Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Ремарк

Виктор Лановенко

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 31576 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати



Эрих Мария Ремарк

«Он был убит в октябре 1918 года, в один из тех дней, когда на всем фронте было так тихо и спокойно, что военные сводки состояли из одной только фразы: ”На Западном фронте без перемен”».

Сегодня мало кто помнит эту фразу из романа Ремарка – писателя, который был так популярен в ХХ веке, что по числу экземпляров его книги уступали только Библии.

Немец или француз?

Спор о генеалогических корнях писателя Ремарка ведется давно. Он появился на свет 22 июня 1898 года, «в восемь с четвертью», в родильном доме немецкого города Оснабрюка. При рождении получил имя Эрих Пауль. Предки по отцовской линии жили во Франции и носили фамилию Remarque. Однако, напуганные французской революцией, перебрались в Германию. Прадед Эриха родился уже в Пруссии, неподалеку от французской границы. А, начиная с деда Эриха, Ремарки пишут свою фамилию на немецкий манер – Remark. Отец, Петер Франц Ремарк, предлагает руку и сердце Анне Марии Шталькнехт, женщине, чья фамилия является одной из древнейших в Германии.

Петер Франц всю жизнь работал переплетчиком. Был он человеком уважаемым, но имел скромный достаток, сообразно профессии. Семья часто переезжала из одного дома в другой. Когда Эриху исполнится тринадцать лет, он произвел подсчеты и удивится – семья переезжала с места на место одиннадцать раз. А школу приходилось менять трижды.

Эрих рано начал читать. Способствовал этому отец. Он частенько приносил домой книги, которые сын должен был починить и переплести. «Я читал много и без разбора», - вспоминал позже Ремарк.

Для сына ремесленника путь в гимназию был практически закрыт. Но амбициозные родители желали видеть сына учителем. В Германии начала ХХ века учитель стоял на пару ступенек выше того социального слоя, в котором обретались Ремарки. Кроме того, государство гарантировало учителю пенсию. Будучи католиками, родители определили сына в католическую учительскую семинарию. Вспоминая это время, Ремарк писал: «Невозможно было представить себя в будущем никем иным, кроме как почтмейстером, учителем или аптекарем». Социальная принадлежность, словно шлейф будет тянуться за писателем всю жизнь, порождая в нем комплекс неуверенности, как у извозчика, приглашенного на королевский бал.

Любимыми авторами молодого Ремарка становятся серьезные писатели - Достоевский, Томас Манн, Гете, Пруст, Стефан Цвейг. В 17 лет Ремарк начинает писать и сам. А, спустя год, он уже член литературного сообщества «Кружок мечтаний», которым руководит местный поэт.

Первая публикация Ремарка появилась в газете “Друг Родины” в июне 1916 года, почти в день его восемнадцатилетия.

Оловянный солдатик.

Первая мировая война полыхала во всю, когда Эриха призвали в армию. Это случилось 21 ноября 1916 года. Резервная часть, в которой он служил, находилась вдали от передовой. Здесь Ремарк познавал все тяготы армейской муштры. Деспотизм унтер-офицеров, учебные стрельбы, шагистика, километровые пробежки при полном снаряжении, химические тревоги – всё это тяжело давалось вчерашнему школьнику. Но все-таки это еще была не передовая.

Летом 1917 года резервную часть, в которой служил Ремарк, отправили на фронт. Эрих не ходил в атаки, не принимал участия в рукопашных боях. Он с товарищами занимался восстановлением разрушенных рельсовых путей, прокладывал телефонные линии, устанавливал заграждения из колючей проволоки. Но здесь он впервые вплотную столкнулся со смертью.

Ремарк пробыл на фронте пятьдесят дней. Вскоре началось наступление англичан во Фландрии. Ремарка ранили 31 июля, когда солдаты противника пошли в атаку. Осколки снаряда попали в левую ногу и правую руку, задели шею. Ранение оказалось серьезным. Ремарка отправили в госпиталь. А вскоре пришло печальное известие – умерла его мать, Анна-Мария. Эриху с трудом удалось вырваться на похороны. Пройдет много лет, прежде чем в его сердце зарубцуются раны, нанесенные этой утратой. После войны он поменяет свое второе имя на второе имя матери и все станут называть его – Эрих Мария Ремарк.

Из госпиталя Ремарка выписали 31 октября 1918 года. А через полторы недели закончилась война.

Потерянное поколение.

После войны Эрих повел себя странно. Казалось, что он специально эпатировал публику. Он носил форму лейтенанта, хотя всегда оставался рядовым. Он цеплял на френч "железный крест", хотя наград у него не было. Окончив училище, Ремарк хватается за любую работу. Трудится подменным учителем, работает в деревенских школах.

Прошло немного времени, и Эрих поменял солдатский мундир на элегантный костюм. Он одевался броско, но со вкусом. Его манеры и отличный костюм вызывали восхищение у знакомых.

В отцовском доме, в небольшой башенке, Эрих оборудовал кабинет. Там рисует, играет на пианино. Там начинает писать роман.

Первая большая прозаическая вещь называлась «Приют грез». В 1920 году Ремарк издал ее за свой счет в дрезденском издательстве «Красота». Но первый блин вышел комом. Люди, которые прочитали повесть, раскритиковали ее за сентиментальность, за избыток приторной романтики. Эриху этот провал показался оглушительным. Земля уходила из-под ног.

В поисках опоры он сочинил письмо своему кумиру Стефану Цвейгу: «Господин Стефан Цвейг… Мне 23 года. В настоящий момент в моей судьбе все переплелось и запуталось. Я нуждаюсь в добрых советчиках. Вы должны сказать мне, по правильному ли пути я иду. Хотел бы услышать Ваш приговор. Для меня это вопрос жизни и смерти…»

Вскоре Ремарк забросил преподавание и начал заниматься более прибыльным делом – торговать надгробными памятниками от гранильной мастерской братьев Фогт. «Я с необыкновенной легкостью сбывал залежалый товар. Способствовал обезображиванию местности памятниками павшим воинам».

Дополнительно он каждое воскресенье играл на органе в часовне психиатрической больницы Оснабрюка. Но заработков едва хватало, чтобы сводить концы с концами. В 1921 году Ремарку удалось выйти на ганноверскую фирму резиновых изделий «Континенталь - каучук и гуттаперча». Он пишет рекламные статьи для газеты, издаваемой фирмой. А в апреле 1922-го переезжает в Ганновер и становится штатным сотрудником газеты «Эхо Континенталь».

Литература отступила на дальний план. Теперь Ремарка влекла техника и скорость гоночных автомобилей. Его окружала великосветская обстановка. Перед ним открывался большой мир. Фирма то и дело направляла успешного сотрудника в Италию, Англию, Бельгию, на Балканы, в Турцию и Швейцарию. Это был путь наверх. Но он повлек за собой малоприятные последствия. Ремарк начал пить. Ему требовалось залить кальвадосом чувство неполноценности, которое он неизменно испытывал в светском обществе. Он пил так крепко, что молва о нем распространяется во многих увеселительных заведениях. Ко всему прочему Ремарк питал искреннюю симпатию к «ночным бабочкам».

Тем не менее, в газетах и журналах начали появляться его статьи, путевые зарисовки, рецензии. Сохранилось около ста работ той поры. И они свидетельствуют о переломе в творчестве Ремарка. Романтические мечтания постепенно уступали место реалистическим сюжетам. Ремарк находил новые темы. В коротких новеллах уже проступали черты будущих романов.

Жанна.

Летом 1923 года Ремарк снова ощутил писательский зуд. Он принялся за новое крупное произведение. Роман под названием «Гэм» он писал в течение года. При жизни Ремарка это произведение не публиковалось, сам писатель о нем никогда не высказывался. Рукопись была обнаружена в архиве. И только в 1998 году, когда в Германии праздновали столетие писателя, «Гэм» вошел в один из томов собрания сочинений.

В то время, когда Ремарк писал «Гэм», он познакомился с двадцатидвухлетней танцовщицей и актрисой Ильзой Юттой Цамбоной. На протяжении многих лет Ремарк испытывал к этой женщине сильную сердечную привязанностью. В кругу друзей ее звали Жанной. Она была высокой, стройной, с узким овалом лица. И божественно красивой. Холодновато-эротичная Жанна одевается с редкой элегантностью. Будущие героини ремарковских книг будут здорово походить на нее. И статью, и завораживающим магнетизмом, и даже неизлечимой по тем временам болезнью. У Жанны был туберкулез. 14 октября 1925 года в Берлине Ремарк женится на Цамбоне. «Рядом со мной теперь человек, - писал он своей знакомой, - который души во мне не чает, и я постараюсь убрать с его пути все мерзкое и безобразное».

Первое время они были очень привязаны друг к другу. Однако Ремарк продолжал встречаться с другими женщинами, Жанна - с другими мужчинами.

Берлин.

В декабре 1924 года Ремарк переехал в Берлин. И здесь в красавца-провинциала влюбилась дочь издателя престижного журнала "Спорт в иллюстрациях". Это в немалой степени способствовало тому, что Ремарк получил в журнале место редактора. Он выправлял чужие статьи и сам продолжал писать - о спорте, о модах, об автомобилях.

После работы Ремарк не спешил домой. Он с удовольствием предавался столичным развлечениям. Эрих превосходно чувствовал себя в новом окружении. И вел себя так, словно хотел поскорее забыть свое «разночинное прошлое». Одевался он элегантно, носил монокль, посещал с Юттой концерты, театры, модные рестораны. За 500 марок Ремарк купил себе баронский титул у обедневшего аристократа Хуго фон Бухвальда. Старик формально усыновил Эриха. Ремарк даже заказал себе визитные карточки с короной.

Среди столичных журналистов царила жесткая конкуренция. Но Ремарк отличался редким прилежанием и работоспособностью. Он продолжал нащупывать свой стиль, вырабатывал ту манеру искренности и достоверности, которые затем проявятся в его лучших романах со всей яркостью. Все это не проходило бесследно. Третий его роман «Станция на горизонте» - был принят журналом. Его публиковали по главам, начиная с ноября 1927-го по февраль 1928-го. Крупным успехом назвать это нельзя. Но теперь Ремарк пишет свою фамилию на французский лад – Remarque. И, главное, он считает себя писателем.

Дорога наверх.

Три посредственных романа не принесли ни славы, ни денег. Но Ремарк был уверен, что способен на большее. Он вынашивал планы четвертого романа. На нем, как путы, висели обязанности журналиста. Днем он работал в берлинских газетах. И лишь вечерами, до глубокой ночи, писал новый роман. Некоторые главы сочинял на квартире своей приятельницы Лени Рифеншталь. Спустя пять лет книги Ремарка будут публично сжигаться в германских университетах. А фрау Рифеншталь в это время станет режиссером документального кино и снимет фильм «Триумф воли», прославляющий Гитлера и нацизм.

Ремарку работалось свободно. Перед ним не было ограничений, ведь он писал для себя. Он обнажал горькую окопную правду, срывал покрывало ложного патриотизма. Дело продвигалось удивительно легко. Этому способствовали дневниковые записи, наброски, которые делались на протяжении многих лет, и, конечно, неумирающая память о днях, проведенных на фронте. Позже Ремарк скажет, что этот роман написался сам.

И вот наступил день, когда в истории рядового Пауля Боймера была поставлена последняя точка. Некоторое время рукопись лежала в столе. Ремарк ее тщательно правил. Он писал от руки на линованной бумаге, каллигра¬фическим почерком. Писал каранда¬шом и пользовался ластиком, чтобы без усилий стирать написанное. Его ру¬кописи были безупречно чистыми. Они практически не нуждаются в корректировке.

В середине осени он, наконец, решился и отнес рукопись в уважаемую берлинскую газету «Фоссише Цайтунг». Газета начала публиковать роман частями, начиная с 10 ноября 1928 по февраль 1929 года. В это же время Ремарк отправил рукопись Самуэлю Фишеру, самому известному в те времена немецкому издателю. Фишер ошибался крайне редко, но в случае с Ремарком допустил оплошность. Он вернул роман автору со словами: «Сегодня в Германии никто не желает слышать о войне». Зато берлинское издательство «Ульштайн» не повторило ошибку Фишера. В конце января 1929 года роман «На Западном фронте без перемен» выходит отдельной книгой.

Первые рецензии просто кричали о поразительной удаче автора. Издательство «Ульштайн» подкрепило успешное начало мощной рекламной кампанией, в которой правда и вымысел были умело перемешаны. Ремарк принял условия игры. Во всех интервью он настойчиво повторял версию издательства: «Я писал книгу полтора месяца, по вечерам, после работы... Рукопись пролежала в столе около полугода. Успеха не ожидал. Ничего из написанного не выдумал. В политике не разбираюсь...». Но, как вспоминает его знакомая, Рут Мартон: «Только один раз Ремарк обмолвился, что работал над романом «На Западном фронте без перемен» де¬сять лет».

Ни один немецкоязычный роман не имел в ХХ столетии такого успеха, как «На Западном фронте без перемен». Ни одно художественное произведение не вызвало такого политического резонанса.

Едва книга оказалась на прилавках, как в обществе разгорается бурная дискуссия. Кроме читателей и критиков в нее втянулись политические партии, государственные деятели, представители культуры и военные. Страсти кипели не только в газетах и журналах, но и на митингах. В самом рейхстаге спорили об этом романе и не могли придти к единому мнению. Муссолини запретил его распространение в Италии. В те месяцы не было газеты, которая не поместила бы свою рецензию. И повсюду, где заходит речь о Ремарке и его новом романе, горячее одобрение соседствовало с бесцеремонной травлей самого произведения и его автора.

Книжный рынок был завален критическими «трудами», авторы которых высказывали самые нелепые предположения об авторе, об источниках появления рукописи. Многие вступались за «поруганную честь» солдата-фронтовика. От этого Ремарк и его книга приобретали еще большую популярность.

Роман «На Западном фронте без перемен» стал сенсацией. За год было продано полтора миллиона экземпляров. В 1930 году в Голливуде сняли фильм по этому роману. Киностудия «Юниверсэл пикчерз» купила у Ремарка права за фантастическую для 1930 года сумму – 100 тысяч долларов. И фильм, и его режиссер 35-летний Льюис Майлстоун получили «Оскара».

Ремарка выдвинули на Нобелевскую премию. Но тут же последовал протест Лиги германских офицеров. Писателя обвинили в том, что он написал роман по заказу Антанты, что он украл рукопись у убитого товарища. Его называли предателем родины, плейбоем, дешевой знаменитостью.

Страсти вокруг романа не успели затихнуть, как в декабре 1930 года в кинотеатрах началась демонстрация американского фильм, снятого по роману. Нацисты попытались сорвать его показ в Берлине. Акцией руководил сам Йозеф Геббельс – гауляйтер столицы. Когда в кинотеатрах гасили свет, штурмовики выпускали белых мышей. 11 декабря 1930 года «Комиссия по кинонадзору в Берлине» запретила фильм официально. Картина, дескать, оказывает «разлагающее влияние на молодежь».

Однако подобные меры спровоцировали новый ажиотаж вокруг романа. К 1932 году «На Западном фронте без перемен» перевели на 29 языков. За восемнадцать месяцев продали три с половиной миллиона экземпляров. А всего, начиная с 1929 года, роман выдержал 43 издания и был переведен на 36 языков.

В жизни Ремарка произошел крутой поворот. Рядовой журналист за несколько недель превратился в знаменитость. Сын ремесленника вдруг стал очень состоятельным человеком.

По-разному оценивали роман коллеги по писательскому цеху. Президент Прусской академии изящной словесности назвал его «Памятником неизвестному немецкому солдату». Кто-то считал Ремарка «писателем пленительной простоты». Но книга не понравится бывшим кумирам Ремарка - Стефану Цвейгу и Томасу Манну. Их раздражала рекламная шумиха, поднятая вокруг романа, и политическая пассивность его автора.

Гитлер объявил писателя французским евреем Крамером, утверждая, что имя Ремарк – это всего лишь псевдоним, образованный обратным прочтением слова «крамер». Консерваторы называют Ремарка – левым. Тот оправдывается:
- Я не еврей и никогда не был левым. Я воинствующий пацифист.

Целенаправленная травля и колкости собратьев по перу привели к тому, что Ремарк, уже смиривший свою страсть к алкоголю, снова запил. Но теперь пьянство не заглушало удары судьбы, оно становилось их союзником.

И еще одна вещь мучила Ремарка. Отныне мерилом его каждого нового сочинения будет роман «На Западном фронте без перемен». Сможет ли он удержать такую же высокую планку? А ведь многие с нетерпением ждут того момента, когда этот «выскочка» потерпит крах, опубликовав свою следующую книгу.

Стремительный бросок на вершину славы и отсутствие веры в возможность повторения такого же успеха, привели Ремарка к тяжелейшему стрессу.

Швейцария.

4 января 1930 года брак с Юттой Цамбоной был расторгнут. Но Ремарку еще долгие десятилетия предстояло опекать ее. В начале года он познакомился с другой женщиной. Ее имя Рут Альбу. Она из зажиточной еврейской семьи. Восходящая звезда на берлинском театральном небосклоне. Благодаря воспитанию, Рут прекрасно разбиралась в искусстве. Она решительно принялась формировать вкус Ремарка. В Германии свирепствовала инфляция, а у Ремарка на счету была твердая валюта. Он хотел вложить ее в те предметы искусства, которые со временем не потеряли бы своей ценности. По совету Рут он приобрел картину Ван Гога «Подъемный мост». Затем последовали работы Дега, Сезанна, Тулуз-Лотрека, Ренуара. Импрессионисты стали его новой страстью. Ремарк скупал египетские, греческие и римские скульптуры. С подачи Рут он собрал редкую коллекцию восточных ковров. Постепенно Ремарк и сам стал тонким ценителем искусства.

Беспокойная жизнь с любовными перипетиями не способствовала писательскому труду. Весной он начал писать новый роман, но разъезды и ночные пирушки неизбежно вели к длительным перерывам в работе. Невозможно было сосредоточиться за письменным столом. От этого возникало мучительное чувство вины и сомнения в своих творческих способностях. Ремарк постоянно пребывал в подавленном состоянии духа.

Между тем политическая обстановка в Германии продолжала накаляться. Рут Альбу предупредила Ремарка об опасности. В конце концов, они отправились подыскать для писателя безопасное пристанище. В Швейцарии, недалеко от Асконы, Ремарк остановил свой выбор на добротном особняке на склоне горы. С террасы открывался вид на Лаго–Маджоре. Ремарк без раздумий купил эту виллу за 80 тысяч франков.

Пума.

В начале сентября 1937 года Ремарк объявился в Венеции. Им уже были написаны романы «Возвращение» и «Три товарища». Они отлично расходились, но достичь успеха 1929 года пока не удавалось. Только что завершилась мимолетная связь с кинозвездой Хеди Ламарр. Ремарк был свободен, как птица. В один из вечеров он заглянул в ресторан Лидо и познакомился там с женщиной. Ее звали Марлен Дитрих.

К тому времени Марлен уже была легендой кино. Красивая, загадочная, эротичная, она завораживает публику. В Америке с ее участием было поставлено несколько кассовых фильмов. Дитрих считалась богатой. Ведь она – звезда первой величины. Уже через пару недель после встречи, Эрих и Марлен делили ложе и трапезу.

Ремарк не знал, что для общения с Марлен надо иметь крепкие нервы и здоровый желудок. Но и сам он не был подарком. Постоянно недооценивал себя, казнится бездельем, испытывал частые депрессии. И все это заливал водопадом алкоголя. Для прагматичной Марлен он был непростым партнером.

Дитрих расхаживала по Венеции в окружении поклонников. Всюду ее сопровождали кавалеры, которые сменяли друг друга со скоростью кинокадров. Ее любовные связи поражали воображение. Джеймс Стюарт, Гари Купер, Кёрк Дуглас, Фрэнк Синатра. Редко кто из них заканчивал съемочный день, минуя объятия страстной Марлен. Ее интимные отношения с Жаном Габеном и Юлом Бриннером длились годами. Джозеф Кеннеди, отец будущего президента, запутался в ее любовных сетях. А престарелый Бернард Шоу любил гладить плечико немецкой красавицы. Дитрих обожала известных писателей. Но дружба с Эрнестом Хемингуэем и Жаном Кокто осталась всего лишь дружбой, она не была проверена постелью. Марлен боготворила этих мастеров пера. А возлюбленных женского пола у нее было не меньше, чем мужчин. Среди них Эдит Пиаф, Гертруда Стайн и прочие деятельницы культуры и общественной жизни.

Теперь понятно, через какие испытания предстояло пройти Ремарку в отношениях с Дитрих. Поначалу она была страстно влюблена в писателя. Он отвечал ее пристрастиям - знаменит, обаятелен, обладает привлекательной внешностью и отличными манерами. Он называл ее Пумой. Делить Пуму с другими мужчинами и женщинами было невероятно тяжело. А Дитрих никогда не ограничивается одной влюбленностью. Рядом с фаворитом постоянно маячили другие пассии. Ремарк страдал, сталкиваясь с ее ложью. По ночам Марлен тайно покидала номер в отеле. А он метался по темным улицам, выискивал любимую в ночных барах.

Писать романы в такой обстановке было невозможно. Прозаик, особенно романист, должен работать ежедневно, сохраняя ясный ум, невзирая на праздники, недомогание и собственное дурное настроение. Ремарк знал это прекрасно. Недаром он любил повторять, что «писательство – это на десять процентов талант и на девяносто процентов задница».

Сумбурное время - бессонные ночи, мелькание незнакомых лиц, вино, музыка, похмелье. Ремарк как-то записал в дневнике: «Надо уходить. Терпеть такое – нет сил. Страшусь наступления вечера».

Под конец года Дитрих отправилась в Калифорнию, а Ремарк вернулся на зиму в Швейцарию, на свою виллу, и возобновил работу над романом «Возлюби ближнего своего». Но Пума не выходила из головы. Он писал ей: «Маленькая милая обезьяна, ну что это за жалкая жизнь! Ты на другой стороне земли и время от времени только и делаешь, что возьмешь да пошлешь телеграмму. Разве написать письмо так трудно?». Едва дождавшись ответа, отправлял следующее послание: «Мы невероятно подходим друг другу. Мы в равной степени анархичны, хитры, понятливы и совершенно непонятливы. Мы в равной степени люди деловые и романтичные. Не говоря уже о восторженной преданности китчу. Мы любим прекрасные драматические порывы и столь же безудержный смех. Мы в восторге от того, что видим друг друга насквозь и точно так же в любое время запросто можем попасться на удочку друг другу». К этому письму он сделал приписку: «Свет глаз моих, ты так далеко от меня, и я пишу в какую-то бесконечную пустоту».

Как только Ремарк закончил черновой вариант романа, он отправился в Париж, чтобы подняться на борт «Куин Мэри» и отплыть в Америку. Перед отъездом успевал сделать записать в дневник: «Только что узнал о подписании русско-немецкого пакта о ненападении. Жребий брошен. Сталин подписал договор с дьяволом, Гитлер изготовился к удару по Польше».

Марлен увиливала от Ремарка. И вскоре отказалась от любовных отношений с ним. Но отпустить писателя из собственной свиты ей не хотелось. Ей нужен преданный раб.

Интимные отношения между Марлен и Ремарком закончились в 1940 году. Но еще долгие годы Дитрих оставалась возлюбленной в его фантазии. 9 декабря 1940 года Ремарк приступил к работе над романом «Триумфальная арка», который должен был излечить его от травмы – быть знаменитым благодаря одной книге. Чем дольше Ремарк работал над романом, тем отчетливей главный женский персонаж, Жоан Маду, становилась похожей на Пуму. «Красавица с высоко поднятыми бровями и лицом, тайна которого состояла в его открытости».

Он слал ей письма, полные любви и отчаяния и подписывается именем главного героя «Триумфальной арки» - Равик. Эти письма не требовали ответа. Это был разговор с самим собой. Сон наяву. «Триумфальную арку» Ремарк закончил только в 1945 году. К этому времени страсти по Марлен улеглись. Другие женщины вытеснили ее из сердца писателя.

За океаном.

В Голливуде Ремарка принимали, как европейскую знаменитость. Киностудия «Метро Голдвин Майер» приняла решение снять фильм по его роману «Три товарища». Сценарий заказали самому модному тогда американскому писателю Ф. Скотту Фитцжеральду. Пять книг Ремарка были экранизированы. В них сыграли звезды мирового кино. Денежные дела шли превосходно. И казалось, что поток гонораров со всего света никогда не иссякнет. Ремарк пользовался успехом у женщин. Но нескончаемая иллюминация кино-столицы вскоре начала раздражать Ремарка. Люди виделись фальшивыми. Местная европейская колония во главе с Томасом Манном его не привечала.

Талант Ремарка писать книги, которые пользуются невероятным спросом у читателей, вызывал недоверие у литературоведов. Может, поэтому его не рассматривали в качестве объекта, достойного серьезной критики. Это болезненно задевало Ремарка. Лишь за два года до смерти писателя Немецкая академия языка и литературы избрала его своим действительным членом.

Любовь, любовь…

Как-то перед самым новым годом, за ужином, Ремарк познакомился с Наташей Палей. Ей было 35 лет, родилась она в Париже, ее отец приходился родным братом императору Александру III. Что-то мальчишеское мелькало в красивом лице и в фигуре Натальи. Она работала манекенщицей и успела сняться в нескольких французских фильмах. Была в дружеских отношениях с Жаном Кокто и Антуаном Сент–Экзюпери. С замужеством не повезло. Ее избранник оказался гомосексуалистом. Ремарк был пленен ею. «Впервые ощущаю, что можно влюбиться и после Пумы».

Однако влюбленность в Наташу и тоска по Марлен не помешали Ремарку закрутить роман с Гретой Гарбо. Он встретил Грету в Нью-Йорке и потерял голову от ее красоты. Между ними не было ни ревности, ни ссор. Их интимные отношения длились недолго. Но еще несколько лет Ремарк и Грета Гарбо продолжали встречаться. Они ходили на выставки, обменивались подарками.

Вернувшись в Голливуд, Ремарк снова окунулся в череду вечеринок. Он сделался угрюмым, постоянно чувствовал недомогание. Обострилась застарелая невралгия лица, прогрессировала мигрень, начались почечные колики. Летом случился новый короткий роман. На этот раз с танцовщицей Верой Зориной, женой известного хореографа Джорджа Баланчина.

Когда Ремарк в очередной раз приехал в Нью-Йорк, его отношения с Наташей Палей пошли по восходящей линии. Теперь она занимала в его жизни такое же место, какое прежде занимала Марлен Дитрих. Они часто ссорились и часто мирились. Ремарк пил, не зная меры, частенько заканчивал ночь в каком-нибудь злачном заведении.

Но летом опять случился короткий бурный роман с актрисой Сандрой Рамбо. Сердце Ремарка стало давать сбои. Он чувствовал себя скверно, но образ жизни оставался прежним. Мало работал, терзался сомнениями. В какое-то время ему удалось взять себя в руки. Он искал уединения, не засиживался в барах. Встречался только с Наташей. Он снова принялся за чтение книг и пришел в восторг от Достоевского и Шекспира.

Из Европы приходили страшные вести о массовом уничтожении евреев. Это побудило Ремарка взяться за выполнение одного «правительственного поручения». Он написал памятку для американской спецслужбы «Практическая воспитательная работа в Германии после войны». В ней он настоятельно советовал державам–победительницам не делать в оккупированной стране того, что будет порождать ненависть.

1945 год начинается для Ремарка с работы над новым романом. «Вчера сел писать русскую книгу. Неожиданно удачное начало, как мне кажется» - он записывает первые строки романа «Время жить и время умирать». Наташа осыпает его упреками, а сама между тем выходит в очередной раз замуж за театрального продюсера. Ремарк неистовствует. Последняя запись в его дневнике за этот год гласит: «Надо бросить пить. Нельзя терять себя».

Последняя гавань.

В мае 1946 года Ремарк вернулся в Европу. С ним была Наташа Палей. Она сделала остановку в Риме, а Ремарк отправился дальше, в Швейцарию. Наконец-то он оказался дома. «Как все оставил – письма, карандаши, бумага – все на том же месте».

Свое пятидесятилетие Ремарк отпраздновал в небольшом кругу близких людей. На другой день он положил перед собой стопку линованной бумаги, заточил карандаши. В голове уже выстраивалась первая сцена будущего романа. Ему казалось, еще минута-другая и нужные слова замелькают перед его мысленным взором – только успевай записывать. Но все нарушила тревожная мысль. Она врезалась, словно клин. И, конечно, о ней, о Наташе. Что она делает сейчас, эта русская принцесса, в горячем, развратном Риме? Одна ли в номере? Ремарк отшвырнул карандаши и бросился в Рим. Весь день и всю ночь он и Наташа не в силах были унять восторг. Потом они ссорились. Мирились. И снова ссорились. Наконец, Ремарк не выдержал, хлопнул дверью и вернулся в Швейцарию. Но едва переступил порог дома, как душу затомило ощущение великой потери. Ему показалось, что он потерял все. Так продолжалось месяц. Каждый день Ремарк писал Наташе страстные письма. Но как-то незаметно для самого себя завел параллельный роман с очаровательной Эллен Янсен. Творческие дела оказались в полном развале. Ремарк записал в дневнике: «Мысли, как всегда, о Н. Эта стерва месяцами не дает мне взяться за перо».

Еще трижды он посещал Америку. В одну из поездок, прогуливаясь по лужайкам Беверли-Хилл, Ремарк встретил последнюю большую любовь своей жизни. Это случилось 30 апреля 1951 года. Полетт Годдар на двенадцать лет была моложе писателя. Необычайно красивая, она уже сделала в Голливуде блестящую карьеру. До этого выступала в танцевальных ревю, снималась в кино на второстепенных ролях, пока ее не приметил Чарли Чаплин. Он стал ее мужем. А Полет сделалась звездой экрана. Она великолепно сыграла в чаплинских фильмах «Новые времена» и «Великий диктатор». Когда они расстались, Годдар сыграла еще множество главных ролей и заработала кучу денег. Во время первой встречи с Ремарком Полетт шел сорок первый год, она трижды была замужем.

Наконец-то Ремарк нашел женщину, которая искренне любит его и не скрывает этого. Жизнь с Полетт меняет Ремарка. Он не избавился от старых проблем, но теперь он спокоен и уравновешен. Теперь можно уверенно работать над романами.

Однако годы бурной жизни, в конце концов, дали о себе знать. В сентябре 1963 года инсульт приковал Ремарка к постели. Через пару месяцев он все-таки поднялся и приступил к работе над романами «Черный обелиск » и «Тени в раю».

Вторая половина 60-х годов занята работой над новым романом об эмигрантах. Невероятно высокая требовательность к себе заставляла Ремарка отправлять в корзину почти готовые главы и все начинать сначала. Роман «Земля обетованная» так и остался незаконченным.

Ремарк вместе с Полетт часто наведывался в Риме. Он любил этот город. Но в августе 1969 года состояние его здоровья резко ухудшилось. Он надолго лег в больницу. Потом вернулся домой, и уже казалось, что дело пошло на лад. Но 25 сентября 1970 сердце Ремарка остановилось.

Погребальный обряд проходил скромно. Речей никто не произносил. Лишь священник прочитал молитву на итальянском языке. Зато цветов было – море. Астры, тюльпаны, розы, нарциссы и, конечно, хризантемы - цветы, которые Ремарк так любил дарить своим женщинам.

Этот момент он описал в романе «Жизнь взаймы»: «Во внезапно наступившей тишине ему вдруг почудилось, что подземный толчок выбросил его из кратера вулкана и что он плавно, как Икар, спускается вниз на землю, в раскрытые объятия земли…»



© Виктор Лановенко, 2009
Дата публикации: 17.08.2009 16:54:24
Просмотров: 3505

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 23 число 47:

    

Отзывы незарегистрированных читателей

Валерий Олейник [2019-08-17 18:18:18]
Здравствуй Виктор !
С интересом прочитал твою статью о Ремарке.
Его книги стоят в ряду моих любимых авторов.
Тебе удалось ясно и четко раскрыть образ писателя, в подробностях,
о которых я не знал.
Профессиональная работа, искренне рад за тебя, судя по всему
исторического материала пришлось перелопатить очень много.
Читается легко и повторюсь, с интересом, Спасибо Виктор !

Ответить
Виктор Лановенко [2019-08-17 18:50:10]
Благодарю, Валера, за отзыв. "Три товарища" были моей первой "взрослой" книжкой после разных там мушкетеров и Робинзонов Крузо. Потом Ремарк отошел во второй эшелон, но осталась память о всплеске чувств, которые вызывали его романы. Таких всплесков позже, кажись, не случалось с другими корифеями. Как-то пробовал перечитать "На Западном фронте...", но вовремя тормознул. Это все равно, что встретить первую любовь через шестьдесят лет. Тебе всех благ.