Дело века
Юрий Тубольцев
|
Форма: Рассказ
Жанр: Антиутопия Объём: 4180 знаков с пробелами |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
|
Дело века Я убил человека. – Это что, признание? – засмеялся редактор. – Это рефлексия Раскольникова! – засмеялся я. – А я говорю, это не рефлексия, все скажут, что это признание, и не Раскольникова, а твое! – засмеялся редактор. – Нет, это первая строчка моего будущего романа, подражание «Преступлению и наказанию Достоевского», это рефлексия моего лирического героя. – А давай поспорим, что ты с первой же строчки признаешься в убийстве! Никакая это не рефлексия! – засмеялся редактор. На суде: (СЦЕНА. Зал суда. Писатель сидит на скамье подсудимых. Перед ним – Судья, Прокурор и Адвокат. Редактор сидит в качестве свидетеля.) СУДЬЯ: (Стучит молотком, устало) Гражданин Писатель, я вынужден признать, что это самое короткое дело о признании в убийстве в истории нашего города. Прокурор, зачитайте доказательства. ПРОКУРОР: (Встаёт, торжествующе) Ваша честь! Доказательство одно, но оно неопровержимо! Это письменное признание, зафиксированное в электронном виде, а также подтверждённое свидетелем! Цитирую: "Я убил человека." АДВОКАТ: (Вскакивает) Протестую! Это не признание, это литературный приём! Мой подзащитный – творец, он находится в творческом поиске! СУДЬЯ: (Писателю) Вы подтверждаете, что написали эту фразу? ПИСАТЕЛЬ: (Улыбается, слегка богемно) Да, Ваша честь. Это первая строка моего будущего романа. Глубокое подражание Достоевскому, рефлексия моего лирического героя, который находится в экзистенциальном кризисе! ПРОКУРОР: (Саркастически) Экзистенциальный кризис, говорите? А где тело, гражданин Писатель? Или это тоже "литературный приём"? ПИСАТЕЛЬ: (Разводит руками) Тело? Тело – это метафора! Это тело старых идей, тело прошлого, которое мой герой должен убить, чтобы возродиться! СУДЬЯ: (Редактору) Гражданин Редактор, Вы были свидетелем этого "творческого акта". Что Вы можете сказать? РЕДАКТОР: (Улыбается, поправляя очки) Ваша честь, я сразу сказал ему: "Это не рефлексия, это признание!" Мы даже поспорили. Он, видите ли, думал, что сможет спрятать своё признание за великим именем Достоевского. ПИСАТЕЛЬ: (Возмущённо) Вы меня подставляете! Вы же сами смеялись над этой идеей! РЕДАКТОР: (Невинно) Я смеялся над формой, а не над содержанием. Я же литератор, я чувствую подтекст! В каждой первой строчке – вся правда о писателе! АДВОКАТ: (Кричит) Ваша честь! Если мы начнём судить людей за первые строки их романов, мы посадим половину Союза Писателей! Где презумпция невиновности? Где улики? СУДЬЯ: (Задумчиво) Улики... Улики – это слова. А слова, как известно, могут быть опаснее пистолета. Гражданин Писатель, Вы утверждаете, что это рефлексия Раскольникова. Но Раскольников, прежде чем убить, долго думал. А Вы, как Вы сами признались, не думали, а сразу опубликовали. ПИСАТЕЛЬ: (Нервно) Я – гений! Я работаю интуитивно! СУДЬЯ: (Хмыкает) Интуитивно признались в убийстве? Интересный метод. Прокурор, есть ли у нас хоть один труп, который совпал бы с этим "литературным приёмом"? ПРОКУРОР: (Разводит руками) Пока нет, Ваша честь. Но мы ищем! Мы прочесали все места, где мог бы быть убит "лирический герой". РЕДАКТОР: (Вклинивается) Ваша честь, позвольте мне внести ясность! Убийство, о котором он пишет, – это убийство его собственной литературной карьеры! Он убил читательское доверие, начав с такого клише! СУДЬЯ: (Стучит молотком) Достаточно! Суд не может судить за литературные клише, хотя иногда очень хочется. Но и игнорировать прямое признание мы не можем. СУДЬЯ: (Обращается к Писателю) Гражданин Писатель, у Вас есть последний шанс. Если Вы не назовёте имя жертвы, я вынужден буду признать Вас виновным в... в покушении на убийство здравого смысла. ПИСАТЕЛЬ: (Вздыхает, потом смотрит на Редактора с хитрой улыбкой) Хорошо. Я убил человека. Имя его – Старый Смысл. А его сообщник – Редактор, который заставил меня это признать, чтобы продать тираж! РЕДАКТОР: (Вскакивает) Протестую! Это клевета! СУДЬЯ: (Смеется) Суд окончен! Признать Писателя виновным в создании опасного прецедента и обязать его немедленно дописать роман, чтобы выяснить, кто же на самом деле убил человека! Иначе – принудительное чтение всего Достоевского! (Занавес.) (с) Юрий Тубольцев © Юрий Тубольцев, 2025 Дата публикации: 10.11.2025 23:11:40 Просмотров: 439 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|