Несколько слов об Эле Лисицком

Первая половина ХХ века стала переломной для всего мира. Технологический прогресс, шагающий огромными темпами и подстёгиваемый возрастающей военной необходимостью, оставил свой отпечаток на всех сферах бытия, создав особый контекст. В то же время он и сам был в какой-то мере следствием - следствием меняющегося мира, неизбежно и бесповоротно меняющегося массового сознания и самосознания. Искусство, как наиболее гибкая и чуткая форма реакции на изменения в контексте цивилизации, как всегда оказалось на передовой, плавно, но быстро зарегистрировав и отобразив гравитационные волны мировых катаклизмов. Многие эмоции, чувства, присущие человеку того периода - человеку в широком смысле, если позволите - были выражены в абстрактном экспрессионизме. Напротив, стремление максимально упростить и упорядочить, укротить эту бурю, эмоциональную стихию, был призван конструктивизм, строгие и минималистичные формы раннего советского авангарда. Можно вспомнить, в частности, художника и архитектора Эля (Лазаря Марковича) Лисицкого, некоторые из работ которого ныне принадлежат не столь давно созданному Музею искусства авангарда, основанному Вячеславом Кантором. Чёткие линии и геометрические фигуры, подкупающие своей простотой, но абсурдностью самого своего присутствия, сочетанием системности и невозможности понять эту системность - разумеется, опять-таки вне мирового исторического и искусствоведческого контекста. Монументальные и смелые архитектурные проекты. Как не вспомнить патриарха отечественного авангарда Казимира Малевича, чьи опыты с супрематизмом достигли своей логический вершиной несколькими годами ранее появления основных, ключевых и наиболее узнаваемых работ Лазаря Марковича Лисицкого.

Разумеется, эксперименты, подобные творчеству Лисицкого или того же Малевича, не возникли просто так, из ниоткуда, из голой эмоции художника, полученной из окружающей действительности. Это было бы слишком простым объяснением, больше похожим на красивую легенду. Всем радикальным преобразованиям предшествовало вполне логичное назревание в рамках внутренних законов искусства, в рамках непрерывности его развития. Подробнее об искусствоведческой подоплёке произошедших в искусства ХХ века событий можно прочесть, например, в книге Малевича под предсказуемым названием Чёрный Квадрат.