Анатолий Агарков [2024-09-30 04:40:17]
Клуб любителей исторической прозы

Субъективные ответы на злободневные вопросы:
- Украина: кто, как и когда сделал её такой?
- европейские ценности: душа или тело?
- судьба гегемона: полный крах или задворки истории?
- третья мировая: уже идет или вот-вот?
Новости завтрашнего дня.

Анатолий Агарков [2025-02-01 06:03:29]

Незамысловато, но как бьет по сердцу. Хочется просить прощения у всех погибших малороссов, что так поздно – но все-таки пришли! И теперь мы здесь, и никуда не уйдем – пусть хоть вся Европа на дыбы встанет. А Америка сунется – разговор будет ядреный…
М-да… Беспощадная штука совесть…

Русский – значит, не сдается!
Русский словно – террикон!
Заслонив собою солнце,
Он земле отдаст поклон.

А Европа ещё ответит за безумие Украины. Сполна…
Саша почувствовал, как щека у него задергалась от нервного тика.

По ту сторону прицела
Поднял голову фашизм.
Не проедут БТРы, не проедут БТРы,
Не проедут БТРы… я отдал за это жизнь.

Тишина в палате длилась долго.
Не стерпел Гоша:
- Песня спелась… Ты живой, Санек?
- Спасибо, Георгий, душу тронул.
- Это хорошо! Все болезни от нервов. Переживай – клин клином вышибается. В твоем положении это полезно.
- Врачи говорят – лежи спокойно: само рассосется.
- А я тебе что – плясать заставляю? Лежи и переживай. В бой рвись. Хоти движения. Главное – желание. Если оно есть, организм сам справится с любым недугом…
Господи, как все вдруг сошлось в двухместной палате военного госпиталя. И Санина беспомощность, и раненый ополченец, и мама с дочуркой в «камазе», ответственность за которых с Готовцева никто ещё не снимал, и истекающий кровью, но не покоренный Донецк за окном…
Россия, она не далеко-далеко, а здесь уперлась острием в самое сердце. Дотянулась через километры, отыскала его на больничной койке и приказала – встань, сын мой, ты нужен мне.
Саня встал и пошел в туалет.
- Санек ты куда отправился? – удивился Гоша.
- Отлить.
- А пошататься, блевануть немного совсем не тянет?
- Нет!
- Чудеса…
Готовцев скрылся за дверью.
Когда вернулся и лег на кровать, Гоша спросил:
- Что голова – совсем-совсем не кружится?
- Немного есть. Но думаю, завтра смогу играть в футбол.
- Вот что песня животворящая с нами делает.
- Это да…
Когда пришли Оля с Кристиною, Готовцев их встретил сидя на кровати. Поймал мелкую, затащил на колени, погладил кудряшки, поцеловал темечко.
Удивилась Ольга:
- Как себя чувствуешь?
- Нет тошноты и головокружения – только слабость осталась.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-04 05:28:33]

- Вот тебе и инсульт! – Оля обрадовалась. – И нейрохирурги Бурденко с отбойными молотками пусть отдыхают…
- Да не было никакого инсульта, - отмахнулся Саня. – Глюкануло голову от всего пережитого, а теперь отпустило. И этот в халате – сунул шпатель на язык, глянул в горло и определил инсульт головного мозга. Сегодня ещё отдышусь, завтра рванем домой. Нас ждут великие дела…
Оля неожиданно перекрестилась.
А Гоша буркнул:
- На этой проклятой войне шизофреником стать, как два пальца об асфальт…
После обеда началась гроза.
Окно было открыто, ветер упруго влетал в него и шевелил все, что мог.
Когда загремел гром, мелкая прижалась к маме, А Саня обнял их, унимая общую дрожь – так и сидели втроем на кровати, глядя в окно на капризы стихии. Она громыхала и выла, ожесточенно поливая город дождем. Ну блин, светопреставление!
Кристина вцепилась в руку Готовцева, как последнюю опору на земле. От её маленькой ладошки током пошла энергия по всему организму Саши. Уходила слабость, прибывала сила… Только тиком нервным щека заходилась.
Готовцев сам сходил в ординаторскую, удивив сестру – попросил разрешения погулять с семьей по территории госпиталя.
Деревья, кусты и травы умытые пахли русским полем. Солнце ластилось с неба. Природа будто говорила – какая гроза? ничего не помню, ничего не знаю, не при мне это было. И земля не казалась грешной. Но домой хотелось побыстрей уехать из этого прекрасного города Донецка, пронизанного насквозь канонадой…
Санек попросил Олю:
- Из цацек Кровавого Пастора подбери подарок невесте Гоши – скоро у них свадьба.
- А какого цвета у неё глаза?
- Не знаю, не видел…
Где-то за горизонтом жутко громыхало, но городские сирены молчали.
Не смотря на слабость, Саня чувствовал себя совсем отлично. Инсульт отменяется – начинается новая жизнь, которая сулит новые открытия, новые встречи и впечатления, или, может, смерть – много-много всего…
Округа клокотала артперестрелкой – кто-то кого-то подавлял, не трогая города. И это счастье! Ещё одну ночь продержаться, и домой… на Южный Урал.
Заглянули к Гоше в палату, пожелали спокойной ночи, и все втроем отправились ночевать в «камаз».
Сладко спалось.
Утром проснулся Саня свежий, полный сил, довольный. Проспал восемь часов – по его меркам это много.
Дорожки госпиталя так обыденно, почти по мирному подметал мужик.
Выпили чаю.
Готовцев покурил на лавочке . Наслаждение во всем теле не покидало его.
Оля выбрала изумрудный кулончик на золотой цепочке для невесты Гоши – глаза у девушки зелеными оказались.
Прощаясь с врачами Готовцев рассказал почти реальную историю о своем чудесном выздоровлении – глотнул водки, послушал песню, хорошо выспался и снова готов к труду и обороне Российской Федерации…
В ответ слушавшие, все как один, улыбались – ага заливай нам, а то мы не знаем: не болел ты, а прикидывался.
Ну, не верьте…
В палате втроем исполняют неподражаемый смех – подраненный Гоша, вместе с Кристиной и Олей, заливается как ребёнок. Ей-богу, так только дети могут смеяться.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-07 05:32:04]

Готовцев пришел во время – сосед по палате начинал новую историю о своих похождениях на хуторе, где он жил когда-то парубком. Вечера, скажем так, на хуторе близ Диканьки – новая версия.
- Один мужик любил спать в саду, когда тот в цвету – на телеге среди яблонь и груш: рай земной. Мы её потихоньку укатили на кладбище и там оставили меж крестов. А он проснулся только утром и прибежал домой в одних подштанниках весь перепуганный. То-то смеялись над ним…
Сейчас почему-то нет.
- Ну что, - спросил Оля, - тебя отпустили?
- А кому я здесь нужен?
- Счастливчик, - вздохнул Гоша.
- Ты давай оперируйся и на свадьбу нас пригласишь. Скажи мне номер мобильного – будем созваниваться.
Жизнь щекотала и веселила Гошу последние минуты – гости засобирались в дорогу.
Прощаясь, ополченец сказал коротко:
- Доброй дороги.
Все прозвучало в этих словах. В них содержалась великая сила благословения остающегося в аду к отъезжающим в рай. Донбассцы иначе не могли относиться к русским – от них в прямом смысле зависела их жизнь. Они знают, если россияне не вступятся, их убьют и сотрут в порошок. И развеют по ветру прах…
Ехали по городу и прощались – весь разодранный, но не согнутый Донецк вдохновлял своей умиротворяющей внешностью лета, да так, что казалось – все плохое для города уже случилось…
Что-то нацики примолкли – не обстреливают на прощание.
При желании можно было обнаружить другой смысл тишины: эй вы, гости с Южного Урала, понаехавшие на Донбасс, мы вам добра не хотим, но и зла не желаем; имейте в виду – ещё раз появитесь, убьем; так и знайте!
Готовцев с мелкой помалкивали, а Оля упражнялась в философии:
- Если первую половину жизни жить правильно, то вторую можно прожить как угодно. Если сначала жить неправильно, то второй половины жизни может не быть совсем. А может времени не хватить, сноровки или желания. Или некому будет учить правильной жизни. Значит, надо жить правильно с самого начала. Поняла дочка? А ты любишь шалить…
Перед выездом из города зашли в кафе перекусить. Заказали солянку, жареную картошку и пельменей, которые, если не съедят, возьмут в дорогу…
Поели, сели в машину, поехали дальше.
Хотя постов было много, фуру с челябинскими номерами никто не останавливал. Махали с обочины Оле и Кристе на их приветствия из кабины.
Ощущения катастрофы в воздухе не витало. И слава Богу!
- Едем домой! – сказал Саня и засмеялся.
Выглядел он счастливым.
Оля с Кристиной засмеялись. Просто так, за кампанию – и на фоне разрушений и последствий артобстрелов (пожарищ, к примеру) выглядело это немного цинично.
Саша и Оля одновременно подумали – смех не уместен, они выглядят циниками. Циниками они и были…
А что надо было делать? Ехать и плакать каждой разбитой хате или сгоревшему подворью? Вокруг был не прежний пригород, а свалка – битые кирпичи, поломанные плиты, всякий мусор – обычные пейзажи постоянно обстреливаемых мест…
Оля дозвонилась до Красноселки. Включила громкую связь.
- Мы едем. Дня через два будем дома. Саша скажи что-нибудь моей родной тёте.
У Готовцева голос был веселый


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-10 05:28:03]

- Вы там сильно рисковали? – спросила Нина Николаевна.
- Было дело. Но все обошлось.
Ольга отобрала телефон:
- А теперь Кристю послушай.
Мелкая звонко исполнила детскую песенку:

У маленькій у хатині на тепленькій кожушині,
Хтось дрімає хтось муркоче спозаранку спатки хоче.
У весь вечір, цілу нічку не зімкнула вона вічкі,
Зашукала хитру мишку, натрудилась вона трішки.

- Бабушка Эльза спит? Если нет, дай ей трубочку.
Но в трубке пошли помехи, и связь оборвалась.
Ольга не сильно расстроилась:
- Ладно, приедем наговоримся.
Проехали дорожный знак.
- Прощай, Донецк! – сказала ему Оля.
Саша добавил:
- Буду скучать…
Оля покосилась:
- Все пучком?
- Космос! – насыпал Готовцев о чувствах с горочкой.
У Ольги сегодня день философии. Выдала мудрость:
- Мне кажется, малороссы хотят воевать – можно ведь уехать в Россию, спрятаться где-нибудь, не ходить на призывной пункт. А они идут – добровольцами, на войну. Нравится мужикам и хлопцам это дело, пахнущее дымом, порохом и железом...
Саня с недовольством подумал – мужа вспомнила, и сказал так:
- А может, их ненависть гонит – желание отомстить за погибших близких и родных…
В кабине на авторадио пел Киркоров о казаках, которым мама часто говорила…
Впереди маячила Россия…
Приехали в Красноселку через два дня без приключений и дорожных неприятностей.
Только открылась дверь квартиры, Ольга бросилась на шею Нины Николаевны:
- Мы приехали, тетя Нина!
Толкнула дверь в спальню.
- Бабушка Эльза, давай вставай – пирушку закатим. У меня есть шампанское!
Увидев застеленную кровать, остановилась на пол пути.
- А где бабушка Эльза?
Нина Николаевна:
- Она умерла, Оленька. На следующий день после твоего отъезда. Очень любила тебя – не вынесла разлуки. А потом, Донбасс – это страхи Божьи: там мама твоя погибла. Бабушка так переживала за тебя…
- Что же ты не сказала?
- Не смогла. Ты и так в пекло сунулась – к чему лишнее горе на психику? Нет, не могла…
Дойдя, как сомнамбула, до кровати Оля упала на неё животом. Сунула личико в подушку. Глухо сказала:
- Саша, закрой дверь. Не пускай Кристину сюда. Я поплачу…


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-13 05:12:44]

Мелкая исследовала двухкомнатную квартиру. Засекла кошку на кухне. Погналась за ней. Та в гостиную и под диван.
Кристина легла на палас, наблюдая за Муркой и размышляя – понимают ли русские кошки украинскую мову?
Тут её подхватила двоюродная бабушка – закрутила-затормошила-затискала так, что у бедного ребенка ручки и ножки болтались, как у тряпичной куклы. И кудряшки волос растрепались по плечикам.
- Ах, какая чудесная девочка! Красавица! Вылитая мама в детстве…
Нина Николаевна кривила душой – ни черточки корейской не было на чисто славянском личике юной уроженки города Харькова. Разве только глаза были мамины – озорные, любопытные, бесстрашные…
Хозяйка квартиры на диван села, поставила внучку между колен, стала причесывать.
Покосилась на Саню.
Очень заметная, но непонятная связь молодого человека с племянницей Олей интриговала её. Она решила задать ребенку провокационный вопрос:
- А скажи, дитятко, где твой папка-то неразумный?
И мелкая выдала голосом звонким:
- Татко мій поїхав бити москалів. Коли всіх поб'є, нас забере!
Немая сцена…


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-16 05:43:40]

Псы Америки

Фонд Правосудия

Уже слетелись к полю вороны,
чтоб завтра павших рвать подряд,
и «С нами Бог!» – по обе стороны
в обоих станах говорят.
/И. Губерман/

1

Оля предложила Сане:
- Тетя Нина спит в бабушкиной спальне, мы с Кристей на диване в горнице уляжемся. А тебе постелю на полу в кухне. Ты не обидишься? Я приду ночью…
- Нет, милая, не придешь – постесняешься. Ночевать я поеду к брату. Он здесь неподалеку, на Спиркиной заимке живет.
- Главврач красногорской больницы Глеб Викторович – твой брат? – удивилась Оля.
- Старший. Умный. Образованный. Я перед отъездом не смог попрощаться с ним, а надо было поговорить. Так уж сейчас заодно… У него и банька есть.
Короче, уехал.
Глеб увидел, обнял, воскликнул:
- Брат, так рад тебя видеть! С ночевкой? Я сейчас баньку подтоплю…
В предбаннике Глеб с Александром, оба Викторовичи, пили чай с коньяком.
- Ну что, Украина совсем с ума сошла или наполовину? Расскажи о своих подвигах в Незалежной.
- Война там идет – жестокая и странная. Хотя, можно войной происходящее не называть – взять у Путина термин «специальная военная операция». Но ненавидят они нас люто. Ненавидят все русское. И день ото дня круче…
- Ты уже второй раз мотаешься в Донбасс. Что-нибудь поменялось за это время?
- Тогда ещё не было СВО, тогда ещё нас боялись.
- А теперь?
- Ненавидят.
- Все украинцы?
- Кастрюлеголовые все. И Америку тогда так не поминали – больше в Европу рвались. А теперь превозносят Штаты, как верховное Божество – и молятся, и готовы на любые жертвы, чтобы прадедушке Байдену угодить…
И ещё Саня поведал брату:
- Раньше на Украине другие были герои, а теперь почитаются исключительно прислужники Гитлера. Памятники им ставят…
Старший брат покивал головой:
- Может быть, память кончилась, оборвалась связь времен, что-то заклинило в головах, раз вместо шляп кастрюли стали носить. Раньше хохлы верили Советской власти – теперь стали свидомыми, забыв прошлое. Нового человека Украины будут звать хомо амнезикус…
Глеб умел говорить умные вещи.
После бани застолье в семейном кругу.
Саня похвастал наградой от самого министра Госбезопасности ДНР.
Глеб потребовал:
- Покажи.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-19 05:24:00]

Шурик, прежде чем отдать в руки брата АПБ, разрядил его. И предусмотрительно сделал – вскоре уже с пистолетом играл пятилетний Аркадий Глебыч.
- У меня теперь есть дочь, - похвастался младший брат старшему. – Три годика ей. Завтра мы всей семьей едем подавать заявление в ЗАГС.
- На Украине нашел?
- Да почти что. Но живут они сейчас здесь – у тебя в соседях, на Спиркиной Заимке. Знаешь библиотекаршу «Данко» Нину Николаевну?
- Конечно.
- А её племянницу Ольгу? А её двоюродную внучку Кристину? Теперь будешь знать – скоро они станут родней.
- Где осядете? – спросила жена Глеба Татьяна, пронзая деверя беспощадным взглядом: допрыгался, мол, жеребец.
- Хочу домик купить в Хомутинино. Но не в самой деревне, а на озере Подборном, в пансионате. Как-то был однажды, понравилось – теперь мечтаю там осесть. Завтра семью повезу на смотрины. Женское слово всегда последнее в таких делах…
- Деньги-то есть? – это Глеб.
- Найду.
- Профессию не думаешь менять?
- Пока нравится. И ещё – отгуляю, обзаведусь жильем, семью оставлю дома, а сам на Донбасс рвану. Заболел я им – понимаешь?
Говорил Саня искренне и убежденно – никто не посмел спорить.
А потом уже Глебу наедине перед сном поведал истинные мотивы.
- Понимаешь, брат, первые лица ДНР меня знают, мне доверяют – я у них на хорошем счету. Там не только война, боль и кровь, там заново создается новая республика Малороссия. В Донбассе сейчас легко и просто можно сделать головокружительную карьеру – из кабины «камаза» в кабинет министра.
Брат со вздохом:
- Вот было бы у тебя образование, тогда да… А так… Пустые надежды и хлопоты.
- Ну, не скажи…
Молча докуривали, думая о своем…
На следующий день Готовцев с Олей и Кристиной поехали в Увельский ЗАГС утверждать свой союз.
Ольга дорогой скорей переживала, чем радовалась. В каком-то смысле это трагедия – наспех созданная семья с Колькой-хохлом так и не сложилась в крепкий союз двух сердец. Готовцев, конечно, не такой красивый, но колоритный и в доску свой – понятный, ручной, влюбленный… Баранку крутит как пацан. Надо бы ему посерьезнее дело найти.
Но куда Саню можно пристроить? Простым рабочим не пойдет – начальство не любит. Свободный труд фермера требует сноровки и многолетней привычки – таковых нет. После службы, как сел за баранку, так и крутит, ничего иного не зная. Правда, машину себе приобрел крутую. И сбережения есть (?) – хохлу, наводчику на Турчинова, глазом не моргнув, отстегнул миллион.
Впрочем, чего о деньгах печалиться – привезли из Донбасса их целый сундук. Правда, инвалюта, но уж как-нибудь справятся…
Главное – Кристина к нему потянулась. Мало маминых знаний, она Сашу пытает – как трава растет, как машина ездит, как солнце по небу ходит, отчего мир устроен так, а не иначе… Готовцев охотно отвечает, и речь его интересна, умна, иронична – ей, библиотекарю с высшим образованием, так не сказать…
Кроме того, Саня умеет играть на гитаре и красиво певуч. Обещал мелкую обучить…
Тете своей про избранника нового так говорила:
- Тихий, кроткий, добрый и ласковый…


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-22 05:59:43]

- Ну-ну, поглядим, - сомневалась Нина Николаевна, имевшая о шоферах иное мнение.
А Ольга, мечтая об обещанном Саней доме, думала – так должно быть, и это счастье, когда есть свой дом и родной круг в нем. Теперь вот богатство привалило – как будто не жить, а на праздник её пригласил Готовцев.
С такими деньжищами можно и не работать – обратить лишь валюту в рубли. Но как Саша поступит? Ему, похоже, фура «камаз» дороже дворца. Дом для семьи покупает, а сам опять на дорогу поглядывает. Нет, даже на фронт, в Донбасс! Авантюрист, ейбо!
Но новый брак – не только новая жизнь, это ещё наказ: будь счастлива в нем! А как ей быть, если Саша нигде кроме школы не учился и сам из простых людей, а она интеллигентка не первого поколения с высшим образованием – мезальянс получается. С этим тоже ужиться надо…
Впрочем, у кандидата в мужья замечательные способности решать любые жизненные проблемы. Может даже когда-нибудь она будет гордиться своим новым супругом. Простоватые парни – они настырные…
М-да… это богатство. Надо ещё дать ума, как им распорядиться. Можно претендовать на царство, а можно и за решеткой очутиться.
Для регистрации брака в ЗАГСе нужен мужчине костюм и галстук. Оля хотела видеть на Саше брюки в стрелочку, фрак и бабочку. Зашли в магазин. Выбрали – все не то! Саша глянул на себя в зеркало – и ужаснулся!
- Выбирай сам! – опустила руки невеста, наряженная в клубное концертное платье.
Впрочем, на такой фигурке, как у неё – и сарафан бы смотрелся.
Готовцев выбрал – спортивного фасона брюки со штрипками и в обтяжку, корочки на венских каблуках и белую шелковую рубаху с голубым бантом в придачу.
Когда покрутился перед зеркалом, продавщицы ахнули – мечта, не мужчина! Это они ему бант повязали – в подарок на свадьбу. Так восхищались, так любовались, отталкивали друг друга, чтобы поправить на нем что-нибудь, что Оля приревновала и насупилась. А мелкая скакала и в ладоши хлопала – но это от настроения…
Главной интригой визита в ЗАГС была мысль – распишут их сразу или назначат положенный срок?
И вот они в кабинете служебном.
Готовцев принялся убеждать начальственного вида даму – он воюет в Донбассе (предъявил копию договора с Донецким Военкоматом), его отпустили всего на семь дней, три из которых он был в пути. Остался один на регистрацию со свадебным торжеством и три на обратную дорогу.
- Что же вы в Донецке не расписались?
- Так невеста-то здесь живет. Она из беженцев, и мы имеем право на исключение из существующих правил.
Оля смотрела на перепалку с печалью и легким ужасом.
Наглость или настырность – кто кого?
Тем не менее, брак их зарегистрировали. Мелкую вписали в паспорт нового папаши, как Готовцеву Кристину Александровну, 2020 года рождения.
Из ЗАГСа пошли в столовую угощать случайных свидетелей, о которых позаботилась Нина Николаевна, позвонив из Красноселки в Увельскую ЦБС.
По дороге зашли в универмаг и купили Кристине нарядную куклу. Об убранстве самой девочки на столь торжественный случай почему-то забыли – и мама, и новоявленный отец.
Но мелкая не впала в неистовство по этому поводу, а была рада тому, что есть. Вела себя соответственно случаю – была тиха и послушна, говорила мало, изображая умную девочку…
Ну, невозможно представить!


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-25 05:12:11]

Эти дела сделали до обеда. Перекусив со свидетелями, поехали в Хомутинино. Точнее в пансионат «Лесное озеро». Озеро называлось Подборным.
Здесь, среди вековых сосен живописно (не в уличный ряд!) стояли несколько двухэтажных коттеджей, облицованных серым гранитом. В одном из них Готовцев однажды ночевал, и зародилась мечта – приобрести.
Но ситуация оказалась несколько сложнее, чем авантюра в ЗАГСе.
Распорядитель пансионата не был владельцем, а всего лишь съемщиком этой недвижимости. «Лесное озеро» давно уже безуспешно продается её хозяином, а пока сдается в наем на сезон.
Выбора иного не оставалось, как звонить владельцу и просить продать один двухэтажный дом. Кстати, без отопления – потому как строился для летнего отдыха.
Законный владелец пансионата был необычайно контактен, что тут же доказал по телефону.
- Частями не продается, а хотите снимать – обращайтесь к нынешнему распорядителю. Впрочем, одна зацепка есть. Строился пансионат в советское время челябинским предприятием «ТЭЦ – 2». При приватизации его директор приобрел в свою собственность один из домов. Понравилось мужику, и он аккуратно каждый сезон проводил здесь лето. Но вот последние пять лет что-то не появляется. Стоит его коттедж и ветшает, сиротствуя. Думаю, бывший директор умер, а наследникам даром не нужен дом на отшибе. Мне тоже – весь пансионат хочу продать. А вы обратитесь к наследникам – может, они вам его уступят…
Такая интрига.
Информация была очень важна и обнадеживала на успех.
Пока Оля с Кристиной гуляли по полупустому пансионату и мочили ноги с мостика в воде лечебного озера, Готовцев достал клавиатуру и открыл инет в поисках последнего директора «ТЭЦ – 2» советских времен.
Яндекс – добрый помощник.
Скоро Александр Викторович разыскал в «ОК» страницу дочери и наследницы почившего в бозе гендиректора электростанции. Отправил письмо с желанием встретиться и свой телефон.
Позвони она в то время, когда они были на пути в Красноселку, Саня наверняка уговорил Олю рвануть в Челябинск покупать дом в пансионате, бросив другие дела. Но в жизни всё развивается куда неспешнее, чем читается в книги.
Этим вечером в ДК «Данко» Ольга с Ниной Николаевной решили организовать свадебное торжество. Деньги дал Саня – а что ещё нужно клубным работникам?
Разом все поднялись, организовались, даже открытки купили и подписали приглашения почетным гостям – например, Глебу и Тане.
Ну, свадьба не свадьба, а повод для вечеринки, конечно, был. И деньги, чтобы столы накрыть. И артисты, чтобы вечер сделать нескучным – клубники же. Они же и гости.
Над затеей трудилась Нина Николаевна. А все остальные помогали – сдвигали столы в банкетном зале, расставляли стулья, носили снедь из магазина, готовили из неё блюда, накрывали…
Несли цветы из своих садов – украшали окна и танцевальный зал.
Однако, те, кто постарше, Нине Николаевне выговаривали – а не легкомысленно ли молодые поступают: женятся, ничего не имея? Ни жилья, ни имущества, ни работы… Более того, они знают-то друг друга всего месяца два – не больше. Не гуляли, не целовались на скамейке – сразу в постель, а потом ЗАГС…
- Все война проклятущая, - отвечала тетя невесты. – Закрутила, завертела, Любу убила… Отказать им не было сил.
Наконец, приехали новобрачные.
Все готовы, всё накрыто. Тут и Глеб при жене и галстуке – поздравляют.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-02-28 03:42:00]

Готовцев, не сказать чтобы нарядный, но не сводит с Оли глаз. Та чуть покусывает губки в клубном платье – нарядиться больше не во что.
Люди поняли и простили – хватило на застолье с обручальными кольцами, ну и ладно.
Саня вел себя сдержано по отношению к новобрачной – даже, может быть, несколько отстраненно. Ни единым жестом или словом не показывал, что они уже давно имеют интимные отношения.
Так, в какой-то степени идиллически начиналась семейная жизнь Оли из Харькова и Сани, прописанного у брата в Красноселке, ну и мелкой, конечно…
Саня однажды лениво прикинул, что у него было не менее ста случайных женщин в кабине «камаза». Теперь баста! – нагулялся.
А к спиртному он всегда был равнодушен. То есть у Готовцева совершенно не было болезненной потребности к алкоголю – по поводу или без.
Но в кампаниях любил бывать. Ему нравилось наблюдать ералаш, который устраивали подвыпившие. Он смеялся, острил, притворялся пьяным, умышленно поддакивал чепухе, которую несли потерявшие душевное равновесие собутыльники. Саня мало пил и много веселился…
А где еще веселиться, как не на собственной свадьбе?
И славно повеселились – от души.
Про повод забыли, кажется – ведь невеста же без фаты.
А Саня, совсем не пьяный, убеждал брата в курилке, предварявшей мужской туалет, что Путин Путиным – у него свои методы ведения СВО. А нужны новые, народные – на террор бандеровский отвечать террором российским. Иначе весь мир русских будет считать тряпками. Время такое – не добиться победы в белых перчатках…
Александр, безусловно, любил Россию и желал ей только победы, но его методы борьбы с врагами были своеобразные – не разделял он общепринятой точки зрения. Не говорил каким путем пойдет сам, вернувшись на Донбасс, но приглядывается к тем рубежам, которые собирается брать.
Вот тогда же он рассказал Глебу о похищении Турчинова, как пример борьбы с врагами Малороссии. Намекнул, что средства «кое-какие» для террора у него теперь есть, хотя всего не поведал брату. Но признался, что очень хочет участвовать в государственном обустройстве новой республики.
- Мне кажется, Путин не понимает донбассцев – они уже не хохлы, но ещё не россияне. Им надо нечто другое, а то они могут встать на дыбы…
На что Глеб махнул рукой пренебрежительно:
- Как в Кремле скажут, так и будет.
Саня вскипел:
- Это отсюда тебе кажется, а там война, и до победы ещё далеко. Есть ещё время и будут возможности убедить Путина в нашей серьезности.
- А Пушилина уже убедил?
- Считай – наш человек.
- Ну, Сашок, ты – красносельский Наполеон.
На что тот обиделся:
- Почему Красносельский? Я в Увелке рожден.
- А прописан-то здесь.
- Пропишусь в Малороссии.
- Ты, случаем не махновщину собираешься возродить на Донбассе? Донецк в Гуляйполе переименовать?
- Там видно будет. Но считаю не вредным примирить малоросское вольномыслие с российской государственностью.
Необычайный авантюризм государственного масштаба!
Санек поведал старшему брату о ближайших целях и задачах…


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-03 06:02:07]

На что Глеб сказал:
- Вот когда Путин тебя к себе вызовет и прислушается к твоим планам, тогда поверю, что это серьезно. А пока считаю – чепуха презабавная. Ты ещё волосы длинные отрасти и в ухо серьгу вставь – вылитый батько Махно…
Саня ещё сильнее обиделся и умолк. Спорить он не любил.
Можно представить, что парень испытывал в тот момент.
Ах, ты так? Значит мне не брат! По крайней мере, не единомышленник!
Но вслух ничего не сказал.
Александра Готовцева, дважды побывавшего в Донбассе и один раз даже за линией фронта вихрем крутили амбиции власти. Политические взгляды, им исповедуемые, сродни были анархизму. Что-то такое – конкретно не сформулированное – витало в мыслях. Ну и задумки соответствующие…
В любом случае он считал, что ситуация на Донбассе идеально подходит для внедрения новых методов борьбы с фашизмом. Саня всерьез в это верил.
Более того, он считал себя конкурентом Верховного Главнокомандующего – не в прямом политическом смысле, а в методах ведения борьбы с псами Америки: Околицей, Евросоюзом и НАТО. Саня готов взять на себя смелость начать это.
Имя и образ Махно его не пугали. В свое время батька Гуляйполя воевал за советскую власть и был награжден за боевые заслуги орденом Красного Знамени.
С нынешней точки зрения, Нестор Иванович – альтернатива большевикам. Он выступал за мужиков и не принимал диктатуру пролетариата. И нет его вины в том, что бывшие союзники стали врагами.
Другой вопрос, что времена изменились.
А пока ближайшая цель – обустроить быт семьи и вернуться в Донбасс. Жена ещё будет гордиться им, как политиком государственного масштаба.
А может, Готовцев напился? Шампанское-то пригублял. Или от счастья головокружение? От влюбленности в жену красавицу?
Вот что он в тот вечер Ольге заявил:
- У меня теперь есть жена. Есть дочь. Но главное – есть мечта: обустроить Донбасс. Он стал моей жизнью. Иной не будет она, пока там идет война.
Говорил он отрывисто и не совсем членораздельно
Оля, кажется, все-таки надеялась на другой поворот событий. Она была влюблена в Готовцева и верила в свое счастье.
А Саня в тот торжественный вечер был вообще мало воздержан на язык…
Но потом произошел забавный случай, имевший шансы закончиться трагически.
Увидев свет и многолюдье в клубе «Данко» в неурочное время, завернул на огонек мимо проходящий и не очень трезвый местный житель, бывший ухажер Оли Григорьевой, которого, кстати сказать, она не дождалась со срочной службы.
Увидев бывшую подругу, он потребовал компенсации за утраченные надежды. Схватил грубо за руку, потянул за собой…
Подоспел Саша.
Завернул насильнику руку за спину, взял за шиворот и вывел на крыльцо. Дал такого пинка под зад, что тот кубарем слетел на асфальт.
Но тут же поднялся с ножом в руке.
Высыпавшие на крыльцо клубники зашумели – парень был местный, его многие знали.
- Дима! – крикнула Нина Николаевна. – Ты что вытворяешь? Ну-ка немедленно перестань!
Тогда выяснилось, что незадачливый кавалер не шибко пьян и бегает хорошо. Наверное, ему стало стыдно…
Этот поступок Александра Готовцева очень понравился тете Нине – она изменила свое мнение о зяте. Подошла с бокалом:


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-06 06:27:18]

- Проза жизни – мерзость никчемная… Не обращай внимания. Давай, зятек, выпьем.
Саша тост предложил:
- За тех, кто сейчас на Донбассе за нас!
Готовцев признавался членом семьи – даже главой утверждала его Нина Николаевна, потому что собиралась жить с молодыми. Ольга уже рассказала ей о двухэтажном коттедже в пансионате.
А вот мелкая Саню папой не называла, хотя с удовольствием сидела у него на коленях, болтая о чем угодно…
Потом ещё ели, пили, пели и плясали. Расходиться пора – пошли гулять: благо асфальтированные и освещенные улицы Спиркиной Заимки (отдельный микрорайон Красноселки, построенный директором совхоза Спиркиным в период сельской урбанизации). Выпить и закусить с собой прихватили – угощались и угощали всякого встречного.
Потом пришла кому-то идея:
- Качай жениха с невестой!
Олю женщины отстояли, за Сашу некому заступиться – подняли мужики на руки и стали подбрасывать его вверх с криками «ура!».
Триумф какой-то, а не свадьба!
Кстати, на прощальный медленный танец в ДК всем раздали бенгальские огни и свет погасили. Было необычно и очень красиво. Когда стихла музыка и свет загорелся случилась натуральная овация. Люди скандировали:
- По – здрав – ля – ем!
Ай да клубники!
34-летняя наследница ненужного ей коттеджа на Подборном была милой и обходительной.
Познакомились, отправились погулять и уже в парке, усадив на детскую карусель Кристину с мамой, приступили к купле-продаже. Когда вопрос с ценой был улажен, Саня проявил настоящую крестьянскую сметливость.
- Предлагаю такой вариант: я расплачиваюсь наличными в евро, а вы оформляете дарственную на мою жену. Выигрываем оба – вы не платите налоги за продажу недвижимости, мне не надо отчитываться в компетентных органах, где и как приобрел черный нал.
- А где и как вы его приобрели? – удивилась наследница.
- В Донбассе. Ходил в рейд по тылам противника. И как было не прихватить вместе с хозяином?
- А почему не сдали командирам?
- На этот вопрос ответьте сами.
- А дарственную в честь чего?
- Моя жена – бездомная беженка. Благотворительный шаг. Про вас в газетах напишут…
- А вы?
- А я уеду на фронт в Донбасс.
У Готовцева была своя правда. И русский ум.
Объясняя жене нюансы сделки, заявил:
- Я стал корыстен, алчен и черств, как все.
В этом слышна не только горечь бывшего свободного человека, но и самоирония влюбленного.
Ольга переживала:
- И с таким настроением ты собираешься вернуться на фронт?
- Не раньше, чем дом дострою.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-09 05:12:03]

Строил, конечно, не он. Нанял бригаду калымщиков. Отказавшись от газа и теплотрассы, потребовал «теплые» пол и стены от электрических конвекторов. И ещё камин встроили, которого не было. Студию на весь первый этаж. Новые обои по всему дому и так далее…
Приглядывая за строительством, Готовцев говорил:
- Пока не закончу, не поеду. А то и вправду ещё убьют – кто будет дом благоустраивать?
Свою ответственность за семью Саша ни на кого не перекладывал.
Кстати, переехали дружно с Заимки Спиркиной и обосновались на время в гостиничном комплексе пансионата – в одной комнате Саша с Олей, в другой мелкая с двоюродной бабушкой.
Женщины устроились на работу в пансионате – Нина Николаевна библиотекарем, а Оля барменом.
Впрочем, когда отдыхающих совсем было мало, библиотекарь исполнял обязанности администратора, распорядителя сауны и всего, чем требовалось распоряжаться. Такое частенько случалось. Порой подменяла Олю в баре и даже на дискотеке…
Не удивляйтесь – из санатория «Урал» почти каждый вечер приходили в пансионат гости повеселиться.
Тетка с племянницей были довольны своей работой.
А мелкая суетилась между ними, находя себе заделье.
Все крутилось и двигалось в заданном направлении – судьбы было не избежать.
Вместе с тем, у Александра и Ольги взгляды на самые главные вещи были противоположны.
Она считала, что полюбила мужа безоглядно и всю себя ему отдала.
Саня во главу угла ставил свои задумки по Донбассу, а семья – его тыл надежный, который он всячески укреплял.
Впрочем, конфликтов из разночтений семейных обязанностей не возникало. Пожалуй, это было самым удивительным обстоятельством. Можно было предположить, что Оля каким-то образом возмещала ему недостаток материнской любви – родителей братья лишились рано, и воспитанием младшего занимался Глеб.
Ольга могла относиться к мужу по-матерински, но это вовсе не означает, что он играл в эту игру. Сане действительно жена нравилась – в ней сошлись женское обаяние, красота внешняя и богатство души. Его магнитил целый клубок чувств к ней, возникших уже после свадьбы.
Сам Готовцев называл это страстью.
Для всех окружающих в семье Готовцевых ведущим казался, конечно, Саня, а Оля – ведомой. Её безусловно это устраивало. Она спокойно принимала то, что любила мужа больше, чем он её – у него вечно какие-то затеи: мужик таки! Но любые знаки внимания с его стороны, делали её счастливой.
В конце концов, Ольга, как женщина, имела право проявить характер – тетя Нина на этом настаивала – покапризничать, топнуть ножкой и не отпустить Саню в Донбасс. Но не было ничего такого. Воистину – любовь материнская!
Нина Николаевна пророчила:
- Твоя покорность погубит его.
Наконец, они переехали в отремонтированный коттедж.
Расставили мебель новую, разложили вещи, стерли пыль, помыли пол… А потом Ольга упала на софу и истерично расхохоталась. Ей показался смешным и нелепым тот мир, в котором она жила прежде.
- Вот оно – счастье комфорта с уютом! Только так надо жить!
С этого момента она разлюбила родную для неё Красноселку.
А Нина Николаевна вдруг подумала о Саше – пусть уезжает, иначе Ольга его погубит, как безрассудно любящая и от того очень плохая мать.
Пожалуй, именно эти дни, перед отъездом в Донбасс, стали в семье Готовцевых самыми теплыми и нежными. Погуляв до темноты, они садились у камина, жгли сосновые поленья, пели песни и пили пиво, лирично общаясь. Мелкая с ревностью следила за гитарой. Как только инструмент покидал колени Саши – тут и она. В его сильных руках уютно располагалась и засыпала, зная, что супруг мамы не отнесет её тотчас в кроватку. Ей так не хотелось одиночества даже во сне…


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-12 03:38:44]

Нина Николаевна, вслух не одобрявшая намерений зятя вернуться туда, где идет война, тогда сказала:
- Юность твоя, Александр, закончилась, а зрелость ещё не наступила. Переходный возраст – опасный период. Ты рвешься не в свою среду. Жену надо любить, а ты влюблен в свою машину, дорогу и угольный край!
Но Саня так не считал.
Его все сильней увлекала идея – убедить Пушилина создать в Малороссии крестьянскую республику батьки Махно. И дома уже не сиделось – все обещанные дела переделаны. Пора в дорогу. Одна задержка – новый гуманитарный конвой для Донбасса собирался в Челябинске, и Саня на него подрядился.
Попутно и путно – жизнь под настроение иногда рифмует.
Оля, ночами лаская мужа, спрашивала:
- Не жалко покидать наш комфорт? В Донецке такого не увидишь.
- Это так. Но донбассцы считают, что в комфорте должны жить все, а если его не хватает – не хватать должно всем. Потому и не покидают республику непрестанно обстреливаемую укропами.
Ольга очень скоро поняла: лучший способ держать Александра при себе – это не целовать его каждую минуту, а спрашивать, что надо делать и как. Пока в нем нуждаются, как в руководителе, он никуда не денется…
Раньше бы это понять!
И ещё хотелось Оле убедить мужа не доверять удаче, а полагаться на здравомыслие. Этак он избежит многих неприятностей, а то и самой «безносой».
Она говорила тете:
- Пусть съездит – когда вернется, не будет упрекать, что не пустила, - Ольга насколько смогла состроила в меру довольную физиономию.
- Если вернется, - ворчала Нина Николаевна. – Ох, избаловала ты его!
Заметно грустила и мелкая от предстоящего расставания с «дядей Сашей».
Что делать с евро и долларами, Готовцевы не решили.
В кладовке стоял огромный старый бабушкин сундук, набитый ими под самую крышку.
Саня отмахивался:
- Потихонечку рассосутся. А пока пусть будут «золотым запасом».
Ему не до денег – новая поездка в Донбасс обещала невиданные приключения и исполнение задуманных авантюр.
В планах Готовцева Глава Пушилин олицетворял его главную надежду на создание в ДНР государственности по типу крестьянской республики батьки Махно. В любом случае, воспринимался как фигура основополагающая, цементирующая растерзанную Малороссию. За таким народ пойдет! И он сумеет убедить Путина. Саня в этом не сомневался.
Нина Николаевна ломала голову, почему же племянница, на которую Готовцев не надышится, не воспользуется своим влиянием, чтобы уберечь мужа от авантюры.
Зададимся и мы этим вопросом – почему?
Оля в какой-то степени завидовала Александру – кроме семьи, уюта, богатства и даже работы на российских дорогах, у него есть цель в жизни. Он хочет оставить свой след в истории Малороссии и этим прославиться.
Она тоже мечтала на институтской скамье сделать такое, чего ещё нет. И что? Встретила, полюбила, обабилась, родила… Где цель? Неужто только для этого её родили, воспитали и образовали?
Как она завидовала Александру!


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-15 05:24:08]

Конечно, можно было похныкать, попытаться его отговорить от поездки в Донбасс. Но Ольга понимала, что кроме переживаний за судьбу мужа ею будет двигать обыкновенная зависть – что не совсем порядочно.
Она ещё считала мужа простым сельским парнем без верхнего образования. Но в среде себе подобных он был как раз исключением – не пьёт, не куражится, не дерется – потерянный какой-то: вечно задумчивый и предприимчивый. Не хвастун, как все остальные водители.
Его коллеги по работе, традиционно разгулявшись, колотили друг друга до полусмерти, пропивали всё до копейки, гоняли жен, пугали детей, а потом страдали похмельем и каялись.
Саня вращался в этом кругу, но не стал таким.
Оля с её казацкой кровью отца, тоже имевшим привычку крепко пить и яростно драться, отдавала себе в этом отчет. В конце концов, Готовцев оказался ей куда более родным и понятным, чем предыдущий муж, красавец-хохол, потомок государственной служащей.
Другое дело, что у Сани была цель, а у Оли её не было. Надо найти свое место в жизни, иначе муж её когда-нибудь бросит. Есть о чем задуматься!
Такие дела…
Заболеть бы проблемами мужа – вникнуть, найти место рядом.
Но Оля ничего не понимала в его устремлениях и бредовых идеях о крестьянской республике Донбасса. Надо бы инвалютой заниматься, а он рвется в дальние дали, где рвутся ракеты и снаряды, гибнут люди…
И при всем этом, чего уж греха таить – муж ей, увы, действительно нравился. Она любила его ужасно, нестерпимо, судьбоносно… И каким бы простым ни казался, он был её мужчиной, которому она отдавалась…
Отдалась и в последнюю ночь. Уснули не сразу – поговорили.
Оля:
- На досуге я займусь инвалютой – попробую найти каналы превращения её в рубли.
- Будь аккуратнее – дело подсудное, и спешить некуда.
Готовцеву до этих финансовых хлопот и забот не было ни малейшего интереса. Он весь уже в дороге.
Её же терпение было безграничным.
Потому решили расстаться в пансионате – без лишних прощаний и долгих проводов.
Саня сел в кабину «камаза», опустил стекло, помахал рукой.
Ольга выдохнула вслед:
- Счастье было недолгим.
Впрочем, со дня возвращения из Донбасса впервые спокойно проспала всю ночь.
А утром перед завтраком, будто пронзенная чем-то, вдруг остановилась возле стола. Не двигаясь с места несколько мгновений, она горестным шепотом призналась Нине Николаевне:
- Господи, у меня галлюцинации. Я снова слышу его шаги.
Но это были не галлюцинации – дверь открылась и вошел Саша.
Он забыл дома свой АПБ. Отпросился в конвое, скатался домой – теперь будет на трассе догонять.
Нина Николаевна веско сказала:
- Возвращаться – дурная примета. Оставайся дома, Александр.
- Не могу – уже нагружен.
Забрав подарочный пистолет, Саня прошелся по кругу – поцеловал жену в губы, тётю в щечку, мелкую в темечко – и ушел.
Если мерить в тех самых чертях, что угнездились в душах оставшихся после внезапного возвращения Готовцева – адово он посеял в семье настроение.
Ольга заплакала – чего не было при первом прощании, вчера.
Нина Николаевна ударилась в грусть – будто сына на службу проводила.
А мелкая прыгала-прыгала да и упала, разбив коленку – но не заплакала, а губки надула не понятно только на кого.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-18 06:13:55]

2

Начальник тыла донецкого ополчения обиды на Готовцева за долгое отсутствие не держал. Знал, что Александр после диверсии угодил в госпиталь, а потом уехал на Урал – реабилитация, стало быть. Теперь вернулся – здоровый и полный энергии – хорошо: работа для его фуры всегда найдется.
Оформили таки договор.
Зачислили Готовцева в ополчение вольнонаемным служащим, выдали камуфляж без погон, автомат АК-47 со штык-ножом и тремя дисками патрон. Обеспечили сеткой маскировочной фуру.
От койки и тумбочки в казарме Саня отказался.
- Жить буду в «камазе», - объявил он.
Командир автобата донецкого ополчения майор Федоров Константин Петрович – его непосредственный командир. Он-то и подсунул Александру напарника – хохла, который представился:
- Петро Приблудный.
Он был на десяток лет старше Готовцева и сразу повел себя лидером экипажа. Украинство свое подчеркивал настойчиво и постоянно, расценивая это как величайшую заслугу.
Хитрый и необычайно одаренный на мародерство.
В первую же поездку с боекомплектом на передовую, как только фура встала под разгрузку, он умыкнул куда-то, оставив Саню «наглядати за процесом».
Александр разгружал ящики с патронами, минами и снарядами вместе с бойцами. А когда закончили, позвонил Приблудному:
- Ты где?
- Що закінчили? Зараз буду.
Пришел с рюкзаком чем-то набитым.
- Что там? – хмуро спросил Саня.
- Не твого розуму справу, - ответил Приблудный.
Прибыв на базу, Готовцев к майору:
- Уберите от меня Приблудного.
- Что не так?
- Я привык ездить один – один и буду.
- А если тебя ранят или, не дай Бог, убьют – кто подменит?
- А если я Приблудного раню или, не дай Бог, прибью – кто ответит?
- Чем он тебе так не угодил?
- Болтливый, вертлявый, нечистоплотный… Склонный к браваде… вечно болтает – спать мешает.
- Фронту нужны снаряды, а не ваши разборки! Ясно?
- И я о том же. Стоит ли напоминать, что я вольнонаемный, а не призванный и не контрактник. Если не уберете Приблудного, завтра еду в военкомат, менять дислокацию или разрывать договор. Вы не заставите меня ходить строем!
- Черт с тобой! – согласился комбат.
Приблудный, как ушел со своим рюкзаком, больше не появлялся.
А Готовцев посмотрел на себя в зеркало – вроде бы Александр, да не тот.
Позднее Федоров скажет:


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-21 04:26:51]

- Чтобы выглядеть бунтарем на фронте, надо оставить свой страх перед смертью.
На что Готовцев благоразумно отмолчался – лучше не зарекаться.
Но визиты на передовую сами собой дисциплинировали.
Вместе с тем, Саня искал пути подхода к Пушилину. Просто так попасться на глаза и заговорить по старой памяти не удавалось.
Записаться на прием?
Имея только задумки создания «крестьянской республики» с новыми органами власти, отличными от российских, Готовцев не мог идти с таким ск удным багажом на официальный визит – просто слов и времени не хватит все Главе ДНР объяснить. А если Пушилин из неподготовленной речи ни шиша не поймет, что тогда? Одного настроя – ура! за народ! – в серьезной политике не достаточно.
Вспоминались прежние общения с этим человеком.
На Александра магически действовала несомненная харизма умного, умеющего править и нравиться Дениса Владимировича. Но всякая попытка представить ситуацию – Пушилин поймет, чего Саня хочет, и сам объяснит, чего же Готовцев добивается – находилась в зоне рискованных предположений и откровенных домыслов.
Прав Глебище – меньшому брату не хватает образования.
Саня пытался изложить свои идеи как документ на компьютере – как речь, с которой он пойдет к Пушилину. После перечитывал и понимал, что это бред сивой кобылы. Его предложения о переустройстве власти никак не складывались воедино – всё путалось и переплеталась, не вписывалось в стройную схему.
Надо думать и думать…
Новая власть – не хрен собачий… а собачащий.
Помыслы о визите к Главе ДНР дорого обходились нервной системе. Саня забыл о смерти и фронте – мотался на передовую на автомате, не думая о случайностях, на судьбу полагаясь.
В этих невеселых размышлениях прошла первая неделя новой работы.
Применяя тактику штурмовых отрядов и глубоко эшелонированной обороны вооруженные силы России и примкнувшее к ним ополчение день за днем отодвигали линию фронта вглубь Украины.
А Готовцев все мучился, решая проблему. Ему казалось, что вот-вот и все сложится в понятно-доступную картину, но всегда оказывалось, что чего-то «в супе» не достает, и как можно идти с таким к Пушилину?
Не получался из него батька Махно.
Примерно так.
Но однажды таки осенило.
К черту Махно и крестьян республику! Вот привязались!
Чем же была плоха, к примеру, Запорожская Сечь? Заменить «пановья казаки» на «браты казаки» и – айда, вперед! Поверстать все население Малороссии в казачье войско – например, Днепровское. Для начала, как у большевиков – военный коммунизм. А свернем нацистам голову, возьмемся за экономику. Крупный бизнес (электростанции, заводы, фабрики) национализируем, а также землю и её недра. Потом НЭП (новая экономическая политика, как у Ленина!) – и накормим людей, и работу дадим… Кто захочет богатым быть, пусть будет, начиная с нуля…
И власть выстраивалась в пирамиду – сотники, полковники, атаманы и кошевые – с надежной опорой на традиции.
И остальное всё, казалось бы, складывается отлично.
Путин голову ломает, чем привлечь, как увлечь молодежь – пионерию уже вернул, ищет замену лозунгам комсомола.
А у казачества этот вопрос решен легко и просто: от мамкиной юбки оторвался – казачок. Старики-ветераны и строем научат ходить, и шашку держать и на коне скакать… Короче, с патриотическим воспитанием у казачества – всегда нормалек!


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-24 05:33:50]

Это образно. Главная суть: казачество – не просто уклад и быт, это полувоенная организация, нацеленная на защиту сложившейся государственности. На первом месте патриотизм, а затем сноровка. Воинскому делу обучаются все мужчины поголовно, а при желании и женщины…
Итак, казачество!
С таким предложением можно идти не только к Пушилину, но и самому Путину.
Настроение Готовцева стремительно улучшилось.
Такая идея – поверстать все население Малороссии в казачество – давала твердое ощущение, что он, Готовцев А В, может с полным основанием обращаться к вождям любого уровня.
Если поголовное казачество в Малороссии приживется, движение можно распространить на всю Россию.
Есть тому пример исторический. После Пугачевского бунта императрица Екатерина не наказала башкир, принимавших в смуте активное участие, а поверстала в казаки. И тем навсегда привязала вольнолюбивую Башкирию к России…
Ольга каждый день звонила Сане – скучаю, люблю, боюсь за тебя и все такое…
Он отвечал, что на фронте и у него все в порядке – каждый день теснят нациков по всем направлениям наши доблестные войска и героическое ополчение. У него мало что изменилось – спит в «камазе», возит снаряды на фронт, готовится удивить Пушилина новым предложением… Ну и конечно – любит, скучает, мечтает о встрече…
С одной стороны – любящий муж, с другой – деловой человек, желающий политической карьеры. Это должно успокоить жену и отвлечь от мыслей об опасностях фронта…
Ещё неделю подумав о поголовной казачьей верстке населения ДНР, Готовцев решился на визит к Пушилину. Отпросился у начальника тыла на денек смотаться в Донецк и поехал.
На фронте было относительное затишье и потому отпустили.
Дениса Владимировича в кабинете не застал – поехал искать по наводке секретаря приемной. Нашел Главу ДНР выступающим перед населением в одной из пригородных деревень. Пришлось подождать, пока митинг закончится.
Пушилин небрежно поздоровался с гостем, никак не отреагировав на то, что перед ним старый знакомый.
Видимо, за Турчинова дуется или от Путина досталось за авантюру – подумал Саша.
Начальство села пригласило гостя почетного к столу. Пушилин Саше кивнул – мол, пошли перекусим.
Подали картошку и отварное мясо.
За столом Денис Владимирович подмигнул Готовцеву:
- С затеей приехал?
- Есть разговор, - обрадовался Саня такому началу и сходу, давясь пищей, выложил то, чем неделю томился.
Пушилин скривился:
- Чепуха какая!
Саня умолк, обидевшись.
Но оказалось, что пренебрежение Главы ДНР было начальственной игрой.
Отправляясь в Донецк, Пушилин пригласил Готовцева к себе в машину.
- Дорогой поговорим.
- А куда же я свою «Валькирию» дену?
Денис Владимирович, отринув все увещевания личной охраны, взобрался в кабину «камаза». Так и тронули по трассе – фура и две машины сопровождения: сзади и спереди.
Готовцев снова, уже не спеша, изложил свою идею о преобразовании ДНР в казачью республику. И пример Екатерины с башкирами привел.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-27 05:13:11]

А потом новый:
- Мы от Америки почему отстаем? Взаимоотношение власти с народом неправильно организовано. У нас – власть это все, народ ничто. У них – власть на побегушках народа. У них государством управляет тот, кто его создал и кормит. У нас – клика чиновников. Так исторически повелось, когда первый колышек в индейскую землю вбил фермер Билл. У нас сначала на земли, присоединяемые к государству, приходили стрельцы, а потом присылали крестьян крепостных. Сейчас уже не переиначишь. Но вот казачество – это путь к здравомыслию. Вы бы встретились, поговорили с Путиным. Существуют же в России всякие свободные экономические зоны – для эксперимента. Предложите ему в пробном качестве создать Донецкую казачью республику под протекцией Федерации. Неужто он не согласится?
Пушилин был настроен миролюбиво и отвечал Сане, что казачество – дело прошлого и тосковать о нем бесперспективно: надо строить новые государственные отношения.
- А я слышал, университеты казачьи открывают, чтобы готовить атаманов. И Путин этим вопросом весьма интересуется. А тут в подспорье темы – целая республика хочет оказачиться, выстроить соответствующие отношения и заняться воспитанием молодежи в патриотическом духе.
- И я слышал. Не знаю, что за блажь. Но учти – мы сейчас живем гуманитарной помощью из России, а потом скажут – вы там сами с усами – и откажут.
- Не откажут, если эксперимент пойдет от Путина.
- Ну так, съезди к нему – поговори.
- Мне не с руки – кто я и кто вы.
- Ну, хорошо, я подумаю.
Готовцев не понял – убедил он Пушилина или нет? Поедет он к Путину? Станет ли ДНР казачьей республикой? Но видно, что не зажег человека…
Донецк их встретил артобстрелом.
Жизнь во всей полноте…
Попрощавшись, Пушилин пересел в свое авто.
Вскоре посланец из личной охраны Петра Владимировича привез Готовцеву подарок от Главы ДНР – новенькую снайперскую винтовку СВД (снайперская винтовка Драгунова).
Саня понял, что это откуп. Ни куда Пушилин не поедет и никакой идеей казачества в ДНР зажигать Президента не будет. Должно быть, своих дел по горло. Но главное – не увлекло…
К кому же теперь обращаться?
Загрустил Саша – кабинет министра в казачьей республике ему не светит.
Приезжая на передовую, теперь не помогал бойцам разгружать фуру, а брал винтовку и пробирался в окопы. Оттуда ползком на ближайший пригорок и следил в оптику за позициями СВУ. Как только появлялась цель, грохал её и уползал прочь, не дожидаясь ответки. Мины его не догоняли…
Однажды, в свободный час, совсем убитый настроением, взял гитару и спел романс на стихи Сергея Есенина. Опосредованно прозвучало эхо его раздумий.

Пой же пой. На проклятой гитаре
Пальцы пляшут твои вполукруг.
Захлебнуться бы в этом угаре,
Мой последний, единственный друг.

Вечер был тихий и теплый. Окна «камаза» открыты. В курилке и вокруг на всем, чем можно сидеть, собрались водители и бойцы.


Ответить

Анатолий Агарков [2025-03-30 05:55:57]

Не гляди на её запястья
И с плечей её льющийся шелк.
Я искал в этой женщине счастья,
А нечаянно гибель нашел.

- Сашок влюбился наш, - кивали суровые мужики.
- Наверное, его бросили, - не соглашались молодые.

Я не знал, что любовь – зараза,
Я не знал, что любовь – чума.
Подошла и прищуренным глазом
Хулигана свела с ума.

- Складно поет.
- Влюбишься – не так запоешь.
- Да есенинские это стихи. Саня просто переживает.

Пой, мой друг. Навевай мне снова
Нашу прежнюю буйную рань.
Пусть целует она другого,
Молодая, красивая дрянь.

- Вот же сука! Такого парня бросила!
- Да женат Сашок и по девкам не шастает. Это песня от настроения.

Ах, постой. Я её не ругаю.
Ах постой. Я её не кляну.
Дай тебе про себя я сыграю
Под басовую эту струну.

- Дал же Бог парню талант. Ему на эстраду надо. А он тут с нами…
- Пока же нормально возит – что ещё? Человек на своем месте.

Льется дней моих розовый купол.
В сердце снов золотых сума.
Много девушек я перещупал.
Много женщин в углу прижимал.

- Есенина, говоришь, стихи? Похоже…
- Нет, Санек молодец. Говорят, из винтовки шмаляет – каждый рейс одному из кастрюлеголовых пулей башку дырявит.
- Сам Пушилин СВД подарил.

Да! есть горькая правда земли,
Подсмотрел я ребяческим оком:
Лижут в очередь кобели
Истекающую суку соком.

- Эх, знать бы сколько жить осталось.
- Живи сейчас, не думай о завтра


Ответить