Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Семь сказок дедушки Шептуна

Павел Сидоренко

Форма: Повесть
Жанр: Сказка
Объём: 84388 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


СЕМЬ СКАЗОК ДЕДУШКИ ШЕПТУНА

или

Необычайные приключения в Волшебном лесу

Повесть-сказка

День
первый

Вы, ребята, не поверите, а началось все с печной трубы. Деревянный дом, где стояла печь с этой самой трубой, готовили на слом уже давно. Старым он был. Когда поднимался ветер, всё внутри него стонало и скрипело. С глухим стуком бились ставни, дребезжали стёкла, кряхтели иссохшие от времени доски. Становилось жутковато.
Взрослые запрещали нам заходить в лес и приближаться к старому дому. Они говорили, что в нём живёт настоящая Баба-Яга, которая ловит ребят, в печи жарит и с аппетитом кушает.
А мы с Васькой Перчиковым их не слушали. Сказки, они ведь для маленьких, а мы были большими. Нас уже во второй класс перевели. И решили мы с Васькой проверить, правда ли, что в этом доме живёт страшная Баба-Яга. Конечно, Васька сразу заявил, что Баб-Ёг на свете не бывает. Честно признаться, я и сам это знал, но проверить почему-то хотелось. Сказано – сделано.
Ранним утром, часиков в одиннадцать, мы собрались в поход. Я взял с собой баночку варенья, а Васька - хлеба. Путь-то не близкий – пятнадцать минут идти, в дороге и покушать захочется. А ещё у меня в кармане был водяной пистолет, а у Перчикова рогатка. Это его старший брат сделал - по воробьям стрелять, а потом Ваське по наследству передал. В общем, вооружились мы хорошо. Верь в Бабу-Ягу, – не верь, а не очень хочется, чтобы тебя зажарили и скушали.
Изгородь вокруг дома еле держалась, поэтому мы с Перчиковым быстро нашли дыру, пролезли сквозь неё во двор и остановились, оглядываясь по сторонам. Старый дом уже покосился, крыша прохудилась. Да-а, не удивительно, что его ломать собирались. Васька был самым смелым из нас. Он повернулся ко мне и сказал:
- Петя, давай ты впереди пойдёшь, а я тебя прикрывать буду. Если Баба-Яга появится, я в неё из рогатки пульну. Она-то дальше бьет, чем водяной пистолет.
Я почесал затылок, немного подумал и ответил:
- Давай, но только впереди ты иди, раз она у тебя дальше пуляет.
Перчиков почему-то смутился, почесал затылок и решил:
- Ладно, пойдём оба. Я, конечно, не боюсь, но чтоб и ты не боялся, надо вместе заходить.
Васька толкнул дверь. Скрипнули давно не смазывающиеся петли. И мы, крадучись, вошли в дом. Внутри была всего одна комната. В углу стояла печь, возле неё несколько табуретов, на полу валялись пожелтевшие от времени газеты и осыпавшаяся штукатурка. На трухлявом деревянном столе нашёл место старый самовар, а возле него лежал кирзовый сапог. Вот и вся обстановка.
Васька Перчиков разочарованно протянул:
- Э-эх, нету здесь никакой Бабы-Яги. А я думал, поймаем её и в милицию сдадим.
- Конечно, я в эту сказку ни чуточку не верил, ведь мы уже во втором классе, – добавил он, искоса взглянув на меня.
Я, честно признаться, жутко расстроился. Конечно, и я не верил в сказки, но в Бабу-Ягу почему-то верить хотелось. А теперь, когда мы с Перчиковым узнали, что её на свете и в правду нет, даже немного обидно стало.
И тут где-то раздался громкий чих. От неожиданности мы подпрыгнули на месте и со всех ног бросились на улицу. Да вот дверь почему-то не открылась, и мы с Васькой, врезавшись в неё со всего разгона, упали.
- Енто что такое? – послышался громкий ворчливый голос, и в печи что-то зашуршало, задребезжало и зазвенело, - Чую, ребячьим духом запахло?
Мы с Перчиковым забились в угол, с испугом глядя на дверцу печи.
- Петька, - наклонившись к моему уху, прошептал Васька, - где твой водяной пистолет? Вон Баба-Яга лезет. Пуляй давай...
- Нетушки, - тихо ответил я, - а вдруг не подействует и она у меня пистолет отберёт. Лучше ты доставай рогатку. У тебя пуляет дальше.
- А давай достанем и пистолет и рогатку, - сказал Васька, - она, Баба-Яга-то эта, может, испугается и снова в печку залезет.
Только мы вооружились, как вдруг в печи загремело ещё сильней. Мы с Васькой тут же побросали оружие и замерли в углу, надеясь, что Баба-Яга нас не заметит. Что-то ещё бахнуло, ухнуло и, наконец, дверца открылась, а оттуда выкатился какой-то грязный клубок. Он развернулся, встал, аккуратно отряхнулся и превратился в маленького старичка с бородой. Мы, в удивлении раскрыв рты и позабыв про испуг, смотрели на него во все глаза.
Одет старичок был в длинную расшитую рубаху до колен, а ноги ему согревали плетёные лапти. Он повернулся, с интересом нас оглядел и погладил бороду. Борода у него была седой, спутанной и длинной, почти до пояса, а росточка старичок был маленького, будто кукла магазинная. А как бы иначе он поместился в печную трубу? Там, где должно было находиться лицо, была всё та же борода. Даже нос не виднелся. Только поверх бороды два глаза. Больших-больших, синих-синих. А в них сверкали озорные искорки.
Старичок, не спеша, подошёл к столу, взял старый сапог и одел его на пузатый самовар, потом повернулся к нам.
- Что ж вы, добры молодцы, с оружьем-то в чужую квартиру путь направляете? Али с Бабой-Ягой на ратный бой собрались?
Я взглянул на Ваську, но тот молчал, смущённо пытаясь спрятать рогатку. Пришлось отвечать мне. Стараясь, чтобы голос не сильно дрожал, я сказал:
- Мы, дедушка, и, правда, Бабу-Ягу искали.
Наконец, Васька набрался смелости и добавил:
- Но вы не думайте, мы в неё не верим. Просто хотелось узнать, есть ли она на свете.
- Ладно, милые мои, - махнул рукой старичок и как-то хитро на нас посмотрел, - не думаю я ничего. Да и вы уж большие, чтобы в сказки верить.
- Да-да, не верим мы ни в какие сказки, - тут же сказал Перчиков.
Старичок чему-то усмехнулся. С трудом вскарабкался на высокий шатающийся табурет, что стоял рядом со столом, достал из кармана клубок ниток и спицы и, уже не обращая на нас никакого внимания, начал вязать. Мы с Васькой совсем осмелели и подошли поближе.
- Дедушка, а вы-то кто? – спросил я.
Он улыбнулся и, почесав бороду, ответил:
- А я, добры молодцы, как раз из тех сказок, в которые вы не верите.
- Каких сказок? – в голос спросили мы с Перчиковым.
- Да про Бабу-Ягу, Кощея Бессмертного, Змея Горыныча...
И тут Васька неожиданно сказанул. Он иногда такое ляпнет, просто диву даешься как его во второй класс перевели.
- А вы тогда кто? Кощей Бессмертный или Змей Горыныч?
Я незаметно толкнул его в бок и прошептал:
- Васька, ты чего ерунду городишь? Не видишь, что ли? Он ни на кого из них не похож!
Неожиданно старичок резво спрыгнул с табуретки, щёлкнул три раза пальцами, и, подтанцовывая, начал напевать:

Загорись уголёк,
растопись камелёк.
Встань на печку кашка,
Кашка-малашка.
А в духовку супчик,
Супчик-голубчик.
Самовар закипай,
Нужен детям вкусный чай.
Пусть помоется посуда,
Поварёшки, ложки, блюда.
Коль похорошеет дом,
Будут гости рады в нём.

Что тут началось! Мы с Васькой от страха аж опять в свой любимый угол забились.
В печи вспыхнул огонь, за секунду на плите закипела откуда-то взявшаяся кастрюля. Из кладовой вылетела метла и так начала мести пол, что пылесос с ней не смог бы сравниться. Сапог на самоваре вдруг начал двигаться вверх-вниз, вверх-вниз. Из шкафчика вылетели чашки и ложки. Они немного покружили у потолка и улеглись на стол. Самовар, семеня подставками, подбежал к ним и сам, открыв кран, налил кипятка в каждую. Из того же шкафчика вылетел ёршик и начал их отдраивать.
Через несколько минут весь дом сиял чистотой, уютом и порядком. На столе стояли дымящиеся тарелки с кашей и супом, а посередине - большой поднос с баранками. Мы с Перчиковым только удивляться успевали.
Старичок повернулся, улыбнулся нам и махнул рукой:
- Садитесь-ка, гости дорогие, не побрезгуйте угощеньицем. Прежде чем речи молвить, надо бы вас накормить да напоить.
Мы с Васькой осторожно подошли к столу и уселись на табуреты.
- Дедушка…- начал было я.
- Ай-яй-яй, добрый молодец, чего енто ты разговорился? - перебил меня старичок и взял деревянную ложку, - али не ведаешь, что яства уважать надо и кушать их молча. Оно так вкуснее будет. Ты лучше на соратника своего зорче гляди, а то голодным останешься.
Я замолчал и взглянул на Ваську, а тот уже уплетал эти яства за обе щеки и ещё успевал мычать:
- Кушно, ой, как кушно!
Перчикова я знал давно и поэтому понял, что так он говорит «вкусно». А значит и, правда, надо было поторопиться с едой, потому что Васька жевал, как метеор. Минут через пятнадцать мы наелись до отвала.
- Ну, гости дорогие, теперь почаёвничаем да побалакаем, - сказал старичок и снова щёлкнул пальцами. Тут же пузатый самовар разлил нам кипяток, а в открытое окно друг за другом влетели листья смородины и малины и как по команде бросились в наши чашки.
- Дедушка, так вы волшебник? – спросил я, осторожно отпивая горячий ароматный напиток. Васька с интересом уставился на старичка, а тот встал на табурет, хотя, даже стоя на нём, он доставал нам только до плеча, и важно сказал:
- Я, братцы мои, Хозяин. Да-да. Что ни на есть самый настоящий Хозяин.
- Чего? – не понял Перчиков.
- Да всего, - обвёл рукой комнату старичок, - дома Хозяин, сараев, двора, даже забора и то Хозяин.
Я не выдержал и спросил:
- Так если вы Хозяин, почему ж тогда этот дом ломать собираются? У нас во дворе говорят, что его снесут через неделю.
Старичок погрустнел, снова уселся на стул и произнёс что-то непонятное:
- Ох-хо-хо, послали беду за лебедой, да пока несла её беда, совсем пропала лебеда. Чего ж вы такие неначитанные? Али не знаете, как о доме заботиться надо, ремонтировать его, крышу крыть, за огородом следить. Для этого нужон Хозяин человеческий, а я-то Хозяин сказочный. Я чего могу? Коровушке молочка прибавить, за кастрюлей на печи последить, чтоб вода не убежала, слова волшебные над овощами пошептать, чтоб шибче росли, да так ещё по мелочи. Деток маленьких угомонить, чтоб не плакали, да больших по утру пощипать, чтоб в школу не опоздали. Вот и всё…
Тут Васька тоже задал вопрос:
- А чего вы здесь один тогда? Где Хозяин-то настоящий?
- Чего? Чего? – передразнил его старичок, - Квартиру они с женой купили. Двухкомнатную. В доме башенном, пятиэтажном. Вода там горячая, прямо из трубы брызжет, а вместо бани корыто какое-то.
- Дедушка, - спросил я, - а вот сломают дом, куда вы пойдёте?
Старичок шмыгнул носом, словно собираясь заплакать.
- А куда итить бедному домовому? В квартиру не пойду. Не по-людски там как-то… Печи нет, жить негде. А коли за ентими, за батареями, так тесновато за ими, да и жар какой-то злой идёт. То ли дело печка-матушка! И обогреет, и накормит. Печь в доме всему голова.
- Так вы домовой! Самый настоящий? – удивленно воскликнул Васька.
- Врать мы с детства не приучены, - строго сказал старичок, допил чай и снова принялся за вязание.
- Дом жалко… Я в ём уж полтораста лет живу. Все годы за ним смотрел. Сломают, плакать буду... Порыдаю, потом раскину умишком, да в деревню какую-нибудь путь направлю. Хороший-то хозяин, он везде нужон. Приютят, поди...
- А детей, что у вас нет? – спросил я и потянулся за очередной баранкой.
- Да как же нет? Есть, конечно… Трое сыновей у меня. Только они по городам разлетелись, как воробьи непутевые. Кто в машине стиральной живёт, кто в электроплите. Культуру им, видите ли, подавай. Уж, поди, слова-то волшебные, заговорные позабыли давно. Да и то сказать, коров в городе нет, дети по будильникам встают. Вот сыновья-то мои и лоботрясничают.
- Нет, - решительно добавил домовой, - ноги моей там не будет. В деревню каликою перехожею пойду.
Васька, через силу дожёвывая баранку, спросил:
- А с калиткой-то зачем в деревню идти? Там что, своих калиток мало?
- Не с калиткой, - строго поправил старичок Перчикова, - а каликой, странником пешим. Так в старину молвили.
- Дедушка, а как вас зовут? - задал, наконец, я измучивший меня вопрос.
- А так и кличьте, добры молодцы. Дедушка я... Дедушка Шептун.
- А почему Шептун?
- Хе-хе-хе, - ворчливо рассмеялся домовой, - а енто имя у нас такое родовое. У всех волшебных хозяев оно на -ун- заканчивается. Например, тятю, отца моего, Крикуном кликали, а дядю – Ворчуном. Сыновей моих прозывают Топотун, Лопотун, а младшенького – Копун, а ласково - Копуша. У нас только один дядя по прабабке профессию сменил, но имя оставил. Больно глянулось оно ему. Нептуном его величать… Поди, слыхивали?..
- Дедушка, а вы, наверное, и с Бабой-Ягой знакомы были?
- Как же, как же, - хлопнув себя по колену, улыбнулся старичок, - познакомил нас как-то Кощей на три тыщи триста тридцать третьем Всеобщем съезде нечистой силы, что на Лысой горе проходил. Вредная такая старушенция. То ей Ивана-Царевича не дожарили, то для метлы гараж не выделили. А вообще не люблю я с ними дел иметь. Горыныч нервный какой-то стал. Его самолёт недавно чуть не сбил, так Змей теперь на мотоцикле катается да всех спалить угрожает. Нет, нечего мне на Лысой горе делать. Я больше люблю в Волшебном лесу бывать. Там у меня друзей много. Добрые они, мирные. Может, когда дом сломают, я не в деревню, а к ним подамся.
- Дедушка Шептун, дедушка Шептун, - закричали мы с Перчиковым, - а вы можете нас с собой взять и с вашими друзьями познакомить?
- Нет, - с сожалением вздохнул домовой, - людям туда путь заказан. Прошли те времена, когда сказка в себя пускала. Никто ведь в неё не верит. Она тем же и платит. Хотя вроде бы вот оно, чудо, только руку протяни. Но, если хотите, я вам про друзей своих расскажу. Есть, кстати, у меня на примете история одна, как раз про знакомства.
- Хотим, - сказали мы с Васькой и приготовились.
- Ну, тады слухайте.
Если честно, дословно я теперь сказки дедушки Шептуна не помню, так что буду пересказывать своими словами.

Сказка про то, как ёжик Петя и заяц Васька
подружились с Бабаем Кошмарычем Чернопятовым

На самом краю Земли, где-то по улице Цветочная, возле старого гастронома под названием «Булочка», есть всамделишный Волшебный лес. И живут там всамделишные говорящие звери. Ух, как любят они, сидя на дубовой скамейке, поболтать вечерком. Конечно, беседуют только бабушки и дедушки, а их внуки бегают и играют по всему Волшебному лесу. Вот только в один угол, самый дальний и тёмный, они не забегают, потому что живёт там страшный-престрашный Бабай Кошмарыч Чернопятов. Бабушки и дедушки называют его привидением и наказывают внучатам в тот угол леса не ходить.
А заяц Васька решил как-то проверить, правда ли на белом свете есть привидение Бабай Кошмарыч Чернопятов, которым пугают маленьких зверушек. Заяц считал себя очень взрослым и самостоятельным. Путешествие в самый дальний и тёмный угол леса предстояло долгое, поэтому Васька позвал с собой ёжика Петю. Нет, конечно, он ничего не боялся. Зайцы - очень смелый народ. А Петю он позвал с собой так, за компанию, чтобы скучно не было.
В семь часов утра Васька зашёл за Петей. Тук-тук-тук. Забарабанил лапками заяц Васька в Петину дверь. – Ну, чего надо? - недовольным голосом спросил недавно проснувшийся ёжик.
– Петя, это я – заяц Васька. Ты же со мной в самый дальний и тёмный угол леса собирался. Неужели не помнишь?
А надо сказать, ёжики всегда забывают про важные дела. А про этот поход Петя особо помнить и не хотел. Почему-то ему было страшно идти в самый дальний и тёмный угол леса. Но делать нечего. Раз обещал, надо выполнять. Вздохнул ёжик тяжело, вздохнул ещё раз, надел колючую шубку, так, на всякий случай, вдруг напугает кто, и побрёл вслед за весело скачущим зайцем Васькой.
К этому времени про их будущее путешествие знал почти весь Волшебный лес. По бокам широкой тропинки, которой шли Васька и Петя, выстроились зайцы с барабанами, бурундуки с дудочками и белки с гармошками. Лес наполнился музыкой и весельем. Ещё бы, ведь в первый раз кто-то шёл в самый дальний и тёмный угол леса, чтобы узнать есть ли на белом свете привидение Бабай Кошмарыч Чернопятов, которым пугают маленьких зверушек. Заяц Васька маршировал по тропинке на задних лапах, как маршируют настоящие герои, а ёжик Петя маршировать не умел, поэтому потихоньку плёлся позади.
Но чем ближе становился самый дальний и тёмный угол леса, тем тише слышалась музыка, и меньше были шажки Васьки. В конце концов, когда друзья подошли к краю самого дальнего и тёмного угла леса, заяц встал как вкопанный. Здесь заросли были гуще. Ветки высоких деревьев заслоняли пути солнечным лучам, поэтому внизу постоянно царили сумерки.
- Ну, пошли, что ли… - недовольно пробурчал ёжик Петя, - я к ужину вернуться хочу. – Пойдём, - еле слышно пискнул Васька и почему-то спрятался за Петю.
Он не боялся. Как вам уже известно, зайцы – очень смелый народ. Они просто всего опасаются. Вот и Васька стал опасаться, да так, что его уши приникли к спине, и он начал оборачиваться на каждый шорох. И если вдруг где-то шуршало, то заяц Васька быстро и самоотверженно прятался в кустах. Пете он говорил, что это засада на кого-нибудь. А ёжик не умел устраивать засады, поэтому, испуганно замерев на середине тропинки, громко кричал: «Эй, «Кого-нибудь», выходи… Я тебя не боюсь»! Так они и шли по тропинке самого дальнего и тёмного угла леса, пока их путь не пересёк большой ручей.
Заяц и ёжик помыли лапки, попили водички и присели отдохнуть, как вдруг раздался громкий голос: «Кто посмел прийти в самый дальний и тёмный угол леса? Кто не испугался могучего и страшного Бабая Кошмарыча Чернопятова?»
Звери подскочили и бросились бежать в разные стороны. Заяц рванулся в кусты, наверное, устраивать засаду, а ёжик – вдоль ручья. Бегали они, бегали – и заблудились. На одной полянке Петя плачет, на другой – Васька лапкой слёзки утирает. Поплакали немного, успокоились. И вдруг, слышат, ещё кто-то плачет. Да так горько и жалостливо, что решил ёжик Петя - это Бабай Кошмарыч Чернопятов Ваську обижает, и помчался спасать друга. А заяц Васька то же самое подумал о Пете и изо всех сил бросился к нему на помощь.
Встретились они на тропинке. Встретились и удивились. А кто же тогда плачет, да так жалостливо?
- Петя, давай посмотрим кто это… - предложил Васька.
- Давай! – кивнул Петя, - А заодно Бабая Кошмарыча Чернопятова навсегда прогоним из нашего леса.
Тихо-тихо друзья подкрались к полянке, откуда слышался плачущий голос, смотрят, а на зелёной кочке сидит «Кто-то». Такой маленький, в чёрной меховой шубке. Сидит, плачет и большие мокрые глазки платочком вытирает.
Заяц Васька и ёжик Петя вышли из-за деревца, и подошли к кочке.
- Эй, малыш, кто тебя обидел? – спросил Петя, тронув «Кого-то» за лапку.
- Я не малыш, - опять заплакал «Кто-то» в ответ и добавил, - это вы меня обидели…
- Как мы? – удивился заяц Васька и почесал у себя за ухом, - Да мы тебя в первый раз видим!
- Вот-вот, - жалостно протянул «Кто-то», - все вы такие… И видеть-то не видели, а уже обидели.
Петя серьёзно задумался и начал тихонько посвистывать, ведь ёжики всегда тихонько посвистывают, когда серьёзно задумываются.
- А как тебя зовут? – неожиданно спросил он.
«Кто-то», наконец, вытер слёзки, встал и важно поклонился:
- Разрешите представиться, Бабай Кошмарыч Чернопятов… Чернопятов в Седьмом поколении. Рекомендую...
Конечно, Петя и Васька не совсем поняли, что Чернопятов хотел сказать словом «рекомендую», да и в то, что это самый настоящий Бабай Кошмарыч, они просто не могли поверить. Ёжик удивлённо подпрыгнул, ведь ёжики всегда подпрыгивают, когда сильно удивляются. А заяц ойкнул и сел на траву.
- Так чего же ты нас пугал? – спросил Петя.
- Работа такая. От дедушки досталась, – со вздохом ответил Чернопятов, - а вы чего бегаете? Привидений не видели? Я уж подумал, не вернётесь, обиделся, ну и давай плакать. Знаете, как здесь одному скучно? Поиграть даже не с кем.
- Ничего мы не испугались, - ответил заяц Васька, - просто Петя вспомнил, что дома утюг забыл выключить, а я ещё морковку не посеял. Да и вообще нам уже идти пора. Да, Петя?
- Да, - сказал ёжик Петя, - мне ужинать надо.
- Ой, - подскочил Бабай Кошмарыч, - а может, пойдём ко мне в гости. Я вас чаем напою. С плюшками и молдавскими печенюшками. Меня дедушка их научил стряпать.
Ёжик и заяц переглянулись. Дорога домой долгая. Можно бы и перекусить. Печенюшки и плюшки оказались очень вкусными. Когда же друзья, наконец, собрались уходить, Бабай Кошмарыч предложил им почаще бывать у него в гостях.
Васька и Петя ходят к Чернопятову в Седьмом поколении каждую пятницу. Пьют чай, едят плюшки и молдавское печенье. Конечно, Бабай Кошмарыч время от времени их пугает, но друзья совсем не обижаются. Работа у него такая… От дедушки досталась…


Дедушка Шептун замолчал и выглянул в окно:
- А вам, добры молодцы, однако, по хатам пора.
- Вот это сказка…, - выдохнул Васька Перчиков.
- А вы нам ещё расскажете? – тут же спросил я.
- А коли в гости пожалуете, может, и расскажу, - улыбнувшись, ответил старичок, - я в Волшебном лесу частенько бываю. Там, что ни день, то приключение. Загляните завтра вечерком. Я грибочков в лесу соберу. Супчик сварим. Чайку попьём…
- Вот только одно условие у меня есть, - добавил дедушка Шептун после недолгого раздумья, - с собой никого не приводите. Домовые обчества большого не любители. И про меня молчите. Я тут еще с недельку поживу. За домом погляжу. Вы прибегайте, а то скучно старику одному. А я вам за это еще шесть сказок расскажу. В день по истории… Пока строители не приедут. Лады?
- Лады! – хором ответили мы и со всех ног поспешили домой. Добежав до леса, я оглянулся. Дедушка Шептун стоял на пороге и махал нам вслед белым платочком.

