Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Петр

Александр Учитель

Форма: Рассказ
Жанр: Историческая проза
Объём: 14180 знаков с пробелами
Раздел: "еврейская история"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Петр
1. Рыбак
Братья Шимон и Андрей, сыновья Ионы, выбирали рыбу из сетей после ночного лова в лодке у берега в родной деревне Бейт-Цейда. Часто попадались некaшерные сомы, которых приходилось выбрасывать обратно в озеро. В это время со стороны соседней деревни Кфар-Нахум приплыли братья Йоханан и Яаков, сыновья Завдая. Вид у них был взволнованный. Когда их лодка поравнялась с лодкой сыновей Ионы, Йоханан закричал:
- Скорее в Нацерет, Яаков сын Йосефа сидит шиву по брату!
- Какому брату, неужели …? – Сказал Шимон.
- Да, Йешуа. Яаков вернулся из Иерусалима сам не свой. Страшное несчастье постигло всю их семью: его брат Йешуа казнен, а племянник Иуда повесился.
- Но за что?
- Вот придем в Нацерет, Яаков все расскажет.
Путь в Нацерет был долог – сначала на лодке до Тивериады, а потом на ослах в гору. По дороге вспоминали Йешуа. Сперва он был учеником рабби Йешуа сына Прахии, но потом их пути разошлись: как-то, возвращаясь из Египта, рабби Йешуа остановился в придорожной карчме, где он сказал своему ученику:
- Какое замечательное место, и хозяйка - какая хорошая женщина, поблагодари ее за прием.
- Мне не нравятся ее глаза, – ответил тот. Рабби Йeшуа очень разозлился.
- Это – то, на что ты обращаешь внимание? – Сказал он ученику и вскоре прогнал его.
Потом оказалось, что та карчмарка отравила постояльца. Поразительное умение заглядывать прямо в душу человека было отличительной чертой Йешуа. Едва встретив Шимона сына Ионы, он прозвал его “Камень” – Кефа по-арамейски, или Петрос по-гречески, и эта кличка так и прилипла к нему. Разойдясь с учителем, Йешуа отправился в Иудейскую пустыню возле Мертвого моря к отшельнику Йоханану, который сразу оценил его и предрекал ему великое будущее. Там-то Андрей сын Ионы, бывший тоже учеником Йоханана, и познакомился с ним, а вернувшись в Бейт-Цейда, восторженно рассказывал о нем брату и сыновьям Завдая из Кфар-Нахум. Поэтому Йешуа, который тоже вернулся в Галилею, прозвал Андрея “Первозванным”. На родине Йешуа занимался врачеванием и, среди прочих, исцелил тещу Шимона, но больше всего прославилось его заклинание против укуса змеи, которое он открыл только Яакову сыну Хальфи из Сахнина, у которого позже исцелился сам рабби Элиэзер сын Дама. Потом он уехал в Иерусалим, где стал популярным проповедником.
В Нацерете вся семья Йешуа сидела на полу в надорванной одежде: отец Йосеф, прозванный Нагар, что значит “мудрец” по-арамейски, или “плотник” – на иврите, мать Мирьям, жена Мирьям, прозванная Мегадла - “парикмахерша” по-арамейски и брат Яаков.
- Его выдал родной сын, Иуда, – начал рассказ Яаков.
При этих словах Мирьям Мегадла заплакала. Яаков обнял ее и сказал:
- Мальчишку никто не винит. Он ведь сам не ожидал, что станет причиной смерти отца и от стыда и горя тут же повесился. Перед этим он признался, что Бюро Рубленого Камня платило ему на мелкие расходы за информацию. Синедрион обвинил его перед римлянами в том, что поклонники называют его Царем и в том, что он подбил Матая сына Хальфи бросить сбор налогов. Ну а римляне долго не разбирались, прокуратор подписал приговор, не глядя, да и дело с концом. Конечно же, на самом деле, они просто боялись его популярности: больше всего на свете саддукеи боятся потерять контроль над храмом.
Все надолго замолчали.
- Он был мессией! – Продолжил Яаков.
- Но ведь он умер, – осторожно заметил Шимон.
- Ну и что? – Сразу же парировал Яаков:
- Почитай-ка у пророка Исайи: “Он истязуем был, но страдал добровольно, и не открывал уст своих; как овца, веден был он на заклание, и, как агнец пред стригущими его был безгласен, так он не отверзал уст своих. От уз и суда он был взят; но род его кто изъяснит? Ибо он отторгнут от земли живых; за преступления народа моего претерпел казнь. Ему назначили гроб со злодеями, но он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах его. Но Господу угодно было поразить его, и он предал его мучению.”
Все сразу припомнили, что формально Яаков был прав: ведь мессия значит – “помазаник”, а Йешуа был помазан при жизни миром, хотя и произошло это случайно. Однажды, в деревне Бейт-Хини возле Иерусалима, куда Йешуа пришел исцелять Лазаря, одна из сестер больного, Марта, разбила сосуд с миром, и тогда другая сестра Лазаря, Мирьям, сразу же распустила волосы и, как это было принято в Иудее, собрала ими масло с пола, но вместо того, что бы отжать его в другой сосуд, она помазала волосами голову Йешуа, как царю, “короной”, то есть вокруг головы, а не греческой буквой “хи” (Х) – от глаза к противоположному уху, как первосвященнику. С тех пор друзья стали называть Йешуа “царем”, что и стоило ему жизни.
- Надо ехать к Иерусалим, продолжать его дело, - сказал Яаков.
- На что мы будем там жить? – спросила Мирьям Мегадла.
- Я попробую попросить денег у Иосии, - ответил Шимон.
Иосия жил на Кипре и был очень богат, а жена Шимона, Мирьям, была сестрой его отца.
2. Камень
Деньги Иосия действительно дал и получил за это прозвище Бар-Навья – “сын утешения” по-арамейски. Несмотря на гонения, община галилеян в Иерусалиме вполне процветала. Все испортил Шауль тарсянин. Сначала он был главным гонителем, и на его совесть легла казнь одного из членов общины, Стефана. Потом он исчез куда-то и объявился лишь через три года уже другим человеком. Сам Иосия Бар-Навья привел его в общину, ручаясь за Шауля, как за самого себя: он, оказывается, когда-то учился вместе с Шаулем у рабби Гамлиэля. С Иосией было трудно спорить – жизнь общины слишком от него зависила, но встреча проходила в неприятной атмосфере, Шимон и Яаков держали себя скованно и явно не доверяли Шаулю, который, поняв это, вскоре уехал в родной Тарс. Иосия же обиделся и уехал на Кипр, а деньги перестал оттуда присылать.
Для иерусалимских галилеян настали тяжелые времена. Тогда-то Шимон и оправдал свое прозвище “Камень”: он приказал всем членам общины сдать все имущество в общую кассу. Железной рукой управлял Шимон общиной в тяжелых условиях подполья и был крут на расправу: когда богач Ханания и его жена Ципора пытались скрыть часть имущества, Шимон попросту убил обоих! Это плохо вязалось с проповедью Йешуа, но, коль скоро власти объявили тебя преступником, приходилось действовать как преступная организация.
Еще через год Шимон вдруг получил записку от рабби Гамлиэля с просьбой о встрече. Гамлиэль был уважаемым фарисеем и членом Синедриона. Он не раз вступался там за галилеян против нападок саддукеев, так что отказываться было неудобно, и Шимон поехал в Бейт-Шемеш, где находилась его школа. Еще издали Шимон услышал шум голосов и, войдя в класс, сел в заднем ряду и стал слушать. Обсуждался вопрос об обрученной деве:
Вопрос: “Тот, кто ест у тестя в Иудее при свидетелях, может ли требовать девственности от невесты?”
Рабби Иуда: “В Иудее в разных местах следуют разным обычаям. Раньше в Иудее было принято дать жениху и невесте уединиться за час до свадьбы, чтобы он привык к ней. Но в Галилее не было такого обычая”.
Вопрос: “Тот, кто женился и не нашел у жены девственности, если она говорит, что ее изнасиловали после обручения, а он говорит, что еще до обручения?”
Рабби Гамлиэль и рабби Элиэзер: “Верить ей”.
Рабби Йешуа: “Не по ее словам мы живем. Следует считать ее потерявшей девственность до обручения, пока не приведет свидетелей.”
Вопрос: “Ее видили уединившейся с кем-то и спросили: “Что он за человек?” Она ответила: “Священник”.
Рабби Гамлиэль и рабби Элиэзер: “Верить ей”.
Рабби Йешуа: “Не по ее словам мы живем. Считать ее отдавшейся мамзеру, пока не приведет свидетелей.”
Вопрос: “Она забеременела и ее спросили: “Что это за человек?” Она ответила: “Священник.”
Рабби Гамлиэль и рабби Элиэзер: “Верить ей”.
Рабби Йешуа: “Не по ее словам мы живем. Считать ее беременной от мамзера, пока не приведет свидетелей”.
Вопрос: “Пришли обрученный и беременная обрученная, она говорит: “От него”. Спросили его, он говорит: “Да, от меня.”
Рабби Йосеф: “В чем же вопрос, если он признает? Ведь галаха по рабби Гамлиэлю, верить ей, даже если он отрицает.”
Когда студенты разошлись, Гамлиэль подсел к Шимону и сказал:
- Я слышал, что ты пишeшь стихи. Я хотел бы взглянуть.
Шимон вынул из сумки свиток папируса и протянул Гамлиэлю. Тот развернул свиток и стал читать:
“Пусть душа всего живого благославляет имя твое, Господь Бог наш;נשמת כל חי תברך את שמך יי אלוהינו
“И дух всякой плоти пусть славит и превозносит тебя, Царь наш!ורוח כל בשר תפאר ותרומם זכרך מלכנו
“Непрестанно от века и до века ты – Бог,תמיד מן העולם ועד העולם אתה אל
“И кроме тебя нет у нас царя избавителя,ומבלעדיך אין לנו מלך גואל
“И защитника, освободителя и спасителя, ומושיע, פודה ומציל
“Кормильца и милосердца во все времена бедствий и страданий ומפרנס ומרחם בכל עת צרה וצוקה
“Нет у нас царя кроме тебя.” אין לנו מלך אלא אתה
- Неплохо, - сказал Гамлиэль – можно я оставлю у себя?
- Да, конечно.
- Спасибо. А ведь у нас есть общие знакомые: мои бывшие ученики – Иосия киприот и Шауль тарсянин. Они недавно вместе объявились в Антиохии, и оттуда приходят странные слухи об их деятельности. Не хочешь ли ты проведать их там и заодно выяснить, чем они там занимаются?
- Ты предлагаешь мне стать доносчиком?
- Доносчиком? Разве я враг вам? Не я ли защищал в Синедрионе ваше право верить, что ваш рабби был мессией, хотя сам я так не думаю? Пока мы вместе приносим жертвы в одном храме и соблюдаем те же заповеди, мы вольны спорить между собой о чем угодно. Но я слышал, что Иосия с Шаулем делают в Антиохии что-то не то, совсем не то. Да и тебе не помешает возобновить связь с Иосией, ведь у вас плохо с деньгами, не так ли?
3. Апостол
Гамлиэль оказался прав: по прибытии в Антиохию, Шимон обнаружил Иосию и Шауля в окружении язычников. Шимон вовсе не был против обращения язычников: он сам первым принял в общину римского сотника Корнелия в Кейсарии, но Корнелий всего лишь хотел принять иудейскую веру, и, скорее всего, он даже не обратил внимания на то, что присоединяется к не самому распространенному ее течению. Здесь же Иосия и Шауль не только не требовали от язычников соблюдения заповедей, но и сами ели вместе с ними некашерную пищу. Шимон тоже молча ел со всеми, но вызвал в Антиохию письмом Яакова, который сразу по прибытии устроил всем форменный разнос. Шимон держался примирительного тона, и оказался прав: Иосия согласился возобновить финансирование иерусалимской общины.
Гамлиэль был не на шутку озабочен, узнав от Шимона, что происходит в Антиохии, и посоветовал ему отправить туда своего сына Йоханана, называвшего себя на римский манер Марком. Через Марка Шимон и вслед за ним Гамлиэль держались в курсе всех миссионерских путешествий Иосии и Шауля. Оказалось, что они пользуются огромной популярностью в языческом мире, основав множество общин “христиан”, как их там называли, от греческого Христос – “помазанник”, по всей Азии, Греции, Македонии и на Кипре.
Когда Шауль снова объявился в Иерусалиме, открытое столкновение между ним и Шимоном стало неизбежным. Но за прошедшее время соотношение сил изменилось до неузнаваемости: иерусалимские галилеяне превратились в незначительное меньшинство среди обращенных язычников. Собор единогласно решил, что язычники, принимая христианство, не обязаны принимать на себя соблюдение заповедей Моисея, и лишь “Ноев завет” на них распространяется. На этот раз Шауль наотрез отказался взять с собой Марка, и даже поссорился из-за него с Иосией, который предпочел ему своего родственника и уехал с Марком на Кипр.
В последний раз вызвав к себе Шимона, Гамлиэль сказал ему:
- Отправляйся в Рим. По дороге, иди по следам Шауля и в каждой иудейской общине сообщи от моего имени, чтобы добавили к ежедневной молитве восемнадцати благословений девятнадцатое:
“И да не будет надежды еретикам; и все злодейство пусть немедленно сгинет; и все враги народа твоего будут истреблены; а злоумышленников искорени, и сокруши, и низвергни – в скором времени, в наши дни. Благословен ты, Господь, сокрушающий еретиков и покоряющий злодеев”.
- Ничего себе, благословение! Ведь – это же проклятье! За что ты проклинаешь нас? Ты же сам говорил, что, если дело Йешуа от Бога, не в силах человеческих его остановить.
- Неисповедимы пути Господни, и не мне препятствовать Божественному замыслу. Я знаю только одно: Шауль сам не понимает, что он сделал – он создал новую религию, как нельзя лучше подходящую для язычников, но иудеев она лишь отвращает от соблюдения заповедей, и они никогда ее не примут.
- Ты ошибаешься, мы с Яаковом и все здешние галилеяне ревностно соблюдаем все заповеди Моисея.
- Ваши надежды несбыточны, вы и так уже стали ничтожным меньшинством, а язычники повсюду понимают вашу веру по-своему и считают Йешуа одним из своих богов. Долго ли они еще будут терпеть ваше руководство? Чем скорее мы разойдемся, тем лучше, и еще лучше, если мы разойдемся по-хорошему.
4. Послесловие
Шимон Кефа Праведник, автор субботней молитвы “Нишмат”, он же апостол Петр, умер в Риме в десятый день месяца тевет, и этот день евреи до сих пор отмечают, как день поста.
КОНЕЦ
В рассказе использовны следующие отрывки из Вавилонского Талмуда: трактат Санхедрин, с. 107б (эпизод в карчме); трактат Авода Зара, с. 27б (заклинание от укуса змеи); трактат Критот, с. 5б (способы помазания царя и первосвященника); трактат Ктубот, сс. 12а,б, 13а,б-14а (обрученная дева).






















© Александр Учитель, 2008
Дата публикации: 11.06.2008 21:37:26
Просмотров: 1845

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 84 число 22: