Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





О преданности и предательстве

Светлана Оболенская

Форма: Эссе
Жанр: Размышления
Объём: 21087 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати



Обратимся к Толковому словарю живого великорусского языка Владимира Даля.

«ПРЕДАВАТЬ, ПРЕДАТЬ ЧТО, КОМУ, передать, бол. в знач. завещать, передать потомству обычаем или законом. «Живем, как предали нам отцы и деды». «Заповеди преданы нам чрез Моисея»…
|| Вручать или отдавать с покорностью, со смиреньем. «Предаю живот свой в руки Твои»! «Вся своя и себя Господу предадим». «Сам Господь предал себя на жертву за нас». «Предаю участь свою на суд и правду твою»
|| Предаваться – «Предаюсь вам безответно, отдаюсь и покоряюсь сполна». «Она предалась ему любовью, отдалась, доверилась»..
|| Предать что, кого чему, предоставить, подвергнуть. «Предать город огню и мечу». «Предать труп земле». «Книга предана тиснению». «Предать дело забвенью». «Предать кого казни, смерти». «Предать проклятию».

|| ПРЕДАТЬ - КОГО, ИЗМЕНИТЬ КОМУ, обмануть лукаво, либо покинуть в беде, отступиться, или изменнически выдать неприятелю, продать, быть предателем. «С ним не дружись: предаст»! «Вожак завел отряд и предал неприятелю». «Он предал меня, предал тайну мою врагу»
|| Предатель, предательница - изменник, вероломец, крамольник, лукавый и облыжный человек, душепродавец. Предательский поступок, лукавый, вероломный, крамольный, изменнический.

Значит, слова «преданность» и «предательство» – однокоренные? Я не лингвист и не могу толковать этимологию этих слов и этимологию их связи, я могу только сказать, что на уровне житейской философии и практики они действительно кажутся мне связанными. Но об этом ниже. В наше время мы употребляем слово «предательство» чаще всего в негативном смысле.

Вот подлинная история предательства, в чистом виде. Классическое предательство людей 30-х годов.
1935 год. Молодая женщина, С., ленинградка, устроилась на лето экскурсоводом в Сочи, в Красной Поляне, и приехала туда с матерью и двумя детьми. Ее напарником оказался намеревавшийся подработать во время каникул студент географического факультета МГУ, впоследствии известный ученый, профессор Московского университета, ныне уже покойный, автор нескольких специальных книг, и поэт; подборки его неплохих стихов печатались в “Новом мире”. Я не назову его имя только потому, что жалею его детей и внуков.
Между молодыми людьми быстро завязался нешуточный роман, которому, однако, скоро пришел конец, потому что С. неожиданно арестовали. Мальчики остались с бабушкой, та не могла понять, что происходит. Друг С. навещал бабушку, обсуждал с ней возможные причины происшедшего.
— Боже мой, какой ужас. Ну, за что могли арестовать бедную С.? Она такая неосторожная, горячая, может быть, при посторонних какие-нибудь анекдоты рассказывала? Или вот, помню, как-то принялась убийство Кирова обсуждать. Вы помните?
— Ой, наверное, Вы правы. Действительно, анекдоты она очень любит и хорошо рассказывает, вот помню…
И оба припоминали сомнительные разговоры и речи С.
А С. начали допрашивать. Следователь связывал ее формирующееся “дело” с убийством Кирова. Однажды во время допроса он вышел из комнаты, не убрав лежавшие на столе бумаги. Конечно, С. тут же заглянула в них. Она еще не успела ничего прочитать, как ледяная игла вошла в сердце: лежавший сверху лист был исписан зелеными чернилами. Зелеными чернилами всегда писал ее друг. Она вгляделась. Да, это был его почерк, хорошо ей знакомый, — этими чернилами и этим почерком он писал ей стихи. Теперь выяснялось, что он писал и доносы…
20 лет в общей сложности С. провела в лагерях и ссылке. Когда вернулась и была реабилитирована, нашла своего друга. Это было не трудно: он был профессором МГУ. Удачно женился, был отцом уже взрослых детей
Он просил у нее прощения и признался в своем предательстве.
Как этот человек мог спокойно жить дальше, делать карьеру, писать стихи? Оказывается - легко!В описанной истории – обдуманное предание любимой женщины на страдание.
Предание друга (и не только друга) на страдание или даже на смерть - безусловное предательство, независимо от мотивации.

Это дела давно минувших дней, но тема не устарела, она, можно сказать, вечная. А какие еще поступки людей следует считать предательством? Да они, собственно, перечислены у Даля – «изменить кому, обмануть лукаво, либо покинуть в беде, отступиться, или изменнически выдать неприятелю, продать». Впрочем, список этот можно продолжить до бесконечности, в частности, потому, что понимание предательства у разных людей разное.

Начну с того, что так часто, - на мой взгляд, излишне часто, - звучит в публицистике. Предательство родины и ее интересов.
Это необыкновенно сложное понятие. Вот во время войны попадание в плен советских солдат определялось как предательство родины – определялось бесчеловечно, по произволу тирана, которого ныне многие считают спасителем отечества.
Выдача военных секретов, военный шпионаж – предательство? Конечно. Но как легко манипулировать этими словами! И не только в тех случаях, когда речь идет о научных открытиях и т.п. Ими манипулируют в наши дни публицисты, принадлежащие к разным общественно-политическим лагерям, обвиняя друг друга именно в предательстве – родины, нации, принципов, нравственности, даже иногда собственной фамилии (себя имею в виду) и т.д. и т.п.

Коснусь еще одного вопроса, очень щекотливого и для меня самой не вполне проясненного. Это вопрос об эмиграции. До самой последней поры мне не приходило в голову осуждать нашу эмиграцию и наших эмигрантов. Я уж не говорю об эмигрантах первой волны – они вообще за рамками моих размышлений. Не осуждаю и даже не обсуждаю эмигрантов советских времен
Но вот эмигранты постсоветского времени? Ни секунды не осуждаю евреев, стремящихся обрести свою родину и уйти от отвратительнейшего явления – антисемитизма. Точно так же не осуждаю и этнических немцев, возвращающихся на родину – это их право, об этом и говорить нечего.
Но, исключая эти группы, что сказать о других эмигрирующих российских гражданах? Мотивы их эмиграции вполне понятны – не удалось обеспечить себе и семье достойное существование, лишились хорошей работы, перспектив нет, а дети подрастают, и надо подумать об их будущем. Разве можно осуждать стремление человека устроить свою жизнь наилучшим образом, позаботиться о будущем – своем и своих детей? Конечно, нет. Но, признаюсь честно, какая-то нота неодобрения все же звучит во мне – очень неясно, но звучит.
Известны слова Ахматовой:

«... Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл,
- Я была тогда с моим народом, Там, где мой народ, к несчастью, был…»

Как ни крути, а слова правильные. Речь ведь не о государстве,не о преступной власти, а о народе…
Уезжают ученые. Лично знаю нескольких ученых-гуманитариев. Они добиваются успеха, преподают в высших учебных заведениях, ведут исследовательскую работу и иногда говорят, что несут нашу культуру в западный мир, развивая сотрудничество, расширяя контакты. Но не важнее ли было бы просвещать наших, российских студентов, так нуждающихся в просвещении? И, конечно же, нашим молодым людям они могли бы дать гораздо больше. А они их, в сущности, бросили.
Тема эмиграции занимает меня не только поэтому. Я заметила, что некоторые эмигранты, вполне успешно устроившие свою жизнь на благополучном Западе, вроде бы ставят себе в заслугу, что они так удачно решили свои проблемы, вовремя «слиняли», в отличие от тех неумелых, нерасторопных, ленивых «совков», которые ничего не захотели или не сумели сделать для улучшения своей участи на просторах умирающей России.
Вот это спокойно читать и слышать я не могу. Несмотря ни на что, несмотря ни на какие действия наших правителей, Россия не умирает, пока мы здесь, а если предположить, что она обречена на умирание, так это не в последнюю очередь потому, что ее покидают люди, способные ей помочь, – ведь именно они умелые, расторопные, способные на новые решения, креативные, как теперь принято говорить.

В отличие от многих, я считаю, что эмигранты, конечно же, имеют равное с нами право обсуждать наши проблемы, критиковать нашу действительность, выражать свое мнение и обдумывать пути решения наших проблем. Но это предполагает прежде всего безусловное уважение к гражданам страны, которую они покинули. Недопустим часто встречающийся высокомерный тон разговора. Кроме того, думаю, если многое, возможно, действительно, лучше видится издалека, с другой стороны, многого издалека понять невозможно. Недавно я прочитала насмешившие меня слова. Один эмигрант, приезжавший в Россию нынче летом, не сумел купить понравившиеся ему в прошлом году конфеты. «Неужели так обнищала Россия за этот год?» - сокрушается он. В контексте отсутствия любимых конфет этот вопрос звучит все же как анекдот.

В общем, так. Мои дорогие друзья-эмигранты! Нас, оставшихся в России и не помышляющих о том, чтобы ее покинуть, жалеть не следует. Не приходится жалеть и тех, кто уехал, хотя чаще всего, мне кажется, эмигрантам не удается по-настоящему вжиться в чужую культуру, чужую ментальность, воспринимать по-настоящему, до самых глубоких глубин, чужой язык и стать там действительно своими.
Я вспоминаю слова француженки, занимавшейся с нами в аспирантуре французским языком. Муж ее был русский, сын эмигрантов первой волны и в 60-х гг. прошлого века решил вернуться в Россию. Она, француженка, чувствовала себя здесь хорошо и объясняла это тем, что знает свои корни, и во Франции у нее есть свой «дом». А муж, говорила она, когда жил во Франции, хотел вернуться в Россию, а теперь, в России, думает о Франции. Потому что он человек «sans racines», без корней, - говорила она. Я думаю, что без корней действительно плохо.
И мне кажется, что всем, кому важно не только сладко есть и мягко спать, свойственны в той или иной мере ностальгические чувства. А мало что может быть горше ностальгии.
Впрочем, это, вероятно, субъективный взгляд. Но я бы не могла! Без моей природы, моего родного языка, без нашей истории, которую теперь принято поносить, как только возможно, без всех наших обычаев, наших странностей, слабостей, без наших снежных или бесснежных зим, без нашего «северного» короткого лета, про которое Пушкин сказал, что это лишь «карикатура южных зим». Без родного города или деревни, где родился и рос - да мало ли без чего еще! Но хватит об этом.

Я не стану столь же многословно обсуждать другие виды того, что можно счесть предательством. Раскрытие чужой тайны, выдача личных секретов. А использование этих секретов в литературном произведении – это не предательство?
А самоубийство – не предательство ли по отношению к близким и не предательство ли самой жизни?

Что толкает человека на бесчестный предательский поступок?
Такие черты, как коварство, вероломство, несомненно, проявляются в детской среде (только они совершенно не осознаны ребенком и часто носят довольно невинный характер). Наябедничал на товарища, выдал его секрет… Да мало ли что бывает! Совсем не обязательно, что эти качества разовьются во взрослом человеке и сделают его предателем. Но, может быть, и разовьются. Между прочим, как ни невинны такие поступки, но если они совершаются не в детсадовском, а в подростковом возрасте, то чаще всего не забываются и накладывают свой отпечаток на отношение к ябеде, давно уже ставшем взрослым.
Страх смерти или пыток, которыми угрожают человеку или его близким, толкает на предательство. Но… Пусть есть люди, способные вынести пытки или пожертвовать близкими. Они – герои? В советское время ответ мог быть только один – конечно, герои! Нет, я безусловно прощаю такое предательство.
Непростительны другие мотивы - непреодолимая жажда выжить, не связанная с угрозой пыток и насильственной смерти. Жажда материальных выгод - денег, положения в обществе; стремление к власти - отнюдь не только на самых верхах, но и в малых сообществах людей. Может быть, самый отвратительный и при этом самый распространенный мотив – элементарная зависть, не дающая завистнику покоя, гложущая его днем и ночью и обрекающая на всякого рода дурные поступки, в том числе и на предательство.
Перечисленное не охватывает, вероятно, и половины того, что толкает людей на предательство, но все же причину можно выявить всегда. А вот цель – не всегда.
Иногда предатель не получает от своего деяния никакой выгоды, разве что внутреннее удовлетворение. Он совершает предательство из любви к искусству - к интриге, к игре. Вы думаете, так не бывает? Я думаю, что бывает, и довольно часто.
Это случается в разных интернетских сообществах - выдавать себя за другого; что называется, «собирать мнения», провоцируя собственными высказываниями проявление самых разных чувств у товарищей, а потом объявить, что все это была просто веселенькая игра - это как? Не предательство разве? Но отнесем это к «мелким злодействам» из песни Окуджавы – «как обаятельны, кто понимает, все наши глупости и мелкие злодейства»! Однако игра, в которой не обозначены заранее все правила, - все же опасное дело.

Часто нелегко бывает различить границу между предательством и слабостью, или ложным пониманием своих поступков, часто даже фантазией.
Вспомним историю присуждения Б.Л. Пастернаку Нобелевской премии за «Доктора Живаго». Против автора, посмевшего опубликовать за границей роман, которому на родине была уготована участь исчезновения в недрах госбезопасности, была организована широкая кампания в печати и на собраниях трудящихся. Не остались в стороне и «инженеры человеческих душ». В 1959 г. братья-писатели на своем собрании дружно осудили Пастернака. Среди хулителей Пастернака выступил Борис Слуцкий. Вот текст его выступления: «Поэт обязан добиваться признания у своего народа, а не у его врагов. Поэт должен искать славы на родной земле, а не у заморского дяди. Господа шведские академики знают о Советской земле только то, что там произошла ненавистная им Полтавская битва и еще более ненавистная им Октябрьская революция. Что им наша литература? В год смерти Льва Николаевича Толстого Нобелевская премия присуждалась десятый раз. Десять раз подряд шведские академики не заметили гения автора 'Анны Карениной'. Такова справедливость и такова компетентность шведских литературных судей! Вот у кого Пастернак принимает награду и вот у кого он ищет поддержки! Все, что делаем мы, писатели самых различных направлений, - прямо и откровенно направлено на торжество идей коммунизма во всем мире. Лауреат Нобелевской премии этого года почти официально именуется лауреатом Нобелевской премии против коммунизма. Стыдно носить такое звание человеку, выросшему на нашей земле»
Я думаю, что Слуцкий в тот момент говорил искренне, хотя чем диктовалась его искренность – не знаю. Ведь он присоединился к «агрессивному большинству», к своре орущих «Ату его»!
Это было какое-то «искреннее предательство». Те, кому удалось сохранить молчание, держа кулак в кармане, конечно, осудили его поступок, опрометчивый и неблаговидный. Он и сам быстро понял, что произошло, и начал себя корить, а потом и вообще это стало тяжелейшим воспоминанием. Люди, знавшие его в конце жизни, свидетельствуют, что муки совести были не последней причиной возникшей у него тяжелой душевной болезни.
Кинорежиссер и актер Андрей Смирнов вспоминает, что и его отец, Сергей Смирнов, автор известной документальной повести «Брестская крепость», тяжело переживал свое участие в том собрании. Лев Ошанин, секретарь писательской партийной организации, тоже с тяжелым чувством вспоминал свое выступление на том собрании. И все они были фронтовики и люди безусловно порядочные.
Почему порядочный человек может совершить поступок, который окружающие оценят как предательство? Да и сам человек по прошествии недолгого или долгого времени оценит его точно так же, только, может быть, другим словом назовет, например, скажет он, это ошибка была.
Нечто вроде массового гипноза, состояние аффекта или даже просто неосторожность толкают на неверный шаг? Мысль о том, что поступок его «по большому счету» выгоден не только ему, но и окружающим? Или же проявляется сформировавшаяся еще в детстве душевная червоточина? Элементарный страх?

Мне представляется особенно страшным осознание трагической необратимости предательства и наступающий после этого Ад Души. В романе Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» профессор Штрум, человек благородный и преданный своему делу, во время войны в минуту слабости согласился подписать открытое письмо против появившегося на Западе разоблачения сталинских репрессий. В письме говорилось об «убийцах» Горького, профессорах Плетневе и Левине. Штрум знал их лично и не сомневался в их честности. Но подписал! И понял тут же, что действие его – роковое, и никогда уже он не будет прежним человеком, пользующимся уважением окружающих и, главное, уважающим самого себя.
Это предательство! Предательство самого себя, губящее душу, бросающее ее в земной Ад. Недаром в словаре Даля предатель назван «душепродавцем». Вот и Слуцкий и многие другие совершили такое предательство прежде всего по отношению к себе! Правда, одним удается задавить муки совести, другим эти муки просто неведомы, иные сходят от этого с ума.

Можно ли простить предательство и нужно ли прощать? В виду раскаяния предателя или просто за сроком давности - можно его простить? Казалось бы, что тут говорить! Способность и умение прощать – одна из главных христианских добродетелей. Но все равно ведь каждый размышляет об этом сам, когда встречается с предательством.
Мне рассказывали такую историю, начавшуюся в Латвии в 1945 г. «Лесные братья» в одной деревне расстреляли председателя колхоза и всю его семью. Одному только десятилетнему мальчику удалось спастись. Но он видел, как его пятилетнюю сестренку в упор застрелил пришедший из леса в составе банды молодой парнишка лет шестнадцати.
Прошло много лет, уцелевший мальчик вырос, выучился. Однажды ехал в командировку в Сибири, и в пути у него случился приступ аппендицита. Его сняли с поезда на небольшой станции, и в больнице райцентра его оперировал немолодой хирург с приметной внешностью – часть щеки и лба были темнокрасного цвета – родинка такая. Врач спас больного – аппендицит был гнойный. А пациент узнал доктора – это был тот парнишка, что застрелил его сестру. На другой день он сказал об этом своему спасителю. Тот ответил, что сам не решался заявить на себя, но готов подчиниться любому решению – он заслужил наказание и готов его понести. Всё лучше, чем неутихающая ужасная память о том преступлении.
А больной, поднявшийся через несколько дней, ночью ушел из больницы и, ничего не сказав никому, уехал. Он простил – время прошло, малолетний убийца стал человеком, спасал человеческие жизни и, главное, раскаялся. Не по закону вышло, конечно, но, мне кажется, я поступила бы также.

А теперь коснусь еще одного, более камерного, что ли, или более личностного вопроса. Я говорила выше, что связь между однокоренными словами – «преданность» и «предательство» наглядно выявляется на уровне житейской философии и практики
Очень тонкая нить разделяет дружбу, в которой мы всегда надеемся на преданность – не в высоком смысле, а в самом простом, житейском, – друг не обманет, не продаст, - и предательство. А между тем предательство близкого друга – не такая уж редкая вещь. И чем больше даешь человеку, чем больше веришь ему, чем больше открываешь ему себя – тем больше себя подставляешь.
Не следует слишком многого ждать от дружбы и вообще от другого человека, ибо, когда получаешь меньше, чем ждешь (может, ты себе вообще напридумывал то, чего друг тебе не может дать при всем желании), то часто расцениваешь это как предательство. А, может быть, со временем обнаружится, что у вас с другом разное понимание того, чтО можно и чего нельзя, и он вовсе не сочтет предательством то, что вам представляется таковым?
Никогда, никогда не рассчитывайте на верную и, главное, долговечную дружбу. Очень это редкое явление. Предаться другому человеку без остатка – рискованное и опасное дело. И никогда, никогда не ждите, что на Вашу дружбу непременно ответят тем же самым. Новые встречи, постоянно возникающие новые отношения, новые жизненные обстоятельства могут изменить всё. Преданность и предательство – не только однокоренные слова, но и действительно близкие понятия. А в отношениях мужчин и женщин это видно особенно ясно
Совсем не случайно стихотворение Владимира Киршона «Я спросил у ясеня…», в котором есть такие строки:

«Друг ты мой единственный,
Где моя любимая?
Ты скажи, где скрылася?
Знаешь, где ока?

Друг ответил преданный,
Друг ответил искренний:
— Была тебе любимая,
А стала мне жена».

И, может быть, здесь и нет предательства друга, а есть новая любовь мужчины и женщины? И , может, предательство здесь в конечном счете будет лучшим решением, чем преданность?
И чем дальше мы углубляемся в сферу личных отношений, понятия преданность и особенно – предательство, становятся все более многомерными, а критерии размываются. По моему мнению, общих, единых критериев здесь просто не существует.
Да простит меня возможный читатель за беспорядочность и произвольность выбора аспектов затронутой темы, за всякого рода несовершенство этих заметок.



© Светлана Оболенская, 2008
Дата публикации: 21.09.2008 12:36:44
Просмотров: 3707

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 14 число 59:

    

Отзывы незарегистрированных читателей

Ольга [2010-01-24 16:33:18]
Преданными во всех смыслах этого слова,думается,могут быть только животные.А предателями-только люди.

Ответить
Подумала и решила: боюсь, что Вы правы. Спасибо за отклик