Ненужный Хини

Кямал Асланов

Форма: Эссе
Жанр: Размышления
Объём: 5867 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Живу так давно, что застал времена, когда особых перспектив для развития ситуации к лучшему не наблюдалось. Казалось, что время остановилось. В середине двадцатого века было ещё не до жиру, все крепко держались друг за друга, не делая разницы между родными и двоюродные братьями и сестрами. За редким исключением все одевались одинаково, ели одну убогую пищу, жили в похожих антисанитарных условиях с общим туалетом во дворе, без душевых в домах, раз в неделю, а то и реже ходили купаться в общую баню и так далее. В подобных обстоятельствах своевременно подставленное плечо независимо от кровного родства ценилось выше родства душ. О последней в те годы вообще мало кто вспоминал. Быть бы живу.
С дальним родственником одним из самых светлых воспоминаний моего детства дядей Гуламом наша семья тоже никаких общих интересов вроде бы не имела. Бывший фронтовик, а ныне коренастый крепыш с блистательной лысиной надо лбом в те годы отличался ото всех прежде всего избытком жизненной энергии. В мирной жизни хороший врач. в свободное от основной работы время он ещё и.. строил, постоянно тесал и ворочал камни. У себя в пригороде под названием Бузовна в одиночку вечно что-то возводил, перестраивал, поднимал этажи, заливал бетоном крыши, соорудив таким образов во дворе целый комплекс строений. Так что слетающей к нему регулярно в летний период многочисленной родне, всегда было где приютиться. Люди липли к этому неунывающему человеку. И он же в свою очередь, не жалея ни времени ни сил, каждый раз с готовностью по первому же вызову приезжал на электричке из пригорода в Баку, чтобы сделать назначение моему больному брату. И по традиции старинных врачей, достав из кожаного саквояжа нужные ингредиенты, как опытный фармацевт, сбивал в маленькой фарфоровой ступке нужный порошок для пациента. Как говорится «один за всех и все за одного!»
Но времена медленно, но верно менялись, приходили в движение, с каждым годом жизнь становилась лучше. Люди обрастали жирком. Кто-то, получив возможность, богател и начинал обосабливаться. Другой делал карьеру, выбивался в верхи и балласт родных становился ему в тягость. Третья выходила замуж за состоятельного и знать не хотела бывших бедных родственников, общаясь только с равными себе. Потребность во взаимовыручке слабела. На смену ей выходила общность интересов, близость душ. Нужда в замечательном докторе Гуламе тоже как-то сама собой отпадала. Виделись реже. Преимущественно на свадьбах и поминках. Некогда близкие семьи постепенно отчуждались друг от друга. А с дальнейшим ростом благосостояние, когда уже и отдельные члены семей обрели возможность жить самостоятельно, когда дети научились зарабатывать и перестали зависеть от родителей, когда по той же причине жены уходили от мужей, появились проблемы уже внутри самих семей. Очнувшееся ото сна время получило ускорение. Некогда распавшийся на отдельные семьи род медленно но верно делился теперь уже на самостоятельные личности. До повсеместного разрушения института семьи ещё было далеко, но основы этого процесса закладывались уже в те годы.. Обретшие независимость молодые не хотели считаться со старшими. Жить как они, думать как они, Новое поколение искало уже не соратников, а единомышленников.
Я сам в 19 лет вдруг обнаружил, что мне совсем не хочется ходить, как прежде, в гости к дяде и тёте. Они были хорошие. Но «скучать и думать про себя, когда же бог возьмёт тебя», то есть наносить визиты вежливости в то время когда не терпелось обсудить животрепещущие проблемы с друзьями? - это было выше моего понимания. В результате я отделился от родных, снял себе комнату, стал жить самостоятельно, пойдя работать маркшейдерским рабочим в Метрострое. И пусть не обошлось без скандала, пусть выглядел одиночкой, кто-то из сверстником мной тайно восхищался, а из старших, наоборот, громко возмущался. Жизнь доказала, что я поступил в духе времени. Оно набирало ход, согласно которому каждое последующее поколение ещё больше отдалялось в развитии от предыдущей. И родители сами не заметили, как однажды поменялись ролями и стали вдруг учиться у детей обращению с компьютерами. Отношения с близкими трансформировались со скоростью происходящих вокруг перемен.
Помню, как в детстве мы всей семьёй садились дружно за стол, чтобы послушать новое сочинение отца, который писал юмористические рассказы. Сегодня мои дочери даже понятия не имеют о том, о чём думает и чем занимается их отец на втором этаже за своим лептопом. И я не вправе их винить. Бумеранг вернулся. Мои девочки сегодня демонстрируют ко мне те же отношения, которые я испытывал когда-то к своим родственникам. Мой мир детям не интересен. Не потому что лучше или хуже. А потому что девочки сегодня живут по уставу иных измерений, с которыми им жить. Как и мне с моими доживать. Разрыв между поколениями увеличился, интересы разошлись ещё больше. И я уже давно ничего не советую дочери. Достаточно и того выражение лица, на которое наткнулся когда читал ей любимое стихотворение нобелевского лауреата Шеймаса Хини. Она ничего не поняла. Она вообще не понимает поэзию, хотя и работает по профилю. Тем не менее я сейчас не возьмусь осудить её. Ибо жизнь изменилась. Настолько, что уже целую страну обвиняют в том, что у неё неправильная литература. Так что неправым может оказаться и лауреат. Да и кто даст гарантии, что нынешнему поколению нужен Хини? Ведь как писал Юрий Левитанский:
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
И меня сегодня больше волнует судьба внука. В каком обществе окажется он, когда вырастет? Насколько глубоко разойдутся его интересы с родителями? С кем станет общаться? И как? Будут ли это вообще с люди?

© Кямал Асланов, 2025
Дата публикации: 08.11.2025 20:26:05
Просмотров: 54

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.