Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Со всеми такое

Ольга Иженякова

Форма: Миниатюра
Жанр: Психологическая проза
Объём: 5441 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Мы живем в удивительный век. Все решаем быстро, бегом, на ходу. В этой круговерти труднее всего женщинам, не привычные мы к этому. Земля и так крутится для нас в два раза быстрее, нужно поддержать тепло семейного очага, решать проблемы ребенка, а то и двух-трех, порой и проблемы мужа, не говоря уж о других родственниках, и при этом оставаться женщиной. Предлагаемые читателю записки как раз об этом. Заранее прошу простить литературные недостатки и порой поверхностные знания разных областей жизни. Что поделаешь? Я - дитя своего века, увы, не самого мудрого.

Синдром первой любви

Психоаналитик вывел меня на чистую воду, сказав , что большинство моих успехов и неудач тесно связаны с одним мужчиной. Более того, так будет продолжаться и дальше – всю оставшуюся жизнь. Так или иначе, я свой выбор буду связывать с ним, благодаря ему. И совершенно неважно, где он находится, да и жив ли он вообще…
Я, что называется, "выпала в осадок". Специалист успокоил: «Это называется синдром первой любви». Те, кого мы впервые полюбили, считали красивыми, мечтали о них, оказывается, никуда не исчезают. Они живут в нашем подсознании. Порой мы по ним, как по индикатору, сверяем жизнь, а порой, принимая решения, думаем: как бы поступил такой-то. И при этом все достижения, если такие есть, со спокойной совестью записываем на свой счет.
И пошло-поехало. Стал психоаналитик разбирать меня «по косточкам». Почему мне нравятся сероглазые модно стриженые шатены с тонкими губами? Почему красивый нос обязательно должен быть с горбинкой? Почему умение ездить на велосипеде важно? Заладил, как ребенок, честное слово. Оказывается, все эти «атрибуты» присущи моей первой любви, не говоря уж об имени. Многих мужчин, которых я встречала на протяжении своей жизни с его именем, заранее считала благонадежными. Мне сделалось неловко. Это было давно, почти что в розовом детстве, и нас связывали исключительно платонические отношения. «Да это и понятно,– заверил собеседник, – возвышенная любовь – самая сильная. Ее переживают все. И потом этот отпечаток носят всю жизнь». Далекий свет первого настоящего чувства путешествует по всем нашим возрастным границам и делает нас чувствительными и ранимыми. Это, оказывается, общечеловеческая слабость. Она была у Ивана Грозного и Петра Первого, у Гитлера и Сталина, у Айвазовского и Рублева, у Сахарова и Солженицына. Она есть у всех: мэров и безработных, банкиров и сантехников, учителей и писателей, хороших и плохих….
Воспоминания о тех наших чувствах и встречах греют душу, как костер в прохладную ночь. После этого открытия я ясно увидела мокрый грибной лес, небрежно накинутую плащ-палатку, большие кусты фундука. Я их внимательно разглядываю снизу, там должны быть грибы с маленькими, словно орешки, шляпками. И вдруг этот голос, который теперь редко звучит во сне: «Мадонна!» Такими именами, как правило, нас называют, когда нам тринадцать-четырнадцать лет. Потом мы говорили ни о чем, но помню, очень волновалась и, как водится, поспешила быстро распрощаться, убежала в дышащий прохладой лес, а он остался у большого куста фундука, где, верно, имелись грибы. Но мне почему-то вдруг стало не до них. Почему я это помню?..
У Есенина даже стихи этому есть: «Мы все в эти годы любили, а значит, любили и нас». Значит, получается, чувства взаимны? А, может, нет? Может, это только у меня? А у него такой круговорот совершенно в обратную сторону, а меня забыл? Тогда почему, когда два года назад я случайно встретила его маму, она посчитала нужным сообщить мне, что он свою бензоколонку назвал моим именем. Выходит, помнит.
Примечательно, но все эти чувства имеют место на фоне вполне счастливой сегодняшней жизни. Другой, а не он, вручил мне ключи от машины. А на Рождество под елку положил милое такое колечко с вкрапленным голубым бриллиантиком под цвет моих глаз. Другой, гораздо более родной, заботится о моем доме и сносит мои вечные упреки "нечего надеть". Другой разговаривает с моими родственниками по телефону, когда я в ванной или у меня крем на лице. Но вот ведь какой парадокс! Даже когда я ночую в квартире родителей другого, где все говорит только о нем, мне снится мокрый грибной лес, небрежно накинутая плащ-палатка и слышится зовущий меня голос.… Самое ненавистное в этом случае утро, потому что каждый раз приходит разочарование. Ах, если бы это было один раз!
Да и другого я выбирала по его принципу: модно стриженый шатен, тонкие губы, серые глаза, нос с горбинкой…. Вот ведь как влипла!
Что примечательно, если бы у нас что-то получилось под названием "семья", то одна из ссор обязательно бы закончилась убийством. Слишком уж схожи и характеры, и темпераменты. Но Бог милостив - он этого не допустил. Мы давно живем в разных странах, на разных языках рассказываем своим детям сказки на ночь, да и детей мы назвали в честь разных святых. Память сделала еще один подарок – плохое и некрасивое я забыла. Я забыла, как по его вине спрыгнула на вбитый в доску ржавый гвоздь, пронзив насквозь ногу; Как поспорила с учительницей на экзамене, и мой табель впервые был замаран «четверкой». Другому я , наверное, такого не простила. Еще чего!
…И снова мокрый грибной лес, большой куст фундука, небрежно накинутая плащ-палатка и этот голос. Зачем все это? Ведь ясно же, как божий день, не суждено нам быть вместе никогда, ни в этой жизни, ни в следующей. Почему я так уважаю увлечение велосипедом? И бесплоден мой призыв небу: «Отпусти!» Ответ давно известен: "Никогда".


© Ольга Иженякова, 2009
Дата публикации: 24.02.2009 15:47:34
Просмотров: 1812

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 66 число 98: