Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Шаман Монгуш

Татьяна Буденкова

Форма: Рассказ
Жанр: Мистика
Объём: 16685 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Рассказ первый - Месть Чингисхана; второй - Шаман Монгуш; третий - Догора на Хемчик; четвёртый - Плач Козерога. Рассказы связаны единой смысловой нитью о нетронутых уголках природы, об удивительных, порой пугающих, порой опасных событиях.




Лето в Туве всегда солнечное и жаркое. Вот и в тот год асфальт плавился и над ним струился горячий воздух, искажая пространство. И в этом струящемся мареве, набирая скорость, японский "Марк" белой стрелой несся по чёрному асфальту. В салоне не жарко, кондиционер, отбирая хорошую долю мощности двигателя, создавал комфорт для Бориса. Невысокий, крепкий, со слегка поредевшими рыживатыми кудрями, заядлый рыбак и охотник многое повидал. Но всему находил объяснение!Ни в какие чудеса не верил! А тут поди ж ты! Как за много километров, только по рокоту воды в горной реке шаман смог предсказать катасфору? А ведь предсказал, сидя рядом с Борисом у рыбацкого костерка! С рыбалки вернулись спешно, и следом узнали, что случилась авария на ГЭС. А у Бориса рядом с этой станцией младшая дочь живёт! Ох и переволновались они с женой. И вот теперь напала головная боль: как такое может предвидеть старый Монгуш? От Нового Шагонара до посёлка Хайракан, где жил Монгуш, чуть больше десятка километров. Всего-то! Лучше старого шамана такую головную боль никто не снимет.
Сам не осознавая того, Борис спешил. Возле горы Хайракан, упавшей посреди степи огромным каменным медведем, свернул на укатанную просёлочную дорогу. Солнце раскалило добела Тувинскую степь, заставив шуршать песок так, будто это не песчинки, а годы минувших столетий стелились под колеса машины. Ещё несколько минут и показались почерневшие от времени деревянные домишки. Посёлок Хайракан встретил Бориса зарослями полыни и сорняков в палисадниках. Казалось, люди здесь вымерли, а время остановилось. Ни во дворах, ни на улице - ни души. Ни одна собака не выскочила облаять чужую машину, ни одна кошка не шмыгнула под крыльцо.
Дом давнего друга Бориса Самдан-оол Монгуша ничем не отличался от других, когда-то построенных колхозом, который лет десять как "приказал долго жить". Одноэтажные деревянные домики, каждый на два хозяина, приткувшись друг к другу покосившимися заборами, тянулись вдоль улицы. Последним в этом ряду престарелых близнецов расположился дом Монгуша. Высушенные и выбеленные солнцем ступени крыльца, чуть слышно скрипнули под ногами, Борис тихонько стукнул в дверь:
-Есть кто дома?- и не дождавшись ответа, нажал ручку. В открывшемся дверном проёме, в солнечном луче кружились пылинки в немыслимом танце. Возле не зашторенного окна за накрытым цветной клеёнкой столом, сидела пожилая тувинка. Изрезанное глубокими морщинами, потемневшее от солнца и времени лицо с раскосыми глазами, было повернуто в сторону двери. Чёрные пряди волос, выбивающиеся из-под платка с красными розами по выгоревшему темно зелёному полю и байковый халат в цветочек, завершали образ.
-Здравствуй, Сотпамаа. Вот, Людмила тебе гостинец отправила, - Борис положил на стол собранный женой свёрток. - Где сам-то Монгуш? Дело у меня к нему.
-Экии, Борис. Людмиле четтирдим.* Садись. Будем чай пить, - как и большинство тувинцев, Сотпа понимала по-русски, но её разговор был смесью тувинских и русских слов. Борис, проживший большую часть своей сознательной жизни в Туве, казалось, не замечал этой причудливой смеси.
-Спасибо, Сотпа, спасибо, ты уж не обижайся, спешу, - развёл руками.
Но хозяйка явно не торопилась сообщать, где муж.
-Однако, Борис, тут его подожди, Не надо его беспокоить. Очень он волнуется, душа его мечется, - женщина вздохнула и потянулась за трубкой. Раскурила её, медленно вдыхая дым, так же медленно повернулась к окну, уставившись в него странным, потусторонним взглядом. На мгновенье глаза её расширились, и Борис вдруг различил сверкнувшие в них золотистые искорки.
"Вот оно. Всё, всё, что Монгуш рассказывал на рыбалке, правда!" - ещё сильнее заволновался Борис. Терпеть этот раздрай он больше не мог. Оставалось идти к Монгушу.
-Знаю, о чём думаешь. Не ходи к тел ыяш** Монгуша. Одному ему там надо быть теперь, - и жена старого шамана налила Борису сваренный на бараньем бульоне, слегка подсолённый чай. Отхлёбывая из пиалы небольшими глотками горячую ароматную жидкость, Борис всё-таки вопреки предупреждению Сотпамаа решил не откладывать встречу со старым другом.
-Ладно, Сотпа, спасибо. Пусть мой железный конь возле вашего крыльца постоит, а я до Каа-Хема. Пройдусь по бережку с удочками, - проговорил он. В ответ женщина выпустила клуб дыма, спрятав за ним своё лицо, и более ни слова не сказав, отвернулась к окну.
Борис вышел из дома, подошёл к машине, минуту другую стоял неподвижно, видимо размышляя, как поступить дальше. Ждать ли возвращения Монгуша, или всё-таки пойти ему навстречу? Взгляд его остановился на священной горе Хайракана. Удивительно видеть раскинувшуюся каменную гряду посреди ровной, как огромное блюдо, степи. Говорят, что это старая шаманка заколдовала зверя, за то, что он задрал её сына. Вот и лежит окаменевший медведь на том месте, где она его застала, возле реки.
Всё-таки решившись, Борис открыл багажник, достал небольшой рюкзак, связанные между собой болотные сапоги и, не оглядываясь, зашагал в сторону Каа-Хема. Невидимый для постороннего глаза остров, заросший густым кустарником и старыми деревьями, шумевшими листвой в крупную мужскую ладонь, скрывался между рукавом протоки и основным руслом могучего Каа-Хема. Борис направился через протоку. У берега длинные гибкие ветви серебристой ивы тянулись к самой воде, раскачивались и будто шептали:"Слыш-ши-шь? Слыш-ши-шь?" Он осмотрелся. Чудится? Шаг, другой... вдруг будто кто схватил за рюкзак! Он дёрнулся, но освободиться не смог! Рванулся изо всех сил, хлесткий удар по лицу заставил зажмуриться. И тут же почувствовал, что летит вперед, будто его выстрелили из рогатки. Споткнулся и упал прямо возле коряжистого и толстого, в два человеческих обхвата, ствола речного тополя. Только тополь это, или какое другое дерево, кто ж его разберёт? Листва вроде тополиная, но жилистая, крупная, темно зелёная. На острове много таких деревьев. Сколько им лет - не знал никто. Местные старики говорили, что с детства их такими помнят.
-Наверно ветка ивы зацепила, а я уж ... - додумывать, что с ним произошло, он не стал, а только ещё больше заспешил вглубь острова. Там, в самой чаще находилось растущее из одного корня, двуствольное дерево шамана Монгуша - тел ыяш. Возле этого дерева раз в год Монгуш проводил ритуал - хам ыяш дыгыыры*** - торжественное камлание. Но ритуал был давно позади. И Борис, терялся в догадках, зачем шаман направился к священному дереву? Что же должно случиться, чтобы старый шаман в неурочный час отправился к тел ыяш? То ли странный шелест листвы, то ли влажные испарения, исходившие от земли, так подействовали на Бориса, но от первоначального плана дождаться Монгуша на бережку не осталась и следа. Желание было только одно: быстрее добраться до друга, чтобы не оставаться одному среди этого шёпота и шороха! Безотчётная тревога вошла в сознание, заставляя вслушиваться в каждый звук, и гнала, гнала вперёд сквозь густую чащу.
Вот какое-то насекомое жужжит? Нет, нет, это другой звук. Шелест и шорох ив на берегу смешивались с этим звуком, мешая определить - откуда он исходит. Борис замер на месте, прислонившись спиной к толстому стволу. Минута, другая и он скорее почувствовал спиной, чем услышал: бум, бум, бум. Глубокие, размеренные звуки набирали ритм. Он сделал шаг в сторону. Теперь уже и земля наполнилась этим ритмом: бум, бум, бум, отдавалось во всём теле. А ещё этот звук... гудящий и звенящий одновременно. Пространство вокруг завибрировало, стволы деревьев перед глазами стали расплываться. Зелёные, коричневые и серые краски леса смешались и начали медленно вращаться перед его мысленным взором. Он хотел крикнуть, но вырвался только глубокий выдох: "Ха!" Однако этого хватило, чтобы прийти в себя. Он раздвинул качающиеся возле самого лица зелёные ветви, сделал шаг, другой и замер. На открывшей его взору поляне странным образом сплетенные, выросшие, из одного корня, ель и лиственница, упирали в небо растопыренные пальцы-ветви. Дым курительницы заполнял поляну, почти прозрачным, серым туманом, который клубился и растворялся в соседних кустах. Шаман в полном облачении, приплясывал и ударял колотушкой в бубен: бум, бум, бум. При этом он издавал гортанные звуки, иногда перемежающиеся с обрывками фраз и слов. Звук шаманской песни стал проникать в сознание Бориса, забирая и унося от реальной действительности. На груди и спине Монгуша, а это был именно он, Борис не сомневался, отблескивали старинные кованые шаманские зеркала. Лицо прикрывала повязка с бахромой из шелковых нитей и конского волоса. Сознание Бориса с трудом цеплялось за действительность: "Нельзя встречаться взглядом с шаманом. Нельзя-а-а-а..." Шаман продолжал плясать возле тел ыяш, ничего и никого не замечая вокруг. Бум, бум, бум - в такт ударам шаманского бубна вибрировало тело Бориса. Прыжок, наклон, поворот... повязка над лицом шамана качнулась, отошла в сторону, и Борис почувствовал, как земля уходит из-под его ног. Лица знакомые и чужие, страшные и обычные, перемешавшись с образами животных, картинами знакомых и незнакомых улиц и городов, казалось, неслись ему навстречу, или он с невероятной быстротой проносился над всем эти потоком. Вдруг, его будто кто-то схватил за шиворот, такой резкой была остановка. Прямо перед ним простиралась каменистая осыпь. Борис стоял на горной тропинке, за спиной у него по крутому обрыву шуршали осыпающиеся камешки и бурлили зажатые в теснине воды Хемчика.
-Смотри, - голос звучал откуда-то сверху, - из каменной осыпи пробивается собака, видишь?
Борис присмотрелся, и правда, очертания группы камней на насыпи не оставляли сомнений, что это пёс пытается высвободиться из каменного плена.
-Смотри ещё, выше и в сторону солнечного восхода, видишь? Там из насыпи на тебя смотрит лицо, узнать которое теперь не сможет ни один человек на земле. А когда-то пред ним склонялась тьма.
Борис присмотрелся. И правда, чуть выше и правее пса, если стоять лицом к насыпи, каменная осыпь имела вид человеческого лица. При чём столь явно, и отчётливо сформированного, что сомнений в его подлинности не возникало. Лицо смотрело насмешливо и высокомерно. Будто там, за этими каменными осколками скрывается живая душа.
-Ты прав. Там сокрыта живая душа. Но люди представляют её хозяина молодым и сияющим, как его слава. Однако время не пощадило и его. Он покинул этот мир стариком. С тех пор прошло восемь столетий. И теперь он смотрит на оставленный мир через эту каменную осыпь.
В этот момент Борис услышал шорох осыпающейся насыпи, хотел оглянуться, но вместо этого (о, ужас!) полетел в какую-то воронку. Скорость была такой, что различить мелькающие картинки было просто невозможно. Когда мелькание вдруг также резко прекратилось, как и началось, Борис понял, что находится в кабинете, который так хорошо знаком по телевизионным передачам. Прямо перед ним, чуть навалившись на правую ручку кресла, сидит крепко сбитый мужчина. Костюм, рубашка, галстук - всё современное. Борис уже ничему не удивлялся, однако от всего пережитого его так пробило, что он реально почувствовал как дрожат его колени. И вообще, ну как такое возможно? Однако вот, на тебе. Мужчина тем временем, поправил часы на правой руке, чуть повернулся в его сторону и вдруг в упор посмотрел на Бориса:
-Вы, кажется, что-то сказать хотели?- уголки его губ дрогнули в еле улавливаемой усмешке. - Я вас слушаю.
-Это сон? И вы мне просто снитесь?
-Ну что вы. Естественнонаучный материализм, конечно, серьезное мировоззрение. Но картина Мира не так проста, как кажется, - говоривший на мгновенье задумался, - а знаете, я ведь вам действительно не снюсь. Вы... не волнуйтесь. С вами всё нормально. Просто вы оказались не в то время, не в том месте. Но, кто знает, возможно, эта первая, но не последняя наша встреча?
И тут Борис почувствовал, что трясёт его неимоверно. Тошнота подступила к горлу, а перед глазами поплыли какие- то зелёные разводы.
Очнулся он на подстилке из травы. Рядом в обычной своей одежде сидит Монгуш, возле него аккуратно сложены шаманские атрибуты.
-Ну вот, очнулся. Давай поднимайся, домой пора, - и более не обращая внимания на Бориса, Монгуш стал собирать в котомку свои вещи.
Голова кружилась, да и тошнота ещё не прошла.
-Погоди немного. Оклемаюсь чуть.
-Оклемаюсь... кто тебя сюда звал? Тебе Сотпамаа говорила - не тревожь Монгуша, а?
-Так я не просто так. Дело у меня к тебе.
-Никаким делом нельзя беспокоить шамана, когда он общается с духами. Кабы не знал, малым ребёнком был, а то сколь годов рядом живешь! - а сам тем временем шагал, по только ему ведомой тропинке. Борис плёлся следом.
До дома Монгуша добрались затемно.
-Ложись спать. Завтра поговорим, - и было видно, как устал и вымотался шаман, однако злость на гостя уже отступила, - вот глотни, - и он выудил откуда-то начатую бутылку красного вина.
-Не пью я красное, у меня с него давление поднимается, - покачал головой Борис.
-Тогда на сухую спи.
Утром, попыхивая на крылечке трубкой, Монгуш ждал, пока Борис умоется, причешет светлые кудри, и только потом кивнул, мол, садись рядом.
-Верь, не верь, но есть такие места, где прошлое встречается с настоящим. Окажись там человек, кому дано слышать время, много добра или зла может он принести людям. На Хемчике, там, где два русла, как раз такое место. Помнишь на рыбалке, я про Чингисхана говорил? Ему судьбой велено людьми править. Вот и не знает дух его покоя, - Монгуш помолчал и добавил: -Когда умер Чингисхан, мать его исполнила полагающийся ритуал. Захоронила вместе с сыном его лучников, любимых жён и скакунов. Много душ в одном месте, в один день покинули тела. С тех пор место то большую силу в себе держит. Однако без толку кричать зачем? Нужен живой человек, с которым хан говорить пожелает. - Шаман окинул взглядом соседские домишки, потом поднялся с крыльца, перевёл взгляд на подножие Хайаркана, на установленную там телевышку: - Хоть и стоит у тебя дома ящик для показа, а без неё - он кивнул на вышку, - ничего не показывает. Вот я и камлал, чтобы узнать, живёт сейчас на земле такой человек или нет?
-Ну... и как?
-Хм. Да ты и сам видел. Только направилась моя душа в мир теней, как тут твоя откуда не возьмись. Мечется, как раненая птица от испуга, понять ничего не может. Но самое худое, ведь и дороги назад не знает. Кто твоё потомство на крыло ставить будет? Подхватил я её налету, думал уж и оба не вернёмся. Из последних сил камлал.
-Так это что ж, всё увиденное мной не сон?
-Нет. Трудно не посвященному человеку в потустороннем мире. Надо, однако, шаманом быть. Большим шаманом, как мой дед, или прадед. Или те, что были кузнецами и выковали шаманские зеркала много, много лет назад. Вот, наверное, столько лет, сколько у меня сейчас песчинок в руке, - и он подхватил у крыльца горсть песка. -Ладно, поезжай. А то, однако, твоя жена потеряла тебя и плачет, а вернёшься, ух, ругаться будет, - и лукавая улыбка тронула уголки губ Монгуша.
-Так это что, там из каменной осыпи дух Чингисхана пробивается? - в нерешительности продолжал топтаться у крыльца Борис.
-Однако, так.
-А камлал, чтоб удостовериться и узнать кто его преемник?
-Ты же не веришь. Думай сам. Сон тебе приснился или может, не достиг чего твой разум. Но к скале сходи. Раскрой глаза, осыпь каменная на месте.
-Ладно, а собака-то причём?
-Не знаю. Твою душу назад волок, не всё смог узнать, - и глаза шамана сердито блеснули в сторону Бориса.
-После нашей последней рыбалки стал сомневаться, может и есть что-то такое... - Борис неопределённым жестом помахал рукой, - ехал к тебе поговорить, ну, либо ты меня убедишь, и перестану сомневаться, что вся эта мистика - сказки, либо, - Борис покачал головой, прищурившись, посмотрел на шамана, - либо перестану себе голову морочить. А приехал и попал как кур в ощип.
-Хм. Курицу сварить - для человека одна польза. А от тебя на камлании - хуже не бывает. Свалился на мою душу! Кто тебя звал? - от одного воспоминания о случившимся, шаман схватился обеими руками за голову.
-Дым там, на поляне клубился. Может, нанюхался я, вот и примерещилось.
-Однако помню, ты говорил, как одна бабка можилась, да скорёжилась. Сходи, посмотри, скалу шайтан не утащил, заодно и порыбачь, - покачал головой Монгуш.

Кондиционер в Марке обдувал прохладой. Ну и что? Съездил, выяснил?! Уже подъезжая к Шагонару, решил, что на Хемчик к скале обязательно сходит, а там уж и будет решать - померещилось ему или нет.

*Экии, Борис. Людмиле четтирдим. - Здравствуй, Борис. Людмиле спасибо. (перевод тувинского)
**тел ыяш - смешанное дерево из двух разных пород носит тувинское название тел ыяш
***хам ыяш дыгыыры - ритуал освящения дерева-шамана

© Татьяна Буденкова, 2015
Дата публикации: 23.02.2015 22:54:48
Просмотров: 999

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 75 число 22: