Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Вороний цикл

Александр Учитель

Форма: Очерк
Жанр: Литературная критика
Объём: 8430 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Вороний цикл
В фольклоре многих народов мира в роли культурного героя появляется образ так называемого "трикстера". Это, обычно, не могучий царь зверей, а слабое и беззащитное животное: кузнечик-богомол у бушменов, паук у народа акан в Западной Африке, койот в Северной Америке, Братец Кролик в афро-американском фольклоре (происходящий, по-видимому от "Великого Зайца" Нанабожо у индейцев чироки) – предмет не столько почитания, сколько насмешек. Трикстер обычно попадает в глупые и смешные ситуации в результате своих шаловливых проделок, однако, вместе с тем, он – активный участник творения мира, и именно ему люди обязаны большей частью своих культурных достижений. Среди антропоморфных мифологических систем черты трикстера отчетливо сохранил скандинавский бог Локи. По обе стороны Берингова пролива, у чукотско-камчатских народов на его азиатской стороне, у индейцев северо-западного побережья (тлинкитов, хайда, цимшиан, квакиютль, салиш) и у атабасков Аляски на американской стороне, в роли трикстера выступает ворон. Серия рассказов о его проделках у всех этих народов получила название "Вороньего цикла". Открытие этого цикла в конце 19-го века не вызвало удивления: в самом деле, миграция эскимосов из Азии в Америку была явлением сравнительно недавним, продолжаясь еще и в самом 19-м веке. Исследователи того времени назвали ее "эскимосским клином", разделившим некогда соседних чукчей и атабасков. Если же эти народы были когда-то близкими соседями, нет ничего удивительного, что их фольклор носит общие черты.
Археологические исследования района Берингова пролива положили конец этим простым выводам. Выяснилось, что непреодолимая временная пропасть отделяет индейцев Американского континента от народов северо-восточной Азии: миграция предков индейцев из Азии в Америку произошла около 16.000 лет назад, во всяком случае, до подъема уровня мирового океана в результате таяния ледников, отделившего Евразию от Северной Америки. После ухода предков индейцев в Америку северо-восток Азии заселили как раз предки эскимосско-алеутских народов, так что чукчи и атабаски соседями никогда не были. Вороний цикл превратился в неразрешенную историко-литературную загадку. Всего было предпринято две попытки решить эту проблему. Клод Леви-Стросс предложил, что Вороний цикл возник в Азии и в Америке независимо друг от друга, поскольку ворон, как и койот, питаясь падалью, служит посредником между жизнью и смертью. Однако, рассказы о проделках ворона в Азии и в Америке слишком похожи, чтобы можно было их друг от друга оторвать, да и само слово "ворон" в чукотском языке – куркыль явно родственно названию ворона на языке салиш на северо-западном побережье – qwulaqa. Было высказано также и мнение, что Вороний цикл возник в прото-эскимосской мифологии, откуда распространился как на запад, так и на восток, но затем пропал у самих эскимосов. Эта точка зрения совершенно безосновательна, поскольку центральную роль в эскимосской мифологии играет совсем не ворон, а хозяйка моря Седна – персонаж вовсе не комический, а скорее трагический. Эту девочку отец по наущению злой мачехи вывез в лодке в море и выбросил за борт. Седна пыталась зацепиться пальцами за борт лодки, но отец отрубил ей пальцы, которые превратились в тюленей. Сама Седна опустилась на дно моря и стала там повелительницей морских животных, посылая удачу охотникам, или вызывая бурю. Недавно один из планетоидов второго пояса астероидов за орбитой Нептуна (к которым теперь причисляют и Плутон, разжалованный из ранга планет) был назван в ее честь.
Таким образом, никакого сколько-нибудь убедительного объяснения Вороньего цикла найдено не было, пока прогресс сравнительного языкознания не внес существенные коррективы в наши представления о путях заселения Американского континента. Дело в том, что лингвистам удалось, как будто, сгруппировать почти все признанные языковые семьи мира в восемь макро-семей: 1) ностратическая, состоящая из индоевропейской, урало-алтайской, семито-хамитской, дравидской, картвельской, чукотско-камчатской и эскимосско-алеутской семей; 2) дене-кавказская, состоящая из баскского, кетского и бурушаскского языков, языков северного Кавказа, китайско-тибетской семьи и семьи на-дене в Северной Америке; 3) австрическая, состоящая из австро-азиатской (языки мунда, мон-кхмерские и вьетнамский) и австронезийской семей, языков мяо-яо в южном Китае, а также языков нихали в Индии и айну в Японии; 4) конго-сахарская, состоящая из семей Конго-Нигер и нило-сахарской, включающих все языки Африки, кроме семито-хамитских и кой-санских; 5) кой-санская, состоящая из бушменского, готтентотского, сандаве и хадза языков; 6) индо-тихоокеанская, состоящая из всех языков Новой Гвинеи (800 языков, составляющих 12 языковых семей), северо-хальмакерских языков, языков жителей Андаманских островов и аборигенов Тасмании, а также языка кусунда в Непале; 7) американо-индейская, состоящая из всех языков американских индейцев, кроме семьи на-дене; 8) австралийская, состоящая из всех языков австралийских аборигенов. Особенно примечательна дене-кавказская макро-семья, растянувшаяся языковыми островками от Бискайского залива до штата Аризона! Если языки на-дене в Северной Америке действительно принадлежат к этой макро-семье, получается, что часть народов Вороньего цикла на северо-западном побережье (атабаски, тлинкиты и хайда) переселились в Америку со второй волной миграции (или может быть третьей, если индейцам в Америке предшествовало европоидное население близкое современным айну). Можно предположить, что эта миграция шла из Восточной Азии не через Берингов пролив, а морем сразу на острова Королевы Шарлоты в эпоху, когда мореходная технология уже позволяла такие далекие плавания. Если это так, то не исключено, что предки народов на-дене оказались на каком-то этапе своих переселений в Азии соседями ностратических чукотско-камчатских народов. Вопрос о том, кто у кого заимствовал там Вороний цикл, осложняется тем, что слово "ворон" имеет общий корень в ностратических, дене-кавказских, австрических и американо-индейских языках. Это далеко не единственный такой корень, и их существование позволяет некоторым исследователям говорить о борейской супер-макро-семье языков. Эта языковая общность так называется, поскольку за ее пределами остаются языки, распространенные, главным образом, в южном полушарии: конго-сахарские и кой-санские в Африке, индо-тихоокеанские и австралийские в Австралии и на Новой Гвинее.
Возможно ли, что Вороний цикл района Берингова пролива представляет собой осколок древнейшей борейской мифологии? Дух захватывает от такого предположения! Ведь речь идет о совсем уже невообразимой древности в десятки тысяч лет. Возможно ли вообще сохранение какого-либо фольклорного сюжета на протяжении таких невероятных отрезков времени? Даже и обще-индоевропейская мифология реконструируется с большим трудом, а о ностратической мифологии практически ничего внятного сказать нельзя. Но существует ли реально другая возможность? Самая архаичная форма слова "ворон" сохранилась среди народов Вороньего цикла, как уже упоминалось, в американо-индейском языке салиш - qwulaqa, где она практически идентична этому слову у угорских (т.е. ностратических) манси - kulak. Салиш никак не могли заимствовать это слово из соседних языков на-дене, где оно приняло гораздо более разрушенную форму – например, йель у тлинкитов, что очень близко к форме oli в тунгусо-маньчжурских (т. е. тоже ностратических) языках. Также упомянутая здесь чукотская форма этого слова (куркыль) ближе всего, как ни странно, к русскому слову "каркать" и к его аналогу в австрическом языке сантали (одном из языков мунда) – karaj.
Если Вороний цикл действительно восходит к обще-борейской мифологии, он превращается из одной из многочисленных загадок мирового фольклора в едва ли не важнейший культурный фактор на нашей планете.
Библиография:
Мелетинский Е. М., "Сказания о Вороне у народов Крайнего Севера", Вестник истории мировой культуры, 1959, № 1;
его же. "Структурно-типологический анализ мифов северо-восточных палеоазиатов (Вороний цикл)", в сб.: Типологические исследования по фольклору, М., 1975
Dolgopolsky A., Nostratic Dictionary, Cambridge, 2008
Greenberg J. H. and Ruhlen M., An Amerind Etymological Dictionary, Stanford, 2007
Lévi-Strauss C., L'homme nu, Paris, 1971
Starostin S. A., A Concise Glossary of Sino-Caucasian
Austric Glossary, http://home.att.net/~lvhayes/Langling/Glossary/glosspg1.htm




© Александр Учитель, 2010
Дата публикации: 03.01.2010 11:55:03
Просмотров: 1719

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 89 число 64: