Урок астрономии
Константин Эдуардович Возников
Форма: Миниатюра
Жанр: Проза (другие жанры) Объём: 2234 знаков с пробелами Раздел: "Миниатюры в прозе" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Не переживай. Зачем-то это было нужно. Не сомневайся. Урок не всегда понятен сразу. Однажды, когда мне было семнадцать, мы с друзьями ушли "дикарями" через перевал к морю. Часто вспоминаю этот поход. К ночи осели на берегу в одном из почти непроходимых поверху оврагов, коих - изобилие в восточной Сотере. Где-то между погранзаставой и Холодной балкой. Я даже сейчас смогу найти это место. Мы были молоды. Июль ласкал нас звоном цикад, поцелуями моря и негой ночи. И мы еще не знали Меры, и поэтому с удалью и удовольствием бражничали без оглядки. Это были времена, когда отличный Крымский белый портвейн запросто продавался "на разлив" прямо на улицах города по 70 копеек за стакан, рядом с квасом и пивом, и точно из таких же бочек-автоприцепов. Так что "горючего" у нас было в достатке, и было оно вполне достойного качества. Мы сидели у костра. Разговаривали, шутили, пели. И вот, в середине ночи мне вздумалось освежиться. Я был в прекрасной форме, но слегка "под парами", и как крейсер уверенно направился по звездной дорожке к восходящему Юпитеру. Минут через сорок, он приподнялся над горизонтом достаточно высоко, чтобы она исчезла, а я сообразил, что заблудился. Когда нет ветра и нет волны, и вода зеркально отражает звезды, а между пальцами на фоне черной глубины горят живые звезды живого моря, тогда быстро и легко теряешь чувство времени и чувство пространства. Ведь они - не нужны. Это случается, тем более, что тело твое ничего не весит, а вся эта огромная ласковая ванна, наполненная физиологическим раствором и именуемая Черным морем, заботливо и нежно принимает и бережет тебя, как материнское чрево. В каком-то из смыслов, это, наверное, так и есть. И, вот, когда глаза твои находятся на высоте двадцать пять сантиметров над …, чуть было не сказал «землей», то твой горизонт становится горизонтом суслика, а точнее расслабленного, разомлевшего и не совсем трезвого суслика. И если этот суслик, к тому же -неплохой пловец, то берега уже не видно. С тех пор, я с теплой благодарностью вспоминаю своего учителя астрономии, носившего странную фамилию Качалаба, и звучное имя Иван Васильевич. Хотя, признаться, терпеть его не мог в школьные годы. Урок не всегда понятен сразу. Теперь ты видишь? © Константин Эдуардович Возников, 2013 Дата публикации: 19.10.2013 00:00:42 Просмотров: 2908 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |