Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Анатолий Агарков



Если бы я... (уроки борьбы)

Джон Мили

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 18534 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


- Если бы ты был человеком, - говорит мне жена, - то ты бы сходил сейчас в магазин; того нет, сего нет...
Я - человек. Я бросаю свои дела и иду в магазин.
В другой раз:
- Если бы ты был мужчиной, то прямо сейчас сделал бы мне полочку над умывальником...
Я - мужчина. Откладываю в сторону справочник, трачу четыре часа драгоценного времени (наверстывать, естественно, ночью), и делаю таки чертову полочку. Получается несколько косовато, но, в общем, приемлемо.
- Если бы ты уважал свою тещу, то сделал бы ей приятное...
- Что именно?
- В субботу утром повез бы ее на рынок.
- Господи, как раз в субботу встреча с профессором. Нужно подготовиться; ты же знаешь, как это важно. Так мы никогда не станем жить лучше... И т.д., и т.п. - длинной уныло-безнадежной тирадой.
- Ничего, перенеси. Мама у меня одна...
Дико извиняюсь перед профессором, переношу; полдня таскаю тещу по рынкам. Уважаю.
- Если бы ты...

Я подчиняюсь, снова и снова. И конечно, возникает чувство внутреннего протеста. Что же это такое получается?.. Я, как баран, иду на привязи проклятого "если бы" вовсе не в ту сторону, куда хочу. Где свобода? Может, и действительно, баран, но нет во мне осознанной необходимости такого движения. Буду сопротивляться, в конце концов...

Подражая матери, моя дочка, еще совсем соплячка, нахально глядит мне в глаза и заявляет:
- Если бы ты, папа, был хорошим отцом, то порешал бы вот эти задачки. Я в кино опаздываю...
Я - хороший отец (во всяком случае, так мне кажется), но слабый человек; и
я решаю для дочки задачки, хотя прекрасно понимаю, какой вред этим ей наношу.
Моя мама по телефону:
- Если бы ты был хорошим сыном, то помог бы моей приятельнице паревезти
мебель...
Эту ее приятельницу я в глаза никогда не видел, но, как хороший послушный сын, корячусь, выполняю материнский наказ. Опять же во вред поставленной перед собой цели.

Протест зреет, растет, достигает предела. Так жить невозможно, говорю я себе, это унизительно, черт побери! Бороться?.. Да, да, бороться!.. Но каким образом?.. Кричать, хулиганить - не умею, звать на помощь - некого... Остается думать и рассуждать.
Беспорядочно порыскав мыслью в нескольких произвольно выбранных направлениях, я понял, что проблема намного сложнее, чем я мог себе вообразить. Наскоком здесь не возьмешь, нужен строгий научный подход.

Среди множества известных мне аналитических методов исследования различных явлений выбираю способ разложения на простые составляющие. Разложим, покрутим, обсосем с разных сторон, по каждой сделаем вывод; далее, выводы сведем воедино, что-то отсеется. И вот вам, что называется,
результат - руководство к действию, причем абсолютно точному, выверенному, неотвратимо разящему. Так вырвем же корень зла! За работу, товарищи!

Итак - с воодушевлением и верой в успех, выбрав время в ночи - единственное по-настоящему свободное мое время, - начал я, составляющая негатива первая. Запишем: простое и откровенное неуважение к персоне.
Ведь, что значит «если бы ты был человеком»?.. Ответ готов: тебя таковым не считают. Ни человеком, ни отцом, ни мужчиной… ни, ни, ни... Или, по крайней мере, сомневаются в полноте этих твоих человеческих качеств. Хорошо. «Он уважать себя заставил, и лучше выдумать не мог...» Вопрос только: как? Как испокон века действует человек, возжелавший рассеять такого рода сомнения и заставить таки себя уважать? Ответ: он пользуется категорией превосходства.
(Браво! - сказал я себе).

Каковы основные элементы превосходства одного индивидуума над другим? – рассуждал я. Вне сомнения, это сила (в том числе, грубая физическая); далее, ум; далее, как ни странно, любовь (в том числе, грубая физическая) и хитрость. Применяем вышеперечисленное к персоне.
Сила. Физической силой похвастаться не могу, ни грубой, никакой; сложения, скорее, тщедушного. Сила воли имеется; правда, в скромных количествах (вот, курю, гроблю себя - а как бросить?). Что еще?.. Сила духа. Тут всех задавлю! Дай мне только взорваться… и-и-эх! Всех разнесет в клочья, просто как ветром сдует... Н-да... Хотя, пожалуй, и семью тоже. Нет, не пойдет. Сила отпадает.
Ум. Особо не хвастаясь, скажу: да, умен. Но в этом качестве не востребован. В своей конторе считаюсь чуть ли не образцовым работником, все хвалят. Но, знаете, обработка бумаг, пусть и в научном учреждении, это все-таки не лаборатория. В науку не пускают, сволочи, сколько ни просил. Говорят, образование не позволяет. Позволяет, еще как позволяет! Вот взять, начальник мой - ну, полная дубина! - и вовсе без образования, все знают... Дома занимаюсь, пишу диссертацию экстерном. Тему, правда, еще не придумал, но упорно работаю над материалом - так, что-нибудь в области межчеловеческих отношений. Как защищу, так, может, деньги появятся; жена уж все мозги пропилила... А в хозяйстве мой ум - ха-ха! - только помеха, они своим спокойно обходятся. Задачки вот для дочки решаю. Легко.
Любовь. Люблю я это дело. Но, тут не до грубости: то ли неполная физическая совместимость, то ли жена холодная. Я в этом деле до сих пор не разобрался: пристаю к ней каждую ночь, получаю - даст Бог, раз в неделю. Все-таки жену я люблю; и дочку люблю, хотя всегда хотел сына. Есть у меня внебрачный ребенок в Саратове, вот, не знаю, мальчик или девочка. Узнать бы, я бы его тоже любил! Мать у меня хорошая, и ее люблю; достает только нравоучениями... Люблю еще вкусно поесть... Впрочем, это здесь ни при чем. Люблю жить; но, чтобы нормально, без всяких там "если..."...
Нет, сдается, любовью их не пробьешь: жена не поймет; дочь все принимает, как должное; мать вечно занята чужими проблемами.
Хитрость. Вот уж в чем мне отказано напрочь, так в этом. Простодушнее человека на свете не было, каждый может обвести вокруг пальца. И обводят. Последний раз, когда на семинар в Польшу, вместо меня, мой единственный
подчиненный поехал. Тридцатилетний мальчишка, он-то хитрый: надавил, собака, на шефа, наговорил про какие-то, якобы, женские, болезни тещи; мол, нужна квалифицированная консультация, и именно у поляков. Но, между прочим, теща дома осталась, и, как я потом выяснил, здорова она, как конь.

Итак, по первой составляющей результаты неутешительные. Ничего, ничего... Еще не вечер.

Составляющая вторая: вмешательство во внутренний мир человека с помощью постороннего идеала. «Если бы ты был гибче...» Понимай так: лучше, добрее, мягче (куда уж мягче?), с положительными чертами библейских святых и пророков – это с одной стороны; свирепых древних и современных героев - с другой; а также, очень желательно, что-нибудь от инопланетян - хи-хи! - и прочих нравственных сущностей... Ишь ты...
Так, ладно. Как поступает индивидуум, отстаивающий в мире свое, и только свое, понимание жизни? Он пользуется категорией самоценности.
(Браво! бис! - сказал я себе).

Главные постулаты понятия: «жизнь отдельного человека священна - не замай!»; «волос не упадет с головы»; «Бог дал, Бог взял». Это божественное. И человеческое: «сам дурак»; «чужая душа – потемки»; «полюбите нас черненькими». Поехали!
Поначалу с Богом отношения не сложились. «Если бы ты перестал быть атеистом, - причитала моя верующая тетушка, - насколько тебе было бы легче...» Время прошло. Уж не знаю и почему, но теперь знаю твердо: жизнь дана мне Богом (правда, не без помощи родителей). Это событие случилось довольно давно, но не настолько, чтобы к сегодняшнему моменту акт некогда доброй воли потерял всякий смысл. Отец, еле успев заложить в сына какие-то важные вещи (одна из них: «...сам не плошай»), умер; мать, изо всех сил обеспечивая материально, пыталась вить из меня веревки, и потому, чуть за двадцать, я от нее удрал. С тех пор основным идеалом считаю свободу и неподчинение жизненным обстоятельствам. Вернее считал, поскольку, после женитьбы и рождения ребенка, идеал исчез, растворился в воздухе. Кстати, не сильно горевал, даже был счастлив в потере, вплоть до недавнего времени. «Если бы ты был более самостоятельным...», - пеняет мне жена. Ага, а кто меня сделал «несамо»? Попробуй пикни, попробуй вылези - так тронет за вымя, ее священство, что слабо не покажется!.. Впрочем, когда-то же удавалось, брыкался. Ох, и летала же ты, моя птичка, от стенки к стенке!.. Итак, подходит; нужно вспомнить свои старые взбрыки.
Насчет волос. Попадало их с меня, с Божьего ведома и согласия, уж достаточно; оставшиеся еле прикрывают лысину. Однако - тьфу-тьфу-тьфу! слава Тебе, Господи! - здоров, счастливо избегаю неприятных случайностей, коими кишмя кишит грешная жизнь. Значит, нужен, самодостаточен, и включен в решение Задачи. «Если бы ты делал гимнастику... ходил в бассейн...» Спасибо, не надо! Один раз сделал - месяц разогнуться не мог; а воды с детства боюсь. Во, придуриваются, как будто не знают!
«Бог взял...». К смерти, в общем, отношусь нормально: без ненужного скепсиса, без розовощекого оптимизма. Улыбаться тут нечему: знаю, все равно одолеет. «Если бы ты думал о будущем своего ребенка… Мы ж не вечные...» Это я-то не думаю? Голову себе сломал, думаючи. Впрочем, в этом с женой согласен. Отмечаю: разумная экономия и сбережение средств не помешают!
С Божественным покончили. О человеческом.
Что ж, считаю себя человеком среди людей, особенно, в семье. Не трогай меня, и «дурака» в ответ не получишь; не лезь в мои родные «потемки», и я не полезу в твои. Вроде ясно. А что на практике? Ко мне в душу лезут беспрерывно - попробуй, отпихни! А стоит мне, вот на столечко! - щелчок по носу, не моги! Хотя в свое время, помнится, разрешалось; только это прошло. Сам-дурак, значит.
«Если бы ты умел «это»...» Это насчет пресловутого «дай палец негру». Хорошо бы, конечно, научиться. Отрастить себе зубы, желательно, побольше и подлиннее, да и грызть-кусать руку дающую, в свое удовольствие или пока не наешься. Мои-то, глянь, все изжеваны... Нет, не могу. Стыдно. Даже в кои разы и сами сунут… выплевываю. Такой вот недоделанный черненький… Любите, пожалуйста!..

Так, посмотрим. По составляющей-два: брыкаться и экономить. Ну-ну...

Третья составляющая: гордость за причастную к тебе личность. Важная штука в любом человеческом обществе, а в семье - и подавно. Значит, мной они не гордятся, думают - не за что. Хо-ро-шо... Каким образом добиться, или, опять же, заставить? Вижу два пути: натуральный, то бишь, естественный бытовой, и искусственный, то бишь, умственный и душевный.
Натуральный: вырасти, похудеть, поволосеть... Все вместе - покрасиветь. Средства: доктор А., доктор Б., доктор В., а также диета. Далее: подучиться, обучиться, научиться... Все вместе - поумнеть в бытовом смысле. Средства: «крученые» друзья и знакомые, а также книжки «за жизнь» и детективы. Шансов на этом пути не вижу. По простой причине: если за годы не получилось...
Путь второй разделим по направлениям: чисто умственный; героический; возвышенный; т.н., выделения; и необычный.
Чисто умственный путь - слишком длинен и сложен. Да, сижу и овладеваю. Овладею ли? Сомневаюсь. Упущено время; думай-не думай… – обычен. Потом, понимаю: легко побивать слабаков, лишь только бряцая оружием, удивительным и страшным; для человека же сведущего это все - пустые звуки и фанфаронство. «Пускать нам пыль в глаза - невелика наука...» - сказал поэт.
Героический - мил моему сердцу, но, кажется, для меня закрыт. «В жизни всегда есть место подвигу» - хорошо сказано. Я - как порядочный человек - готов. Но, искать приключения на одно место (вариант: бегать за пулей) - не буду. Поскольку… глупо и неинтересно.
Возвышенный. Образцы возвышенности человеческой души трогают меня в книжках до слез, временами до исступления и кажущегося проникновения в Тайну. Но, Господи, где талант? где дерзновенность и сокровенность? Ты не дал мне их, Господи, и я - пуст. - «Найти в себе неведомые силы возвыситься над толпами людскими…" - кажется, тот же поэт. - Нету. Уж Ты-то знаешь: не я виноват в этом!
Путь выделения, или, по-другому, искусственного выдавливания из массы, как бы вроде и подходит. При условии, что ты четко обозначил свой слой, природный, то есть, откуда выдавливают, и по окончании процесса не претендуешь на следующий, более высокий. Получилось?.. Гордись! Теперь ты – прослойка! Постепенно свыкайся с жутким существованием в атмосфере неопределенности и страха. Ведь, находясь между двумя вечно колеблющимися слоями - в зависимости от размаха колебаний, - рискуешь быть: либо раздавленным всмятку, либо разодранным на части… третьего не дано. Устойчивый переход из слоя в слой, сходу и по восходящей (таковой может быть или ударного типа, т.е., прошибающий стены, или ползучего, т.е., ускоренно мимикрирующий), - практически нереален: все равно когда-нибудь вышибут, и таким же порядком, но гораздо быстрее, - по нисходящей, только время зря потеряешь... Не-е-т, ребята, это не для меня! Спокойствие гораздо важнее.
Необычность может быть следствием неудавшейся попытки выделения или
врожденным качеством. В первом случае, сам виноват: не сумел сманеврировать - утончиться в достаточной мере или разбухнуть до подходящих размеров, и вот - инвалид; во втором... Нет, нет и нет! Больше всего на свете не люблю дураков и юродивых, не говоря уже о сумасшедших. Они люди Божьи, но мне с ними не о чем поговорить...

Ну как, что третья?.. Досадно, конечно, но, как и первая, холостая.

Составляющая-четыре: право на перспективу; надежда на изменения к лучшему. И тут мне отказано, причем, по всей морде!
Много лет за каждым их «если бы ты...» я отчетливо слышу печально-безысходное издевательское «но». Ну, не верх ли хамства?!. Ведь стараюсь и делаю!.. Эта маленькая, отнюдь не воображаемая, частичка бесит меня больше всего. Значит, не способен, вы думаете? ни сейчас, ни потом?.. Эх, вы...
Как заставить поверить в себя своих близких? в себя, которого они знают как
облупленного, ничего от него больше не ждут, и нет у них ни времени, ни моральных сил на его перевоспитание?.. Есть, есть ответ. Одно слово, а за ним - радикальное решение вопроса. Это слово «метаморфоза». (Браво-браво! бис-бис! и хоп-хоп! - сказал я себе).

Некоторые нечетко представляют себе понятие; многие откровенно путают.
«Боже мой, - рассказывают они друг другу, - встретила на улице N. Какая метаморфоза! Был тоненький и стройный, стал толстый такой, обрюзгший; говорил как по-писаному - пулемет! - теперь челюсть отвисла, еле шепелявит...» И т.д. Ну, какая это метаморфоза? Это же просто жизнь; всего-то лет тридцать прошло с последней встречи. Или: «Вот так метаморфоза! Я вас и не узнал, долго жить будете...» А человек, всего-то-навсего, новую шляпку надел. Смешно, господа!.. Человеческая метаморфоза - это прыжок, скачок, мгновенный переход из одного состояния в другое. Вот так: бац! - и ты другой. В моем случае, лучший: заботливый, бережный, нежный, внимательный до безобразия; ничего себе, все - им, моим ненаглядным крошкам... М-да...
Элементы, закрепляющие понятие: неожиданность, беспричинность, бесповоротность.
Вот именно, неожиданность. Может, попробовать: завтра встаю, и – «сю-сю-рассю-сю; люли-люли - мы вас надули...» Сначала обалдеют, потом посмеются. А я себе продолжаю. И так целый день. Станут спрашивать о причинах. А я им отвечу: мол, не знаю, не ведаю; нету, мол или лежат столь глубоко, зарыты в моем естестве, что - а-у-у!.. ку-ку-у!... - не найдешь. Может, Бог во сне посетил; может, еще что... Главное, скажу, что это - бесповоротно.
Бесповоротность произошедшего - основное свойство настоящей метаморфозы. Только она может заставить людей - подозрительных, вечно во всем сомневающихся и проверяющих на зуб - поверить в свершившийся факт. Пути назад нет. Или ты - врун, обманщик и симулянт, никудышный актеришка, попытавшийся сыграть на святом. Тут нужно твердо стоять. Как долго? хватит ли сил, подумай? Ведь в противном случае откатываешься не просто назад, а - дальше, в ситуацию, гораздо хуже сегодняшней, там сильно пахнет разводом. Спаси и сохрани!.. стремно... ох, стремно!.. Хотя...

Время в районе шести утра. Пора подытоживать, сказал я себе, скоро они будут вставать. И, хоть сильно устал и страшно хотелось спать, напрягся в последнем рывке. Перелистал записи. Научный подход к проблеме дал всего три слова, три способа ее возможного разрешения. Не густо. Вот они: «экономия», «взбрык» и «метаморфоза».
Вдруг стало очень смешно. Я принялся переставлять слова местами, и получал странные веселые уравнения. К примеру: экономия есть взбрык минус метаморфоза, или: метаморфоза есть суть экономия помноженная на взбрык...
Потом пошли какие-то дурацкие, спонтанно возникающие в голове двустишия, типа:

Взбрыкнув, немножко съэкономил
Метаморфоза налицо (вариант, на лице),

и четверостишия:

Метаморфический экОном
Взбрыкнув, запел высоким тоном,
Экономический же взбрык
Метаморфически затих...

Поразвлекавшись таким образом минут с пятнадцать-двадцать, пошел спать. Проспал, естественно на работу (разбудить меня - это не-е-ет!), получил нахлобучку от начальства. А вечером почтальон принес письмо. Смысл его был такой (он до меня долго не доходил): что где-то в Новой Зеландии скончался мой престарелый дядюшка; оставил мне в наследство какие-то земли, недвижимость и ранчо (слово-то какое красивое «ранчо»); и я призывался в страну для вступления в имущественные права. Про дядюшку этого я помню только из проклятий матери: что грубиян и забияка; что не дружил с младшим своим братом, то есть, с моим отцом (попросту говоря, лупил); что мать вообще за человека не считал (гад такой!), был против их свадьбы; и уехал тыщу лет назад на поиски приключений, после чего никто о нем ничего не слышал.
Я осознал поворот в судьбе сначала по внимательным, очень внимательным, глазам жены; потом по восхищенно-туманному, в никуда, взору дочери - в нем уже явно плавали яхты и катили роскошные «мерседесы»; и, наконец, по вздрагивающему в телефонной трубке медлительно-торжественному голосу матери.
Уже немножко пришедший в себя, серьезный, уверенный и строгий, в качестве непререкаемого главы семейства (отныне, надеюсь, неоспоримом) намечающий план практических действий, разумеется, при посильном участии всех, его, семейства, членов (кстати, какой там язык в этой Новой Зеландии, кто знает?), я вдруг язвительно так взял и подумал: «Если бы я, мои дорогие, был бы не я, со всеми своими слабостями, а кто-то совсем другой, сильный, жестокий, кого вы во мне воспитывали, умеющий помнить и не прощать...» И, внутренне покраснев, упрямец, все же продолжил: «...то я преподал бы вам всем урок...» И, уже окончательно устыдившись, закончил: «...красивый урок борьбы первого со вторым». Правда, что именно я имел в виду, сам не понял.


© Джон Мили, 2014
Дата публикации: 05.02.2014 00:31:45
Просмотров: 1248

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 84 число 32: