Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Живой дом

Константин Жеребцов

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 9259 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Добро пожаловать в утопическо-футурологический район столицы Метрополь, где, к огромному несчастью администрации и Следственного комитета, произошло страшное убийство. И кто виноват в уходе двух душ из нашего Мира?


Солнце-лежебока только сонливо протянуло свои лучи к городу, надеясь, что будет первым пробудившимся в этот прохладный летний денёк. По пустынным автотрассам, стирая бескамерные шины, мчался на сером, в тон асфальту, Ford Focus две тысячи двадцать восьмого года мужчина с залитыми кровью глазами. Следователя буквально вырвали подъёмным краном с постели, не дав прополоснуть горло даже каплей кофе.

"Да гори всё синим пламенем!" - пыхтел коптящимся дымом разозлённый Евгений Евгеньевич Шакалов, получивший за свои заслуги на работе простое прозвище "Шакал". Весь Следственный комитет Метрополя знал его по убийственной прямолинейности, особой жадности, с которой он приступал к раскрытию каждого преступления. Он одиночка, отказывающийся принимать любую помощь, не признающий своих ошибок и чужих успехов. "Сегодня летел, а завтра на Солнце сгорел," - всегда вылетало из его уст по поводу удачно раскрытого дела. И сегодня, ответив на звонок в четыре утра, он твёрдо решил: разорвёт засаленную майку прямо на своём каменном теле, но точно приберёт это убийство к своим всеобъемлющим рукам.

Обогнув загородный Дом Отчуждения, он въехал в новый экспериментальный жилой район, числившийся по документам администрации как "Рай будущего", существующий уже около пятнадцати лет. Многие специалисты "Светлячка" и Метропольской академии наук потратили уйму сил и времени, чтобы спроектировать "островок счастливого технологического прогресса внутри первобытной столицы". Только самые богатые и влиятельные люди сумели позволить себе приобрести по чудовищным ценам укромный уголок здесь. Было занято тридцать три дома из пятидесяти построенных. И количество жильцов по необъяснимым причинам ежегодно сокращалось.

Пройдя контрольный пункт, Шакал без карт приметил нужный адрес, где свершилось возможное возмездие над какой-то согрешившей душой: возле жёлтого, как лютик в самом расцвете сил, двухэтажного коттеджа уже стояли фургоны экспертов-криминалистов, судмедэкспертов и прочей бюрократической свиты. Угрюмо оскалившись на потухшие соседские окна, он припарковал свой автомобиль возле огромного информационного табло, показывающего статистику населения "Рая".

- С пробуждением, - улыбнулся во все свои тридцать зубов молодой, но очень талантливый криминалист Гриф. Просто Гриф: никто не знал его полного имени, да и не считал нужным узнавать, ввиду его юного возраста. Знаете, опытные работники чувствовали некую возвышенность над ним, гордость за свой многолетний стаж, когда кричали это панибратское "Гриф". А мальчишка был хорош. Всюду всегда первый, прямо как Шакал, ушки на макушке, глазки бегают, находят то, что не взяли в расчет даже толстопузые начальники. Рано или поздно всегда нужно разбавлять кадровый состав с замыленным до смерти взглядом.

- Кто там? - Шакал даже не посмотрел на сияющее лицо молодого специалиста, а только вынул из своей формы пачку никотинового яда. С особым аппетитом закурив, он наконец-то двинулся по направлению к входной двери.

- О-о-о! Всё выглядит как бытовое убийство. Он задушил её, скорее всего, постельным бельём. А потом сам застрелился в панике, чтобы избежать наказания.

Двое мужчин вошли в широкий холл, затянутый жёлтой оградительной лентой. Их встретили незнакомая старушонка с пустыми серыми глазами, тихо сидящая на пороге, и невыносимый запах разложения. Как в морге. Запах, совсем не вписывающийся в интерьер, запах, совсем не сливающийся в приятный колорит с радостными семейными портретами на стене. Жильцов было всего двое: мужчина и женщина, им около тридцати. Без детей. Эти цифры на бумагах подтверждали те самые портреты.

- Вперёд по коридору, на лестницу, вторая комната справа, - подмигнул лысый IT-специалист, возившийся у контрольного щитка со своим ноутбуком. - Система жизнеобеспечения и обслуживания отключена. Выясняю причину.

На втором этаже их ожидала прекрасная пара, собравшая всех этих людей вместе. Хромированная дверь в спальню вырезана угловой шлифовальной машиной, аккуратно положена прямо у прохода так, что сложно не споткнуться. Перейдя порог спальни, Евгений Евгеньевич почувствовал себя словно в музее. На кровати необычная инсталляция: русоволосая добротная девушка с короткой стрижкой и неестественно выгнутой шеей. Храбрый судмедэксперт блестящим скальпелем собирал образцы тканей с обглоданного бедра. Другие криминалисты упаковывали синее тело мужчины, личность которого была подтверждена соседями: это и вправду её муж. На стенах интересного рода картины: многочисленные царапины, портящие экраны электронных обоев, кровавые надписи с мольбами о спасении, шесть огромных дыр, возможно, от пуль.

- Эти тоже не смогли вырваться? - Шакал заглянул в глаза покойника. Закрыты.

- Как видите. Сколько тела лежат здесь? - Гриф с привычной ему улыбкой обратился к медицинским работникам.

- Мужчина - третий день. Женщина - пятый. Причины смерт...

- Мы знаем-знаем, не волнуйтесь. Так вот, Евгений Евгеньевич, история следующая: искусственный интеллект живого дома вновь дал сбой, отключив все функции жизнеобеспечения. Никакой технической службы поддержки чистоты, никакой развлекательной службы, никакой службы готовки, даже никто не чистил им зубы и не подтирал зад!

- И что в этом такого?

- Как что? Это для нас бытовые мелочи - сущие пустяки, а здесь же всё решает компьютер. Люди жили в своё удовольствие, не думая о домашних заботах. Семья Зыгиных обитала в этом чуде уже шестой год. Дом кормил, поил, мыл, развлекал их по расписанию. Не удивительно, что они и не смогли выбраться отсюда. Даже дверь взломать не получилось. В случае аварийной остановки системы здесь есть специальный рычажок, - юноша продемонстрировал крохотную панельку, встроенную в верхний правый угол стены, - если дернуть его, то дверь снимется с предохранителя - её можно будет спокойно выдавить. А так пришлось болгаркой распиливать.

Неожиданно лампочки в потолке замигали, дом загудел, засвистел, экраны, заменявшие стены, загорелись синим, по ним игриво побежали неразборчивые коды, вставая в нужные позиции. Ещё мгновение и на их замену вернулись объёмные изображения тропического леса, главным украшением которого являлись журчащие лазурные водопады. Кондиционеры тоже подключились к работе: спёртый запах трупов неожиданно заменился цветущей лавандой, словно в старушечьем саду. По пыльному полу заскользили полусфеерические роботы размером с взрослого кота. Одни "домашние питомцы" активно заливали моющим средством полы, другие тут же оттирали застывшие пятна с противным скрипом когтей по стеклу. Пробудилась кровать, пытавшаяся самостоятельно застелить себя, - жертву убийства еле-еле успели убрать. "Довольно!" - послышалось озлобленное эхо снизу, и дом снова умер.

- Так, дальше. Они оказались взаперти. Кричать, стонать, вопить - бесполезно. Дом снабжён уникальной звукоизоляцией для максимального комфорта. Взорви хоть под окнами гранату - ноль реакции у хозяев. Единственное - система охраны сработает и вызовет полицию. Голодая, Зыгины постепенно лишались рассудка, начинали в секрете друг друга презирать. Да тайное становится явным: спустя какое-то время всё переросло в животную ненависть, борьбу за выживание. Не удивлюсь, если муж придушил жену одеялом, чтобы питаться ей. Они обитали в самом настоящем малиннике, как стадо на убой. Они уже не были людьми, поймите. Отчаяние, надежда на спасение выражается попытками разбить экранные стены - разломанные пополам торшеры, тумбочка, сломанные кисти главы семейства.

- Ну, а почему их нашли только сейчас? Никто не заметил пропажу? Не думаю, что они тут пару дней.

- Дом не функционировал около трёх недель. Они оба акционеры - нет нужды покидать уютное гнездышко. Тем более, служба социального взаимодействия почему-то исправна и до сих пор: ежедневно она высылала всем друзьям шаблонные письма с вопросами о самочувствии, настроении, выстраивала спонтанные шутки на базовом анализе событий, которые подобрала в Сети. Никто и не заметил отличия виртуального общения с ними от общения с чат-ботом. Одна только мать покойника, взволнованная игнорированием сына её пропущенных звонков, собрала вещи и прилетела сюда аж за пять тысяч километров. Вот, что значит «родители». Только они и беспокоятся о нас. Больше не на кого положиться...

Через пятнадцать минут Шакал уже покинул место преступления. У крыльца он видел одинокую женщину с аккуратно заплетенными в косу седыми волосами. Опустив голову, старушонка теребила в руках вязаный тёмно-синий свитер. Редко всхлипывала, но глаза свои не отрывала. Её тело не менялось, однако по бессмысленному взгляду можно было прочесть отречение от всего окружающего мира. Горькая обида, вернее сказать, неумолимая трагедия, связанная с потерей близкого человека, разрывала внутреннюю плоть, как мясник свиную тушку. Острым топором по жилкам, резко и сильно. Чем больше крови, тем вкуснее. Какое-то мокрое пятно возникло на свитере в её руках. И ещё одно. И третье. Дождь полил с особой жестокостью. Может, это были слёзы всех матерей Земли, что расстались навсегда с детьми. Может, кто-то свыше старался смыть пятна скорби с этой невинной души. Но женщина стойко стояла на ногах, словно статуя. Залезая в автомобиль, Шакал снова жадно закурил...

Было занято тридцать два дома из пятидесяти построенных.

© Константин Жеребцов, 2018
Дата публикации: 02.07.2018 10:50:52
Просмотров: 255

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 94 число 9: