Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Александр Кобзев
Леонид Зуборев



Рудик

Ольга Рябцева

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 9634 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Приключения рыбака-земляка Алексея.


Нам тогда лет по 12-13 было, учились в четвёртом или пятом классе. Зима. Мы втроём – я, мой друг Рудик, и ещё кто-то из пацанов, решили порыбачить на Друти, в надежде поймать хорошей рыбы.

Друть - речка не большая и не маленькая, шире нашей могилёвской Дубровенки, конечно, но уже Днепра. Извилистая. А вообще, Друть, как и Дубровенка - правый приток Днепра. А Рудик – мой одноклассник Димка, звали мы его Рудиком из-за его фамилии. Радионов он. У Димки была любимая настольная книжка писателя-рыбака Собанеева, он с ней спать ложился, а нам наизусть из неё рассказывал, как будто стихи читал по памяти, за что мы его и уважали. Отличная книжка была. Спросишь у Рудика – а какой крючок нужен для ловли карася? Он сразу тебе и ответит – такой-то и такой-то, или ещё что. Да и вообще, Димка читал очень много, и зрение попортил из-за этого. Сейчас он в Москве, работает где-то на стройке. Но рыбалку не бросил. И там продолжает рыбачить.

Речка называется Друть, и железнодорожная станция тоже называется Друть. Добираемся туда сначала на дизеле, а потом пешочком ещё километров пять-шесть по лесу. Подъём в три ночи. До железнодорожного вокзала минут десять пехом по скрипящему снегу под звёздным небом, от одного, качающегося на ветру, жёлтого фонаря к другому. Не лень было и не страшно, охота – пуще неволи. Улицы пустынные, люди не ходят, тем более и собаки не бегают - ночь. Одноклассники перед каждой нашей такой поездкой рассказывали нам страшные истории – пугали. Только однажды ночью мы встретили какого-то пьяного дядьку.

И так, мы в сборе. Дизель “Могилёв-Осиповичи” уже ждёт на перроне Могилёвского вокзала. Платформа ярко освещена, дальше темень. Отправление почти в четыре. До станции в пути чуть больше часа, а вообще, как повезёт. Иногда дизель пропускают на перегонах, а иногда он стоит и стоит, сам кого-то пропускает, тогда кому в вагоне места не нашлось присесть, измучаются стоя. А такое иногда бывает – по праздникам, в основном. Или был год такой, когда пенсионерам разрешили ездить бесплатно. И они этим сразу и воспользовались. По расписанию дизель должен прибывать на станцию в начале шестого, ещё темно в это время.

Билеты мы приобретали только в случае острой необходимости, если таковая вдруг возникала. Обычно обходились - прошмыгнём в вагон с рыбаками, со всей толпой. Скажем, что с дядьками едем, и вперёд. Рассядемся в вагоне так, чтобы сразу можно было заметить контролёра и в случае чего, в туалете спрятаться. Едем, жуём что-нибудь, смотрим как дядьки в карты играют и, развесив уши, слушаем всякие рыбацкие байки. Интересно. Рудик, как всегда, кимарит, а я на ус мотаю, что люди рассказывают. Такое иногда услышишь, что и не знаешь, то ли правда, то ли нет…
Приехали на станцию, вышли из вагона. Самая зима – холодно, а утром так и вообще. Сразу бегом в зал ожидания, на вокзал, и опять слушаем рыбацкие небылицы. Это, пожалуй, одна из интереснейших частей нашей рыбалки.

Когда забрезжил рассвет, взяли свои рюкзаки и пошли, не спеша, на речку по узкой заснеженной тропинке вдоль железной дороги, по лесу, гуськом, один за другим, к заветному нашему месту. А наше заветное место – это затока у большого железнодорожного моста, в лесу. Я уже и не помню, кто нам это место показал. Может быть по рассказам рыбаков сами и разыскали.

Идти нужно в обратном направлении, в сторону Могилёва. Красота в лесу. Деревья в снегу и снег от солнца блестит, сверкает. А иногда шапкой как ухнет вниз с ветки – прямо как взрыв. Морозный воздух за ноздри щиплет. Идём уже минут сорок, но никто не жалуется. Приближаемся, вот и мост показался.

Железная дорога здесь пересекается с рекой под прямым углом. Кругом лес и деревня далеко. Рисковые были. Друть перед мостом делает крутой поворот и образует сразу две затоки. Затока – это небольшой залив, обычно на изгибе реки. Там даже несколько островков, созданных впадающими водами из озерца. В затоке бывает, собирается немало рыбы, и даже крупный лещ попадается. Затока считается зимовальной ямой. А на зимовальной яме, как правило, ловить было запрещено. Но нам было пофиг - можно или нельзя, детьми мы были, не понимали.

Бросили лишние вещи в кучу в одном месте на берегу, тут уже кто-то был до нас – снег утоптан вокруг кострища. Взяли бур-ложку и снасти и сразу на лёд, где русло, где основной ход реки – здесь всегда рыбы больше. Снега не мало и лёд толстый. Наш старый бур слабенький, сверлили по очереди, одну лунку где-то минут за пять делали. И даже не потели. Просто тупо крутили, пока дырка не получится, потом лёд откидывали. Насверлили на каждого по паре лунок. Лунки получались узенькие, сантиметров десять в диаметре.

Лунка полностью заполняется водой, как только бур достанет до воды. И в ней всплывает крошенный лёд. Бывают случаи, когда вода выходит на лёд, не часто, но бывает, наверно, когда лёд на реке прогнётся по каким-то причинам. Достали закидухи - леска с грузом и поводом, на конце которого крючок. Это тоже самое что и летняя снасть - донки. Но мы и зимой на них ловили. Поставили закидухи в лунки с червём, прошептали заклинание – ловись рыбка большая и маленькая и пошли рыбачить в затоке. Потом вернёмся и проверим. Это между делом. А в затоке настоящая рыбалка. Опять сверлили лунки. Иногда сверлим много, а иногда вообще не сверлим - по старым ходим, когда как. Это обычно в оттепель лунки не зарастают.

Через час-полтора у каждого уже было с десяток окуней разного калибра. Теперь можно и подкрепиться. Вернулись к нашей стоянке. Развели костёр из того, что было под рукой – веточки, шишки. Погрелись, веселей стало. Пожарили на прутиках сало и хлеб - на морозе вкусно, да ещё, когда аппетит нагуляешь. Хлеб хрустит. Жареные кусочки сала становятся полупрозрачным, да ещё с дымком. Запить с собой никогда ничего не брали. Так, кто горсть снега съест, кто ледышку пососёт. Из лунки не пили, чтобы не простудиться.

Смотрим - Рудик подкрепился и закимарил. Ну, пусть поспит, а мы проверим закидухи. Удачно получилось, достали ещё парочку хороших рыбёшек. Одна попалась и в снасть Рудика. Кому-то в голову пришла шальная мысль подшутить над ним. Сказано – сделано. Нашли палку, подцепили по середине крючком и утопили в лунке. Подёргали для верности. Возвращаемся Рудика будить, а сами от смеха давимся.

Разбудили, сообщаем ему - там у тебя леска двигалась, иди проверь. Он со сна не разобрался в чём тут дело и как припустит к лунке. Хорошо, что быстро умчался, а то ещё бы чуть-чуть и мы бы заржали. А сами за бугор, и наблюдаем, что дальше будет.

За это время палку течением отнесло. Рудик леску схватил, леска поддалась, подтащил палку. Ещё раз пытается подтащить, а леска уже и не идёт - палка снизу лунку подпёрла, лёд её не пускает. Ходит вокруг лунки, держа леску в руках, и не знает, что делать. Вот уже и на колени опустился, и руку в лунку пробует засунуть, вот-вот, и рукава намочит. И так и сяк потянет, хочется рыбину достать. Но ничего не получается – не идёт рыба. Палку он не видит – вода не прозрачная, со льдинками. Видит что-то тёмное, похожее на спину. Опять встал, чуть не поскользнулся. Не выпуская леску из рук, зовёт на помощь: “Пацаны, сюда, здесь или лещ, во какой… или щука здорове-е-н-н-а-я, сейчас леска порвётся”.

Мы прибежали, типа на помощь, шумим, вид делаем, что помогаем:
“Где рыба? Не может быть... у нас самая крупная не больше килограмма… а у тебя… вот это да!“
“Да я серьёзно! Зуб даю, килограмма на три, в лунку пролезть не может… – палку схватил, в лунке ею толчёт, - да вот же она, вот”.

Глаза у Рудика большие, как у охотничьей собаки, шапку на снег бросил, весь вспотел от переживания, чуб кверху, румянец во всю щёку. Он то реально думает, что рыбина на крючке. Парень совсем распереживался. А багра-то у нас нету, как ему помочь, даже если рыбина вымышленная?

Рудик опять к лунке – чуть ли не носом в неё, опять леску тянет. А леска – шпок, и порвалась.

“Эх, чёрт, с-о-о-о-рвалась!” - Рудик рухнул на снег, повернул голову к нам, ища нашего сочувствия, а у него на лице такое разочарование! Даже ладонями стал шлёпать по снегу.

Мы от такого финала прыснули и тоже попадали, где стояли, уже не было сил притворяться: “Рудик, мы палку тебе подцепили, пока ты спал ха-ха-ха…”

Он оторвал взгляд от лунки и посмотрел на нас так, что мы и не рады были, что признались. Лучше бы пусть думал, что рыбина сама сошла. А сами не можем остановиться, просто заходимся от смеха.

Рудик грозно поднимается, и мы врассыпную. Он за нами, а догнать никого не может – мы шустрее. Согрелись, удирая от него и животы надорвали со смеху. Потом мы поддались понарошку и типа как подрались - погасили переизбыток адреналина.
Но рыбы мы наловили – каждый по пару килограммов. Это не плохо! Подустали, да и замёрзли малость. Время возвращаться на станцию. Идём по знакомой тропинке, с рыбой, конечно, медленнее. Дизель уже на путях стоит, скоро отправится. Загрузились в вагон и поехали.

Вот уже и Хоново. Поезд здесь идёт по высокой насыпи. В насыпи огромная труба, в которую уходит вода из ручья и болотистой местности. Раньше здесь даже пруд был. Я как-то в нём карасей ловил, года четыре назад. Отец дом кому-то строил, а я на пруду, предоставленный сам себе. А ещё дальше там лесок и возвышенная местность, и дачи от фабрики им. Володарского. Отец на этой фабрике работал. Дачи в 1985 году давали. Но нам не надо было. Многие знакомые обзавелись.

На следующий день мы в школе хвастались, как круто на Друти было и как подшутили над Рудиком. Да он и сам потом смеялся. А вообще, классно мы в детстве время проводили. Было это… точно уже и не помню, ведь прошло с тех пор уже лет 25, может и больше, считай – четверть века.


© Ольга Рябцева, 2019
Дата публикации: 09.06.2019 04:38:36
Просмотров: 158

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 19 число 15: