Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Акция

Джон Мили

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 7641 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


"Ох, счастливая я", - думала Мария Львовна, прижимаясь к теплой, немного потной спине спящего мужа. Постепенно спадало приятное возбуждение после только что пережитых любовных ласк, и, прежде чем уйти в сон, хорошо было поразмышлять о своем счастье. Все было в высшей степени хорошо: муж любит, сын боготворит; отец с матерью, хоть и старенькие, но бодрые, и, главное, живые; вокруг все хорошие люди... Вспомнила про завтрашний день: как-то пройдет?.. А... наверняка хорошо!
Утром за завтраком Мария Львовна наливала чай, подкладывала бутерброды
то сыну, то мужу, трепала по очереди их густые темные шевелюры, в бессчетный раз удивляясь такому полному сходству родных лиц. Потом собирала сына в институт, и зачем-то, наверное, от переизбытка вдруг нахлынувшей нежности, сунула ему в карман внеочередную десятку. «Мамочка, какая ты у меня хорошая!» - просиял сын, и умчался. Муж торопился, немного опаздывал на работу, и она еле успела чмокнуть его на прощание. У нее самой работа начиналась чуть позже; можно было спокойно помыть посуду, уложить необходимое в сумочку, накраситься.
Войдя в автобус с задней площадки, она тут же заметила вечного своего попутчика, много лет, всегда в одно и то же время. Лицо его расплылось во всегдашней широчайшей дружелюбной улыбке, как бы говорившей: «ну, вот, хорошо, и сегодня вместе». Весело улыбнулась в ответ, в очередной раз едва удержавшись, чтобы не подмигнуть. «Хороший дядька, добрый, везет же мне на таких», - думала, провожая его глазами. Дядька сходил на остановку раньше, и, как всегда, обернувшись к ней, вежливо приподнял шляпу, а Мария Львовна махнула рукой.
На входе в учреждение, возле большой крутящейся двери, дежурили ее сослуживцы с букетами цветов в руках. Мария Львовна, шутя, отвернула голову и попыталась как бы пройти незамеченной. Попытка не удалась, а шутка была отмечена громкими восклицаниями и смехом. В гурьбе сотрудников, вся в цветах и следах поцелуев, она поднималась по парадной мраморной лестнице, в конце которой ждал сам директор со свитой своих заместителей. Торжественные поздравления сменялись дружескими, простыми и теплыми. Сегодня у Марии Львовны не простой рабочий день. Сегодня праздновался двадцапятилетний юбилей ее трудовой деятельности в стенах родной организации.
«Боже мой, какие они все милые, замечательные люди, как они любят меня», - взволнованно думала Мария Львовна, сидя в своем кабинете в мягком кресле начальника отдела, путь к которому был ох как не прост, скорее, тернист, усилиями и интригами многих, кстати, из только что ее поздравлявших. Но об этом сейчас вспоминать не хотелось. Ее совесть чиста; сама она ни в каких интригах участия не принимала, никогда. Просто честно работала, и, в конце концов, труд ее был справедливо вознагражден.
В этот юбилейный день все у нее получалось как-то по-особенному легко: легко разгребалась текучка, с каким-то даже изяществом решались трудные (парочка из них наболевшие) вопросы. В обеденный перерыв намечалось чаепитие, и Мария Львовна отправила в магазин девочку-курьершу, за тортом и бутылкой вина. «Подороже и получше», - предупредила она, отдавая деньги.
Рабочий день промелькнул быстро. И вот, Мария Львовна шла уже по улице, решительно отказавшись от предложения подвезти до дому. Хотелось пройтись пешком, подышать и подумать. Она все еще ощущала во рту нежный ванильный вкус торта, продолжала купаться в теплом море сегодняшних дружелюбия, открытой приязни и любви. «Я - счастливый человек, и, наверное, это счастье заслужила, - она вспоминала прошедшие годы. - Не подличала, трудилась, хорошо относилась к людям...»
По дороге, такой знакомой, исхоженной, примерно, на середине пути, стояла церковь. Обычно, торопясь после работы домой (все важные женские дела: заскочить в магазин, не забыть то-то и то-то, приготовить еду, простирнуть, успеть потрепаться с подругами по телефону, и т.д.), проходила мимо, досадливо отмечая про себя, что вот, опять некогда. Но сегодня вдруг так захотелось, что, несмотря на предстоящий прием гостей и множество связанных с этим дел, решила зайти, перешла дорогу и толкнула тяжеленную дверь.
В церкви было пусто, несколько старух в черном молились: молча шевелили губами и, стоя на коленях, били поклоны. Горели свечи. Огромный крест с распятым на нем Христом висел как бы в воздухе над алтарем. Ее потрясли это
искаженное болью мученическое лицо, большие темные глаза, глядящие прямо в душу. Мария Львовна долго стояла, не в силах от них оторваться, и вдруг, неожиданно для себя, сама опустилась на колени, беззвучно, но горячо зашептала: «Прости меня, Боже, прости за мое человеческое счастье! Я знаю, что им я обязана Тебе, Твоим мукам. Знаю, сколько боли на Земле, всё знаю. Возьми у меня часть моего счастья, отдай убогим и сирым, кто в нужде, отдай, чтобы стало им лучше...»
Очищенная и просветленная, со следами слез на глазах, пришла Мария Львовна домой. Уборка, совместные с мужем и сыном дружные хлопоты по устройству праздничного стола. Пораньше пришли родители и тоже включились в работу. Вот, уже звонки в дверь, собираются гости: родные, ближайшие друзья, кто-то из сослуживцев. Все искренние, проверенные люди. Атмосфера любви и добра и тут наполняет дом; теплые нити, идущие от одного к другому, связывают всех воедино. Гордым взором оглядывает Мария Львовна этих людей, теснится сердце в груди и вновь возникает в душе: «Боже, спасибо Тебе! Я счастлива, Боже, как же я счастлива...»
Глубокой ночью, предварительно наведя в доме чистоту и порядок, Мария Львовна с мужем раздеваются и ложатся в постель. Все еще влюбленный в свою жену, по-юношески горячий муж своей неиссякаемой энергией проливается в ее тело; снова и снова входят оба в эту запредельную и навещаемую только любящими область неведомого. И вновь подступает высшая точка блаженства, экстаз. Вот сейчас, вот еще немного, еще...
И вдруг Мария Львовна чувствует сильный укол в сердце. Откуда? ведь сердце у нее здоровое... За ним второй. Она отрывается от мужа, вся обмякает. По краю меркнущего сознания мелькнуло кипенно-белое и расшитое чем-то серебряным ангельское крыло.

Там, наверху, в сияющих, искрящихся белизной высотах, оказавшийся рядом нестарый и благородного вида, тоже голый и почему-то очень вонючий негр попытался ей объяснить (Мария Львовна понимала с трудом):
- Вот, посмотрите, видите группу людей?..
Она посмотрела. Невдалеке, кто стоя, кто сидя, беседовали между собой серьезные голые мужчины и женщины разного цвета кожи. Их лица - Мария Львовна обратила внимание – все как на подбор, показались ей добрыми, симпатичными, даже где-то возвышенными.
- Знаете, - продолжил негр, - я здесь недавно, всего-то с полчасика, но со всеми успел перезнакомиться. Все они не только очень умные, хорошие, в высшей степени достойные, но и, самое главное, чрезвычайно счастливые в своей жизни люди. Извините… конечно же, бывшие чрезвычайно счастливые. Да, так вот. Мы переговорили, и пришли к общему выводу относительно причин нашего здесь, так сказать, скоропостижного пребывания. Это... Акция!
- Какая еще акция? - Мария Львовна недоумевающе вскинула брови.
- Целенаправленная Божественная Акция по изъятию из земной жизни счастливых людей.
Мария Львовна не понимала уже ничего.
- Зачем?.. для чего?..
- Понимаете, мы точно не знаем. Но есть гипотеза: мы полагаем, что на Земле нарушено равновесие, стратегический баланс между общечеловеческими счастьем и несчастьем. Таким образом - негр повел руками вокруг - Бог его восстанавливает.
По мере того, как до нее доходило, лицо Марии Львовны искажалось в страшной, нечеловечески злобной и, одновременно, бессильной гримасе.
- Будь же Он проклят!!! – наконец, яростно простонала она.


© Джон Мили, 2015
Дата публикации: 08.05.2015 18:58:48
Просмотров: 1033

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 50 число 32:

    

Рецензии

Лилия Смоляр [2015-05-11 07:32:56]
Бывший африканец прав:
Счастье с горем ходят рядом
Смех и плач - одна монета
Раз веселье слышно где-то,
Знай, там слёзы грянут градом … Всё на Земле стремится к равновесию. Рассказ симпатичный. Спасибо.

Ответить
Джон Мили [2015-05-11 17:18:46]
Спасибо, Лилия.