Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Михаил Белозёров
Фёдор Вакуленко



Карвуазье

Евгений Пейсахович

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 5194 знаков с пробелами
Раздел: "Ненастоящее время"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Из сб. Ненастоящее время


- Я вот тут список... эээ... – генерал скривил бледные шелушащиеся губы, - личного, так сказать, состава посмотрел. Это что же у вас такое творится? Антонов – а в скобках Бронштейн. Буслаев, а в скобках – снова Бронштейн. Ворошилин – тоже в скобках Бронштейн. И так до конца. Даже Перцель с Янкелевичем – и те у вас в скобках Бронштейны. Они что же – близнецы?
- Никак нет, товарищ генерал-лейтенант. Боже упаси, - майор размашисто перекрестился. – Не может же, в самом деле, женщина тридцатерню разом родить. Даже и разуму неподвластно такое представить.
- Вы это того... – генерал слабо взмахнул рукой. – Бросьте так-то... Не дай бог, при подполковнике креститься начнёте. Не оберетесь потом.
В кабинете генерала к казарменному запаху ваксы и ружейного масла примешивался ещё какой-то. Трудноуловимый. Он звал. Но стыдливо. Будто стеснялся признаться, что устал быть чужим. Что ему хочется стать его, майоровым, запахом.
Майор трепетал ноздрями, пытаясь понять. Но понимал только, что сам источник запаха недоступен ему, майору, из-за своей дороговизны. Ружейное масло – это пожалуйста. Вакса – сколько угодно. А тонкий, невесть откуда взявшийся аромат, – ни-ни. Разве только в мечтах.
И было чувство, что жизнь прошла. И что прошла она даром. Составленная из ежедневных ни к чему не ведущих усилий. Из бесконечных мелких унижений, зависимости. Из надежд, которые, стоило им только сбыться, оказывались совсем чем-то другим, не тем, на что он, майор, так долго надеялся. Сбывшиеся – они только влекли за собой новые унижения и новую зависимость. И новые надежды, такие же никчемные, пустые, как те, которые уже сбылись.
Усы майора, после бани еще не высохшие и не нафабренные, вместо того чтоб куститься воинственно, висели беспомощно, как приклеенный под носом кусок мокрого кошачьего хвоста.
- Да ведь подполковник нынче и сам... - робко сказал он. Оправдываясь. – В церкву намедни ходить изволили-с. Свечечку Николаю-то Угоднику возжегши-с.
- Полноте, Геннадий Иваныч, - генерал осуждающе покачал головой. – Не ребячьтесь. Подполковник вчера Николаю Угоднику свечку поставил, а завтра Геннадию Великомученику свечу вставит. Отымеет во все дыры. Будто сами не знаете. Сколько раз уж мы с вами всё перетёрли, обкашляли, а вы снова за своё. Стыдитесь.
Майор вздохнул, огладил раскрытой ладонью влажные усы и покосился на портрет подполковника, висевший на стене над высокой спинкой генеральского кожаного кресла.
- Я вот кумекаю, работал тут на камвольном такой Данила Бронштейн. Сменным мастером. Работа у него спорилась. А там, прости гос..., - майор начал было поднимать руку ко лбу, но на полпути остановил, разжал пальцы и виновато посмотрел через стол на генерала. – Словом, там у них в цехе круглый год парилка была. Почище нашей. И женщины, конешно, в одних лёгких халатах трудились неустанно, потому что иначе никакой возможности эти влажные тропики выдержать в одетом то есть состоянии. Может, это его детки-то. В скобках. Без злого умысла то есть. С самыми добрыми намерениями. Такой, стало быть, купрум.
- Ну нихренасе, - генерал уважительно качнул головой. – Респект. А вот кстати, о детях, Геннадий Иваныч, - генерал начальственно гмыкнул и подвигал узкий узел галстука под жёстким воротом сорочки, будто готовясь сказать что-то особо важное. - Будете ребятишек к встрече с подполковником готовить – чтоб как в прошлый раз не получилось. Помельче кого берите. А то поставили охломона – руку ему жать, вроде, еще рано. А в пузо выб**дка целовать уже поздно. Да и пузо у него какое-то грязное было. Рогом-то шевелите. Облажаемся еще раз – сраму не оберёмся. Таких дюлей нам навешают – до кончины памятны будут. На смертном одре содрогаться станем. Пока копыта не отбросим. Животы-то им всем вымойте, не забудьте. С мылом. Продезинфицируйте, в общем. Спиртом что ли протрите. И велите детишкам-то животики не чесать. А то расчешут до полного непотребства. И ежели у кого из ублюдков струпья – гоните в шею. И сопливых тоже гоните. Лучше пусть один гадёныш будет, да гладенький и чистенький. Чем шобла выродков с лишаями.
- Слушаюсь, ваше высоко... тьфу, сгинь пропади нечистая сила, слушаюсь, товарищ генерал. Только вот насчёт спирта, - майор снова огладил влажные усы. – От них того... пахнуть будет. Да, признаться, и спирт уйдёт невозвратно.
Генерал помассировал старчески обвисшие щёки и кивнул:
- Отставить спирт. А согласитесь, голубчик, жаль прежние-то времена. Мне, ей же богу, Карвуазье этот поперек горла. Спиртику бы мензурку-другую.
Майор трепетнул ноздрями, пытаясь уловить тонкий запах, раздразнивший его. Выделить. Отфильтровать.
Но тот пропал. Остались только вакса, замешанная денатуратом, и ружейное масло.
Майор тоскливо посмотрел в окно, за которым, грязная и развратная, начиналась весна. На фанерный стенд с наклеенным плакатом: разгоряченно-румяный профиль солдата в ёлочного цвета мундире. На чёрные подтаявшие сугробы по краям голого плаца, застеленного квадратами светло-серых плит. На стриженые тополя со сладострастно припухшими почками на куцых ветках. На глухой бетонный забор с завитками колючей проволоки поверху.
И сглотнул слюну.



© Евгений Пейсахович, 2010
Дата публикации: 2010-05-28 00:39:04
Просмотров: 1417

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 57 число 39:

    

Отзывы незарегистрированных читателей

Л. А. [2012-04-01 19:07:27]
В колонии для несовершеннолетних? Сначала подумала, что это сатирический гротеск. Однако всё может быть реальностью. Тяжкое впечатление. За окном весна, а в кабинете полный "декаданс". Как же живётся воспитанникам, если уже воровать нечего? Чего-то худо мне от таких рассказов. А вот Алавин углядел бы исторический оптимизм в весне, но всё равно бы прицепился: где катарсис? )

Ответить
про колонию я как-то не думал... но, впрочем-то всё равно. реальность абсурдна - можно так и эдак прочесть. ей, собссно, и гротескной быть ни к чему - куда еще чо преувеличивать спротив того, что уже есть...