"Хроники села Лукопьянова",( мемуаразмы).-10
Николай Лемкин
Форма: Рассказ
Жанр: Ироническая проза Объём: 7678 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
МОНУМЕНТ О чем это я ?.. Памятник! Он был заказан, сделан, пропит, мне обещали его повторить за неделю. Грузовик был из колхоза, водитель не знал Горький, отвлекался на троллейбусы, не понимая - зачем автобусу палки на крыше. Я Горький знал, но знал как пешеход, и все мои «... налево, направо...» заканчивались какими-то знаками, слезливым матом водителя в адрес ГАИ, советской власти, худ. фонда и всего изобразительного искусства во главе с академиком живописи Герасимовым. К зданию худфонда мы выползли по трамвайным рельсам. «Скульптурка» была на первом этаже, что вызывало зависть коллег с более высоких этажей, где созидались панно на высоком идейно—художественном уровне, и откуда было трудно спускаться спьяну. В центре мастерской на полу лежал бетонный барельеф ордена Ленина диаметром метра три –четыре, накрытый листом тонкой меди. По листу как отравленные тараканы ползали пьяные рабочие, стуча киянками. Любой удар был полезен, медь принимала форму, заданную бетоном. Вокруг стояли куски монументов – ноги, грудные клетки, руки с поросятами, детьми и кувалдами, головы мужчин и женщин. Деньги, выделенные на подъем сельского хозяйства, превращались в бетон монументов, сляпанных холодными, пьяными руками. Было предобеденное время, и мастер смотрел на меня явно раздвоенным взглядом, собирая два изображения в одно. Получив мои деньги, рабочие бодро загрузили в кузов грузовика куски монумента За какой-то час суеты триста рублей были пропиты, в кузов закинуты не те ноги, за замену которых потребовали еще четвертной. Затем все неожиданно подобрели и стали предлагать цемент редкой марки, бюсты вождей. Водитель выпросил отливку Венеры Милосской, увиденную в уголке, причем взял лишь среднюю часть-от колен до пояса. До этого он долго перебирал гипсовые куски Давида - глаза, нос, кисти рук. Он явно искал ту часть тела, которую темной ночью хотел бросить в окно председателю.Эта часть не находилась… РАРИТЕТЫ И ДИССЕДЕНТ Железная дорога проходила вдоль села с разбойничьим именем «Кудеярово», все население которого так или иначе трудилось на станции. Завалинки и чердаки домиков таили следы прошлого. В военные годы на Сормово и Выксу, на Кулебаки и Урал шли эшелоны битой техники, и местная шпана обшаривала окровавленные танки в поисков фонариков и зажигалок. «Люгеры», «Вальтеры П-38», «Фольмеры» расходились по рукам и прятались по щелям. Время от времени пускался слух о будущих обысках, и половина этого богатства ночью скидывалось в заброшенные колодцы. Только маузеровские штыки, называемые в народе «австрийскими», береглись, и торчали в стенах сараев, хранились как инструмент забоя свиней. Тогда еще не было зверского закона об оружии 1993 года. Владельцем пистолета «Штайер» образца 1912 года был местный диссидент Валера Кучеров. Купить, обменять, добыть раритет стало моей мечтой. В свое время Валера учился в институте инженеров кино, по легенде написал что-то не то и не туда, и попал туда - в психушку, выйдя из которой, отрекся от советской власти от работы. Справка позволяла ему говорить что угодно, что он и делал. Он не парился в магазинных очередях, а встав в дверях начинал негромко размышлять о политической системе, доведших людей до дефицита. Народ терял интерес к товару и бочком-бочком быстро расходился по более важным делам. В свободное время, а оно у него всегда было таким, он перебирал обрывки кинопленок, вырезая интересные кадры. Он знал неведомые имена режиссеров, актеров, последние деньги инвалидной пенсии, тратил на покупку списанных кинофильмов, клеил, резал, и ночью смотрел восстановленные фильмы на громадном проекторе «Кинап» пятидесятых годов. Раз в месяц как по расписанию у него устраивался обыск, искали литературу. Ее не было, была масса фото негативов. Валера был порнографом, его знали все потаскушки России, они ехали к нему, фото сессии проходили в самых невероятных местах, например - на железной дороге, на фоне паровозов. На негативах это выглядело шиворот - на выворот, как сцены из жизни негров. Менты, не понимая сути дела, были равнодушны. Талант прятать Валера усвоил в психушке и довел до совершенства, и был настолько изощрен, что самогон гнал в будке туалета на паяльной лампе. И даже менты, забежав по нужде, и слыша гул лампы, не подозревали о происходящем. Пройдут годы, грянет чубайсятина, и Валера увидит свою мечту - возрожденную. Россию, увидит и ужаснется. И не порадует цветастая порнуха, не восхитят двуглавые орлы, и придет страх за будущее. Сумасшедшим он был только лишь по справке!. ....................................................................................... Выцыганивать раритеты - дело тонкое. По времени продолговатое, и не предсказуемое по результату. Делали мы игровую площадку в детском садике, мужики строили беседки, я резал из дерева гномиков, крокодильчиков и прочую дребедень. Сломалось топорище махового топора, тесать новое некогда, без большого топора - беда. В соседнем дворе у деда выпросил громадный ржавый топор -... бери, бери, сынок, у меня еще пять штук, дарю... Точил топор я часа полтора, себя проклял - топорище вытесал быстрее бы, вот дурак! Но и останавливаться нельзя! Через неделю я пришел к деду с бутылкой водки за топор. Водку-то выпили, но дед не понимал, как за грошовый топор можно было так дорого расплатиться. Топор резал все, ржавчина слезла и появились маркировки «Золинген» 1911 год. Такого веселого в работе инструмента я не встречал. Пересказав это деду, я услышал фразу из «Белого солнца пустыни» - «...не, ребята, пулемет я вам не дам...» Топор вернулся хозяину. Добывать оружие еще сложней. В соседнем районе работал мой однокурсник Юра Федоров. Он так же открыл художественную школу, но очень любил не студийную работу, а пленэр. Выводя детей в лес, он давал задание, рассаживал детей. ( а лес там начинался с крыльца) Сам же начинал стрельбу из двустволки по дичи, которой было не считано. Пока дети рисовали пенек с папоротником, он снимал пару уток. Дети привыкли к фразе - «Петя, пригнись». Приехал я к нему за чучелами птиц, которые он делал. Чучела были мрачны, мутные нарисованные глаза говорили о бренности бытия и мрачном будущем на том свете. Рядом с ними лежали фантастические вещи - наградной палаш эпохи Александра 1, мушкетон с ложей орехового дерева, гравировкой и позолотой, винтовка Баранова, и многое другое. - ...откуда? -... пацаны натаскали.... После революции весёлая беднота разнесла в прах дворянские усадьбы. Коллекции оружия разошлись по детским рукам, но активисты и комиссары навели порядок- клинковое передали в войска, кремневое и прочее возами закапывалось в оврагах. Я подарил Юре тесок петровских времен, он мне- чучело кролика. Кролик был ужасен, хоть и пушист. Где-то через месяц я сидел в школе, заполняя бесконечные отчеты. Все время отвлекал какой-то шорох. В час ночи я увидел - кролик с мертвыми глазами шевелит ушами! Жучки -кожееды грызли шкуру изнутри, кролик шевелился, вводя меня в холодный ужас. Юру посадили на пятнадцать лет. Он устал от вечно пьяной жены, и убил ее кухонным ножом, не осквернив двустволок. Участковый подогнал грузовик и без протоколов увез коллекцию оружия. Наверное, до сих пор оно украшает стены милицейских начальников. Украсть у беззащитного так приятно! ....................................................................................... Обворовывались не только частники. В свое время художественную школу перевели по соседству с краеведческим музеем. Меня это устраивало - повторялась судьба Дзержинской ДХШ, начавшейся у вокзала , затем расцветшей в части музея, где я и учился в детстве. © Николай Лемкин, 2013 Дата публикации: 11.08.2013 05:09:59 Просмотров: 1958 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииГалина Золотаина [2013-08-11 09:41:02]
Прочитала две главы - эту и предыдущую. Не перестаю восхищаться языком. Теперь и на "дизайн" текста обращаю внимание. У тебя воздуха полно. И от этого чтение становится более "слышимым", как будто идёт радиопостановка. Это засчёт пауз.
Как человек творческий и завидУщий, так и чешутся руки написать что-то подобное. Благо, автобиография не скучная. Есть что помусолить. Ответить Николай Лемкин [2013-08-11 09:42:23]
спасибо!
|