Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Евгений Пейсахович



Семён и маркиза.

Фёдор Васько

Форма: Рассказ
Жанр: Ироническая проза
Объём: 8111 знаков с пробелами
Раздел: "Вишнёвое дерево (рассказы)"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Пошёл однажды Семён питаться в столовую. Набрал кушаний поднос целый, сел в углу уютном окна возле, а есть не получается - тошнит. Сходил руки вымыл, дважды меню прочёл, ловя на себе взгляды ненавидящие женщины за кассой, к еде вернулся. Но вышло хуже, чем, если бы не ел вовсе. Расстроился очень, ушёл, кушанья на столе оставил.
Погулял по двору, здоровье наладилось и аппетит такой разыгрался, что в животе зазвучали мелодии музыки камерной. Вернулся, а там обед его унесли и до дверей очередь. Крайнего спросил, а сам чувствует, что сейчас снова музыка начнётся, и будет она не камерная, как раньше, а самая настоящая симфоническая, из опер классических. Так ясно представил это, что от стыда потерял страх совести, побрёл без очереди, силами последними, и сошёл за инвалида. Пропустили, хоть и наговорили вслед много хорошего.
Чуть до столика доплёлся, а оно опять подступило. Пренебречь попробовал, но хуже вышло, чем, если бы не возвращался вовсе. И вдруг Семён опомнился словно, догадался, что дело, скорее всего не в нём самом. Может быть, еда приготовленная нормам не соответствует, утверждённым промышленностью пищевой. Оглянулся и увидел, что остальные обедающие тоже не веселы, тошнит некоторых, а другие уходят, оставляя за свои деньги купленное нетронутым почти. А тут ещё кассирша с него глаз не сводит, рассказывает что-то, руками размахивает - а очередь вся слушает.
- Да что же это такое, «туда вас»! - закричал Семён и возле кассы встал, чтобы клевету пресечь и пар нервный выпустить.
Люди чеки пробивают, а он ругается словами последними, а в глазах обиды и злости столько, что все молчат. То есть отпора никакого. Заведующая пришла, сердитая, с зубом золотым, зыркнула быстрым глазом и молвит:
- Вы, добрый молодец, зачем в помещении ругаетесь? На улицу идите! Здесь учреждение культурное. Нам хулиганов не надо, мы сами хулиганы. «Туда тебя»!
А Семён на зуб золотой загляделся и как зачарованный молчит. Когда рот закрылся - очнулся:
- Вы чем кормите, «тебя туда», гегемона трудящего!?
- Какого ещё, «сюда-бы-не туда», гегемота? Где? - удивилась женщина.
- Не гегемота, а гегемона, учению Маркса согласно, «туда-бы-туда».
При упоминании Маркса заведующая взбесилась словно, поднос схватила пустой и разломила надвое о голову дерзкую посетителя неспокойного. Повезло, что изделие оказалось пластмассовой формы, а не железного качества, иначе человека жизнь оборваться могла не героически совсем. Думая, спастись как, Семён умирающим притворился, на полу лёг, полагая, что раненого добивать ни у кого рука не поднимется. Кассирша очки сняла, на левой щеке две слезы нарисовала, заплакала:
- Какое будет ваше желание последнее, товарищ мужчина?
- Ужели со мною так плохо, товарищ женщина? - испугался Семён.
- Ужели, неужели, вы мне надоели, товарищи! - рявкнула заведующая, огорчённая лёгким, по мнению её, исходом.
А Семён уже видел, что это никакая не заведующая, а самый настоящий-разнастоящий доктор: халат белый, блестящая медалька на голове для заглядывания в горла болящим, на шее галстук резиновый для подслушивания лёгких, в руках чемоданчик с крестом большим красно-белого колера.
- Не уходите, доктор! - застонал Семён.
- Бредит,- предположила кассирша и очки одела, чтобы смотреть с вниманием бОльшим.
Семён вгляделся тоже и понял, что права кассирша, нет никакого доктора, а есть она - Анжелика - ангелов маркиза.
- Вы мне смешны, - сказала женщина-недоктор, а потом, склонившись ближе, ароматом духов окатила и зашептала в лицо прямо: «Ну, дышите, милый. Давайте дышать вместе».
- Так будет желание последнее, или я кассу сдаю? - не выдержала кассирша и очки сняла.
- Без священника умирать отказываюсь,- не сдавался неумирающий умирающий.
- А я здесь, я давно уже здесь, здесь и здесь.
Сказал такое и расстроИлся. Семён, в порядке текущего бреда, увидел, а вскоре и почувствовал, что ко лбу крестом серебряным прикоснулись. На самом деле, это маркиза была, осмелилась поцеловать уходящего в миры иные. А Семён разглядывал служителей церкви с висящими на шеях крестами, их большие добрые руки, припасть к которым хотелось.
- Маркиз, не надо! Не целуйте рук моих, не чисты они, - попросил один из священников и вынул из сумки с крестом котлету рыжую.
- Съешь, это птичья.
- Из индюка,- подтвердила кассирша, очки роняя.
Почувствовав запах волшебный, вспомнил Семён, что не ел давно очень. Откусывал осторожно и глотал, не жуя, не цапнуть стараясь благодетельницу за палец розовый, а заведующая маркиза голову гладила да приговаривала:
- Умница, Шарик, да не торопись ты, дурачок.
Кассирша тем временем очки подняла, что они уцелели удивилась, и снова выронила. Рванулся Семён, а так как руки заняты были стоянием на четвереньках, ртом ловко схватил, как это делают морские котики дрессированные. Очень нежно схватил, даже не испачкал стёкла оптические.
- Молодец, Маркиз, - похвалила заведующая маркиза, и приманила зверя ещё одной котлетой. Семён тявкнул радостно. Кассирша нацепила очки спасённые:
- Нет, фокус нарушился, диоптрии мимо проходят. Не то!
Обидно стало Семёну, что его порывы благородные одобрения не находят, потянулся и куснул за каблук деревянный. Испугалась женщина, упали очки и, на этот раз, не уцелели.
- Откуда в тебе жестокость эта? - спросила в рясу одетая женщина, богохульно замахиваясь на друга человеков крестом, совсем для этого не предназначенным.
- Меня тошнит иногда, я в такие времена не хочу жить на Земле, - скулил Семён.
- Всё в порядке, - успокаивала оказавшаяся рядом докторская маркиза, - у вас головы внутри сотрясение, от этого и снаружи тошнит.
- Ходят тут всякие, скандалят, а сами здоровы не вполне,- ворчала кассирша, осколки собирая.
- Я пришёл сюда совершенно здоровым, бодрость и желание имел, - вспылил кассир Серафим, занимая место освободившееся, - а теперь у меня ни первого, ни второго, - после этого выбил чек на 28 рублей, и в карман положил, на виду у всех.
- Вздор! Никаких оправданий, маркиз! Вы изменник! - обманутая маркиза вскричала,- изменник и к тому же кассир! Это невыносимо!
- Я оклеветан, сударыня. Мною играют невидимые силы, - оправдывался кассирский Семён, выбивая чек на 11 рублей и за первым вслед отправляя.
В разговор вступила женщина, в руках разбитые очки держащая:
- Гражданин, вы не видели здесь собаки моей?
- В общепита учреждениях собак не бывает, - заметил семёнский кассир и, начиная терять терпенье, выбил чек на сумму немыслимую.
- Уважаемая, а вы не заметили пса здесь какого-нибудь? - не унималась женщина.
- Гражданка! Здесь не может собак быть, а тем более псов, - после слов этих Анжелика заведующая вытерла салфеткой бумажной помаду губную. Не вытерлась помада, а только размазалась, и симпатичный, вроде бы, человек превратился в чучело огородное.
Женщина спрашивающая очки одела, отчего глаза её размножились в осколках оптики сломанной, и сказала другим голосом, строгим:
- В конце концов, вы не видели здесь где-нибудь, кого-нибудь!
- Маркиз, уберите её! - не выдержала ангелами заведующая маркиза,- вы позволяете этой гадине приходить сюда после всего, что случилось!
Докторский маркиз взял у женщины проволочки и стёклышки оставшиеся, на лице пристроил, рассмеялся:
- Ну вот, через эти очки и вы смешны и некрасивы почти!
- А вы смешны просто так, без всяких приспособлений,- вспылила маркиза семёновская и вытянула из чемоданчика молоточек резиновый, для лечения нервных больных который.
- Ваша котлета рыжая отвратительна! - подлил масла в огонь мужчина, кассир маркизы и, сдерживая неодолимое голода чувство, пролаял арию герцога из оперы Джузеппе Верди «Риголетто».
- Шарик! Ты нашёлся! - закричала уже отчаявшаяся женщина, бросаясь обнимать зверя неизвестной, но благородной породы.
- Вы даже здесь, при мне! - зарыдала женщинская маркизовка,- вы при мне с этой тварью! - и молотнулаудариломголовела, где-то по кассире.
МужчИнскиймАркизовикчЕкнулвыб на ноль копЕев и пОлкнулся на свал.
- Ачарв! Ачарв! - женщинАласказА и чувствИласьлишИлов.
- Хувдачарв! - маркизнУлазакричА и умерлИвоскропостИжилась.
Ёсв.



© Фёдор Васько, 2016
Дата публикации: 28.10.2016 23:09:59
Просмотров: 387

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 45 число 13:

    

Рецензии

Владислав Эстрайх [2016-10-30 06:57:19]
А по-моему, стиль изложения подчёркивает абсурд. Очень хорошо выбран стиль

Ответить
Николай Глушенков [2016-10-29 18:13:06]
Увы, Федор, не вяжется стиль изложения и сюжет, что делает чтение затруднительным. К.т., я так и не понял, в чём же здесь заключается ирония. Не обижайтесь.

Ответить