День второй

На следующий вечер мы пришли к дедушке Шептуну по одному. Сначала я, а потом Васька Перчиков. Днём мы с ним поссорились...
Хозяин щелчком пальца растопил печь, поставил самовар, напёк плюшек, а затем присел возле окошечка и приглашающе взмахнул рукой:
- Садитесь, гости дорогие. Отведайте, чем Бог послал.
Мы присели за стол и, не глядя друг на друга, принялись уплетать горячие плюшки и запивать их ароматным чаем.
- А чего это вы, добры молодцы, очи-то не подымите? Речей хороших не молвите? – с неожиданной строгостью в голосе спросил дедушка Шептун. И, конечно, Васька сразу вылез:
- А я с жадинами не разговариваю, а Петька самая настоящая жадина-говядина.
- Сам ты жадина, - с обидой ответил я, - чего это я тебе единственную конфету должен отдавать?
После этого я принялся смотреть в пол, а Васька в потолок.
Дедушка Шептун немного подумал и спросил:
- А сказку-то вам баять, али как?
- Чего? – не поняли мы.
- Ну, молвить, сказывать?
- Баять, баять! – в голос закричали мы и во все глаза уставились на домового.
- Ну, тады слухайте, добры молодцы. Случилось енто прошлой весной...


Сказка про то, как заяц Васька,
ёжик Петя и комарик Мурзик
катались на саночках

В Волшебном лесу ждали весну. Просыпались деревья, потягиваясь всеми веточками после долгого зимнего сна, несмело начинали петь птички, по осевшим под тёплыми лучами сугробам радостно бегали зверята.
И только один ёжик Петя не радовался близкому приходу всеми любимого времени года. Запершись у себя в домике, он чем-то настойчиво стучал, и что-то пилил. Сколько раз к нему приходил заяц Васька и прилетал комарик Мурзик, но двери ёжик Петя так и не открыл. Наконец, друзья обиделись и перестали к нему ходить.
Но однажды, когда ударил один из последних морозцев, ёжик Петя всё-таки вышел на улицу, а за ним по хрустящему снежку покатились настоящие деревянные саночки. Ёжик гордо топал по лесу, показывая свою диковинку всем зверушкам. На вопрос, где он взял такие красивые саночки, Петя отвечал, что смастерил их своими лапками. И все удивлялись и хвалили умелые лапки ёжика Пети. Больше всех удивлялись и хвалили Петю заяц Васька и комарик Мурзик. Они очень хотели хотя бы один разочек скатиться с горы на таких красивых саночках. Наконец Васька осмелился и спросил ёжика:
- Петя, а можно нам с Мурзиком хотя бы один разочек скатиться с горы на таких красивых саночках?
Ёжик важно почесал в затылке и задумчиво посмотрел на саночки. Ах, как переливался свежий лак под солнечными лучами, как красиво изгибались дощечки и тоненькие палочки, из которых были сделаны саночки. И, наверное, в первый раз в жизни Петя пожадничал.
- Нельзя, - сказал он своим друзьям, - я ещё сам не катался.
Снова весело заскрипел снег. Это ёжик Петя взял в лапки верёвочку и пошёл на гору, оставив зайца Ваську и комарика Мурзика на полянке. - Эх, - думал ёжик Петя, - сейчас я как скачусь. И пусть все завидуют.
Да только вот, когда Петя прикатился к полянке, ни зайца, ни комарика там не оказалось.
- Обиделись, наверное, - покачал головкой ёжик, подумал и махнул лапкой, - ну и пусть… А мне с саночками и одному хорошо.
Неделю, пока стояли морозы, ёжик Петя ходил с саночками на горку. А потом настала весна. Снег сошёл. Кое-где начала пробиваться зелёная травка. И тогда ёжик заскучал. В углу стояли саночки, но Петю они почему-то не радовали. Он топал по дому из угла в угол и что-то бурчал себе под нос.
Но вот как-то раз он пошёл в магазин за хлебом. Верьте, не верьте, но в Волшебном лесу был самый настоящий магазин с самым настоящим продавцом лисой Нюрой. Так вот, пошёл ёжик Петя в магазин и вдруг, проходя мимо одной полянки, услышал смех. Осторожно выглянув из-за куста, он увидел зайца Ваську и комарика Мурзика. Они катались на всамделишных летних саночках. Почему летних? Да потому что вместо полозьев у них были маленькие колёсики. Сильно удивившись, ёжик Петя подпрыгнул. Ёжики, когда сильно удивляются, всегда почему-то прыгают. Высоко-высоко. Тут-то комарик Мурзик и увидел Петю. Он не больно укусил зайца Ваську за ухо и показал на ёжика.
- Петя, Петя, - радостно закричал Васька, увидев друга, - иди с нами на саночках кататься. Они у нас летние!
Ёжик Петя сильно покраснел, ведь ёжики всегда краснеют, когда им очень стыдно. Он сказал: «Спасибо, Васька!» - и побежал к друзьям. Ах, как они вместе катались с горы. Падали, набивали шишки, кувыркались и громко хохотали. А потом, когда наступил вечер, ёжик Петя извинился перед комариком Мурзиком и зайцем Васькой. Да-да… И даже пригласил их через неделю кататься на настоящем велосипеде. Петя хотел сделать его из дерева специально для своих друзей. Ведь, согласитесь, ребята, для настоящих друзей ничего не жалко…


Дедушка Шептун взял наши с Васькой чашки, налил дымящегося чая и лукаво взглянул на меня. Я же молча достал из кармана конфету. Она называлась «Гулливер», была большая-пребольшая и, наверное, вкусная. Мне её мама с работы принесла. Но я, даже не взглянув на красивую обёртку, мужественно протянул конфету Ваське. А он также молча взял ее и отдал дедушке Шептуну.
- Ох, добры молодцы, угодили старику, - улыбнулся домовой, - ну уж коли так, давайте по справедливости.
Дедушка Шептун развернул конфету, положил на стол, взял нож, поделил её на две равные части и протянул нам.
- А вам? – хором спросили мы с Васькой.
- А я сладкое не ем, - ответил дедушка, снова улыбнувшись, - у меня от конфетов зубы выпадают, а к стоматологу ходить боюсь. У нас, в районной больнице, для нечистой силы, кот Баюн зубным врачом трудится. Усыпит пациента сказками, заговорит словами усыпляющими, а потом как дёрнет зуб, про все сны забываешь. Так голосишь, что днём в соседнем лесу филины просыпаются и с веток падают. Так что кушайте, добры молодцы, на здоровьичко.
Съел я свою половину конфеты и чаем запил. Такая вкуснотища! Конечно, хотелось ещё. И всё-таки я ни капельки не пожалел, что с Васькой поделился. Он же друг.

День третий

- Здравствуйте, дедушка Шептун, - хором закричали мы с Васькой Перчиковым, увидев в окне старого дома удивлённые глаза домового, - мы пришли ваш дом ремонтировать.
Васька надрывался под тяжестью сумки с инструментами, которые без спроса утащил из отцовского гаража, а я, тяжело пыхтя, волочил по земле мешок с несколькими килограммами гвоздей.
- А чего вы, добры молодцы, в гости да с топорами? – спросил дедушка Шептун, выйдя на крыльцо.
И, конечно же, Васька вылез вперёд, как будто то, что мы хотели сделать, было его идеей.
- Мы решили вам помочь. Вот отремонтируем дом, и строители его сносить не будут. За пять дней-то мы успеем.
Дедушка Шептун, немного подумал, почему-то грустно улыбнулся и махнул нам рукой:
- Вы, енто, заходите… Побалакаем малость.
- Так ведь работать надо, - робко сказал я, - а то время-то идет.
- Ничего… Заходите, - повторил волшебный Хозяин и исчез в избе.
Мы с Васькой переглянулись, пожали плечами и, побросав инструменты, потопали вслед за ним.
- Вы, ребята, хорошо удумали… Деду-то помочь, – сказал дедушка Шептун, усадив нас за стол, - да только я вас на версту к дому не допущу.
- Почему?- мы с Перчиковым даже опешили от неожиданности.
- Да потому… Мальцы вы ещё совсем. А ежели случись чего? С крыши сверзнитесь, али топором по пальцу… А? Кто виноват будет?
Васька удивился:
- Как это сверзимся? Дедушка, мы ведь даже не знаем как на нее заверзиться.
- Сверзиться - это, значится, упасть, - глаза дедушки Шептуна увлажнились, он шмыгнул носом и вдруг заплакал.
- Дедушка Шептун, - бросились мы с Васькой успокаивать домового, - чего вы? Мы же хотели как лучше.
- Знамо, лучше, - быстро успокоившись, сказал старичок, достал клубок, спицы и принялся за вязание, - людям-то оно завсегда помогать надо. Есть, добры молодцы, у меня память о доме. Жил я в ём, своих детишек растил, за коровами следил, хозяйских ребят к делу приучал, цветы в полисадничке поливал. Изведал и радость добрую, и горе черное. Всего помаленьку хватало. Хотел бы, конечно, отремонтировать его, да вот, ежели нет у дома настоящего Хозяина, не волшебного, а того, кто каждое бревнышко знает, каждый гвоздик своей рукой вбивал, значится, и дому ентому догнивать придется. Не имею я правов таких, сам за строительство браться. Да и других людёв до ентого дела допускать не положено. А вдруг Хозяин вернется, да спросит: «Что ж ты, Шептун, за домом-то не уследил? Чужие руки допустил… Али не знал, что возвернусь я? Так-то ты верность хранишь…»
Дедушка Шептун замолчал, еще немного позвенел спицами, потом отложил их в сторону и с грустью выглянул в окно.
- Да вот только не возвернется он. Затянул его городище треклятый навек. И домику нашему свой век не догнить, сломают его люди через пяток деньков, - печально прошептал старичок.
- Ну да ладно печалиться, да слезу лить, - вдруг воскликнул он и хлопнул себя по коленке, - давайте лучше я вам сказку расскажу.
И мы с Васькой, мгновенно позабыв про инструменты, выжидающе уставились на домового.


Сказка про то,
как друзья из Волшебного леса
строили дом лисе Нюре

В Волшебном лесу у каждого жителя есть свой дом. У Уважаемого медведя Потапа Михалыча Топтыгина, сына сказочного медведя Михайлы Потапыча, в глубине чащи, например, стоит зимняя усадьба. «Тёплая берлога» называется. Он в ней всю зиму до весны спит-посыпохивает и лапу посасывает. У бобра Ефима трёхкомнатная нора с видом на пруд. Ему хорошо оттуда до работы добираться. Вышел, и вот она - плотина, даже автобусов не надо. Лесной доктор сова Ксюша живёт в дупле старого дуба. Там восемь этажей. На одном она спит, на втором кушать готовит, на третьем больных принимает, а на восьмом бельё сушит. У всех в Волшебном лесу есть дом, даже у зайца Васьки, ёжика Пети и комара Мурзика. Не было дома только у лисы Нюры.
Появилась она в лесу неожиданно. Была худой-худой. Устроилась в магазин продавцом и там же, в подсобке, стала жить-поживать.
Как-то раз ёжик Петя решил прогуляться по делам. И совершенно случайно зашёл в гости к зайцу Ваське. Да-да, шёл себе по делам и совершенно случайно зашёл. А дела у него, не поверите, находились в стороне Васькиного дома. Там росла большая-пребольшая яблоня. Комарик Мурзик сказал, что на ней яблоки уже поспели. Вот ёжик Петя и решил их попробовать.
А тут, рядом с яблоней, стоял Васькин дом. Если признаться, яблоня тоже была Васькина. Она стояла у него в саду, поэтому Петя, который был честным ёжиком, решил сначала спросить разрешения у хозяина.
- Васька, выходи! – крикнул ёжик Петя и постучался в окно. Он немного подождал, потом побарабанил ещё, но ему так никто и не ответил. Ёжик сел на крыльцо и почесал затылок.
- Так, - задумался Петя, - я стучался долго, но никто не открыл. Значит, зайца Васьки дома нет.
Он встал, и пошёл было к яблоне, но остановился.
- Раз дома Васьки нет, значит, спрашивать разрешения не у кого, - сказал ёжик Петя. –
А раз не у кого, значит, яблоки кушать никто не разрешит, - добавил он огорчённо и двинулся в магазин, чтобы купить яблок там.
Не успев сделать и нескольких шагов, ёжик Петя увидел Ваську. Заяц, прижав уши, нёсся по тропинке домой.
- Привет, Петя! – поздоровался на полной скорости заяц Васька и проскочил мимо. Стукнула калитка, грохнула дверь, через секунду Васька, держа в лапах молоток и гвозди, как ошпаренный спрыгнул с крыльца и, ветром пролетев мимо ёжика, рванулся по тропинке обратно.
- Васька-а! Ты куда-а-а? – только и успел вслед прокричать Петя.
- В магазин, - эхом донеслось из-за поворота.
- Странно, - сказал вслух ёжик Петя, - чего это Васька с молотком и гвоздями в магазин побежал? Может, случилось что… Надо проверить.
Сказав это, Петя деловито потопал по тропинке. Когда он дошёл до магазина, то увидел около него почти всех своих друзей. Сова Ксюша, комар Мурзик, бобёр Ефим, Уважаемый медведь Потап Михалыч и заяц Васька сидели кружком и о чём-то беседовали. В середине кружка, утирая лапками глазки, горько плакала продавец лиса Нюра.
Ёжик Петя потихоньку подошёл к ней и спросил:
- Нюра, ты чего плачешь? Тебя кто-то обидел?
- Не-ет! – прорыдала лиса, - У меня голова болит, где теперь жить.
- А может тебе таблетку принести, - предложил Петя, - я сбегаю быстро. У меня дома есть. Сразу голова перестанет болеть.
- Петя, ты не понял, - сказала Нюра и улыбнулась сквозь слёзы, - фирма «Магпотребсоюз и К» магазин закрывает, а мне теперь жить негде.
- А что это за зверь такой, Магпотребсоюз и К?, - спросил ёжик Петя, на всякий случай насторожился и поднял иголки на шубке.
- Это не зверь, а Магический потребительский союз и Кощей. Он в этой фирме директором. Вот и решил, что раз в наш Волшебный лес не пускают нечистую силу, значит, и магазин здесь не нужен. А как так, не нужен? Хлеб покупали, сладости покупали, шарики воздушные, торты, да всё покупали, а он говорит, не ну-у-ж-е-е-е-н, - снова зарыдала лиса Нюра.
- Ты не расстраивайся, - погладил лису по шёрстке ёжик Петя, - мы что-нибудь придумаем.
- А что тут думать, - важно сказал Уважаемый медведь Потап Михалыч и почесал затылок, - смотрю, надо дом Нюре строить.
- Ух-фух, - забила крыльями сова Ксюша, - это ж сколько работы. Она сама и не справится.
- А мне помогать некогда, - заявил бобёр Ефим, - у меня плотина горит.
- Как горит? Где горит? – всполошились звери и стали тревожно оглядываться, пытаясь учуять запах дыма.
- Да не в том смысле, что горит, - отмахнулся Ефим, - мне её срочно достраивать надо.
Сказав это, бобёр Ефим повернулся и пошёл к реке, а остальные тоже начали вспоминать срочные дела, которые просто необходимо сделать именно сегодня. Уважаемый медведь Потап Михалыч сказал, что ему надо нагуливать жирок к предстоящей зиме, а не заниматься постройкой домов, сова Ксюша призналась, что со вчерашнего дня не убиралась в дупле, а уборки там очень много, ведь восемь этажей это не шутка. В общем, скоро на полянке осталась плачущая лиса Нюра, ёжик Петя, комарик Мурзик и заяц Васька.
Васька подошёл к Нюре и сказал:
- Ты, Нюра, не беспокойся. Пусть они уходят, а мы тебя не бросим и поможем построить дом.
Лиса Нюра заметно повеселела, и работа на поляне рядом с бывшим магазином закипела. Ёжик Петя сбегал за лопатой и начал копать яму под фундамент. Заяц Васька сел рисовать на коре дерева чертёж нового дома. Лиса Нюра побежала в лес просить у Молчаливого лешего по фамилии Пеньков подходящие для строительства деревья, а комарик Мурзик решил помогать зайцу Ваське, но так как комарик ничего в чертежах не понимал, то он своими советами скоро Ваське надоел. Наконец, заяц послал Мурзика к лешему… по фамилии Пеньков, чтобы комарик помог ему в выборе деревьев.
Ёжик Петя и вернувшаяся лиса Нюра уже залили фундамент под новый дом, когда из леса вышел Молчаливый леший по фамилии Пеньков. Над ним летел радостный комарик Мурзик, а за ним, тяжело дыша и, время от времени утирая лапой широкий лоб, тащил брёвна для строительства Уважаемый медведь Потап Михалыч.
- Потап Михалыч, а вы ведь жирок собирались нагуливать? – удивилась лиса Нюра. Друзья прекратили работу, и, непонимающе переглядываясь друг с другом, собрались вокруг Топтыгина.
- Да я просто мимо проходил, малину искал,- смутился Уважаемый медведь Потап Михалыч, - смотрю, Пеньков брёвна на Нюрин дом тащит. Смотрю, тяжело. Смотрю... ну, и решил помочь.
Друзья улыбнулись и бросились обнимать Топтыгина. Теперь работа заспорилась ещё быстрее, потому что Уважаемый медведь Потап Михалыч добродушно покрикивал: «Смотрю, дом-то медленно строится! Смотрю, брёвна-то сами не укладываются!»
Через полчаса пришёл бобёр Ефим, притащив несколько рам на окна.
- Да посмотрел я на эту плотину. Подождёт она ещё немного, - неловко улыбаясь, объяснил усталым строителям Ефим. Друзья от всей души расцеловали бобра и работа продолжилась.
Когда начали делать крышу, прилетела и Лесной доктор сова Ксюша. Она принесла несколько широких листьев и аккуратно уложила их, как раз накрыв половину. Звери не сказали ей ни слова, только весело помахали, и радостная Ксюша вновь полетела за листьями.
К вечеру терем на поляне построили. Высокий, красивый. В одной половине сделали комнаты для лисы Нюры, а в другой – всамделишный магазин с настоящими прилавками.
На новоселье собрался весь Волшебный лес. Продавец лиса Нюра сидела во главе дубового стола и с улыбкой привечала гостей, а усталые друзья с гордостью смотрели на стены, и улыбались друг другу. Пришёл в гости и Бабай Кошмарыч Чернопятов. Он жутко обиделся, что его не позвали строить дом, но доброе привидение, а Чернопятов в Седьмом поколении таким и был, не умел долго обижаться, поэтому он подарил лисе Нюре большую старинную цепь, чтобы хозяйка нового магазина отпугивала фирму «Магпотребсоюз и Кощей».


- Всё! – улыбнулся домовой и кивнул на окно, за которым уже смеркалось, - пора вам, ребятушки, а то не дай Бог, родители хватятся. Что помочь хотели с домом-то, дак за то вам большая от меня благодарность. А только не надобно. Доскрипим мы как-нибудь с ним, раз времечко поспело. А вы бегите… пора уж.
Пока длилась сказка, на улице пошел сильный дождь. Старичок, тяжело кряхтя, поднялся:
- Пойдемте, провожу вас чуток.
Скрипнули еле слышно ступени крыльца, и мы с Васькой по мокрой траве со всех ног бросились домой. Где-то за лесом уже слышались обеспокоенные голоса наших родителей.

День четвертый

На следующий вечер я пришел к дедушке Шептуну один. Он сидел на ступеньках крыльца, любуясь закатом солнца.
Домовой улыбнулся и почесал бороду:
- Здрав буде, сокол ясный! Ох, так, а где же дружка твой? Али потерялся на тропинке заповедной, уснул под ивой раскидистой, отведал сон-травы запретной?
- Да нет, - отмахнулся я и присел рядом, - мама Перчикова сказала, что заболел Васька.
- Чем же?- спросил домовой, кряхтя поднялся, и, открыв дверь, вошел в дом.
- Простыл он, наверное.., - ответил я, топая в комнату вслед за старичком, - я его мамку-то недолго видал. Пока к вам бежал, она мне и встретилась. Вот и сказала.
- Так ты его цельный день и видеть не видывал, и слыхать не слыхивал? - спросил домовой, наливая в самовар воды.
- Нет, - отмахнулся я, - некогда было. Мы с ребятами в поход ходили.
- Вон оно что, - хитро улыбнулся дедушка и полез за чайными чашками, - Петя, а я тут еще одну сказку припомнил. Хочешь, расскажу?
- Конечно, - радостно вскрикнул я и приготовился слушать.


Сказка про то,
как зайца Ваську лечили

В Волшебном лесу приключилась беда. Заболел заяц Васька. Сильно-сильно. Он возвращался от ёжика Пети и попал под проливной дождь. Днями Васька лежал, не вставая с постели. Кашлял и чихал. Не раз прилетала к нему сова Ксюша. Она была лесным доктором. Трубочкой слушала больного и шептала волшебные слова. Но, к сожалению, зайцу Ваське становилось всё хуже.
Проведать больного приходили все жители Волшебного леса. Лиса Нюра принесла ему из магазина конфетки, Уважаемый медведь Потап Михалыч - горшочек душистого мёда, бобёр Ефим - сушёной рыбки, Молчаливый леший по фамилии Пеньков – мятной травки для чая, а ёжик Петя – спелых яблок. Приходил из самого дальнего угла леса Бабай Кошмарыч Чернопятов. Он принёс плюшек и молдавских печенюшек, но к гостинцам заяц Васька так и не притронулся. Аппетита не было. Он кашлял и чихал всё сильнее и сильнее. Что ещё надо сделать для его выздоровления, сова Ксюша не знала.
Наконец друзья решили собраться на совет.
- Смотрю, Ваське-то плохо… смотрю, болеет Васька… - сказал Уважаемый медведь Потап Михалыч и с грустным видом уселся на травку.
- М-да, делать что-то надо, - добавил бобёр Ефим и присел на камешек рядом с ним.
Звери задумались.
- А может его организму для выздоровления чего-то не хватает, - встрепенулась сова Ксюша, - я в книжке про такое читала.
- Чему? Чему не хватает? – удивились друзья.
- Ну, организму… Васька ведь это, он только снаружи пушистый заяц, а внутри него ещё целый мир.
Уважаемый медведь Потап Михалыч почесал затылок:
- Смотрю, вот это да, в маленьком Ваське - целый мир. Смотрю, миру-то этому ещё чего-то и не хватает…
- Так он и мир-то очень маленький, - окончательно запутала друзей сова Ксюша, - и состоит он из живых клеточек, которые постоянно движутся.
Ёжик Петя вдруг ахнул, подскочил и бросился к Ваське домой. Ловко взобравшись по ступеням крыльца, он открыл дверь и подбежал к кровати, на которой лежал больной заяц. Через несколько минут прибежали и друзья.
- Петя, ты чего? – спросил бобёр Ефим.
- Да вот за Ваську испугался.
- А что?
- Так ведь, если он состоит из клеток, которые постоянно движутся, значит, однажды им надоест двигаться внутри Васьки, они разбегутся, и заяц Васька исчезнет.
- Ух-фух… Как так, разбегутся? – возмущённо хлопнула крыльями Лесной доктор сова Ксюша, - Никуда они не разбегутся.
- А вдруг они не захотят болеть вместе с зайцем Васькой, вот и разбегутся. Да и ты говорила, что этому, Васькиному ОГРАНИЗМУ чего-то не хватает, а значит и им не хватает.
- Не огранизму, а организму, - поправила Петю сова Ксюша – ну как ты не понимаешь? Клеткам просто не хватает какого-то лекарства, чтобы выздороветь. Никуда они не собираются разбегаться. Они Ваську очень любят.
- Фу-у, - с облегчением выдохнули друзья, испуганные словами ёжика Пети.
Лесной доктор сова Ксюша расправила крылья и радостно крикнула:
- Слушайте, я знаю, кто может помочь зайцу Ваське.
- Кто? Кто? - закричали звери.
Ксюша взлетела на ветку и с торжественным видом объявила:
- Зайцу Ваське может помочь доктор Иван Аспиринович Неболейкин! Надо срочно к нему кого-нибудь послать.
- Можно я пойду, - тут же поднял лапку ёжик Петя, - только скажи куда.
- Подождите! – сказала сова Ксюша и, расправив крылья, сорвалась с ветки, - я сейчас карту принесу.
Через несколько минут звери, глядя на карту Волшебного леса, дружно прокладывали маршрут к дому доктора Неболейкина. Оказывается, его дом стоял на другом берегу глубокого озера Бух-Топотух. Добираться по воде надо было три дня, а по берегу - восемь. Друзья загрустили. Уважаемый медведь Потап Михалыч почесал затылок и сказал:
- Смотрю, озеро-то глубокое и большое, смотрю, плавать-то кроме меня никто не умеет. А у меня уж годы не те, чтоб так далеко добираться.
- Как не умеет? Кто не умеет? – подскочил обиженный бобёр Ефим и замахал лапами, - это как же не умеет? Я, можно сказать, с самого детства обучен… Я на флоте с адмиралом Тритоном Акулычем Мореходкиным служил. Возьму вот, и переплыву.
- Ну и что? – пытаясь успокоить разбушевавшегося бобра, сказала сова Ксюша, - а доктор тоже плавать не умеет. Слетать к нему да поболтать и я могу, только вот Ваське от этого лучше не станет. Давайте-ка лучше подумаем, как Ивана Аспириновича к нему доставить.
Ёжик Петя начал тихо посвистывать. Вы ведь знаете, что когда ёжики задумываются, они всегда тихо посвистывают. И тут Петя радостно воскликнул:
- А что, если нам построить плот. Деревянный и большой. С парусом. У Бабая Кошмарыча старых простыней много. Он ведь приведение.
- Ура! – закричали друзья, и работа закипела.
Через час плот был готов к дальнему плаванью. Прочный и красивый. Доброе привидение Чернопятов в Седьмом поколении притащил восемь простыней, из которых сова Ксюша сшила огромный парус. Лиса Нюра принесла пирожков, чтобы матросы не проголодались за время путешествия. Бобёр Ефим выточил дубовый руль, а на носу плота поставил деревянный пень, на котором вырезал портрет зайца Васьки. Назвали судно «Смелый заяц».
Ещё несколько часов приготовлений, и вот, капитан нового корабля бобёр Ефим приказал:
- Отдать концы!
- Какие концы? – заволновались собравшиеся.
- Эх, вы сухопутные, - важно улыбнулся капитан и поправил фуражку, - верёвки, что крепят плот к берегу, отвязывайте.
И корабль поплыл, унося вдаль отважных путешественников ёжика Петю, Уважаемого медведя Потапа Михалыча, капитана бобра Ефима и комарика Мурзика, без помощи которого, по его мнению, друзья, конечно же, не могли обойтись.
Сколько же приключений пережили моряки за время трёхдневного плавания. Как-то раз налетел сильный ветер и порвал парус. Ёжику Пете пришлось выдёргивать иголку из своей любимой шубки и сшивать его заново. В другой раз комарик Мурзик, который высматривал с воздуха препятствия на реке, не доглядел, и «Смелый заяц» сел на мель посередине озера Бух-Топотух. Здесь помог Уважаемый медведь Потап Михалыч. Несмотря на то, что годы его были уже не те, он залез в воду и столкнул плот.
Наконец, показался долгожданный берег, а на нём - небольшой деревянный домик, выкрашенный в синий цвет. «Смелый заяц» под командованием бобра Ефима причалил, и друзья сошли на твёрдую землю. Тук-тук-тук, - постучался в дверь ёжик Петя.
- Кто там? - спросили из дома.
- Это я, ёжик Петя, - сказал ёжик Петя, - у нас Васька заболел.
- Кто заболел? – дверь распахнулась, и на пороге друзья увидели человечка в белом халате. Он непонимающе смотрел на путешественников сквозь очки с круглыми стёклышками.
- Заяц Васька заболел, - повторил ёжик Петя, - а сова Ксюша сказала, что только вы ему помочь можете.
- А чем заболел? – озабоченно спросил доктор Иван Аспиринович Неболейкин, а это был именно он.
- Не знаю, только плохо ему. Васькиному ОГРАНИЗМУ чего-то не хватает, поэтому клетки внутри него могут разбежаться в разные стороны. Хотя сова Ксюша и говорит, что они его очень любят, но я ей почему-то не верю.
- Ну, если клетки могут разбежаться, да ещё и организму чего-то не хватает, значит, надо срочно ехать, - улыбнувшись, сказал Иван Аспиринович, - только вот на чём? Сова Ксюша ведь живёт на другом берегу озера Бух-Топотух.
- А у нас плот «Смелый заяц» есть. Мы его так в честь Васьки назвали, - весело загалдели друзья.
- Тогда да… Тогда, конечно, ехать надо, только подождите, я лекарства соберу.
Через полчаса плот выплыл в обратный путь. К счастью, ветер был попутным, и путешественники приплыли к родным берегам через два дня. Как же они были удивлены, когда среди встречающих увидели зайца Ваську. Совершенно здорового. Он подпрыгивал выше всех и радостно махал лапами.
- Спасибо вам за всё, друзья! – сказал он капитану «Смелого зайца» бобру Ефиму, Уважаемому медведю Потапу Михалычу, ёжику Пете и комарику Мурзику, когда те сошли на берег.
- Васька, а мы тебе доктора Ивана Аспириновича Неболейкина привезли, - растерянно сказал ёжик Петя.
- Смотрю, заяц Васька-то здоровый, - добавил уважаемый медведь Потап Михалыч и озадаченно почесал затылок.
В это время Иван Аспиринович подошёл к Ваське.
- Да-да, совершенно здоровый, - подтвердил он после небольшого осмотра.
- Это мне сова Ксюша помогла, - сказал заяц Васька, - когда вы уехали, она в одной книжке доктора Неболейкина прочитала, что простуду надо лечить чаем с малиной, а также мёдом и редькой. Вот… Я попил два дня и у меня наступил… этот самый – КРУИЗ.
- Может быть, кризис, - с улыбкой поправил его Иван Аспиринович.
- Ага, а потом он миновал и я выздоровел. Сегодня уже второй день как бегаю здоровым-прездоровым.
- Выходит, зря мы плот строили, и за доктором Неболейкиным зря плавали, - огорчённо сказал ёжик Петя и погрустнел, и путешественники погрустнели. И сова Ксюша погрустнела, и даже комарик Мурзик.
Заяц Васька, глядя на друзей, тоже погрустнел и предложил:
- А может мне снова заболеть. Тогда выйдет, что вы не зря плавали.
- Нет, - решительно сказал Иван Аспиринович, - никому не надо болеть. Ты, Ксюша, молодец, что книжки читаешь. Ты, Васька, молодец, что болезнь победил, а вы, - он повернулся к друзьям, - что не оставили друга без помощи. А если бы Ксюша так и не узнала, как с болезнью бороться, что с Васькой тогда бы стало?
После недолгого раздумья ёжик Петя подошёл к зайцу Ваське и обнял его:
- Как хорошо, что ты выздоровел, - прошептал он другу.
- Да, - согласился с ним Васька, - а теперь давайте пойдём ко мне. Гостинцы кушать. У меня их еще так много осталось.
Волшебный лес негромко шелестел листьями, колыхалась на полянах зелёная травка, а на верёвке у берега, покачиваясь в такт волнам, плот «Смелый заяц» ждал свой экипаж, в котором теперь был и заяц Васька.


Дослушав сказку, я быстро засобирался домой.
- А чего так поспешно-то? - с некоторой обидой в голосе спросил дедушка Шептун.
- Да вы знаете, - ответил я, открывая дверь, - ещё дел столько, столько дел…
- А-а, ну тады-лады, - улыбнулся старичок и вышел вслед за мной на крыльцо, - а коли Ваську увидишь, поклон ему передавай. Пущай выздоравливает.
Я обернулся и сказал:
- А я к Перчикову не собираюсь. Домой надо… Дел много.
- Ну-ну, - сказал дедушка Шептун, и посмотрел на меня с какой-то хитрецой, - завтра вместе приходите.
С этими словами он скрылся в доме, а я побежал. Дел у меня и, правда, было много. Срочно хотелось Ваську проведать.

День пятый

- Давай дедушке Шептуну что-нибудь на память подарим.
- Давай, а что?
- Ну, не знаю. Чего домовому надо?
- Я тоже не знаю, - ответил Васька Перчиков.
Мы стояли в магазине возле прилавка с игрушками.
- Может, машинку вон ту, что с краном, или солдатиков, - предложил Васька.
- Нет, - отмахнулся я, - он что, играть с ними будет?
- Ну, тогда сам думай, - обиделся Перчиков и отошел к полкам с конструкторами.
Я оглянулся, побродил по магазину и вдруг увидел витрину с детскими книгами в красивых обложках.
- Васька! – радостно крикнул я.
- Чего орешь? – спросил Перчиков и выглянул из-за соседней полки.
- Я придумал! А что, если книгу ему подарить?
- Точно, - согласился Васька, - а какую?
- Сказки, конечно…
Перчиков согласился. Мы подошли к продавцу и попросили самую красивую книгу со сказками. Она протянула нам самую большую с жар-птицей на обложке, и мы поспешили в гости к дедушке Шептуну.
Подбежав к старому дому, сразу увидели старичка. Он стоял возле плетня, на котором сидела ласточка. Домовой что-то ей нашептывал, а она внимательно прислушивалась.
- Дедушка! - хором крикнули мы.
Ласточка испугалась, слетела с плетня и села на плечо Хозяина. Он бережно взял ее в руки.
- Ну, чего ж вы, молодцы, кричите? Пташку ни за что, ни про что испужали, - недовольно ответил старичок, - Сердчишко ейное так и скачет, так и скачет.
- Дедушка, простите, - сказал я, а Васька смущенно пожал плечами, - мы вам подарок принесли.
- Хе, подарок? – переспросил домовой, улыбнулся и подкинул ласточку в небо. Птица что-то радостно прощебетала и исчезла в голубой синеве.
- Подарок, енто дело хорошее. И где же он?
- А вот, - сказал Перчиков и достал из-за спины книгу.
Дедушка взял, внимательно рассмотрел жар-птицу на обложке и сказал:
- Ишь ты, до чего похоже намалевано… Эх, Параська, Параська, непутевая ты птица...
- А кто такая Параська? - спросил я.
- Параська-то, - улыбнулся домовой и погладил бороду, - Параська и есть Параська. Птица, вот ента, огненная. Даром, что волшебная, а характер-то, как у сороки вздорной. Летает да сплетни собирает. Ну ее! – в сердцах махнул дедушка Шептун, прошел к крыльцу и сел.
- Хороший подарок вы мне, ребята, сделали, - полистав книгу несколько минут, довольно сказал старичок, - вот колобок нарисован. Эх-хе-хе, простым парнем колобок был, только круглый, как… пятак. Ой, а вот Кощеюшка! До чего ж картинка-то похожа. Будто с самого рисовали.
Дедушка Шептун рассмеялся, перевернул страницу и замолчал. На его глазах неожиданно выступили слезы.
- Вы чего? – спросил Васька, мы подошли ближе и взглянули на открытую страницу. На ней было нарисовано болото, посередине которого торчал пенек. Рядом, на поросшей травой кочке, сидела маленькая толстенькая женщина в зеленом платьице. В ее густых волосах цвели кувшинки.
- Вы чего, дедушка Шептун? – повторил я.
- Да вот, - всхлипнул домовой, - жену свою увидел. Вот она - Кика Моровна. Сорок лет, почитай, как уже не встречались.
- А почему? – мы с Васькой присели рядом с дедушкой.
- Болото осушили, над которым хозяйничала она. Крепко женушка моя тогда на людёв осерчала. Раньше-то недалече от дома ентого топь была непроезжая, а потом дорогу там асфальтову строить начали. Тут-то болоту конец и пришел. Обиделась дорогая моя Кика Моровна и ушла, куда глаза глядят. Меня звала, а я не смог. Избу-то не на кого было оставить. Забрала она сынов и побрела. Младшой мой, когда приезжал в последний раз, молвил, что Кикушечка теперь в водопроводе городском хозяйничает…
- Эх, жизнь, - вздохнул дедушка Шептун, вытер рукавом глаза и перевернул страницу.
- Жаль, читать-то я не обучен, - просмотрев всю книгу, сказал он.
- А вы разве в школу не ходили? - спросил Васька.
- Ходил, - улыбнулся домовой, - так у нас-то какая школа была? Для нечистой силы. Там только пакости людям учили устраивать. Ну, ничего... Как-нибудь буду в Волшебном лесу, мне кто-нибудь почитает.
- А что? Там звери даже читать умеют? – удивился я.
- Конечно, - ответил старичок, усмехнувшись, - у них даже школа есть своя. А я разве не рассказывал, как в Волшебном лесу школа появилась?
- Нет, - хором ответили мы.
- Ну, тады слухайте.


Сказка про то,
как заяц Васька и ёжик Петя ходили в школу

Ах, как красиво в Волшебном лесу ранней осенью. Столетние дубы сбрасывают листву, устилая землю мягким золотым одеялом, на яблонях созревают наливные яблочки, лозы винограда окутывают ивы, призывая жителей леса попробовать сладкие ягодки. Да-да, не стоит удивляться, ведь это Волшебный лес, поэтому здесь растут все вкусные плоды: от кокосов и манго до абрикосов и слив. И мороза они, кстати, не боятся.
Все звери в такие дни веселятся и играют, только вот Лесной доктор сова Ксюша, почему-то никогда в такие дни не веселилась и не играла. Она грустила. Уберет восемь этажей у себя дома, прилетит на полянку, сядет на веточку и смотрит печально, как другие в пятнашки пятнают или в прятки прячутся.
И вот как-то заяц Васька решил узнать, почему Лесной доктор сова Ксюша осенью всегда такая печальная. Встал он ранним утром, зашел за ёжиком Петей, и потопали они в гости. А надо сказать, дом совы Ксюши находился недалеко от озера Бух-Топотух, так что путь предстоял неблизкий, однако друзья не растерялись, и чтобы не скучать по дороге, принялись напевать веселый марш. Его тут же на ходу сочинял заяц Васька, а Петя сочинять не умел, поэтому просто весело кричал «ля-ля-ля».

Одуванчики в ряд,
как солдатики стоят.
Ля-ля-ля!

Незабудки цветут,
Здесь и там, там и тут.
Ля-ля-ля!

И ромашки на лугу,
О-го-го, да у-гу-гу.
Ля-ля-ля!

Васька иногда не мог подобрать рифму, поэтому просто добавлял что-нибудь похожее по звукам.

В гости с ежиком идем,
Хором песню мы поем.
Ля-ля-ля!

Последний куплет Васька прокричал, когда друзья уже подошли к дому Лесного доктора совы Ксюши.
- Эй, сова Ксюша, выходи, - крикнул Васька, и постучал по дереву, в котором находился ее дом.
- Кто там? – послышался сверху знакомый и недовольный голос.
Ежик Петя испуганно тронул Ваську за лапку:
- Васька, а почему этот голос такой знакомый и такой недовольный?
- Подожди, - ответил Васька и, подняв глаза на ветки дерева, крикнул, - Это мы, ежик Петя и заяц Васька, пришли в гости.
- А зачем?
Ежик опять встревожился:
- Васька, голос-то знакомый, Ксюшин, а она не выходи! Может, ее злой и страшный Барабумка съел, а теперь с нами ее голосом разговаривает? Захочет, и нас с тобой съест.
Заяц Васька призадумался, его уши опустились. Если вы не знали, у зайцев всегда опускаются уши, когда они призадумываются.
- Петя, а кто такой злой и страшный Барабумка и откуда он взялся в нашем лесу?
Ёжик присел на пенек и ответил:
- Это зверь такой. Я когда маму не слушался, она мне говорила, что придет Барабумка и съест меня. Может, сова Ксюша тоже маму не слушалась, вот он и пришел.
- Эй, вы там внизу, чего молчите? Ушли что ли? – вновь послышался знакомый и недовольный голос из веток.
- Да нет, не ушли, - испуганно отозвались друзья.
- Надо же, не ушли. А может быть, уже собираетесь? – с надеждой спросил знакомый и недовольный голос.
- Сейчас посоветуемся и решим, - набравшись смелости, ответил ежик Петя.
- Петя, надо за помощью бежать, может еще удастся сову Ксюшу спасти, - испуганно прошептал заяц Васька.
- А может засаду устроить, - задумчиво сказал ежик, - ты ведь умеешь.
- Не поможет, - ответил Васька, - давай все-таки сбегаем за помощью. Или я один, а ты пока посторожи, чтобы Барабумка с дерева не спустился.
- Эй, вы, - снова раздался знакомый и недовольный голос, - ну чего вы там? Посоветовались или уже ушли?
Петя подошел к дереву, отломил длинную палку, крепко сжал ее двумя лапами, и крикнул в ответ:
- Никуда мы не уйдем, пока сову Ксюшу не выручим! Правда, ведь Васька? – обернулся ежик, чтобы посмотреть на зайца и… удивился. Васьки и след простыл. «Наверное, за помощью побежал» - решил Петя, взглянул на дерево и уже не так уверенно повторил:
- Не уйдем!
- Надо же… Не уйдут… Ксюшу им подавай, видите ли, - грустно вздохнул знакомый и недовольный голос, - ну что ж, тогда залезайте.
С ветки упала веревочная лестница. Тут же, откуда ни возьмись, появился заяц Васька и сказал Пете, что бегал искупаться на озеро Бух-Топотух. Неожиданно ему стало жарко в осеннем лесу.
- Ну, чего не заходите? – снова спросил знакомый и недовольный голос, стукнула дверь и возле друзей, взмахнув крыльями, приземлилась Лесной доктор сова Ксюша.
- Ой, Ксюша, это ты? – в один голос крикнули друзья и бросились обнимать лесного доктора.
Ксюша удивилась.
- Конечно, я. Вы же ко мне в гости пришли.
- А мы думали, тебя злой и страшный Барабумка съел, и теперь с нами твоим голосом разговаривает, - сказал заяц Васька и радостно улыбнулся.
Лесной доктор сова Ксюша считала себя умной и образованной, поэтому спрашивать, кто такой Барабумка, ей было стыдно. Она просто внимательно себя осмотрела, отряхнула перышки и сказала:
- Да нет, вроде бы не съел. Ну, заходите.
Друзья забрались по лестнице и вошли в дупло. Ксюша усадила их за стол, поставила чай и вытащила из шкафа козинаки. Специально для Васьки положила морковки в тарелочку, а для ежика Пети - яблочек. Друзья попили чаю, поговорили о том, о сем, и заяц, хрумкнув морковкой, спросил:
- Ксюша, а почему ты такая грустная в эти дни? Все осенью веселятся, играют, а ты только дома убираешься, да на ветке вздыхаешь.
Сова Ксюша подлила кипятка в чашку и сказала:
- Я, Васька, в школу хочу. В том лесу, где я раньше жила, всегда в сентябре в школу ходили.
Ежик Петя почесал затылок и тоже спросил:
- Ксюша, а что такое школа?
- Ах, - ответила сова Ксюша и мечтательно улыбнулась, - школа - это здорово. Это друзья, это встречи, это уроки и еще много-много хорошего.
- А что в школе делают?
- В школе учатся, - сказала лесной доктор, - читать, писать, и даже математику считать.
- А что такое математика и как ее считают? – удивился заяц Васька.
- Математика, - задумалась Ксюша, откусила кусочек козинака и ответила - математика, ну это, когда…, в общем, считают… Учитель тебе задает задачу, а ты берешь и считаешь.
- А что такое задача? – спросил ежик Петя.
- Ну, это… Это… Вот, например, у тебя пять яблок, два ты отдал зайцу Ваське. Сколько у тебя осталось?
- Пять, - ответил ежик Петя.
- Почему? – удивилась сова Ксюша, - ты же два Ваське отдал.
- А Васька яблоки не любит, поэтому и давать ему х незачем.
- Хм, - сова Ксюша опять глубоко задумалась, - ну, тогда пять фломастеров, два ты отдал Ваське, сколько останется?
- Ага, - хмурясь, сказал Петя, - дашь Ваське, он их тут же и потеряет. Сколько раз так было. Вот недавно дал ему сковородку морковки пожарить, а он даже до дома ее не донес. Потерял. Я ему все пять фломастеров дам, пусть только при мне рисует.
Долго еще сова Ксюша пыталась втолковать друзьям, что такое математика и школа.
По дороге домой ежик Петя сказал Ваське:
- А знаешь, наверное, школа - это и, правда, здорово.
- Ага, - согласился заяц, - слушай, а давай сделаем школу у нас. И мы тогда узнаем, что это такое, и сова Ксюша грустить перестанет.
- Давай, - радостно ответил ежик Петя, подумал и спросил, - а кто же у нас учителем будет?
- Да сама Ксюша и будет! – тут же решил заяц Васька, - мы сейчас всех обойдем и скажем, что завтра будут занятия в школе.
Первым делом зашли по дороге к бобру Ефиму. Он ремонтировал лодку.
- Эй, бобер, завтра в школу.
- Чего? – спросил бобер Ефим, отложив в сторону молоток и гвозди.
- В школу.
- Зачем?
- Как зачем? – переспросил заяц Васька, - математику считать. Вот будет у тебя пять яблок или фломастеров, захочешь мне два отдать, и не узнаешь, сколько у тебя останется. Так что давай, собирайся…
Лису Нюру быстро уговорили. Правда она работала в магазине продавцом, поэтому посчитать в уме, сколько яблок у нее останется, могла без труда. А вот читать не умела.
Уважаемый медведь Потап Михалыч хотел отказаться. Ему пора было в спячку укладываться, но друзья уговорили и его, сказав, что в школе он научится писать. А то ведь ему трудно после спячки. Пока зиму спит, забывает, на каких местах дома вещи лежат. А тут возьмет, и перед тем как на зиму залечь, записку, на каких местах дома вещи лежат, сам себе и напишет.
В общем, уговорили всех. Утром следующего дня заяц Васька сбегал к сове Ксюши и сказал, что на поляне ее ждет сюрприз. Когда Лесной доктор сова Ксюша прилетела, ученики уже были в полном сборе. Посреди поляны стояла большая доска, а перед ней ряд скамеек, на которых сидели Уважаемый медведь Потап Михалыч, Молчаливый леший по фамилии Пеньков, Бабай Кошмарыч Чернопятов, продавец лиса Нюра, бобер Ефим, комарик Мурзик, заяц Васька и ежик Петя.
Ах, как сова Ксюша обрадовалась этому сюрпризу. А когда ей сказали, что она же будет учителем, большие глаза лесного доктора от удивления стали еще больше.
В школе понравилось всем. За один день друзья узнали счет до десяти, познакомились с буквой «А» и даже немного научились ее писать. Кто-то скажет, что за один день это все сделать невозможно, однако не надо забывать, что друзья очень прилежно учились, да и лес-то ведь был волшебным. Помогал…
Больше сова Ксюша не грустила. Она где-то в чулане отыскала бабушкины очки и, одев их, с важным видом летала по осеннему лесу. Теперь Ксюшу называли не только лесным доктором, но и учителем Волшебной школы номер Один.


- Дедушка, а знаете, что я придумал? - сказал я, когда сказка закончилась.
- Нет, - хитро прищурил глаз волшебный Хозяин, - поделись своими мыслями - заветными да потаенными.
- А зачем вам в Волшебный лес идти? – спросил я и посмотрел на Перчикова. Васька непонимающе глянул в ответ.
- Мы ведь тоже можем вам книжку почитать, - улыбнувшись, радостно воскликнул я. Перчиков усиленно закивал головой.
- А что? - призадумался домовой и почесал затылок, - коли не затруднит вас, так почитайте. Очень уж хочется услыхать, что про Параську люди выдумали, да и про жену мою любезную – Кику Моровну. Только не сегодня уж. Лучше я картинки посмотрю. А вам домой пора.
- Спасибочки огромное, и поклон вам низкий за книгу-подарочек. Она мне дороже злата-серебра, - добавил Хозяин, провожая нас со двора.
Мы раскланялись с дедушкой Шептуном, хлопнули скрипучей калиткой и побежали домой.

День шестой

На следующий день мы пришли к дедушке Шептуну ранним вечером. Постучались в дверь и, весело переговариваясь и смеясь, вошли в старый дом. Волшебный Хозяин, как всегда, сидел за вязанием. Негромко позвякивали друг о друга спицы.
- Дедушка Шептун, здравствуйте! – сказал Перчиков, подошел к столу, остановился, повернулся ко мне и прошептал:
- Петя, а он спит.
- Ты чего? – рассмеялся я в ответ, - Как можно спать и вязать одновременно?
Но, приблизившись к домовому и внимательно присмотревшись, я, к своему удивлению, заметил, что дедушка Шептун и впрямь дремлет, а спицы в его руках в это время ловко довязывают шарфик.
- Петя, - толкнул меня Перчиков, - как это он так?
- Не знаю, - растерянно сказал я, глядя на волшебного Хозяина. Вдруг старичок открыл левый глаз, потом правый. Несколько секунд дедушка Шептун смотрел на меня и Ваську, потом подскочил и со всех ног рванул в угол, закричав по дороге:
- Ай, тати ночные в дом забрались, ай, фулюганы!
Мы с Перчиковым, раскрыв рты, замерли на месте. Добежав до угла, старичок резко остановился, схватил метлу, а потом, крепко зажмурившись и размахивая ею из стороны в сторону, пошел на нас.
- Ужо я вас!.. В лягушек бородавчатых превращу, в жаб пупырчатых оберну, ни одна принцесса не расколдует!
- Дедушка Шептун, это же мы! – испугавшись, закричал я. Васька только беззвучно раскрывал рот.
Волшебный Хозяин остановился, открыл глаза, взглянул на нас и смущенно улыбнулся:
- Ух, ты, извиненьица покорнейше прошу, не признал спросонья.
- Фу-у, - с облегчением выдохнули мы с Перчиковым.
Дедушка Шептун забрался на свой табурет, взялся за спицы.
- Задремал я чуток. Слышу, смех, потом – тишина. Чу, половицы заскрипели. Ну, я и смекнул сквозь сон, не иначе воры забрались. Вот и подскочил. Дюже испужали старика. Ох-хо-хо, - вздохнул волшебный Хозяин.
Мы с Васькой тоже влезли на табуреты. На столе уже стояли чайные чашки. Тут же, попыхивая от усердия паром, услужливо подскочил самовар и начал разливать кипяток.
- Угощайтесь шанежками, - предложил дедушка Шептун, - испек, пока вас ждал. Целый день сегодня по дому туды-сюды, вот Дрема Иваныч меня и подсторожил. Сморил, пока я шарфик вязал.
Мы с Перчиковым не заставили себя долго уговаривать, потому что знали, какая вкусная выпечка у волшебного Хозяина.
- А вы чего смеялись-то, когда в дом заходили? – спросил, старичок, после того, как мы перекусили.
- Да у нас во дворе девочка одна живет. Машкой Ковалевой зовут, – сказал я.
- Ага, - тут же влез Перчиков, - она такая некрасивая. Никто с ней не хочет играть...
- И вы, значится, тоже словом с ней не перемолвились? – спросил дедушка Шептун и почему-то погрустнел. А Васька, не успев пережевать шанежку, ответил:
- Не-е… Мы фто? Рызые фто ли?
Он запил выпечку ароматным чаем со смородиной и, от удовольствия прикрыв глаза, откинулся на спинку стула.
- Еще бы… Как с такими девчонками разговаривать? Я вот сегодня ее страшилой назвал. А она сразу нюни распустила, расплакалась.
- Ой! – вскрикнул Перчиков. Это я, не удержавшись, пнул его по ноге.
- Ты чего? – накинулся на меня Васька. Я глазами указал на дедушку Шептуна. Домовой, отложив вязальные спицы, грустно смотрел в окно.
- Да, в общем-то, она и не плакала вовсе, - растерянно продолжил Васька, - так, одна-две слезинки, их даже и видно не было.
- Ага, - поддакнул я Перчикову, - не плакала. Она… это… просто немного расстроилась.
- Да, - уже почти шепотом сказал Васька, - чуть-чуть… Можно сказать, даже и не расстроилась вовсе …
- Ну, ладно, - в сердцах прервал я Перчикова, - мы так договоримся до того, будто она и не плакала.
- Эх, други, вы мои ненаглядные, - вздохнул дедушка Шептун, - а я не рассказывал вам сказку про некрасивую елочку Машу, у которой с одной стороны веточки росли, а с другой - нет?
Мы с Васькой переглянулись и дружно пожали плечами:
- Да вроде бы не рассказывали.
- Ну, тады слухайте…

СКАЗКА ПРО ТО,
КАК ЁЛОЧКА МАША СТАЛА НОВОГОДНЕЙ

Когда наступает зима, в Волшебном лесу начинается заслуженный отдых. Спят полосатые берёзки, дремлют могучие дубы, видят красивые сны высокие тополя. Не спят только, кто бы вы думали? Правильно, зелёные ёлочки. Они бы и рады, но дедушка Мороз, нет-нет, да и приходит их проведать. Ухнет-охнет, дунет-скажет: «Вы чего это, зелёны девицы, глазки прикрываете, а маленьких зверушек кто в Новый Год радовать будет?» И снова ёлочки встряхиваются, приводят себя в порядок и ждут, когда их заберут к ребятам. Каждой из них хочется примерить красивый новогодний наряд из стеклянных шаров и блестящего серпантина.
А среди взрослых ёлок жила-была совсем еще маленькая. Звали её Машенька. Ох, как мечтала она, чтобы и её нарядили в гирлянды, обвешали шариками и осыпали конфетти. Не было бы тогда на свете ёлочки счастливей. Но взрослые сёстры посмеивались и говорили: «Да кому ты нужна такая - маленькая и некрасивая? У тебя и ветки-то с одной стороны растут, а с другой – нет». Молчала на это Машенька, всё на что-то надеялась.
Каждый день приходили жители Волшебного леса, выбирали её сестриц - высоких, мохнатых, разлапистых красавиц - и просили стать новогодними елками в их домиках, а совсем маленькую ёлочку, у которой с одной стороны ветки росли, а с другой - нет, никто даже и не замечал. Наступил праздничный день, и Машенька осталась совсем одна. Пригорюнилась она... Расплакалась...
Заяц Васька и ёжик Петя тоже решили Новый Год встретить. Васька сделал морковный салат и капустный торт, а Петя принёс сушёных яблок и сливового варенья. Сели они за стол и стали ждать гостей. На праздник должны были прийти Лесной доктор сова Ксюша, бобер Ефим, продавец Лиса Нюра, Бабай Кошмарыч Чернопятов и Молчаливый леший по фамилии Пеньков. Кстати, ждали Васька с Петей не только друзей, но и праздничное настроение. Пытались они и песенки петь, и под гармошку танцевать, но, видать, хорошо спряталось это самое настроение. Загрустили заяц с ежиком. До Нового Года всего два часа осталось, скоро гости придут, а веселья не получается. Нет настроения… И всё тут!
Вдруг ёжик Петя подпрыгнул до потолка и закричал: «Придумал!» Дом у зайца был низеньким, поэтому Петя больно ударился. «Нам надо ёлочку, - сказал он, потирая лоб, - без неё Нового Года не получится». Васька опустил уши и призадумался. А вы уже знаете, что когда зайцы призадумываются, они всегда опускают уши.
- Ну, и где мы её найдём? В лесу ни одной не осталось, все ёлки на праздники разошлись. Да и не успеем, уже десять часов, - сказал Васька.
Но ежи упрямые зверушки, если они что-то решили, значит, так оно и будет. Петя накинул колючую шубку, схватил тарелку с морковным салатом, кастрюльку с сушёными яблоками и сказал: «Будем встречать Новый Год на улице. А ёлочку мы в Волшебном лесу на какой-нибудь полянке найдём, потому что в этот праздник всегда случаются чудеса».
- Петя, а гости? Они же придут, а нас нет, - озадаченно сказал Васька.
- А мы им записку оставим, не зря ведь в школу ходили, - решил ёжик, взял ручку, бумагу и начал писать. Васька еще немного почесал за ухом, потом собрал в сумку остальную еду, оделся. Петя положил записку на стол, и друзья поспешили.
По небу катилась луна. Она с загадочной улыбкой смотрела на друзей, освещая их путь серебристым лучиком.
- А что ты написал в записке? – спросил по дороге заяц Васька.
- «Мы в Волшебном лесу… Приходите», - ответил Петя.
- А лес-то большой. Где же они нас искать будут?
- Ой, а ведь и, правда!
Ежик развернулся и с криком: «Подожди здесь!», побежал обратно. Далеко от Васькиного дома они еще не отошли, поэтому Петя вернулся быстро.
- А теперь что написал? – спросил заяц у запыхавшегося друга.
- «Мы в Волшебном лесу. На какой-нибудь полянке. Приходите». Теперь точно найдут, - с гордостью ответил ёжик.
Петя с Васькой шли по лесу уже полчаса, пытаясь отыскать хоть одну ёлку, как вдруг где-то вдали послышался тихий плач. Васька навострил уши, а у зайцев, как вы знаете, очень хороший слух, поэтому Васька сразу определил, что всхлипывания доносятся из-за небольшого пригорка. Друзья поспешили туда и увидели маленькое зеленое некрасивое деревце. Васька подошёл к нему и тронул за веточку.
- Эй, ты чего плачешь? Тебя обидели? - тихо спросил он.
- Нет, - утерев изумрудные слёзки, ответила Машенька, а это была она, - просто меня никто не позвал к себе домой. Никому не нужна ёлка, у которой ветки с одной стороны растут, а с другой – нет. А я так хочу встретить Новый Год.
- Ух! Так ты елка? Самая настоящая? Ура! – радостно воскликнули друзья. - А как тебя зовут?
- Машенька, - ответила ёлочка. Заяц с ёжиком переглянулись, и Васька сказал: «Знаешь, Машенька, а мы тоже хотим встретить Новый Год, но ведь без ёлок настоящих Новых Годов и праздничного настроения не бывает. Давай ты станешь нашим другом, а заодно побудешь и ёлочкой.
И Машенька воскликнула:
- Конечно, давайте! А вы меня нарядите? Ведь я должна быть красивой, чтобы принести вам праздничное настроение. Васька с Петей замерли в недоумении.
- А во что тебя надо наряжать? - спросил ежик.
- В гирлянды, - ответила ёлочка, - в цветные шарики и конфетки.
- Жаль, - опустив головы, с огорчением ответили друзья, - у нас ничего такого нету.
Машенька немного подумала, погрустила, тряхнула веточкой и улыбнулась:
- Ну, и ладно, пусть у меня не будет наряда, но зато у меня теперь есть самые настоящие друзья.
Ах, каким радостным был этот Новый Год! Петя играл на гармошке, Васька и Машенька танцевали, а потом зверушки водили самый настоящий хоровод, ведь ёлочка была очень маленькой, поэтому ёжик и заяц, схватившись за лапки, без труда могли весело скакать вокруг неё. Кстати, через час на полянку, где веселились друзья, пришли бобер Ефим, комарик Мурзик и продавец лиса Нюра. Затем прилетела Лесной доктор сова Ксюша. Она принесла поздравительную телеграмму от доктора Неболейкина. Рассмешил всех Бабай Кошмарыч Чернопятов. Хотя он и оделся в страшные белые простыни, но вместо гремящих цепей на нем были разноцветные гирлянды.
Вы спросите, как же друзья нашли Петю, Машеньку и Ваську? А помог им Молчаливый леший по фамилии Пеньков. Он ведь знал весь Волшебный лес, следил за ним, ухаживал, поэтому найти веселую компанию на какой-нибудь полянке смог без труда.
Кстати, он тоже приходил на праздник. Наверное, это и впрямь была ночь чудес, ведь друзья в первый раз услышали, как Молчаливый леший по фамилии Пеньков произнес слово. Нет, даже два. Когда стрелки часов Лесного доктора совы Ксюши показали на двенадцать, леший сказал: «Поздравляю всех» и снова замолчал. Наверное, до следующего Нового года.
Только об одном жалели друзья. На праздник не смог прийти Уважаемый медведь Потап Михалыч. Он давно переехал жить в Волшебный лес, где зимой можно было не впадать в спячку, но Потап Михалыч так и не смог избавиться от давней привычки. Поэтому, пока друзья веселились, он дремал в своей берлоге и, только никому не говорите, посасывал лапу.
Приходил на полянку и дедушка Мороз, правда, ненадолго. Улыбнулся, достал из мешка каждому по подарку и исчез. Дел у него в эту чудесную ночь было много.
Кстати, Машенька всё-таки не осталась без наряда. Ёжик Петя развесил на веточках сушёные яблоки, а заяц Васька осыпал её морковным салатом, как будто это конфетти. Скромная елочка, у которой с одной стороны ветки растут, а с другой - нет, понравилась и остальным друзьям. Лиса Нюра подарила Машеньке коробку конфет, бобер Ефим – воздушный шарик, сова Ксюша привязала к верхушке синий бантик, а Бабай Кошмарыч разложил на ветках елочки разноцветные гирлянды. И каждый подарок друзья украсили серебряным лучиком, который потихоньку стянули у задремавшей луны. Она ведь добрая, не заметит…



Мерно тикали старые ходики. Тихим голосом дедушка Шептун рассказывал сказку, а заодно и вязал шарфик. Когда история окончилась, за окном уже смеркалось. Пора было собираться домой. Васька, немного помолчал, потом сказал:
- Я завтра Машку увижу, извинюсь, наверное.
- Ага, и я тоже, - поспешил добавить я, искоса взглянув на Волшебного Хозяина.
Дедушка довольно крякнул и сладко потянулся:
- Ну и хорошо, что прощеньица попросите. И от вас не убудет, и девчушке приятность. Главное-то, добры молодцы, красота не внешняя. Человека разглядеть, ой, как не просто. Это ж, взять, скажем, два гриба - мухомор и груздь. Первый, ах, какой красавец! Глядишь - не наглядишься, радуешься – не нарадуешься. Шапочка у него красная, в белую крапинку. Ножка высокая. Как же такого не приметить? Не захочешь, руки сами его в лукошко положат. А груздь? И смотреть ведь не на что. То серый, то черный какой-то... А попробуешь… Вот вкуснотища. Жаль, найти его тяжело. Я тут недавно в лес пошел грибочков на супчик набрать, глядь, груздь. Ну, не долго думая, тут же друга в лукошко определил. А дома очи раскрыл пошире, а ентот груздь - ложный. Вроде бы и гриб, да только непригоден он для трапезы доброй.
Волшебный Хозяин внимательно осмотрел шарфик, потом взял еще один клубок шерстяных ниток:
- Скоро вязать закончу, - радостно сообщил дедушка, - так вот, людей-то я завсегда с грибами сравниваю. Один, что мухомор, вроде бы и пригожий с виду, а в душе копни, нехорошая картина получается. Второй, что груздь ложный. Вроде бы, и на человека похож, так опять же внимательней глянешь, а там такая же петрушка, что и у первого. А Машенька ваша… Хорошая она девица. Пущай и красоты нет внешней, зато, наверное, внутри красотища неземная.
Дедушка Шептун отложил спицы в сторону, в последний раз осмотрел вязание и довольно щелкнул языком.
- Ну, вот, Василий, - он повернулся к Перчикову и протянул шарфик ему, - хворал ты недавно простудой, так держи подарок. Носи на здоровье, да не болей.
Если честно, Перчикову я немного позавидовал. Еще бы… Такого разноцветного шерстяного шарфика не было ни у кого из нашего класса. Волшебный Хозяин с улыбкой взглянул на меня:
- И тебе, Петя, я кое-что приготовил.
Он спрыгнул с табуретки и вышел в сени. Раздался стук, затем все стихло. Скрипнула дверь, и дедушка Шептун подошел ко мне.
- А енто тебе подарочек на память добрую, чтобы старика не забывал, - с грустной улыбкой сказал он и вытащил из-за спины сверток.
Я быстро развернул подарок, удивленно ахнул и поставил его на стол. Это был маленький деревянный домик. Совсем такой же, в каком сейчас были мы.
- Три дня мастерил, - с гордостью сказал старичок, - в молодости-то я его бы и за день сделал… Эх, годы, годы…
- Дедушка, спасибо большое, - ответил я, с восхищением рассматривая подарок.
И тут Васька, глядя на домового, ляпнул:
- Грустно чего-то стало, как будто мы уже навсегда прощаемся.
- Ты чего? – накинулся я на Перчикова, - еще ведь седьмая сказка осталась. Дедушка Шептун нам обещал. А дом сносить будут только послезавтра.
- И впрямь, Василий, не исчезнет никуда седьмая сказка... А коли сумеете, когда взрослыми станете, сказки, что в детстве происходят, в памяти сохранить, так и во взрослой жизни вам чудеса встретятся, - поддержал меня Волшебный Хозяин, потом отвернулся и, глядя куда-то в угол, со вздохом добавил, - верьте мне, добры молодцы… Врать-то мы с детства не приучены.
- Ну, поспешайте, - спохватился старичок, - а то и я устал, и родители вас скоро хватятся. Поздно уже...
Мы с Перчиковым взяли на дорогу по шанежке, обнялись напоследок с домовым и побежали домой. К этому времени уже взошла луна. Немного не доходя до леса, мы с Васькой, не сговариваясь, обернулись.
Дедушка Шептун, выйдя за калитку, смотрел нам вслед. Его, а вместе с ним и старый дом, волшебным сиянием окружал лунный свет. «Совсем как в сказке, когда ежик и заяц искали елочку»,- невольно подумалось мне.
Мы с Васькой помахали Волшебному Хозяину и рванули дальше. Уже возле самого леса я снова обернулся и увидел, как дедушка Шептун поднес к глазам белый платочек.
- Прощевайте, други милые! – крикнул он напоследок, и старый дом скрыла густая листва.

День седьмой

- Петя, что же это? А-а? - растерянно спросил меня Перчиков, глядя на развалины. На месте, где еще вчера стоял старый дом, суетились строители. Они разбирали бревна, складывали их в кучи, громко разговаривали и чему-то смеялись.
- Как же это так? – Васька в слезах смотрел на их работу, - его ведь завтра должны были ломать. Завтра, а не сегодня...
- Не знаю, - тихо ответил я, вытирая глаза, - наверное, срок перенесли… На день раньше...
Мы сели на траву. И стали наблюдать.
- Петя, а как же дедушка Шептун? Он-то успел убежать?
- Конечно, успел, - неуверенно ответил я, - он же Волшебный Хозяин. Теперь, наверное, каликой перехожею куда-то ушел.
- А сказка седьмая как же? – немного подумав, спросил Васька.
Я молчал…
- Но он же обещал… Он же врать с детства не приучен, - сказал Перчиков.
- А, знаешь, Васька, о чем я подумал
- Нет, конечно.
- Не врал нам дедушка Шептун с седьмой сказкой… Была она и прошла…
- Как это так? – удивленно уставился на меня Перчиков.
- Ты ведь, Васька, уже во второй класс переведенный, вот и подумай, как это так, - встав с земли и отряхивая штаны от травинок, грустно ответил я.
- Врешь ты все, - неожиданно с обидой в голосе сказал Васька, - не было никакой седьмой сказки. Я бы заметил… А с врунами я не играю.
Перчиков повернулся и медленно побрел в лес. Я почему-то не остановил его. Может быть потому, что знал, он долго обижаться не умеет, и мы скоро помиримся.
Да и как я мог ему объяснить? Сказать, что все… Все, что случилось с нами за эти дни… Все это было сказкой. Той… Седьмой… Самой долгожданной.
Дедушка Шептун не обманул. Он действительно рассказал нам семь сказок. Шесть на словах, а седьмую… Седьмую вот так. Он ведь волшебник, и наверняка знал, что дом снесут на день раньше. Все наши встречи были сказкой, его истории были сказкой, и даже небольшие домашние чудеса тоже были сказкой. Не мог я почему-то объяснить все это Перчикову.
Я еще долго бродил по лесу, пытаясь отыскать маленькие следы домового. Васька ходил где-то за соседними деревьями. Время от времени мы кричали: «Дедушка Шептун!», но слышали только друг друга.
С тех пор пролетело много лет. Мы с Перчиковым выросли, повзрослели. Он уехал в другой город и стал директором большого магазина. Его теперь называют уважительно - Василий Аркадьевич. Он постоянно ходит в пиджаке, очках и галстуке.
Я стал журналистом. Работаю в газете. Общаюсь с интересными людьми, а потом пишу о них статьи. С Перчиковым теперь мы видимся редко.
Как-то раз я приехал в тот город, где живет Васька. При встрече с ним сразу спросил: «Помнишь дедушку Шептуна и его старый дом?» Перчиков недоуменно пожал плечами и ответил: «Какого еще Шептуна? Дом помню, низкий такой, скрипучий. Его на слом готовили. А мы там играли. Помню, домового выдумали, чтобы интересней было». Я обиженно взглянул на него: «А шарфик тогда кто тебе подарил? А сказки кто рассказывал?» Перчиков, улыбнувшись, сказал: «Шарфик-то… Мама, наверное, связала, а сказки мы в книжке читали». И тогда я понял, позабыл Васька, что в детстве с ним чудо случилось.
А может, и впрямь, ничего не было с нами? Может, выдумали мы и дедушку Шептуна, и его Волшебный лес.
Но почему-то, ребята, хочется мне верить, что летают по Волшебному лесу комарик Мурзик и Лесной доктор сова Ксюша, лакомится медком Уважаемый медведь Потап Михайлович, строит плотину бобер Ефим, а где-нибудь на какой-нибудь полянке веселятся заяц Васька, ежик Петя, Бабай Кошмарыч Чернопятов и остальные друзья. И у всех у них, что ни день, то приключение…
На полке возле книг стоит подарок дедушки Шептуна. Вечерами я часто смотрю на маленький деревянный домик, сделанный руками волшебного хозяина. И мне кажется, на краю какого-нибудь города стоит такой же дом. Только большой и очень старый. Когда поднимается ветер, всё в нём стонет и скрипит. С глухим стуком бьются ставни, дребезжат стёкла, кряхтят иссохшие от времени доски.
Следит за этим домом веселый домовой. По утрам старичок разговаривает с ласточками. В обед стряпает плюшки и печенюшки, а по вечерам вяжет шарфики. А еще у него есть красочная книга сказок с жар-птицей на обложке. Он каждый день в ней картинки рассматривает.
С нечистой силой старичок не водится. Ни Баба Яга к нему не прилетает, ни Змей Горыныч. Есть у него друзья в Волшебном лесу, что на самом краю Земли, где-то по улице Цветочная, возле старого гастронома под названием «Булочка». Домовой частенько наведывается к ним в гости, чтобы узнать про новые приключения.
И если вы, ребята, когда-нибудь увидите на дороге маленького старичка в расшитой рубахе до колен, с длинной спутанной бородой и синими-синими озорными глазами, знайте, что это дедушка Шептун идет в Волшебный лес проведать своих друзей...

Декабрь, 2004 год - март, 2006 год




© Павел Сидоренко, 2007
Дата публикации: 19.11.2007 23:25:01
Просмотров: 3048

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 6 число 50: