Два гения большой войны
Борис Тропин
Форма: Роман
Жанр: Историческая проза Объём: 25114 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Глава 20 романа "Мы уходим" - Всё-таки невозможно объяснить такую концентрацию перемен по всему миру, выпавшую на этот период. Тем более, что никакой связи между ними не прослеживается. – Саша вопросительно посмотрела на шефа. – Вы Николай Семенович говорили, что нужно, поднимаясь на более высокие уровни, искать невидимую связь похожих и разных событий. Но какая может быть связь между покушением на короля Непала в Гималаях и через четыре дня покушением на членов королевской семьи в центре Лондона? Или вот: «Общенациональная забастовка горняков меняет власть в Великобритании, а коррупционный скандал «Дело Локхид»» - в Японии. Как-то не расшифровывается эта метафизика. - Для расшифровки этой метафизики, уважаемая Александра Эдуардовна, требуются особые ключи. И настойчивые попытки их отковать не прекращаются. Мы коснёмся этого подробней, но чуть позже. А сейчас вы мне вот что скажите: для вас-то что самое примечательное в этом сверхплотном миксе событий? - Ну-у, вишенкой на этом торте мне представляется политический скандал в Западной Германии. Главный герой – Гюнтер Гийом. Улыбка потеснила привычно культивируемую серьёзность на лице Ивана. - Наш друг Миша Волков – гений! Искреннее и безграничное уважение в голосе Ивана вздёрнуло, внимание остальных. Шеф кивнул. - Да. Штази работала эффективно. А как вы полагаете, Иван Кимович, в чем эта гениальность Маркуса Вольфа? И каковы основы поразительной эффективности его службы? - Профи! Супер-профи! Вишенка, упомянутая Сашей, была прекрасно задумана, подготовлена и исполнена. Надо же было и предугадать взлёт политической карьеры Вилли Брандта. Обеспечить безукоризненное внедрение агента, и соответственно его подготовить. Да и подыскать такого человека, наверно, было не просто. Наш друг Миша Вольф настоящий гений разведки! - Хорошо-хорошо! А теперь давайте попробуем отодвинуть в сторону пафос и скепсис и взглянуть более широко на ситуацию, в которой оказался Маркус Вольф, возглавив разведку ГДР. Трудно представить, что творилось в Германии после капитуляции нацистского режима и освобождения узников концлагерей и перемещенных лиц. А их там было до 7 миллионов. И среди них нашлось немало желающих отомстить немцам за свои страдания. Нападения, грабежи, поджоги, изнасилования захлестнули деморализованную страну. Согнанные из Советского Союза, Польши, Чехии, Греции, Франции и других стран эти люди, объединяясь в группы, врывались в дома, громили магазины, останавливали поезда, поджигали дома, избивали и издевались над немцами независимо от их возраста и пола. Чтобы положить конец этой вакханалии, власти союзников пошли на радикальные меры: объявили комендантский час, расстрел за нападения и мародёрство и вернули заключенных в те самые концлагеря, из которых только что освободили. Параллельно шло формирование военных администраций по всей оккупированной Германии и репатриация перемещённых лиц. Загнанную в тупик нацизма страну начинают с трудом выдирать оттуда, усиленно таща в разные стороны. На территории советской зоны оккупации возникает новое государство – ГДР, где начинается активное строительство социализма, – Шеф, сделав паузу, повел головой. – Слишком активное! Что приводит к резкому снижению уровня жизни и недовольству среди населения. А внутри этой стройки социализма – расчленённый на четыре сектора Берлин. Шеф помолчал, думая о чем-то более значимом и близком. - Войны, друзья мои, на нашей планете не заканчиваются, - сказал задумчиво. – Они лишь переходят из одной фазы в другую. Само отношение к войне, как к чему-то противоестественному, враждебному человеку и человечеству, культивируется в массовом сознании неспроста. Но используется в разных целях. Истоки и первопричины вооруженных столкновений требуют изучения и осмысления на новом уровне. Ведь та же борьба за мир, как известно, может привести к войне. Войны – неотъемлемая составляющая сложного процесса развития человечества. А военное дело издревле существует в общей взаимосвязи с наукой, культурой, модой, технологиями… Самая древняя профессия – это не то, о чем вы наслышаны. Это воин, защитник и завоеватель. Ещё не капитулировала нацистская Германия, а в Британии по распоряжению Черчилля приступили к разработке сверхсекретного плана операции «Немыслимое», который предусматривал внезапное нападение англо-американских войск на позиции Красной армии. Коварный удар планировался на 1 июля 1945 года. Однако накануне Красная армия внезапно изменила дислокацию многих соединений, произведя перегруппировку сил – "Кембриджская пятерка" своевременно ознакомила Сталина с планами Черчилля. Но сама идея очень скоро получила развитие в плане "Тоталити". Его разработал штаб Эйзенхауэра по личному приказу президента Трумэна. США планировали атаковать СССР уже с применением ядерного оружия. Бомбы предполагалось сбросить на 20 советских городов, включая Москву и Ленинград. Знаменитая Фултонская речь Черчилля стала лишь открытой декларацией намерений. Расколотая Германия конца 40-х представляла собой взрывоопасную территорию. И на развалинах Рейха сразу же началась скрытая борьба сверхдержав. Берлин превращается в европейскую столицу шпионажа, где активно работают десятки разведок разных стран. Агенты свободно перемещаются между восточной и западной частями города. До строительства пресловутой стены ещё далеко. Напряжение нарастает. Первый кризис в отношениях между союзниками, ознаменовавший начало холодной войны, привёл к блокаде Берлина. Едва он был преодолён, как полыхнуло и уже горячо в другой точке соприкосновения великих держав… Войны не кончаются, друзья мои, - вернулся к мысли, очевидно очень его занимавшей, шеф, - они видоизменяются, мимикрируют, ширятся или сокращаются, то невидимые, а то вдруг вспыхивают в новых точках. Важно, чтобы эти вспышки не стали неожиданностью. Настойчивый Ким Ир Сен уговорил-таки Сталина о поддержке и отправился присоединять Южную Корею. И почти получилось, но Пусанский периметр стал неодолимым барьером, а потом и вовсе всё вернулось на исходные позиции. Официально Советский Союз в Корейской войне не участвовал, но к советской авиации с тех пор стали относиться с гораздо большим почтением. Советские МиГ-15 оказались гораздо эффективней американских F-80. Но вернёмся в Берлин. В августе 1951 года в советском секторе начинает работу НИИ экономических исследований – кодовое название внешней разведки ГДР. А уже на следующий год Маркус Вольф назначен руководителем этой службы. Так, в 29 лет, возглавив восточногерманскую разведку, он обнаруживает себя в гуще событий и перед лицом опытного и активно работающего на этом фронте противника – Организации Гелена… - Что ещё за Елена? – полушепотом спросил Майк, наклонясь к Саше. Та с аристократической грацией неспеша повернулась в его сторону и так же полушепотом: — Это очень красивая девушка с пониженной социальной ответственностью, из-за которой началась Троянская война, - вежливо объяснила. Майк с огорченной физиономией печально вздохнул, выпрямляясь в своём кресле. - Уроженец Эрфурта Рейнхард Гелен в 18 лет завербовался в Рейхсвер. Служил в артиллерии, потом адъютантом начальника Генштаба сухопутных войск генерала Гальдера, а затем руководителем группы в Оперативном отделе. Участвовал в разработке плана «Барбаросса». С апреля 1942 года Рейнхард Гелен вплотную занялся разведкой на советско-германском фронте. Советская молодёжь, да и не только, - шеф усмехнулся. – Многие в своё время подсели на красивую сказку нашего коллеги о Штирлице. Замечательный фильм «Семнадцать мгновений весны» смотрела вся страна по несколько раз. Эффект был разный и своеобразный. От гордости за нашего разведчика до появления подражателей-апологетов телефашистам советского производства. Неожиданно привлекательными они оказались, и костюмчики хорошо пошиты. Даже Мюллер такой душка, а Штирлиц вообще красавчик и лучше всех. Великая сила искусства! – С острой улыбкой шеф слегка повел головой. – Но на самом деле все было, скорее, наоборот. Если, конечно, не считать Мартина Бормана. Но это другая история. Беспрецедентное количество пленных в начале войны предоставило Абверу широкие возможности для вербовки. Но сделать правильный выбор, создать безукоризненную легенду и затем обеспечить внедрение агента – задача запредельной сложности. Легенда должна вызывать не только доверие, но и симпатию к человеку, а сам агент максимально соответствовать этой легенде. Покидая свою прошлую жизнь, человек как бы входит в придуманную специалистами разведки новую действительность – как Тихонов в мундир штандартенфюрера СС. В октябре 1941 года в немецкий плен попал некий капитан из политуправления Западного фронта. После восьми месяцев в нечеловеческих условиях этот истощенный и подавленный человек был завербован Геленом, получил кодовый номер «438» и его переправили через линию фронта. Так началась операция под названием «Фламинго». Легенда, разработанная командой Гелена оказалась настолько грамотной и удачной, что комиссара, «героически бежавшего из плена и сообщившего важную информацию о врагах», не только не репрессировали, но приняли чуть ли ни как героя. Однако замечу, что СМЕРШ, как таковой тогда еще не существовал, он появится через год. Агент успешно прошел проверку и был принят на службу – куда бы вы думали? – в секретариат ГКО – Государственного комитета обороны – главного органа управления страной! Вскоре Гелен получил от своего агента сенсационное сообщение о встрече высшего советского руководства с военными атташе США и Великобритании. Информация содержала чрезвычайно важные данные о намерениях союзников и действиях Красной армии на ближайший период. Немецкий Штирлиц оказался круче нашего, но, уверен, не такой красавчик. Хотя его портретов вы не найдёте, имя и фамилия варьируются, дальнейшая судьба весьма приблизительна и неопределённа. Не исключено, что вся эта история придумана Геленом, чтобы отвести подозрения от других, оставшихся в деле агентов. Когда советская контрразведка вновь решила проверить бывшего военнопленного. Агента 438 быстро вывели из игры, и он благополучно вернулся к немцам. Тем не менее, из Москвы в Берлин продолжала поступать не менее ценная информация. Информаторы Гелена работали в советских учреждениях, на промышленных предприятиях, в руководстве партийных организаций и служили в частях и штабах Красной армии. Из власовцев Гелен формировал шпионские и диверсионные подразделения. Но ничто уже не могло остановить наступления Красной армии. Обладая объективной информацией о положении на фронтах, Гелен предвидел крах Германии задолго до того, как это стало понятно многим. И никакие зажигательные речи фюрера его не могли обмануть. Гитлер его не гипнотизировал своим ораторским искусством. Рейнхард Гелен признавал только факты, и поражение Германии не застало его врасплох. В начале марта 1945 года он со своими людьми заблаговременно скопировал массу секретных документов на микрофильмы, упаковал их в водонепроницаемые баки и спрятал в нескольких местах в Альпах. Свою семью надёжно укрыл в Баварии. Опасность грозила с обеих сторон. Его единомышленники и начальники - люди, которых он ценил и уважал: адмирал Канарис и генерал Гальдер, - уже были арестованы и находились в гитлеровском концлагере. Поскольку Гелен был в курсе операции "Валькирия" и даже знал дату покушения на Гитлера, концлагерь и смерть могли грозить и ему. С одной стороны гитлеровские нацисты в предсмертной агонии, с другой русские коммунисты с жаждой мести. В апреле генерал-лейтенант Рейнхард Гелен покидает штаб-квартиру и уводит своих соратников в Альпы, где после капитуляции Вермахта они сдаются американцам. Добившись встречи с главой разведки в американской зоне оккупации, Гелен делает американцам интересное предложение. Его переправляют в Вашингтон, затем переводят в центр допросов Форт-Хант в Вирджинии. А в июле 1946 года Рейнхард Гелен возвращается в Германию уже в качестве шефа американской разведслужбы и собирает своих бывших подчиненных. Прежняя структура легализована и, получив надёжное финансирование, обретает новое название: «Организация Гелена». Незамедлительно активирует свои сети и с новой силой продолжает скрытую борьбу с Советским Союзом. Рейнхард Гелен был выдающимся аналитиком и стратегом. Тонким психологом в работе с людьми, внимательно относился к своим коллегам и подчинённым и ценил каждого. Благодаря этим и многим другим качествам бывший артиллерист стал гениальным разведчиком, сумевшим создать широкую и эффективную шпионскую сеть. «Шпион столетия», - его называли. Но мемуары Гелена о войне разведок и тайных операциях следует читать с поправкой, на то, что это книга разведчика, который многое не договаривает, а что-то умышленно искажает. - Да, - с готовностью кивнул Иван. – Нередко он сознательно уводит читателя в нужном ему направлении. - А вот его отношение к войне выглядит весьма искренне: «Война – это искусство, которое требует полной отдачи от военного человека всех его физических и духовных сил, знаний, умения и способностей. Учиться и еще раз учиться – вот, пожалуй, первое требование, которое предъявляется к немецкому офицеру». Прямо по Ленину! Кстати, занятная деталь. Когда в 60-м был сбит писк моды технической разведки "неуязвимый" Lockheed U-2 с Фрэнсисом Пауэрсом и разразился грандиозный скандал, сам факт существования самолёта-разведчика способного подниматься на такую высоту и фиксировать наземные объекты с недоступной ранее точностью, впечатлял. И журналисты настойчиво допытывались у немецких политиков, не собирается ли ФРГ приобретать У-2 у американских союзников. - Зачем? – был ответ, – У нас есть Гелен. Он несбиваемый". Гелен стал ценнейшим приобретением американцев, но было и много других рангом пониже. Да что и говорить, если даже нацист и патологический диверсант Отто Скорцени благодаря американской разведке ушел от наказания. Очень быстро в поверженной Германии развернула свою сеть организация ODESSA, спасая крысиными тропами одиозных нацистских преступников. Была создана целая система маршрутов бегства нацистов и фашистов из Европы. В самой Германии ODESSA занималась реабилитацией нацистов и продвижением их по службе. В американском разведцентре в Швабии Организация Гелена готовила агентов-нелегалов, а самолёты ВВС США сбрасывали их на парашютах с целью подготовки массовых беспорядков, диверсий и сбора данных на территориях стран восточного блока. Изобразительное искусство и литература также были поставлены на службу политическим целям. Примечательна операция ЦРУ «Эдинозавр», когда миллионы воздушных шаров с копиями романа Оруэлла "Скотный двор" поплыли в хмуром небе с запада на восток. В июле 1952 года генеральный секретарь СЕПГ Вальтер Ульбрихт провозгласил курс на строительство социализма. Началась массовая национализация предприятий. От фермеров потребовали вступления в сельхозкооперативы. Деятельность частных предприятий и многих мелких собственников выводилась за рамки закона. В течение года число заключённых в ГДР выросло более чем в два раза. Резко увеличилось число беженцев. Чтобы не было разномыслия СЕПГ провела чистку в своих рядах. В школах и университетах был введён курс «Основы марксизма-ленинизма» как единственно верной теории общественного развития. Усилилось давление на церковь. Репарации, ускоренный рост тяжёлой промышленности не оставили возможностей для производства необходимого количества товаров массового потребления. А вынужденная милитаризация ГДР, превратившейся в передовую линию фронта холодной войны, стала ещё одной весомой причиной глубокого экономического кризиса. Начались акции протеста. В ответ последовали аресты зачинщиков. Ситуация накалялась, начиная выходить из-под контроля, и становилась непредсказуемой. В апреле 1953 года произошло повышение цен на общественный транспорт, одежду, обувь, продукты, а в мае было объявлено о 10-процентном повышении норм выработки в целях борьбы с экономическими трудностями, что вызвало волну возмущения, чем не преминули воспользоваться идеологические противники. Западный Берлин стал центром подготовки психофизических операций против ГДР и других восточноевропейских стран. После смерти Сталина новое руководство СССР, понимая неустойчивость и опасность ситуации, начало борьбу с перегибами в Германии. Вальтер Ульбрихт был вызван в Москву и подвергся суровой критике. Вернувшись в Берлин, он объявил «Новый курс», о чем населению сообщила «Нойес Дойчланд». Номер газеты был мгновенно раскуплен и вскоре продавался в 30 раз дороже. У значительной части населения сложилось впечатление, что СЕПГ под давлением западных держав и церкви решило отказаться от строительства социализма в пользу единой капиталистической Германии. Поползли слухи, что советские войска уже покидают территорию ГДР и их место занимают американские и английские подразделения. Распространение слухов, как вы знаете, очень важный и постоянно практикуемый инструмент влияния. В свете Нового Курса и под давлением обстоятельств власть пошла на уступки. Из тюрем и следственных изоляторов стали понемногу выпускать владельцев частных предприятий. Рабочие устраивали вернувшимся хозяевам торжественные встречи. Ободрённые уступками со стороны власти, недовольные пошли в наступление. Начались первые забастовки. Политбюро СЕПГ в срочном порядке приняло решение об отмене повышения норм выработки, объявив его ошибочным. Но было уже поздно. Протестная активность нарастала, вовлекая всё большее число участников. Наряду с экономическими требованиями все чаще и громче звучали политические. Официально американская военная администрация воздерживалась от конфронтации с советской стороной. Тем не менее их радиостанция РИАС активно включилась в освещение событий в восточном секторе Берлина. Были озвучены требования забастовочного комитета. Многократно транслировалось обращение председателя профсоюзов Западного Берлина с призывом присоединяться к движению восточно-берлинских рабочих. Радиостанция стала центром антикоммунистической агитации. Передачи об акциях протеста РИАС транслировала круглосуточно. Руководство ГДР пребывало в замешательстве. А низовые парторганизации СЕПГ, не получая инструкций ЦК, и вовсе находились в растерянности. В секретном донесении в Москву отмечалось, что в организации протестных акций активную роль играют лица из Западного Берлина. Ночью с 16 на 17 июня как по мановению волшебной палочки на всех крупных предприятиях были сформированы стачечные комитеты. А уже ранним утром началась всеобщая забастовка. В центр восточного Берлина устремились колонны протестующих. Попутно жгли киоски, уничтожали пропагандистские плакаты, затевали стычки с полицейскими и представителями СЕПГ. На границе советского и западного секторов города были демонтированы пограничные знаки и заграждения. С Бранденбургских ворот сбросили красный флаг и разорвали под ликование толпы. Оседлав волну недовольства, западные союзники решили испытать на прочность власть коммунистов. В Берлине, а затем и в других крупных городах ГДР началось восстание. Вооруженные боевики и толпы недовольных осаждали и штурмовали административные и общественные здания, редакции газет, громили полицейские участки, из тюрем освобождали заключённых. Силовые структуры ГДР, находившиеся в зачаточном состоянии, оказались не в силах справиться с организованной волной насилия. Москва потребовала ввести чрезвычайное положение. На улицы вышли советские танки и стрелковые подразделения. Были сотни жертв с обеих сторон и потребовался целый месяц, чтобы навести порядок на всей территории ГДР. - Недобиткам ещё раз дали понять, кто победитель, - в полголоса буркнул Иван. - Как мог всё это воспринимать юный штази, оказавшийся во главе разведки? Он помнил, ему уже было 10 лет, когда всей семьёй им пришлось бежать из Германии, спасаясь от нацистов. Отец девушки и затем жены Маркуса немецкий коммунист Франц Штенцер был замучен в нацистском концлагере Дахау. И вот снова осмелевшие под крылом США, эти силы устремились к власти. Маркус ещё во время войны рвался на фронт, чтобы с ними сражаться. Тогда не получилось. Однако, когда он снова оказался в Германии начала 50-х, то увидел, что война не закончилась. Более того, она разгорается с новой силой, и он на передовой. Разведка и контрразведка – не кавалерийская атака. Для каждой операции требуется основательная подготовка. И молодой руководитель времени зря не терял. Поначалу были точечные попадания. Но число обезвреженных агентов продолжало расти и скоро исчислялось уже десятками. Аналитики ЦРУ установили, что пик неудач пришёлся на 1953-1954 годы. Агентов стали готовить более тщательно. Но случилось непредвиденное, что вызвало переполох в разведуправлении армии США. Полетели шифрограммы: «Из кабинета начальника 522 батальона военной разведки похищены два металлических сейфа. В них находились особо секретные документы. Необходимо срочно принять меры!». А днём ранее из Берлина в Москву ушло донесение: «В Восточной Германии удалось арестовать 137 агентов ЦРУ. Судьба 9-ти пока неизвестна. Ведём расследование». Председатель Совмина ГДР Отто Гротеволь, выступая в Народной палате, объявил, что в Восточную Германию из ФРГ перебежал некто Хорст Гессе и в качестве жеста доброй воли прихватил с собой 2 сейфа с документами американского разведцентра, что позволило арестовать 137 агентов в ГДР, а советской, чешской и польской контрразведке выловить всех шпионов-парашютистов. Работа американской спецслужбы в Восточной Европе оказалась парализована. Через неделю на пресс-конференции «перебежчик» уже сам рассказал о том, как, выполняя задание Вольфа, внедрился и работал в американском шпионском центре. Конфуз был столь велик, что канцлер ФРГ Аденауэр приказал прекратить парашютные акции, а Гелен объявил шефа ГУР «личным врагом». Маркус Вольф воспринял это как награду. Это был первый большой успех молодой контрразведки ГДР и лично Маркуса Вольфа. Но он оценил её как свой старт. Потому что окончательной победы не бывает. Невозможно победить раз и навсегда. И вы, друзья мои, не прогадаете, если это станет и вашим правилом. Само слово понятие «Победа!» в сознании современного россиянина слишком раздуто служебным пафосом и перепрофилировано для определённых целей. Это вы и без меня знаете. Но если отодвинуть в сторону пафос и скепсис внимательно посмотреть в некий хроновизор, то победы, как таковой, возможно и не существует, ибо жизнь постоянно рождает новые образы и ситуации. «Не могут раз навсегда прибыть все почтовые самолёты», - откомментировал эту мысль замечательный писатель – лётчик, не вернувшийся из разведки. Вишенка, упомянутая Сашей – история неоднозначная. Когда после удачного внедрения Гийомов Маркусу Вольфу и советскому КГБ пошел поток важной информации, всё казалось замечательно. И сам Маркус считал это большим успехом. Но когда в результате грандиозного скандала с разоблачением Гийомов Вилли Брандт вынужден был уйти в отставку, былой успех обернулся поражениям. «Это был гол в собственные ворота», - признавался в последствии Маркус Вольф. Жесткий антикоммунист Вилли Брандт, несмотря на критику правых в своей стране, тем не менее начал Новую политику по улучшению отношений между ФРГ и странами Восточной Европы, которая привела ко взаимному признанию ФРГ и ГДР. И в этом немалая заслуга Маркуса Вольфа и его агентов. Нобелевской премией мира Вилли Брандт в определённой мере тоже обязан Штази. А советские граждане могли бы поблагодарить Маркуса и его агентов за «Жигули». Благодаря Гийому удавалось мягко корректировать курс ФРГ для общего блага и во избежание острых моментов. С уходом Брандта эта возможность была утрачена. Досадно. Всё это могло бы иметь другой оборот. Прямых доказательств шпионской деятельности Гийома у контрразведки ФРГ не было, но при аресте застигнутый врасплох Гюнтер – было раннее утро – заявил: «Я офицер армии ГДР и сотрудник Министерства госбезопасности. Прошу уважать мою честь офицера!». Это было грубейшим нарушением одного из главных правил разведчика. Нервы! – со вздохом констатировал шеф. Военная машина нацелена на разрушение, а разведчики раскрывают агрессивные намерения, чтобы предотвратить возможные разрушения. У нас были подлинные враги, и мы вели реальную войну за соотношение сил в мире, который и сейчас ещё не в состоянии прийти к разумному взаимопониманию, писал в своих мемуарах Маркус Вольф. У него было много успешных операций. Творческий человек он словно сочинял захватывающие детективные на грани фэнтези романы со множеством действующих лиц и воплощал их в реальность. Со временем его ведомство превратилось в одно из лучших в мире. Но пришли иные времена… Кстати, как там погода? – спросил неожиданно. - Хорошая, - растерянно ответил Иван. Саша выжидательно и с подозрением посмотрела на шефа. - Погода супер, - воодушевился Майк. – Сейчас бы в парк, на озеро, на море! — Вот и хорошо. Тогда вперёд! Отправляемся на экскурсию. © Борис Тропин, 2022 Дата публикации: 27.10.2022 12:18:56 Просмотров: 673 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |