Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Ицхак Скородинский



Попаданка (4)

Юлия Чиж

Форма: Рассказ
Жанр: Пародия
Объём: 8418 знаков с пробелами
Раздел: "Черновики(проза)"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


За те полгода, что я прожила в лесной глуши, муж так и не проявился. Во снах тоже никак не получалось пробиться в свой мир. Каждый вечер медитировала, настраивалась на мысли о доме, представляла в деталях обстановку квартиры, даже соседей не забывала вспомнить. Надо сказать, что соседи были почти что родственниками и друзьями. Наш подъезд в корне отличался от прочих трёх, где на площадке никто друг друга не знал. Разве что лица примелькались и иногда буркалось "здрасти" при встрече. В нашем же подъезде ходили в гости друг к другу. И не только праздники отмечали вместе или в горе помогали, но и просто так, вечерком, "на чай" забегали. Ну, и консилиумы по животрепещущим вопросам устраивали, конечно же. Костяк остался из "старых" жильцов. Вот этим-то костяком и дружили. Как один из соседей говорил с улыбкой: "Это в других домах "кто" да "что" - всем наплевать всегда. А мы на своих только через раз плюём!" Собственно, потому о соседях и думала. Ну, не может быть, чтобы муж информацией не поделился с ними. И уж точно не может быть, чтобы мозгового штурма не устроили. Одно "но" смущало - если поверят. И я здесь, как назло, застряла.
Неплохо устроилась к весне, в принципе. Хозяйством обросла постепенно: лосиху прикормила, в сараюшке перепёлок поселила (как украденные из гнёзд яйца в самодельном недоинкубаторе "высиживала" - отдельный рассказ). Даже "джакузи" появилось. Где-то с полкилометра до него топать по буеракам, но ведь появилось - горячий источник, серой попахивает. И местечко такое уединённое, даже уютное: две скалы, друг к другу боками прилепленные под прямым углом, а между ними чаша небольшая, по берегам кустарником поросшая. Плюгавенький кустарничек, конечно. Однако - со всех сторон прикрытой (защищённой) получаешься. Вроде бы всё замечательно. Сколько о такой жизни раньше мечтала - не сосчитать. Одна беда - скучно. В мечтах - помимо уединённой жизни - и библиотека присутствовала, и спутниковый интернет, и тарелка телевизионная. А здесь... Хоть волком вой. Волки, кстати, не водились. Что удивляло. Прям край, напоминающий рай: ни людей, ни хищников. Никто не беспокоил. Словно за завесой какой избушка моя находилась. Да и внешний мир она же от меня охраняла, видать.
Зиму пережила без труда. Тогда, кстати, и лосиху прикормила. Снега много навалило, но морозов и лютой стужи так и не случилось. Чаще оттепель бывала. Лосиха беременная, тяжёлым весом наст проломила, выбраться из ловушки не могла. Так бы и погибла, наверное, если бы еловые ветки не понадобились мне. Ну, не совсем еловые, конечно. Но названий этого мира я не знала, поэтому по аналогии (чем-то похоже? - будет как у нас, на Земле, называться!) нарекала. В общем, Новый год захотелось устроить. Игрушки из солевых друз сделала - нарастила кристаллы соли на тонких ивовых веточках. Настряпала пирогов с вареньем. Оставалось только ель притащить из леса. В последний момент деревце стало жалко (или спину пожалела, скорее всего, свою), оправилась за лапником. Только вот вернулась без веток. Не до них стало. Тряпьё какое-то собрала, воды бадейку схватила, травы с чердака почти все сдёрнула, и понеслась назад в лес, к животине. У нас бы животное от инфаркта сразу умерло бы, а эта ничего - поела, попила. И от страха не дрожала совсем, когда я ей ласковые слова говорила да по головушке гладила, пока тряпьём бока и круп от снега в яме изолировала. Сама пару раз едва такую же ловушку не обрела - наст потрескивал и трескался, прогибался, но не провалился, слава богу. Ума хватило к краю снежной ямы на животе подползать. Ночь Фаня в одиночестве побыла, а утром я дрын-щуп и лопату приготовила сначала, потом сбегала накормить страдалицу (воду больше не потащила в такую даль. Фаня снегом жажду и сама прекрасно утолила), а затем нашла щупом местечко, где снега поменьше, да к Фане пробиваться стала. Весь день снег ворочала. Устала так - слов нет. Но своего добилась - животину освободила. Фаня убегать не стала, сама за мной побрела. Через недельку телёночка родила в сарае. И стали мы жить втроём. Хорошо хоть основную еду лосиха сама добывала. Так бы и не знала чем кормить. Не готовилась ведь. Зато теперь у меня молоко было. Что телёнок не доедал - сдаивать разрешалось. Я же Фаню в благодарность то корочкой хлеба угощала, то густой просяной кашей, на молоке сваренной.
С первой капелью Проня объявился, гостинцев привёз целый воз. Больше всего я обрадовалась мешку шерсти: мягкая, шелковистая, без мусора постороннего - без колючек и репья. Такую и прясть в радость. И в сто первый раз бабушкам спасибо сказала за науку. Это ж они меня, городскую девчонку, всяким премудростям старинным учили. Чему не доучили - жизнь потом восполнила пробелы, расстаралась. В пору тотального дефицита - в период перестройки и потом - не один раз бабушкины науки выручали. И теперь вот пригодились.
Фаня на Проню реагировала очень странно: стоило только тому войти в амбар - как будто становилась меньше ростом, забивалась в дальний угол, прикрывая собой Пашку. И никакие уговоры не помогали изменить ситуацию. Впрочем, Проня на общении с животным не стал настаивать, а в амбар старался без особой нужды не заходить. Кстати, Проня уже не выглядел как раньше - невзрачным мужичонкой росточком с ноготок. Он как будто даже выше меня стал. И родство с Лешеком уже не удивляло - настолько чётко проявились общие черты. Одно осталось неизменным - копна на голове. Проня по приезду разлёживаться-отдыхать не стал. Подправил то-сё, на охоту сходил. А вечером, после ужина, завёл разговор интересный о том, что негоже такой умнице-красавице в лесной чаще прятаться, а пора бы уже мир посмотреть, да себя миру показать. Честно говоря, разговор этот во мне никаких эмоций, кроме ужаса, не вызвал. Только-только привыкла к жизни, а тут, вдруг, снова здорово - извольте менять.
Но даже вида не показала, что страшно. И в спор не полезла. Сказала, что подумаю над заманчивым предложением. А ночью случилось то, чего очень хотелось все эти полгода: я наконец-то попала домой, на Землю, к мужу!

Ну, как сказать точнее? В больницу попала. Вид, надо сказать, у моего викинга был аховый. Проводочки, трубочки, а под ними едва угадывался человек. И, на тонкой ниточке, на уровне груди, над ним, висел какой-то предмет, похожий на сдутый воздушный шарик, при ближайшем рассмотрении оказавший некоей странной субстанцией.
Пока я в изумлении и шоковом состоянии от увиденной картины пребывала в ступоре, в палату вошли двое. Первый настаивал на отключении от ИВЛ, второй просил немного погодить. Вроде как научный эксперимент для диссертации в финальной стадии. Первый матом объяснял, что вылетит с работы, если пойдёт на поводу. Второй сулил золотые горы и обещал исполнить любое желание первого. Перепирания заняли у парочки минут пятнадцать, не меньше. В итоге, первый сдался. И парочка, мельком глянув на показатели приборов, вышли.
Я попыталась взять мужа за руку, но не смогла. А субстанция, мимо которой прошла одна из рук в момент (совсем не театрального, между прочим) заламывания оных в немом отчаянии, вдруг блеснула, словно маячок на хвосте самолёта. Хм... Чем чёрт не шутит? Начала делать пассы, как псевдоэкстрасенсы на ТВ исполняли. Субстанция искрилась всё ярче, ярче. Казалось, что она вот-вот взорвётся...
Не казалось. Я ничком лежала поперёк кровати Ника. В голове гудело. Говорят, что такие ощущения бывают наутро после обильного возлияния. Как они выживают, в таком случае?
Но об ощущениях забылось тут же, как только рядом раздалось: "Ну, ты и тяжела, мать!"
- Кормили хорошо. Натурпродуктом. - огрызнулась я машинально.
Кряхтя сползла с кровати, выпрямилась. И окончательно поняла, что действительно не бесплотна.
В палату вбежали двое предыдущих визитёров. Орали долго, протяжно, с удивительной синхронизацией и в унисон. Вызвали охрану. Грозились полицию вызвать. Но вспомнив, видимо, что в клинике не всё чисто, отказались от затеи. И самостоятельно долго отсматривали материалы камер, чтобы понять каким образом в палате умирающего оказался "посторонний" человек в странной одежде.
Нас мало беспокоили истерики этих людей. Ведь главное желание исполнилось: друг на друга с нежностью смотрели родные глаза, в которых читалось "теперь всё будет хорошо!". И я могла держать его за руку. Оторвать - или даже отодвинуть хоть на миллиметр - силы бы ни у чего или кого точно не нашлось.


© Юлия Чиж, 2015
Дата публикации: 30.11.2015 03:22:04
Просмотров: 2031

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 88 число 70: