Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Ольга Рябцева



Фобия — 3. Часть 3

Сергей Стукало

Форма: Роман
Жанр: Приключения
Объём: 56838 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Часть третья
Жизнь до и после апокалипсиса, политика и история


"Мы стараемся открыть всем глаза на опасность
исламского экстремизма в Крыму, о том, что он
развивается, не встречая сопротивления со стороны
украинских спецслужб. Кто-то видит, а кто-то не хочет замечать.
Мусульмане снимают с себя ответственность за дальнейшее
развитие ситуации на полуострове. У нас — Духовное управление,
а не служба безопасности"…

Муфтий Украины Шейх Ахмед Тамим


Как ни странно, лидеры крымско-татарского Меджлиса, выступающие за отделение Крыма от Украины и за создание на его территории исламского государства, поддерживают "оранжевый" курс президента Виктора Ющенко1… Они поддержали насильственную украинизацию Крыма и даже не отреагировали на то, что на Украине теперь будет одна единственная помесная "филаретовская церковь". Что теперь делать на Украине мусульманам и иудеям? Отказываться от своей веры и от своего родного языка в угоду президенту, который о национальной политике высказывается так, словно он не политический деятель, а сельский бухгалтер1? Вас не удивляет, что по этому поводу не было заявления Меджлиса?
Боровшиеся долгие годы с тоталитарным режимом активисты и лидеры крымско-татарского Меджлиса угрожают расправой тем татарам, которые не поддерживают проющенковский блок "Наша Украина — Народная Самооборона". Обретя власть в национальной среде, меджлисовцы из демократов превратились в диктаторов. Запугивание соплеменников стало для них нормой.

Нариман Абдульваапов, один из лидеров крымско-татарского Меджлиса:
"Это всё политика. Помощь ведущим страну к расколу украинским националистам — первый шаг, крымско-татарская государственность — второй. Мы восстанавливаем свою государственность, и восстановим её обязательно. В пользу этого говорит демографическая ситуация в Крыму и некоторые политические факторы. Через десять лет Крым будет жить в другой реальности".

Михаил Бахарев, вице-спикер Верховного Совета Автономной Республики Крым:
"Я разделяю опасения муфтия. "Хизб-ут-Тахрир", "Араид" и другие организации — действуют в Крыму совершенно открыто: у них есть резиденция в Симферополе и отделения во всех крупных городах Крыма. Здесь строятся мечети на арабские деньги, религиозные обряды проводятся исключительно на арабском языке. Соответствующим образом воспитывается молодёжь. По нарядам и головным уборам видно, что в Крыму немало ваххабитов. Силовые структуры бездействуют. Они подчиняются не крымским властям, а президенту страны… во всём, что произойдёт плохого, будет виноват только он".


Глава третья. Муаллим
Из которой явствует, что тренирующему юных крымских ваххабитов
Инструктору есть о чём вспомнить.

Украина, Крым. 2007 год. 12 августа, полдень. Тренировочный лагерь в окрестностях Ялты

Грубо изготовленный муляж отзывался на каждый нанесенный ему удар глухим деревянным звуком, обильно осыпаясь жёлтыми иглами перебитой остро заточенным лезвием соломенной начинки. Закончив работу в спарринге, Богдан уже второй час, стиснув зубы, с ожесточением отрабатывал упражнения с колющими и режущими предметами. Судя по всему, он был не в духе.
Муаллим громко объявил конец занятий и некоторое время недоуменно косился на явно не услышавшего его команду ученика. Непорядок. Никогда не прощавший своим подопечным непослушания, в этот раз Инструктор от замечания удержался. Не стоит останавливать того, кто так упорен на пути джихада2. Истинные шахиды получаются именно из таких — молодых и упорных.
Ленивым и самовлюбленным — веры нет.

У каждого из нас есть свои фобии. Абу Халид, так звали инструктора, машинально потрогал пересекавший его скулу багровый рубец, и ненависть — застарелая, загнанная глубоко вовнутрь ненависть — всплыла и жёстким спазмом перехватила дыхание. Абу Халид не любил бездельников и позёров. Он считал их главным злом на планете.
Гяуров Абу Халид злом не считал. Это были враги, а убивать врагов было его работой. Выполняя работу, инструктор оставался деловитым и спокойным. Он был профессионалом, и это определяло многое. Другое дело — чванливые лентяи. Однажды из-за одного из таких ни на что не годных идиотов Абу Халид чуть не лишился жизни.
Давно это было…

* * *
Блокпост Краснодарского ОМОНа моджахеды взяли без потерь.
Задремавшего на посту часового Шамиль снял сам. Абу Халида всегда поражала эта особенность амира3 — зачем каждый раз рисковать самому, если с тобой на дело вышла целая стая злых как черти отменно подготовленных моджахедов?
Наверное, правду говорили — недоучившийся инженер-землеустроитель4, почувствовав однажды вкус чужой горячей крови, уже не хотел и не мог остановиться.

Ночевавших в здании блокпоста милиционеров боевики забросали гранатами.
Двоюродный племянник Шамиля, отправленный добить случайно выживших, к поручению дяди отнёсся более чем наплевательски. В пропитанное кислым духом взорвавшегося тротила помещение он даже не зашёл.
Побрезговал.
Помочившись прямо с порога на обильно засыпанный сорванной штукатуркой и кровавыми ошмётками дощатый пол, он счёл свою миссию выполненной и, вернувшись к напряженно замершей группе, доложил, что живых внутри блокпоста нет.
Не ожидавший подвоха Абу Халид первым пересек границу дверного проема, и тут же нарвался на жёсткий удар в голову. Острое ребро защищавшей деревянный приклад автомата стальной накладки рассекло кожу и сорвало мягкие ткани на правой щеке командира трофейной команды.
Выбравшийся из подвала сержант-срочник ударить в полную силу не смог. Контузия. Это обстоятельство и молниеносная реакция спасли Абу Халиду жизнь, но от ранения не уберегли. Падая, он успел выхватить из нагрудного кармана разгрузки свою фирменную заточку и, уже лёжа, метнул её в замешкавшегося противника.
Инструктор давно не знал промахов.
Хорошо сбалансированное лезвие вошло в грудь омоновца по самую рукоять, и только после этого раненый ваххабит позволил себе потерять сознание. Если бы не выработанные в изнурительных тренировках навыки, незадачливый инструктор-араб так и остался бы там — с разбитым черепом на замусоренном полу посечённого осколками блокпоста. Чеченцы не забирают и не выкупают у федералов тела арабских и славянских наёмников. Тот, у кого нет своего тейпа, в их глазах неполноценен и такой заботы не заслуживает.
И в самом деле: если за человека некому отомстить, это не человек — это мясо.

Сутки спустя Абу Халид очнулся в хирургическом отделении Моздокской больницы. К пришедшему в себя боевику немедленно позвали главного врача, который быстро и доходчиво объяснил своему новообретённому пациенту, что числится тот пострадавшим во время сельхозработ разнорабочим из Ведено и звать его теперь Махмуд Дударов.
"Дударов так Дударов, — философски решил Абу Халид. — Аллах Всеведущий, как его раба не назови — не перепутает!" Он ещё не знал, что это имя — лишь первое в череде тех, на которые ему вскоре предстоит откликаться.
Ещё сутки спустя Абу Халида навестил связной от Шамиля. Вместо пароля он предъявил чисто отмытую и любовно отполированную заточку. Ту самую, что осталась в груди убитого омоновца. Затем связной передал арабу его новый паспорт.
Шамиль умел быть не только жестоким, но и рациональным и предусмотрительным: как Абу Халид не вглядывался в чёрно-белую фотографию на четвертой страничке — придраться было не к чему. В потёртом паспорте на его новое имя, как ни странно, была вклеена именно его неизвестно когда и кем сделанная фотография. Хотя… При несошедшем с физиономии отёке, туда, с тем же успехом, можно было вклеить фотографию самого Шамиля.
Шамиль Абу Халиду не нравился.
Несмотря на прирожденные бойцовские качества и непримиримую суть истинного воина, было в амире что-то ненастоящее, суетное. По большому счёту, он тоже был позёром. А позёры непременно подводят не только себя, но и тех, кто им доверился. Позёры нарушают гармонию разумного мироустройства, и в них нет ничего удивительного. Они предсказуемы и корыстны, а потому их всегда можно просчитать или заманить в ловушку.
По-другому не бывает.
От своего отца, избравшего после потери жены аскетичную стезю ученого улема5, Абу Халид знал, что в списке девяноста благословлённых Аллахом чудес света позёры не значатся. А, значит, не значится и будущий командующий боевыми формированиями Чеченской республики Ичкерия6.
И лишь однажды амир всё же удивил Абу Халида. Поздним вечером, в Будённовске7, в посечённой пулями больнице, он вызвал Инструктора к себе, в кабинет главврача, и, наставив на него пистолет, поинтересовался — откуда тот, будучи сирийцем, так хорошо знает русский язык?
— Постарайся быть убедительным, — посоветовал только что разговаривавший с федералами Шамиль. — А то я сегодня перенервничал и могу застрелить. Ненароком.
— Стреляй, — сказал Абу Халид. — Главное, сам потом застрелиться не забудь.
— Это ещё почему? — заинтересовался только что расстрелявший пятерых заложников8 Шамиль.
— Ты — тоже хорошо говоришь по-русски, — пожал плечами Инструктор.
— Сравнил! — фыркнул амир и, поставив пистолет на предохранитель, спрятал его в карман. — Я с самого рождения только и делал, что говорил на русском. Во дворе, в детском саду, в школе, в институте, в армии… — Шамиль помолчал, стёр с лица улыбку и, уставившись на Инструктора тяжёлым немигающим взглядом, добавил: — А вот почему родившийся в Дамаске наёмник говорит на русском без малейшего акцента — это и в самом деле любопытно…
— Дело в том, — снова пожал плечами Абу Халид, — что я родился не в Дамаске, а в Кунейтре. Но с 73-го, после того как израильтяне превратили её в руины и убили мою мать, жил в семье дяди. В Дамаске. И там, вместе с его детьми, ходил в детский сад при русском посольстве, а затем — в школу, в которой учились дети русских военных специалистов. Дядя служил при русской военной миссии, и я мечтал стать военным. Как он. Думал, вырасту — поеду в Россию и выучусь на лётчика.
— Хотел отомстить за Кунейтру? — уточнил Шамиль.
— Не только. Мне всегда хотелось летать.
— Почему же тогда ты мстишь тем, кто тебя и пальцем не тронул и сидишь здесь, на шаткой больничной табуретке в захолустном Ставропольском райцентре, а не за штурвалом штурмовика в сирийском небе?
— По воле Аллаха и медицинской комиссии, мой путь к Джихаду оказался короче, чем у тебя, или твоего, успевшего побывать и офицером, и лётчиком, президента9, — ответил Инструктор. — И, кстати… ты, наверное, не знаешь, но этот "захолустный райцентр", в момент его основания, звался вовсе не Будённовск. И даже не Прикумск. Три века он был известен как торговый город и назывался Маджар10.
— По воле Аллаха, — усмехнулся Шамиль, — про Золотую Орду здесь уже давно забыли, а вот меня — запомнят надолго. Что касается президента — я и сам им чуть было не стал11. Но ещё стану, потому что выиграю эту войну и объясню русским, кто здесь хозяин. Меня не остановить. Я этого уже почти добился.
Несостоявшийся президент Ичкерии, захватив город, на самом деле отрабатывал "заказ" противников транспортировки каспийской нефти через Чечню и Россию. Но говорить ему об этом Абу Халид не стал. И в самом деле — в озвучении очевидных истин мало чести. Даже недоумку понятно, что в стране, где террористы захватывают целые города и больницы, и никто не может гарантировать защиту собственных граждан — глупо ручаться за бесперебойное функционирование какого-то нефтепровода. Особенно, если этот нефтепровод проходит по проблемной территории.
Обладавшего аналитическим складом ума Абу Халида всё чаще раздражал чеченский вариант джихада, в котором каждый недоучившийся выскочка мнил себя амиром и, проливая крокодильи слёзы о благе и свободе народа, на деле поступал не так, как велят Коран и Шариат, а так, как захотели платящие долларами заказчики. Абу Халид побывал во многих странах, жители которых вели джихад, но никогда не видел, чтобы кто-то их них резал и предавал друг друга с таким упоением, как это делают вайнахи.
Как мусульманин, Инструктор верил, что Джихад нельзя считать истинным, если его целью не является добиться довольствия Аллаха, поднять флаг истины и устранить ложь. Кто воюет ради мирских благ или чтобы показать силу или ради славы — для того у Аллаха награды нет.
Впрочем, Абу Халид ничего не имел против денег. Он и сам был наёмником. Однако считал недостойным правоверного мусульманина поступком — отправлять своих единоверцев на верную смерть, не расплатившись с ними за уже убитых врагов. Кроме того, Джихад, сделанный без веры и соблюдения уложений Шариата, не считается Джихадом. Всевышний Аллах определил в Шариате границы для любого дела, в том числе установив, кого нельзя убивать в Джихаде: престарелых людей, инвалидов и тяжело больных, а также женщин и несовершеннолетних детей (за исключением специально оговоренных случаев). Абу Халид знал — кто самовольно нарушит эти границы, тот станет преступником и ослушником в глазах Аллаха.
Инструктору не хотелось быть ослушником.
Кроме того, ему не нравилось, что амир никогда не возвращает родственникам смертников незаплаченные за участие в прошлых операциях деньги, а обещанную за их гибель компенсацию чаще всего выплачивает фальшивыми купюрами. Но больше всего Инструктору не нравилось то, что Шамиль не платит и ему тоже. Уже полгода. Мотивируя задержку соображениями лучшей сохранности заработанных подчиненными сумм…
Впрочем, говорить с амиром на тему денег было себе дороже.
— Остановить можно любого, а "чуть" и "почти" — по-русски не считается, — только и заметил ему Абу Халид и, не дожидаясь разрешения, вышел из кабинета.
Он помнил, что воюющий на пути Аллаха моджахед обязан подчиняться амиру. Но помнил и другие слова Пророка: "Если амир призывает к греховным делам, нет ему ни послушания, ни подчинения".

Останавливать Инструктора Шамиль не стал.
Дождавшись, когда за Абу Халидом закроется дверь, он с досадой сплюнул в стоявшую возле письменного стола пластиковую урну, вздохнул, с сожалением пощупал лежащий в кармане пистолет и мысленно пожелал строптивому Инструктору попасть под случайную пулю. Если такое случится, то заработанные Абу Халидом восемь тысяч долларов можно будет оставить себе. Впрочем, надеяться в этом вопросе на федералов было глупо — их снайперы совершенно ни на что не годились.

* * *
От разглядывания собственной вклеенной в паспорт фотографии погрузившегося в воспоминания Абу Халида отвлёк деликатно кашлянувший в ладонь связной.
— Что мне передать амиру? — спросил он, осторожно взглянув на Инструктора.
— Передай... что земляк4 амира, Махмуд Дударов, благодарен ему и… не сердится на его племянника.

Когда связной ушел, в палату зашел главврач и поинтересовался, не нужно ли чего.
Абу Халид любовно погладил украшенную яркими полосками пластиковых вставок наборную рукоять заточки и отрицательно помотал головой.
Всё, чтобы чувствовать себя в этой жизни уверенно, уже было при нём.

* * *
На третий день, сразу после утреннего обхода, в больницу пришёл милицейский капитан. Милиционер был русским, но, несмотря на это обстоятельство, совершенно трезвым и, как отметил Абу Халид, форму носил не как сантехник свою пропахшую фекалиями робу, а как вторую кожу.
Настоящие милиционеры такими не бывают. Во всяком случае, Абу Халид таких не знал.
Цепкий взгляд милиционера не на шутку встревожил инструктора, а своей интуиции Абу Халид привык доверять. Не понравилось ему и то, что капитан переписал паспортные данные находившихся на излечении больных.
Ждать нежелательного развития событий Инструктор не стал. С наступлением сумерек он оделся, проверил, при нём ли его новый паспорт и удобно ли лежит в кармане заточка, и, особо не скрываясь, выпрыгнул в окно.
Связной амира оказался дома и позднему визиту Абу Халида не удивился.
Надо полагать, он к такому привык.

* * *
Два дня Инструктор отсыпался в оборудованном словно военный бункер бетонном подвале связного, а на третий получил от Шамиля распоряжение — переправиться в сопредельную Грузию, в Тбилисский госпиталь. А потом — после пластической операции и излечения — к Руслану Гелаеву12, в тренировочный лагерь в Панкисском ущелье.
Полученному приказу обрадовался — он как нельзя лучше способствовал реализации задуманного: если бы Абу Халид простил свою порванную скулу — он бы потерял лицо.
Кто бы потом его уважал?
То, что Шамиль с ним всё-таки расплатился — ничего в планах Абу Халида не меняло. Денежные и имущественные отношения и долг чести существовали в его мироощущении раздельно, не пересекаясь.

* * *
Три дня спустя, когда Инструктора глухими горными тропами ущелья Чаеха вели через грузинскую границу, племянника Шамиля уже похоронили.
Абу Халид не сомневался — в окружении амира наверняка нашлись доброхоты, которые доложили тому — чья заточка осталась загнанной по самую рукоять в правой глазнице его бестолкового родственника. Наверное, племянник что-то такое предвидел, поэтому спал достаточно чутко и, перед тем как порадовать Аид своим визитом, всё же успел закричать. В доме началась суета, и возиться с застрявшей в кости заточкой времени не осталось.
"Справедливая месть — угодна Аллаху, и раз он решил, что на месте казни должна остаться улика — так тому и быть. Всё, что ни делается на путях Аллаха, делается по Его воле", — решил Абу Халид и легко перемахнул высокий кирпичный забор загородного дома родителей дурака-племянника. Потерянная заточка осталась в прошлом, и больше о ней он не вспоминал.


* * *
— Столица называется… Эти придурки совершенно не умеют лечить, зато взятки берут так, словно продают билеты на стриптиз. На первый ряд. Даже в Моздоке врачи лучше… — бурчал сосед Абу Халида, массируя свою недавно прооперированную руку.
Подселённого час назад в палату к Инструктору соседа звали Вахой. На разминаемой руке у Вахи отсутствовал мизинец, а на непрерывно бурчащей голове — правое ухо. Зато на его физиономии наличествовала аккуратная "шкиперская" бородка, а на безымянном пальце неповрежденной левой руки — увесистый золотой перстень. Лицо и выглядывавшие из закатанных рукавов пижамы предплечья соседа были исполосованы свежими шрамами. По странному стечению обстоятельств, шрамы не затронули украшавшие руки боевика наколки с морской символикой. Из-за наколок, шрамов и бородки русоволосый крепко сбитый "воин Аллаха" походил не на моджахеда, а на побывавшего в акульей пасти норвежского рыбака.
По принятому среди ваххабитов обыкновению — усы у Вахи были сбриты.
"Ещё один позёр", — определил Абу Халид и недовольно покосился на зашедшую без стука грузинскую медсестру.

Медсестра принесла свежее постельное бельё и два закрепленных на сферической пластиковой подставке флажка. Немного поколебавшись, определила флажки на сиротливо скучавший вблизи входной двери письменный стол. Аккуратно расправив их лавсановые полотнища, она с пару мгновений полюбовалась получившейся картинкой, а затем согнала пациентов с их мест. Пока грузинка возилась с заменой постельного белья — Ваха откровенно пялился на её широкий зад, непрерывно цокал языком, как заведённый подмигивал и, расправив плечи, оглаживал бороду.
Медсестра на его ужимки внимания не обращала.
Надо полагать, она к такому привыкла.
Ваха же не находил себе места — токовал как тетерев в пору цветения подснежников.
Инструктору стало неловко, и он отошел к столу. В поле зрения попали оккупировавшие письменный стол флажки. Зелёный, с красно-белыми полосами и полулежащим волком, флаг независимой Ичкерии Абу Халид опознал без проблем, второй — с чёрно-белым прямоугольником на кизиловом фоне — надо полагать был флагом независимой Грузии.

— Какая женщина! — восторженно заметил с трудом пришедший в себя Ваха, когда заменившая бельё широкобедрая грузинка, с трудом протиснувшись в дверной проем, удалилась из палаты. — Как думаешь, я ей понравился?
— Аллах запрещает осквернять себя свининой, — поддел исходившего слюной соседа Абу Халид.
— Зато он не запрещает осквернять свинину собой! — парировал Ваха и скабрезно заржал. Отсмеявшись, он поднял над головой изуродованную правую кисть, назидательно оттопырил указательный палец и, описав им широкую дугу, добавил. — Я тебе одну умную вещь скажу, только ты не обижайся: лучше качаться на мягких волнах, чем давиться жилами и костями!
— У тебя дурной вкус. Если тебя не пришибут федералы, то к сорока годам это сделают холестериновые бляшки, — пожал плечами Абу Халид и машинально пощупал новенький пододеяльник.
Судя по его радостной расцветке, а также степени накрахмаленности простыней и наволочек, к находящимся на излечении боевикам должен был пожаловать с визитом очередной высокий чиновник из грузинского правительства.
— Опять будут искать добровольцев на войну с абхазами, — подтвердил догадку Инструктора подумавший о том же самом сосед.
— Согласишься? — с вялым интересом взглянул на него Абу Халид.
— За их лари — пусть ишак воюет! — с досадой сплюнул Ваха. — А абхазов и осетинов я в деле уже видел.
— И как они? — заинтересовался Инструктор.
— Звери, — нахмурился сосед. — Если бы русские были такими — они бы любую войну за полгода выигрывали… — но, поймав ироничный прищур Инструктора, тут же вспылил, горячась, вытаращил глаза, и вскинул над головой в характерном восточном жесте растопыренную левую пятерню: — Да если бы не их лысый Миша, я бы до сих пор ходил на сейнере по Атлантике и ловил тунца, а Дудаев — командовал дивизией и летал на бомбардировщике!!! Хлебом клянусь!!!
— Оставь скумбриевых и хлеб в покое! — посоветовал не любивший показного пафоса Абу Халид и, ткнув пальцем в направлении покрасневших от прилива крови шрамов на руках соседа, поинтересовался. — А эти "украшения" ты от абхазов получил?
— Я за абхазов воевал! — возмутился тот. — Вот этими руками "грызунов" рвал!!!
— Значит, это грузины тебе палец отгрызли? — съязвил Инструктор. — Или всё же слабаки-федералы постарались?
— Что грузины, что федералы — воевать не умеют, — буркнул не захотевший поддержать тему Ваха. — Но тебя, умник, думаю, тоже не конь лягнул…
— Я на грабли в детстве наступил, — обезоруживающе улыбнулся Абу Халид. — Молодой был, глупый.
Ваха шутки не оценил. Надулся, улёгся на койку, с независимым видом закинул руки за голову, а вскоре и вовсе отвернулся к стене.

* * *
Часа через полтора дверь палаты снова отворилась и в неё проследовала целая делегация одетых в белые халаты посетителей. В этот раз их было необычно много: шесть человек, не считая главврача. Предупредительно открывший дверь грузинский эскулап так и остался в дверном проёме, выпучив в показном усердии глаза и придерживая задом норовившую захлопнуться створку.
Вошедший первым пожилой грузин был абсолютно сед. У него были грустные водянистые глаза матёрого пройдохи и неопрятно кучерявившиеся пушистые бакенбарды.
Внешностью грузин чем-то напоминал недавно убитого премьер-министра Израиля Ицхака Рабина.
Вслед за седым, оттеснив главврача плечом, протиснулся давний знакомый Абу Халида — Руслан Гелаев. Руслан по своей извечной привычке был одет в камуфлированную униформу, но из-за отсутствия в руках автомата и наличия отливавшей рыжим глянцем аккуратно остриженной бороды Инструктор признал его не сразу. Остальных спутников седого Абу Халид видел впервые, но по характерным вислым носам сразу определил — местные.
— Здравствуйте… — сказал седой бесцветным тусклым голосом и одобрительно посмотрел на флажки.
— Здравствуй! — ответил ему Ваха. — Как спалось? Кошмары и запоры не мучили?
— Э-э-э… — растерялся седой и, обернувшись к своей свите, уточнил. — Шутит, да?
Свита угодливо заулыбалась, а Гелаев, особо не скрываясь, показал Вахе кулак.
— Он контуженый. Ещё не отошёл, — извиняющимся тоном пояснил седому Руслан. — Сам не понимает что говорит.
— Воевал? — уважительно взглянул на Вахины шрамы и наколки седой.
— В нарды играл, — буркнул уязвлённый Ваха. — Кто бы мог подумать, что это такая опасная игра!
— Шутит! — окончательно определился седой. — Это хорошо! Любое дело надо делать шутя. Вот и у меня к вам дело…
Он подошел к свободной койке и уселся на неё. Седому тут же подали раскрытую кожаную папку. Он заглянул в неё, печально покачал головой и, коротко взглянув на главврача, поинтересовался — нет ли у того каких-либо срочных дел где-нибудь вдалеке от этого места.
Главврач кивнул, сделал озабоченное лицо и с явным облегчением покинул палату.
Седой удовлетворённо улыбнулся и снова заглянул в папку.
— Садулаев Ваха Магомедович? — уточнил он у соседа Абу Халида и, не дожидаясь ответа, зачастил: — Уроженец Хасавюрта, образование среднее техническое, служил мотористом на эсминце. После увольнения из армии был боцманом на рыболовецком сейнере. В 1991 году в Мурманске с группой земляков ограбил ювелирный магазин. Бежал из-под стражи, убив охранника и следователя и прихватив около килограмма вещественных доказательств в виде ювелирных изделий из драгоценных металлов. Скрывался в Чечне. С августа 1992 года воевал в составе "абхазского батальона" Шамиля Басаева против Грузии; начиная с 1994 года, неоднократно участвовал в боестолкновениях с федеральными войсками Российской Федерации. Разыскивается Прокуратурой РФ за причастность к пыткам и расстрелам военнопленных и заложников, а также за участие в грабежах и актах мародёрства. Множественные осколочные ранения приобрёл уже в Грузии, в тренировочном лагере в Панкиси, разбирая в пьяном виде наступательную противопехотную гранату. Всё верно, ботоно? — участливо поинтересовался у насупившегося Вахи седой.
— Мурма́нск! – буркнул Ваха.
— Что?.. — не понял седой.
— Ударение неправильно, — пояснил боевик. — Моряки говорят — "Мурма́нск".
— Так то моряки… А какой с тебя моряк? — равнодушно заметил седой. — Был когда-то боцман — стал душегуб. Возражаешь? Или не по твою душу из Москвы пришла эта бумага?
И он, переложив в папке пару листов, принялся монотонно зачитывать Запрос Генеральной прокуратуры РФ о выдаче Вахи российской стороне. Затем зачитал ответ Министерства юстиции Грузии о том, что в результате проведенных этим Министерством оперативно-розыскных действий Садулаев Ваха Магомедович на территории республики не обнаружен.
— Ответ ещё не отправлен. Но его отправка и собственно текст зависят от того, договоримся мы или нет… Будет справедливо и правильно, если те, кто помогал отторгать от Грузии её исторические территории — теперь помогут ей их вернуть…
Ваха сразу всё понял.
— Что надо подписать? — спросил он спокойным голосом.
Его отношение к происходящему выдала лишь обильно проступившая на лбу испарина.

— Махмуд Дударов, он же Абу Халид ибн Фагиз?.. — обратился к инструктору седой, дождавшись, когда хмурый Ваха распишется на поданном ему листочке.
— Я буду вам благодарен, — перебил его Инструктор, — если вы избавите меня от необходимости убивать этого дурака и ваших спутников, а также подписывать какие-либо бумаги.
— Да-да, конечно… — сразу же согласился седой. — Более того — вы зря так беспокоитесь! В моей папке о вас нет ни слова!
Он выразительно взглянул на Ваху и тот пулей вылетел из палаты. Вслед за Вахой, поймав кивок своего босса, поспешили выйти и сопровождавшие седого грузины.
— К вам, уважаемый Абу Халид, у нас будут совсем другие предложения. Непосредственно по вашему профилю. В Панкисском ущелье создаётся тренировочный центр. Ботоно Реваз, — кивнул седой в сторону Гелаева, — вам всё объяснит. В случае согласия, вы получите грузинское гражданство и полную свободу перемещений. Материальная сторона дела, думаю, вас тоже не разочарует. Мне же остается лишь откланяться и пожелать вам скорейшего выздоровления.

— Кто он, этот седой?— спросил Абу Халид Гелаева, когда его собеседник покинул палату.
— Халид, ты идиот! — заржал Руслан. — Не узнать "Белого Лиса"!.. Точно — идиот! — и, отсмеявшись, добавил. — Находясь в гостях, надо знать хозяина дома в лицо!
— Ты хочешь сказать, что такой человек будет лично заниматься вербовкой такого дауна как Ваха?
— Я хочу сказать, что засвеченного до печенок Ваху к тебе подсадили, чтобы произвести впечатление. На самом деле они ничего о тебе не знают. Кроме того, что ты из "Аль-Каиды" и вместе с Хоттабом был первым инструктором на базе "Саид ибн Абу Вакас" в Сержень-Юрте и в Абуджафар-лагере13. Но у "Белого Лиса" идея-фикс — создать собственный учебный центр по подготовке диверсантов. Недавно начальник его службы безопасности14 устроил на него неудачное покушение и сбежал к русским. С тех пор всеми вопросами Панкиси "Лис" занимается лично. Никому не доверяет. А Ваха… Ваха похож на Хоттаба. У него даже пальцы на той же руке оторвало. Когда Вахе покрасят голову, исправят нос и уберут пару шрамов — их будет не отличить. Хоттаб хороший инструктор. Как только он согласится работать в Грузии — федералы найдут труп "Однорукого араба"15 в горах вблизи Ведено и отпразднуют очередную "победу над терроризмом". А Хоттаб… Кто его потом будет здесь искать?
— У Вахи все руки в наколках, — заметил Инструктор.
— Значит, вместе со шрамами, со шкуры этого барана срежут и наколки, — пожал плечами Гелаев.
— Зачем тогда был нужен цирк с вербовкой и Абхазией?
— Ну… Просто Хоттаб далеко. И пока ещё не согласился, — улыбнулся Руслан, — а абхазы — рядом. И уже "Белому Лису" насолили, — и, совершенно не к слову, добавил. — "Лис" недавно насчёт меня с Яндарбиевым договорился. На днях возвращаюсь в Ичкерию. Буду вице-премьером в новом правительстве. А тебе "Лис" предлагает не только работу инструктором, но возможность хорошо заработать. Сразу полмиллиона. Вот фотография. Это тот человек, что его обидел. Есть данные, что он сейчас живёт в Дамаске.
Инструктор взял карточку. С фотографии на него смотрел широкоплечий улыбчивый человек с умными пронзительными глазами. За полтора десятка лет, прошедших с момента их встречи в Кандагаре, служивший тогда в отряде специального назначения круглолицый Игорь Гиоргадзе14 заметно раздался вширь и поседел. Не изменился он в одном — от его облика по-прежнему исходила нешуточная угроза. Это чувствовалось даже по снимку.
Меньше всего Абу Халиду хотелось встречаться с этим человеком снова.
— Хорошее лицо, — сказал он Гелаеву, возвращая снимок. — Запоминающееся.
— Соглашайся, — спрятал фотографию в карман куртки Рустам. — Сработаешь как надо, "Лис" и тебя большим человеком сделает. Хочешь, помогу потом купить дом в Рустави? Хозяйку себе туда найдёшь… Соседями будем16.
— Смотрю, ты здесь высоко летаешь... Даже на местное имя откликаться стал … — ушел от ответа Абу Халид.
— По здешнему паспорту я теперь Реваз Гелиани, а после хаджа — Хамзат, — пояснил Гелаев. — Сам пока путаюсь. Ну, так что — дом покупать будешь? Купи мой — недорого отдам. Впрочем, нет — я его себе на всякий случай оставлю. Мало ли как дела в Джохаре9 обернутся.
— Покупать дом и заводить семью стоит лишь в спокойной стране. Однажды "Белого Лиса" скинут с трона конкуренты или сердечный приступ, и ты останешься без покровителя, без дома и без денег. Не боишься, что когда русские пришлют за тобой такую же, как и на Ваху, бумагу — новые власти тебя просто продадут? Недорого. За уже объявленную за твою голову цену.
— Не боюсь! — вскинул пока ещё не оцененную голову Гелаев. — Побеждает тот, кто ничего не боится!
— Ты не прав, Хамзат, — заметил ему Абу Халид, — побеждает тот, кто боится Аллаха.


* * *
Перенеся две не совсем удачные пластические операции в Тбилисской хирургии, и получив на руки грузинский паспорт, Абу Халид не стал дожидаться ни наверняка посланных по его следу кровников, ни готовящегося нападения на Абхазию. Мысленно послав своего бывшего амира в Аид, к заждавшемуся племяннику, он купил билет на самолёт и вылетел в Киев.
Безвизовое сообщение между Украиной и Грузией оказалось как нельзя кстати.

Не задерживаясь в украинской столице, бывший чеченский моджахед направился в Крым. О том, что там, под прикрытием крымско-татарского Меджлиса, действует набирающее силы ваххабистское подполье — не было известно только ленивому.
Когда не говорящий на грузинском Ираклий Бесалашвили, так теперь звали Абу Халида, хлопнул своим грузинским паспортом о стол исполнительного секретаря крымского Меджлиса и заявил, что хочет получить работу, тот не удивился.
Надо полагать, он к такому привык.

Лениво полистав исписанный закорючками грузинского алфавита паспорт, секретарь пожал плечами и, не глядя в глаза украшенному недвусмысленным рубцом киллоидного шрама собеседнику, поинтересовался — какую работу тот хочет получить от Меджлиса.
— Убивать неверных! Ничего другого я не умею! На первых порах согласен делать это за гривны… — обезоруживающе улыбнулся ему Абу Халид.
То, что их разговор велся на русском языке, обоих собеседников не смущало.
На неисповедимых путях Джихада случается и не такое…


* * *
Закончившие тренировку мальчишки долго не решались обратиться к погрузившемуся в воспоминания Муаллиму. Но затем один из учеников, тщательно затоптав выкуренный до самого фильтра окурок, всё же подошел к нему и, помявшись в нерешительности, осторожно кашлянул — уходить без разрешения было бы чревато.
Дисциплина.
Причину появления в поле зрения одного из своих подопечных Абу Халид понял и без слов.
— А-а-а… Абдулла…— улыбнулся он ещё месяц назад звавшемуся Станиславом мальчишке и, кивнув в сторону продолжавшего наносить удары Богдана, распорядился. — Хоттаба не забудьте!

Вскоре закончившие занятия подростки покинули тренировочный лагерь.
До ваххабистского мятежа в Крыму оставалось пять неполных лет.


Примечания и справки:

1Виктор Андреевич Ющенко (укр. Віктор Андрійович Ющенко) — третий президент Украины (избран на эту должность в конце 2004 года) — и в самом деле начинал карьеру в должности помощника главного бухгалтера колхоза "40-летие Октября" в селе Яровое Ивано-Франковской области. Другие, казусные факты его биографии: в армии служил в пограничных войсках КГБ СССР; отец — Андрей Андреевич (1919—1992), участник Великой Отечественной войны, уже в её начале попал в плен; старший брат — Пётр Ющенко (род. 1946), народный депутат, глава корпорации "Петрогаз". В.Ющенко долгое время возглавлял банк "Украина", входивший в число трёх крупнейших на Украине. Банк в 2001 году обанкротился из-за скандала вокруг вскрывшихся махинаций. Ющенко в этой связи к ответственности не привлекался, он уже был премьер-министром Украины и пользовался юридическим иммунитетом. После отставки с поста премьер-министра и до парламентских выборов 2002 года возглавлял Украинско-российский институт менеджмента и бизнеса им. Б.Ельцина. Сторонник сближения с ЕС и США, а также интеграции Украины в НАТО. Неоднократно поднимал вопрос об увеличении арендной платы за пребывание в Крыму Черноморского флота РФ. Находится в личных дружеских отношениях с Михаилом Саакашвили. Женат вторым браком. Вторая жена — гражданка США украинского происхождения Екатерина Чумаченко (по первому мужу Кэтрин Клэр) — длительное время являлась американским госслужащим.
2Джиха́д (священная война, название происходит от арабского — “усилие, усердие”) — вершина столпов религии Ислам. Джихад обязателен, и, по мере возможности, каждый дееспособный мусульманин должен участвовать в нём своим имуществом, душой и словом. Те верующие, которые с терпением одолеют составляющие Джихад трудности и сложности, успешно проходят экзамен Аллаха и добиваются его довольства. Человек, делающий Джихад на пути Аллаха — является моджахидом. Целью Джихада не является завоевать какую-либо территорию и потом угнетать местных жителей, убивать, унижать их или наказать; цель — донести туда Ислам, мир и процветание, освободить их от поклонения ложным богам, вывести их из болот джахилии к свету веры, устранить несправедливость и установить Исламскую справедливость. Если кто-нибудь нарушит установленные Аллахом границы Джихада, он станет на путь преступления и навлечёт на себя его гнев. Джихад — один из основных видов поклонения, и его совершают только истинно уверовавшие мусульмане, Аллах принимает Джихад только от них.
3Эми́р или ами́р (араб. امير‎‎ — ’amīr — повелитель, вождь) — в некоторых мусульманских странах Востока и Африки титул мусульманского правителя, равнозначный титулу князя. Употребляется также в значении "предводитель мусульман". До возникновения ислама эмирами назывались полководцы, затем — мусульманские правители, осуществляющие светскую и духовную власть. Также титул эмира присваивается сыновьям арабских монархов. Персидский титул мирза является сокращённым вариантом амир заде (перс. امیر زادح — amir zâdah) — "сын эмира".
4Баса́ев Шами́ль Салма́нович (он же Абдаллах Шамиль Абу Идрис). Родился в 1965 году в селе Ведено Веденского района Чечено-Ингушской АССР. В 1982 году окончил среднюю школу. Проходил срочную службу в Военно-воздушных силах СССР. Трижды неудачно поступал на юридический факультет Московского государственного университета. В 1987 году поступил в Московский институт инженеров землеустройства, но был отчислен со второго курса за неуспеваемость. До 1991 года работал в Москве. В начале 1991 года вступил в войска Конфедерации народов Кавказа (КНК). В августе 1991 года принимал участие в обороне Белого дома. В 1992 году был назначен командующим войсками КНК. С августа 1992 года принимал активное участие в военных действиях в Абхазии. Командовал отрядом чеченских добровольцев, Гагринским фронтом, затем был заместителем министра обороны Абхазии. В августе 1996 года Басаев с трехтысячным отрядом боевиков захватил город Грозный. На тот момент он имел девять ранений и семь контузий. По информации спецслужб, Басаев стоял почти за всеми крупными терактами в России. В их списке можно упомянуть взрыв дома в г.Каспийске (ноябрь 1996), взрыв железнодорожного вокзала в Пятигорске (апрель 1997). 7 августа 1999 г. около 400 боевиков под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба вторглись на территорию Дагестана. Он стоял за взрывами ТЦ "Охотный ряд" в Москве, жилого дома в Буйнакске, двух жилых домов в Москве, жилого дома в Волгодонске (сентябрь 1999 года, погибло 316 человек и около 700 было ранено). 23 октября 2002 года в Московском Театральном центре "Норд-Ост" на Дубровке по указанию Басаева отряд террористов под руководством Мовсара Бараева взял в заложники находившихся в здании зрителей и актёров — всего более 800 человек. В ходе операции по освобождению заложников все террористы — 32 мужчины и 18 женщин — были уничтожены. Погибли 128 заложников. До мая 2001 года Басаев скрывался в селе Дуиси Ахметского района Грузии.
Басаев причастен и к взрыву Дома правительства Чечни 27 декабря 2002 года (погибли более 70 человек и получили ранения 210), к подрыву военного госпиталя в Моздоке (август 2003 года) (погибли 50 человек). 22 июня 2004 года он организовал нападение на Назрань (Ингушетия) (убиты 98 человек и 200 ранены). 24 августа 2004 года по поручению Басаева были совершены теракты в самолетах Ту-134 и Ту-154 (погибли 89 человек). Он же планировал захват заложников в Беслане (сентябрь 2004 года, погибло 330, ранения получили 728 человек) и убийство во время праздничного парада 9 мая 2004 года президента Чечни Ахмада Кадырова.
Упомянем в этом ряду взрыв рейсового автобуса в Ингушетии (сентябрь 2001), взрывы на рынках в Астрахани (октябрь 2001), Владикавказе (ноябрь 2001) и Самаре (июнь 2004), взрыв праздничного парада 9 мая в Каспийске (2002), взрывы в Москве (июль 2003, февраль и август 2004), в электропоездах в Ставропольском крае (сентябрь и декабрь 2003).
Басаев публично взял на себя ответственность за планирование и реализацию всех этих преступлений. 12 октября 2005 года один из самых кровавых террористов современности Шамиль Басаев был убит в окрестностях ингушского села Экажево. Согласно официальной информации спецслужбы РФ через подставных лиц продали ему начиненный взрывчаткой грузовик.
От чеченского террориста №1 остались только часть головы и протез.
5Улем — ученый толкователь Корана и Хадисов, знаток исламского богословия и уложений Шариата.
6Командующим боевыми формированиями Чеченской республики Ичкерия (ЧРИ) Шамиль Басаев стал после смерти Джохара Дудаева в конце апреля 1996 года. В боевые действия на стороне сепаратистов он вступил летом 1994 года, после начала гражданской войны в Чечне.
7Захват Будённовска. 14 июня 1995 г. полторы сотни возглавляемых Шамилем Басаевым террористов захватили более 1600 заложников и, загнав их в городскую больницу, заняли в ней круговую оборону (среди заложников находилось около 150 детей и много беременных женщин).
8Расстрел заложников в Будённовске. Продолжавшийся шесть дней (с 14 по 20 июня 1995 года) захват стоил жизни 147 мирных жителей, сотрудников милиции и военнослужащих, более 400 получили ранения. 15 июня Шамиль Басаев, обидевшийся на то, что к нему не пустили журналистов, расстрелял пятерых заложников. Террористы убивали заложников, и когда снайперы доставали кого-нибудь из боевиков. Шамиль Басаев требовал от России прекратить военную операцию в Чечне и организовать встречу Джохара Дудаева и Бориса Ельцина. 17 июня были предприняты два неудачных штурма. При их проведении в основном пострадали заложники: боевики прикрывались их телами. Террористы переиграли российских силовиков по всем пунктам. Они смогли проехать по территории, контролируемой ВС и МВД, разгромить ГОВД, захватить больницу, заложников, диктовать свои условия высшему руководству страны и вернуться домой целыми и невредимыми. Власти перед ними капитулировали.
После этого по России прокатилась целая серия террористических актов, а принявший условия террористов B.C. Черномырдин получил звание почётного жителя Будённовска.
Не так давно в Будённовске инициативная группа, собрав необходимое количество голосов, направила запрос в местную Думу запрос о лишении бывшего премьера России этого звания.
9Джоха́р Муса́евич Дуда́ев (Djohar Dudaev) (15.04.1944 года — 22.04.1996 года). Уроженец Чечено-Ингушской АССР. Родился перед самой депортацией, детство провел в Казахстане вплоть до хрущевского разрешения чеченцам и ингушам вернуться на родину в 1957 году. В репрессировавшем его семью государстве окончил курс физмата, затем — Тамбовское высшее военное авиационное училище имени М.Расковой и в 1977 году — Военно-воздушную академию имени Гагарина. В 1968 году вступил в КПСС, из партии формально не выходил. В 1987-91 годах в звании генерал-майора командовал дислоцировавшейся в Тарту авиационной дивизией и возглавлял Тартуский гарнизон. В 90-м отказался выполнять приказ о блокировании эстонского телевидения и парламента (напомним, что в независимой Эстонии советские войска называют оккупационными силами). Был уволен. Будучи в Чечне, 19–22 августа 1991 г. поддержал ГКЧП. Политическую карьеру начал захватив 12 автоматов, два ящика патронов и здание КГБ в Грозном. Такой подход оправдался. Уже 27 октября 1991 г. Дудаев был избран президентом Чеченской Республики. В марте 1992 года своим указом провозгласил Чеченскую республику Ичкерия (вне РФ) и депортировал за пределы Чечни дислоцировавшийся на её территории офицерский корпус. Оставленные вооружение и военная техника перешли в руки боевикам Дудаева. В апреле 1993 года разогнал парламент и Конституционный суд Чечни. С 1 февраля 1995-го по постановлению Генпрокуратуры РФ находился в розыске. Убит в 1996 г. в окрестностях селения Гехи-Чу Урус-Мартановского района (юго-запад Чечни) в результате спецоперации российских силовиков. Был человеком довольно прямолинейным, не лишенным честолюбия, граничащего с амбициозностью.
Жена — художница, имел дочь и двух сыновей.
В 1998 году (при Аслане Масхадове) парламент Ичкерии проголосовал за переименование Грозного в Джохар. Именем Джохара Дудаева названы площадь в Варшаве, улицы во Львове (Украина, бывшая ул. Лермонтова), в Тарту (Эстония), в Риге (Латвия, бывшая ул. Космонавтики), также его имя носит сквер в провинциальном турецком городке. В Баку в 2001 г. издана книга о Джохаре Дудаеве, написанная его женой Аллой Дудаевой.
По официальным данным потери федеральных сил в ходе первой чеченской кампании в 1994-1996 гг. составили 3826 погибшими и 17 892 ранеными, 1906 военнослужащих пропали без вести. С начала второй кампании по август 2000 потери федеральных сил составили 2585 погибшими и 7505 ранеными. Только с 1 сентября 1999 года по август 2000 свои жилища вынуждены были покинуть 502 803 жителя Чечни.
10Маджа́р (Маджары) крупный золотоордынский город в XIII-XV веках на территории современного Будённовска. В 1797 г. на месте пришедшего в упадок городища было основано армянское торгово-ремесленное поселение. Среди первых 500 семей армян, переселившихся туда из различных мусульманских районов Кавказа значительную долю составляли выходцы из Ирана и Карабаха, поэтому поселение было названо Карабаглы. Уже в 1799 г. селение по указу Павла I получает статус города и имя Святой Крест (арм. Сурб Хач), но название Карабаглы до конца XIX века продолжало употребляться даже в официальных бумагах. В 1920-1935 и 1957-1973 годах город именовался Прикумск (по названию реки Кума). В 1935-1957 годах и с 1973 года — Будённовск. Русские компактно проживают на его территории с 1667 года.
11На пост президента Чеченской республики Ичкерия Шамиль Басаев впервые выдвинул свою кандидатуру в октябре 1991 года. Не прошёл — президентом стал Джохар Дудаев. Обидевшись, Шамиль 9 ноября угнал в Турцию пассажирский самолёт Ту-154 из аэропорта Минеральные Воды (после службы в ВВС у него была слабость к самолётам). В Турции Шамиль сдался местным властям и, после переговоров, добился беспрепятственной переправки действовавшей с ним группы в Чечню. Мечту стать президентом не оставил. 27 января 1997 года, в очередной раз проиграл борьбу за пост президента ЧРИ, уступив его в этот раз Аслану Масхадову. Обидевшись, но так и не найдя подходящего самолёта, в 1998 году стал президентом там, где это было проще — в Федерации футбола Чечни. "Футбольную карьеру" Шамиля Басаева 31 января 2000 года прервало ранение, полученное при отходе из окруженного федеральными войсками Грозного. Подорвавшись на мине, он потерял стопу.
12Русла́н Герма́нович Гела́ев (после совершения хаджа — Хамза́т) — чеченский полевой командир высшего звена. Радиопозывные — «Чёрный Ангел» и «Старик». Уголовник, шабашник и террорист. Родился в 1964 году в селе Комсомольское Урус-Мартановского района Чечено-Ингушской АССР. Несмотря на слухи о якобы имевшемся у него высшем образовании окончил лишь три класса сельской школы. Работал в Грозном на нефтебазе. Неоднократно "шабашил" в различных городах СССР. По данным английской Википедии — некоторое время был работником ГАИ (англ. traffic police). К моменту распада СССР имел три судимости — за два разбоя и одно изнасилование. Дважды женат. В 1992 году вступил в национальную гвардию Джохара Дудаева, командовал спецназом. В 1992-1993 гг. вместе с Шамилем Басаевым воевал в Абхазии. В 1994 г. создал и возглавил Мусульманский истребительный полк специального назначения "Борз" ("Волк" — боеспособное формирование, численностью около 200 бойцов. В 1994-1996 гг. во время первой чеченской кампании руководил "Юго-Западным фронтом вооруженных сил ЧРИ" (район Бамута). 16 апреля 1996 года совместно с Хаттабом устроил засаду у села Ярыш-Марды в Аргунском ущелье, в которую попала колонна федеральных войск МВО. Погибли 76, были ранены 54 военнослужащих. Дважды, в марте и в августе 1996 года, захватывал Грозный, что стало поводом для Хасавюртовских соглашений. В том же 1996 году Гелаев совершил хадж в Мекку и прошел подготовку в лагерях Хаттаба на территории Афганистана.
После гибели Дудаева, в апреле 1997 года был назначен вице-премьером в правительстве Зелимхана Яндарбиева, сохранил этот пост и при Аслане Масхадове. В январе 1998 года стал министром обороны ЧРИ. После разгрома основных сил боевиков в январе 2000 года со своим отрядом скрывался в горах Веденского района.
Именно отряд Гелаева, состоящий из тысячи боевиков, 29 февраля 2000 г. напал у села Улус-Керт на шестую роту Псковской дивизии ВДВ. Тогда в бою погибли 84 десантника. В том же 2000 году был разжалован Масхадовым из бригадного генерала в рядовые за ошибки, допущенные при руководстве обороной Грозного. Тогда в марте 2000 года его отряд покинул город в самый ответственный момент. Гелаев повел своих людей в родное ему село Комсомольское и потерпел там поражение, потеряв более тысячи боевиков. Село было разнесено тяжелой артиллерией, авиацией и танками российских войск буквально по кирпичику, похоронив под руинами большую часть его отряда. Гелаев с остатками боевиков ушел в Панкисское ущелье Грузии, успев по дороге устроить успешную засаду на колонну пермского ОМОНа и на две колонны внутренних войск под деревней Джаной-Ведено. Всего были убиты 32 милиционера. Позже из Панкиси он совершал лишь редкие вылазки на территорию Чечни и остальной России.
25 сентября 2001 г. Гелаев со своим отрядом (около 500 боевиков) при поддержке грузинской армии вторгся в Гульрипшский район Абхазии. Рейд стал результатом сговора Руслана Гелаева и Эдуарда Шеварнадзе, которому полевой командир, в обмен на всемерную поддержку, обещал вернуть мятежную республику, намереваясь в последующем захватить… Сочи. В боях с абхазскими ополченцами отряд Гелаева был разбит. Кроме того, он сильно подвёл своего патрона, приказав сбить вертолет с наблюдателями ООН, погибшими в этой авиакатастрофе.
20 мая 2002 г. указом Аслана Масхадова Гелаев был восстановлен в звании "бригадного генерала" и вновь назначен главнокомандующим вооруженными силами Ичкерии. 23 сентября 2002 г. он во главе отряда из 300 боевиков вторгся с территории Грузии в Ингушетию. 25 сентября боевики вступили в бой с российскими войсками около ингушского села Галашки, сбив из ПЗРК "Игла" вертолет Ми-24, подбив из гранатометов два БТРа и убив около 20 солдат федеральных войск. Затем, распавшись на мобильные отряды, они скрылись на территории Чечни. 16 июля 2003 г. исполняющий обязанности президента Чечни Ахмад Кадыров заявил на пресс-конференции в Москве, что ведет переговоры с Гелаевым о сдаче оружия его группировкой. "Гелаев — реальный человек, который может влиться в мирную жизнь, он не замешан в похищениях людей", — заявлял Кадыров. 15 декабря 2003 г. Гелаев ответил на его слова рейдом с территории Чечни, напав во главе состоявшего из 36 боевиков отряда на села Цунтинского района Дагестана. В ходе нападения Гелаев лично расстрелял машину с высланным для его поимки пограничным дозором. Операция по уничтожению бандитов длилась две недели и завершилась 29 декабря. За это время было уничтожено 30 боевиков и 5 взято в плен. Отсидевшийся в укромном месте Гелаев был смертельно ранен на участке Хунзахского погранотряда в 5 км от села Бежта Цунтинского района при попытке перехода российско-грузинской границы. 28 февраля наткнувшиеся на него пограничники-контрактники — старшина Мухтар Сулейманов и сержант Абдула Курбанов — приняли бой. Матёрый бандит погиб от рук двух молодых дагестанских пограничников, которые сами пали в бою с ним… Убитого Гелаева опознали по характерному шраму на ноге, личным вещам и кинжалу, с которым он никогда не расставался.
Стоит отметить, что террористические акты никогда не были родной стихией Гелаева, а похищениями людей с целью выкупа он вообще не занимался. Может быть оттого, что никогда не мог удержаться от соблазна убивать безоружных пленников. Примеры его такого поведения широко известны: в 1995 г. он расстрелял несколько пленных военных лётчиков; в 2000 г. им были казнены попавшие в плен под деревней Джанай-Ведено 11 пермских ОМОНовцев. Лётчиков Гелаев расстреливал при каждом удобном случае и делал это с особым удовольствием.
13Тренировочные базы и лагеря террористов в Чечне. По данным разведки, еще перед вводом российских войск в декабре 1994 года в Чечне создавались тренировочные центры по подготовке боевиков. Они располагались на территориях бывших пионерских лагерей и домов отдыха вблизи чеченского селения Сержень-Юрт, в котором находилась основная тренировочная база "Саид ибн Абу Вакас", где одновременно проходили обучение до ста боевиков из элитных подразделений Ичкерии. В состав этого центра входили семь лагерей подготовки, размещавшие до двух тысяч курсантов. Инструкторы из стран Ближнего и Среднего Востока обучали чеченских боевиков тактике ведения боя и применения различных видов вооружения. Впоследствии среди курсантов появились выходцы из других регионов России и СНГ. Принимали и лиц славянской национальности, преимущественно из Украины и прибалтийских государств. Лучшие выпускники премировались стажировками в аналогичных лагерях Турции и Пакистана, но это касалось только курсантов-мусульман. В "Абуджафр-лагере" преподавали тактику и методику ведения партизанской войны. В "Якуб-лагере" готовили минометчиков, артиллеристов, водителей и стрелков боевых машин пехоты (БМП). "Абубакар-лагерь" готовил подрывников-диверсантов. "Давгат-лагерь" готовил проводников идей исламского экстремизма.
Идея единого центра по подготовке профессиональных террористов принадлежит Джохару Дудаеву. 20 марта 1995 года он подписал приказ №16 о формировании особых подразделений "смертников" и обучении в них набранных добровольцев. После гибели Дудаева в 1996 году проект развил Шамиль Басаев, но истинный размах придал ему прибывший в Чечню и принявший над ним руководство Хаттаб. Деньги для создания центра дал Усама бен Ладен.
Первая чеченская кампания хранит много тайн. Особое недоумение у самих военных вызывает то, что командование владело исчерпывающей информацией об этих лагерях. При этом еще долгие месяцы с начала боевых действий в Чечне ни одна бомба, ни один снаряд не упали на их территорию.
14Игорь Гиоргадзе — бывший министр госбезопасности Грузии. Родился в 1950 году в Восточном Казахстане, на советско-китайской границе, "в семье пограничника" (отец — Пантелеймон Гиоргадзе — советский генерал и в последующем лидер Компартии Грузии). В 1973 году закончил Высшую Школу КГБ СССР. С 1973 по 1995 г.г. занимал различные посты в службах безопасности Грузии. В 1980-1981 годах принимал участие в боевых действиях в составе отряда специального назначения "Каскад" КГБ СССР в Кандагаре, на территории Афганистана. Почетный сотрудник КГБ СССР. Обещая разоблачить Шеварднадзе, заявлял, что располагает документами, подтверждающими связь президента Грузии с чеченскими полевыми командирами, в том числе с Русланом Гелаевым. По его словам, "известный рейд Гелаева из Панкисского ущелья в Кодорское был обеспечен и финансово, и технически, и материально шеварднадзевским режимом". "Их (боевиков) сопровождали внутренние войска", — подчеркнул Георгадзе. Он утверждал, что в Панкисском ущелье скрываются и боевики "Аль-Каиды", и чеченские бандиты. По словам экс-шефа грузинской службы безопасности, именно в Панкисском ущелье "испытанные бойцы "Аль-Каиды" готовят чеченских боевиков". Игорь Гиоргадзе разыскивается грузинскими властями, которые обвиняют его в предательстве и в организации покушения на Шеварднадзе.
15Хаттаб (Хабиб Абдул Рахман, он же Эмир ибн Аль-Хаттаб, он же Ахмед Однорукий и Черный Араб) — иорданец и ближайший сподвижник саудовского миллионера Усамы бен Ладена. Воевал в общей сложности более пятнадцати лет. Сначала в Афганистане против советских войск. Затем в Ираке — против американских. Хаттаб повоевал и против Израиля. Был инструктором афганских моджахедов в Пакистане. В Чечне он возглавил отряд "Джамаат ислами", состоящий преимущественно из выходцев из арабских государств. Собственная его охрана состояла из арабских наемников. Хоттаб неоднократно заявлял, что чеченцам не доверяет.
Именно через Хаттаба международная исламская организация "Братья мусульмане" со штаб-квартирой в Лондоне осуществляла финансирование боевых операций в Чечне. Кроме того, денежная подпитка поступала к нему из Саудовской Аравии и Пакистана. Финансовая свобода позволила Хаттабу организовать на территории России сеть лагерей по подготовке террористов.
Погиб в марте 2002 года (недостоверно). На российском телевидении была продемонстрирована видеозапись тела Хаттаба, которую сделали чеченские боевики. На пленке была видна изуродованная рука Хаттаба, из-за которой он получил прозвище "Однорукий араб". Фаланги пальцев он потерял в Таджикистане при взрыве гранаты, поэтому прятал руки в черные перчатки.
169 ноября 2001 года Генпрокуратура России направила грузинской стороне запрос о задержании и выдаче Руслана Гелаева, в котором содержались сведения о местонахождении террориста на территории Грузии. " Обнаружить Гелаева не удалось", — заявил представитель Генпрокуратуры Грузии российской стороне в январе 2002 г. "Тбилиси не располагает сведениями о преступной деятельности Гелаева", — вторил ему президент Грузии Эдуард Шеварднадзе. 20 октября 2003 г. министерство юстиции Грузии опровергло информацию о получении Гелаевым грузинского гражданства. Вместе с тем, по рассказам периодически приезжавших в Чечню граждан Грузии, Гелаев купил в Грузии два больших дома (один в грузинском городе Рустави) и получил гражданство, переделав свою фамилию на грузинскую.



© Сергей Стукало, 2008
Дата публикации: 27.05.2008 00:46:26
Просмотров: 3036

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 96 число 3: