Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Стихи первой половины 2024 года

Татьяна Игнатьева

Форма: Цикл стихов
Жанр: Философская лирика
Объём: 390 строк
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Забудется,
Затрётся ли в межстрочье
Размытая дождями круговерть,
И облаков
разбросанные клочья,
И снега неминуемая смерть.

И марта вздох
Прерывистый, натужный.
Ветров чередование гримас.
Где лётный путь
С краёв далёких южных
Прокладывают птицы в ранний час.

И первый
Натрудившийся подснежник,
И любопытный липовый глазок.
И в небесах
По-новому безбрежных
Восхода бледно-розовый мазок.

Забудется?
У памяти сердечной
Предела нет, как берегов в стихах.
Весна,
хоть и зовётся быстротечной,
Пребудет ныне, присно, и в веках

***

А циклон не унять, штормовые ветра в берега
Бьют, как в душу любовь – неожиданно и безоглядно.
И Венецию топит небесной печали сварга –
Красотой не кичись, мол, и чтобы другим неповадно.

Питер тоже в дождях, вечным тучам ни капли не жаль
Проливать свои слёзы на статуи, парки и зданья.
И накинув пузырчатой вязки промокшую шаль,
Город стих в терпеливом коротких лучей ожиданьи.

По каналам Венеции бродит волна за волной,
Набегая на стены, что дремлют под шубой из тины.
Вспоминая, как мчались на Геную долгой войной
Неусыпная зависть и жажды чумной паутина.

А в Венеции Северной водный трамвайчик скользит
Вдоль по Зимней канавке, катая гостей неуёмных.
И хранит эти зыбкие тропки надёжный гранит,
День и ночь карауля дыханье седых водоёмов.

Петербург и Венеция – птичий сезонный пролёт,
От холодных морей до субтропиков – мир ойкумены.
Но как будто один на двоих этот дождик идёт –
Общим пульсом сердечным по водным вскипающим венам.

***

Летим

Марине Чекиной

Летим, летим от снежных гор дворовых,
От лап еловых в праздничных шарах,
Салютов и от старых, и от новых,
Вещающих победу, или крах.

Туда, где бледно-розовым восходом
Чуть теплится у горизонта даль,
Где бурным долгожданным ледоходом
Вскрывается морозная печаль.

Летим, как натрудившиеся птицы,
Что рвутся сердцем к дому по весне,
И веруем, должна сегодня сбыться
Дарованная жизнь тебе и мне.

Свершится молодой весны творенье.
Дыхание второе обрести
Возможно даже в первый день рожденья,
Когда лишь открываются пути.

И творческой стагнации период
Пусть канет как треклятая нужда.
Любовь, надежда, вера – это трио
Не покидают сердце никогда.

И ты поймёшь, едино то и это –
И первый, и последний вечный час.
Рождаются весенние рассветы,
И будто вновь они рождают нас.

***

Признание в любви – есть первый вдох.
И нити дождевые сквозь разлуки
Стежки вплетают в странные излуки
Судьбы, застав беспутную врасплох.
Сошьётся ли обновка новобрачных,
И сколько жизней канет неудачных.
А вместо роз цветёт чертополох.

И сквозь ограды тонкую резьбу
Просачиваясь почкой любопытной,
Бутон цветочный с почвы антрацитной
Ведёт свою цветастую судьбу.
Но вместо роз цветёт чертополох.
И день признанья ни хорош, ни плох,
А просто до признанья ненасытный.

Вплетает он весну в тягучий вдох
Проснувшихся сердец и откровенно
У каждого цветка большой вселенной
Приветствует роенье суматох.
Коросту сна сдирая с зимних окон
До свежей крови лучезарным оком,
Признание в любви – есть первый вдох.

***

Нет, Юра, не всё так печально.
Для старта – шажочек назад
Нам свойственен был изначально
По прихоти скользких деньжат.
Ни жалобы, ни сожаленья
Не застят сегодняшний взор.
В сердцах не истлели стремленья
Расширить Земли кругозор.
Но ты из восьми миллиардов
Таких же как мы – пионер.
Иль нам не хватает азарта,
Не прыгаем с места в карьер.
А, впрочем, хозяин ведь барин,
Хоть все мы сейчас вразнобой.
Но где-то мы, каждый – Гагарин.
Мы, каждый – в полёте с тобой.

***

Крыла пространств неведомые взмахи
От тайны звёзд до таинства души
Снежинок ослепительные птахи
Накручивают жизни виражи

А там над нами или же под нами
Тягучей бездной край нетленных солнц
А мы на черепахе со слонами
Вымучиваем неизбывный сон

Заманены нерукотворным краем
С дорогами и поперёк и вдоль
Не понимаем их но принимаем
Глотками жизни временную боль

Из сердца неизбывного колодца
Я жажду первозданную верну
Мой пульс то замирает то несётся
Прочь от земли в безмолвную страну

***

Как будто о себе по ходу действа
Той пьесы, что без смысла и морали.
Но не включаю «гений и злодейство»,
Маршруты пролагаю по спирали.

Осенние ветра с дождями в прятки
Ну, разве ж наиграются когда.
Стихи из ученической тетрадки
Наматывают вёрсты и года.

И всё же вечерами одиноко
Той звёздочке, что пялится в окно.
Не отыскать заветного истока,
Не разрывая слабое звено.

И снова о себе не по порядку,
Запутанно, загадочно, нелестно.
Стихи из ученической тетрадки
Жар-птицей улетают бестелесной.

Печали и дороги без привала,
Безликие ночные полустанки…
Когда меня судьба завербовала
На этой незатейливой приманке?

***

Падал снег...(Акро)

"Падал снег на исходе апреля"
Марина Чекина

Падал снег на исходе апреля,
Ангажировал к белому танцу.
Дули в дудки ветра-менестрели,
Абрикосовых веток пестрели
Лук и стрелы в закатном багрянце.

Снег весенний выматывал душу,
Навевая прощальные песни.
Если я перед небом не струшу,
Горьким словом стиха не нарушу,
Невозвратное спрячется в бездне.

Анархист из меня непутёвый.
И порядок во всём принимая,
Скакуна одарю я подковой.
Хватит ждать неразменный целковый,
Обернётся апрель таки маем.

Дарят ангельских птиц горизонты,
Едким дымом лощины клубятся.
Арбитраж закрывают архонты,
Перепишут в поэмы экспромты,
Распакуют старинные святцы.

Если сбудется жизнь, и не всуе,
Лёгким взмахом крыла неземного,
Явь и сон навсегда зарифмует

Снег апреля – и старый, и новый…

***

Где двух сердец один толчок
В слиянье таинства святого
До мига родов рокового
В тиши вынашивал исток,

Там в четырёх стенах мирка
От искры радужной лампады
Вскипали слёзы звездопада
Как полноводная река.

Янцзы стране несла печаль,
Несла любовь и пробужденье.
И двух начал одно стремленье
Заветный обрести причал

Катило воды естества
По пёстрым далям Поднебесной.
Инь-Ян сплетал пелёной тесной,
Предвосхищенье рождества.

Великим тропам Дэ вести
В ума и сердца середину.
А трубам песни лебединой
Быть гимном ветхого пути.

***

В Твоей горсти блаженный сонм
Миров, что плавятся в горниле.
Господь, ты обещал нам сон,
А мы бессонницу вскормили.

Податель неба и земли,
Поитель зяби в час осенний.
А мы через межи брели,
Достичь пытаясь воскресенья.

Но только мимо всех пространств,
Всех сущих и несущих явей
В тот мир без мира и гражданств.
Тем ближе нам, чем он кровавей.

***

Мой ландышевый рай

"Не спрашивай про ландышевый рай,
Сиреневое робкое цветенье,
И про черемух снежное смятенье,
Когда увидишь, что на свете май."
Людмила Спесивцева


Золотым цыплячьим пухом
Одевается земля,
Одуванчиковым духом
Дышат майские поля.
Дышит лес черёмух цветом,
Капли ландышей горят.
Это май флиртует с летом,
Примеряет свой наряд.

Распустить души закрылки
И поймать бы ветерок.
Несдержимо, просто, пылко
Развернуть улитку строк.
Под соловушкино пенье –
Засыпай-не засыпай –
Не проспишь души рожденье.
Вот он «ландышевый рай».

***

По ту сторону дождя сонной пятницы
Растворилась тишина в тишине.
И как будто в день опять вечер пятится,
И как будто бы опять грустно мне.

Дворик пуст, и всю листву чисто вымели.
Дворник, спрятавшись, смакует вино.
Не припомню я художника имени,
Что представил нам сие полотно.

Но одно могу сказать – осень по сердцу
Незнакомцу – и внутри и вовне.
Только пёсья злая разноголосица
Растворяет суету в тишине.

А художник сам винцом заправляется,
Перепутывая помыслов нить,
И творением своим похваляется…
Только псов он не сумел примирить.

***

Я не могу сегодня об ином.
Наверное, чуть больше замечаю,
Чем детскими наивными очами
И мыслю о земном и неземном.

Я не могу сегодня об ином.
Хоть тишина у нас и небо чисто.
Как будто жизней прокрутилось триста,
Но не собрать в одну, и поделом.

Я не могу сегодня об ином.
Ведь каждый шаг дороже и больнее.
И кажется, что будто солонее
Тот самый неглотающийся ком.

***

Забавой душу утолив...(Акро)

«Не мысля гордый свет забавить»
А. С. Пушкин

Не мысля гордый свет забавить,
Единственно – излить души
МЫтарства, что терзают память,
Словес премудрых барыши.

Любя свободы искушенья,
Являясь детищем ея,
ГОРДЫ И славны бытия
Стяжатели предвосхищенья.

Вступленьем сложным утомив,
Ещё не ведаю преграды.
Терзаюсь только – вихрь тирады,
Забавой душу утолив,
Антипохвальной ждёт награды.

Больших надежд в помине нет,
А малыми мы все в повязке.
Влачим, как путы в опояске.
Идеи новые взрастив,
Творить спешим за мифом миф.

***

«Мой Пушкин…» – вздохи Натали.
Летят зимы последней вёрсты,
Черны, тревожны феврали,
Не наскрести надежд и горсти.

Оттает вешних дней краса,
Когда-нибудь опять со вздохом
Душе отпустят небеса
Надежд проявленных по крохам.

И будет трудным и благим,
Исполнен летним птичьим пеньем,
Твой путь помазаньем мирским
И наивысшим откровеньем.

Могильной надписью не скрыть
Родства блаженного былого.
Надежд связующая нить –
«Мой Пушкин…» – незабвенно слово.

***

Восток – дело тонкое,
Узорочьем звонкая,
Как песня, красуется в лучах хан-парча.
А где-то безличие,
Красот безразличие.
Печати срываются под хруст сургуча.

Письмишко написано,
Но черта бы лысого
Дошло как положено, коль вскрыта печать.
И вёрсты не считаны,
И строки не читаны.
И некому с севера теперь отвечать.

Сердца в расставании
Смакуют страдания.
Расскажет им сказочку промозглая даль –
Где письма те прячутся,
Где светлое платьице,
И как же востоку тот север не жаль.

Но вечны желания,
Не жгут расстояния.
И горы свернёт по пути адресат.
Восток – дело тонкое,
Не скрыть одежонкою.
Короче, всё будет, и Sapienti sat.*


*Sapienti sat – умный поймёт (лат.)

***

Шаг назад

Здесь тишина, и капельки дождя
Зависнув в размышленьях ни о чём,
От облака былого снизойдя,
Слезятся под рассеянным лучом.

Здесь пустота, а также полнота,
Как на ладони мир во всей красе.
Камней пятнадцать, только неспроста,
Как ни смотри, не прорисуешь все.

Четырнадцать их, но парящий дух
Раскроет тайну, что замыслил сад.
Но где же я, где зрение и слух?
Есть только сердце, только шаг назад…

А тот пятнадцатый заветный где?
Всему свой срок, смиряется душа.
И дух парит в небесной той воде,
Что льётся из вселенского ковша.

Но нет того, чему не суждено
Явиться миру в неурочный срок.
Всё совершенно, идеально, но…
В саду камней не прорастёт цветок.

***

Жара

Сверкают подвески былых королев по музеям.
Сверкает над жаждой в немыслимых грёзах гроза.
И вот сарафаны пошиты из той бумазеи,
Что дамам из прошлой эпохи ласкали глаза.

Июнь на исходе, летит воспалённое солнце
С востока на запад с утра до вечерней зари.
И даже закрытых дворов петербургских колодцы
Спасительной тенью немногих врачует внутри.

И так не хватает пьянительного упоенья,
Расхристанной влаги и драйва июньской грозы,
Что кажется, в каждом глотке расцветает спасенье
До полного дикого счастья, до глупой слезы.

Но вот почему-то избыток природной аскезы
Главенствует, будто спасая от кучи проблем.
Ведь даже прелестные ручки Марии Терезы
К губам не тянули душистый Дюшес Ангулем.

***

На краю земли и тайны,
Между счастьем и тоской
Совершенно неслучайно
В катавасии мирской

То ли ведьма, то ли фея
Будто мыльные шары
Сферы эры Водолея
Запускает в лёт в миры.

Встретит сферы над аллеей
Вечной ели остриё
И проколет не жалея.
Ты поймаешь – всё твоё.

Все миры тебе в ладони,
Тут и радость, и печаль.
Только в суетной погоне
Не сгуби их невзначай.

Принимай Вселенной тайну,
И владея, не страшись –
«Дар напрасный, дар случайный»,
Дар бесценный – эту жизнь.

© Татьяна Игнатьева, 2024
Дата публикации: 04.07.2024 18:14:02
Просмотров: 169

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 44 число 46: