Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Яков Меренбах



Белый цвет

Павел Сидоренко

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 6980 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Долго думал, публиковать или нет... Решил, что надо. Вот так.


В ту весну яблони словно одурели... Даже самые слабенькие из них нарядились в белые одежды. Дунет ветер, и будто зимняя вьюга гуляет над садами, срывая с серых веток нежные лепестки.
Праздники отмечали у Неверова всегда весело, с размахом. А вот сам Иван пил мало. Больше смотрел, как другие потребляют, да песни застольные пел. А гости любили радушие Неверовское. Знали, что от Ивана голодными не уйдут. Хорошо мужик готовил. С душой. Пришлось научиться после смерти жены. И ещё по одной причине с охотой люди бывали в гостях у Ивана.
Росла в доме Неверовском жемчужинка по имени Анечка. Нравилось приглашённым слушать, как она поёт. Голосок звонкий-звонкий, словно первая струна гитарная. Особенно красиво двенадцатилетней артистке удавались романсы. Как начнёт, заслушаться можно: «Белой акации гроздья душистые, ночь напролёт нас сводили с ума…» - особо поддатые даже плакали в такие моменты. Если же кто пытался подвывать, его резко одёргивали и снова вслушивались в завораживающую мелодию песни.
Соседки шептались: «В мать пошла…» Валентина Сергеевна при жизни работала учителем пения. Любовь к музыке и дочери привить сумела.
Что и говорить, любил Иван Анечку без ума. А как не любить? Первым и последним ребёнком была она у него. Гордился своей кровиночкой Неверов. Подарками задаривал. Даже цветы иногда привозил. Не беда, что в душной кабине трактора ромашки быстро увядали, теряя привлекательность. Дочка с нетерпением ждала возвращения отца с пашни. Так бы и жили они, да вот беда приключилась.
Случилось это первого мая. К Неверову зашли гости. Иван, улыбаясь, сидел во главе стола, а Анечка в голубом платьице стояла посреди комнаты и исполняла романсы. Собравшиеся от всей души аплодировали. Особо старался Андрей Клименко – сорокалетний коренастый мужик, работающий вместе с Иваном. Был он женат, но с суженой почему-то не ладил. Даже сейчас отсел от неё подальше. Увлечённо слушал песни, много пил и с умилением потемневшими от водки глазами смотрел на Анечку.
В тот день Иван всё-таки решил расслабиться, иногда это «всё-таки» находило и на него. Поэтому Неверов пил вволю. Весело звенели бокалы, хрустело на зубах жаркое, лилась водка. Анечка спела два романса и ушла в свою комнату. К ночи гости засобирались по домам. Иван, как рачительный хозяин, решил друзей проводить.
Мягкий лунный свет не особенно хорошо вырисовывал дорогу, видимо, поэтому Неверов немного и задержался у знакомого. А там одна бутылочка, вторая. Разговор хороший зашёл. Часик пролетел, а за ним ещё один. В общем, пошел Иван домой ближе к утру. За дочку особо не волновался. Большая уже.
Анечка же долго не спала. Помыла посуду, убралась в доме. Наконец решила немного отдохнуть и включила телевизор. Когда раздался тихий стук, девочка лёгкой птичкой слетела с кресла и побежала к двери:
- Папуля, это ты?
За дверью помолчали, потом ответили:
- Это я - дядя Андрей. А что отца-то нет?
Анечка, недолго думая, откинула крючок. Скрипнули петли. Андрей Клименко немного помялся, потом дыхнул на девочку перегаром:
- Можно я его подожду?
- Конечно. Проходите, а я пока чай поставлю.
Анечка побежала на кухню и загремела посудой, а Андрей снял сапоги, поставил в угол и, шатаясь, прошёл в зал. Усевшись на диван, он о чём-то задумался. Маленькая хозяйка поставила перед ним табурет, кружку горячего чая, печенье, сладости. Андрей ещё немного помолчал и попросил:
- Спой чего-нибудь…
Аня с готовностью подскочила:
- А что?
- Ну, там это… про акацию, что ли…
Анечка как всегда вышла на середину комнаты, быстрым движением одёрнула платьишко и запела. Гость смотрел на неё каким-то тяжёлым невидящим взглядом, но слушал внимательно. Когда затихли последние слова, Андрей встал и молча вышел в коридор. Девочка побежала вслед за ним:
- Дядя Андрей, а вы что папу ждать не будете?
Клименко, не торопясь, накинул крючок на дверь, повернулся к Анечке и нехорошо улыбнулся:
- Буду. А пока жду… фокус тебе покажу.
Он расстегнул брючный ремень и пошёл на девочку. Даже вскрикнуть не успела Анечка. Повалил её дядя Андрей на пол. Заверещало под грубыми руками разрываемое на куски голубое платье. Зашлась в беззвучном рыданье девочка, силясь вырваться из крепких объятий. Не получилось. Оставалось только папу шёпотом звать. Кричать от боли уже не могла.
Вернувшись домой, Иван постучался. Дверь неслышно заскрипела и под несильными ударами подалась внутрь. Неверов нахмурился.
- Сколько раз говорить, чтобы закрывалась? – недовольно пробурчал он и крадучись прошёл в зал. Анечка, небрежно укрытая простынёй, лежала на полу посреди комнаты. Всё что осталось от платьишка на её теле, было покрыто бурыми пятнами. Взгляд синих глаз бездумно смотрел в потолок.
- Доченька! – крикнул Иван и бросился к ней, - господи, да кто же это так?!.. Да за что это?!
Он бережно поднял почти невесомую девочку на руки и положил на диван.
- Анечка, кто?.. Кто приходил?!
Дочка слабо застонала, и в тихом шёпоте Иван еле разобрал:
- Дядя Андрей… Тебя ждал… Папа, больно-то как…
Вспомнил тогда Неверов тот умилительный взгляд, что не сводил весь вечер с его Анечки Андрей Клименко, как рюмка за рюмкой соловели глаза гостя, представил, как пыталась сопротивляться девочка пьяному извергу. Бессильные мужские слёзы, скатываясь по задубевшему от ветров лицу, капали на Анечку, пытаясь смыть грязь с души и тела ребёнка. Чёрную, несмываемую…
- Ничего… - шептал Иван, нежно поглаживая ребенка, - ничего… Скоро легче будет. Ты только подожди меня... Слышишь, доченька? Сейчас врач… сейчас вызовем…
Он теплее укутал Анечку и выбежал на улицу. По дороге заскочил в сарай, схватил висевший на стене топор. Соседи Неверовых Алексей и Катерина Митрофановы вставали рано, поэтому, когда Иван постучался, дверь открыли сразу.
- «Скорую» вызовите! Анечке плохо! – крикнул Неверов. Алексей, поняв, что произошло страшное, кинулся к телефону, а, накинувшая халат Катерина, после недолгого объяснения, охая и причитая, побежала к Ивану домой. Неверов же, глотая слёзы, устремился вниз по улице. «Сейчас, родная, сейчас… легче будет… Намного легче…, - как заклинание повторял он хриплым от слёз шёпотом. Лезвие топора поблёскивало под первыми рассветными лучами.
Дом Клименко стоял на отшибе, возле заброшенного яблоневого сада. Не останавливаясь, Иван вышиб дверь плечом. Через несколько секунд сладкий утренний сон села встревожил истошный крик. Жена Андрея белым привидением выскользнула из двери и в одной ночнушке бросилась прочь.
Вскоре вышел Иван и, понуро загребая ногами опавшие цветы, побрёл в глубину сада. «Теперь уже легче будет, родная… Точно легче…», - бормотал Неверов. Через час, когда уже рассвело, участковый нашёл его сидящим возле молоденькой яблоньки. Иван нежно трогал её цветочки, бережно ощупывал сломавшуюся под ветром веточку, пытался приставить ее обратно, и говорил: «Вот и всё, родная… тебе ведь уже хорошо?.. Да?.. Я про всё знаю…» Рядом, где-то в траве, лежал топор. Дунул ветерок, и яблоневый цвет, словно снегом осыпал Неверова. Тёплым, белым…



© Павел Сидоренко, 2011
Дата публикации: 10.07.2011 18:24:55
Просмотров: 1771

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 46 число 88: