Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





О чём молчал фаллос

Константин Семёнов

Форма: Рассказ
Жанр: Юмор и сатира
Объём: 28793 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Этологический этюд


О чём молчал фаллос

Этологический этюд

Смотри не смотри, рулетка показывала одно и тоже.

Двадцать четыре сантиметра, двадцать четыре и ни миллиметром меньше.

Лев Ефимович отодвинул рулетку от самого святого и уставился на неё тоскливым взглядом. Ну не издевательство ли!

Солнечный свет, пробиваясь через плотно зашторенные окна, окрашивал комнату в светло-оранжевый цвет. Оранжевым выглядело всё. Диван, кресло, стены, компьютер, листы распечатки. Порнографическая картинка на мониторе тоже светилась оранжевым.

Оранжевым выглядел и сам Лев Ефимович. Поблёскивала оранжевая лысина, матово блестели заросшие густыми порослями спина, грудь, ноги и остальное.

Остальное выглядело, надо сказать, весьма эффектно. Наверное, какой-нибудь охочий до сенсационных снимков фотограф многое отдал бы за такой кадр. Ещё бы — голый мужчина сидит перед монитором с рулеткой в руке и с тоскливым взглядом замеряет громадный, похожий на банан, оранжевый фаллос.

Эсклюзив!

Лев Ефимович был бы против такого снимка. Даже за большие деньги, даже за очень большие.

Его волновало другое.

Лев Ефимович тяжело вздохнул, отложил рулетку, надел очки и взял распечатку.

Что там этот гад пишет? А, вот оно!

«Ранговый потенциал (РП) - это некая, в существенной степени врождённая характеристика особи, позволяющая (или нет) при наличии прочих условий занимать тот или иной ярус в групповой иерархии. Этот потенциал зависит от многих факторов, среди которых важное, особенно у низших животных, значение имеет физическая сила, которая при выяснении отношений никогда не бывает лишней; у более-менее высокоорганизованных на первый план выходят поведенческие особенности, позволяющие побеждать соперников так сказать, психически».1

Психически! Вот зараза!

«…бывает так, что ранговый потенциал прямо обозначен на теле особи неким условным знаком, на который другие члены группы могут ориентироваться, и не затевать возможно бессмысленную борьбу, если соперник заведомо выше рангом. К примеру, у ос он показан количеством щетинок, у петухов - высотой их гребня, у оленей - размером и ветвистостью рогов».

Про рога вообще класс! Ага, вот оно!

«А есть такой знак у людей? Оказывается, есть, хотя и только у мужчин. Это половой член, точнее - его размер. Подтверждают значимость размеров члена и наблюдения за приматами, и исторические данные, говорящие о том, что фаллос всегда был знаком не столько сексуальной потенции, сколько власти и могущества. Уже на рисунках каменного века мужчины более высокого социального ранга изображались с более крупными членами».

Вот так — не больше и меньше! Власти и могущества, зараза!

Лев Ефимович ещё раз вздохнул и глянул из-под очков вниз. «Знак ранга», избавившись от сигналов мозга, вызванных разглядыванием порнографических картинок, съежился и банан больше не напоминал.

«Тоже мне символ власти и могущества! — с ненавистью подумал голый Лев Ефимович.

С властью и могуществом у него были проблемы.

Всегда. Сколько он себя помнил.

Как только сопливое розовое детство вступило в фазу, когда будущие мужчины начинают выяснять в иерархических поединках кто есть кто, Лев Ефимович сразу стал неудачником.

Нет, маленький Лёва не становился аутсайдером в полном смысле этого слова. Он не занимал в классе, в армии, институте и тому подобных стаях и стайках самого последнего места. Того самого, ниже которого только урна. Но это только благодаря физической силе: Лёва был мальчиком крупным.

Тем не менее, он был типичным аутсайдером, «омегой».

В детских стайках Лёва болтался где-то рядом с самым низом иерархических пирамид, мучительно завидуя тем, кто стоял выше него, и постоянно мечтал забраться повыше. Он очень быстро убедился, что физическая сила помогает в этом очень слабо. Он не умел увлечь за собой, не умел придумывать. А когда изредка в его ещё не лысую голову приходила какая-нибудь интересная идея, он не мог настоять на своём, и идея уплывала к другим. Он не понимал, когда надо обижаться на подначки, а когда стоит посмеяться вместе со всеми, и всё делал наоборот. Если обижался и пробовал применить силу, против него тут же объединялись несколько слабосильных, но настырных пацанов, и Лёва отступал. Если, сгорая внутри от обиды, пытался обратить всё в шутку, становился объектом ещё более обидных насмешек и не знал, что делать. У него начинали дрожать губы, влажнели глаза, из носа выскальзывала сизая сопля. Стая ржала. Замкнутый круг.

А как Лёва мечтал стать таким же наглым, настырным и уверенным в себе!

Ночью, лёжа в постели, он предавался таким сладостным мечтам, что сердце чуть не выскакивало из ещё не поросшей курчавой шерстью груди. Ночью он был вожаком — наглым, уверенным, настырным. И — как бы сказали эти мерзкие этологи — конфликтоустойчивым. Он отдавал приказы, и они тут же выполнялись. За ним, угадывая невысказанное желание, постоянно таскалась стайка «шестёрок» и искательно заглядывала ему в глаза. Он был вожак, он был царь, он был Бог.

Увы, так было только во сне.

Днём он опять становился тем, кем и был — заурядным аутсайдером, объектом постоянных насмешек. Особо забавляла сверстников его фамилия — Зайчик, Лев Зайчик. Господи, кто только не прошёлся по этому, казавшемуся родителям таким благозвучным, сочетанию!

От воспоминаний у Льва Ефимовича, как обычно, затряслись губы и повлажнели глаза, он автоматически шмыгнул носом. Точно так же и много лет назад под насмешливыми взглядами шмыгал носом маленький Лёва.

Лев Ефимович ладонью вытер нос и с ненавистью уставился в распечатку. Сволочи! Дожить спокойно не дают! Неделю назад он открыл в Интернете новую для себя науку — этологию. Прочитал пару статей, заинтересовался, стал искать ещё и нашёл на свою голову. Статья называлась «Фаллос, как зеркало иерархии» и утверждала, что размер полового члена является признаком рангового потенциала. Пусть необязательным, но признаком. С тех пор Лев Ефимович полностью потерял покой.

Да и как не потерять! За долгие годы Лев Зайчик почти привык к своему положению, а тут на тебе — оказывается не всё так однозначно. Оказывается, согласно самому главному признаку его ранговый потенциал не просто высок, а очень высок. И действительно, если средний размер полового члена — Лев Ефимович глянул на распечатку — всего лишь пятнадцать сантиметров, то о чём же могут говорить двадцать четыре? Только об одном! О том, что его ранговый потенциал не должен быть таким низким. Не смотря на всю косвенность. Не должен!

«Не должен? А как же тогда вся жизнь? Приснилась? — шепнул кто-то. Лев Ефимович вздрогнул, оглянулся по сторонам и подозрительно посмотрел на «знак могущества». Тот дёрнулся и тут же стал снова превращаться в банан.

— Тьфу! — плюнул Лев Ефимович и закрыл фаллос листом бумаги.

А ведь и правда — не приснилось же? Но как же так могло быть? Он что, исключение из правил? Или наука ошибается? Стоп, стоп, но ведь тут и доказательства имеются! Ага, вот!

«Физиологически исходный ранговый потенциал определяется как исходной конституцией нервной, мышечной и прочих систем организма, так и текущим уровнем различных гормонов в крови. В их числе, и что для нас сейчас особенно важно - тестостерон, мужской половой гормон, влияющий на агрессивность и амбициозность - качества, наиболее ярко характеризующие мужской РП».

То есть, чем выше уровень тестостерона, тем выше в среднем ранговый потенциал, и тем выше шансы, что у его обладателя будет большой член. Правильно? Правильно, если верить этим этологам. Но ведь тогда верно и обратное, как в математике. С математикой, да и вообще с логикой у Льва Зайчика всё было нормально. Да и не требовалось тут особой логики — не теорема Ферма! Половой член большой? Большой. Тестостерона много? А как же!

Лев Ефимович глянул на густо заросшую шерстью грудь, на рано появившейся животик, провёл рукой по лысине. Мало? Так ведь есть ещё высокий рост, низкий голос, кривые ноги, наконец! Ну все признаки, как в учебнике.

И что толку?!

Наука ошибается? Так ведь логично вроде всё, доказательства имеются, статистика, исторические примеры.

Ну ладно, школа — там ещё, допустим, не всё было ясно. Хотя.…Бриться же он начал раньше всех, ещё в восьмом классе. Значит, тестостерона уже тогда было достаточно. И что? А ничего! Статус его от этого не вырос ни на миллиметр, а вот дополнительных насмешек прибавилось.

А в армии!

Армию Лев Ефимович без дрожи вспоминать не мог даже сейчас. Это был настоящий кошмар. Все имеющиеся у него прямые и косвенные признаки высокого рангового потенциала оказались, как всегда, полной фикцией.

Особенно после бани, когда товарищи по выполнению священного долга увидели его заросший чёрной шерстью торс.

— Ни хрена себе Зайчик! — сказал кто-то. — Зайчик-баранчик! Да из тебя носков на целую роту наделать можно!

А когда Лёва, уже предчувствуя недоброе, снял трусы, в бане стало тихо. Как на кладбище. Нет, пожалуй, как на выставке. Потом кто-то удивлённо свистнул, кто-то икнул, и всё перекрыл восторженный вопль.

— Зайчик!

Стая захохотала, Лёва попробовал прикрыться. Губы задрожали, на глаза навернулись слёзы, из носа вылезла предательская сосулька. В мозгах от паники произошло короткое замыкание, и в кровь ударила мегатонная струя гормонов. «Зайчик» стремительно набух, надулся и уставился на собравшуюся толпу, словно жезл гаишника.

Стая взвыла от восторга, стая заулюлюкала.

— О-о!

— А-а!

— Ни хрена!

— Зайчик, вот это, бля, у тебя «зайчик»!!

Руки задрожали, по выбритым до синевы щекам поползли слёзы, и только сбитый с толку «знак могущества» не чувствовал ничего.

С тех пор армия превратились для него в мучение. Лёва прочно занял место «омеги», приобрёл кучу обидных прозвищ и стал притчей во языцех. Он стирал чужую одежду, подшивал воротнички, чистил сапоги. Он привык к вопросам: что ему легче прочистить своим «аппаратом»: пушку, или миномёт. Он привык, что командир взвода называет его «Зайхерчиком». Он привык откликаться на клички, привык молчать, он привык ко всему.

Он даже не особенно удивился, когда пьяные «деды» завели его в туалет, и один из них объявил:

— А сейчас, пацаны, рядовой Зайчик покажет нам свой «зайчик»!

И глядя на съёжившегося Лёву наглыми весёлыми глазами, добавил:

— Давай, давай, Зайчик! И не халтурь — во всей красе покажь! А то…

Лев Ефимович шмыгнул носом, тоскливо посмотрел на лежащую на столе рулетку и впервые за несколько лет закурил.

После армии отец устроил Лёву к себе на завод, но проработал он там недолго. Ровно один день. В бытовке, едва взглянув на открытую дверь душевой, Лёва понял: больше он сюда не зайдёт. Ни за что. Ни за какие деньги!

Дома он объявил, что на завод больше не пойдёт, а будет поступать в институт. Как ни странно, родители восприняли его решение вполне благожелательно. Ещё более странно, что в институт Лёва поступил. Не смотря на то, что никогда не отличался особыми способностями. Несмотря на то, что за два года забыл даже то немногое, чему его научили в школе.

Родители были очень удивлены, они поначалу даже не поверили. Они же не знали, что у Лёвы был стимул. Не знали, что высшее образование их сыну просто необходимо: оно даст ему возможность работать там, где не надо будет купаться после работы в общей душевой.

И вообще…

Лёва надеялся, что после института в его жизни наступит новый этап, и мучения школы и армии превратятся в зыбкий сон. Нужно будет лишь найти «правильную» работу, где взаимоотношения основаны не на стайной иерархии, а исключительно на должностной субординации. Нужно будет ни в коем случае не заводить ни с кем из коллег никаких отношений, кроме должностных. Нужно будет обязательно дослужиться до отдельного кабинета. Ну и само собой — ни в коем случае не ходить ни с кем из сослуживцев в баню.

Лёва собирался начать новую жизнь, и был практически уверен, что всё у него получится.

Реальность разбила его надежды в прах.

Институт он закончил без особого труда, найти «правильную» работу оказалось уже трудней. К его удивлению ни чёткая субординация, ни строго прописанные обязанности никак не отменяли обычных иерархических отношений. Везде были свои вожаки и свои «шестёрки», и далеко не всегда это совпадало со штатным расписанием.

В конце концов, Лёва понял, что так искать можно до ишачьей пасхи, и тихо осел в одной из контор. Здесь он проработал тридцать лет, приобрёл лысину, отрастил животик и стал Львом Ефимовичем.

Но никакой «новой» жизни у него не вышло.

Так же, как и бутерброд всегда падает маслом вниз, так же и Лёва на новом месте стал тем, кем был всегда — аутсайдером, «омегой». Как и раньше он не знал, как себя вести, не понимал, когда коллеги просто шутят, а когда издеваются. Не мог ничего сразу ответить, а когда придумывал, было уже поздно. На него запросто перекладывали чужую работу, а он не мог отказаться. Если справлялся — хвалили не его, если не успевал — глотал незаслуженные упрёки. Его посылали в самые неудобные командировки, ему годами не повышали зарплату и не продвигали по службе.

Он боялся всех. Коллег — за острый язык и постоянную готовность спихнуть на него свою работу, а то и просто подставить. За шутки и подначки. За весёлый нрав. Начальников…Начальников он боялся просто так.

В 90-х, когда контора переживала сложные времена, Лев Ефимович неожиданно сам стал начальником. Небольшим, но с собственным кабинетом.

Однако даже тогда мало что изменилось. Его кабинет быстро стал проходным двором, где новый шеф только и знал, что выслушивал бесконечные жалобы, сплетни, а то и выговоры. У него постоянно отпрашивались с работы под самыми дурацкими предлогами, а то и вовсе без них. Он не знал, как заставить подчинённых работать, не умел настоять на своём решении, не мог ничего.

Чуть не утонув в штормах перемен, контора сменила кучу названий и хозяев, стала акционерным обществом и неожиданно поймала попутный ветер. Мгновенно была произведена перетасовка, называемая теперь модным словом «реструктуризация», и Лев Ефимович лишился отдельного кабинета. Опять общая комната с кучей столов, опять командировки и чужая работа. Круг замкнулся.

Лев Ефимович почесал мохнатую грудь, снова тяжело вздохнул и посмотрел на прикрытый листком бумаги «знак могущества».

С этим тоже не вышло, как хотелось. Году на пятом службы, после совместного застолья Лев Ефимович потерял бдительность и принял предложение продолжить банкет в сауне. Такое случилось только один раз, все были изрядно пьяны, но и этого оказалось достаточно. Известие о небывалом «достоинстве» инженера Зайчика облетело контору едва ли ни быстрее, чем слухи о годовой премии. О нём судачили в курилках мужчины, о нём, хихикая, сплетничали женщины. Обо всём этом Лев Ефимович узнал очень скоро. Да и как не узнать? Как не узнать, если сосед по кабинету может громко сообщить ни к кому вроде бы не обращаясь: «Главное для мужика — это харизма. Правда, Лёва?» Если все после этого смотрят на тебя, еле сдерживая смех? И если какая-нибудь финтифлюшка, томно вздыхая, изрекает: «А говорят, что богатырей не осталось…»

Всё это Лев Ефимович знал. Знал он и все свои прозвища, которыми называли его за глаза. Прозвища разнообразием не отличались. «Членчик» и, почему-то, «Членидзе» и «Фаллошвили». Но самое большое потрясение он испытал, узнав ещё об одном прозвище — «Зайхерчик». Точно так же много лет назад под хохот солдат звал его командир взвода. Мистика!

Вот и всё, чего он достиг: прочного статуса «омеги» и возвращение армейской клички.

А совсем недавно, словно подводя итог, один из коллег сказал ему почти по-дружески:

— Эх, Зайчик, не тем ты занимаешься! С таким членом тебе бы в порнофильмах сниматься. Представляешь, какое это бабло! Или объявления для женщин богатых давать. Есть же такие любительницы!

Женщины…Голый Лев Ефимович снял прикрывающий «знак могущества» лист распечатки. Что там про женщин пишут?

Про женщин в статье было написано много и далеко не так противоречиво. Где это? А вот, пожалуйста:

«…привлекательность для женщины большого фаллоса заключается не в его механических возможностях воздействия на чувствительные зоны, а в его этологическом воздействии на инстинктивные шаблоны женского подсознания, полагающие обладателя крупного фаллоса в среднем более высокоранговым мужчиной».

Или вот ещё.

«…крупнофаллические мужчины, даже будучи совершенно одетыми, нередко излучают какой-то, (для непосвящённых - мистический) магнетизм, действующий только на женщин, и притягивающий их, словно свет - ночных бабочек...»

Этот кусочек Льву Ефимовичу особенно нравился. И вовсе не из-за красивых слов, просто он прекрасно знал, что это правда.

С женщинами у Льва Ефимовича проблем никогда не было. Ну, почти не было. С женщинами Льву Ефимовичу было легко. Сразу куда-то испарялась чувство неполноценности, исчезала привычная робость. С женщинами он знал как, себя вести. Вернее, не знал — чувствовал. И практически никогда не ошибался.

Женщин у Льва Ефимовича было много, очень много.

Правда, и здесь всё было не совсем безоблачно. Все его женщины были какими-то…одинаковыми, что ли. Может, только такие и притягивались, словно ночные бабочки? Распознавать, на кого его магнетизм действует, а на кого нет, Лёва научился очень давно и зря сил не тратил. Иногда хотелось, правда, разнообразия, но одного взгляда на какую-нибудь гордую красавицу хватало, чтоб понять: нет, это не про него, тут его «магнетизм» не поможет. Тут нужны деньги — в любовь Лев Ефимович не верил сроду.

И ещё. Много-то их было много, но на длительные отношения идти почти никто не хотел.

Впрочем, женщины Льва Зайчика в свете волнующей его проблемы интересовали мало. Действительно, что там интересного? Жена есть, с любовницами никаких проблем.

Ерунда всё это!

С каким бы удовольствием он отдал бы весь этот «магнетизм» за возможность стать таким, как в детских снах! За возможность стать уверенным, наглым, весёлым и остроумным. Чтоб всегда знал, что ответить, чтоб не приходилось мучительно мямлить, чтоб не бояться идти на конфликт. Чтоб не стесняться мучительно в магазине, чтоб не пасовать перед наглостью. Чтоб быть вожаком, лидером. Быть настоящим «высокоранговым», а не его карикатурой, у которой от высокого ранга только половой член.

«…размер фаллоса - не столько причина высокого РП, сколько одно из его следствий. Это просто показатель, когда-то выбранный нашей эволюцией как удобный для быстрого анализа другими участниками группы. Фаллос - своего рода витрина мужского РП; и, как и всякая витрина, он может не вполне адекватно отражать достоинства выставляемого товара».

Обидно! Обидно, что именно он оказался такой «неадекватной витриной». Обидно, чёрт возьми!

А ведь согласно этой же мерзкой науке, у него был шанс. Вполне объективный шанс сделать «товар» более-менее соответствующим «витрине». Ведь пишут же они, что ранговый потенциал по наследству передаётся только на две третьих. Остальное человек приобретает сам. И может этот пресловутый ранг, как понизить, так и повысить.

Жаль, не было в его молодости такой науки, жаль не попалось ему тогда такой статьи. Может и удалось бы…

Солнце вынырнуло из-за туч, и комната вновь окрасилась в оранжевый свет. Лев Ефимович зевнул, поёрзал, устраиваясь поудобнее в кресле и снова взглянул на притаившийся «знак могущества».

— Спишь, гад? — подумал он сквозь обрушившуюся дрёму. — Спи, спи. Эх, если бы всё по науке было…


------------------------------


— Сегодня самый важный день в вашей жизни! — сказал хорошо поставленным голосом инспектор.

У инспектора был очень высокий ранг — восьмой. Такую татуировку на щеках Лёва видел впервые в жизни. Если конечно не считать телевизора: там можно было увидеть татуировку и девятого, и даже десятого, как у президента, ранга.

— Сегодня кончается ваше детство, сегодня вы пройдёте инициацию и станете полноценными членами нашего общества. Нашего Великого Общества Великой страны! — инспектор сделал паузу и посмотрел в зал особым взглядом.

Зал немедленно отозвался аплодисментами.

— Наше Гуманное Общество дало вам достаточно времени, чтоб наиболее полно раскрыть свой потенциал. Вполне достаточно! Сразу после рождения вам в мозг были вживлены датчики, и с тех пор каждый ваш шаг фиксировался Центральным Компьютером. И вот сегодня, двадцать один год спустя, пришла пора узнать, что представляет из себя каждый из вас. Пора, наконец, узнать свой Ранговый Потенциал!

Двести молодых людей, услышав заветные слова, благоговейно притихли, и в зале стало слышно, как стучат двести взволнованных сердец.

— И сегодня вы его узнаете! — возвысил голос инспектор. — Вы пришли сюда гладколицыми юнцами, а через каких-то три часа каждый из вас получит главный признак мужчины — татуировку Рангового Потенциала!

Двести сердец зашлись в восторге, двести глоток издали восторженный вопль. Инспектор снисходительно улыбнулся, подождал и чуть приподнял брови. Зал послушно притих.

— Вы, конечно, знаете, что двадцать один год вся информация передавалась на Главный Компьютер и постоянно обрабатывалась. Компьютер определял текущий Ранговый Потенциал, строил модели. На этой основе вашим родителям и воспитателям давались необходимые рекомендации. И так двадцать один год! Всё только для одной цели — максимально раскрыть ваш исходный Ранговый Потенциал и как можно сильнее его повысить. Наше Гуманное Общество не может себе позволить потерять хоть чуточку вашего потенциала. Ведь вы самое дорогое, что у нас есть, вы — наше будущее!

Опять умелая пауза, опять особый взгляд и аплодисменты. Инспектор вновь снисходительно поднял руку, дождался тишины и продолжил. Голос его изменился: пафоса стало поменьше, появились доверительные нотки.

— Да, вы — наше будущее, и это не пустые слова. Это там, — инспектор сделал пренебрежительный жест, показывая куда-то за спину, — у них, эти слова пустая формальность. Это у них, общество построено на основе первобытной иерархии. А мы не можем этого допустить. Нас слишком мало, мы окружены врагами, только и ждущими, когда мы ослабнем. Этого не будет! Врагам мы противопоставим чётко организованное и спаянное воедино общество. У нас каждый займёт то место, которое отвела ему Природа — наша Мать! И ничего не сможет этому помешать: ни родство, ни коррупция, ни случайность!

Инспектор задумчиво оглядел притихший зал.

— Насчёт случайности…Случайность исключена абсолютно. Наши методики являются лучшими в мире, уникальными. Мы всё перепроверяем помногу раз. Вот и сегодня, не смотря на то, что ваши Потенциалы уже практически определены, мы снова снимем все показатели. Снова всё проверим и перепроверим, снова построим модель. Это не займёт много времени, это почти формальность, потерпите. Скоро ваши лица приобретут печать Рангового Потенциала. И тогда ваша жизнь изменится. Теперь вас всегда будет вести ваш Ранг. В зависимости от него для вас будет подобрана работа. В зависимости от него вы займёте в Обществе ту нишу, которую вам определила Природа — наша Мать. Кому положено руководить — будут руководить, кому положено работать — будут работать. У вас не должно быть никаких сомнений — каждый займёт своё и только своё место!

Зал потрясенно молчал.

— Мало того! Наше Гуманное Общество не даст пойти на самотёк и вашей личной жизни. Ведь это только на первый взгляд она личная. Главная задача личного — общественное! Поэтому, каждый из вас в зависимости от Рангового Потенциала поучит и соответствующие рекомендации. Каждому будет определёно, с кем жить, сколько иметь жён, сколько наше Общество ждёт от вас детей.

Зал немного оживился.

— И последнее! Наша Мать — Природа не простит нам, если мы не исправим ошибки, вызванные слишком быстрой эволюцией человека. Как вы все знаете, Природа сделала женщин более эмоциональными, более склонным доверять инстинктам, — инспектор снисходительно улыбнулся, и зал ответил ему такими же улыбками. — Но это наши женщины, и мы обязаны побеспокоиться и о них! Женщины выбирают мужчин в первую очередь по Ранговому Потенциалу, и это правильно. Наше Общество делает их выбор максимально простым и эффективным. Но есть один момент…

Зал опять притих. Опять в тишине забились сердца, на этот раз трепетно-ожидающе. Но на этот раз их было сто девяносто девять. Одно сердце замерло в тревоге, а у его обладателя — черноволосого юноши с выглядывающей из-под рубашки курчавой порослью — задрожали губы.

— Женщины реагируют на внешние признаки Ранга. И хотя у нас теперь Ранг, как говорится, буквально написан на лице, женщины улавливают и более древние сигналы. Один из таких сигналов обусловлен такой никому в современном обществе ненужной характеристикой, как размер полового члена. А он, как вы знаете, может и совершенно не соответствовать ранговому Потенциалу. И пусть это для женщин не главное, но это есть. И мы не можем этого не учитывать, иначе наш проект оказывается под угрозой. Да и вообще, — инспектор усмехнулся, и Лёве показалось, что он смотрит прямо на него, — нехорошо, когда «витрина» не соответствует «товару».

Закончил инспектор быстро и по-деловому, но Лёва слышал уже это, как в тумане.

— Поэтому размер ваших половых членов будет приведёт в соответствие с вашим Ранговым Потенциалом. А сейчас — прошу всех пройти по кабинетам, номера которых отмечены в ваших личных карточках. Вперед, друзья! Да благословит вас Природа — наша Мать!

В полутёмном кабинете уютно гудели экранчики дисплеев, и Лёва немного успокоился. Может, всё не так уж плохо? Он же выполнял все рекомендации — неужели этого недостаточно хотя бы для пятого ранга? Вон и у врача татуировка пятого ранга…

Врач, мурлыкая себе что-то под нос, привычно цеплял к Лёвиному обнажённому телу холодные датчики. Прицепив очередной к животу, врач на секунду замер и напевать перестал. Удивлённо поднял брови, покачал головой и резким движением прилепил датчик Лёве в пах.

— Ну, пусть не пятый, — тоскливо подумал Лёва, — пусть четвёртый.

Последний датчик присосался к покрытой мохнатой шерстью ноге, и мониторы загудели сильнее.

«Четвёртый уж точно должен быть, я же все рекомендации…Должен. А если…третий? Ничего, с третьим тоже можно прожить. Вон у папы третий и ничего. А может всё-таки четвёртый?»

— Лев Ефимович Зайчик, — донёсся издалека голос врача, — личный номер ИН731567РЕ. Ваш Ранговый Потенциал 1.

«Один? Как один? Разве такой бывает?»

— Минутку терпения, сейчас вам будет нанесён знак Рангового Потенциала. Спокойно — это быстро!

«Один? Первый? Нет, этого не может быть, это ошибка! Ой! Первый…»

— Молодец. Ещё минутку терпения, определяется величина корректировки члена.

« Первый.…Это что же — ниже уже некуда?..»

— Половой член — шесть сантиметров, — отстранённым голосом сообщил врач.

«Шесть? Это что? Отнимут шесть сантиметров? Двадцать четыре минус шесть получается.…А почему тогда так и не говорят? Или…»

— Нет! — заорал Лёва и попытался сесть. — Что такое — шесть!

— Ошибка исключается, — повысил голос врач. — Спокойно, Зайчик — это не больно!

— Нет! — в панике закричал Лёва, пытаясь разжать зажимы. — Нет! Не хочу! Не-е-е-т!!!

— Зайчик, спокойно! Зайчик!


------------------------------


— Не-е-т!! — размахивая руками, вскочил с кресла Лев Ефимович.

В голове гудело, сердце стучало, как перфоратор соседей при евроремонте, комната причудливо извивалась в оранжевой пелене.

— А-а-а! Не!..

— Зайчик! Зайчик что с тобой!

«А!.. Это ещё кто?»

Лев Ефимович моргнул, помотал головой, пытаясь сбросить наваждение. Посреди комнаты, выпучив от удивления глаза, стояла жена, рядом валялись два объёмных пакета. Из пакетов медленно вываливались на пол продукты.

— Зайчик? Почему ты голый? Ты с ума сошёл?

Ставшие вдруг большими, как в молодости, глаза жены смотрели Льву Ефимовичу куда-то ниже пояса. Лев Зайчик, проследив за её взглядом, опустил глаза и остолбенел.

Такого он ещё не видел. Никогда. «Знак могущества» уже мало напоминал банан. Он был похож на дубину, царский скипетр, на ракетоноситель «Союз» на старте.

—За-а-йчик? — спросила жена, не в силах отвести взгляд от оранжевого чуда. — Чт-т-то э-это?

Лев Ефимович нашарил дрожащей рукой рулетку, осторожно приложил её к фаллосу, прищурился. Тридцать сантиметров. Тридцать?! Тридцать! «Двадцать четыре плюс шесть…», — мелькнуло в голове.

— Прибавили! — закричал Лев Ефимович и резко вскинул согнутую в локте руку. — Они прибавили! Зина!

Зина закатила глаза и с грацией бегемота завалилась в обморок, в серванте задрожал чайный сервиз.

«Знак могущества» вздрогнул и, поблёскивая оранжевой «боеголовкой», поднялся ещё круче. Словно пытался пронзить потолок, перекрытия, а затем и облака. Весь мир.

— Прибавили! — орал Лев Ефимович Зайчик, впервые почувствовавший себя «альфой». — Оценили! Прибавили!!

_________________________________________
1 — Здесь и далее цитаты из статьи А.И. Протопопова «Фаллос как зеркала иерархии».


© Константин Семёнов, 2010
Дата публикации: 15.04.2010 16:30:17
Просмотров: 1439

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 71 число 16: