Сёстры. Книга 2 Черточка
Александр Кузнецов
Форма: Повесть
Жанр: Фантастика Объём: 28078 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
"В каждом добре есть зло, и в каждом зле есть добро. Но все, что делается из любви, всегда лежит по ту сторону добра и зла".
Ф. Ницше ______________ — Людей надо бояться, ган Горазд, — усмехнулся Ицхак. — Нечисть страшна только в сказках. С. Шведов «Шатун» ______________ — Я не верю в демонов. Я не верю в зловещие потусторонние силы. Я не верю в то, что вне человека существует что-то, что способно порождать зло. Д.Боун — британский рок-музыкант ______________ Глава 1 Когда она впервые заговорила, ей было всего 9 месяцев. — Какая милая у вас девочка: рожки почти не видно, пяточек носика тонкий и нежный такой и потом, цвет кожи, розовый — большая редкость… Говорят к удаче! — с завистью приговаривала тетка Матильда — Да что-ты! Сглазишь еще! — оттолкнула ее Розита. Она тут же взяла дочку на руки и несколько раз облизала ее лобик, нос и щечки. — Красивая будет чертовка, — произнес ее отец, Фатран, демон второго уровня. — Ухожу, на службу, пора! — буркнул он исчезая. И тут девочка произнесла свои первые слова: — Я не чертовка. Я — Черточка. Запомните это и запишите в наш родословный каталог. Через 3 года ей показали все круги ада, обошли даже дальние закоулки. Познакомили с персоналом. Увидела она и грешников, правда только самых, самых мелких негодяев, так, ради общего кругозора. Она сказала: — Не интересно! Потом ее вывели из ада и показали мир. Она смотрела с огромным любопытством на землю, горы реки и озера, жадно впитывала в себя новые ощущения: цветовые волны, звуки и запахи огромного незнакомого, но манящего к себе пространства. Ей понравились звери, животные, рыбы. Она смеялась от радости глядя на все живое. Потом смех у нее прекратился. Глазки заблестели, дыхание стало частым. — Мама! Как это здорово! Я буду здесь жить и работать. Черточка увидела людей. У мамы на глазах навернулись слезы — Дочка! Ты выбираешь себе очень трудную дорогу. Конечно, все это для тебя кажется новым и интересным, манит приключениями и славой. Но помни: мир жесток и не справедлив. А наша доля — обеспечивать здесь этот порядок. Отец с грустью покачал головой. Она поступила в школу контрольных и надзорных функций. В ходе учебы ей больше нравились практические занятия, когда давали 1-2 задания по 5-7 минут на каждое и отпускали в мир. Как правило, задания эти касались контроля за деятельностью на земле представителей из более низких сословий — бесов, троллей, лярв и прочей мелочи. Отличилась Черточка на первом же задании. Ее послали больше для знакомства, чем результата. Тем более, что седой, старый и заслуженный демон-учитель сказал ей. — Отправляю тебя в страну, где жителям ее многое прощается. Им там трудно, поэтому у нас в аду, как, в прочем и в раю, считают год, прожитый для тех людей, за два по отношению к живущим в других странах. Квартирка, где она оказалась, была очень маленькая. Одна комната, кухонька, через стену туалет с ванной. Услышав шум и стоны, она вошла на кухню. В углу кухни, в этой тесноте, где едва помещались стол, старенькие плитка и холодильник, стояла прижавшись к стене еще не старая женщина, слегка согнувшись и закрыв лицо руками. Нависая над ней с перекошенным от злобы лицом, ее муж, здоровенный бугай, время от времени с упоением наносил ей удар за ударом. У женщины кричать сил уже не было. Она лишь глухо стонала, стараясь прикрыть от ударов голову. В противоположной стороне у окна сжавшись в комок и прижав к себе плюшевую игрушку сидела на полу и громко плакала девочка, которой было не больше 3-4 годиков. И тут под ногами у этого безумца-мужа она заметила мелкого беса, упивавшегося муками жертвы, подпрыгивающего в азарте в такт ударам. Бесенок размахивал сжатыми в кулачки ручонками и визгливым голоском подавал команды бугаю: — Под дыхло ей бей! Под дыхло! Пусть знает, как на водяре экономить! А голову ей полотенцем мокрым укрой, что б следов не было… Я тебя из тюряги тащить не собираюсь! Это был явный перебор, тем более для столь мелкого чертенка. Требовалось его поправить. Она слегка вытянула палец правой руки, из которого вырвалась тонкая струйка молнии и ударила беса в грудь, чтобы выбить его из-под ног хозяина квартиры. Однако, она не рассчитала. Из ранки на груди сразу же потекла зеленая струя энергии. У беса скривилось лицо от боли и злобы. Он с ненавистью взглянул на свою обидчицу и погрозил ей кулаком. В итоге, сил у него еле хватило унести ноги в ад и настрочить жалобу директору школы на виновницу своего несчастья. Ей пора было возвращаться назад, но она чуть задержалась, чтобы посмотреть, чем там все закончится. Как только исчез бесенок, здоровенный бугай плюхнулся перед женой на колени. Размазывая сопли и слезы он без конца бормотал: — Прости Аленка, милая… Сам не помню, что творил… Бес попутал! Маленькая девочка подбежала к маме, обняла ее за коленки и прижалась к ней. * * * Старый учитель нес директору школы объяснительную Черточки по кляузе беса 4 уровня Корнелиуса. — Она пишет, что бес низшего уровня издевался над человеком абсолютно без пользы братству, действуя сугубо в личных низменных, интересах? — директор с презрением бросил на стол жалобу. — Да, Черточка не могла допустить подобную дискредитацию нашего ведомства. И потом, я выяснил, что на подлете были ангелы, назревал конфликт из-за глупых капризов этого дурня. — Интересное имя у этой девочки, — задумчиво произнес директор, — надо бы запомнить... После этого ей разрешили открытое дежурство на земле и позволили подобрать для себя человеческую внешность. Она всегда превращалась в стройную худенькую девочку, лет 14 и весело смеялась над проходившими мимо мальчишками, что долго не могли оторвать своих глаз от ее дерзкого, но такого милого взгляда. С тех пор и до самого последнего аттестационного задания Черточка работала в той же стране. На подконтрольной ей территории всем бесам, троллям и фолиотам приходилось туго. И они в меру своих возможностей старались обходить зону ее действия. На аттестацию она получила задание проследить за деятельностью орудующих в огромном числе особей низшей касты нечистой силы в главном городе этой огромной страны. Был тихий зимний вечер. Она любила снег, ей нравилось следить, как кружась в своем бесконечном плавном хороводе снежинки падали ей на лицо, а потом нежно прощаясь таяли у нее на щеках. Она подставляла язык им на встречу, и они летели к ней, как белые мотыльки на свет, исчезая и снова появляясь, подвластные волшебству неба. Черточка шла по одной из улиц, заглядывая во дворы домов. Везде было тихо и спокойно, никакими конфликтами не пахло. В одном скверике она увидела, как дети слепили снеговика, надели ему на голову старую шапку и прилепили мочалку вместо бороды. Дед Мороз получился славный. Потом они убежали. Она подошла, к снеговику быстро скатала несколько шаров и послала к ним созидательный импульс. Шары превратились в девочку, в которой без труда можно было угадать Снегурочку. — Здорово у тебя получилось! — она обернулась и увидела мальчишку лет 15. Обычный паренек, простой, скромно одетый — дешевенький пуховичек, вязанная шапочка, шарфик. Но что-то в нем показалось ей необычным. То ли рыжие, непослушные кудри, упрямо торчащие из-под шапочки, то ли его ярко-синие глаза. А может и все вместе. Только она почувствовала, как бы легкий укол в сердце, словно защемило его что-то, но так робко, тихо и бережно. Было просто здорово идти с ним под ручку по ярко освещенным улицам большого города, слушать его рассказы про школу и его друзей, радоваться его мечтам, смеяться вместе с ним над его шутками. Потом он просил ее встретиться снова, а она не знала, что ему сказать. И тут из подворотни вышла компания пьяных парней, человек пять, лет под двадцать. Они должны были пройти мимо, но один из них грубо плечом толкнул ее мальчишку. Тот с трудом, но устоял на ногах. — Ха! Смотри какой здоровый! В следующий раз по асфальту размажу! — И парни дружно заржали. — А ты глянь, подруга-то у него? Вот это гёрла? Я б с такой до утра танец живота исполнил бы! И они двинулись к Черточке. — Стойте! — Громко крикнул мальчишка. — Девушку не трогайте. Он заслонил ее собой и двумя быстрыми и ловкими движениями уложил двоих на землю. — Ты чё, каратист, что ли? — злобно произнес третий. — У нас то же есть приемчики, свои. И с размаху всадил нож под левое ребро мальчишке. Черточка не ожидала от негодяев такой прыти. И только потом заметила ухмыляющуюся морду фолиота, висевшего на невидимом плане над парнями. Она поняла, что опытный бес, заметив их, накинул на нее завесу внимания. Тем самым он отвлек ее на несколько секунд, а потом подал смертельную команду одному из бандитов. На занятиях у темных воинов ее учили битвам на всех планах. Не задумываясь она обрушила на беса запрещенный в школе плазменный луч Эниона, расщепляющий материю на протоны и электроны, а темную энергию на световые фотоны. Фолиот так до конца своей подлой жизни и не понял, откуда в этой маленькой чертовке взялась страшная дьявольская сила. Его защитная зеркальная сфера, сотни лет успешно отражавшая мощные энергетические импульсы солидных демонов, лопнула сразу же в нескольких местах и растаяла, как воск. Пробив защиту луч плазмы мгновенно сжег его зеленым пламенем ада. Он даже не успел взмолиться о пощаде. Затем пошла на бандитов. Сначала она просто выдернула обе руки тому, кто ударил ножом мальчишку. Вся улица огласилась дикими воплями. Они бежали от нее, а она шла следом за ними и молча рвала их на куски. Редкие прохожие не могли заметить ее, но зато прекрасно видели, как распадаются человеческие тела, как летят в стороны руки, ноги и головы. И везде кровь, бьющая фонтанами. Ее жгли боль и обида. Обида за людей, которым не нужны были ни помощь, ни поддержка сил ада. У них в сердцах жестокости было больше чем у самых отъявленных бесов и троллей. Пожилой хирург, встретивший ее у дверей приемного покоя с мальчишкой на руках, сразу же громко крикнул санитарам: — Быстро в операционную! — Ты что же, несла его на руках прямо от ворот больницы? Откуда он мог знать, что она несла его через весь город почти 10 км, обгоняя самых лихих автогонщиков. * * * Ей было глубоко плевать, что не будет аттестата, что ее ждет самое строгое наказание, что уже не получит она никогда в этом мире работу. Важно было совсем другое. Где-то глубоко в сердце теплилась надежда, что мальчика спасут и тогда может быть хоть когда-нибудь, она увидит его снова. Снег по— прежнему тихо падал ей на плечи и таял на лице. Потом снежинки превращались в капельки влаги. Маленькие струйки ручейков бежали по щекам. Это только кажется, что бежали они из глаз. Не думайте, что это были слезы. Ведь она еще совсем не умела плакать. * * * Глава 2 Старый бес тихо брел по заснеженному переулку зимнего города. Он понимал, что каждая такая его прогулка на этом свете может быть для него последней. Находясь много лет на заслуженном отдыхе, он жил в аду одиноким вдовцом и после гибели подруги даже не пытался искать для себя спутницу. Одиночество помогало ему уходить мыслями в прошлое. И еще ему помогали эти прогулки в миру, хотя с учетом измотанного за тысячи лет здоровья давались они все труднее и труднее. Ему приходилось бывать здесь лишь на втором плане, что требовало не так много энергии, но все же делало его не видимым для обычных людей. Однако сам он по-прежнему мог созерцать все планы вплоть до 7-го. Его мысли унеслись глубоко в прошлое, когда в неравной схватке с отпетым негодяем — бесом 2 уровня его Лилит погибла, а он не успел в нужный момент оказаться на этом свете рядом с ней. И это снова причинило его сердцу глухую тяжкую боль. Он мог бы не обратить внимание на четверых негодяев, прошедших мимо него. Люди давно были ему не интересны. Но опекавшего их фолиота он увидел сразу и сразу заметил далеко не обычную девочку, внимание которой фолиот так старался отвлечь. Об этой девочке он слышал уже не первый год и по-своему относился к ней с уважением. Рядом с девочкой был простой мальчишка и это тоже было не обычным. Весь дальнейший кровавый конфликт произошел у него на глазах, от начала и до конца. То, что девчонка так сурово обошлась и с человеческим отребьем да и с самим фолиотом его вовсе не тронуло. Он и сам тогда просто раздавил беса, который отнял у него лучшее, что он имел в своей жизни. Его тронуло то, что девчонка успела, похоже, спасти человека, что был для нее также дорог, как была дорога для него Лилит. И он почувствовал от этого горькую зависть. * * * Директор школы вместе с учителем слушали показания свидетеля — довольно уважаемого старого беса Дионисия. Из его рассказа следовало, что погибший фолиот явно пытаясь унизить Черточку, умышленно натравил 4-х мерзавцев с целью поиздеваться над нею вплоть до ... — Каждый защищает свою честь, как считает возможным, — тихо произнес Дионисий. Сказал он именно так, а думал о другом: — Я не смог спасти Лилит, зато спасу эту девочку. Меня скоро не будет, но пусть придут другие, такие, как вот эта. * * * Камин в кабинете директора школы догорал, напоминая двум усталым демонам о бренности каждодневной суеты и тщетности попыток решить все накопившиеся за многие годы проблемы за этот нескончаемый день. — Аттестат мы ей выдадим, — произнес учитель. А что будем решать с ее будущей занятостью. Оставим все как есть? Пусть пока так и следит на своем участке за низшей кастой? Директор, стоявший у окна, подошел к своему столу, вздохнул и опустился в кресло. Потом устало произнес: — До сегодняшнего дня я так и думал. И дело не только и не столько в показаниях Дионисия. Утром я получил одну бумагу. Он открыл ящик стола и достал письмо, написанное на фирменном бланке ангельского чина «сынов благочестивых сердец» и подписанное главой херувимов Керувом. Там было написано следующее: «Серафиму Вельзевулу! Не смотря на различия наших взглядов по основным вопросам бытия есть нечто, заставляющее нас питать заслуженное взаимное уважение. В связи с этим хочу отметить в позитивном ключе деятельность вашего нового куратора по центральной части самого большого по площади государства евразийского континента. Со дня начала работы вашего специалиста и вот уже в течении 2-х лет на подконтрольной ей территории не был зарегистрирован ни один конфликт между нашими ведомствами. Одновременно количество регистрируемых нами правонарушений, осуществленных без ваших санкций, в людской среде резко снизилось по сравнению с предыдущими периодами. Все вышеизложенное еще раз подтверждает вашу преемственность основным трактатам, принятым совместно нашими ведомствами и позволяет надеяться на возможность дальнейших позитивных контактов. С уважением! Глава чина Херувимов — Керув.» Ниже на письме стояла виза Вельзевула: « — Князю четвертого чина — Асмодею: — Директору школы контрольных и надзорных функций: Считать деятельность специалиста полезной!» * * * Черточке выдали диплом с отличием и разрешили осуществлять контроль за деятельностью нечистой силы среднего уровня на 4-м и даже более высоком, 5-м плане, в исключительных случаях. Было ли она рада столь благоприятному исходу произошедшего с ней жестокого и кровавого происшествия? Скорее нет, чем да! Она приняла новое назначение, как и свои новые возможности, как нечто обыденное, как то, что просто не могло не случиться. На третий день, когда ей разрешили выход в мир людей, она мгновенно оказалась в той самой больнице куда 2 дня назад отнесла на руках раненого.Черточка с мольбой смотрела своими красивыми, но почему-то мокрыми глазами на того самого врача, которому отдала мальчишку из своих рук в его волшебные руки. Старый хирург сразу узнал её: — Я думал, что ты, красавица, здесь ночевать останешься вместе с этим юношей! Мы тут всей хирургией спасаем твоего кавалера, а ты лишь на 3-й день появляешься! Или он не твой кавалер? Черточка никак не могла понять, откуда взялись эти ручьи из глаз? Ведь в коридор отделения хирургии никак не мог залететь снег! А эти ручейки все лились и лились, и вместе с ними уходило прочь все напряжение последних дней и наступало громадное облегчение. Она не заметила, как уткнулась головой в грудь старого лекаря. Может она просто застыдилась своих слез, а может еще и не могла понять, почему эти слезы льются, в тот миг, когда сердце рвется наружу от радости и счастья! И словно в ответ мир потихоньку заблестел и заискрился всеми цветами радуги, и она услышала, как поют цветущие орхидеи на окнах клиники. — Да, мы сумели спасти его. Он жив и теперь мы его выходим! Не плачь, дочка и пусть эта радость перечеркнет все твои тревоги и горести. — Он еще без сознания. Приходи к нему дней через 5. Раньше не пущу, потерпи. * * * То, что работа на этом уровне оказалась намного сложнее и важнее для всего темного ведомства она поняла уже в первые дни своих новых полномочий и обязанностей. Выявить нарушения здесь оказалось практически невозможным и прежде всего потому, что это было поле деятельности настоящих профессионалов от темных сил. Она еще не знала, что эти профи уже сговорились встретить ее здесь должным образом. А среди них были и те воины, что когда-то готовили ее к битвам в школе. * * * Глава 3. С тех пор, как он вышел из комы ему стали сниться сны. Вот уже третий день его мучил один и тот же сон. Утро, яркое солнце, бескрайнее поле белых ромашек. Изумрудные капли росы на траве. В пяти шагах от него та девочка. Она смеется и дразнит его: — Ты меня не догонишь! Я — это небо, я это шепот листьев, я это звон ручья! Разве можно догнать этот звон? А поймать голубое небо? Он бежал за ней изо всех сил. Босиком. Но трава была мягкая, как пух. Ноги проваливались в ней, и он никак не мог ее догнать. А она продолжала смеяться. Тогда он, собрав все силы, снова и снова бросался за ней, понимая, что догнать ее никогда не сможет. На четвертый день что-то сломалось в картине сна. То ли потускнело солнце, то ли стали вянуть цветы. А потом над ней сгустились темные облака и появились молнии. Они били в нее, а она пыталась закрыться. Но они все плотнее теснили ее, и она протянула ему руку, словно прощаясь. Проснувшись он упал с больничной кровати и только тогда понял, что девочке грозит смертельная опасность. С огромным трудом ему удалось встать на колени. Он не знал ни одной молитвы и только шептал без конца: — Господи, помоги ей! Господи, помоги! Спаси ее, помоги, умоляю ... * * * Подходил к концу четвертый день дежурства. Ее новые полномочия не позволяли ей вмешиваться в деятельность темных сил этого уровня. Она лишь фиксировала нарушения и готовила 5-ти дневный доклад для руководства четвертым чином. За каждое такое, даже мелкое нарушение, Асмодей жестоко карал виновника. В гневе он был страшен. Это было самое большое Казино в городе. Они знали, что новый куратор будет здесь в самом конце дня и ждали ее у входа. Их было двенадцать самых сильных и опытных. За плечами каждого из них было по нескольку громких поединков. Она сразу же увидела их всех на 5-м уровне. Многие ей были знакомы. Страха она не испытывала. Отец всегда говорил ей, что она вся в деда, а тот никогда не знал, что такое страх. И потом она была «при исполнении» и прекрасно знала, какое наказание ждет того, кто обидит куратора. Знали это и все демоны. Поэтому голос у старшего беса был ядовито ласковый и даже какой-то сочувственный. — Деточка, — проворковал демон. — До тебя здесь работал 1000 лет известный всем и уважаемый Анофилей. Мы знали его заслуги перед обществом, потому признавали его и относились к нему с должным почтением. Тебя же никто здесь не только не уважает, но и не желает воспринимать ни под каким соусом, тем более под соусом куратора. — Давай договоримся так: мы тебя пропускаем в казино, ты все посмотришь, запишешь что нужно и завтра уйдешь отсюда, НАВСЕГДА! Черточка не задумываясь сделала шаг вперед. — Дорогу! — звонко крикнула она. — Попробуй, пройди — захихикал старший демон. Остальные двинулись к ней и стали полукругом, загораживая ей проход. — Я не прикрываюсь своей неприкасаемой должностью. Именем деда моего, Астралагуса, дорогу! — впервые из ее уст раздался рев и ушки у некоторых бесов слегка затрепетали. — Да твой дед носил это имя. Более того, я знаю, что Асмодей присвоил ему звание «Карающий меч». Но милочка, он этого звания добивался 8000 лет, а тебе… — Дайка я с ней поговорю, нежно, по-отцовски — оттолкнул старого беса знакомый по школе темный воин, обучавший их правилам поединка в школе. Он же тогда и признал ее лучшим учеником-воином за всю историю школы. В руке его тут же возник огненный кнут и его хлыст, описав в небе большую дугу, опустился на Черточку. В одно мгновение она подняла руку, прошептала контрзаклятие, вырвала из рук демона кнут и легко переломила его, как спичку. — Дорогу мне! Или пожалеете! — Может быть тебя мы и пожалеем, ты же вроде, как при исполнении. Но вот мальчика твоего, что отдыхает в больничке, жалеть-то будет некому. Лучше бы он этого не говорил. У Черточки потемнело в глазах. Страшный непобедимый дух деда вырвался, наконец, из плена ее сознания. — Именем Князя тьмы, вызываю вас всех на смертельный бой, всех одновременно и каждого в отдельности! Первым из круга вышел тот самый воин, чей кнут она так легко сломала. Но Черточке уже было все равно, кто перед ней. Она лишь слегка представила себе беспомощного мальчишку в их мерзких лапах, и все они сразу же исчезли, как личности. Вокруг были лишь сгустки энергии, которые необходимо было уничтожить. Она еще раз подняла руку, и темный воин даже не успел заметить, как световой меч в ее руке рассек его пополам. Второй демон уже был с мечом в руках. Она приняла его удар на силовой щит. Меч лишь слегка задел ее плечо. Она резко повернулась на 360 градусов и всей энергией щита смяла тело второго воина. Третий демон не стал ждать ее удара, а сразу же направил разящий импульс в ее грудь, и она еле успела увернуться, но импульс зацепил ее бедро. В ярости она рванула его защитную оболочку и в образовавшуюся трещину направила плазменный луч. Демона не стало… Четвертым был тот самый, опытный воин. За его плечами была не одна выигранная битва. Поэтому он сделал к ней шаг навстречу и стал ждать удара. Черточка вспомнила наказ старого учителя, у которого не было своих детей и который относился к ней, как к своей дочери. — Чтобы победить врага, который сильнее тебя нужно иметь два момента. Первый — осознание того, что ты не можешь или не имеешь право не победить. Второй момент — нужно обязательно отвлечь врага хоть на долю секунды, чтобы затем, собравшись в одну жалящую точку нанести один-единственный удар. Демон стоял прямо у входа под огромной вывеской Казино. Черточка направила луч на крепежи вывески. Со страшным скрежетом вывеска рухнула вниз, и той доли секунды, на которую не мог не отвлечься старый бес ей хватило, чтобы направить всю свою энергию на этот удар. Демон успел сказать ей: — Да, ты достойна деда своего! Он попытался протянуть ей руку, но не успел. Вся энергия выплеснулась из него и растеклась по входным ступеням ... И тогда демоны поняли, что есть только один способ справиться с этой воительницей и пошли на нее все вместе. Собрав последние силы, она сумела отразить их первые удары, несмотря на то, что получила еще три раны. Подняв обе руки и взяв в них луч Эниона, она рассекла отряд демонов на две части, при этом погибли еще два беса. Но оставшиеся шесть уже просто шли к ней, понимая, что сил у нее больше не осталось. * * * Керуву доложили о том, что у входа в казино в самом центре столицы самой большой страны на 5-м плане разыгралось настоящее сражение. — Демоны просто взбесились и прямо рвут друг-друга на части… — Да-а! — произнес Керув. — Такого не было со времен их непобедимого Астралагуса. — Так ведь там сражается его внучка и похоже одна против 8 или 10 бесов. — Вот как? Значит это их знаменитая Черточка? Будет жаль! Скорее всего она погибнет, если уже ее нет в живых. В это время ему сказали, что какой-то мальчик из больницы молится и просит о помощи именно для этой девочки. — Мальчик совсем не знает молитв, и он, вообще не верующий… Сам еле живой от ран, а просит за демоницу! — Эта Черточка уничтожила 6 демонов второго уровня, из них самого Морвейнуса! У него 12 побед в поединках и какой конец в тринадцатом!? — Девочка похоже умирает. У нее 9 ран и есть смертельные… Керув не мог не принять дальнейшего решения. — Кто у нас из воинов сейчас свободен? Быстро на Землю! Девочку закрыть и если жива доставить сюда немедленно! Черточка умирала, но еще не падала. Только вдруг спиной почувствовала опору. Это была опора друга. Хотя друзей у нее еще не было. — Ты кто, — прошептала она? Из-за спины она услышала звонкий смех, словно зазвенел колокольчик. Меня зовут Лола! Ты теперь — моя сестренка, сейчас мы с тобой улетим к нам, на небо! — Там демоны, их шестеро! — Ты молодец! Шестерых уложила, и эти чуть живые! Я их сейчас отправлю отдыхать. Лола описала рукой вращательное движение. Демонов тут же захватила возникшая воронка смерча и отшвырнула за много километров на Север. — Там прохладно! Пусть остынут немножко! — Ну, полетели! Она легко, как пушинку, подхватила Черточку на руки и взвилась с ней в голубое небо. * * * Из всех живущих ныне демонов никто еще не видел Асмодея в такой ярости. У него хватило мощи немедленно призвать на суд всех малых и больших бесов. В бесконечном центральном зале главного дворца собралось невиданное количество служителей ада и прочей нечисти, обитавшей на бескрайних просторах самой большой по территории страны. По взмаху его руки все стихло. Его рев оглушил всех поголовно: — В аду произошло неслыханное преступление. Мало того, что нашлись жалкие личности, которые отнеслись без должного уважения к моему решению по назначению куратора, отдельные бесы осмелились еще и поднять на него свои поганые ручонки! Сегодня я буду судить и приводить в исполнение свой приговор. И пусть все видят мой гнев и поймут, что значит ослушаться Великого Князя четвертого чина демонов. За преступление по организованному убийству моего куратора оставшиеся в живых 6 бесов из 12, осмелившихся оказать мне неповиновение, я приговариваю к смерти. Остальных 6 бесов успела покарать мое доверенное лицо, погибшая в этом неравном бою. За свой подвиг она заслужила занесения ее имени навечно в Книгу Славы рядом с именем ее знаменитого деда. Слышите все — ее имя Черточка! Запомните и берите с нее пример! Имена убитых Черточкой и шести оставшихся в живых негодяев, ныне осужденных мною к смерти, должны быть навсегда вычеркнуты из всех книг памяти ада. Есть еще 22 демона, которые отказались выступить вместе с заговорщиками. За то, что они не захотели или побоялись воспрепятствовать преступлению этих 12 — ти негодяев и не выдали мне заговорщиков, приговариваю их всех к огненной плети, сейчас же и при всех! Именем Князя Тьмы, приговор привести в исполнение немедленно! Он разинул свою пасть и проглотил всех шестерых оставшихся в живых преступников. Потом взял в свои руки большой огненный кнут. * * * Черточку поднесли к Керуву. Она едва дышала. — Что мы можем для нее сделать? Лола вышла вперед и наклонилась над Черточкой. — У нее потеряно 80% процентов зеленой энергии ада. Это смертельная доза. Можно спасти ей жизнь, но… — Что для этого нужно? — спросил Керув. — Нужно два условия: Первое — ее согласие на замену зеленой энергии ада на психическую энергию людей. Но тогда она станет человеком и время жизни у нее сократится с 10000 лет до 70-80 человеческих . Второе — она подданная другой враждебной нам системы. Для ее перерождения нужно согласие лично Асмодея. В это время посыльный передал для Керува срочное письмо в конверте с эмблемой ада. Керув открыл конверт. Там было написано: Главе чина херувимов Серафиму Керуву. «Для спасения жизни этой девочки согласен на замену ее сущности на человеческую, если она того пожелает. С уважением! Князь четвертого чина демонов — Асмодей». * * * В глазах Черточки светилась невыразимая радость. И не потому что она осталась жива, а потому, что для свидания с любимым человеком, которое она сможет сделать уже завтра, она должна быть живой. А для того чтобы навсегда быть рядом с этим любимым она должна быть ЧЕЛОВЕКОМ. И она прошептала своими непослушными от боли, но такими красивыми уже почти человеческими губами: — Я СОГЛАСНА! * * * Конец второй книги © Александр Кузнецов, 2022 Дата публикации: 16.10.2022 11:09:12 Просмотров: 757 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |