тиамом, в тоже привязана к койке. -Мы, надеюсь, никого не убили? -Только тех трех ажваров. Слава Альбейн, Тиамат и Алеан подбежали вовремя. -Тиам увидел Шарлин, когда с нее слетел шлем, - я увидела яркие синие глаза и светлые волосы Алеана. – Увидел, что она скачет на холм. Увидел вас, побежал следом. А я последовал за ним. -Раз с тобой все в порядке, мы пойдем и поглядим, как там Шарлин. А потом наденем шлемы, - Лиа сделала на последней фразе смысловое ударение, - и поохотимся на ажваров. Битва-то продолжается! Лиа и Фаэрина медленно вышли из шатра. Я отвязала правую ногу, встала с кровати, подошла к зеркалу и критично оглядела себя. На спине красовалось огромное зеленое пятно, подол был оборван, в юбке чернели дыры. -Мне нужно переодеться! -Кто же в платье ходит на войну? – спросил Алеан насмешливо. -Я! Даже не думай, брюки я не надену ни за что! Это – мужская одежда! -Не вешай мне лапшу на уши. Я видел тебя в брюках! -Их купил мне Бэл. Он хотел видеть меня в брюках. Но теперь Бэла нет, и я не собираюсь носить брюки! -Неужели у тебя есть, во что переодеться? -Да. Где моя лошадь? -Ты ведь не собираешься сдирать шкуру с несчастной лошади? -Разумеется, нет. Я всего лишь хочу забрать оттуда свои вещи. -Смотри, у кровати валяются какие-то мешки! -Да, это и есть мои вещи. Наверное, Лиа и Фаэра отмотали их от седла и принесли сюда. -Три мешка? – Алеан пересчитал. - Зачем ты возила с собой так много? -В одном – одежда, в другом – запас еды. Не везде ведь нас с Шарлин кормили! -А что в третьем, маленьком мешке? -Не трогай! Алеан достал смешную картинку, нарисованную углем, осколки разбитой чашки и бутыль с водой. -Что это? – он внимательно оглядел картинку. – Неужели портрет Бэла? -Да. Шарлин давно его рисовала. -А это? – Алеан кивнул на чашку и бутылку. -Чашку эту когда-то разбил Бэл, и вода – из фонтана, возле которого мы часто сидели, - призналась я и покраснела. -Зачем ты все это хранишь? -Как это – зачем? Эти вещи дороги мне, как воспоминания! -Не пытайся остановить время! – жестко сказал Алеан. - Бэла нет и больше не будет! Я встала посреди шатра, запрокинув голову, пытаясь разглядеть звезды сквозь плотную ткань. Потом развернулась и выхватила у Алеана свои вещи. -Да. Ты прав! Выбежав из шатра, я расколола бутыль о ближайший камень и выплеснула воду, вмяла в землю осколки от чашки, разорвала портрет Бэла на мелкие кусочки и подбросила их вверх. Я упала на колени и подняла голову вверх. -Я ненавижу тебя, Бэл! Зачем ты ушел? Почему ты оставил меня здесь одну? – закричала я в небо, потом кинулась лицом в землю. – Прости, Бэл! Я люблю тебя! Но зачем ты бросил меня! -Ева, перестань! – Алеан подошел ко мне, схватил за руку и попытался поднять. – То, что ты делаешь – глупо! Он умер, но ты ведь жива! Зачем ты мучаешь себя? -Уходи! – я вырвала руку. - Уходи отсюда, оставь меня! -Но Ева, послушай! -Нет, я не стану тебя слушать! Ты мучаешь меня! Уйди, уйди! Это ты во всем виноват! Если бы тебя не было, я и Бэл не знали бы, что мы – брат и сестра! Нам не пришлось бы сбегать, и Бэл был бы жив! -Я не… -Уходи! Не желаю слышать! Я ничего не видела, но слышала, что Алеан ушел. -Бэл, где ты? – словно в нервном припадке, я забилась головой об землю, потом зарыдала. Через некоторое время припадок прошел. -О Альбейн, что же я натворила! – поняла я. - Мне необходимо извиниться перед Алеаном! Я зашла в свой шатер, надела чистое, желтое с черными розами, платье, и наскоро оттерла следы слез и грязи с лица и выбежала из шатра. У входа столкнулась с Шарлин. -Привет. Ты в порядке? -Да, со мной все хорошо, - ответила я. -Мне показалось, я слышала твои крики. -Вряд ли. Шарлин, ты не видела Алеана? -Нет. Но я знаю, где он живет. Я могу тебя туда проводить. -Спасибо тебе большое. А как ты? -Я? Нормально. Слава Сарну, я никого не убила. Ничего не помню. -Я тоже ничего не помню. Но в следующий раз обязательно надену шлем и привяжу его к голове. -Я поступлю так же. Представляешь, я чуть не убила Тиама! -А я гонялась по лагерю за своей сестрой! О, Альбейн, что это? Вся поляна была усеяна окровавленными телами. -Это вэйты, - равнодушно сказала Шарлин. – Осторожнее, не наступи. -Они умерли? -Нет, что ты! Они ранены. Пройдет некоторое время, и все раны, даже самые жуткие, затянутся, а оторванные руки и ноги отрастут. Впрочем, я думаю, ты и сама это знаешь! -Знаю. Но ведь они страшно мучаются! Им надо как-нибудь помочь! -Я сама вижу, что надо. Но никто не знает, как это сделать. От бинтов и мазей их раны затягиваются еще медленнее. Влажные повязки вэйты скидывают. Эльфы пытались им помочь, но в результате махнули рукой. А вот, кстати, и жилище Алеана. -Спасибо, Шарлин. Мне просто очень надо поговорить с ним. Я распрощалась с Шарлин и вошла в шатер. -Привет, Ева! – я увидела красивого высокого эльфа с каштановыми длинными волосами. -Коралкин! – я чуть не бросилась ему на шею, потому что была безумно счастлива, увидев старого друга. – Привет, как я рада тебя видеть! -Я тоже рад! – Коралкин широко улыбнулся. -Ты живешь вместе с Алеаном? -Да. Я, он, Эальдор и Ромэль. Я оглядела шатер, но там не было никого, кроме меня и Кларка. -А где Алеан и мальчики? -Не знаю, где Алеан. Эаль и Ромэль еще не вернулись оттуда, - Кларк махнул рукой в направлении побережья. -А что, удается оттуда уйти, чтобы передохнуть? -Да. Мы дезертируем время от времени. Основная часть – наиболее патриотичные – оттуда возвращаются только насовсем. -Так ты не знаешь, где может быть Алеан? – сменила я тему. -Понятия не имею. -Значит, мне придется его искать, - я вышла из шатра. «Где может быть Алеан? Я даже не представляю...» -Ева! – кто-то меня окликнул. -Алеан, это ты? -Да. Ева, что ты здесь делаешь? -Я пришла, чтобы извиниться. Я поступила по-дурацки. Прости, что накричала на тебя. Ты не виноват в смерти Бэла, я наговорила всяких глупостей сгоряча. Ты ведь, наверное, хотел мне помочь? -Ты права. Я знаю, что чувствует эльф после потери любимого. Сначала замыкаешься в себе, перестает что-либо понимать… -Да. Я не верила, что Бэл умер, - слезы покатились из глаз. Я быстро оттерла их. – Извини, что я плачу. -Когда ты плачешь, ты врачуешь душевную рану. Это нормально. Плач – следующая стадия. Потом ты начала винить себя за смерть Бэла, не так ли? -Но ведь я действительно виновата! Если бы он не заслонил меня от стрелы, он был бы жив сейчас! -Только тебя бы не было! -Если бы я тогда остановила его! Если бы мы пригнулись, мы бы оба спаслись! -Не думай так. «Бы» - опасная игрушка! Сейчас тебе есть что вспомнить, но не замыкайся в воспоминаниях. -Как я могу жить, дышать, любоваться закатом, когда его уже нет? -Ты пытаешься запретить себе счастье, радость и любовь. Это неправильно! Тебе кажется, что ты таким образом отдаешь Бэлу долг. Только Бэлу уже все равно. Его нет! -Я не знаю. Может быть, ты и прав. Только иногда происходят странные вещи, когда я начинаю его вспоминать. -Какие, например? -Мне несколько раз казалось, будто я вижу Бэла. Как если бы он был жив. Как ты думаешь, это значит, что он приходит ко мне с того света? -Нет, я так не думаю. Тебе кажется. Ты пытаешься воскресить его. -Как это? -Тебе может казаться, что ты видишь его. Ты будешь узнавать его черты в других. Тебе покажется, что он еще жив. Но это все – ложь, сладкая ложь. Он уже не жив, и никогда не оживет! Я оттерла слезы. -Теперь я уверена, что ты прав. Если я хочу жить, то я должна жить дальше, а не барахтаться в воспоминаниях. Я подняла лицо к небу – может, слезы закатятся обратно? -Что с тобой, Ева? Почему ты постоянно задираешь голову? -Небо очень красивое, - пошутила я. - Я в порядке. -Ты не в порядке. Тебе хочется плакать, когда ты думаешь о Бэле. Твоя грусть абсолютно естественна. Лучше поплачь, но не надо улыбаться сквозь слезы. -Значит, мне остается только плакать? Ведь я не смогу забыть Бэла! С тех пор, как я увидела его, моя жизнь переломилась надвое: до Бэла и после. Он стал смыслом моей жизни! -Бэл не смысл жизни! Он был всего лишь частью твоей жизни – пусть и недолго. Ты скоро будешь вспоминать его с тихой грустью и благодарностью. Когда рана в сердце заживет. -Знаешь, Алеан, после того, как я с тобой поговорила, мне стало легче! Спасибо тебе и спокойной ночи. -Отдохни этой ночью как следует. Идет война – Альбейн знает, когда еще удастся передохнуть! -Слава Богу, что с Евой все в порядке! – вздохнула с облегчением Фаэра, когда они с Лиоанной шли к шатру. -Да, - вздохнула Лиоанна и счастливо улыбнулась. -Лиа, ты сегодня такая счастливая! -Да, ты права. -А что сегодня произошло особенного? -Я, кажется, встретила настоящего эльфа… -И кто же он? -Его зовут Лион. У нас даже имена похожи! -Это знак судьбы, - кивнула Фаэра насмешливо. -Может быть, - вполне серьезно ответила Лиа. -Ладно. Расскажи хотя бы, кто он. -Он стрелок. Он достаточно почтителен ко мне, как к принцессе. Но в то же время он понимает, что я не бездушная кукла на троне… -Фаэра! – раздался вдруг голос Коралкина. -Он вроде твоего Коралкина, - закончила Лиа. -Тебе нравиться Кларк? -Нет. Но я, понимаешь, отношусь к Лиону так же, как ты к Кларку. -А когда ты с этим Лионом познакомилась? -Сегодня. Фаэра покачала головой, будто она была старшей сестрой, а не Лиа. Она хотела что-то сказать, но в этот момент подошел Коралкин. -Привет, Фаэра! – сказал Кларк и, как обычно, обнял Фаэрину за талию. Но Лиа, как она тоже обычно делала, не отвела взгляд и не потупилась. Только глаза ее засияли еще ярче, и она стала красивей. -Здравствуй, Лиа, - Кларк оглядел сестру Фаэры и заметил, что та сегодня как-то особенно весела. - Ты не прогуляешься со мной, Фаэра? Смотри, небо совсем синее. Туч нет, только звезды сияют. А как хороша луна! Фаэра взглянула на Лиоанну. -Гуляйте, влюбленные! – она весело рассмеялась и, оглянувшись над обнявшихся под луной Кларка и Фаэру, быстро зашагала к палатке. Но не успела она зайти в шатер, как и ее кто-то окликнул. -Принцесса Лиоанна! -Кто здесь? – испуганно воскликнула Лиоанна, и стала спиной к шатру. Она заметила силуэт, который приближался к ней. Когда лунный свет упал на лицо эльфу, Лиа поняла, что это Лион. -Это всего лишь я, принцесса Лиа, - сказал он, заметив ее испуганное лицо. – Но если вам захочется, я могу уйти. -Нет, все в порядке. Я думала, что это мог быть ажвар. Зачем ты пришел? -Принцесса, вы обещали мне с утра прогулку. Простите меня, если покажусь вам непочтительным, но когда я вышел из шатра, я сразу подумал о вас, о прогулке. Чувствуете, какой свежий воздух! Как будто перед дождем! А небо совсем синее, и звезды сияют. А как хороша луна! Лиоанна чуть было не засмеялась. «То же самое говорил Кларк Фаэрине…» -Я согласна, Лион. Лион робко, но нежно взял Лию за руку, и она, довольная, пошла по лунной дороге за своим кавалером. На следующий день рано утром меня подняла Лиоанна. -Вставай быстрее, надевай что потеплей и бегом на баррикады! -Что произошло? – сонно спросила я. -Некогда объяснять! Я вскочила, натянула платье, плащ с капюшоном, схватила лук и выбежала на улицу. Моросил мелкий дождь, поэтому я сразу же нацепила капюшон. -Быстрей! Быстрей! По лагерю бегали Лиа, Фаэрина, Алеан и Коралкин. Они заглядывали в каждый шатер. -Быстрей, одевайтесь и бегите на баррикады! Ажвары наступают! -Ева, пригнись! – услышала я звонкий голос Эальдора. Надо мной пролетел железный шлем, который поймал стоящий рядом эльф. Я обернулась. Эальдор стоял позади, между двумя огромными столами. Один был завален колчанами и луками, а другой – шлемами. -Ева, иди сюда! У тебя есть шлем? -Конечно, нет! Где я его возьму, по-твоему? -Иди сюда! – Эальдор взял один из шлемов, слегка подкинул его в руках и нахлобучил мне на голову. – Готово. Лук есть? Вот и замечательно! Бегом на баррикады! -А что там происходит-то? -Увидишь! Я побежала к побережью. Взбежав на холм, увидела странную картину: немного ниже вершины холма были навалены деревья. Уложенные друг на друга, они представляли собой некое подобие стены. К этой деревянной стене шли тучи огромных серых существ с пиками и мечами. А на вершине холма стояли наши, эльфы, и стреляли в надвигающихся ажваров из луков. Один из эльфов – бледный, светловолосый – командовал: -Стреляй! И тысячи стрел летели из тысячи луков, ряды ажваров падали, как скошенная трава. Но следующие заменяли их. Эльф перезаряжали луки в мгновение ока. -Стреляй! – кричал эльф, и снова стрелы летели в ажваров, и снова ряды падали, и снова не заметно было, что сотни ажваров только что погибли. Я пристроилась справа, и начала стрелять по команде. Простояв под дождем, промокнув, я поняла, что нам – эльфам – не удается сдержать натиск ажваров. Те неумолимо приближаются, несмотря на то, что мы их отстреливаем. «Они идут вперед, пока мы перезаряжаем луки», - подумала я, и мне в голову пришли блестящая, как мне показалось, мысль. Я пробралась к командующему эльфу, и у нас состоялся короткий разговор, прерываемый криками: «Стреляй!» -Эй, ты почему не стреляешь? - гаркнул он на меня, но, признав, склонил голову: - Прошу прощения, царевна Евлалия. Вы хотели принять на себя командование? -Нет, нет, что вы! Мне просто хочется узнать, как долго идет сражение? -С ночи. Где-то около полуночи ажвары отошли, а мы не стали нападать. Хоббиты и орки что-то почуяли. Они натаскали сюда деревьев, соорудили стену. А примерно через час ажвары напали на нас такими вот стройными рядами. -Выходит, вы сдерживаете их уже всю ночь? -Да. Они чуть ли не от самого моря шли. К сожалению, дождь идет, видимость плохая, не все стрелы попадают в цель, не удается сдержать напор. Но если бы не хоббиты и не орки, мы бы вообще пропали. -Тем не менее, ажвары скоро приблизятся к стене. Они ее разрушат, и нам придется принять бой. -Вы знаете способ, как это предотвратить, царевна? -Мне кажется, да. Нужно разделить эльфов на два отряда. Пока один отряд стреляет, второй перезаряжает луки. Так будет гораздо эффективнее. -Да, это неплохая мысль. Но для того, чтобы переформировать эльфов, понадобиться время. Время – как раз то, чего у нас нет. -Вы не понимаете, надо что-нибудь сделать… -Все равно они подойдут сюда и сломают эту стену. Царевна, если вы хотите помочь, стреляйте по врагам. Стреляй! Свист стрелы, достать другую из колчана, зарядить лук. -Стреляй! И снова свист, и снова тянусь за следующей стрелой… -Они подошли вплотную! – крикнул кто-то. Бах! Деревянная стена содрогнулась, содрогнулась и земля. -Сейчас стена рухнет! -Царевна, бегите отсюда сейчас же! – зашептал мне светловолосый командир. -Никуда я не побегу! Я не трусливый кролик! -Скажите всем, что стена сейчас рухнет! Пусть сюда подтягиваются орки и нечисть! Я пустила прощальную стрелу по ажварам – промазала, а жаль – закинула лук за спину и помчалась в лагерь Там сестры, Эальдор и Коралкин с немногими только сейчас успевшими собраться на бой эльфами бежали к холму. -Стойте, стойте! -Кто это? – недоуменно спросил один из эльфов у Лиоанны. Я сдернула дурацкий шлем, отбросила его и закричала: -Фаэра, Лиа! Да стойте вы, наконец! -Ева, это ты? Что случилось? -Там… стена… - проговорила я, задыхаясь. -Я знаю, что там стена! – возмутилась Лиоанна. – И мы идем ее защищать! -Нет, поздно! Она сейчас рухнет. -Что? -Я только что оттуда, стена готова рухнуть в каждую секунду. Сейчас там будет рукопашная схватка! Нужна замена лучникам! -Кого просил Лион? -Не поняла? -Командира с длинными белесыми волосами зовут Лион. -Да, я его видела. -Это ведь он просил тебя бежать сюда? Он наверняка просил передать что-то. -Да. Действительно, он просил прислать нечисть и орков. -Ева, беги за нечистью. Знаешь, куда? -Разумеется, нет! -Направо, возле леса. Фаэра, иди за орками, они в лесу. А мы бросаем луки, достаем мечи и прикрываем лучников! – скомандовала Лиоанна. – Ева, Фаэра, что же вы стоите? Я и Фаэра разбежались в разные стороны. «Направо, около леса. А сколько здесь шалашей, около леса! В жизни не найдешь духов и демонов!» Внезапно я увидела какого-то духа, костистого, покрытого полупрозрачным дымом. Я поняла, что знаю его. Но откуда? Память услужливо предоставила ответ на мой вопрос. «Темная пещера. Эстед. Знакомство с вампиром Александром. Я спрашиваю – кто главный среди нечисти? И является этот дух…» -Лильян! Лильян, подожди! Дух медленно повернул голову назад, в мою сторону. -Принцесса Ева, - торопливо представилась я. -Я помню. Вы загадочно прилетели на остров Синематру несколько дней назад, потом столь же загадочно с него улетели. -А вы все-таки вы не отстояли остров от ажваров. -Нас было мало, а их было много. Но, я надеюсь, остальные народы помогут нам вернуть дом? -Конечно помогут, - пообещала я. - Если вы поможете нам защитить наши дома. -Я и мой народ к услугам маленькой принцессы, как только мы понадобимся! -Вы нужны сейчас! Ажвары напали! -Где мы нужны? -У баррикад! -Сейчас я соберу всех духов и демонов, и мы отгоним этих серых обезьян прочь. -А как же вампиры? Неужели ты оставишь их бездельничать? -Сейчас день, а они не выносят солнца! Ты забыла? -Да. Ладно, тогда собирай свое воинство. Не забудьте надеть шлемы! -Зачем? – удивился дух. -Чтобы ажвары не подчинили ваш мозг! – воскликнула я. Лильян засмеялся. -У духов мозга нет, думаем мы несколько иначе, нежели эльфы. А демоны – сильные телепаты, и чары ажваров на них не действуют. -Тогда собирайте скорее войско, - поторопила я его. – А я навещу орков, сообщу им приятную новость о надвигающейся битве. -Удачи в благих начинаниях, - пожелал мне странно скривившийся Лильян (наверное, выражение его лица должно было обозначать улыбку). Я вспомнила, что Фаэрина побежала в сторону, противоположную той, куда направилась я. И тогда я решила, что пойду к шатру, а потом – за Фаэриной. Я побежала вперед. А через несколько секунд надо мной, проникая через меня изредка, полетели духи. Обгоняя меня, мимо неслись демоны. Единая толпа нечисти пробежала, казалось, в одну секунду, и исчезла быстрее, чем след от падающей звезды в темном небе. Возле нашего шатра столкнулась с Фаэриной. -Я оповестила орков, - сообщила мне она. -И как? -Зеленые пошли в обход. Они сказали, что нападут на ажваров справа, разрежут толпу ажваров, возьмут оставшихся в кольцо и перебьют. -Весьма оригинальный план. Только что-то мне подсказывает, что сами орки окажутся тогда в кольце. -Может быть. Мне кажется, что орки не такие глупые, как мы о них думаем. Оркам лучше знать, что делать и как это делать. -Надеюсь. Кстати, ты не видела Леку? -Нет. Я не видела ни одной знакомой морды… лица, - поправилась Фаэра. – И о Леке никто не слышал. -Странно. -Расскажи лучше, говорила ли ты с нечистью? Что-то я не вижу здесь армий вампиров! -Во-первых, вампиры боятся солнца. А во-вторых, демоны и духи уже успели добраться до места сражения. -Выходит, они уже там? – Фаэрина кивнула, выражая свое полное удовлетворение сложившейся ситуацией. Потом вдруг хлопнула себя по лбу: - А мы то с тобой что, две ящерицы тупые, здесь стоим? Все народы отражают нападение, а две эльфийки мило беседуют! -Нужно бежать туда, где все и помочь, чем сможем, - согласилась я. Фаэрина кинулась к столу, возле которого с утра стоял Эальдор. Она извлекла два меча и два шлема. Один меч и шлем бросила мне. -Держи! Надевай шлем и – вперед! Уже где-то на середине холма нас поймала Лиоанна. -Благодаря оркам, нечисти и остальным, мы отбили ажваров. Они, правда, растащили бревна, неизвестно с какой целью. Но это все – ерунда. -Значит, мы победили? – не поняла я. -Куда там! – махнула рукой Лиа. – Мы отбили одну атаку. Победим мы, когда ажвары отступят, или когда они все погибнут. А до этого еще далеко. -Но ведь атака отбита, значит, мы можем отдыхать? -Еще чего! – фыркнула Лиа. – Ажвары отступили, теперь битва продолжается на морском побережье, как и прежде. Так что бегите обратно, бросайте мечи, хватайте луки и - бегом сюда! Глава 64. Дейв потянулся, протер глаза. Сначала он не понял, где находиться. Но потом сообразил, что он – в шатре. Рядом сладко спала Селена. Дейв поднялся, накрыл Селену своим одеялом, натянул на себя теплую одежду, кольчугу, и вышел на улицу. Стояло туманное утро. Дейв забрал шлем из специальной палатки, где лежали шлемы, и направился к холму. По пути пнул уснувшего на посту хейва. На мгновение Дейву бросилось в глаза, что он не видит сквозь утренний туман легкого свечения кольчуг хейвов. В следующую секунду он понял, что не слышит свиста стрел и звона мечей. «Неужели битва кончилась? Так кто же победил?» Внезапно Дейв понял, что если бы победили хейвы, то ему бы уже об этом доложили. «Значит, ажвары победили? Но нет, тогда они напали бы на нас! Положение еще можно спасти…» Дейв немного побледнел и побежал вперед. Но когда он прибежал на то место, где еще вчера кипела жестокая битва, он нашел только поломанные луки, попавшие мимо цели стрелы и брошенные мечи. -Эй! – крикнул Дейв. Он, как ему показалось, услышал слабый стон справа. Справа – Дейв помнил – располагался большой овраг. Дейв сбежал вниз… и не увидел оврага. Весь он был заполнен ранеными и трупами. Вперемешку с ажварами лежали тролли, кентавры и хейвы. -Есть здесь кто живой? – крикнул Дейв. -Король Дейвлин… я еще жив… - с усилием, давясь кровавой слюной, проговорил безрукий хейв, лежавший почти у ног Дейва. Грудь солдата рассекала ужасная рана. Дейвлин присел на корточки и спросил у солдата: -Куда пропали ажвары? Хейв отдышался и проговорил, запинаясь на каждом слоге: -Они на побережье… - хейв закатил глаза и голова его упала к ногам короля. -Что они там делают? – заорал Дейв, хватая руки солдата, что было уже бесполезно. Хейв умер. Тогда Дейв вскочил и кинулся к побережью. Не разбирая дороги, не видя ничего из-за тумана, он несколько раз спотыкался, падал, вставал и бежал дальше. Наконец, Дейв выскочил на побережье. Он увидел прозрачно – чистую воду, пышущую холодом, в воде – луки, мечи, куски дерева. Дейв поднял глаза, и сквозь дымку тумана разглядел невдалеке корабли. А на кораблях – ажваров. «Они победили. Но не напали на нас, а бегут! – пронеслось в голове у Дейва. – А куда, интересно, он плывут? К себе на родину, в пустыни? Или на остров Синематра? Или, может, к центральному флангу, туда, где сражаются остроухие?» Дейв подумал еще немного, и пришел к выводу, что ажвары, скорее всего, направляются к центральному флангу. «Нужно предупредить эльфов!» И Дейв кинулся обратно. Он уже почти автоматически перепрыгивал через ручейки, корни деревьев, трупы существ. Он добежал до лагеря, ворвался в свой шатер и едва не снес кровать. -Сель! Сель! Селена! -В чем дело? С чего это вдруг ты так бежишь, как гончая от зайца? – спросила Селена, натягивая кольчугу поверх рубахи. -Ажвары отступили… -Что? Куда? -Они уплыли на кораблях! Я думаю, что они поплыли к эльфам. -Ты имеешь в виду, на центральный фланг? Если бы я была королем ажваров, я приказала бы им поступить бы именно так. -Ты умница, Селена. Но ажвары тоже не дураки. -В таком случае, эльфов надо предупредить! -Я тоже так думаю. -Отправь им письмо. Голубь, который принес письмо от эльфов, еще здесь? -Да. Но письмо – это слишком ненадежно. Я сам поеду и сам расскажу все эльфам. Я просто хотел рассказать тебе. На всякий случай, отправляйся с отрядом к эльфам. Возьми с собой эльфа Даниэля, он наверняка стосковался по своим! -Хорошо, милый. Езжай, и помни, что я люблю тебя. А я скоро приеду вслед за тобой. Дейв улыбнулся, поцеловал жену на прощание и вышел из шатра. Он направился к домику, где держали лошадей. Лошадей было немного – всего шесть или восемь. Дейв оседлал одну и пулей вылетел из шатра. -Жди меня… - Селена взволнованно, но с улыбкой смотрела вслед Дейву и комкала в руках край плаща. Вжик, вжик – свистят стрелы. -Ева, поправь шлем! Опускаю лук, поправляю огромный железный котел на голове. Достаю новые стрелы из колчана, и снова – вжик, вжик, вжик! Рядом со мной на холме стоят сестры, Коралкин и тысячи других эльфов. Где-то на побережье сражаются Шарлин, Тиам, Алеан, Эальдор и Ромэль. Моих друзей смерть пока миловала, хотя с поля трупы везут миллионами. В одном из погибших гномов я узнала того самого гнома, с которым когда-то отправлялась в экспедицию и который давным-давно пытался напоить меня. Вжик, вжик, вжик – свистят стрелы. Мои уши слышат этот свист уже больше месяца. Вжик, вжик, вжик – без перерыва. Меч я в руки не брала – мне больше по душе отстреливать врагов издалека. Месяц беспрерывного боя дался невыразимо тяжело, но ажвары начали отступать. По письмам, шедшим с левого и правого флангов мы узнали, что и там ажвары отступают. Нам повезло – нас, народов Фаэрии, все-таки больше, чем этих серых монстров. Вжик, вжик, вжик – тетива уже режет пальцы. -Я передохну! – я нырнула за холм, сняла шлем, рассыпав по плечам значительно отросшие белокурые волосы. Медленно стянула перчатки и осмотрела свои поцарапанные ладони. Ногти были поломаны – маникюр в полевых условиях делать была некогда, нечем и незачем. Топот ног, прыжок – и рядом со мной приземлилась Шарлин. -Привет. Ты уже здесь? – спросила она, снимая шлем. -Да. Руки устали стрелять. -Ничего. Скоро все закончится. Я была там, у самого моря. Они отступают. Значительно отступают. -Наверное, у них не так много свежих сил, как у нас. -Что правда, то правда. -Слава Альбейн, что у нас есть возможность передохнуть. -Да уж. Я была там около часа. Думала, либо свихнусь, либо упаду от усталости. Ажвары хотя и задыхаются, но их предсмертные хрипы будут нам дорого стоить. -Как же ты выбралась? -Тиамат меня прикрыл. -Он молодец. На самом деле, я тебе завидую. Ты нашла красивого парня, которого любишь, и который тебя любит. И он не твой брат… -Ева, ты все еще вспоминаешь о Бэле? -Как я могу его не вспоминать? -Ты знаешь, что я была его подругой. Мне очень дорог Бэл, я часто вспоминаю его, но пора уже перестать плакать о нем. -Я пытаюсь, но… Ладно, неважно. Я взяла камень, подбросила его несколько раз в руке и запустила далеко в кусты. В кустах, как мне показалось, что-то зашевелилось. -Смотри! – прошептала Шарлин, указывая на деревья. – Там есть кто-то живой. -Да. Черная тень мелькает. Давай посмотрим, кто это? -Ты думаешь, это может быть ажвар? -Не знаю. Они ведь обычно одеты в серое. Хотя все может быть. -Пошли за ним! Я вскочила, за мной – Шарлин. -Куда оно пошло? -Оно было среди деревьев. Направилось, кажется, вперед. Я и Шарлин тихо вошли под сень деревьев. Впереди мелькнуло что-то черное. -Видишь его? -Да. -Идем за ним. Только тихо. Медленно, прячась за деревьями, мы направились вперед. Вскоре мы увидели нечто в темном плаще. Оно двигалось вперед, тяжело переставляя ноги. -Шарлин, как ты думаешь, кто это? -Не знаю. Мне со спины не видно. -О, Альбейн! Смотри! Оно разворачивается в нашу сторону! -Скорее, давай спрячемся! Вдруг это существо опасно! Мы развернулись и запрыгнули в ближайшие кусты. -Ты видишь его? -Теперь нет. Здесь, во-первых, сыро и неудобно, а во-вторых, я сквозь ветви даже тебя не вижу. -Ничего не слышно. Похоже, оно ушло. -Мы его потеряли? -Скажи спасибо, что мы ему не попались. Я выползла из кустов и увидела перед собой страшно бледное почти эльфийское лицо с оскаленными длинными клыками. От страха я отшатнулась, а лицо открыло рот и рассмеялось. -Принцесса эльфов, Ева, не так ли? Рядом вылезла Шарлин. -Ты Александр, верно? Друг Эстеда? -Да. Мы виделись на острове Синематра. -А что ты здесь делаешь? – спросила Шарлин. Александр уселся на землю. -Прячусь от солнца. Ночью я вместе с братьями-вампирами атакую ажваров, а сейчас пускай работают эльфы. -Мы за тобой следили. -Я заметил. Решил узнать, кто это за мной идет. -Сначала мы приняли тебя за ажвара. А почему ты здесь, в лесу? Неужели ты не мог зайти в какой-нибудь шатер? -Дело в том, что все шатры принадлежат эльфам. -Так неужели ты думаешь, что эльфы тебя не пустят? -Вообще-то несмотря на то, что мы воюем бок о бок с эльфами, эльфы нас недолюбливают. Я не могу понять, почему! -Мы – эльфы – боимся нежити, - ответила я. -Но зачем нас бояться? -Во-первых, главное преимущество эльфа – бессмертие. Но вы тоже бессмертны! К тому же вы сильнее – вы можете превратить эльфа в нежить! -Только никто из нас не будет этого делать! -А где гарантии? Конечно, сейчас я не стану тебя сторониться, и пущу переждать день в свой шатер. Но я не легла бы спать рядом с тобой. -Неужели вы, эльфы, не можете понять, что мы не злые? -Можем. Но будем понимать это очень медленно. -Тем не менее, отношение эльфов к вампирам уже изменилось, - заметила Шарлин. -Да, они стали гораздо лучше относиться к нам. Но не так хорошо, как нам хотелось бы. -Надо ждать. -Что ж, мы подождем, - Александр достал из кармана трубку и закурил. Посмотрел на меня, потряс трубкой: - Курить будешь? -Нет. Я не курю. -Почему? Многие вампирши курят. -А эльфийки – нет. -Может, все-таки попробуешь? Это здорово стимулирует, возвращает силы? -Нет. Курение – вредная привычка, - рассудительно сказала я. Александр встал передо мной на колено и поцеловал руку. -Уважаю. Заметь, на правое колено становятся только перед королевами. -Я еще пока принцесса. -Какая разница? Я просто высказываю свое уважение. -Спасибо. Но лучше выскажи свое уважение тем, что пойдешь сражаться, когда скроется солнце! -Обязательно пойду, чтобы защитить ваши земли. А потом вы поможете отвоевать мой дом! -Конечно, поможем. Я уже дала торжественное обещание Лильяну. А сейчас мы пойдем, включимся в великую битву! Я вместе с Шарлин отправились обратно. Мы уже хотели забраться на холм, как вдруг увидели бегущую к нам Фаэру. -Евлалия! Шарлин! -Что случилось? -Бегите скорее в большой шатер! К нам приехал Дейвлин, муж Селены! У него отличные новости! Я, обгоняя Фаэру, кинулась в самый большой шатер, который стоял в середине лагеря. В этом шатре собирались представители различных рас, для обсуждения боев. Туда я ни разу не попадала, Фаэра была раз или два, но Лиоанна присутствовала там постоянно. -Дейвлин? За столом сидел Дейв, с отросшими волосами, и грязными пальцами совал с рот то куски овощей, то мелкие крошки курицы. -Привет, Ева, - сказал Дейв с набитым ртом. -Что за новости? Дейв с превеликим трудом пытался проглотить положенную в рот пищу, и ничего не отвечал. -О, великий Сарн, еда! – Шарлин села за стол и забрала у Дейвлина кусок мяса. Она протянула мне огурец, который я незамедлительно начала жевать. -Ажвары отступают с нашего фланга, - наконец произнес Дейв. – У них где-то были припрятаны корабли, и теперь они плывут не то к острову Синематра, не то к вам. Я решил предупредить вас. -У вас там, на левом фланге, есть корабли? -Нет. Поэтому я и поехал сюда. Кстати, вам велено было передать привет от девушки по имени Дара и эльфа Даниэля. -Спасибо, им тоже передай, если увидишь их раньше нас. -А ты давно приехал? – спросила Шарлин. -Нет. Около суток провел я в дороге. Устал страшно, и проголодался! Попросил еды, а мне дали какие-то жалкие огрызки. Ева, мы с тобой друзья? Может, распорядишься, чтобы меня накормили как следует? -Тебе мало? Ты и так съел три порции! – возмутилась вошедшая Лиоанна. -Сколько порций я съел? -Хейвы обычно находят эльфийскую еду не сытной, потому что порции слишком малы, - с умным видом ответила Шарлин. – По себе знаю! -Эльфам, конечно, требуются меньше еды, чем людям, - подтвердила я. -Но ведь у вас есть какие-нибудь запасы, да? Или хотя бы стада где-нибудь поблизости? -Неужели ты не знаешь, что мы никогда не держим стада животных? Во-первых, стада занимают то пространство, которое лучше могло бы быть лесом. А еще животные требуют почти постоянного внимания и кормленья. Ни один эльф не захочет взваливать на себя безрадостное бремя наблюдения за животными, которые весь день жуют! -Кроме того, кто захочет выращивать скот только для того, чтобы забивать его? -Я захочу! – возразил Дейв. – Я голоден. Неужели вы никогда не бываете голодны? -Эльфы могут жить на плодах леса. -Вы хотите, чтобы я сейчас пошел собирать орешки в лес? -Ладно, я сейчас принесу чего-нибудь съестного, - сказала Лиа. – А ты, Ева, отправь, пожалуйста, письмо на правый фланг. Нужно оповестить остальных об отходе ажваров. -Конечно! Желаю счастливой трапезы, Дейвлин! Дейв немного скривился. Я помахала ему рукой и отправилась в свой шатер. Взяла лист бумаги и написала: «Генору, Пантере, Нале или Виктору. СРОЧНО! Здравствуйте, друзья! Я спешу сообщить вам страшно важную новость: с левого фланга ажвары отступили. Они направились, похоже, к острову Синематра на кораблях, которые до этого где-то прятали. Наверняка, это будет вам интересно. А что происходит у вас. Ответьте, срочно!!! Ева…» Я отложила перо, потом немного подумала и добавила: «Ева Канто». Запечатав письмо, я пошла на импровизированную почту. Почтой служил шалаш на краю лагеря, где стояли клетки с птицами. К птичьей лапке привязывалось письмо, и Коралкин – который заправлял лагерем – называл умному пернатому имя того, кому письмо надо было везти. Письмо на правый фланг – «лети к Виктору, птичка»; письмо на левый фланг – «к Даниэлю». Птицы были очень умными, и поэтому редко ошибались. -Ева! – окликнул меня кто-то. -Алеан, привет! Ты откуда? -Только что с битвы. Ажвары начали вести себя как-то странно – как муравьи в затопленном муравейнике. -Представляю себе. Ты прав, это необычно. -А у вас произошло что-нибудь новенькое? -Да, произошло! В шатре советов сидит Дейвлин, король Вудлихта. Он тебе все расскажет. А я иду на почту, отправлять письмо Виктору. -Удачи тебе найти Коралкина. -И тебе тоже желаю удачи – она понадобиться, чтобы оторвать Дейва от еды! Помахав рукой побежавшему Алеану, я обернулась, чтобы продолжить свой путь к почте. И нос к носу столкнулась с Тиамом. -Привет, Ева, - сказал он довольно едко. – Как твои дела? -Замечательно, - я попыталась обойти его, но Тиам загородил путь. -О чем ты разговаривала с Алеаном? -О личном. А тебе не все равно? Пропусти меня, пожалуйста, я очень спешу! -О личном? – переспросил Тиамат, проигнорировав мою последнюю просьбу. – Тебе ведь он нравиться, верно? -Какое тебе дело? -Бэла ты уже совсем забыла… -Не лезь ко мне в душу! Я знаю, он был тебе другом. Но ты даже не представляешь, кем он был для меня! Я хотела уйти, но Тиам схватил меня за руку. -Никем он для тебя не был! Ты не любила его по-настоящему! -А кто, по-твоему, его по-настоящему любил? -Та девушка…Фоцвара. Когда он умер, она кинулась на Колдуна, без оружия. Она хотела задушить его голыми руками. -Но ведь в результате именно я отомстила за смерть Бэла! -Конечно! Когда отдохнула, и все обдумала. Повинуясь воле разума. А та девушка почувствовала сердцем, что Бэла нет, и… -Замолчи! Ты говоришь это, чтобы сделать мне больно! Я знаю, что я тебе сразу не понравилась! -Ты не понравилась мне, потому что я понял: ты – не пара Бэлу! Ты очаровала его и довела до смерти! Если бы не ты, он сейчас спокойно жил бы с другой девушкой! -У него была другая? -Да. До тебя. Но он не бросил ее, даже когда очаровался тобой. Я не знаю, как ее звали, но я часто видел их вместе. Когда уходила ты, он шел к ней. Они и мило ворковали в баре, уходили гулять в лес, часто сидели возле Золотого фонтана… Когда Тиам сказал это, у меня в сердце что-то оборвалось. Показалось, будто душа вывернулась наизнанку и все, что только могло еще чувствовать во мне – умерло. -Какая теперь разница. Он умер. -Ты не любила его, и теперь не любишь. Тебе на него наплевать. -Не отрицаю. Тиамат, пропусти меня, пожалуйста, мне срочно надо попасть на почту. Он отодвинулся, и я прошла вперед, гордо подняв голову. Наверное, меня опустошили наизнанку, раз я даже не могла плакать. «Все мужчины такие. Фаэт, Фреймор, Бэл... Фаэт не разбил мне сердце, гуляя с Налой, потому что когда я об этом узнала, мое сердце уже не принадлежало ему. Но неужели Бэл тоже изменял мне? Ненавижу мужчин!» -Ева, ты сюда? – это меня окликнул Коралкин. -Да. Вот письмо, - я протянула Кларку исписанный лист бумаги. -Я уже уходить собирался. Ладно, пойдем в шалаш. А то здесь такой жуткий ветер дует. Прямо до костей пробирает! -Ветер? А я и не заметила! -Ты какая-то странная сегодня. -Такая же, как и обычно. -Хмурая какая-то, - Кларк открыл клетку и вытащил голубя. – Что-то случилось? -Какая разница, это не твоя забота! Твое дело – отправить письмо! -Кому? - деловито спросил Кларк, привязывая письмо к птичьей лапке. Я задумалась. Кому было письмо? На фланг… Если Дейв приехал с левого, то письмо надо отправить на правый. -Виктору. -Слышишь, птичка, - ласково обратился Кларк к пернатой, - лети к Виктору, к Вику нашему. Мохнатенький голубь чирикнул, расправил крылья и взлетел. Я медленно проводила его взглядом. -Ева, что-то не так? – участливо произнес Кларк. -Я ведь уже сказала, что это – не твое дело! -Даже с птицами приятнее разговаривать, чем с тобой сейчас! -Вот и разговаривай с птицами, сколько душе угодно! Я резко развернулась и пошла прочь. «Коралкин не может меня понять! Он – мужчина, а мужчины все поддерживают друг друга! И вообще, все мужчины одинаковые!» Пораженная этой внезапной мыслью, я остановилась и уселась прямо на холодную землю. «Неужели все мужчины действительно одинаковы? Неужели и Бэл точно такой же, как и все? То, что я осуждаю его, может показаться глупым, потому что он давно умер. Но для меня очень важно, любил он меня по-настоящему, или притворялся. Для меня важнее этого ничего нет!» -Ева? – окликнул меня голос Шарлин. Я очнулась от раздумий и поняла, что губы мои искусаны. -Ева, что с тобой? – спросила подошедшая Шарлин. – Почему ты сидишь на земле, бледная? Я улыбнулась. -И улыбка у тебя очень уж вымученная, - добавила Шарлин. -Мне что-то плохо. -Это я прекрасно вижу. Что с тобой случилось? -Не знаю. Может, все оттого, что очень холодно? -Холодно? – переспросила Шарлин. – Не так уж и холодно. Может, все дело в том, что «эльфам требуется меньше еды, чем хейвам»? -Что ты имеешь в виду? -Ты сегодня что-нибудь ела? -Э… - протянула я. – Не припомню. -У меня есть немного жареной кукурузы, - Шарлин протянула мне пакетик. – Поешь. -Спасибо, что-то не хочется. -Ева, что с тобой? О чем ты думаешь? -Ни о чем. Со мной все в порядке… Наверное. -Тогда поешь. -Не хочу. -А чего ты хочешь? -Хочу взять меч, пойти в самую гущу сражения и перебить всех поганых ажваров! -Неожиданный взрыв энергии? – улыбнулась Шарлин. -Нет, просто мысли вслух. Взрыв энергии произошел бы, если бы я действительно схватила меч и перебила половину мужчин…то есть, я имела в виду ажваров. -Драться мечом – не так просто, как кажется на первый взгляд. -Я знаю. Я училась этому. -Мне кажется, ты на кого-то очень зла. Рассказывай, что случилось? -Шарлин, я сейчас задам тебе один вопрос. Но обещай, что ответишь на него предельно честно. То, что я спрошу, очень-очень для меня важно. -Я обещаю, что отвечу честно, - серьезно ответила Шарлин. -У Бэла была девушка, кроме меня? -Конечно, нет. Он любил тебя до умопомрачения. -И ты никогда не видела его с какой-либо девушкой в ресторане, или на улице, или у него дома? -Конечно, нет! У него никого не было. Я в этом уверена! Я была другом Бэла, и он бы рассказал мне о другой. Нет, у него никого не было. Он тебя обожал. Он говорил, что ты снилась ему еще до того, как вы познакомились! -Да, он мне это тоже говорил. А как ты думаешь, Бэл мог обсуждать с Тиамом то, что не обсуждал с тобой? -Вряд ли. А даже если бы это и произошло, Тиам мне все бы рассказал! – тут внезапно Шарлин поняла. – Неужели Тиам рассказал тебе о девушке Бэла? -Так она все-таки существует? -Я тебе вот что скажу: может быть, у него были девушки до тебя. Ведь признайся честно, и у тебя были до него парни? Я жалко улыбнулась и кивнула. -Но в тебя он влюбился раз и навсегда, - продолжила Шарлин. - Он любил тебя больше себя, и ты знаешь это. -Да. Просто Тиам сказал, что Бэл изменял мне… -Тиам соврал. Я не знаю, зачем он сказал это. Я спрошу у него. -Спасибо тебе. Ты успокоила меня. Мне казалось, что я действительно разобью головы о щиты всем мужчинам на этом побережье. -Из-за Бэла? Всем мужчинам? Зачем? -Мне показалось, что в каждом мужчине живет монстр, который думает только о том, как бы разбить побольше женских сердец! -Ну, что за глупости! Ты ведь тоже разбивала мужские сердца… -Бывало… Но я ведь не специально! Сначала я искренне любила, или думала, что люблю. -А потом совершенно искренне разлюбляла? -Вроде того. Так или иначе, ты права. Мужчины наверное не монстры. Бэл любил меня. А вот Тиам, похоже, меня терпеть не может… -Я попробую с ним поговорить. Но если ему еще раз придет в голову какая-нибудь глупость, и он скажет, что у Бэла был гарем, приходи ко мне. Я докажу, что это неправда. -Спасибо, Шарлин. Я теперь знаю, что мне нужно сделать. Медленно я пошла обратно. Я увидела Коралкина недалеко от «почты». -Коралкин! -Ева, ты? Необходимо отправить еще одно письмо? -Нет. Мне необходимо поговорить с тобой. Извини, если обидела тебя. У меня было дурное настроение. «Опять мне приходится извинятся. Постоянно кричу на молодых людей, а потом извиняюсь. Надо бы себя сдерживать!» -По тебе было заметно, - пробормотал Кларк. – Впрочем, не бери в голову. У всех бывают неудачные дни. -Куда ты идешь? -В шатер, греться. Тут ведь ужасно холодно! -Да, теперь я это чувствую! Пошли скорей в шатер, там наверняка теплее! Теперь я чувствовала, как холодный ветер пробирается под одежду, на коже выступают мурашки. «Мне тепло. Мне тепло. Мне тепло…» - уверяла я себя. -Ева, у тебя губы синеют… Скорее, идем в шатер! Коралкин чуть не силой впихнул меня в шатер. Я почувствовала, как по телу разливается блаженное тепло. И еще я слегка ощутила какой-то странный запах. Ко мне подскочила Лиа. -Ева, что с тобой? Ты совсем синяя! -Мне кажется, она заболела. Сначала ходила хмурая, кусала губы, накричала на меня. Потом пришла извиняться, теперь побледнела… -Я просто замерзла. Сначала долго шла. Потом сидела на холодной земле. Потом опять долго шли. -Зачем же ты на земле сидела? -Надо было подумать. Ты не дашь мне чего-нибудь горячего? -Сейчас я налью тебе теплого травяного чаю. -Так вот, чем пахнет! -Да, именно, - Лиа впихнула мне в руку горячую, ароматную чашку. Я хлебнула, почувствовала, как горячая вода обжигает губы, рот. Мне стало совсем тепло, только на секунду закружилась голова. -Где можно присесть? -Крепко же ты замерзла! – усмехнулась Лиа. – Прямо позади тебя – стол! Я развернулась, села за стол, отпила еще немного из чашки, поставила ее на стол, глянула вперед…и обомлела. Напротив меня сидел Бэл. Он встал и подошел ко мне. -Ева, уж не из-за того ли ты так плохо себя чувствуешь, что я приехал? -Нет. Когда ты рядом, я всегда чувствую себя хорошо. Пусть холодно, пусть дождь. Ты со мной! Я встала, обняла Бэла, закрыла глаза и потянулась губами к его губам… -Ева, что ты делаешь? Я открыла глаза и увидела прямо перед своим лицом донельзя удивленное лицо Дейва, и поняла, что обнимаю его. От неожиданности я отпустила шею Дейва, отшатнулась и упала на стул. -Вы правы. Я, наверное, заболеваю. Мне нехорошо. -Может, тебе просто надо передохнуть? – спросила Лиа. -Скорее всего, ты права, - откликнулась я. – Я прилягу и постараюсь уснуть. Разбудишь меня когда… Когда ты меня разбудишь? Лиа задумалась. -Сейчас Фаэрина управляет сражением. Когда она вернется, я разбужу тебя, чтобы ты ее заменила. -Отлично. Тогда я буду у себя в шатре. Я доковыляла до шатра, не раздеваясь, завалилась на кровать и закрылась одеялом от дневного света. Зажмурив глаза, я начала мечтать о том, что мне присниться Бэл. «Альбейн, ты отобрала его у меня! Дай мне его хотя бы во сне!» Внезапно мне в голову пришло, что мне никогда не снился Бэл. Он говорил, что я приходила к нему в сны еще задолго до того, как мы встретились. Почему же он мне не снится? Я начала вспоминать, что мне вообще снилось. Эльфы по сущности своей редко видят сны. А если и видят, то не запоминают. Я помнила только один свой сон. Будто я разговариваю с каким-то не то Богом, не то Дьяволом. Он обещает, что скоро мир изменит меня. А я кричу, что не изменюсь, изменится мир. Так что же, изменилась я или нет? Не знаю. Я узнала, что такое настоящая любовь. Узнала, что значит потерять самого дорогого человека. Наверное, я изменилась. Но в чем я уверена точно – я меняю мир! Сейчас где-то возле побережья эльфы сражаются бок о бок с вэйтами, а орки жертвуют жизнями, чтобы спасти демонов. Разве было такое возможно в старом мире? Конечно, нет! Мир сильно изменился, и я тоже приложила к этому руку! Что снилось мне еще? Разговор с богиней Альбейн. Я жаловалась ей, что никто меня не понимает. А она сказала, что на свете есть хейв, который поймет меня. Хейв, который думает, как я. Это был Бэл, я знаю! Он понимал меня с полуслова. Ему достаточно было взглянуть мне в глаза, чтобы понять, что твориться в моей душе. Мы были с ним, как две половинки единого целого, как два одинаковых осколка зеркала Альбейн. Мы смотрели друг на друга, и в то же время в одном направлении, наши сердца бились в унисон. Почему же Альбейн забрала его у меня? Я почувствовала, что сознание уносит меня куда-то далеко-далеко. «Я стою на зеленой лужайке, где у журчащего ручейка сидит красивая девушка с черными длинными волосами, заплетенными в косу. -Альбейн, почему ты забрала у меня Бэла? Девушка смотрит мне в глаза, и я вижу на ее молодом с виду лице отпечаток веков. -А что было бы, если бы он был жив? – спрашивает она меня красивым грудным голосом. -Мы поселились бы далеко от всех Он был бы моим мужем, и я любила бы его со всей силой, что заложена в моем сердце. У нас родились бы дети… -Нет! – жестоко прерывает меня Альбейн. – Этого никогда не должно было случиться. Во-первых, вы брат и сестра. Вы не поняли, что не должны быть вместе, и я забрала Бэла. Во-вторых… Что было бы, если бы он остался жить? Небо сереет, поднимается ветер, появляются черные тучи. Я слышу злобное карканье ворон. -Разве пришла бы тебе в голову мысль убить Альфера? Нет! Разве уничтожили бы вы Мерфоила? Нет! Разве объединила бы ты народы на борьбу с ажварами? Нет! – Альбейн говорила все строже и строже. - Бэл все равно бы умер, и ты умерла бы, и все бы умерли! У тебя еще есть шанс спасти мир, изменить его… А после ты встретишься с Бэлом… В моем мире… А покуда прощай, Ева! Я поняла, что взлетаю. Лечу вверх все быстрее, быстрее и быстрее. Мимо меня проносятся облака, похожие на куски картона, а наверху – твердый купол неба. Еще секунда – и я врежусь в него…» -Нет! – я дернулась, вскочила и поняла, что сижу на кровати. Рядом со мной – Фаэрина. -Ева, как хорошо, что ты проснулась сама. Мне так жаль было тебя будить, но надо. Лиа сказала, что ты должна принять на себя управление войсками. -Хорошо. Я уже встаю. -Мой тебе совет: оденься потеплее. Там, снаружи, жутко холодно, я страшно замерзла. -Хорошо, - я натянула на ту одежду, в которой была, еще два плаща вдобавок. Подняла с пола лук и колчан, закинула за спину и вышла. Едва я вышла из шатра, меня обдало ледяным ветром. «Ненавижу ажваров! - подумала я. – Если бы не они, я бы сейчас сидела в теплом доме перед камином с пледом на коленях и с кружкой горячего чая… или танцевала бы на каком-нибудь балу. А из-за этих поганцев в ужасную погоду приходится выползать на улицу, да еще сражаться! К тому же управлять войсками, чем я никогда не занималась и чего абсолютно не умею!» Я поднималась на холм, когда почувствовала, что меня кто-то робко дергает за подол плаща. Я обернулась и увидела маленькую вэйту, очень стеснительную по виду. -Госпожа эльф… - начала она, как-то порозовела и затихла. Я присела на корточки и улыбнулась. -Меня зовут Ева, и не надо звать меня госпожой. В чем дело? -Королева Олина хочет о чем-то поговорить с вами, госпожа Ева, - промолвила вэйта, и больше из нее нельзя было вытянуть ни слова. Я поднялась. -Проводи меня к ней, пожалуйста… Вэйта робко пошла вперед, то и дело оборачиваясь, словно боясь, что я потеряюсь. Это немного раздражало меня. Больше раздражало, что вэйта шла с потрясающе медленной скоростью. Попросить ее двигаться скорее я опасалась, дабы не вызвать приступ абсолютного ступора у ящерки. Несмотря не черепаший шаг, мне вскоре удалось добраться до шалаша, вокруг которого толпились вэйты. -Здесь живет Олина? -Кто? – не поняла вэйта. Видимо, в ее крошечной голове не укладывалось, как я могу называть королеву по имени. -Королева живет здесь? -Да. Я зашла в шалаш, оглянувшись на двух или трех приглушенно зашипевших вэйт. Шалаш был низенький, мне даже пришлось пригнуться, несмотря на то, что я не так уж высока. -Это ты, принцесса Ева, девочка с кинжалом? Я приподняла голову и увидела серую от старости облезлую вэйту, которая сидела на пучке чистой соломы. -Это вы, королева Олина, вэйта, которая отстаивает свои убеждения до последнего? Вэйта медленно наклонила голову и вроде как улыбнулась. -Вы хотели о чем-то поговорить со мной? -Ты угадала, девочка. Нам надо серьезно поговорить. Не подумай плохо обо мне, я просто выражаю мнения своего народа… Я поняла, что разговор будет малоприятным. Вэйта продолжала: -Сейчас, когда мы воюем вместе против ажваров, создается впечатление, будто и не было никогда многолетней вражды. Но что будет, когда ажвары отступят? -Ажвары пока не сдают позиций… - возразила я. -Ошибаешься, девочка. Мы сильно сдвинули их. Не сегодня-завтра они побегут прочь с нашей земли. И что тогда? Что будет с вэйтами? Мы по-прежнему будем жить в пещерах на болотах, по-прежнему будет продолжаться великая война? -Насколько знаю я, никто никогда ниоткуда не выгонял вэйт. И тем более, вэйт с их земель никогда не сгоняли эльфы. -Да, не сгоняли. Нам отвели специальные участки, на которых мы могли селиться. За пределы этого участка мы не могли выходить. -Я этого не знала. Может, это всего лишь слух? -Сколько тебе лет, девочка? Девятнадцать? Двадцать? А мне – больше двух тысяч лет! Я видела все, что происходило, своими собственными глазами! -Тогда я прошу извинения за всех эльфов, с которыми вы когда-либо сталкивались. И я возвращаю вам право спокойно селиться на землях эльфов. -Конечно, принцесса, твое разрешение бесценно, но не могла бы ты как-нибудь подтвердить свои слова? -Конечно, могу. Сейчас я напишу приказ. У вас есть бумага и перо? -Не совсем. Вэйта порылась в соломе и извлекла оттуда кусочек кожи и железную палочку. Я повертела кожу и палочку в руках. -Что я должна с этим делать? -Вырисовывать буквы на коже палочкой, - объяснила вэйта. Первые слова мне не очень удались, но потом я наловчилась и написала-таки нечто вроде: «Я, Евлалия Габриель Долорес Грэчел, принцесса Белиндейна, Дейна, Сейпарана и т. д., объявляю о своем намерении вернуть вэйтам земли, отобранные у них во время Первой Великой Экспедиции и даю разрешение вэйтам селиться на этих землях наравне с эльфами. Своей подписью подтверждаю данный документ, Евлалия Габриель Долорес, принцесса Белиндейна…» Получив коряво нацарапанную грамоту, Олина внимательно прочитала, изобразила на лице подобие улыбки и убрала грамоту в солому. -Спасибо, Евлалия. Ты очень добра и справедлива, и боги будут помнить об этом, когда будут думать, из какого сосуда – счастья или несчастья – сыпать пепел на твою судьбу. Я не очень поняла эту длинную мудреную фразу, но предположила, что таким образом вэйта желает мне удачи. А Олина продолжала: -Ты будешь мудрой и доброй королевой, и твои подданные будут любить тебя больше себя… -Я никогда не стану королевой, потому что я не старший ребенок, - объяснила я. -Жаль. Из тебя получилась бы отличная правительница! -До свидания, Олина. Вы говорите, что ажвары не сегодня-завтра отступят? Тогда я сгруппирую войска и постараюсь нанести решающий удар! Выйдя из шалаша Олины, я с трудом определила, где нахожусь, и направилась к холму, с которого открывалась потрясающая картина на побережье, где шла битва. Продвигаясь вперед, навстречу ветру, я раздумывала: «Я никогда не стану королевой. Жаль. Впрочем, я никогда на это не рассчитывала. Во-первых, чтобы одна из нас, сестер Грэчел, стала королевой, предыдущий король должен умереть. А я меньше всего на свете хочу, чтобы умирал мой дед. Во-вторых, даже если дед по какой либо причине не захочет больше быть королем, королевой станет Лиоанна. Если Лиоанна откажется, то за ней идет Фаэрина. Я – последняя в очереди. Впрочем, если бы Бэл выжил, он стал бы первым претендентом на роль Короля. А я тогда вполне могла бы стать королевой. Странно, почему я раньше никогда не думала об этом? Нет, даже если бы Бэл не был принцем, я все равно его люблю. До сих пор люблю. Не быть мне королевой – ну и что? Я совсем не рвусь управлять государством!» Я взошла на холм. «Хотя управлять войсками все же придется!» Едва я добралась до вершины холма, как ко мне бросился начальник отряда эльфов (кажется, Лион), высокий мордастый орк и скуластый, глядящий исподлобья демон. -Принцесса Евлалия, мы ждем вас очень долго, - музыкально пел Лион. -Прикажите разнести подонков, царевна! Получите их в лучшем виде с кинжалами в кишках! – басил орк. -Нам не дают использовать заклинания во время боя! Без заклинаний мы бессильны, бессильны, - шипел демон. – Позвольте использовать заклинания, королева! -Принцесса Евлалия, прикажите батальону эльфов переместиться немного направо. -Царевна, эльфийские мечники ждут - не дождутся возможности подраться, а волосатый хмырь не дает! -Орки будут только мешать духам и демонам, которые и так наседают на ажваров! Ажвары и без помощи орков скоро окажутся на воде! -Позвольте, позвольте, королева...! От беспрерывного трепа трех существ у меня голова пошла кругом. -Замолчите! Троица замолчала и уставилась на меня. -Вы провели здесь больше времени, чем я. Вы знаете поле битвы больше, чем я. Я не буду вам мешать. Лион, переводи отряд. Господин орк, ведите в битву армию орков. Я позволяю демонам использовать заклинания! Демон, орк и эльф хотели разбежаться в разные стороны. Однако Лиона я остановила. -Подожди, Лион! Он остановился, повернулся ко мне и склонил голову. -Да, принцесса Евлалия? -Я тоже хочу поучаствовать в битве. -Хорошо. Пройдемте со мной, я покажу вам, где будет расположена часть армии эльфов… Я сняла со спины лук, вынула из колчана стрелу. Что ж, день закончился так же, как и начинался. Свистом стрел и воплями ажваров. Вжик! Вжик! Вжик! Глава 65. Шарлин шла вперед, с твердым намерением отчитать мужа за издевательство над Евой. Шарлин не ссорилась с Тиамом за все время их свадьбы, потому что она соглашалась со всем, что делал или говорил Тиам. Хотя Тиам и не делал ничего плохого, или такого, что не понравилось бы Шарлин. Но сейчас в первый раз поругаться с мужем из-за подруги не казалось ей чем-то странным. Она не сомневалась, что так любая бы поступила. Когда Шарлин увидела Тиама, она окликнула его: -Тиамат! Он развернулся, улыбнулся и хотел обнять Шарлин. Шарлин безумно любила Тиама, презирала себя за эту безумную любовь, но ничего не могла поделать со своим чувством. Но сейчас, неожиданно для Тиама и даже для себя самой, она отстранилась от этого объятия. Улыбка Тиама погасла. -В чем дело, Леа? -Я хочу с тобой поговорить. -Произошло что-то плохое? -Еще не знаю. Я попытаюсь выяснить это, поговорив с тобой. -Что ты имеешь в виду? -Ты говорил сегодня с Евлалией? Тиам понял, о чем будет разговор. Он кивнул. -Зачем ты сказал ей, будто у Бэла был еще кто-то? -А почему бы и нет? – спросил Тиам. Подобный цинизм неприятно поразил Шарлин. -Ева ведь любила его. Для нее очень важно знать, что и он любил ее. Если бы у Бэла был кто-то на самом деле, я бы и то не сказала, чтобы не обидеть ее. Но ты соврал именно с целью причинить ей боль! Я не понимаю… -О какой боли ты говоришь? Она не любит его и никогда не любила! Он в ее руках был всего лишь игрушкой… -Неправда! Я знаю, что она любила его так же, как я тебя… -Я не верю. Когда она смотрела на нее, я видел в ее взгляде счастье, удовлетворение, смех, но не любовь! Когда он умер, я видел грусть, ужас, но не любовь! Она позволила ему умереть, а сама осталась жить! Разве так любят? -Ева должна была отомстить за него! Разве, если бы я умерла, ты бы не мстил? -Я бы не позволил тебе погибнуть так, как погиб Бэл! -Ева не виновата. Почему ты хочешь причинить ей боль? -Я ненавижу ее! – вскрикнул Тиам, и лицо его на секунду стало неприятным. Затем он опустил глаза и тихо сказал: – Я не знаю, почему, Шарлин. Но я ее действительно ненавижу. -Почему? -Она смеется тогда, когда хочется плакать. Он говорит все невпопад. Она глупа, как ящерица. Она все время пытается привлечь внимание… -Но Ева не злая! Она чиста, как снег на вершине горы. Пусть она немного простодушна и не знает того, что знаешь ты, но ее нельзя ненавидеть! -Я хочу, чтобы ты перестала ходить с ней повсюду. Она убила Бэла. Я боюсь за тебя. -Нет! – возможно, в первый раз, Шарлин противоречила мужу. – Если я брошу подругу, я буду предательницей! Я не сделаю этого, никогда! Ева Грэчел – моя подруга, и тебе придется с этим смириться! -Хорошо, Шарлин. Только, надеюсь, ты избавишь меня от общения с ней? -Она ведь моя подруга, а не твоя? Тиам усмехнулся и стал вновь тем добродушным мальчиком, каким он был раньше. -Я люблю тебя, Леа. Что бы я ни говорил. -Можешь не продолжать. Я знаю. Что бы ты ни говорил, я тоже буду любить тебя. Потому что по-другому я не могу. Пострелять мне как следует не удалось. Едва только, сраженные моими стрелами, упали на землю три и ли четыре ажвара, как меня уже кто-то принялся дергать за плечо. -Ева! Ева! Тебе письмо! – это оказался Коралкин. Я развернулась, схватила конверт. На белом бумаге синели крупные буквы: «Ева Канто». -Ева, слышишь, я ухожу! -Уходи, уходи, - машинально отпустила я Кларка, не подумав, что он мог бы помочь нам в битве. «Почему Канто? Ах да, ведь когда я отправляла письмо Виктору, я подписалась как Ева Канто! Наверное, они решили ответить мне, именно как Ева Канто!» Я быстро распечатала письмо. «Интересно, что происходит на правом фланге?» Но письмо оказалось не от Виктора, не от Налы, не от Пантеры и даже не от Генора. Писала Полета. «Здравствуй, милая Ева! Не удивляйся, что я знаю твое настоящее имя – Фреймор рассказал мне все о тебе. Я пишу, чтобы поблагодарит тебя: именно из-за тебя мы сейчас с Фреем помолвлены! Как ты узнала, что Фрей, увидев мои обнаженные плечи, начнет нежно ухаживать за мной, как мать? Впрочем, неважно. Но одну тебя я могу благодарить теперь за мое счастье! Я уверена, что ты сейчас тоже счастлива. Фрей рассказал, что ты встретила хейва, с которым не хочешь расставаться ни на минуту! Его фамилия Канто. Я думаю, что эта фамилия скоро станет твоей, если уже не стала… На самом деле, я пишу не только затем, чтобы благодарить. Я сообщаю, что выполнила твою просьбу, хотя она показалась мне несколько странной. Я поговорила с самим королем, представь себе! Корабли с бывшими заключенными уже плывут на Фаэрию. Признаться, никогда не думала, что каторжане выглядят так, как они выглядят на самом деле. Они показались мне жалкими, некоторые даже плакали…» Я скомкала письмо, бросила его. -А писем с правого фланга нет? – спросила я Коралкина, и терпеливо ждала ответа, пока не вспомнила, что Кларк уже ушел. «Вот дура-то!» Но не успела я зарядить лук, как меня снова кто-то окликнул. Повернувшись направо, я поняла, что окликает меня Лион. -Принцесса Евлалия, вы меня не отпустите на несколько минут? -Конечно, Лион. Иди, куда хочешь, - сказала я, тщательно прицеливаясь в ажвара, занятого убийством орка. Свист стрелы – и враг сражен. Эльф сбежал по склону холма, а вместо него на вершину поднялся другой эльф. -Ева, что здесь происходит? -Алеан? Привет, а где ты был? -Грелся в шатре, разговаривал с королем Вудлихта. А здесь ты ведешь битву? -Да. Неужели так заметно, что я здесь главная? -Нет. Если бы я не знал, что ты принцесса, прошел бы мимо не здороваясь. Но объясни мне, по какой тактике ты сражаешься? -Я разрешаю делать начальникам все то, что они считают нужным. -Смело. Однако, глупо. -А что ты мне посоветуешь сделать? -Посоветую бежать в шатер и отогреваться. У тебя руки, как мерзлый снег, - он подышал на мои ладони. – Я официально тебя сменяю. -Спасибо, Алеан, - я вздохнула, выстрелила последний раз (попала ажвару в ногу) и засеменила вниз с холма. Вскоре я была уже возле шатра. Войдя, я увидела странную картину. Все: Дейвлин, Фаэрина, Шарлин – стояли, прижавшись щеками к ткани шатра. -Что здесь… - начала я, но Фаэра сделала мне знак промолчать. -Что здесь… - прошептала я. -Волки бы тебя сожрали, любопытную такую, - тихо выругался Дейв, отлип от стены, схватил меня и вновь ринулся к стене. Прижавшись ухом к колыхающейся ткани, я услышала голоса – Лиоанны и Лиона. -Но почему? – это спрашивала Лиоанна, как мне показалось, с отчаянием в голосе. -Принцесса Лиоанна, вы прекрасная девушка. Но вы – будущая королева, вы мудрая, серьезная, опытная… -А честь стать твоей женой может получить только глупенькая овечка, вроде моей сестренки Евлалии? Шарлин, Фаэра и Дейв одновременно посмотрели на меня. «Спасибо, Лиа!» - подумала я. -Нет. Разговаривать с серьезными девушками – это огромное удовольствие для меня, но разговаривать с будущей королевой – это непостижимо для моего разума. Я – простой лучник, я не знаю, как обходиться с… -Все ясно, - горько сказала Лиа. – Можешь идти, тебя ждет Ева. -Благодарю вас, принцесса Лиоанна. В момент Шарлин и Фаэра отлипли от стены и сели за стол. Я схватила за руку задумавшегося Дейва и подпихнула его к столу. И тут вошла Лиоанна. -На чем мы остановились? – спросила она, и ее взгляд упал на меня. – Ева, ты уже здесь? -Да, и мне совсем не помешал бы стакан горячего чая, чтобы согреться. -Сейчас. У нас еще остался чай с утра. Я думаю, он не совсем остыл. Лиоанна выглядела так трагично, и я даже не злилась на нее за то, что она обозвала меня овечкой. -Держи, - Лиа протянула мне стакан. Я отпила немного, и почувствовала, что согреваюсь. -О чем вы тут разговариваете? – спросила я, чтобы прервать установившееся молчание. -Мы обсуждали, каким образом можно прогнать ажваров с Фаэрии до наступления холодов. -Поправьте меня, если ошибаюсь, но по-моему холода уже наступили! -Станет еще холоднее. Если мы не победим, то… -Вымрем от холодов, - кивнула я, допивая чай. Лиа медленно кивнула. -У кого есть какие предложения? – спросила Шарлин. И все сразу как-то примолкли. -Меня можно освободить от разговора, - сказал Дейвлин. - Мне кажется, я уже прогнал ажваров со своего поля битвы. -Ты награжден за это тройной порцией еды, - скорчила гримасу Лиа. И снова все замолчали. Я отчетливо услышала топот, будто кто-то бежит к шатру. Секунда – и хрупкая дверца шатра летит вперед метра на два, и на пороге показывается красное лицо Алеана и его сияющие сапфирами синие глаза… А вот и он сам! Я заметила, что он запыхался, а штаны у него мокры по колено. -Быстро, бегите на берег! -Что произошло? -Ажвары отступают. Помните бревна, которые они растащили месяц назад? Они построили корабли и отплывают. Нам удалось отбить один из кораблей. -И что теперь? -Они направляются к острову Синематра. Если мы сядем на корабль, мы можем попробовать согнать их с острова. -Не разумнее ли будет построить много кораблей, чтобы согнать ажваров наверняка? -Наступят холода, и сражаться будет сложнее. Не можем ведь мы подарить ажварам остров Синематра? -Не можем! – Лиоанна накинула плащ и схватила со стола лук. – Бежим за Алеаном! -Но… - начала Шарлин. -Никаких но! Я поеду, и мои сестры поедут со мной, - сказала Лиа, я и Фаэра кивнули. – Если не хочешь, оставайся! -Конечно, я поеду с вами, - согласилась Шарлин. Она достала из ножен красивый широкий меч с кружевной рукояткой. – Я готова. Лиа, выпрыгнула из шатра. За ней – Фаэра. Дальше, сжимая лук в руках, вылетела я. Я чувствовала, будто крылья на ногах несут меня вперед. -Куда ты скачешь так быстро? – меня нагнала Шарлин. Лиа и Фаэра умчались куда-то вперед. -Сердце поет, а ноги несут. Ажвары отступают! – я летела вперед, позади меня развевались плащи, наподобие крыльев. – Дай мне руку, и не отставай! Схватив руку Шарлин, я помчалась еще быстрее, стремясь нагнать сестер. Я добежала бы без остановок до самого корабля, но вдруг заметила на пути Тиама. Я резко затормозила, а рядом со мной остановилась Шарлин. -Куда ты ведешь мою жену? – недовольно спросил Тиам, сложив руки на груди. Мне вспомнилась старая пословица хейвов: «в каждой бочке меда есть ложка дегтя». Если допустить правильность этой пословицы, то в нашей с Шарлин дружбе эта ложка дегтя – Тиам. -Мы плывем за ажварами, чтобы не дать им укрепиться на острове Синематра. Я тоже плыву, - ответила Шарлин. -В таком случае, я плыву с тобой! – заявил Тиам. -Корабль в той стороне… возле моря, - хмуро указала я Тиаму. -Я прекрасно знаю, что корабли плавают по воде. Только не был уверен, что это укладывается в твоей милой маленькой эльфийской головке. Я не успела придумать, какую колкость можно сказать Тиаму (про его дурацкую прическу, например), как сзади послышался голос: -Эй вы, вояки! Куда вы направились без шлемов? Это кричал Дейв с подножия холма. Нам пришлось вернуться и помочь ему. Когда мы, в шлемах на головах и со шлемами в руках, добрались до корабля, Лиа закричала с кормы. -Ну, наконец-то! Мы вас заждались! Счастье, что корабли ажваров перегружены и плывут медленно. Они недалеко, и мы их легко догоним! -Залезайте сюда! – сказала Фаэра. – Спасибо, что шлемы захватили! Мы про них совсем было забыли. Чтобы взобраться на корабль, пришлось зайти в воду чуть ли не по пояс. Я поняла, почему штаны Алеана показались мне мокрыми. На палубу залезть тоже было трудно. Тиам помог Шарлин, а мне помочь даже не подумал. -Вот, мы и здесь. Почему же мы не плывем? – поинтересовалась я, когда Тиам, Шарлин и я оказались на корабле. -Ждем Алеана. -А где он? -Он пошел к стоянке духов. Они полетят за нами. Им не понадобиться отдельный корабль, и они помогут нам сражаться. -Тем более, остров Синематра – их дом! – добавила Лиа. Внезапно на борт лихо вскочил Алеан. -Отправляемся! – он перерубил канат, которым корабль был привязан к берегу. -А ты знаешь, в какую сторону ветер? -Девочка, не думай, что твой друг – эльф так же туп, как и ты! – вмешался Тиам. – Даже я уже успел понять, что ветер – южный. -Тебе легко это узнать, у тебя на голове полно флюгеров! Тиам фыркнул. -Вы можете не ссориться здесь? – спросила Шарлин, сердито глядя то на меня, то на Тиама. – Ссора на корабле – не к добру. Не дозволь Сарн, шторм будет! Неожиданно небо потемнело, будто наступила ночь. Я подняла голову, и увидела наверху тьму духов. -Наши союзники нас не оставят. С ветерком, до острова Синематра! – сказал Алеан, прилаживая второй парус. Генор потянулся, откинул одеяло встал и осмотрел себя. «Я сейчас хейв. Без сомнения, хейв…» Он накинул теплый плащ и вышел. Утро было ясное, небо чистое, без единого облачка, солнце яркое, свежее. Генор смотрел на это чистое голубое небо, и увидел небольшое темное пятно, которое блестело на солнце. Пятно, приближалось, увеличивалось и принимало очертание дракона. Наконец, Генор разглядел Пантеру. Когда Пантера снизилась и готовилась сесть на землю, она так сильно захлопала крыльями, что Генор чуть не улетел, если бы вовремя не обратился в дракона. Пантера села. Несмотря на то, что она видела превращения Генора каждый день, по ее хвосту пробежала дрожь. Генор заметил эту дрожь, но не отнес на свой счет. Еще Генор понял, что выражение на лице у Пантеры испуганно-счастливое. Он хотел спросить, в чем дело, но Пантера уже рассказала все сама: -Вот радость-то! Ажвары отступают, представляешь? Генор ожидал чего угодно, но только не этого, и от неожиданности он едва не сел на хвост. -Повтори, пожалуйста, - попросил он, выпучив глаза. -Ажвары отступают. Только что, у меня на глазах, он сели на корабли и отплыли. Некоторые драконы пытались их преследовать, но бросили это бесперспективное дело. -Откуда же у них, интересно, корабли? -Я не представляю. Но мне почему-то кажется, что ажвары не отступят совсем. Они бросят все силы на один фланг. -Куда? -Если бы я была предводителем ажваров, я приказала бы атаковать центральный. Может быть, ты полетишь туда и предупредишь их? -Но почему я? -Ты – маг, и долетишь быстрее. -Хорошо. Генор уже распахнул крылья и собрался лететь, но внезапно увидел Налу, которая бежала к ним и кричала что-то. -Что с ней? – презрительно поинтересовалась Пантера. -Не знаю. Кажется, она кричит мне «Стой!». -Стой! Стой! – к драконам подбежала Нала. – Генор, куда ты летел? Неважно, теперь ты летишь к Еве. -Куда? -Туда, где Евлалия. Она написала нам. От их фланга уплывают ажвары. Только что Виктор получил письмо! -Он хотел лететь именно туда! - вмешалась Пантера. -От нашего фланга тоже отходят ажвары, - сказал Генор. – Я не понимаю, почему я должен куда-то лететь. Война, кажется, окончена. -Ева пишет, что там Дейв. Может, ты все-таки узнаешь, что там происходит? -Я не понимаю, зачем? Вы стремитесь от меня избавиться? Пантера нахмурилась. -Я не знаю, почему, но я чувствую, что ты там сейчас очень нужен. -Ты тоже обладаешь магическими способностями? -Нет. Я просто долгое время жила рядом с Евой. Мы как будто связаны одной нитью. Я чувствую, что она думает. -Я, пожалуй, доверюсь твоему чутью, - с неохотой согласился Генор. – Так уж и быть, слетаю в центр. Кто знает, может и Дара там? А вы, если ажвары не вернуться, тоже подтягивайтесь. Он взмыл в небо, и скоро попал в бесконечной голубизне. -Ажвары не вернуться, - сказала Нала. – Я чувствую это. -Я тоже, - согласилась Пантера. – Отыщи Виктора и кого-нибудь из джиннов. А я найду Тритона. Мы тоже отправляемся в центр. -Зачем? Ведь Генор по сути прав, война закончилась. Осталось только вернуть духам их остров. -Сердце подсказывает мне, что там, именно там будет происходить что-то важное. Глава 66. -Земля, земля! Вижу землю! Алеан прищурился: -Эти духи все заполонили! Ничего не видно! Хоть бы они уже улетели! В эту самую секунду стая духов рванула вперед. Мы увидели свет солнца и землю, на которую духи приземлились, раскидывая лапами ажваров, когтями перерезая ажварам вены. -Теперь я тоже вижу землю. Нам туда, - откликнулся Алеан. Корабль носом ткнулся в сушу, я чуть не упала, но схватилась за Алеана. Мои сестры, Дейв, Тиам и Шарлин выпрыгнули за борт и, обнажив мечи, побежали к группам ажваров, шлепая ногами по мелководью. Я тоже хотела спрыгнуть за борт, но Алеан схватил меня за руку. -Ты владеешь мечом? -Да. -Меч при тебе? -Нет. Свой меч я оставила еще в Амадене. -Плохо. Сейчас и здесь без оружия ты бесполезна. -У меня есть лук… -Лук в рукопашной битве – не оружие. Смотри, какая сеча на берегу! Из лука ты того и гляди попадешь в союзника. -Я хорошо стреляю! -И все же не будем рисковать. Я сражаюсь двумя мечами, и дам тебе один, - он протянул мне почти абсолютно плоский меч с простенькой, ничем не украшенной рукояткой. -Подожди, Алеан! – вскрикнула я, увидев, что он собирается покинуть корабль. – Я еще не разу мечом не дралась… Что мне делать? Как надо бить? -По шее, чтобы снести голову. Или по локтю. -Зачем по локтю? – удивилась я. -У ажваров ведь под серыми мантиями – кольчуги! А вокруг шеи и на локте железных звеньев нет, чтобы руками можно было двигать и головой ветреть… -Хорошо… Я проследила, как Алеан кинулся в гущу дерущихся, и мысленно согласилась с ним, что при такой давке из лука не просто подстрелить именно врага. Глубоко вдохнув, я кинулась вниз с палубы, выбежала на сухую землю… и тут увидела, что мои сестры, Алеан, Дейв, Шарлин и Тиам подняли мечи вверх. -Ажвары отплывают! – закричал сверху дух, в котором я узнала Лильяна. – Они плывут к своим пустыням! Лишь небольшая группа осталась на юге! Духи все, как один, хором, завыли, и призрачное воинство кинулось на юг. Лильян – впереди. -Ура! Победа! – вскричала Фаэра, воткнув меч в землю. Стоявшие вокруг сделали то же самое. -Окончательная победа! – басом вздохнул Дейв, провожая взглядом отплывшие на пару десятков метров корабли ажваров. -Ура, мы победили! – воскликнул Тиам и обнял Шарлин. Почти в эту же секунду на одном из кораблей ажваров сверкнуло что-то, и полетело в сторону острова. Когда оно подлетело, я поняла, что это копье. И мчится оно в сторону Шарлин, которая стояла спиной к морю. Все нижеизложенное произошло не больше, чем за две секунды. -Берегись, Леа! – крикнул Дейвлин. Тиам увидел копье, глаза его сразу стали большими, он резко развернул Шарлин так, что сам оказался стоящим спиной к морю. В этот момент копье вошло в него и пробило насквозь его вместе с Шарлин. Тиам и Шарлин вместе издали какое-то непонятное бульканье и упали на колени. Алеан выхватил из-за спины лук, и принялся стрелять в отплывавшие корабли ажваров. Но корабли были уже далеко, стрелы падали в воду. -О, Альбейн! – воскликнула, глядя на Тиама и Шарлин, Фаэрина. – Им надо помочь! Тиам обнял Шарлин еще крепче, и прикоснулся своими губами к ее губам. Шарлин тоже обняла его, и они остались стоять на коленях, сжимая друг друга в объятиях. А остальные стояли и смотрели на происходящее, не пытаясь ничего предпринять. Я очнулась первая. -Сейчас я помогу, - я подбежала к копью, схватила его за острие и попыталась вытащить. Шарлин вскрикнула и потеряла сознание. -Ты не умеешь, не трогай! – прошептал Тиам и закашлялся. – Дай нам умереть спокойно! -Ева, не трогай копье, - попросил Алеан, подбежал и схватил мою руку. -Неужели ты не понимаешь? Если им не помочь, они умрут! -Но ты ведь и вправду не умеешь! Подожди, сейчас я выну это проклятое копье. А потом мы поедем обратно, на материк. Там есть врачи, они помогут. Осторожно – осторожно Алеан вытащил копье. -Им повезло – копье не отравлено! Спящую Шарлин и кусавшего от боли губы Тиама аккуратно внесли на борт, уложили на палубе, на плащах, и корабль поплыл на Фаэрию. Глава 67. -Быстрее! Быстрее! – кричала я, морща лоб, стоя на носу корабля. -Ева, мы плывем так быстро, как только возможно! Тиам потерял сознание сразу же, как корабль тронулся. Из ран хейвов сочилась кровь. Сквозные раны зажимали всеми кусками ткани, которые мы только нашли - нижними юбками платьев, подкладками плащей. Я подбежала к хейвам, протерла Шарлин лицо тканью, которая была смочена морской водой, затем снова вбежала на нос корабля. -Фаэрия уже близко! Пустите! Я выпрыгнула с корабля, встала на ноги. Вода была по пояс, она мешала идти, но я изо всех сил побежала вперед. Выбравшись на сушу, я кинулась к лагерю эльфов, чтобы найти врачей. Искать никого не пришлось: все эльфы, вперемешку с орками и нечистью стояли на улице, на холодном ветру, и что-то обсуждали. Отовсюду слышались вопросы, видимо, обращенные ко мне. -Мы прогнали ажваров? -Мы победили? -Врача! Срочно, мне нужны лекари! Из толпы вышли трое или четверо молодых эльфов. -Мы к вашим услугам, принцесса Евлалия. -Быстрее, за мной, к побережью! Лекари шли так медленно, что я чуть ли не подталкивала их в спину. -Принцесса Ева, правдив ли тот слух, что жители Фаэрии вместе прогнали ажваров? -Да, да, это правда! Лица эльфов просияли. -Прекрасно! -Да, это великолепно, но не могли вы идти быстрее? Когда я привела лекарей, Шарлин и Тиам уже лежали на суше, на плащах. -Срочно нужно перенести хейвов в теплый шатер! – сказал первый лекарь после беглого взгляда. Алеан схватил Тиама и перекинул через правое плечо, а левом плече он понес Шарлин. -Осторожнее! – воскликнул второй лекарь. -Куда их нести? – спросил Алеан. -Неси в шатер советов! – приказала я. Алеан медленно пошел в шатер, не сгибаясь от тяжести хейвов. Лекари последовали за ним, а я побежала следом. Все то время, пока шел осмотр, я бродила кругами вокруг шатра и грызла ногти. Наконец лекари вышли. -Что вы скажете? Они молчали. -Не молчите! Скажите что-нибудь! Лекари переглянулись. -Ничего нельзя сделать, - вздохнул один из них. -Как? – открыла рот я. - Почему ничего нельзя сделать? Он же умрут! -Значит, такая их судьба. -Вы ничего не понимаете! Уходите отсюда, уходите, если вы не умеете лечить! – заорала я. Лекари, выпучив глаза, удалились. -Хомячок разбушевался? - услышала я насмешливый голос, после чего увидела дракона, приземлившегося на землю и превратившегося в человека. -Генор! – я кинулась к человеку-дракону, обняла его и расцеловала. – Как я счастлива тебя видеть! Ты как раз вовремя! -А в чем дело? -Идем, идем быстрей! – я схватила Генора за руку и повела в шатер, где умирали Шарлин и Тиам. – Помоги им! -Дыра в животе – это серьезно, - попытался пошутить Генор. Он осмотрел раны Тиама и Леи, после чего стал мрачно-серьезным. – Я не смогу помочь. Они умирают. Хейвы – слишком слабые создания. Их природная регенерация не позволит им выжить после такого ранения… -Неужели ты абсолютно ничего не сможешь сделать? Ты ведь сильный маг! Ты должен найти какой-нибудь выход! -Вообще-то, выход есть. Я могу превратить их в эльфов. У эльфов регенерация сильнее, и если они станут эльфами, они выживут. -Делай что угодно! Если ты сможешь превратить их в эльфов – превращай! -Ты думаешь, они будут согласны? -Я думаю, что их согласие вряд ли потребуется. Если мы будем ждать, пока они проснуться, то… - я многозначительно промолчала. -Хорошо. Генор закрыл глаза и сильно сжал веки. Я, не отрываясь, смотрела на Тиама и Шарлин. Я увидела, как их тела залили полупрозрачный розоватый свет. Уши хейвов стали увеличиваться, черты лица удлинялись, тело становилось более угловатым. Наконец, Генор открыл глаза, розовый свет потух. Шарлин перевернулась на бок и тихо застонала. -Они не вылечились! -Нет. Но они уже не умрут. Они теперь эльфы, и это позволит им выжить. Он уснут, и ты пока можешь передохнуть. Глава 68. Наступил следующий день. О, это был великий день! За ночь по всей Фаэрии распространилась счастливая весть о том, что ажвары бежали. Те, кто сражались за свободу, принялись собираться на среднем фланге, то есть там, где находилась я. За утро я успела обегать все побережье, каждые две-три минуты встречая знакомых. Вслед за Дейвом прискакала Селена, королева хейвов, счастливая и располневшая. Радостная светловолосая сероглазая Дара прибыла сегодня, верхом на Пантере. Пантера теперь – предводительница острова злобных драконов, потому что умер Рестлид, который оказался ее отцом. Вместе с Пантерой был – угадайте, кто? Тритон, дракон цвета лазурного неба! Из Карлама, вместе с кентаврами, приехал Даниэль. Виктор и Нала со странным джинном, чье имя было Аслан, тоже оказались здесь. В общем, собралась самая необычная компания существ. За этот день были подписаны многочисленные договоры между существами. Драконы Рестфилда обещали не нападать на кентавров, кентавры ответили аналогичным обещанием. Духи, демоны и вампиры объявили, что будут жить в мире с остальными народами. И все согласились, что нечисти больше не следует бояться. После этого заявления почти все духи, демоны и вампиры покинули Фаэрию. Остались немногие – Лильян, Эстед, Александр. Орки и эльфы подтвердили вечный мирный договор совместной охотой на лесных оленей. После чего Лиоанна решила провести праздник, на котором все народы Фаэрии отметили бы победу над ажварами и съели бы убитых оленей. Полдня готовились к празднику. Ближе к вечеру я навестила Шарлин и Тиама. Новоявленные эльфы уже поправлялись. Шарлин вовсе не была огорчена тем, что ее превратили в эльфа. Даже Тиамат казался не таким противным, как обычно. К сожалению, мы почти не говорили – Доминики были еще очень слабы. Когда я вышла из шатра, то увидела, что все ходят еще веселее, чем раньше. -Что случилось? – спросила я у какого-то хоббита. – Отчего все такие радостные ходят? Кто-то родился, что ли? -Не родился, а умер, - ответил хоббит. -Умер? И от этого все такие веселые? -Вот именно, - хихикнул хоббит и почти скрылся. Мне пришлось поймать его за шкирку и приподнять над землей. -Нет уж, дружок. Расскажи мне поподробнее, что случилось. -Королевство распалось. -Какое королевство? -Уничтожено королевство рабов, потому что теперь рабов больше не будет! Только что об это объявили! Где ты была, эльф? Я отпустила хоббита. «Замечательно! На такой прекрасный исход дела я даже не надеялась…» -Ева! Ева, - ко мне подбежала Фаэрина. – Ты слышала новости? -Да! Новости замечательные! Королевство рабов исчезло, рабов больше нет… -Я не об этом! Коралкин только что сделал мне предложение! -Да, это тоже хорошая новость. Мне как-то стало грустно. «У Шарлин есть Тиамат. У Селены есть Дейвлин. У Налы есть Виктор. У Фаэрины есть Коралкин. Даже у Пантеры есть Тритон. А где мой Бэл?» -Ева, неужели ты не рада за меня? Пойдем скорей за стол, режут оленя! Фаэра схватила меня за руку, насильно отвела к столу, положила мне в тарелку оленины и заставила есть. Но мне было грустно, и мысли думались только о Бэле. «Бэл, где ты? Я изменила мир. Мир лучше, чем был. Где ты, Бэл?» -Ева, ты совсем ничего не съела, - сделала мне замечание Лиа. -Мне не хочется. -За победу над ажварами! Не успела я донести вилку с нанизанным на нее куском мяса до рта, как к нашему столу подошла странная делегация. Впереди летел джинн. Я помнила его – это был Аслан, друг Налы и Виктора. Позади него топал могучий тролль, а сзади ковыляла старая вэйта Олина. -Здравствуйте, друзья! – воскликнул Дейвлин, сидевший рядом. – Присоединяйтесь, угощайтесь… -Нет, мы по другому вопросу, - учтиво начал Аслан. – Сегодня я узнал, что после того, как прогнали ажваров, эльфы позволили вэйтам селиться на эльфийской территории. Олина кивнула. -А какие выгоды даст всеобщий мир джиннам? -И троллям… - пробасил тролль, пялясь на оленью ногу. -Подожди минуту… - Лиа задумчиво посмотрела на меня и на Фаэру. - Кто разрешил вэйтам селиться в Белиндейне? -Это я сделала, - откликнулась я, бросив мясо. -Ты с ума сошла? – возмутилась Лиа. -А в чем проблема? – не поняла я. - Мы с вэйтами больше не враги. Не такие уж вэйты и плохие, вы же уже поняли! Лиа поджала губы, но ничего не ответила. -Так вам нужны земли? – чуть ли не радостно спросил захмелевший от крепкого эльфийского вина Дейвлин. – Так я подарю вам степи Твайл. -Ты не пьян? – спросила его Селена. – Не будешь сожалеть потом о своем решении? -Нет! Я в здравом уме и понимаю, что делаю! – ответил Дейв. Он быстро и криво начертил на поданной Асланом бумаге нечто вроде приказа. -Ты правильно поступил, милый, - сказала Селена, глядя в глаза Дейва, поцеловала его в щеку и залилась краской. «Бэл тоже мог сейчас сидеть вместе со мной!» - подумала я. Я тихо встала и пошла прочь от стола. -Ева, куда ты? -Я хочу прогуляться… Я медленно шла вдоль берега. Слезы текли по лицу. «Альбейн, я изменила мир! Теперь верни мне Бэла!» Я ждала чуда. Но чуда не произошло. «Ты сказала, что я и он встретимся в твоем мире. Что ж, я готова уйти в мир, где правишь ты, Альбейн…» Я по пояс вошла в воду. Вода была холодна, но холода я почти не чувствовала. -Ева! Ева, что ты здесь делаешь? Я обернулась и увидела Алеана. -Не мешай мне… - тихо попросила я. Он понял все, и кинулся ко мне, смешно загребая ногами в воде. Он поднял меня на руки и вынес из воды. Я вспомнила, что когда-то точно так же сделал Фаэт, которого я тогда любила. И Бэл тоже носил меня на руках… -Ты опять думала о Бэле? -Да. Я сделала все, что мне было предназначено. Теперь мне нужен только Бэл. -Он уже не вернется. -Мы встретимся в ином мире. -Ты уверена, что тот мир существует? И неужели ты недовольна этим миром? Он изменился, будто бы заново родился. Ты хочешь войти в этот новый мир вместе со мной? Я вздохнула. -Видимо, придется. Ты ведь не выпустишь меня из этого мира, верно? Алеан кивнул. -Мы сделали свое дело. Народы помирились. Признав право на мир, мы обрели право на счастье. К тому же я думаю, Бэл хотел бы, чтобы ты была счастлива. Он отдал свою жизнь за твое счастье. -Как хорошо, что опасности больше нет, - улыбнулась я, отводя разговор от Бэла. -Смотри, какой закат… - Алеан протянул руку к морю. И действительно, закат был необъяснимо красив: кроваво-красное солнце наполовину утонуло в небесно-голубой воде, окрашивая мир с прозрачно-фиолетовый цвет. -Прекрасный закат. Мы стояли и смотрели, как заканчивается день. А завтра мы выйдем к морю встречать восход, наблюдать, как зарождается новый день новой эпохи… © Анастасия Зотова, 2008 Дата публикации: 02.05.2008 17:09:15 Просмотров: 4286 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |