Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Анатолий Шлёма
Евгений Пейсахович



Тело

Джон Мили

Форма: Миниатюра
Жанр: Просто о жизни
Объём: 4251 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Он возвращался из гостей, точнее, со дня рождения бывшей подруги. Там, еще за столом, как нахлынуло, и выпил, похоже, больше, чем нужно. Сейчас шел по улице и чувствовал, что немного мотает, а точнее, откровенно бросает из стороны в сторону. Хоть прохожих в этот поздний час немного, а все-таки неудобно; потому решил пройти парком - круг небольшой, зато на выходе оказываешься почти перед домом.
Аллейка парка, параллельная центральной, которую любил за всегдашнюю, даже в сезон, хотя и относительную, но уединенность, вся в мокрой грязюке, засыпанной палыми листьями. Осень, думал он, безуспешно стараясь правильно ставить ноги, - осень, черт ее возьми. Дожди, дожди... скоро зима и проклятый холод. С детства не переносил осень, и именно за неотвратимость наступления холодов; ему, бывшему южному человеку, несмотря на явно не стариковский возраст, тогда начинало казаться, что в этом году уж точно не доживет до весны. И сейчас померещилось, что вроде как снег упал за шиворот и, мерзко тая, стекает по позвоночнику. Он резко вскинул руки, чтобы достать; разумеется, потерял равновесие, еще и поскользнулся на мокрых листьях. Короче, упал. Да так неловко, что остался лежать в грязи без движения.

Он стоял рядом с телом, напряженно думал. Первый шок прошел. Это когда в беспамятстве бегал вокруг, потом мчался к телефону-автомату и, ничего не сумев, быстрее назад. Потом продирался через кусты к центральной аллее в надежде встретить кого-то, привести на помощь; но никого не было, да и как бы он это сделал. Д-да-а, дядя, как ни смешно, а похоже, судьба, - вдруг мелькнуло и пропало куда-то. Но, видимо, и осталось частично, потому что расслабился и в первый раз поглядел на тело спокойно. А потом пришли воспоминания. Сколько же с ним, эти телом, связано!
Он вспомнил его маленьким, совсем еще крошечным, на коленях у матери - оручее беззубое существо с носом-кнопочкой и щеками, свисающими до пупа. Далее, последовательно: в детском садике, на кривеньких, но крепких ножках карабкающимся то на дерево, то на горку, и сразу в школе, получающим удар кулаком в лицо от одноклассника-хулигана. Затем, еще не худым, но радостно окрыленным, на опять же школьных тренировках по баскетболу, и уже в институте, освобождающимся от тяжкого груза в первом, исключительно гормональном, контакте с женщиной. Потом, без перехода, в любви и томительном ощущении настоящего обладания; в тоске и опустошенности любовной разлуки; больным и разбитым после ночного полета в глубокую, не огороженную строителями яму, с диким ударом о только что проложенную ими трубу; мечущимся в жару и лихорадке какой-то опасной инфекционной болячки и набирающим силу в процессе выздоровления; зачинающим ребенка, нянчущим его, маленького, сидя в кресле и возложив себе на грудь, а также прижимающим к себе родное тельце после купания. Далее, после развода, в различных местностях и жизненных ситуациях приступающим к женским неродным туловам и, уже ближе к сегодняшнему дню, несколько полноватым, в достаточной степени изъезженным и потасканным, с артритными скрипучими коленками, плохими, вылезающими на поверхность сосудами и до чрезвычайности беспокоящим повышенным в них кровяным давлением.

Тут он разом прекратил вспоминать, и строго посмотрел на валяющееся перед ним тело. Само виновато во всем, обвинил, подумав. Не береглось, жило как попало. Напилось, в конце концов. Вот вам и результат! А ведь говорили люди...
Ладно, продолжал думать. Ничего уж не сделаешь. И пора в путь... Ать-два, ать-два... Что там ждет?.. Бог, говорят… Страшный Суд... Рай, Ад. Увидим.
Весь в раздумьях о будущем, он сделал несколько шагов от неподвижного тела, остановился, потом еще несколько. Что-то вдруг как заставило обернуться. В последний раз окинул взглядом жалкую скрюченную фигуру, нелепую даже в не менее жалком осеннем пейзаже, и с ногой в полусоскочившем ботинке. Господи, какой позор! В таком виде предстать... и где...

Может, показалось... шевельнулись ресницы... О... дрогнули губы... открывается рот... Милый мой... хороший... Какая-то неудержимая сила уже тащила, волокла его к телу. Через мгновение был внутри, и с удивлением, но и с восторгом, слушал слова изрыгаемой (по-другому не назовешь) им же "нетленки": «шуме-е-л камы-ыш... дере-е-вья гну-улись...»


© Джон Мили, 2013
Дата публикации: 27.03.2013 19:58:42
Просмотров: 1332

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 50 число 25: