Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Константин Эдуардович Возников



Пространство вариантов достоевщины

Юрий Тубольцев

Форма: Рассказ
Жанр: Антиутопия
Объём: 17502 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Пространство вариантов достоевщины

Человек и обложка
- Я убил человека.
- А обложка должна быть цепляющая. Какая обложка у твоей книги?
- Я думаю, топор, Раскольников и черный квадрат.
- Ааааа! Так это ты по Достоевскому первую строчку сочинил?
- Да.
- Я думаю, можешь дальше не писать. Если будет хорошая обложка, для книги достаточно и одного предложения: - Я убил человека.
И мы пошли рисовать обложку. Объявили конкурс обложек. Мне прислали свои варианты несколько сот художников. Но ни одна обложка не подходила. Для фразы: Я убил человека. Нужна какая-то особая обложка.
И я отложил издание книги до лучших времен. Теперь ищу художника.
*
Комикс по Достоевскому
- Я убил человека.
- Ыыыыы! Тебе нужен резвый редактор, я, пожалуй, не буду связываться с тобой, - сказал руководитель литературного кружка.
- А я и сам без редактора роман напишу.
Но тут откуда-то про мою первую строчку, подражание Достоевскому, все узнали и мне сразу стали писать предложения о сотрудничестве десятки редакторов.
Тогда я напишу сразу несколько романов с образом Раскольникова, будет сериал! – решил я.
Но тут откуда-то взялся художник и, вместо романа, мы сделали комикс.
А написание романа я отложил до лучших времен.
Лучшие времена так и не наступили.
*
Редактор девственник
- Я убил человека.
- А какую цель ты преследуешь?
- Роман пишу, это первая строчка, как Раскольников бы написал.
- У каждого автора разные задачи. Чем твой Раскольников отличается от героя Достоевского?
- У меня больше философии.
- Никто не будет такое читать! Лучше сделай Раскольникова Дон Жуаном, так интрига будет и динамика.
- А как?
- А пойдем в ночной клуб знакомиться и узнаешь.
И мы с редактором пошли по дискотекам, редактор оказался девственником. Он предложил мне написать роман про Дон Жуана, чтобы пройти инициацию и стать мужчиной. Я помог редактору познакомиться, а редактор помог мне написать роман.
*
Серия первых мест
- Я убил человека.
- Тебе надо засветиться через конкурсы, - сказал редактор.
- Но это только первая строчка романа, я еще не дописал.
- А ты пошли на конкурс первую строчку, все бывает, вдруг сразу пару первых мест займешь?
И я послал свое подражание Достоевскому на несколько литературных конкурсов и занял сразу несколько первых мест. Идея Раскольникова оказалась всем по душе.
*
Картинки вместо романа
- Я убил человека!
- А у тебя есть иллюстрации, нарисованные художником? – спросил редактор.
- А зачем?
- Читатель любит картинки.
И я объявил в интернете конкурс иллюстраций к первой строчке своего романа, подражанию Раскольникову Достоевского.
Свою первую строчку я так и не дописал, зато мне прислали несколько тысяч иллюстраций к фразе «Я убил человека». Художникам эта тема, почему-то, понравилась. Вместо романа я издал альбом.
*
Женский фотограф
- Я убил человека.
- Вам надо найти пятнадцать-двадцать издательств и издать свой роман сразу во всех издательствах, – сказал редактор.
- Но это только первая строчка, подражание Раскольникову Достоевского.
- Тем лучше, одну строчку издать дешевле.
И я отправил свою первую строчку в сто лучших издательств России.
- Нужен фотоотчет! Надо сделать фоторепортаж с места событий, - стали писать мне издательства.
И я купил фотоаппарат и поехал в Ленинград фотографировать места Достоевского.
Ждите в продажах в книжных магазинах фотоальбом «достоевщина» с моей первой строчкой: я убил человека.
Но в Ленинграде меня остановили. Сказали, что надо фотографировать девушек. И я стал женским фотографом.
А когда все убедились, что, написав: я убил человека, я подражал Достоевскому, сказали, что надо фотографировать старушек.

*

Опасная правда
- Я убил человека!
- Ааааааа! – удивился редактор.
- А нельзя ли мою оригинальную идею применить для художественной книги?
- Можно! – сказал редактор и отправил меня к юристу.
Я объяснил, что это первая строчка романа, подражание Достоевскому, как Раскольников. Но юрист отправил меня на детектор лжи.
Пришлось доказывать, что я не маньяк, а писатель.
*

Как я роман написал
- Я убил человека!
- Мало кто знает, что такое синопсис! Шлите в издательство всю рукопись целиком, - сказал редактор.
- Но мне некогда писать роман! Я и не умею.
И я послал в издательство первую строчку, подражание Достоевскому, по Раскольникову.
Вдруг ко мне пришел милиционер.
- Я знаю, у Вас синопсис романа! – сказал он и предложил мне дописать свой роман.
- Но я не умею дописывать романы, я только начинающий писатель.
- Если Вы не допишите Вашу первую строчку: я убил человека, я Вас сдам в милицию, т.к. получается, что это признание в убийстве, - сказал милиционер.
Так жизнь заставила меня написать настоящий роман.
*
Писатель в натуре
- Я убил человека.
- Но эта строчка не раскрывает Вашу индивидуальность.
- Не мою, а Раскольникова. Это я подражаю Достоевскому.
- Вам нужно писать поглубже, а не просто вставлять глаголы, как в английском языке – пустые глагольные предложения. Нужно насыщать текст метафорами.
- Я, надев розовые очки и глубоко задумавшись, убил дрянного грязного человека, но очки оказались с дефектом, мир мне показался серым и бессмысленным и я воскресил убитого человека, поняв, что Раскольников не прав.
- Молодой человек, я, если честно, так и не понял, бред Вы написали или мысли. Советую Вам обратиться к другому редактору. Тяжелый случай.
И я объявил конкурс на лучшего редактора, который скорректирует мою первую строчку «Я убил человека» до шедевра.
Но вместо редактора ко мне пришли милиционеры и я долго объяснял им, что я писатель.

*
Расторопный редактор
- Я убил человека.
- Случайностей не бывает. Если Вы убили, значит Вас что-то к этому привело.
- Да не я. Раскольников. Это я пишу роман как у Достоевского.
- Да, и я не я и лошадь не моя! Я все понимаю, молодой человек!
И редактор позвонил в милицию.
Дверь была открыта и я быстренько убежал и добавил редактора в черный список.
Но милиция меня все равно нашла.
- Это первая строчка романа! – объяснил я.
И редактору пришлось платить за ложный вызов.
*
Псевдоглубина
- Я убил человека.
- Ааааа! Ну вы будете знамениты тем, что изрекаете банальности!
- Так это же идея Раскольникова, достоевщина.
- Чтобы придать этой строчке глубину, надо прочитать всю классическую философию.
И я стал читать Канта, Шопенгауэра, Гегеля, Кьеркегора и других философов.
А про свой синопсис будущего романа, про первую строчку забыл.
А через тридцать лет, найдя эту строчку, я согласился с редактором:
Я изрек банальность.
Но в моей строчке: Я убил человека. марсиане нашли глубину и опубликовали мой роман из одной строчки на Марсе.
*
Трусливый редактор
- Я убил человека.
- Надеюсь, проблем с законом не возникнет! Выбросите эту вашу запись.
- Да Вы что? Это же по Достоевскому идея Раскольникова! Я роман напишу.
- Нет, не пишите так. Подумают, что Вы убивец!
- Да что Вы! Многие писатели пишут от первого лица.
Но редактор взял мой листочек и порвал его.
Так я роман-подражание Достоевскому и не написал.
*
Вне контекста
- Я убил человека, - написал я по Раскольникову.
А критик вырвал строчку из контекста и вызвал милицию.

*

Неонеопостпост, тонко по грани
- Я убил человека.
- А что, так легко убить?
- Да это Раскольников, достоевщина.
- А, и ты туда же!
- А я эту концепцию усовершенствовал.
- Топор сделал двойным, что ли?
- Ха-ха!
- Не смейся, в милицию попадешь.
И я правда попал в милицию. Мою первую строчку романа приняли за признание.
Зато потом я получил пять по литературе. Мне объяснили, что подражание великим писателям называется фан-фикшн.
А в милиции долго смеялись над моей фразой: - я убил человека.
*
Экранизация первой строчки
- Я убил человека.
- Если милиция пришла, значит рассказ написан круто....Вот бы еще хорошего режиссера найти и фильм поставить......
- Да, фан-фикшн по Достоевскому можно экранизировать. Мой герой должен быть внешне похож на Раскольникова.
Но режиссер сказал, что из одной строчки фильм снять не получится, надо искать сценаристов.
А сценаристы сказали, что, как раз наоборот, надо снимать фильм из одной строчки.
И я пошел искать авангардного режиссера.
*
Кто редактор?
- Я убил человека.
- А! Четко понятно, что о чем! Ты маньяк!
- Да ты что? Это я по Достоевскому, Раскольникову подражаю.
- Ну ты фантазер. А деньги на редактора у тебя есть?
- Ну если я гений, я найду бесплатного редактора.
- Да конечно ты гений.
И я пошел искать редактора, но кто-то вызвал милицию.
- Ты почему убил человека?
- Так это же я Достоевскому подражаю.
- А где редактор?
- Еще не нашел.
И в милиции мне помогли найти редактора. Но редактор, вместо написания книги, повел меня в ночной клуб.
Мы все лето ходили в клубы и знакомились с девушками.
Потом оказалось, они проверяли, маньяк ли я. А потом оказалось, они проверяли совсем другое. Они искали, кто мой первый редактор.
*
Почетный член союза писателей
- Я убил человека.
- Есть масса нюансов. Вы правда писатель?
- Да, я подражаю Достоевскому, как Раскольников.
- А почему у Вас какие-то странные диалоги, начинающиеся с фразы «Девушка, а можно с Вами познакомиться?».
- А это я просто анекдоты сочиняю.
- А Вам не кажется, что «я убил человека» и «девушка, а можно с Вами познакомиться» читатель может объединить в одну тему и решить, что Вы маньяк?
- Да Вы что? Не может быть.
- Конечно. Лучше пишите что-нибудь на другие темы.
И я стал писать афоризмы.
Но после приехали полицейские, увезли в отделение и повесили на автора три трупа...
- Но тут явные аналогии не с маньяком, а с Достоевским! – возразили адвокаты.
Тогда прямо из полиции автора отвезли в союз писателей и дали ему статус «почетного члена».
*
Чистосердечное признание
- Я убил человека.
- Убил и раскаялся?
- А я это Раскольникову подражаю, Достоевскому.
- А Достоевский говорит, что все во всем виноваты и все за все отвечают. Значит убил и раскаялся?
- Ну раз все за все отвечают, то раскаялся, конечно.
- Тогда иди в милицию с добровольным признанием.
- Так это же я по Достоевскому первую строчку романа написал.
- А все равно все во всем виноваты и все за все отвечают. Иди в милицию и признавайся.
И я пошел в милицию признаваться. В милиции мне поверили и отправили меня в союз писателей. А в союзе писателей меня отправили в ночной клуб знакомиться с девушками. Потом оказалось, что они все-таки решили проверить версию, не являлся ли я маньяком.
*
Лжепереписчик
- Я убил человека.
- Хочу ли я, могу ли я, гавно ли я, я, тьфу, блин, слово забыл. Магнолия! – засмеялся редактор.
- А это я по Достоевскому первую строчку романа написал, как Раскольников.
- Хочу ли я, могу ли я, гавно ли я, я, тьфу, блин, Магнолия! – я так и понял. – сказал редактор.
И мы стали писать роман о сверхчеловеке, который не тварь дрожащая, а право имеет.
Но редактор почему-то постоянно провоцировал меня писать стихи.
- А зачем стихи? Я же не поэт, я писатель.
- Нет, стихи тоже нужны.
А потом оказалось, что я сочинил уникальный стих с анаграммами, а редактор подумал, что я переписчик, что этот стих мне кто-то подсунул с целью провокации и редактор помогал мне писать стихи для того, чтобы уличить, откуда у меня появился стих с анаграммами.
Эту тайну так и не разрешили. Редактор остался при своем мнении, что я сам такой гениальный стих написать никак не мог. А я помню, что все свои стихи писал сам и никакой я не переписчик.
*
Как фраза вошла в историю
- Я убил человека!
- Эта фраза попадет в историю! – сказал редактор.
- Нет, эта фраза попадет в историю болезни! - сказал критик.
- А продолжение будет? – спросил читатель.
- А тебя издавать как художественная литература или как мемуары, ты маньяк или писатель? – спросил издатель.
И мне пришлось все объяснить. Это была первая строчка романа, подражание Достоевскому, идея Раскольникова.
Но тут пришла милиция и меня отправили подтверждать или опровергать свою строчку. Решили, что я буду знакомиться с девушками.
А я ничего не понял, про свою первую строчку романа забыл и все лето знакомился с девушками. Написал роман «Как не познакомиться с девушкой», вступил в союз писателей и… не узнал свою первую строчку «Я убил человека».
- А кто это написал? – удивился я.
- Ты! – сказали редактор с милиционером.
- Не может быть!
В итоге моя фраза «Я убил человека» все-таки вошла в и в историю, и в историю болезни, и в уголовное дело и уголовную хронику, и в светскую хронику, и в новости писательской жизни.

*
История двойной игры
- Я убил человека.
- Лучше не попадаться. Выкинь тетрадку, где ты это написал.
- Но я это Достоевскому подражаю, концепция Раскольникова.
- В милиции докажут, что это ты про себя написал. Лучше не продолжай писать в таком духе.
И я отложил эту строчку на потом.
А потом про нее забыл.
И тут пришла милиция. Оказывается, они каким-то странным образом узнали об этой строчке и… пригласили меня в ночной клуб.
Там подставные девушки делали вид, что они со мной знакомятся.
Так я познакомился с десятками девушек, которые изображали из себя доступных, легкомысленных тусовщиц.
Но в самый ответственный момент, когда дело доходило до секса, все девушки отказывали.
Оказалось, меня провоцируют.
А литературный редактор ходил со мной по магазинам и советовал мне, какую купить одежду.
Потом оказалось, что я до этого купил меченную одежду, на моей одежде были знаки и теперь редактор выяснял, кто мне сказал купить одежду с символами.
Потом оказалось, что в моем дневнике писателя нашли анаграммы, шифры, коды и знаки, а редактор выяснял, у кого я эти знаки переписал.
Но официальная версия была, что я маньяк и что я ищу девушек. Мы с редактором каждый день знакомились и писали роман про ночные клубы и приключения молодежи.
Таким образом, в результате двойной игры, я перезнакомился со всеми девушками города и выяснилось, что никаких знаков у меня не было, а меченая одежда и анаграммы и шифры – это все случайные совпадения и комбинаторика слов с опечатками.
А фразу «я убил человека» я так и не дописал.
*
Курьезный случай. Вынужденный выбор жанра
- Я убил человека.
- Я вовлеку тебя в клевый литературный движ! – сказал редактор.
И мы пошли в ночные клубы искать девушек.
- А мы роман будем дописывать?
- Какой роман? – удивился редактор.
- Ну про Раскольникова, подражание Достоевскому.
- Как так? Ты хочешь сказать, что Я убил человека – это не признание? – удивился редактор.
- Конечно, это первая строчка моего будущего романа.
И тут редактор долго смеялся. Оказалось, что это не редактор, а следователь и ходил он со мной в ночные клубы и мы знакомились, чтобы выяснить, маньяк ли я.
Но и следующий литературный редактор оказался не редактором. Это тоже был следователь. Новый редактор выяснял, откуда в моих дневниках и литературных набросках коды, шифры и анаграммы.
Тогда я понял, что просто так редактора не работают, у них свои цели и интересы. Мне говорят одно, а сами выясняют совсем другое. И стал писать сам, без редактора.
Фразу «я убил человека» дописать до романа так и не получилось, но я сделал из нее серию миниатюр.
*
Как я не тот роман дописал
- Я убил человека.
- Да нет, ты не можешь написать роман!
- Конечно могу!
- Конечно не можешь! Никогда!
И я решил доказать, что могу написать роман.
Мы с редактором пошли на дискотеку и стали знакомиться.
У нас получались с девушками забавные диалоги, приколы и анекдоты, курьезные случаи и смешные истории. Через полгода была готова повесть «Как не познакомиться с девушкой».
- Я выиграл спор! Ты роман так и не написал! – сказал редактор.
- Как? А про знакомства с девушками?
- А это не считается. Ты же хотел написать серьезный философский роман с первой строчкой «Я убил человека».
- Да, это была концепция Раскольникова. По Достоевскому. Я не дописал этот роман, потому что стал писать роман про знакомства в клубах.
Оказалось, редактор не честно играл. Вместо того, чтобы дописывать глубокий, серьезный роман с философским подтекстом, мы стали работать над поверхностной повестью о флирте.
- Но почему ты меня спровоцировал написать совсем другой роман? – спросил я у редактора.
- А я не редактор, я следователь! Я думал, ты маньяк! – засмеялся редактор.
А свой роман про знакомства я выбросил. Он мне показался не серьезным.
А фразу «Я убил человека» планирую дописать до романа до сих пор, но с редакторами связываться боюсь, вдруг опять попадутся следователи.
*
Варианты продолжения
- Я убил человека.
- Ты хочешь доказать, что ты что-то можешь? Причины писать могут быть самыми разными. Они могут быть благородными, низменными, хорошими, плохими. Зачем ты пишешь?
- А я люблю читать и поэтому хочу быть писателем. Хочу внести вклад в культуру.
- А почему такое написал?
- А это подражание Раскольникову, по Достоевскому.
- Хорошо, будешь писателем. И мы пошли в шахматный клуб.
Полгода мы каждый день ходили играть в шахматы. Найдя в тетрадке свою первую строчку, я ее дописал так:
- Я убил человека. Человек – как шахматная фигура. Если ты убьешь его по правилам игры, это допустимо! – написал шахматист и… пошел искать старуху.
- Нет, про старуху не надо. Это плагиат, слишком Достоевским попахивает. – сказал редактор. А теперь пошли на дискотеку.
И мы полгода каждый день ходили на дискотеки.
- А теперь ты как допишешь свою первую строчку? – спросил редактор.
- А я не буду ее дописывать, я больше не хочу быть писателем. Я хочу быть танцором! – сказал я.
- Я этого и добивался, чтобы ты бросил эту идею писать романы, - засмеялся редактор.
И я пошел в клуб танцевать.
(с) Юрий Тубольцев








© Юрий Тубольцев, 2022
Дата публикации: 19.09.2022 14:33:08
Просмотров: 33

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 59 число 47: