Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Мубарек

Владислав Толоконников

Форма: Рассказ
Жанр: Заметки путешественника
Объём: 8943 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


В самом начале, когда вам больше все¬го нужна помощь, она никогда не прихо¬дит. Вам остается полагаться только на себя. Когда же вы добьетесь успеха, люди, которые прежде пальцем о палец не ударили, чтобы помочь, все как один начинают виться вокруг вас, дружески похлопывать вас по спине и наперебой предлагать свою помощь.

Джерральд Даррелл.
«Зоопарк в моем багаже»


4. Мубарек

Приехав в декабре на самый юг Аравийского полуострова, мы изнывали от жары. Местное население с удивлением смотрело на нас, как мы купаемся в емкосте воды для технических нужд. Сами они ходили в легких куртках, а утром надевали солдатские шапки, в точности такие, какие носят зимой солдаты у нас в армии.
Нашего «партайгеноссе» Денисова удивляло местное население, их обычаи, как харис (охранник) при температуре в плюс двадцать градусов, закутывается в одеяло, как люди кушают сидя на земле, но больше всего его удивляло и расстраивало, что на контракте не будет централизованной подачи питьевой воды и не будет канали¬зации. Мы, специалисты из Узбекистана, относились к этому спо¬койно, так как местные обычаи населения были похожи на обычаи у нас на родине.
Нам надо было производить лабораторные работы, связанные с определением качества строительных материалов. Оборудова¬ние и приборы для строительной лаборатории лежали в ящиках на складе, а помещения не было. Начальник контракта отмахивался и не хотел строить. В конце – концов, нам самим при¬шлось строить помещение. Вот на этих работах я познакомился с рабочим Мубареком. Он работал на полигоне, где мы обучали рабочих изготавливать бетонные блоки для будущих гидротехни¬ческих сооружений.
Здесь блоки назывались почему-то бардинами, хоть они и имеют размеры наших блоков. Вечером, разведя раствор, мы занимались кладкой стен здания лаборатории из этих блоков. Когда высота стен достигла одного метра, мне стали помогать и другие парни: Паша, Юра, Виктор, а иногда приходил и Лев. Странно было наблюдать, как главный инженер работал, а наши рабочие в это время отдыхали.
Когда стены были готовы, все плотничные работы по перекры¬тию здания и устройству навеса, окон и дверей мы также взяли на себя. Кроме помещения для лаборатории, мы с Мубареком сдела¬ли навес, где стояла бетономешалка и навес для рабочих, где они могли пить чай в десять часов утра. Пить чай ровно в десять часов утра, видимо осталось еще от англичан, ведь Йемен был их коло¬нией до 1966 года. Теперь у меня было помещение, и я мог присту¬пить к лабораторным работам. Мубарек очень интересовался, что я делаю, и никак не мог понять для чего это все, а я не мог объяснить ему, простому деревенскому парню, у которого было образование 5-6 классов, зачем все это.
Однажды рабочие из бригады Мубарека стали говорить: – Бук¬ра зувак, дана-дана. Что это такое, я узнал у нашего переводчика. Оказывается, завтра будет свадьба у Мубарека, и все будут петь дана-дана. Это вроде нашего, ой люли, люли.
Невеста Мубарека жила в соседнем поселке Мейфа, а ее надо было привезти в поселок, где жил Мубарек и назывался он Батейс. Это было совсем близко, километров 5-6, но нужна была машина. Тогда мне уже выделили автомашину Нива, так как приходилось бывать на всех строящихся объектах. Вот эту машину я и попросил использовать для перевозки невесты. Мне это разрешили сделать, и когда я сказал об этом Мубареку, он был очень рад. Полдня мы с ним мыли машину, стирали чехлы на сиденья, на капот при¬вязали украшения в виде ленточек, а вечером поехали за невестой. Где ее дом я сразу понял, увидев толпу молодых людей. Мубарек выскочил из машины и куда-то убежал. Через некоторое время невеста подошла к машине с двумя своими подругами, у них были какие-то большие свертки, а лицо невесты было закрыто платком. Мубарек вышел в новом омаме (платок для головы), в новой футе (юбка), и сказал: – Елла рух, аху (давай брат поехали).
У мусульман свадьба, это праздник для всех. Любой может прийти и поздравить новобрачных, но нужен подарок, а угостят его, что бог пошлет, поэтому пока мы ехали, а ехали потихоньку, нас по всей дороге приветствовали люди. Особенно много народа собралось на площадке рядом с домом Мубарека. Здесь стояли и играли музыканты, двое на небольших дудках и один на барабане. Невеста с женихом и подругами вошли в дом. Меня пригласили войти тоже.
До этого вечера магическое слово «Зувак» было три дня на языке наших рабочих. Я тогда подумал, почему они так страстно обсуждают будущую свадьбу, подумаешь событие, попляшут, покушают плов и разойдутся. Все оказалось значительно привлекательнее, чем я думал. Пока подходили люди с подарками, поздравлениями, все было чинно, благородно. Но вот в торжестве произошли какие-то перемены, молодые люди в национальных одеждах – длинные рубашки, юбки вместо брюк, на голове тюрбаны из платков амаме, вышли в круг и стали плясать ритмичный танец «Джамбия». Джамбия – это большой, широкий национальный кинжал его носят в красивых, загнутых как полумесяц ножнах, на широких богато украшенных поясах. Молодые люди страстно плясали танец с поднятыми кинжалами, они стремительно поворачивались, наклонялись, приседали, сходились в одну единую группу, а потом опять шли по кругу, в каком-то неповторимом ритме. Все собравшиеся на свадьбе мужчины звонко хлопали в такт ритма и что-то напевали, и теперь становилось не ясно, танец это или сценическое действие всей свадьбы. Только закончился этот огненный танец, как в круг вышли одни женщины, но не совсем молодые, и вот удивительно, они стали танцевать «Самбу». Танцевали они ее страстно, их ноги мелькали в ритме танца, молодежь все больше распалялась, хлопала им в такт музыки, а некоторые щелкали пальцами. Когда пляска закончилась, разгоряченные танцовщицы выбежали из круга и скрылись в темноте ночи среди финиковых пальм, потрескивающих на ветру своими твердыми как пластик ветвями. Там, в этой темноте, их поджидали страстные молодые люди. Ах, вот в чем дело! Вот почему наши молодые рабочие три дня обсуждали Зувак. Только на свадьбах как бы разрешаются эти шалости, и потому так ждут эти свадьбы молодые люди.
Мубарек появился на работе только через три дня, и весь этот день вся бригада вела разговор только про свадьбу. В отличие от наших свадеб, на Востоке не пьют спиртного, главное угощение это плов, жареная рыба, сладости и лимонад, они называют его шарап.
После свадьбы Мубарек стал плохо работать, был вялым, ка¬кой-то сонный. Когда я его спрашивал, в чем дело, он говорил, что жена не дает ему спать, а потом добавлял муш тамам (очень плохо). Только через месяц он пришел в свою норму, и каждое утро опять делал различные сообщения, его так и называли человек-радио. Наши механизаторы курили сигареты марки «Памир», это такие горлодерки, ну просто жуть. Сами арабы курили хороший голланд¬ский табак. Однажды они попросили сигарету у нашего механиза¬тора на пробу. Когда один из них затянулся этой сигаретой, то ему стало плохо, он бросил ее на землю, стал ее топтать, приговаривая - Марихуана, муш тамам. - Больше они сигарет не просили.
По работе мне приходилось рабочим делать замечания по качес¬тву и количеству сделанной работы. Молодые арабские рабочие слушали, кивали головами и улыбались.
Однажды, на следующий день после таких замечаний, я не смог пройти в лабораторию, так как на пороге был скорпион. Он был привязан за одну лапку ниткой, а нитка была прикреплена к па¬лочке воткнутой в землю. Скорпион ходил по кругу около двери, рабочие сидели в сторонке и наблюдали, что будет дальше. Я не Джеральд Даррелл и мне пришлось прибить эту тварь, но на этом их проказы, оказывается, не кончились. Так как у нас ничего не за¬крывалось и ничего не воровалось, двери во все помещения были без замков, и войти в помещение мог любой.
Я вошел в лабораторию, сел за стол и только приступил к ра¬боте, как почувствовал, что по моей ноге что-то ползет. Я глянул под стол и оцепенел. У меня по ноге полз огромный коричневый, усатый жук. Величиной он был с мою ладонь. Я сидел как загип¬нотизированный и не мог двигаться. Собравшись с духом, я сбил эту тварь с ноги и выскочил наружу. Вся компания смеялась до слез. Вот такие были шутки. Как потом оказалось, это был совсем безобидный древесный жук.
На следующий день Мубарек начинает подлизываться: утром подходит, здоровается, называет меня Вадим май френд, просит у меня взять из холодильника холодной воды, а потом спрашивает: - У вас зимой холодно? Я отвечаю – Да, холодно. – А как холодно? Я открываю ему морозильную камеру, показываю, и говорю – Вот так холодно. Он не успокаивается и все пристает: - А что вы кушаете? Объясняю, что летом сажаем картошку, другие овощи и все складываем в погреб. – О! Так вы как мыши, они тоже все таскают в норку, а зимой кушают – говорит Мубарек, а я ему поддакиваю – Да мы как мыши, только мы работаем.








© Владислав Толоконников, 2018
Дата публикации: 31.08.2018 07:59:44
Просмотров: 447

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 17 число 96: