Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Рождественская удача(Из «Дневника начальника уголовного розыска»)

Георгий Лахтер

Форма: Роман
Жанр: Детектив
Объём: 36003 знаков с пробелами
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати





Впервые в истории МВД Узбекистана начальника уголовного розыска направили в загранкомандировку. И не куда-нибудь, а в ФРГ!
Событие, предшествовавшее принятию столь беспрецедентного решения, было неординарное. Позже оно вошло в летопись правоохранительных органов страны.
С европейскими государствами у нас нет договора о проведении совместных розыскных мероприятий. Поэтому, на случай возникновения международного скандала, руководство оформило мне трудовой отпуск, а конфиденциальная «прогулка» считалась частной.
Но от казусов человек не застрахован. Если служители Фемиды все же припрут нарушителя закона к стене, клянусь говорить правду. Только правду, ибо поездка ущерба Германии не нанесла.

Вторую половину воскресного дня, приглашённый на именины, я собирался провести в компании друзей. Захлопнул дверь кабинета, и направился к автомобилю в сопровождении моего заместителя Аршалуйсяна.
Ласковое солнце прогрело воздух до двенадцати градусов. Хотя зимой такая температура для Узбекистана не диво, погода радовала и заставляла вспоминать обещанные юбиляром шашлыки.
Карен указал на бегущего трусцой деда:
- Что это с профессором? Глянь, он летит, словно на заседание конгресса.
Тем временем старик подбежал к нам и, задыхаясь, выдавил из себя:
- М-меня обо-крали.
Я посадил его на скамейку, дал отдышаться, затем спросил:
- Евгений Альбертович, мазурик стянул у Вас портмоне?
Профессор затряс клинышком бороды, втянул глоток воздуха и ткнул пальцем в своё гулко бьющееся сердце.
- Мотор барахлит…Если упаду, суньте под язык таблетку. Флакон в кармане… Вор обчистил квартиру. Похитил монеты... самые ценные.
- Квартира сдается на пульт охраны, - вспомнил я, - окна в ней зарешечены, а массивную дверь не возьмется ломать даже рецидивист.
Старик рыдал. Я не стал тратить минуты на пустые расспросы. Помог ему встать, усадил в автомашину и сказал:
- Разберёмся на месте.

Сотрудники отдела знали профессора Баратова. Но не как человека, занимавшегося наукой. В районе проживали десятки специалистов, которые имели ученые степени, однако их фамилии помнили только участковые инспектора. Нас Евгений Альбертович интересовал тем, что хранил в своей квартире уникальную коллекцию монет.
Раритеты он никому не показывал. Всегда был осторожен, подозрителен, немногословен. Избегал разговоров о старине, и порой отрицал сам факт увлечения нумизматикой.
Происхождение коллекции оставалось для всех загадкой. Одни судачили, мол, она собрана в голодные для страны времена, другие вспоминали клад, якобы, найденный учёным. Обе версии казались правдоподобными.
Что ещё говорили о профессоре? Евгений Альбертович вырос в Москве. От службы в армии он, по каким-то причинам, был освобождён. В военные годы трудился на продовольственном складе. Через восемь лет после залпа салюта Победы, окончил институт и получил диплом археолога. Вскоре защитил кандидатскую диссертацию.
Мало кому известно, что в 50-е годы правительство снарядило экспедицию, занимавшуюся подъемом кораблей со дна Балтики. Ученая степень позволила Баратову попасть в состав отряда специалистов, и открыла путь к кладоискательству.
Месяцы, проведенные в море, старик вспоминать не любил. Отчего? Поди, не хотел рассказывать о том, как артель вытянула на поверхность судно, набитое драгоценностями. Или же, как ветхий сундук развалился, усыпав палубу золотом.
И тут набивался главный вопрос: могла ли пара уникальных монет «ненамеренно» запасть в карман археолога?
Впрочем, эти проблемы сыщиков не интересовали. Наша цель - раскрыть кражу, а далее, в рамках уголовного дела, подобными размышлениями займется следователь.
Карен иногда вспоминал профессора:
- Евгений Альбертович ровно собака на сене, - негодовал он. – Почему дед не влил раритеты в международные каталоги? Чего боится? Ведь спецлитература охватывает все экземпляры монет без ссылки на фамилию нумизмата.
- История умалчивает детали, - ответил я. - Однако старик, повидавший на своём веку репрессии, опасается произвола властей. Они вынесут постановление и сокровище конфискуют под предлогом экспроприации народного достояния. Такой узаконенный беспредел крепнет день ото дня.

У дома профессора автомобиль остановился. Баратов открыл дверцу, лихо соскочил на тротуар и двинулся вперед.
На лестничной площадке он указал нам на свою квартиру:
- Полюбуйтесь!
Вор избрал оригинальный метод взлома: припёр автомобильный домкрат, пристроил его в щель между полом и нижней кромкой двери, подкачал, и без шума снял трёхсоткилограммовую массу с петель.
Этот фортель мы не считали распространенным. Но время от времени домушники устраняли барьер именно таким путем.
Eвгений Альбертович стонал:
- Я отлучился в булошную... Квартиру на пульт не сдал... Завернул на барахолку. Черт меня туда дернул.
По воскресеньям на углу квартала стихийно возникал рынок. Люди занимали места затемно, расстилали на асфальт клеёнку и раскладывали подержанный товар.
В бескрайнем море старья учёный вылавливал редкие издания книг и, естественно, забывал скоротечность времени.
Пока мы стояли на лестничной площадке в ожидании наряда, Карен прогулялся по этажам, и через несколько минут вернулся в сопровождении бабули.
- Нина Марковна, соседка, - отрекомендовал её мой заместитель, - она видела крадуна.
Почувствовав себя в центре внимания, старуха затараторила:
- Дверь ремонтировал светловолосый человек, лет сорока. Броская примета - оттопыренное левое ухо. Мужик был одет в лёгкую куртку, варёнки, модные туфли.
Нина Марковна обрисовала приметы вора и заключила:
- Он мне сразу не понравился. Вроде слесарь, а на шее модный галстук болтается. мы стояли на лестничной
Тем временем эксперт Пономарёв осмотр квартиры закончил. По хмурому лицу майора я понял, что криминалисты отпечатки вора не обнаружили.
Вадим распахнул створку платяного шкафа.
- Гляньте, как хитро сюда встроен тайник. Его найти под силу лишь осведомлённой личности. Думаю, это родственник...
Метавшийся по комнате Баратов перебил специалиста:
- Нет, нет! Комод реконструировал мой покойный брат. Он трудился в цехе по ремонту инвентаря. Слыл молчуном, от него слова не добьешься.
Я провел рукой по гладкому дереву.
- Отменная работа. Не видать ни шурупов, ни зазоров. Мастер укоротил ящики, высвободил расстояние, вставил дополнительную перегородку. Так?
- Да, - тряхнул бородой археолог, - вторая стенка шкафа держится на малюсеньких подшипниках. Она при надобности легко выдвигается... К ней прибита материя с навесными карманами. В них и уместилось все моё богатство... Секрет тайника брат унес в могилу четверть века назад. Тем не менее, клад грабитель отыскал.
В разговор вмешался Карен:
- Я не сомневаюсь в том, что коллекцию потрошил «антиквар-академик». Он разобрался в этом обилии монет, и определил стоимость каждого раритета. Меня интересует, какие экземпляры исчезли?
Евгений Альбертович едва уловимо выдохнул:
- Пропали две самые ценные монеты... Одна - времен правления египетских фараонов. На ней изображен сын царя Амона из Саисской династии. Вторая монета относится к эпохе японского императора Суйнин, датируется тридцатым годом до нашей эры. Украденные раритеты можно продать за баснословновные деньги. Бас-но-слов-ные. На планете достаточно миллионеров, готовых ради пополнения своей коллекции заплатить астрономическую сумму... Но как лиходей разобрался в содержимом восьмидесяти кармашков? Тут необходимы фундаментальные знания. Уверяю вас, среди известных мне антикваров подобных экспертов нет.
- Из ваших слов однозначно явствует: вор-академик существует. Однако Вы не можете предположить кто он...
- Хотелось бы вывод угрозыска опровергнуть. Но факт налицо. Лучшее из коллекции грабитель выудил за пятьдесят минут. - Дед всхлипнул, сунул под язык таблетку валидола и откинулся на подушку.

Кражу монет взял на контроль Председатель Совета Безопасности государства. Ход поиска вора ему докладывал министр лично.
Но три дня спустя в коридорах власти заговорили о том, что генералитет МВД и начальника уголовного розыска района вот-вот заслушает Президент.
Скажу откровенно: перспектива бросила меня в дрожь непредсказуемостью. На совещании такого уровня любого руководителя могли снять с должности, лишить звания или из органов внутренних дел уволить.
Надвигающееся испытание мой начальник, полковник Холов, чувствовал остро. Айдар Кадырович бросил на розыск преступника все силы отдела. В считанные часы они «перетрясли» криминальных авторитетов, скупщиков краденного, антикварные лавки.
Усилия милиции поддержал управляющий центрального банка. Главный финансист страны обратился к населению с призывом: «Сто тысяч долларов тому, кто укажет местопребывание вора».
Цифру «100.000» газеты разместили крупным шрифтом.
Воздействие приманки сказалось мгновенно. Город бурлил. Телефон дежурки звенел, не умолкая.
Инспектора проверяли сведения, завалившие «горячую» линию. Но тщетно, лиходей будто в воду канул.

Тем не менее, долгожданный момент наступил раньше, чем на отдел посыпались неприятности.
Утром, до моего приезда на работу, дежурный успел принять заявительницу. Она умоляла найти её бывшего мужа, Александра Заикина, который смылся, не уплатив алименты.
Опер, естественно, вскрыл и обследовал квартиру отца пятерых детей.
Я прочитал материалы, составленные лейтенантом: ...комната 3,8 x 4,5м. Окно закрыто на шпингалет… Кровать заправлена… На столе разбросана литература по автоделу, плоскогубцы, открытки с видом городов Европы.
Сыщик устно добавил:
- В коммуналке нет ничего интересного. Из семейного альбома мной изъята фотография Александра. Этот снимок эксперт размножил.
- Правильно, - кивнул я. - Только не ясно, к чему многодетному папаше скрываться, ведь сумма долга крохотная. Он мог заболеть, шлёпнуться с лестницы, угодить под трамвай. Обзвони-ка больницы.

За неделю в районе прокатилась волна угонов автотранспорта. Я собрал оперативников на «консилиум», чтобы по этому вопросу обменяться информацией.
Едва Аршалуйсян привёл аналитические цифры, зазвонил мой телефон. Я не хотел перебивать заместителя, но аппарат трещал безостановочно. Его шум стал меня раздражать. Я схватил трубку и сердито буркнул:
- Слушаю. - Однако, узнав голос опера соседнего РОВД Мамлюкова, изменил тон на более мягкий, - да вот безвылазно торчу в отделе, кумекаю как повысить раскрываемость угонов.
- А тут монеты проблем добавили, - хохотнул капитан, - за раритеты можно головой поплатиться.
- Голова мне понадобится. В крайнем случае уйду на пенсию, - ответил я.
- Брать курс на покой рановато.Численность опытных сотрудников тает, полковники разбегаются по коммерческим структурам, а замены им нет. Хотя при нашей убогой зарплате не до патриотизма. Но в тягостное для милиции время ты пост не бросишь.
Ещё несколько минут Мамлюков развивал тему крохотной пенсии офицера. Затем сказал:
- Ладно, порадую вас благим известием. Чтобы ты ясно уловил суть информации, начну с мокрухи. Три недели назад мы обнаружили труп Фирсова Бориса. Ему в глотку собутыльник влил пузырь спирта, отчего алкоголик и преставился. Сейчас у меня в кабинете находится сын Фирсова. Он держит фотографию Заикина и твердит, что спиртное принёс именно этот дядька... В квартире Бориса ценности не тронуты, исчез только его паспорт.
- Инте-ресно, - протянул я. - Не отпускай юношу. Минут через двадцать тебя навестит Карен.
Однако сыщик продолжил:
- Не торопись. Есть и другая новость. Приметы убийцы Фирсова я разослал по республике. Повторяю текст ориентировки, вникай: ... лет сорока, светловолосый. Одет в лёгкую куртку, варёнки, модные туфли, цветастый галстук. Особая примета –оттопыренное левое ухо.
Я воскликнул:
- Понял! Убийца Фирсова, Заикин и вор, утащивший монеты, одно и то же лицо. Спасибо! Ты меня здорово выручил.

Полковник Холов сидел во дворе отдела. Только что комиссия МВД завершила осмотр технического состояния автотранспорта. Из двенадцати автомобилей, закрепленных за РОВД, пять оказались непригодными к эксплуатации. Айдар Кадырович выслушал нелицеприятный отзыв хозяйственников, поэтому был не в духе.
Он стал изливать мне наболевшее:
- Запасные детали к легковушкам на склад министерства не поступают уже год. Короче, нам рекомендовано использовать собственные ресурсы... Умники посоветовали вызвать к себе бизнесмена покруче, и в ультимативной форме выколотить из него спонсорскую помощь. Она заключается в финансировании ремонта техники.
Возмущение Холова я понимал. Фактически правоохранительная система не оставляла ему выбора, толкая на совершение должностного преступления окриком: «Автотранспорт должен быть на ходу!».
Чтобы поднять настроение шефа, я торжественно протянул:
- Установлена фамилия вора, стянувшего коллекцию Евгения Альбертовича!
В глазах полковника вспыхнул радостный огонек. Он вскочил, взял меня под локоть и потянул в кабинет.

Из материалов уголовного дела

1. Фамилия – Заикин
2. Имя, отчество – Александр Геркулесович
3. Год рождения – 1954
4.Место жительства – г.Ташкент, квартал 7К., д1., кв. 9
5. Образование – 8 кл.
6. Специальность – плотник
7. Род занятий – реставратор мебели
8. Семейное положение – разведен
9. Сведения о судимости – не имеет

Беседа с Мамлюковым придала Карену заряд бодрости. Он в поисках ответа на вопрос: «Для чего Заикину нужен второй паспорт», обзвонил администрацию аэропорта, туристические фирмы, отдел оформления виз УВД.
Оперативник нагнал меня по пути в столовую.
- Какое известие выложить первым, хорошее или плохое?- спросил майор, хлопнув по разбухшей от бумаг папке.
- Твои уста всегда глаголят истину, - парировал я, - валяй с архикардинального.
Мы вошли в «кафе», пропитанное запахом бульона. Повар в знак приветствия махнул нам колпаком и стал заваривать чай.
Отхлебнув глоток обжигающего напитка, я спросил Карена:
- Так где искать вора?
- В Германии, - отрезал Аршалуйсян. - Лиходей успел рвануть на Запад.
- Германии?! - воскликнул я. - Как Заикин туда попал?
Сыщик достал из кармана блокнот, открыл нужную страницу.
- Как попал? Рейс 919А Ташкент - Франкфурт, место 185. Он имеет визу на пребывание в Шенгенской зоне.
- Срок её действия?
- Три месяца. Но на возвращение убийцы рассчитывать не стоит - растворится в Европе. Шанс арестовать Заикина мы упустили.
Я возразил:
- Арестовать шанса не было.
- Прими критику, Георгий, без обиды. Я скажу прямолинейно. Дело в том, что инспектора недовольны твоей гонкой за раскрытыми преступлениями. Она лишила нас возможности работать с документацией. На это не хватает и суток. Вспомни, в мамлюковской ориентировке описаны приметы. Кто её читал? Да никто - бросили в сейф и разбежались трясти воровские малины. Опера записали анкетные данные убийцы позже. Автоматически. И про них забыли.
- Почему автоматически? Разве можно игнорировать фамилию, которая не сходит с уст министра.
Карен гнул свою линию, «убивая» меня фактами:
- Ребята выслушали, мол, плотник трудился в цехе реставрации мебели. И это пропустили мимо ушей. А ведь там же, четверть века назад, пахал брат Евгения Альбертовича! Искусник не просто зарабатывал на кусок хлеба, а передавал своё мастерство юнцу, который и дёрнул от нас в Германию. Мало того, старожилы артели припомнили, что реконструировать баратовский шкаф помогал не кто иной, как… Заикин.
Я воспринял справедливую критику и задумчиво сказал:
- То есть... двадцать пять лет спустя вор узнал о наличии коллекции, вспомнил шкаф, определил место хранения раритетов.
Проанализировав информацию, я вновь направился в кабинет Холова.

Наконец, день командировки наступил.
Айдар Кадырович стал меня инструктировать:
- Ты летишь во Франкфурт как частное лицо, в отпуск. Назад вернешься к Рождеству. В своих действиях будь крайне осмотрителен. Нам запрещено разыскивать преступника на территории европейских государств, с ними мы не имеем юридического соглашения. Исходя из этого, твоя цель ограничена строгими рамками. Ты обязан удостоверить пребывание Заикина в Германии, выяснить его контакты, если удастся вычислить заказчика кражи. А пока зайди в бухгалтерию, там для тебя уже подготовлены спецдокументы и пять тысяч марок.
Я изумился:
- Пять тысяч?! На неделю! С чего бы финансисты вдруг так расщедрились? У них зимой снега не выпросишь. Не сон ли мне снится? В поездку по республике деньги выдаются из расчета два доллара на сутки. А тут пять тысяч. Фантастика!
Холов когда-то побывал в разных городах Европы. Он со знанием дела пояснил:
- Ты по легенде министерства бизнесмен. Чтобы не уронить свой имидж, поселишься в классном отеле, посетишь бассейн, сауну, ресторан. Масса удовольствий, плюс расходы типа вызова такси, сожрут львиную долю этой валюты.
«Сладенькая» речь полковника удивляла все более. В который раз я воскликнул:
- Это командировка или незабываемый отпуск?! Чудной сон какой-то! Ресторан, чаевые официантам, дорогие вина. Оттуда и воротиться не захочешь.
Мгновенно насупив брови, шеф назидательно сказал:
- Прекрати молоть ерунду. На поиск бесценных монет государство тратит валюту, полагаясь на опыт начальника угрозыска.В случае «прокола» за тебя никто не заступится. Мало того, генерал даст команду взыскать с туриста путевые издержки. Вот и подумай, заказывать коньяк в нумера или прикинуться трезвенником.
Начальник был прав. МВД не станет швырять деньги на ветер, и не пощадит сотрудника, провалившего экстраординарную операцию.

Секретные наставления Холова я поведал Карену. Дальновидный армянин разволновался:
- Закрутилась опасная игра. Она может закончиться политическим скандалом. Искать беглеца на территории другой страны запрещают нормы международного права. Свои поступки обдумывай. К сожалению, поездка уже санкционирована Советом Безопасности. Тут или грудь в крестах, или голова в кустах. Прочего не дано... В ФРГ тебе понадобятся испытанные помощники. Я рекомендую звякнуть Бергу немедля.

Мои друзья Эдуард Берг и Иван Вайсман работали в органах внутренних дел до апреля 1991 года.
После объединения Германии, их жены, сестры - российские немки, ринулись в консульство, и без труда получили разрешение на въезд в эту страну.
В ФРГ родственники «сидели» на пособии. Его хватало на еду, всякие мелочи, путешествия. Безработные восторгались ухоженностью леса, перепробовали десятки сортов пива, усвоили немецкие законы. Однако кейфовать опера не привыкли. Через три месяца райской жизни они арендовали комнату, пригвоздили вывеску «Детективное агентство» и определили элементарный перечень услуг: первое - наблюдение за неверными женами толстосумов. Второе - Берг заключил договор с диско-клубом, где следил за порядком, и развозил по домам юных гуляк, не в меру разгоряченных спиртным.
Элементарные обязанности приносили доход. В короткий срок хлопцы выкупили помещение офиса, а Вайсман, кроме того, ухитрился даже построить особняк.
Я больше дружил с Эдуардом. Нас связывала не только любимая работа, но и тяга к искусству, рыбалке, альпинизму.
В Ташкент он звонил часто. Интересовался ценами на продовольствие, стоимостью коммунальных услуг, суммой детского пособия. Выслушав мой нерадостный ответ, долго цокал. Затем недоверчиво восклицал:
- Если твой заработок эквивалентен весу четырнадцати килограммов говядины, то как сводят концы с концами медики, учителя, дворники!
- Республика села на диету, - переводил я разговор на шутливый тон, не желая углубляться в причину обнищания народа. И менял тему.
Напоследок Берг звал меня в гости, разумеется, предлагая в качестве своей лепты авиабилет.

В дорогу я собирался недолго: упаковал чемодан, плюхнулся в автомобиль, и около семи вечера облокотился на стойку регистрации билетов.
Насквозь буравящий взгляд таможенника смерил меня с головы до пят. Едва «клиент» сделал пару шагов, молоденький лейтенант рявкнул:
- Валюту и ценности на стол. Буду пересчитывать.
Я выложил деньги, золотые часы, перстень с крупным бриллиантом, цепь – весь ювелирный набор, выданный министерством на период командировки.
Офицер, видимо, принял меня за контрабандиста.
- Идите в кабинет начальника, - велел он, - там с вами побеседуют.
Я указал на заполненный бланк декларации.
- О чем говорить? Сравнивайте.
Таможенник проницательно сощурился.
- Где вы купили немецкие марки? У барыги на рынке? За это предусмотрена уголовная ответственность. Или же дайте мне банковскую справку. Документ есть? Нет? Ступайте, шеф разберется.
Базарить я не стал. Сдерживая возмущение, развернулся и отправился к начальнику.
Майор обнюхал моё удостоверение личности.
- Ну-у, так бы и сказал, - пробасил он, ткнул кнопку аппарата и дал команду невидимке, - пропусти хорошего человека.

Облегчённо вздохнуть удалось только в кресле воздушного лайнера.
Стюардесса налила мне стаканчик водки. Хлопнув «огненную воду», я забросил в рот дольку мандарина и попытался уснуть.

Водка меня разморила. Но сон не шёл. Регистрация билета оставила в душе неприятный осадок. Я припомнил наглую физиономию таможенника, его властный тон, безразличие к людям. И вдруг... покрылся испариной.
Не смущаясь соседа, я выхватил из кармана бумажник и пересчитал деньги. Затем, ощупал банкноты повторно... В пачке недоставало трёх купюр достоинством сто марок! Сомнения не было, элементарным трюком лейтенант усыпил бдительность «хорошего человека». Пока я курсировал по залу, он облегчил мой кошелёк.

Долгий полет закончился. Салон лайнера наполнил певучий голос стюардессы, перечислившей достопримечательности Франкфурта.
Я прилип к иллюминатору и счастливо шепнул:
- Здравствуй, страна снов моих.

Ждать багаж пришлось всего двадцать минут.
На ленте эскалатора мой чемодан выделялся габаритами. Я сверил номера бирок, и покатил махину за собой.
Люди потянулись к выходу, бросая приветствие служащим аэропорта. В длинном коридоре не было ни шума, ни суеты. Даже немецкая овчарка, сидевшая у ног таможенника, застыла с поднятой к верху мордой.
Я понимал, что собака натаскана выявлять смертоносное зельё. Она «оживет» мгновенно, едва учует подозрительный запах.
Лишь только я ступил в огромный зал, Берг и Вайсман заключили меня в крепкие объятия.
Вдоволь потискав ташкентца, Эдик сказал:
- Поедем ко мне. Дома тебя заждались. А вот Иван тормознет во Франкфурте. Чтобы завтра сюда не возвращаться, он покажет фото Заикина таксистам. Эти ребята помогут отыскать след нашего «родственника». Скорее всего, беглец повез раритеты в автомобиле. Но куда? В округе сотня гостиниц.

На успех предпринятых мер я не рассчитывал. Аэропорт в сутки принимает десятки тысяч человек. Запомнить клиента в людском водовороте, тем более, опознать его по фотографии, таксисту не просто.
Однако результат превзошел мои ожидания.
Иван вернулся домой рано утром, и с ходу подсел к столу. Запихав в рот шматок курятины, он стал прерывисто бубнить:
- Заикин в самолете набухался. Во Франкфурте нанял такси, всю дорогу до отеля сосал из фляжки ром. С водителем расплатился по-царски... А потому шофёр-молодой немец, на следующий день пытался его отыскать. Но тщетно. Александр покинул гостиницу сразу же после завтрака.
Мы внимательно слушали рассказ друга. Он же, покончив с мясом, принялся уплетать свиные языки.
Эдик не выдержал тягомотину и рыкнул:
- Перестань жевать, кашалот! Зачем таксисту понадобилось искать клиента?
Вайсман порылся в миниатюрной сумке, извлек наручные часы и передал мне.
- Быть может, они украдены в Ташкенте. Эту вещь пьяный Заикин обронил в «Аudi». Немец хотел вернуть её собственнику.
Я рассмотрел находку, прочитал надпись на циферблате, определил достоинство алюминиевого корпуса и сказал:
- В нерабочем состоянии. Грошовые. Изготовлены на московском заводе. Тоненькая дужка вывалилась из пазика. Часы, естественно, оказались на полу.
Эдик восхитился благородством работников сферы транспорта, и привел случай из газетной публикации. В статье говорилось о таксисте, который сдал полиции полмиллиона долларов, забытых клиентом в его машине.
Иван, расправившись с аппетитными закусками, подтвердил:
- Неправдоподобную для нас историю читали все. Кстати, вернуть найденный предмет здесь событие рядовое. Да и не забывайте, мир накануне великого праздника. В рождественскую неделю европейцы милосердны вдвойне.
Мы поболтали на разные темы, обсудили «манёвры» на зарождающийся день, и подчинились велению хозяина квартиры:
- А теперь всем спать! Утром рванём в город.

По предварительному согласию «рвануть в город» означало заехать в упомянутый таксистом отель, и выяснить судьбу Заикина. Он в разговоре с администрацией мог проболтать свой намеченный маршрут.
Это была наша основная цель. Затем обед. Иван предложил гульнуть, на выбор, в итальянском или югославском ресторане. Я не знал достоинствам какой кухни отдать предпочтение. Для меня она оставалась гастрономической загадкой. Поэтому, не раздумывая, ответил:
- В Ташкенте открылись десятки заморских кабаков. Но вкусить деликатесы мне до сих пор не приходилось, ибо стол на двоих, например, в японском кафе обходится в полугодовой оклад милиционера.
От удивления Эдик выпучил глаза:
- В Германии кусок тушёной утки доступен и студенту, и рабочему. А зарплата инженера - человека с высшим образованием, позволяет ему лакомиться вне дома...
- Ты говоришь о цивилизованных странах, - перебил я. - В Европе за сорок дней умудряются вырастить индюка ростом с жирафа. Как только наши магистры раскусят состав чудо-корма, дающего птице молниеносное прибавление веса, то и ташкентцы будут есть мясо досыта.
В потоке автомобилей мы подъехали к густонаселенной части района.
Берг долго кружил в поиске места стоянки. Наконец, отмотав четыре километра, он высмотрел пятак и припарковал микроавтобус.

В комфортабельном отеле Эдик улыбнулся администраторше и на безукоризненном немецком языке сказал:
- Мой родственник остановился в этой гостинице. Я хочу с ним встретиться.
- Как его фамилия? – прощебетала дева.
- Заикин.
Округлив алые губы, она бросила взгляд на экран монитора.
- В наших апартаментах господин Заикин не останавливался.
Эдик допустил видимый для нас промах. Он забыл, что лиходей имеет второй паспорт.
Ошибку взялся исправлять Иван.
- Мой брат запамятовал фамилию. Попробуйте отыскать Фир-сов.
- Нет проблем... Господин Фир-соф снял номер на день... выехал отсюда утром, - прозвучал ответ.
- Куда? - разом вырвалось у друзей.
Женщина развела холеные руки:
- Увы, такие вопросы меня не интересуют.
Мы вышли на улицу. Эдик и Вайсман перебрасывались фразами, крутившимися вокруг имени Заикина. Все понимали, что вор «гостит» в ФРГ по контракту с заказчиком кражи. Монеты привез с собой. Иначе его полет терял смысл. Александр прилетел во Франкфурт под своей фамилией. Однако, передвигаясь по стране, использовал мастерски подделанный паспорт Фирсова.
В микроавтобусе Берг нас обнадежил:
- Не расстраивайтесь, у меня есть два варианта розыска человека. Правда, эти варианты не хотелось бы использовать. Но мера вынужденная. Основательнее поговорим за чашкой кофе.

Описывать кулинарные достоинства заведения, в котором мне посчастливилось отобедать, наверное, не стоит. Выделю лишь одно: здесь клиент блаженствовал.
Эдуард проглотил кусок таящего во рту эскалопа, запил хересом и начал толковать методы розыска Заикина.
- Первый – я дружу с господином Бауманн, шефом полиции Франкфурта. Когда город накрыла волна угонов, моё детективное агентство подбросило ему ценную информацию. Местные опера проверили сведения, и арестовали «любителей» дорогих авто. За эту операцию восемь сыщиков получили медали, а их руководитель - внеочередное звание. Думаю, он услугу не забыл. Теперь я попрошу генерала отыскать моего родственника... Второй контакт связан с беглым из Узбекистана олигархом, известным в ФРГ под именем Алтын Суванов.
Фамилию нефтяного магната я слышал года полтора назад, но тогда суть его «подвига» не уловил.
Едва Эдик потянулся за бокалом, я сказал:
- Давайте обойдёмся без аудиенции с миллионером. Алтына разыскивает интерпол. Спецслужбы встречу зафиксируют, хай поднимется на всю планету.
- Заикин направил стопы не куда-нибудь, а во Франкфурт. Почему? – спокойно рассуждал Берг, - Иван месяц ломал голову над этим вопросом. Тут много аэропортов…
- Иван предугадал, что скупщик обосновался где-то здесь, - выпалил я . – То есть…
- Суванов посетил аукцион в Женеве, он увлекается нумизматикой. Его имя упомянуто среди антикваров. Поэтому встреча с Алтыном необходима, - заключил Эдуард.

Берг прикрыл дверь своей автомашины, взял мобильник и набрал номер шефа полиции. Я напряг внимание, хотя по-немецки не понимал.
Через минуту детектив связь отключил.
- Уф-ф - выдохнул он, - первый вариант сработал отменно. Генерал рад мне помочь. Теперь займемся Сувановым. Видеть нас олигарх, скорее всего, желания не имеет. А вломиться без договорённости тут не принято. Да и охрана терема начеку, гостей к барину не впустит.
Разговор поддержал Иван. Захмелевший детектив молчал, покуривая на заднем сидении.
- Я мыслю несколько иначе. Если Суванов монеты приобрел, то его лакеи будут убеждать нас, что хозяина в ФРГ нет. Однако... если Алтын кражу не санкцирнировал, то любопытство возьмет верх - он захочет сведать цель нашего визита.
Мне понравилась логика Вайсмана, основанная на знании психологии человека. Миллионер пользовался кругленьким счетом в банке, оформленным на подставное лицо. В законопослушной стране это понуждало иностранца относиться к людям с опасением, выискивать интригу в каждом их действии. Иван не сомневался - беглец, подстегиваемый страхом, натянет маску радушия и встречу назначит. В противном случае неудовлетворенное любопытство лишит олигарха покоя.
Эдик не стал опровергать философию Вайсмана.
- Ладно, звоню «дарагому соотечественнику», - молвил он, и прилип к радиотелефону.
Выслушав краткий ответ миллионера, Берг повторил время:
- Десять утра, послезавтра.

В квартиру Берга съехались родственники со всех уголков страны. Они дарили мне сувениры, пожимали руку, наполняли бокал вином.
Эдик устроил праздник, и лично хлопотал вокруг гостей. Особенно там, где вопрос касался «уничтожения» запасов алкоголя.
Шампанское текло рекой. После дюжины выпитых бутылок настроение людей изменилось. Причем, к досаде хлебосольного Берга, не в лучшую сторону.
Гости обступили меня плотным кольцом и засыпали жалобами на мучавшую их ностальгию.
Я приводил сравнение не в пользу жителей Узбекистана, для которых существование впроголодь явление обыденное. И противопоставлял им упитанных немцев, защищенных от случайностей государственными дотациями.
Старики, растроганные моей тирадой, парами алкоголя, воспоминаниями морщили нос, отворачивались и плакали навзрыд.
Воз проблем иммигранта, наверняка, ещё бы долго терзал меня. Но выручил, засвистев соловьем, мобильник Эдика. Сыщик рассмотрел цифры и пробасил:
- Звонит генерал.
Диалог продолжался три минуты. Берг, едва отключив телефон, сказал:
- Полиция отыскала Заикин. Он женился, брак зарегистрировал в Копенгагене с некоей фау Кох. Невесте семьдесят лет. Александр взял ее фамилию.
Я удивлённо воскликнул:
- Мерзавец женился в Дании! К чему понадобилось столь далёкое путешествие?
- Это всегда удивляет иностранцев, - хохотнул детектив. - Так вот, чтобы вступить в брак на территории ФРГ, необходимо ждать назначенную дату месяц. Такого бюрократического препятствия во многих странах Европы нет. Дания регистрируют влюблённых за день - плати госпошлину, визируй документ, забирай свидетельство.

Эдик предложил мне осмотреть старинные замки на Рейне.
От курса он не отступал ни на шаг. Мы восторгались архитектурой дворцов, покупали открытки, рождественские сувениры. Время летело быстро. Но я не мог вычеркнуть из памяти фамилию олигарха, с которым предстоял серьёзный разговор. От результата встречи, быть может, зависил успех командировки.
Я не забывал, что после возвращения в Узбекистан, мои «путевые заметки» будут читать руководители УВД города, министр внутренних дел, советник Президента. И делать вывод.

Утром мы подкатили к дому Суванова. Я настроился лицезреть что-то небывалое. Но ничего запоминающегося, из ряда вон выходящего, не увидел: двухэтажный особняк, зеленая трава, конюшня. Подобная картина из жизни миллионеров часто демонстрировалась по телевидению. Людям она давно приелась.
Олигарх встретил нас на крыльце, сухо поздоровался и повёл в «барскую» гостиную.
Я осмотрел вместительный зал - на стенах висели дешевые акварели, полки украшали вазы с искусственными цветами, копеечная тюль. Внутреннее убранство дома можно было назвать скромным. Вероятно, беглец обосновался здесь ненадолго.
Алтын разлил крепко заваренный чай по пиалам.
- С чем пожаловали, гости дорогие? - приступил он к расспросу.
Играть с ним в темную не было смысла. Поэтому Эдуард спросил, не обинуясь:
- Навестил ли Вас Александр Заикин?
Хозяин терема внешне держался прекрасно.
- Я бы этого козла удавил... Бесценный груз алкоголик потерял... Ведь начальник угрозыскa прилетел сюда за монетами, не так ли?
- За монетами, - подтвердил я. – Только не смекну, чего лишился Заикин?
- Откровенно говоря, темп, с которым опера вычислили путь Александра, молниеносный. А вот таможня контрабанду проморгала, хотя содержимое карманов туриста обнюхивает до нитки. Вернувшись в Узбекистан, можно ей продать, как говорят, «канал вывоза товара».
Суванов ораторствовал с некоторой долей юмора. Мы старались его не перебивать.
- Заикин устроил тайник в своей одежде. Он купил массивные наручные часы, выбросил из них механизм и упаковал раритеты в образовавшийся котёл. Гениальная идея!
Мой лоб покрыла испарина. Найденные таксистом часы я бросил в сумку, не представляя ценности вещи.
Олигарх неспеша продолжал:
- Но в самолёте Александр наклюкался, и не заметил как часы слетели с руки.
Толстосум горестно вздохнул. Мы понимали, что его искренность базируется на досадном казусе. Окажись монеты в коллекции Алтына, то свидеться с ним вряд ли удалось.
Прежде чем губы миллионера произнесли «адью», я сказал:
- У меня есть просьба. Вы упомянули два способа вывоза ценностей. Поделитесь опытом, раскройте второй.
- Опыта нет. Я не отсылаю достояние республики в Европу. Этим занимаются другие. - Алтын старался выглядеть патриотом. Он выдавал офицеру МВД канал расхитителей антиквариата, якобы, исходя из высоких чувств к Родине. - Сначала выслушайте несколько слов предистории. Малый зал ташкентского института растениеводства арендует коллекционер Евстигней Ланкин. Уголок оформлен как магазин-скупка антиквариата. Пять лет назад жители города прочитали объявление, что за сданную антиквару вещь, деньги выплачиваются тут же, и потянулись к Евстигнею... Люди несли статуэтки, гравюры, бриллианты, которые в семьях передавались из поколения в поколение. Ланкин взглядом окидывал, например, картину, определял автора полотна, оценивал шедевр, но клиенту говорил, мол, это искусно выполненная копия. Несмотря на обман, в лавку выстраивалась очередь … И тут заработал упомянутый второй канал. Покупателями старины были, в основном, сотрудники многочисленных посольств. Они за ювелирные изделия, почтовые марки, ордена платили валютой. Сегодня дипломаты скупают антик вагонами, ибо только эти чиновники могут переправить шедевр в любую страну мира.
Не дожидаясь моей реакции на интересный «сигнал», олигарх поднял увесистый колокольчик, брякнул и скомандовал выросшему из-под земли телохранителю:
- Проводи гостей.

Едва Эдик захлопнул дверь своей автомашины, я схватил радиотелефон и набрал номер замминистра внутренних дел Узбекистана.
Выслушав мою историю, генерал безразлично прохрипел:
- Я выпью послеобеденный кофе, отдохну малость, затем твою историю доложу патрону. Будь на связи.
Его реакция на совершенные в Германии подвиги мне не понравилась. Я накричал на тупицу, обещал разжаловать, урезать оклад и…проснулся. Под ухом беспрерывно трещал мобильник. Звонил, естественно, дежурный РОВД.
- Не дал досмотреть рождественский сон, - буркнул я, нащупав пальцами ног тапочки.
И пошлепал умываться.



© Георгий Лахтер, 2008
Дата публикации: 11.12.2008 17:46:59
Просмотров: 2140

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 82 число 83: