Руки
Юлия Шварц
Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры) Объём: 4408 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Две довольно молодые руки лежали на гладком белом столике, в кафе. Правая рука нервно постукивала пальцами по столу, пока левая мирно отдыхала. Она ждала, когда понадобится помощь ее правой сестре, - поддержать чашку кофе или поднести бумаги, чтобы правая, важно взяв карандаш, могла что-то написать. Так было всегда. Еще с тех пор, как они были маленькими ручками. И хотя левая рука давно привыкла к своей роли, в тайне, она все же очень скучала по тем далеким временам, когда между ними не было разницы. Тогда они играли на пианино. Вместе. И у нее была своя собственная партия, - своя, не менее важная роль, чем у правой сестры. Теперь же она утешалась теми минутами, когда приходилось жестикулировать. Но и это случалось только в том случае, если сестра ее об этом просила. Пока левая рука была в таких раздумьях, к ним присоединились две другие руки. Правая рука поспешила навстречу другой правой руке, а левая так и осталась висеть, лишь поздоровавшись с другой левой рукой издалека. Все шло как обычно, да только левая рука вдруг заметила, что другая левая рука, напротив, вела себя, как правая, - независимо. Сама держала карандаш, и даже сама рисовала, пока правая пассивно разлеглась на столе. Левая рука задумалась. Никогда еще в своей жизни она не видела такого чуда. И тогда она тоже пробовала все делать сама, - постукивала пальцами и жестикулировала, сама поднимала различные предметы, и даже держала карандаш. Но вот рисовать у нее не получалось. Правая рука, увидев старания своей сестры, надменно сказала: - Не старайся, не сможешь. - Почему?! - Мне это стоило долгих тренировок, а ты хочешь сразу взять и сделать. Так не бывает. Из-за этих слов левая рука очень злилась на свою сестру. Но вот однажды наступил один из тех редких дней, когда левой руке выпала особая честь. Ей довелось нести хрустальную вазу с хрупким и прекрасным цветком, в то время, как правая была совершенно пуста, повиснув без дела. Левая рука ликовала. Хотя бы эти несколько минут она могла быть первой. Ей ни в коем случае нельзя было оплошать. Она крепко сжала вазу пальцами, как вдруг почувствовала сильный толчок. Падая на асфальт, левая рука инстинктивно сжала вазу еще сильнее, и в этот миг глянула на правую руку. Та выпрямилась, защищаясь от падения. И левая рука подумала о том, что правой надо бы помочь, так как та сильно рисковала. Но ваза была такой хрупкой, а сестра была такой сильной, что левая рука обхватила цветок, боясь уронить его. Она даже не почувствовала удара, только услыхала треск, и глянув на сестру, поняла, что случилось плохое. Правая рука лежала на теплом асфальте в странной, неестественной позе, и стонала от боли. Левой руке стало жаль ее, но не надолго, а только до тех пор, пока она не осознала, что теперь ей выпала возможность быть первой. С того дня правая рука жила в гипсе, лежала неподвижно, и только изредка кривилась от боли. А левая с радостью приняла на себя все ее обязанности. Какое-то время она наслаждалась своим новым положением, с удовольствием пожимая другие руки, держа ложку или чашку, нажимая на кнопки, нося сумки и поводок собаки. Она даже начала тренироваться писать. Но безуспешно. Ей все время что-нибудь мешало. То она быстро уставала, то не могла найти удобное положение, то карандаш был не таким, как надо. И тогда она, в сердцах, бросала его на стол, с завистью думая о тех желанных красивых буковках, которые до этого так бесстрастно выводила правая рука, словно насмехаясь над своей беспомощной сестрой. Со временем злость левой руки переросла в лень, а потом, и вовсе, в полное равнодушие. То же самое она чувствовала и к рулю автомобиля, который ей было не под силу держать в одиночку. Каждый день она так быстро уставала, что у нее даже не хватало сил разминать свои пальцы. Все больше ее стали раздражать рукопожатия. Одни руки казались ей слишком вялыми, другие чересчур сильно ее сжимали, а некоторые даже трясли. Но больше всего она приходила в бешенство, когда ее трясли две руки вместе. От всего этого левой руке хотелось только одного, - чтобы правая рука скорее выздоровела. И по вечерам, поглаживая затвердевшую гипсовую повязку своей сестры, она мечтала о тех долгожданных днях, когда сможет спокойно лежать на столе или покоиться в уютном кармане, или подпирать тяжелую голову, в то время как сестра переворачивает страницы книги, или помешивает чайной ложечкой шоколадный десерт на блюдце. Как раньше. © Юлия Шварц, 2013 Дата публикации: 14.01.2013 21:22:01 Просмотров: 2171 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |